ЧАСТНО-ПРАВОВЫЕ (ЦИВИЛИСТИЧЕСКИЕ) НАУКИ
DOI 10.47643/1815-1329_2023_3_84
ПРАВОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ ВЛИЯНИЯ КОНЦЕПЦИИ «ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫХ» ОБЕСПЕЧИТЕЛЬНЫХ МЕР НА КОММЕРЧЕСКИЙ ОБОРОТ Legal problems of the impact of the concept of "provisional" interim measures on commerce
БЕЛОУСОВА Виктория Романовна,
ассистент кафедры финансового права юридического факультета, Санкт-Петербургский государственный экономический университет. 191023, Россия, г. Санкт-Петербург, наб. канала Грибоедова, 30-32. E-mail: v89213914832@mail.ru;
BELOUSOVA Victoria Romanovna,
Assistant of the Department of Financial Law of the Faculty of Law, St. Petersburg State University of Economics. 191023, Russia, St. Petersburg, nab. Griboyedov Canal, 30-32. E-mail: v89213914832@mail.ru
Краткая аннотация. В статье определены принципы и условия принятия обеспечительных мер в рамках международного коммерческого арбитража. Также в статье обоснована необходимость установления четких условий и принципов для принятия таких решений. В процессе анализа принципов и условий установлены проблемные аспекты, которые имеются в механизме обеспечительных мер в рамках международного коммерческого арбитража.
Abstract. The article defines the principles and conditions for interim measures in international commercial arbitration. The article also substantiates the need to establish clear conditions and principles for such decisions. In the process of analyzing the principles a nd conditions, the problematic aspects that exist in the mechanism of interim measures in international commercial arbitration have been established.
Ключевые слова: международный коммерческий арбитраж, обеспечительные меры, предварительные обеспечительные меры, встречное обеспечение, принципы права, чрезвычайный арбитр.
Keywords: international commercial arbitration, interim measures, preliminary interim measures, collateral, principles of law, emergency arbitrator.
Для цитирования: Белоусова В.Р. Правовые проблемы влияния концепции «предварительных» обеспечительных мер на коммерческий оборот // Аграрное и земельное право. 2023. № 3(219). С. 84-88. http://doi.org/10.47643/1815-1329_2023_3_84.
For citation: Belousova V. R. Legal problems of the impact of the concept of "preliminary" interim measures on commercial turnover // Agrarian and Land Law. 2023. No. 3(219). pp. 84-88. http://doi.org/10.47643/1815-1329_2023_3_84.
Статья поступила в редакцию: 05.02.2023
Сегодня участники международной торговли, заключая между собой контракты, часто определяют, что любые споры, возникающие из этих контрактов, подлежат разрешению в международном коммерческом арбитраже. Это приводит к тому, что из года в год в постоянно действующих арбитражных учреждениях наблюдается рост поданных на рассмотрение дел. До или во время арбитражного процесса у сторон часто возникает потребность обратиться к средствам обеспечения, но в настоящее время принципы и условия вынесения таких мер отличаются от дела к делу. Следовательно, возникает необходимость установления четких принципов вынесения решений об обеспечительных мерах в международном коммерческом арбитраже.
Вопросу принципов вынесения решений об обеспечительных мерах в международном коммерческом арбитраже посвящен ряд научных исследований как отечественных, так и иностранных ученых. В отечественной науке изучению вопроса обеспечительных мер посвящены труды А.В.Антонова, среди работ которого есть статья, посвященная принципам вынесения постановлений об обеспечительных мерах. Но в статье А.В.Антонова не раскрыты проблемные вопросы, связанные с определением таких принципов, которым уделяется значительное внимание в данной статье [4]. В работах иностранных ученых значительное внимание уделяется не принципам, а условиям вынесения решений об обеспечительных мерах. Среди публикаций зарубежных ученых особого внимания заслуживают труды К.Хобера, Абаскала и Франца Т.Шварца.
Цель статьи состоит в разработке четких принципов для вынесения определений об обеспечительных мерах международным коммерческим арбитражем и в предоставлении толкования каждого из этих принципов.
Поскольку арбитраж имеет договорную природу, стороны спора могут в арбитражном соглашении четко прописать полномочия арбитража принимать обеспечительные меры и прописывать условия их применения. Если стороны в своем арбитражном соглашении четко не определили, что арбитраж может принимать обеспечительные меры, то такие полномочия предоставляются арбитражу ввиду избранного сторонами lex arbitri или по регламенту арбитражного учреждения.
В Типовом законе ЮНСИТРАЛ 2006 г.1 и в Арбитражном регламенте ЮНСИТРАЛ 2010 г.2, который по существу дублирует положения Типового закона, за исключением положений, касающихся вынесения определений об обеспечительных мерах на основе ex parte, подробно определено, каких условий арбитраж может вводить следующие меры. Согласно Типовому закону ЮНСИТРАЛ сторона, которая делает запрос для принятия обеспечительных мер, должна:
1 Типовой закон ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже, 1985 г., с изменениями, принятыми в 2006 г. / Комиссия Организации Объединенных Наций по праву международной торговли. Организация Объединенных Наций. 2006.
2 Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ (пересмотрен в 2010 г.) / Комиссия Организации Объединенных Наций по праву международной торговли. Организация Объединенных Наций. 2011.
1) доказать, что ему могут быть причинены убытки, если арбитраж не вынесет соответствующего определения;
2) такой ущерб превышает тот ущерб, который может быть нанесен другой стороне;
3) доказать наличие разумной возможности того, что сторона, которая запрашивает принятие обеспечительных мер, выигрывает спор.
Следует отметить, что в предыдущей версии Типового закона четкие условия прописаны не были. Сейчас мнения ученых разнятся относительно того, нужны ли четкие критерии принятия обеспечительных мер. Одна группа ученых придерживается мнения, что нужно четко прописывать условия, аргументируя это тем, что таким образом вырабатываются унифицированные стандарты в арбитражном процессе и можно четко определить, на что стороны согласились. Другие считают, что такая определенность не нужна из-за того, что она уменьшает гибкость арбитража и нарушает принцип беспристрастности, ведь одним из условий является большая вероятность выигрыша стороны, запрашивающей обеспечительную меру.
Особенно большое сомнение возникает в отношении третьего критерия, согласно которому запрашивающая обеспечительные меры сторона с большой вероятностью получит окончательное арбитражное решение в свою пользу. К примеру, Кай Хобер считает, что установление возможности успеха одной из сторон prima facie разрешает спор [17]. Абаскал также утверждает, что решение, имеет ли сторона достаточный успех для вынесения обеспечительных мер, расходится со здравым смыслом1.
Учитывая, что сегодня не так много государств используют положения Типового закона ЮНСИТРАЛ с изменениями 2006 г. (32 юрисдикции из 111) [20], более целесообразно говорить о принципах вынесения арбитражем обеспечительных мер. Следовательно, решения об обеспечительных мерах должны соответствовать следующим принципам [3], как:
1. Принцип необходимости. Обычно в регламентах международных коммерческих арбитражей указывается на то, что «необходимость» является условием принятия обеспечительных мер. Сторона, которая обращается в состав арбитража с просьбой принять обеспечительные меры, должна доказать, что в случае непринятия таких мер может наступить неизбежный вред.
2. Принцип срочности. Обеспечительные меры должны быть приняты в кратчайшие сроки, иначе определение об обеспечительных мерах будет неэффективным. Типичный закон ЮНСИТРАЛ 1985 г. предусматривает, что определение об обеспечительных мерах должно выноситься составом арбитров. Следовательно, сначала нужно выбрать арбитров, только после этого сторона может обратиться с просьбой о принятии обеспечительных мер. Учитывая, что на процедуру избрания арбитров может тратиться достаточно много времени, эффективность определения об обеспечительных мерах резко снижается. Поэтому в последних редакциях регламентов постоянных арбитражных учреждений появляются положения о чрезвычайных арбитрах, которые получили полномочия единолично выносить постановления об обеспечительных мерах.
3. Принцип пропорциональности. Этот принцип означает, что во время вынесения определения об обеспечительных мерах следует соблюдать пропорциональность между причиненным вредом (или вредом, который может быть причинен) и ущербом стороны, которые могут быть причинены при принятии обеспечительного мероприятия. Из вышесказанного становится ясно, что механизм обеспечительных мер повышает эффективность арбитража, но в то же время их применение арбитражем вызывает ряд следующих вопросов:
1. Соотношение полномочий судов и международных коммерческих арбитражей выносить определения об обеспечительных мерах.
2. Компетенция международного коммерческого арбитража применять обеспечительные меры.
3. Форма определения об обеспечительных мерах и возможности его выполнения.
4. Принятие обеспечительных мер по формированию состава арбитража.
Что касается вопроса соотношения полномочий судов и арбитражей, то в большинстве арбитражных регламентов закреплено право сторон обращаться по обеспечительным мерам в государственные суды. Несмотря на это, иногда суды отказывают в предоставлении таких мер. Например, в Соединенных Штатах Америки некоторые суды отказывают в предоставлении обеспечительных мер на основании того, что это будет считаться вмешательством в арбитражный процесс, а французские суды проводят четкую разницу между обеспечительными мероприятиями, которые выносятся к образованию состава арбитров (и в таком случае обеспечивающие меры предоставляются), и теми, которые выносятся после формирования состава арбитров (они могут выноситься только при исключительных обстоятельствах) [7]. Также существует ряд юрисдик-ций, где вообще обеспечительные меры могут выноситься исключительно судом, например, в Китае и Италии.
Чтобы избежать проблемы отказа в предоставлении обеспечительных мероприятий со стороны суда, сторонам рекомендуется в своем арбитражном предостережении вводить такое положение [11]:
«Соглашаясь на арбитражное рассмотрение спора, эта оговорка не исключает возможности сторон обращаться за принятием обеспечительных мер в суд, который находится в соответствующей юрисдикции, или в другое учреждение, при соблюдении процедуры и других требований суда или иного учреждения» [6].
Когда говорим о компетенции арбитража применять обеспечительные меры, то возникает вопрос, связанный с правом стороны исключить право арбитража выносить решения об обеспечительных мерах. В целом почти все современные законы о международном коммерческом арбитраже предусматривают, что третейский суд может по просьбе любой стороны распорядиться о принятии какой-либо стороной таких обеспечительных мер по предмету спора, которые он считает необходимыми, если стороны не договорились о другом. Но согласно принципу автономии воли сторон, ничто не мешает сторонам договориться о том, чтобы арбитраж не имел полномочий выносить постановления об обеспечительных мерах или о том, чтобы такие решения выносились только при наличии ряда требований [5].
1 Status UNCITRAL Model Law on International Commercial Arbitration (1985), with amendments as adopted in 2006 / United Nations Commission on International Trade Law. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.uncitral.org/uncitral/en/uncitral_texts/arbitration/1985Model_arbitration_status.html.
На практике стороны очень редко исключают такое полномочие арбитража, но если в арбитражном соглашении или в арбитражной оговорке стороны четко прописывают, что арбитраж не имеет полномочий выносить постановления об обеспечительных мерах, то в таком случае единственным возможным вариантом получить обеспечительные меры является обращение в суд.
Если стороны в своем арбитражном соглашении вообще ничего не упоминают о полномочиях арбитража выносить постановления об обеспечительных мерах, это не означает, что они исключают такое полномочие арбитража. Напротив, это означает, что стороны согласились, что арбитраж будет иметь такое право через lex arbitri. Также не следует воспринимать как отказ сторон от полномочий арбитража выносить решения об обеспечительных мерах, если стороны избирают арбитражное учреждение, в регламенте которого такие полномочия четко не предусмотрены. В таком случае арбитражное соглашение рассматривается как дающее право арбитражу выносить такие решения, даже если это полномочие опущено в регламенте [12].
Кроме того, если стороны в арбитражном соглашении прописывают, что меры предосторожности должны выноситься конкретным национальным судом, это не означает, что они исключают полномочия арбитража выносить такие меры, поскольку национальный суд и арбитраж в этом вопросе имеют совместную юрисдикцию.
Следовательно, единственно возможным способом исключения полномочий арбитража выносить решения об обеспечительных мерах является четко прописанное в арбитражном соглашении или оговорке согласие сторон на исключение такого полномочия.
Следует отметить и то, что в целом считается, что обеспечительные меры в международном коммерческом арбитраже должны выполняться сторонами добровольно, следовательно, принцип воли сторон не нарушается. У арбитража нет никаких средств и методов принуждения, в отличие от государственных судов, поэтому стороны должны всегда помнить, что они добровольно обязали себя выполнять решения и определения арбитража. Более того, сторонам спора крайне не разумно не выполнять решения арбитража, разрешающего спор по существу [13]. В работе Франца Т.Шварца [19] высказывается мнение, что наибольший источник силы принуждения заключается в возможности арбитров разрешать спор между сторонами. Стороны пытаются предстать перед арбитражем как честные предприниматели, пострадавшие от нечестных действий другой стороны спора, и поэтому в большинстве своем не желают нарушать распоряжения, вынесенные теми, кого они хотели заверить в правдивости своих правовых требований.
Как уже неоднократно упоминалось выше, одним из недостатков решений об обеспечительных мерах, вынесенных арбитражем, есть проблема, связанная с их выполнением. Были попытки рассматривать определения арбитража об обеспечительных мерах не как определения, а как арбитражного решения, и в таком случае они подлежали бы процедуре признания и исполнения в соответствии с положениями Нью-Йоркской конвенции «О признании и исполнении иностранных арбитражных решений» 1958 г. [10]. Конечно, доказать, что постановление является решением, очень трудно.
Что касается формы вынесения определений об обеспечительных мерах арбитражем, то есть три основных формы, в которых могут предоставляться обеспечительные меры. Первая форма - это действующее временно определение. Их можно скорее вынести, учитывая, что нужно выполнить меньше формальностей, а также нужно меньше времени для изучения дела. Главный недостаток такой формы состоит в том, что ее невозможно выполнить принудительным порядком. Второй вариант - вынести ее в форме решения и надеяться, что оно будет исполнено. Эта форма вынесения обеспечительных мер резко критикуется учеными, ведь временные меры нельзя считать окончательным решением. Простой заменой слов «постановление» на «решение» сущность временности не изменить. Хотя некоторые ученые считают, что постановления об обеспечительных мерах можно считать решениями, ведь они окончательны в контексте того, что они имеют четко определенный предмет. Например, Регламент JAMS предусматривает, что меры предосторожности могут выноситься арбитражем в форме «частично-окончательного решения». Логично предположить, что такое положение нацелено на то, чтобы повысить вероятность выполнения определений арбитража об обеспечительных мерах, но вряд ли суды будут переиначивать цель Нью-Йоркской конвенции, применять ее для «частично-окончательных решений». Также недостатком этого метода является то, что окончательные решения не так просто упразднить, как решения. Третья форма - это объединение предыдущих двух - вынести сначала определение, а затем мотивированное решение [15]. Такой подход сочетает в себе и быстроту принятия и возможность выполнения.
Хотя есть страны, в которых постановления арбитража об обеспечительных мерах не выполнят, в какой бы форме они ни были вынесены. К примеру, невозможно признать и выполнить такие решения в Италии, поскольку в итальянском Законе «О международном коммерческом арбитраже» закреплено положение о том, что арбитраж не имеет полномочий выносить постановления об обеспечительных мерах [14].
Переходя к вопросу вынесения решений об обеспечительных мерах к формированию состава арбитража, сразу следует отметить, что ключевым вопросом является время. Поскольку в большинстве законов о коммерческом арбитраже прописано, что меры предосторожности могут выноситься только после образования состава арбитража, то у сторон есть два варианта решения этой проблемы: либо обратиться в соответствующий государственный суд, либо, если это предусмотрено регламентом избранного арбитражного учреждения, просить назначить сверхобычного арбитра. Что касается первого варианта, то суды могут не принять к рассмотрению заявления стороны о принятии обеспечительных мер, поскольку это будет считаться вмешательством в арбитражный процесс.
Ассоциация международного права с целью распространения идей Комитета по международному гражданскому и коммерческому судопроизводству среди законодателей как на национальном, так и на международном уровнях в опубликованных в 1996 году правилах о предварительных и обеспечительных мерах в международных судебных процессах (Хельсинские принципы) указала, что такие временные обеспечительные мероприятия должны выполнять две основные цели в гражданских и коммерческих судах: сохранение статуса-кво между сторонами,
ожидающими решения вопросов в ходе судебного разбирательства, и обеспечение активов, которые могут поспособствовать выполнению окончательного судебного решения. Понятно, что подобные меры нельзя рассматривать как меры, способные защитить интересы только истца: в ряде случаев они могут обеспечить также обоснованную защиту ответчика от безосновательных исков.
Помимо обеспечительных мер существует также еще одна гарантия обеспечения реализации судебного решения в рамках арбитражного процесса. Речь идет о предварительных обеспечительных мерах, регулируемых статьей 99 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее - АПК РФ), которая устанавливает правила применения этих мер - закрепляет порядок их принятия, последовательность оформления отказа в удовлетворении конкретного заявления и пр.
Если заявитель ходатайствует о том, чтобы были приняты меры, защищающие его имущественные интересы, он направляет заявление в суд по месту проживания, по месту расположения финансовых средств и других материальных ценностей, по месту нарушения своих прав. Если же имеют место корпоративные споры, заявление необходимо подать по месту расположения юридического лица [6].
Эти меры применяются в первую очередь для того, чтобы отстоять имущественные права заявителя. В качестве признака рассматриваемых мер можно назвать срочный характер, эффект неожиданности для лица, которое будет выступать ответчиком. Этот институт способствует предварительному обеспечению личностной имущественной безопасности имущества. Также он обеспечивает исполнение судебного решения по существу конкретного спора впоследствии. Но если эти меры не принимаются, предъявление иска перестает быть значимым, а исполнение судебного решения не будет представляться возможным.
Для того чтобы изучить эту проблему более тщательно, следует провести анализ встречного обеспечения, которое представляет собой условие принятия такого заявления с последующим удовлетворением его арбитражным судом.
Следует отметить, что встречное обеспечение представляет собой правовую гарантию для будущего ответчика. Это обусловлено тем, что предварительные обеспечительные меры позволяют ограничить непосредственно имущественные права, что проявляется в невозможности для будущего ответчика осуществить действия в отношении имущества или финансовых средств.
В соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ № 55 от 12.10.2006 следует принимать во внимание тот факт, что, несмотря ни на что, встречное обеспечение не может рассматриваться как отдельное основание, позволяющее применить эти меры в случае, если отсутствуют явные основания для того, чтобы применить предварительные обеспечительные меры. У арбитражного суда есть право на отказ в удовлетворении ходатайства заявителя, если отсутствует острая потребность в применении таких мер, даже если будут предоставлены доказательства встречного обеспечения [8].
За счет применения норм статьи 94 АПК РФ касательно встречного обеспечения, а также части 4 статьи 99 АПК РФ, в соответствии с разъяснениями, приведенными ВАС РФ в пункте 11 Постановления Пленума от 12.10.2006 № 55, регулируется применение встречного обеспечения при предварительных обеспечительных мерах. При этом учитывается, что нельзя рассматривать как отдельное основание применения этих мер, как и отсутствие испрашиваемых требований в заявлении, подаваемых заявителем, предоставление последним встречного обеспечения, если отсутствуют основания, позволяющие применить эти меры, закрепленные частью 2 статьи 90 АПК РФ [9].
Если предварительные меры не принимаются, или же существует значительная вероятность нанесения серьезного вреда заявителю, возникает основание для того, чтобы суд удовлетворил такое ходатайство, если заявитель докажет, что судебное решение не может быть обеспечено.
В соответствии со статьей 99 АПК РФ заявитель наделяется правом самостоятельного выбора суда. Для этого он направляет заявление с просьбой применить предварительные обеспечительные меры. Альтернативная подсудность в случае подачи заявления с требованием обеспечить имущественные интересы способствует эффективному осуществлению судебного решения впоследствии.
Необходимо сказать о том, что встречное обеспечение не следует отождествлять с императивным требованием. На это указывает часть 4 статьи 99 АПК РФ, а также пункт 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 7 июля 2004 N 78 «Об обзоре практики применения арбитражными судами предварительных обеспечительных мер». В соответствии с данным Письмом, арбитражный суд может настоять на том, чтобы заявитель предъявил документ, являющийся подтверждением встречного обеспечения [16].
На основании сказанного возможно заключить, что предварительные обеспечительные меры следует рассматривать как средство, позволяющее защитить имущественные интересы и истца, и ответчика. Этот правовой институт может быть реализован лишь в случае, если эти меры ориентированы на то, чтобы защитить исключительно имущественные интересы граждан (имеются в виду и юридические лица, и индивидуальные предприниматели). Также отметим, что разнообразные риски не могут быть сведены к минимуму, если пренебрегать встречным обеспечением^]. При этом ускорить процесс принятия заявления с требованием обеспечить имущественные интересы можно лишь, если верно установить подсудность. Это также позволит оперативно и эффективно защитить права граждан.
Исходя из вышесказанного, замечу, что для создания последовательной практики вынесения определений об обеспечительных мерах в рамках международного коммерческого арбитража необходимо определить четкие критерии для вынесения таких определений на уровне принципов права. Благодаря признанию одинаковых принципов вынесения определений об обеспечительных мерах, единичных условий для их вынесения стороны арбитражного процесса будут иметь уверенность в том, что при соответствующих обстоятельствах арбитражный суд обязан по запросу стороны постановить определение об обеспечительных мерах.
Библиогра фия:
1. Андреев Д.А. Взаимодействие третейских и государственных судов по вопросам обеспечительных мер // Вестник Арбитражного суда Московского округа. 2020. № 1. С. 44-53.
2. Антонов В.А., Трофимова М.С. Актуальные вопросы применения отдельных обеспечительных мер в гражданском и арбитражном процессах // Юридическое образование и наука. 2019. № 10. С. 21 -27.
3. Башилов Б.И. Процессуальные особенности доказывания оснований принятия обеспечительных мер по корпоративным спорам // Пробелы в российском законодательстве. Юридический журнал. 2018. № 4. С. 406-409.
4. Дибляк Д.А. О вопросе применения предварительных обеспечительных мер в арбитражном процессе // Инновации. Наука. Образование. 2021. № 34. С. 537-542.
5. Лебедев С.Н. Международный коммерческий арбитраж и обеспечительные меры // Московский журнал международного права. 2021. № 1. С.60-
68.
6. Макарычев А.А. Правовое регулирование института обеспечения в праве зарубежных стран, общее и различное // Актуальные вопросы юриспруденции. 2021. № 5. С. 262-265.
7. Манько Е.А. Требования, предъявляемые для встреченного обеспечения при принятии обеспечительных мер по корпоративным спорам в арбитражном процессе РФ // Юридическая наука в XXI веке: актуальные проблемы и перспективы их решений. 2020. № 3. С. 44-46.
8. Пименова С.Д. Обеспечительные меры в практике Международного Суда ООН // Международное правосудие. 2020. № 2. С. 88-102.
9. Рябова О.А. О некоторых особенностях института обеспечительных мер в арбитражном процессе // Modern Science. 2020. № 12. С. 334-336.
10. Тихонова В.А. Проблемы применения обеспечительных мер в гражданском процессе // Modern Science. 2020. № 5. С. 423-426.
11. Фомин В.Ю. О необходимости экспертного познания обеспечительных мер в праве // Юридическая техника. 2022. № 16. С. 372-374.
12. Фомин В.Ю. О понятии обеспечительных мер в праве // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. 2022. № 1. С. 195-200.
13. Шереметьева А.К., Лончакова Д.В. Юридическая сущность категории «обеспечительные меры» // Материалы III Всероссийского научно-практического конкурса молодых ученых, аспирантов и студентов, посвященного памяти проф. А.П. Лончакова. Инновационное развитие современной юридической науки. 2019. С. 147-153.
14. Ширяева А.И., Латышева М.В. Реализация института встречного обеспечения в процессуальном законодательстве Российской Федерации: теория и практика // Синергия Наук. 2018. № 30. С. 1101-1107.
15. Berg Janvanden Albert. Interim Measuresby Arbitrators: Report. International Arbitration 2006: Back to Basics? / Kaj Hober. The Hague, 2007. 735 р.
16. Berg Janvanden Albert. The Art of Interim Measures: Comment. International Arbitration 2006: Back to Basics? The Hague, 2007. 764 р.
17. Franz T. Schwarz. Conservatory and Provisional Measures in International Arbitration. ICC Publication. 1993. № 519.
18. Колиева А.Э. О проблемах регулирования института исполнения обязательств // Право и практика. 2015. № 2. С. 93-98.
References:
1. Andreev D.A. Interaction of arbitration and state courts on issues of interim measures // Bulletin of the Arbitration Court of the Moscow District. 2020. No. 1. pp. 44-53.
2. Antonov V.A., Trofimova M.S. Topical issues of the application of certain interim measures in civil and arbitration proceedings // Legal education and science. 2019. No. 10. pp. 21-27.
3. Bashilov B.I. Procedural features of proving the grounds for taking interim measures in corporate disputes // Gaps in Russian legislation. Law journal. 2018. No. 4. pp.
406-409.
4. Diblyak D.A. On the issue of the application of preliminary interim measures in the arbitration process // Innovations. The science. Education. 2021. No. 34. pp. 537542.
5. Lebedev S.N. International commercial arbitration and interim measures // Moscow Journal of International Law. 2021. No. 1. pp.60-68.
6. Makarychev A.A. Legal regulation of the institute of security in the law of foreign countries, general and various // Topical issues of jurisprudence. 2021. No. 5. pp.
262-265.
7. Manko E.A. The requirements for the met security when taking interim measures on corporate disputes in the arbitration process of the Russian Federation // Legal science in the XXI century: actual problems and prospects of their solutions. 2020. No. 3. pp. 44-46.
8. Pimenova S.D. Interim measures in the practice of the International Court of Justice of the United Nations // International Justice. 2020. No. 2. pp. 88-102.
9. Ryabova O.A. On some features of the institute of interim measures in the arbitration process // Modern Science. 2020. No. 12. pp. 334-336.
10. Tikhonova V.A. Problems of application of interim measures in civil proceedings // Modern Science. 2020. No. 5. pp. 423-426.
11. Fomin V.Yu. On the need for expert knowledge of interim measures in law // Legal technique. 2022. No. 16. pp. 372-374.
12. Fomin V.Yu. On the concept of interim measures in law // Legal Science and practice: Bulletin of the Nizhny Novgorod Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2022. No. 1. pp. 195-200.
13. Sheremetyeva A.K., Lonchakova D.V. The legal essence of the category "interim measures" // Materials of the III All-Russian scientific and practical competition of young scientists, postgraduates and students dedicated to the memory of Prof. A.P. Lonchakov. Innovative development of modern legal science. 2019. pp. 147-153.
14. Shiryaeva A.I., Latysheva M.V. Implementation of the institute of counter-provision in the procedural legislation of the Russian Federation: theory and practice // Synergy of Sciences. 2018. No. 30. pp. 1101-1107.
15. Berg Janvanden Albert. Interim Measuresby Arbitrators: Report. International Arbitration 2006: Back to Basics? / Kaj Hober. T he Hague, 2007. 735 p.
16. Berg Janvanden Albert. The Art of Interim Measures: Comment. International Arbitration 2006: Back to Basics? The Hague, 2007. 764 p.
17. Franz T. Schwarz. Conservatory and Provisional Measures in International Arbitration. ICC Publication. 1993. No. 519.
18. Kolieva A.E. On the problems of regulation of the institution of fulfillment of obligations // Pravo i praktika. 2015. No. 2. pp. 93-98.
DOI 10.47643/1815-1329_2023_3_89
ИНДИВИДУАЛЬНЫЙ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ КАК РАЗНОВИДНОСТЬ СУБЪЕКТОВ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВООТНОШЕНИЙ
INDIVIDUAL ENTREPRENEUR AS A KIND OF SUBJECTS OF CIVIL LEGAL RELATIONS
АЙВАЗЯН Саргис Акопович,
старший преподаватель,
Национальный исследовательский «Московский государственный строительный университет» НИУ «МГСУ». 129337,Россия, г. Москва, Ярославское шоссе, 26. E-mail: a-sarkis@mail.ru;
AYVAZYAN Sargis Akopovich,
Senior Lecturer, National Research "Moscow State University of Civil Engineering" NRU "MGSU". 129337, Russia, Moscow, Yaroslavskoe highway, 26. E-mail: a-sarkis@mail.ru
Краткая аннотация: в работе рассмотрена правосубъектность индивидуального предпринимательства как обособленного субъекта гражданских правоотношений. Перечислены признаки и особенности индивидуального предпринимательства как отдельного теоретического лица в гражданских правоотношениях. В статье обосновывается, что индивидуальные предприниматели, регистрируя себя в соответствующих государственных органах, получают тот статус, зарождают того самого теоретического лица, у которого есть свой специальный номер (ОГРНИП). В работе анализируются особые административные и гражданские ответственности индивидуальных предпринимателей, а также отличия ответственности индивидуальных предпринимателей от физических лиц.
Abstract: the article considers the legal personality of individual entrepreneurship as a separate subject of civil legal relations. The features and characteristics of individual entrepreneurship as a separate theoretical person in civil legal relations are listed. The article substantiates that individual entrepreneurs, registering themselves in the corresponding state bodies, obtain the status, engender the very theoretical person who has his own special number (OGRNIP). In this work we analyze the special administrative and civil responsibility of individual entrepreneurs, as well as the differences between the responsibility of individual entrepreneurs and physical persons.
Ключевые слова: индивидуальное предпринимательство; признаки предпринимательской деятельности; особенности предпринимательской деятельности; административная ответственность индивидуальных предпринимателей; презумпция виновности индивидуальных предпринимателей.
Keywords: individual entrepreneurship; signs of entrepreneurial activity; peculiarities of entrepreneurial activity; administrative responsibility of individual entrepreneurs; presumption of guilt of individual entrepreneurs.
Для цитирования: Айвазян С.А. Индивидуальный предприниматель как разновидность субъектов гражданских правоотношений // Аграрное и земельное право. 2023. № 3(219). С. 89-92. http://doi.org/10.47643/1815-1329_2023_3_89.
For citation: Ayvazyan S.A. Individual entrepreneur as a kind of subjects of civil legal relations // Agrarian and Land Law. 2023. No. 3(219). pp. 89-92. http://doi.org/10.47643/1815-1329_2023_3_89.
Статья поступила в редакцию: 05.03.2023
Правовой статус индивидуального предпринимательства носит актуальный и важнейший характер в современной России. Актуальность темы исследования заключается в том, что в законодательстве статус индивидуального предпринимательства носит двойственный характер. Двойственный характер индивидуального предпринимательства заключается в том, что с одной стороны, индивидуальное предпринимательство, аналогично юридическому лицу, подлежит к государственной регистрации в соответствующем органе государственной власти, а с другой стороны, индивидуальным предпринимательством может заниматься только дееспособное физическое лицо.
В науке гражданского права существует правовой институт - гражданские правоотношения. Элементами гражданских правоотношений являются: субъекты гражданских правоотношений, объекты гражданских правоотношений, содержание гражданских правоотношений.
В юридической литературе, а в частности, в цивилистической, принято классифицировать субъекты гражданских правоотношений на следующие:
A) физические лица;
Б) юридические лица;
B) публично-правовые образования (Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования).
В цивилистике большинство ученных придерживаются к той точке зрения, что индивидуальный предприниматель - это продолжение правосубъектности гражданина (физического лица) как субъекта гражданских правоотношений.
Следует подчеркнуть, что в связи с развитием экономических отношений, а также с развитием законодательства в гражданских правоотношениях могут возникнуть новые субъекты. Гипотезой настоящего исследования и является - обособления индивидуального предпринимательства, как разновидность субъектов гражданских правоотношений.
Исходя из вышесказанного следует, что предметом настоящего исследования является тематика: «Индивидуальный предприниматель, как обособленный субъект гражданских правоотношений».
Свобода предпринимательской деятельности носит естественный характер. Такая конституционная свобода закреплена в ч. 1 ст. 34 Конституции Российской Федерации: «Каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности». [1] Цитированная норма носит общеправовой характер. Основной вопрос правового регулирования предпринимательской деятельности «находится» под юрисдикциями Гражданского кодекса Российской Федера-
ции и Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».
Возникает справедливый вопрос: «Почему индивидуальный предприниматель, с настоящей исследуемой точки зрения, является разновидностью субъектов гражданских правоотношений»?
Можно ли индивидуального предпринимателя выделить как разновидность физических лиц, и нуждается ли этот список в дополнении?
Е.А. Суханов классифицирует физических лиц (граждане Российской Федерации, иностранцы, лица без гражданства). [2, С. 104] Такой же подход у действующего законодательства, т.е. у индивидуального предпринимателя нет самостоятельной правосубъектности.
Исследовав вопрос «индивидуальный предприниматель как отдельная разновидность субъектов гражданского правоотношения» следует фиксировать исследуемую научную точку зрения, что индивидуальный предприниматель является обособленным субъектом гражданского правоотношения, что будет аргументировано в настоящей статье.
Для весомых аргументов следует перечислить признаки, а в некоторых случаях, особенности индивидуального предпринимателя:
1. Ст. 23 Гражданского кодекса Российской Федерации гласит, что «Гражданин вправе заниматься предпринимательской дея-
тельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя». [ 3]
А что понимается под предпринимательством, содержится в статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации: «Гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг». При этом «Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации».
Таким образом, абз. 3 ч. 1 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации в определении выделяет общие признаки предпринимательской деятельности:
- Самостоятельная деятельность;
- Рисковая деятельность;
- Систематическое получение прибыли;
- Обязательная государственная регистрация в качестве предпринимателя в установленном законом порядке. [3]
Резюмируя первый признак настоящего исследования, фундаментальным, наиважнейшим признаком, выступает обязательная государственная регистрация. Вопрос порядка государственной регистрации индивидуальных предпринимателей регулируется Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».
Полномочия государственной регистрации индивидуальных предпринимателей переданы Федеральной налоговой службе Российской Федерации. [4] Для регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя необходимо подать пакет документов непосредственно в регистрирующий орган или с помощью других «учреждений».
Государственная регистрация осуществляется налоговым органом в течение трех рабочих дней со дня представления в регистрирующий орган соответствующих документов.
Физическое лицо вправе подавать заявление и комплект документов в налоговую службу:
A. Почтовым отправлением с объявленной ценностью при его пересылке с описью вложения;
Б. С помощью многофункционального центра предоставления государственных и муниципальных услуг;
B. В форме электронных документов, подписанных усиленной квалифицированной электронной подписью.
На основании анализируемого признака, следует, что физическое лицо регистрирует себя в качестве предпринимателя, т.е. получает новый статус правосубъектности или праводееспособности. Указанный признак - это как зарождение нового теоретического лица.
В тоже время, в первом признаке следует выделить ещё одно обоснование, например, тогда, когда физическое лицо рождается, то данное событие подлежит государственной регистрации, согласно, ч. 2 ст. 3 Федерального закона от 15.11.1997 № 143-Ф3 «Об актах гражданского состояния». На основании указанного закона «государственной регистрации подлежат акты гражданского состояния: рождение, заключение брака, расторжение брака, усыновление (удочерение), установление отцовства, перемена имени и смерть». [5]
На основании ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 15.11.1997 № 143-Ф3 «Об актах гражданского состояния» «Родители (один из родителей) заявляют о рождении ребенка устно или в письменной форме в орган записи актов гражданского состояния или многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг, на который возложены полномочия в соответствии с пунктом 2.2 статьи 4 настоящего Федерального закона, либо направляют заявление о рождении ребенка в форме электронного документа через единый портал государственных и муниципальных услуг и региональные порталы государственных и муниципальных услуг. Заявление о рождении ребенка, которое направляется в форме электронного документа, подписывается простой электронной подписью заявителя». [5]
В результате исследования первого признака следует вывод, что регистрация физического лица подлежит в начале своей жизненной деятельности с помощью законных представителей, а индивидуальное предпринимательство - это создание нового теоретического осознанного лица, регистрация которого осуществляется в большинстве случаев самим лицом с момента получения дееспособности.
При этом следует добавить, что гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без регистрации, не вправе ссылаться в отношении заключенных им сделок на то, что он не является предпринимателем. Суд может применить к таким сделкам правила ГК РФ
об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. [6, С. 67]
2. Следующей особенностью индивидуального предпринимательства является то, что при государственной регистрации налоговая служба присваивает ОГРНИП и эти сведения вносит в единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей (ЕГРНИП).[7] Представим такую теоретическую «картину», которая является одновременно и практической, и её опишем пошагово (поэтапно).
1) Физическое лицо зарегистрировало себя в качестве индивидуального предпринимателя (в этом случае ИФНС присваивает ОРНИП) и осуществляло профессиональную «деятельность легкового такси и арендованных легковых автомобилей с водителем» в течение шести месяцев, а потом приняло решение «о прекращении физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя». При прекращении физическим лицом предпринимательской деятельности, оно подает соответствующее заявление в ИФНС. В результате, в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей появляются сведения о прекращении деятельности. 2) Это же самое физическое лицо спустя один год с момента закрытия индивидуального предпринимательства, которое действовало в течение шести месяцев, принимает решение вновь заниматься предпринимательской деятельностью. В этом случае, физическому лицу необходимо заново подавать «заявление о государственной регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя», [8] и в этом случае ИФНС присваивает новый номер ОГРНИП, т.е. данный юридический факт можно прировнять к зарождению нового теоретического лица.
3. Согласно прим. ст. 2.4. КоАП РФ «Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, совершившие административные правонарушения, несут административную ответственность как должностные лица, если настоящим Кодексом не установлено иное». Например, согласно постановлению Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.08.2021 № 09АП-24858/2021 по делу № А40-6100/2021 индивидуальный предприниматель Голощапов Д.С. был привлечен к административной ответственности как должностное лицо по ч. 1 ст. 11.14.1 КоАП РФ за отсутствие в салоне легкового такси информации, предусмотренной Правилами перевозок пассажиров и багажа автомобильным транспортом и городским наземным электрическим транспортом, и назначено было наказание в виде штрафа в размере 10 000 руб. [9] В тоже время следует добавить, что в законодательстве существуют еще другие юридические коллизии [Ошибка! Источник ссылки не найден.10], например, согласно прим. ст. 14.1.2. КоАП РФ «За административные правонарушения, предусмотренные настоящей статьей, лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, несут административную ответственность как юридические лица».
Таким образом, резюмируя вышесказанное, индивидуальный предприниматель несет иную ответственность согласно КоАП РФ, чем простое физическое лицо за нарушение своих обязанностей. Индивидуальный предприниматель несет профессиональную ответственность как субъект предпринимательского права. Публично-правовая ответственность индивидуального предпринимателя совершенно иная, чем у физического лица.
4. Арсланов К.М. пишет, что «предпринимательская деятельность граждан, осуществляемая без образования юридического лица, приравнивается к деятельности коммерческих юридических организаций». [11, С. 125] Данная точка зрения подтверждается в п. 3 ст. 23 Гражданского кодекса Российской Федерации, где зафиксирована норма: «к предпринимательской деятельности граждан, осуществляемой без образования юридического лица, применяются правила гражданского законодательства, регулирующие деятельность юридических лиц, а именно коммерческих».
5. Исходя из этого, а также согласно ч. 3 ст. 401 ГК РФ следующей особенностью является то, что на индивидуальных предпринимателей в гражданских правоотношениях распространяется принцип «презумпция виновности», т.е. они несут гражданско-правовую ответственность за нарушение обязательств даже при отсутствии вины.
6. Индивидуальный предприниматель имеет отдельные права и обязанности, не присущие иным физическим лицами, ярким примером особых прав и обязанностей является «участие в судопроизводстве». Индивидуальные предприниматели в судопроизводстве участвуют как профессионалы, т.е. они выступают как отдельные субъекты предпринимательского права, что подтверждает подсудность и подведомственность. В большинстве случаев, при принятии участия в судопроизводстве с юридическими лицами или публично-правовыми образованиями, или с другими индивидуальными предпринимателями, индивидуальный предприниматель может выступить истцом или ответчиком в арбитражных судах Российской Федерации. Указанный аргумент подтверждает ч. 2 ст. 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где «сказано»: «Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке...»
7. В тоже время, следует зафиксировать еще одну из нескольких особенностей. Индивидуальный предприниматель, согласно налоговому законодательству должен вести учет доходов и расходов и хозяйственных операций в специальной Книге учета, [12, С. 97] в результате подавать ежеквартальные или ежегодные декларации. Кроме названной особенности, в налоговом законодательстве существует большой список особенностей и признаков, обособляющих индивидуальных предпринимателей от физических и юридических лиц.
Таким образом, следует определить научно-законодательное понятие индивидуального предпринимательства. Индивидуальный предприниматель - это обособленное правосубъектное физическое лицо, зарегистрированное в качестве теоретического лица в установленном порядке и осуществляющее предпринимательскую деятельность без образования юридического лица.
Библиогра фия:
1. «Конституция Российской Федерации» (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // Российская газета от 25 декабря 1993 г. № 237;
2. Гражданское право : учебник : в 4 т. / отв. ред. д-р юрид. наук., проф. Е. А. Суханов. - 3-е изд., перераб. и доп. - М.: Статут, 2023;
3. «Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)» от 30.11.1994 № 51-ФЗ // «Собрание законодательства РФ», 05.12.1994, № 32, ст.
3301;
4. Постановление Правительства РФ от 30.09.2004 № 506 «Об утверждении Положения о Федеральной налоговой службе» // «Собрание законодательства РФ», 04.10.2004, № 40, ст. 3961;
5. Федерального закона от 15.11.1997 № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» // «Российская газета», № 224, 20.11.1997;
6. Гражданское право: учебник. Т. I / Под ред. д-ра юрид. наук, проф. О. Н. Садикова. - М.: Юридическая фирма «КОНТРАК»: ИНФРА-М, 2010. -
493 с.;
7. Приказ Минфина России от 30.10.2017 № 165н «Об утверждении Порядка ведения Единого государственного реестра юридических лиц и Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, внесения исправлений в сведения, включенные в записи Единого государственного реестра юридических лиц и Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей на электронных носителях, не соответствующие сведениям, содержащимся в документах, на основании которых внесены такие записи (исправление технической ошибки), и о признании утратившим силу приказа Министерства финансов Российской Федерации от 18 февраля 2015 г. № 25н» (Зарегистрировано в Минюсте России 16.01.2018 № 49645) // Официальный интернет-портал правовой информации http://www.pravo.gov.ru, 17.01.2018;
8. Приказ ФНС России от 31.08.2020 N ЕД-7-14/617@ «Об утверждении форм и требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган при государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств» (Зарегистрировано в Минюсте России 15.09.2020 № 59872) // Официальный интернет-портал правовой информации http://pravo.gov.ru, 16.09.2020;
9. Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.08.2021 № 09АП-24858/2021 по делу № А40-6100/2021;
10. [Электронный ресурс] URL: https://cyberleninka.rU/article/n/administrativnaya-otvetstvennost-individualnyh-predprinimateley-yuridicheskie-kollizii-i-oshibki (дата обращения: 11.02.2023);
11. Гражданское право : учебник : в 3 т. Т. 1 / под ред. А.П. Сергеева. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Проспект, 2022. - 1040 с.;
12. Гражданское право : учебник : в 2 т. Т. 1 / И. З. Аюшеева, Е. Е. Богданова, Б. А. Булаевский [и др.]; под ред. Е. Е. Богдановой. - М.: Проспект,
2020.
References:
1. "The Constitution of the Russian Federation" (adopted by popular vote on 12.12.1993 with amendments approved during the All-Russian vote on 01.07.2020) // Rossiyskaya Gazeta No. 237 of December 25, 1993;
2. Civil law: textbook : in 4 volumes / ed. Dr. jurid. Sciences., prof. E. A. Sukhanov. - 3rd ed., reprint. and add. - M.: Statute, 2023;
3. "Civil Code of the Russian Federation (part one)" dated 30.11.1994 No. 51-FZ // "Collection of Legislation of the Russian Federation", 05.12.1994, No. 32, Article
3301;
4. Resolution of the Government of the Russian Federation of 30.09.2004 No. 506 "On approval of the Regulations on the Federal Tax Service" // "Assembly of Legislators of the Russian Federation", 04.10.2004, No. 40, Article 3961;
5. Federal Law No. 143-FZ of 15.11.1997 "On Acts of civil status" // Rossiyskaya Gazeta, No. 224, 20.11.1997;
6. Civil law: textbook. Vol. I / Edited by Dr. Yurid. Sciences, prof. O. N. Sadikova. - M.: KONTRAK Law Firm: INFRA-M, 2010. - 493 p.;
7. Order of the Ministry of Finance of the Russian Federation No. 165n dated 30.10.2017 "On Approval of the Procedure for Maintaining the Unified State Register of Legal Entities and the Unified State Register of Individual Entrepreneurs, Making Corrections to the Information Included in the Records of the Unified State Register of Legal Entities and the Unified State Register of Individual Entrepreneurs on Electronic Media that do not correspond to the information contained in the documents Based on which the following entries have been made (correction of a technical error), and on the invalidation of the Order of the Ministry of Finance of the Russian Federation No. 25n dated February 18, 2015" (Registered with the Ministry of Justice of the Russian Federation No. 49645 on 16.01.2018) // Official Internet Portal of Legal Information http://www.pravo.gov.ru , 17.01.2018;
8. Order of the Federal Tax Service of Russia dated 31.08.2020 N ED-7-14/617@ "On approval of forms and requirements for registration of documents submitted to the Registration Authority for State Registration of Legal Entities, Individual entrepreneurs and peasant (farmer) farms" (Registered with the Ministry of Justice of Russia on 15.09.2020 No. 59872) // Official Internet-legal information portal http://pravo.gov.ru , 09/16/2020;
9. Resolution of the Ninth Arbitration Court of Appeal of 03.08.2021 No. 09AP-24858/2021 in case No. A40-6100/2021;
10. [Electronic resource] URL: https://cyberleninka.ru/article/n/administrativnaya-otvetstvennost-individualnyh-predprinimateley-yuridicheskie-kollizii-i-oshibki (date of address: 02/11/2023);
11. Civil law : textbook : in 3 vols. Vol. 1 / edited by A.P. Sergeev. - 2nd ed., reprint. and additional. - M.: Prospect, 2022. - 1040 p.;
12. Civil law : textbook : in 2 vol. t. 1 / I. Z. Ayusheeva, E. E. Bogdanova, B. A. Bulaevsky [et al.]; edited by E. E. Bogdanova. - M.: Prospect, 2020.