Попытки реформирования нереформируемого _
Как изменить Академию наук и вписать ее в контекст будущей жизни России?
Безрезультатность попыток создать новую эффективную систему академической науки автор связывает с сохранением всех принципов и пороков сталинской модели. По его мнению, реформирование РАН возможно не раньше того момента, когда начнется реальная модернизация.
Ключевые слова: академическая наука, прикладные исследования, реформирование, экономический рост, инновации
Попытки реформирования нереформируемого
Д.А. ФОМИН, кандидат экономических наук, Новосибирский государственный технический университет. E-mail: fomin-nsk@yandex.ru
Время и место, которые сформировали Академию наук СССР, определили ее облик. Она возникла в период обостренной классовой и идеологической борьбы между сторонниками традиционного общества и приверженцами модернизации. Академия наук принадлежала отсталой стране, находившейся во враждебном мировом окружении. Это был период истории, когда одна мировая война уже закончилась, а вторая еще не началась. Академия решала задачи выживания за счет задач развития. В ней доминировало конечное над начальным, прикладное - над фундаментальным, практическое - над теоретическим, тактическое - над стратегическим, сиюминутное -над вечным. Это была мобилизационная Академия, построенная на страхе и лести, репрессиях и поощрениях, эксплуатации и подвижничестве.
Тем не менее Академия наук (как бы к ней ни относиться) выполнила свою функцию. Сверхнапряжение человеческих ресурсов дало результаты, о которых говорят данные и которыми пользуются до сих пор. Но любое сверхнапряжение не могло быть вечным. Оно не может быть даже продолжительным. Заканчивается все, рано или поздно.
Шансы и попытки
Важные изменения в действующих типах социальной организации происходят примерно через 25-30 лет. Если точкой
ЭКО. - 2011. - №4
_ ДА ФОМИН
начального отсчета взять 1929 г., год начала «советизации» Академии, то на рубеже середины - конца 50-х годов мобилизационная модель должна была исчерпать свой ресурс.
Причины, по которым была сформирована мобилизационная академическая наука, со временем потеряли свою актуальность. Идеологическое противостояние Академии наук и государства было уже невозможно к началу 40-х годов. В 1939 г. в штате Академии было 131 действительных члена, из них свыше 90% начинали свою научную карьеру в царской России. Но при этом больше половины академиков пребывали в звании менее 5 лет. Число академиков со стажем менее 10 лет (то есть выбранных после 1929 г.) превышает 70%1. Избранные при советской власти академики не могли не понимать, кому и чему они обязаны.
Для преодоления второй причины, связанной с концентрацией академических усилий на создании индустрии и военного оружия, потребовалось гораздо больше времени. Но и эта задача к середине 50-х годов была решена. К этому времени СССР уже обладал развитой индустрией и одним из лучших в мире военно-промышленных комплексов. Конечным академическим усилием стало создание водородной бомбы. После ее успешных испытаний в августе 1953 г. непосредственное участие Академии наук СССР в решении практических задач перестало быть необходимостью.
Причин уже не было. Но очень ярко высветились пороки, без которых мобилизационная Академия существовать не могла. Прежде всего, идеологическое засилье привело к резкой деградации общественных отраслей науки2. Это совсем не означает, что в общественных науках перестали появляться хорошие работы. Но их авторы были вытеснены на периферию научной жизни, не имели высокого академического и административного авторитета.
Не меньший вред приносил и государственный характер управления, несовместимый с принципами развития Академии, предполагающими публичный характер деятельности ее
1 Рассчитано по: Культурное строительство СССР. Стат. сб. /Под ред. Старовского В.Н. - М.-Л.: Госполитиздат, 1940. - С. 241.
2 Достаточно подробно на примере экономической науки этот процесс описан в: Фомин Д.А. Политическая экономия: панегирик вместо эпитафии? // ЭКО. - 2006. - № 7.
Попытки реформирования нереформируемого
членов, открытость и доступность результатов деятельности, независимость суждений. Вопиющее противоречие между формальными предписаниями Устава Академии наук и неформальными практиками было источником деморализации академического сообщества. Академическая система была построена на компромиссе - хрупком психологическом, часто нарушаемом балансе между человеческой нравственностью и служебным долгом.
Еще одна острая проблема, обозначившаяся на рубеже 50-х годов - несоответствие между квалификацией выпускников вузов и уровнем развития науки и техники. Свою роль здесь сыграли оторванность лучших ученых от учебного процесса и практически полное уничтожение научной компоненты в вузах. Это, в частности, привело к созданию в 1951 г. знаменитого Московского физико-технического института (Физтеха). По замыслам его создателей, Физтех должен был управляться советом директоров академических институтов, а не государственным органом (министерством). Появление Физтеха явилось результатом противоречия между потребностью в специалистах, способных производить самые современные виды техники и вооружения, и консервативной образовательной системой. Вот как описывает историю создания Физтеха один из его выпускников.
«Фактически же Физтех был классическим примером внесистемного органа - традиционного инструмента российского государства, призванного оперативно решать проблемы, непосильные для громоздкой и медлительной бюрократической машины. Из той же серии, например, что и какая-нибудь Администрация президента, дублирующая своими функциями работу штатных министерств. Насущные оборонные нужды требовали более современных и гибких умов специалистов, чем успевали подготовить для них всевозможные "политехи", "бауманка" и так далее»3.
Несомненный успех новой учебной формы был ограничен высокотехнологичным сектором советской науки и промышленности. Массовых попыток тиражирования этого опыта не было, и быть не могло. А отдельные попытки (например, этот опыт был использован при организации Новосибирского государственного университета) мало что дали. Сама система академической организации науки не допускала возможностей подобного рода клонирования.
3 Усыкин Л. Физтех четверть века назад //Неприкосновенный запас. -2007.- №2.- С. 231.
ДА ФОМИН
Наконец, к середине 50-х годов очень резко обозначился структурный перекос научных приоритетов. Ориентация Академии наук на прикладные исследования вела к деградации фундаментальных, без которых не могли быть решены важнейшие практические проблемы. Один из первых тему соотношения науки и практики поднял П.Л. Капица в письме к Н.С. Хрущеву в апреле 1954 г.
«Принято считать, что главная задача науки - это разрешать насущные трудности, стоящие перед нашим хозяйством. Конечно, наука должна это делать, но это не главное... Передовая наука не идет на поводу у практики, а сама создает новые направления в развитии культуры и этим меняет уклад нашей жизни»4.
Потребность в реформах во второй половине 50-х годов была настолько очевидной, что академическое сообщество и государство не могли ее проигнорировать. По мнению К.В. Иванова, основными инициаторами реформы явились физики и представители биологической науки - противники «мичуринской биологии»5.
Особую роль в преобразовании Академии наук сыграла группа физиков-ядерщиков во главе с И. В. Курчатовым. К середине 50-х годов физики-ядерщики завершили свои работы по созданию ядерной и водородной бомбы и вернулись с «объектов» в академические институты. Они были заинтересованы в наращивании объемов фундаментальных работ, расширении контактов с зарубежными коллегами и снятием ограничений, часто надуманных, на публикацию результатов деятельности. Их амбиции подкреплялись высоким общественным авторитетом, вхождением в высшие эшелоны власти, независимостью в решении научных вопросов от Академии наук и ее идеологического руководства. Желания физиков демократизировать науку и вернуть ее подлинный характер встретили сопротивление представителей отделений общественных и технических наук. Конфликт в академической среде был неизбежен.
Достаточно подробно суть реформирования Академии наук СССР в конце 50-х годов раскрыта в упоминавшейся работе К.В. Иванова. Очень кратко это можно представить так. После
4 Капица ПЛ. Письма о науке. - М.: Московский рабочий, 1989. - С. 305.
5 Иванов К.В. Наука после Сталина: реформа академии 1954-1961 гг. // Науковедение. - 2000. - № 1.
Попытки реформирования нереформируемого _
письма П.Л. Капицы в апреле 1954 г. Н.С. Хрущеву в Академии наук создается несколько комиссий, цель которых заключается в проверке деятельности отделений Академии и обосновании изменений в системе управления наукой. Одна из этих комиссий, под руководством академика И.В. Курчатова, в июне 1954 г. пришла к выводам о том, что советские исследования в ядерной физике отстают от американских, и причиной отставания следует считать недостаточное внимание решению теоретических проблем.
П.Л. Капица в 1956 г. публично на собрании актива Академии наук озвучил предложения, связанные с переводом Академии наук на фундаментальные исследования и организационное отделение от Академии прикладного сектора.
«Может быть, в дальнейшем, по мере роста нашей промышленности, нужно вообще упразднить в Академии целый ряд областей науки и передать их в разные отрасли промышленности? Тогда примерно через 20-30 лет вообще от Академии мало что останется. А зато наука в промышленности будет расти и она будет очень близка к практике... Весь вопрос в том, что нужно четко определить главные задачи Академии: что должны делать коллективы ученых в Академии и что не может выполняться научными учреждениями в промышленности. Нужно эти задачи четко определить и развивать. И не отвлекать Академию от этих задач, чтобы она эффективно работала. При этом все, что можно передать в промышленность, нужно изъять из Академии наук»6.
Предложения физиков-ядерщиков и академика П.Л. Капицы легли в основу секретной записки, которую направили в Центральный комитет партии президент Академии наук СССР Н.А. Несмеянов, председатель государственного комитета по новой технике В.А. Малышев и министр образования СССР В.П. Елютин. В записке авторы предложили фундаментальные исследования сосредоточить в Академии наук и крупных вузах, а прикладные - перенести в отраслевые НИИ, специальные вузовские кафедры и заводские лаборатории.
В начале 1956 г., выступая на XX съезде КПСС, Н.А. Несмеянов заявил, что Академия наук СССР не должна заниматься такими тривиальными исследованиями, как разработка конструкций автоматических дверей для ресторана «Прага» или изобретением новых видов стали для перьевых ручек.
В конце концов позицию Академии удалось донести до высших государственных лиц. В июне 1959 г. на Пленуме ЦК
6 Капица ПЛ. Эксперимент. Теория. Практика. - М.: Наука, 1981. -С. 178-179.
Д.А. ФОМИН
КПСС, посвященном ускорению научно-технического прогресса, Н.С. Хрущев призвал убрать из Академии наук ряд прикладных институтов.
«Думаю, что создалось трудное положение в некоторых научных учреждениях Академии наук. Со мною отдельные ученые могут не согласиться, но я считаю, что неразумно, когда в Академию наук включили вопросы металлургии, угольной промышленности. Ведь раньше в Академии наук не было этих отраслей.
Лучше пойти по другому пути. Давайте создавать лаборатории при заводах, при фабриках, создавать институты и другие научные центры при совнархозах, куда наряду с опытными, известными учеными выдвигать больше молодежи.»7.
В апреле 1961 г. было принято постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР о реорганизации Академии наук. Как отмечает К.В. Иванов, всего из состава Академии было выведено около 50 институтов и 7 филиалов, принадлежавших, в основном, Отделению технических наук. Число сотрудников этих организаций составило более 20 тыс. человек. Постановление лишило Академию около половины институтов и около трети сотрудников. Наконец, в том же году упразднено Отделение технических наук.
Реформирование Академии наук в конце 50-х - начале 60-х дало некоторый положительный эффект. Он выразился, прежде всего, в ослаблении внутреннего академического идеологического воздействия. Ученые Отделения общественных наук впредь не вмешивались в деятельность представителей естественных наук. Серьезный урон понесла прикладная академическая деятельность. В этот период времени произошла реабилитация генетики, был подорван авторитет практической агробиологии. Тем не менее основных целей реформа не достигла.
Прежде всего, Академии не удалось освободиться от государственного и идеологического воздействия. Государство по-прежнему активно вмешивалось в ее деятельность, а различные академические группировки использовали его в качестве внешней силы для реализации своих узких интересов в научном сообществе. Как и раньше, идеология доминировала в истории, философии, экономике, праве.
Руководство Академии в вопросах реформирования проявило крайнюю осторожность. По всей видимости, для
7 Цит. по: Иванов К.В. Наука после Сталина. - С. 204.
Попытки реформирования нереформируемого
деидеологизации и десоветизации Академии наук в тот период времени не было политических предпосылок.
Не удалось решить проблемы кадрового обеспечения и найти организационные формы соединения академической науки и вузов.
Наконец, Академии наук так и не удалось освободиться от прикладных исследований и исследователей. Уже в 1963 г. на базе реорганизованного Отделения технических наук были созданы Отделение физико-технических проблем энергетики и Отделение механики и процессов управления8.
Однако на этом реформаторский потенциал не был исчерпан. Автором еще одной инициативы был один из лучших организаторов советской науки академик М.А. Лаврентьев, а ее результатом стала организация в конце 50-х годов Сибирского отделения Академии наук. Сибирская наука и ее центр в лице новосибирского Академгородка - это последняя отчаянная попытка технократической академической элиты адаптировать существующую организацию науки к современным условиям, разрешить на новой территории и в новых экономических условиях накопленные противоречия. Проект создания центра науки в Сибири был поддержан государством, которое было заинтересовано в децентрализации науки и ее территориальном приближении к промышленности и местам нового промышленного освоения.
М.А. Лаврентьев в 1957 г. сформулировал три принципа создания нового научного центра. Первый - комплексное решение разными отраслями науки крупных проблем; второй -тесная связь с производством и третий - соединение науки и образования9. Принцип комплексности констатировал колоссальное разрастание и неоднородность Академии, неспособность бюрократических органов Президиума АН СССР координировать и планировать развитие науки. Второй отражал слабое использование результатов прикладных исследований (так называемая «проблема внедрения») и отставание прикладной академической науки от ведомственной. Наконец, третий принцип показывал слабость вузовской системы и ее
8 По крайней мере, именно так сказано на официальном сайте Российской академии наук. URL: www.ras.ru/sciencestructure/departments.aspx
9 Век Лаврентьева. - Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2000. - С. 125-128.
Д.А. ФОМИН
неспособность производить кадры, отвечающие нуждам науки и производства. Что касается организационного построения науки на востоке страны, то концептуально оно ничем не отличалось от существующего.
Спустя 5 лет, в 1962 г., М.А. Лаврентьев направил президенту Академии наук СССР академику М.В. Келдышу докладную записку, которую можно считать приговором существующей системе организации науки в СССР.
«1. Наука и подготовка научных кадров
а) Острый дефицит ведущих ученых, особенно в областях математики, механики, физики.
б) В вузах нет науки; это особенно относится к математике, физике, новым направлениям химии.
в) Низкий уровень профессорско-преподавательского состава.
г) Перегрузка программ без учета эволюции науки и возможностей по-настоящему усвоить материал.
д) Перегрузка учебно-лабораторных помещений и общежитий.
е) Выпускники на 50-80% используются не по назначению. Слабая профессура учит не предмету, а получению (без знаний) положительных оценок на экзаменах.
2. Наука и реализация ее идей в технике
а) При внедрении новых идей, как правило, трудно убедить делать опытные образцы.
б) Еще большие трудности встречаются при организации серийного производства.
в) В отраслевых институтах, в КБ, на заводах нет материальной заинтересованности в проведении нового. Риск не оправдан.
г) Премиальная система в институтах АН не учитывает значения внедрения.
д) Ученые, как правило, даже по своей специальности не знают нужд промышленности, народного хозяйства. Промышленность не знает возможностей науки и практических достижений других ведомств»10.
В масштабах страны решить проблемы не удалось. Не удалось их решить даже в масштабах Сибирского отделения. По образцу Физтеха удалось создать только один вуз - Новосибирский государственный университет. Качество преподавания было в нем высоким только в первое время, когда руководители и ученые академических институтов усиленно комплектовали свои лаборатории. В дальнейшем их интерес к поиску талантливой молодежи и преподаванию пропал. Не удалось закрепить и высококвалифицированные научные кадры, которые переехали в Новосибирск из Москвы и Ленинграда. Свою роль здесь сыграли резкие контрасты жизни центра и периферии. Наконец, «пояс внедрения», о котором мечтал М.А. Лаврентьев, оказался утопией.
10 Век Лаврентьева. - С. 438-439.
Попытки реформирования нереформируемого
Затея с самого начала была обречена на поражение. Колоссальные материальные, финансовые, кадровые, административные и медийные ресурсы, вложенные в новосибирский Академгородок, неизбежно должны были омертвиться. Это был лишь вопрос времени. И времени достаточно непродолжительного. Потенциал новосибирского Академгородка, по мнению его достаточно объективных хроникеров, был исчерпан уже в конце 70-х годов11. Новосибирский Академгородок за неполные 20 лет прошел путь от короткого яркого триумфа до застоя и последующей деградации.
Это был чистый эксперимент, поставленный в первозданной сибирской тайге. Его цель заключалась в том, чтобы дать ответ на вопрос, может или не может эффективно функционировать существующая наука. Наука, которая отделена от промышленности и которая не соединена с образованием. В которой главенствуют академические бюрократические кланы, а верховодят тесно связанные с государством идеологи из Отделения общественных наук. Наука, чье развитие планируется государственными идеологами, а воплощается крупными идеалистами и мелкими карьеристами. Наука, основной целью которой является обслуживание на платной основе промышленности, а точнее - военно-промышленного комплекса.
У реформаторов сталинской Академии наук ничего не получилось. Ничего не получилось и у сторонников ее сохранения. Новую эффективную систему создать не удалось. Не удалось повысить и эффективность старой. Это основной результат «ревущих шестидесятых». Сталинская мобилизационная модель Академии наук дожила до конца СССР. Продолжает она жить и в сегодняшней России.
Окончание в следующем номере
11 Эволюция новосибирского Академгородка очень хорошо описана в: Дорошенко В., Коршевер И., Матизен В. Новосибирский научный центр: есть ли стратегическая альтернатива? // Отечественные записки. - 2002. - № 7. -С. 259-272.