Психологические исследования
УДК 159.9.07
DOI: 10.25688/2223-6872.2021.40.4.1
ПОЛОВОЗРАСТНЫЕ ОСОБЕННОСТИ САМООЦЕНКИ АНТРОПОЦЕНТРИЧЕСКИХ ВИДОВ МОТИВАЦИИ1
Е. С. Романова, МГПУ, Москва,
RomanovaES@mgpu.ru, Б. Н. Рыжов, МГПУ, Москва, RyzhovBN@mgpu.ru, О. В. Котова, МГПУ, Москва, KotovaOV@mgpu.ru
Статья является продолжением исследования половозрастных особенностей мотивационно-ценност-ной сферы личности в период юности и молодости. Представлены результаты сравнительного анализа показателей антропоцентрических видов мотивации развития и сохранения человека как индивида (витальная мотивация, мотивация самосохранения), а также развития и сохранения человека как личности (познавательная мотивация, мотивация сохранения Я). С позиций системной психологии оценка мотивации по результатам методики «Системный профиль мотивации» (СМП) получает интерпретацию как Я-реальное, самооценка тех же видов мотивации интерпретируется как Я-идеальное. Целью исследования является определение половозрастных особенностей самооценки антропоцентрических видов мотивации в молодежной выборке и сравнительная оценка полученных в этой выборке показателей Я-идеального с данными диагностики Я-реального.
Исследование проведено в 2020-2021 гг. с использованием теста системного профиля мотивации (СПМ) и методики самооценки мотивационного профиля личности. В обследовании приняли участие 106 мужчин и 146 женщин в возрасте 17-36 лет.
Полученные данные показывают, что у женщин 19-36 лет самооценка индексов витальной мотивации достоверно превышает соответствующие индексы Я-реального. Кроме того, выявлено достоверное занижение самооценки индексов мотивации самосохранения по сравнению с индексами Я-реального в период 17-24 года. В мужской выборке самооценка индексов мотивации самосохранения достоверно ниже индексов Я-реального в период 17-24 года, а также в период 31-36 лет.
Результаты исследования свидетельствуют о влиянии социальных установок на самооценку моти-вационно-ценностной сферы личности. При этом сравнение характеристик самооценки антропоцентрических и социоцентрических видов мотивации подтверждает вывод о большем влиянии существующих в обществе социальных установок на самооценку мотивации у женщин.
Ключевые слова: системная психология; самооценка; Я-идеальное; Я-реальное; антропоцентрические виды мотивации; половозрастные особенности; витальность; познание; сохранение Я; самосохранение.
Для цитаты: Романова Е. С., Рыжов Б. Н., Котова О. В. Половозрастные особенности самооценки антропоцентрических видов мотивации // Системная психология и социология. 2021. № 4 (40). С. 5-22. DOI: 10.25688/2223-6872.2021.40.4.1
1 Продолжение, начало см.: 2021, № 3 (39). © Романова Е. С., Рыжов Б. Н., Котова О. В., 2021
Романова Евгения Сергеевна, доктор психологических наук, профессор, заведующая кафедрой общей и практической психологии, заведующая лабораторией социально-психологических исследований в образовании Института специального образования и психологии Московского городского педагогического университета, Москва.
E-mail: RomanovaES@mgpu.ru ORCID: 0000-0002-9032-6869
Рыжов Борис Николаевич, доктор психологических наук, профессор кафедры общей и практической психологии Института специального образования и психологии Московского городского педагогического университета, Москва. E-mail: RyzhovBN@mgpu.ru ORCID: 0000-0001-8848-3622
Котова Ольга Викторовна, эксперт лаборатории социально-психологических исследований в образовании Института специального образования и психологии Московского городского педагогического университета, Москва.
E-mail: KotovaOV@mgpu.ru ORCID: 0000-0002-4399-4274
Введение
Самооценка мотивационно-ценност-ной сферы как ядерного образования личности теснейшим образом связана с одобряемыми обществом моделями поведения, обусловленными полом, возрастом и профессиональной принадлежностью человека. На базе этих моделей формируются установки, которые оказывают существенное воздействие на самооценку, сдвигая ее в направлении имеющихся в обществе культурных стереотипов.
Одним из таких социокультурных стереотипов является тенденция к сглаживанию половозрастных различий в общественной и профессиональной жизни человека. Однако радикальная интерпретация этой тенденции может приводить к полному отрицанию связанных с полом различий не только в общественной и профессиональной, но и семейной жизни. В таком случае возникает коллизия социокультурного стереотипа и устойчивых мотивационно-ценностных диспозиций личности и, как следствие, рассогласование самооценки мотивационной сферы (Я-идеальное) и ее объективных характеристик (Я-реальное).
Учитывая, что чаще всего носителями радикальных суждений являются представители молодого поколения, целью исследования является определение половозрастных особенностей самооценки антропоцентрических видов мотивации в молодежной выборке и сравнительная оценка полученных в этой
выборке показателей Я-идеального с данными диагностики Я-реального.
Исследование самооценки личности
Одно из наиболее глубоких и проработанных исследований проблемы самооценки личности человека предложено в трудах советских психологов. В работах А. Н. Леонтьева, Б. Г. Ананьева, С. Л. Рубинштейна и их последователей вопрос о специфике становления самооценки рассматривается в контексте развития личности, включенной в систему социальных отношений [2].
Как указывает А. Н. Леонтьев, самооценка включает в себя когнитивный и эмоциональный компоненты. В процессе развития самооценки происходит не только осознание свойств своей личности, но и формирование устойчивого эмоционального отношения к себе2. По мнению Л. И. Божович, самооценку следует рассматривать как системное образование. Структурно-динамическая модель самооценки представляет собой принятые личностью ценности, а также степень ориентации на социальные нормы и требования к поведению. Таким образом, самооценка является социальным образованием, функционирующим как компонент самосознания и участвующим в саморегуляции [4].
2 Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Смысл; Академия, 2005. С. 304.
В работах И. И. Чесноковой подчеркивается взаимосвязь когнитивного и эмоционального компонентов, а самооценка рассматривается через синтез самопознания и возникающих в связи с этим внутриличностных переживаний, посредством которых формируется эмоционально-ценностное отношение к своей личности. «Обобщенные результаты познания себя и эмоционально-ценностное отношение к себе закрепляется в самооценку, которая включается в регуляцию поведения личности как один из определяющих мотивов»3. И. С. Кон определяет самооценку как «общий знаменатель, итоговое измерение "Я", которое выражает меру принятия или непринятия индивидом самого себя»4.
Как систему самоотношения личности, формирующуюся в процессе социализации и несущую отпечаток оценочных суждений со стороны лиц, участвующих в развитии лич-ности5, понимает самооценку Б. Г. Ананьев. По замечанию С. Я. Рубинштейна, самооценка представляет собой систему основных качеств личности, в которой отражается направленность деятельности6. Исследуя условия развития самооценки, А. В. Захарова предлагает учитывать два важнейших фактора: взаимодействие личности и социума в процессе общения и деятельность личности, детерминированную ценностными ориентациями субъекта7.
В наши дни внимание авторов главным образом сосредоточено в области исследования механизмов формирования самооценки. В работе А. В. Гайфулина проводится анализ теоретических направлений с целью определения сущности понятия самооценки [2]. Самооценку как актуальное направление психолого-педагогических исследований рассматривает А. С. Курбатова с соавторами [8].
3 Чеснокова И. И. Проблема самосознания в психологии. М.: Наука, 1977. С. 89.
4 Кон И. С. Открытие Я. М.: Политиздат, 1978. С. 156.
5 Ананьев Б. Г. К постановке проблем детского самосознания // Известия АПН РСФСР. 1948. Вып. 18. С. 111-115.
6 Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии: в 2 т. Т. 1. М.: Педагогика,1989. С. 108.
7 Захарова А. В. Структурно-динамическая модель самооценки // Вопросы психологии. 1989. № 1. С. 5-14.
При этом наибольший интерес у исследователей вызывает уровень реалистичности самооценки, поскольку адекватная самооценка позволяет выработать объективное отношение к собственной личности и способствует пониманию смысложизненных ориентиров. Специфика самооценки личности, а также факторы, оказывающие влияние на ее устойчивость, показаны в работах И. А. Василенко [26] и Е. В. Зинько [5]. В исследовании Л. В. Бороздиной предложена теоретическая схема изучения самооценки в качестве особой функции самосознания [1]. Проблема соотношения особенностей самооценки и причин возникновения неуверенности в себе затрагивается в исследовании М. Уитмена и Ю. Бен-Пора-та [27]. В ряде работ подчеркивается взаимосвязь самооценки с ценностями личности и мотивацией, а также значимость влияния социальной ситуации развития [7; 12]. Роль саморефлексии и самооценки как необходимого условия изучения структуры ценностей в контексте существующих социокультурных установок освещена в исследовании Л. Бака и С. Смита [16].
В работах ряда авторов индивидуальные мотивационные установки личности рассматриваются в тесной взаимосвязи с системой ценностных ориентаций: С. Бадер [17], К. Бауэр и соавт. [18], Ф. Хеллингер [20], О. В. Кузнецова [22] и др. Человеческая деятельность во многом регулируется социальными установками, которые отражают ценностные ориентиры и определяют поведение личности. Рассматривая проблему формирования мотивационно-ценностной сферы, многие авторы приходят к выводу о преобладании индивидуалистических, т. е. антропоцентрических, ценностных ориентаций в современном обществе [11; 24]. В исследованиях Ю. Од-жихары [23], М.-Ё. Кан и др. [21] выявлен рост уровня антропоцентризма и нарастание конфликта между тенденциями индивидуализма и коллективизма. С позиций индивидуалистического типа общественного устройства жизнь отдельно взятой личности более важна, чем жизнь общества в целом, а жизнь благодетельного человека рассматривается в качестве наивысшей ценности [10]. В исследовании А. А. Цапенко выявлено преобладание
личного материального благополучия как важнейшей ценности в молодежной среде. При этом наименее значимыми ценностями являются общественно полезная деятельность и работа на добровольных началах [15]. Как отмечает С. П. Иваненков, современное постиндустриальное общество предлагает комфорт в качестве интегральной ценности. Однако безусловное доминирование в молодежной среде личностно центрированных ценностей над коллективистскими свидетельствует о болезни всего социума [6: с. 21].
В литературе остается актуальным вопрос влияния половых особенностей на специфику развития ценностных ориентиров и мотиваци-онных установок личности [19; 25]. В то же время проблема влияния половозрастных различий на самооценку мотивационных диспозиций остается неразрешенной и нуждается в дальнейшей разработке.
С позиций системной психологии моти-вационно-ценностная сфера является фундаментальным компонентом структуры личности, так как именно она определяет смысл и направление деятельности человека [14]. Образуя иерархическую композицию, мотивация является ядром человеческой личности [9]. При этом самооценка мотивацион-но-ценностной сферы личности во многом подвержена социальному влиянию, связанному с санкционируемыми обществом моделями поведения различных половозрастных и профессиональных групп [3: с. 62].
Методика исследования
Исследование проведено в 2020-2021 гг. с использованием теста системного профиля мотивации (СПМ) для определения Я-реаль-ного и методики самооценки мотивационного профиля личности для определения Я-идеаль-ного [14].
В работе представлены результаты сравнительного анализа показателей антропоцентрических видов мотивации развития и сохранения человека как индивида (витальная мотивация, мотивация самосохранения), а также развития и сохранения человека как личности (познавательная мотивация, мотивация
сохранения Я). В рамках предлагаемой концепции оценка мотивации по результатам методики «Системный профиль мотивации» (СМП) получает интерпретацию как Я-реаль-ное, самооценка тех же видов мотивации интерпретируется как Я-идеальное.
В обследовании приняли участие 106 мужчин и 146 женщин в возрасте 17-36 лет (студенты и слушатели курсов повышения квалификации московских вузов). В соответствии с системно-психологической периодизацией развития возраст 17-18 лет относится к периоду ранней юности; 19-24 года — поздней юности; 25-30 лет — ранней молодости; 31-36 лет — поздней молодости.
Результаты самооценки антропоцентрических видов мотивации
На рисунке 1 представлена динамика усредненных по выборке показателей самооценки индекса витальной мотивации (Я-идеальное), а также динамика усредненных показателей индекса Я-реального этого же вида мотивации. С позиций системной психологии витальная мотивация направлена на развитие человека как индивида. Она представляет побуждение к обеспечению нормальной жизнедеятельности организма.
У мужчин и женщин отмечаются различные тенденции в динамике показателей самооценки витальной мотивации (рис. 1). Самооценка индексов витальной мотивации в женской выборке существенно превышает соответствующие индексы Я-реального. Полученные данные свидетельствуют о завышении ценности витальной мотивации при самооценке. В то время как самооценка индексов этого вида мотивации приближается к среднестатистическому уровню (50 %), индексы Я-реаль-ного находятся в зоне депрессивных значений. В женской выборке в период поздней юности и на всем протяжении эпохи молодости показатели самооценки индекса витальной мотивации достоверно превышают соответствующие показатели Я-реального8.
8 Достоверность различий индексов Я-идеального и Я-реального антропоцентрических мотиваций
60 Ж55
1 50
| 45
| 40 и
* 35 сС
^ 30
25
МУЖЧИНЫ
д
* л V
V
юность молодост ь
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Возраст {годы}
■ <^Я-реальное
ЖЕНЩИНЫ
60 55 50 45 40 35 30 25
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Возраст (годы)
-Я-идеальное
у г ч V ч/\ /
У
•ч. А д
V > \ /
юность молодость^
Рис. 1. Витальная мотивация. Динамика средних показателей индекса Я-идеального и Я-реального
Примечание: здесь и далее красной линией обозначена динамика индекса мотивации, полученная по результатам теста СПМ, — Я-реальное; синей линией обозначена динамика самооценки индекса мотивации — Я-идеальное.
Для мужской выборки характерно отсутствие существенных расхождений между показателями самооценки витальной мотивации и Я-реальным этого вида мотивации. У мужчин постепенное падение тренда индекса витальной мотивации выявлено как для Я-идеального, так и для Я-реального. В отличие от женской выборки статистически значимых различий между показателями Я-идеального и Я-реального в мужской выборке нет. На этом основании можно говорить, что для мужчин характерно большее соответствие самооценки витальной мотивации Я-реальному. При этом устойчиво отрицательная динамика индексов Я-идеального и сопутствующее падение индексов Я-реаль-ного свидетельствуют о постоянном снижении значимости витальной мотивации на протяжении всего обследуемого периода. Женскую выборку характеризует стабильное положение показателей самооценки витальной мотивации при сохранении стабильного положения индексов Я-реального на всем протяжении эпохи юности и молодости.
На рисунке 2 представлены усредненные показатели самооценки индекса мотивации
для обоих полов в ранневозрастной и поздне-возрастной период юности и молодости рассчитывается с помощью Г-критерия Вилкоксона для зависимых выборок (р < 0,01).
самосохранения (Я-идеальное), а также показатели индекса Я-реального этого же вида мотивации. С позиций системной теории мотивации мотивация самосохранения направлена на защиту жизни и здоровья человека. Для обоих полов характерно занижение самооценки индексов этого вида мотивации по сравнению с индексами Я-реального (см. рис. 2). Однако в женской и мужской выборках выявлены различные тенденции в динамике показателей индексов Я-идеального и Я-реального.
На протяжении периодов ранней и поздней юности в женской выборке самооценка индексов мотивации самосохранения существенно ниже индексов Я-реального. При этом показатели Я-идеального находятся на уровне среднестатистических значений в течение всего исследуемого возрастного диапазона, тогда как индексы Я-реального входят в область доминирующих значений. С наступлением периода ранней молодости наблюдается ниспадающий тренд индексов Я-реального при неизменном уровне самооценки индексов мотивации самосохранения. Достоверное занижение показателей самооценки этого вида мотивации по сравнению с соответствующими показателями Я-реального в женской выборке выявлено на всем протяжении эпохи юности, тогда как в эпохе молодости существенных различий не обнаружено.
МУЖЧИНЫ
ЧР
70 65 60 55 50 45 40 35
юность МОЛОДОСТЬ 0
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Возраст(годы)
—о—я-реальное
70
1[ 65 I 60
из
§ 55
| 50 о
2= 45
0)
Ч
^ 40
35
ЖЕНЩИНЫ
л
у л V л л
V ■У > 1 / л 1 /
с / ° V у —о
А А
юность МОЛОДОСТЬ
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Возраст (годы)
■Я-идеальное
Рис. 2. Мотивация самосохранения. Динамика средних показателей индекса Я-идеального и Я-реального
В мужской выборке самооценка индексов мотивации самосохранения достоверно ниже индексов Я-реального в период ранней и поздней юности, а также в период поздней молодости. В течение эпохи юности индексы Я-идеального располагаются на уровне среднестатистических значений (50 %). Однако в период ранней молодости самооценка индексов мотивации самосохранения приобретает ниспадающий тренд и сохраняет данную тенденцию на всем протяжении эпохи молодости. При этом на всем исследуемом возрастном диапазоне наблюдается падение тренда индексов Я-реального этого вида мотивации.
Познавательная мотивация отражает тенденцию развития человека как личности. Как видно на рисунке 3, самооценка индексов мотивации познания у обоих полов в целом совпадает с индексами Я-реального и располагается на одном уровне. Показатели Я-идеаль-ного индекса этого вида мотивации находятся в области доминирующих значений, что объясняется высоким уровнем социальной значимости мотивации познания в эпоху юности и период ранней молодости.
Пиковых значений показатели самооценки индекса познавательной мотивации достигают в период ранней молодости, тогда как индексы Я-реального достигают максимума в период поздней юности. В период поздней молодости у обоих полов наблюдается падения тренда самооценки индексов познавательной мотивации и фиксация на уровне среднестатистических значений (50 %).
Аналогичная тенденция наблюдается в этом же периоде в динамике индексов Я-реального. Статистически значимых различий между индексами Я-идеального и Я-реального ни в женской, ни в мужской выборке не выявлено, что говорит о соответствии самооценки мотивации познания Я-реальному в исследуемом возрастном диапазоне.
На рисунке 4 изображены показатели самооценки индексов мотивации сохранения Я и показатели индекса этого вида мотивации, полученные по результатам теста СПМ. Мотивация сохранения Я представляет побуждение к защите целостности структуры личности и включает в себя комплекс механизмов защиты личности. Самооценка индексов мотивации сохранения Я в целом совпадает с индексами Я-реального как у мужчин, так и у женщин. Статистически значимых различий между индексами Я-идеального и Я-реального на протяжении юности и молодости не выявлено.
Показатели Я-идеального и Я-реального мотивации сохранения Я для обоих полов стабильны и находятся в области доминирующих значений, в связи с чем можно говорить о высоком уровне социальной значимости этого вида мотивации. Однако если в женской выборке самооценка индексов мотивации сохранения Я ниже соответствующих индексов Я-реального на всем исследуемом возрастном диапазоне, то в мужской выборке преобладание индексов Я-идеального над индексами Я-реального в эпоху юности сменяется противоположной тенденцией в эпоху молодости.
МУЖЧИНЫ
s
70 65 60 55 50 45 40 35
о А,
N : V
• ■ f V /s ° -о
J M
юность г ЛОЛОДОСТЬ
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Возраст (годы)
—<^Я-реальное
SR
ЖЕНЩИНЫ
70 65 60 55 50 45 40 35
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Возраст {годы}
—Я-идеальное
ЮНОСТЬ молодость
Рис. 3. Познавательная мотивация. Динамика средних показателей индекса Я-идеального и Я-реального
Рис. 4. Мотивация сохранения Я. Динамика средних показателей индекса Я-идеального и Я-реального
Основные тенденции развития самооценки
Полученные данные можно объяснить тем, что в современном обществе придается более высокое значение антропоцентрическим видам мотивации, направленным на развитие (познавательная мотивация) и сохранение (мотивация сохранения Я) человека как личности. В эпоху юности познавательная мотивация является ведущей мотивацией, определяющей основное направление личностной активности. В современных условиях выраженных половых различий познавательной мотивации на этом этапе развития, по-видимому, не существует. Женщины наравне с мужчинами стремятся к развитию своей личности,
что в одинаковой мере вызывает одобрение и поддержку со стороны социума.
Высокий уровень мотивации сохранения Я, направленной на защиту личности человека, также объясняется спецификой социальных ориентиров, характерных для антропоцентрических установок общества. В отношении мотивации сохранения Я также не выявлено существенных половозрастных различий.
Сравнительный анализ биологических видов мотивации, направленных на развитие (витальная мотивация) и сохранение (мотивации самосохранения) человека как индивида, показывает наличие достоверных различий между самооценкой этих видов мотивации, формирующейся под влиянием социальных
установок и их положением в мотивацион-ной иерархии Я-реального. Так, для женщин характерно существенное завышение значимости витальной мотивации по результатам самооценки. Полученные данные могут быть объяснены большим влиянием социальных стереотипов на самооценку молодых женщин.
Самооценка мотивации самосохранения как у мужчин, так и у женщин, напротив, оказывается ниже показателей Я-реального. При этом в ходе исследования было установлено, что если в женской выборке самооценка мотивации самосохранения изменяется незначительно, то у мужчин наблюдается монотонное снижение тренда самооценки этого вида мотивации. Показатели Я-реального демонстрируют аналогичную тенденцию. Интерпретация полученных данных может быть связана с присутствием в обществе стереотипа, при котором мотивация самосохранения обладает низким престижем в модели мужского поведения и является нормой в модели женского поведения.
Сопоставление самооценки антропоцентрических видов мотивации и самооценки социо-центрических видов мотивации также указывают на существенные различия в самооценке мужчин и женщин [13]. В женской выборке самооценка социоцентрических видов мотивации достоверно выше соответствующих индексов Я-реального. При этом самооценка индексов социоцентрических видов мотивации, направленных на развитие (репродуктивная мотивация) и сохранение (альтруистическая мотивация)
вида, достоверно ниже индексов Я-реального. Для мужской выборки характерно преобладание самооценки индексов мотивации нравственности над соответствующими индексами Я-реального. Однако самооценка индексов других социоцентрических видов мотивации у мужчин в целом соответствует показателям Я-реального.
Таким образом, результаты исследования показывают, что современные социальные и культурные стереотипы оказывают большее влияние на самооценку мотивации у женщин.
Заключение
Исследование показало, что у женщин в эпоху юности и молодости самооценка витальной мотивации достоверно превышает соответствующие индексы Я-реального. У обоих полов в эту эпоху самооценка мотивации самосохранения достоверно ниже индексов Я-реального. При этом у мужчин имеет место монотонное снижение тренда самооценки этого вида мотивации.
Полученные данные свидетельствуют о влиянии социальных стереотипов на самооценку мотивационно-ценностной сферы личности. При этом сравнение характеристик самооценки антропоцентрических и социоцентрических видов мотивации подтверждает вывод о большем влиянии существующих в обществе социальных установок на самооценку мотивации у женщин.
Литература
1. Бороздина Л. В. Сущность самооценки и ее соотношение с Я-концепцией // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. 2011. №1. С. 54-65.
2. Гайфулин А. В. Различные теоретические подходы в определении понятия самооценки // Вестник Томского государственного педагогического университета. 2009. № 1. С. 73-76.
3. Геворкян Е. Н., Романова Е. С., Вачкова С. Н. Психологическое сопровождение семейного образования. М.: Неолит, 2020. 288 с.
4. Гуткина Н. И. Концепция Л. И. Божович о строении и формировании личности (культурно-исторический подход) // Культурно-историческая психология. 2018. Т. 14. № 2. С. 116-128. DOI: 10.17759/ Лр.2018140213
5. Зинько Е. В. Особенности устойчивой и неустойчивой самооценки // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. 2005. № 3. С. 35-49.
6. Иваненков С. П. Проблемы формирования социально-психологических ценностей у современной российской молодежи // Ученые записки Санкт-Петербургского государственного института психологии и социальной работы. 2007. № 2 (8). С. 19-22.
7. Коваленко В. А. Генезис самооценки личности как психологической категории // Вестник Адыгейского государственного университета. Серия 3: Педагогика и психология. 2011. № 3. С. 168-172.
8. Курбатова А. С., Пухова А. Г., Беляева Т. К. Изучение самооценки как актуальное направление психолого-педагогических исследований // Перспективы науки и образования. 2019. № 1 (37). С. 251-261. DOI: 10.32744/pse.2019.1.18
9. Леонтьев Д. А. Понятие мотива у А. Н. Леонтьева и проблема качества мотивации // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. 2016. № 2. С. 3-18.
10. Пискорская С. Ю., Летунова О. В. Стандарты социальности индивидуалистического типа общества // Сибирский аэрокосмический журнал. 2006. № 3 (10). С. 131-135.
11. Прыгин Г. С., Каюмов А. Т. Проявление социальных установок: «альтруизм-эгоизм», «процесс-результат», «свобода-власть», «труд-деньги» у автономных и зависимых студентов (гендерный аспект) // Вестник Удмуртского университета. Серия: Философия. Психология. Педагогика. 2017. Т. 27. № 2. С. 196-202.
12. Разуваева Т. Н., Шевченко Е. А. Исследование отношения к идеалам // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: Гуманитарные науки. 2015. № 24 (221). С. 189-193.
13. Романова Е. С., Рыжов Б. Н., Котова О. В. Половозрастные особенности самооценки социоцентрических видов мотивации // Системная психология и социология. 2021. № 3 (39). С. 5-20. DOI: 10.25688/2223-6872.2021.39.3.1
14. Рыжов Б. Н. Я-реальное, Я-идеальное и Я-скрытое // Системная психология и социология. 2020. № 2 (34). С. 5-20. DOI: 10.25688/2223-6872.2020.34.2.01
15. Цапенко А. А. Молодежь в современном обществе: ценности и деструктивные установки // Социология в современном мире: наука, образование, творчество. 2014. № 6. С. 378-382.
16. Baca L., Smith S. R. The role of self-reflection and self-assessment in the psychological assessment process // Diversity-Sensitive Personality Assessment / eds.: S. R. Smith, R. Krishnamurthy. Routledge, 2018. P. 3-24. DOI: 10.4324/9780203551578
17. Bader S. O. Classification of value and value-sense orientations of personality // Innovate Pedagogy. 2019. Vol. 14. Iss. 1. P. 18-22. DOI: 10.32843/2663-6085-2019-14-1-3
18. Bauer K. N., Orvis K. A., Ely K., Surface E. A. Re-examination of motivation in learning contexts: meta-analytically investigating the role type of motivation plays in the prediction of key training outcomes // Journal of Business and Psychology. 2016. Vol. 31. Iss. 1. P. 33-50. DOI: 10.1007/s10869-015-9401-1
19. Beauregard A. T. Perfectionism, self-efficacy and OCB: the moderating role of gender // Personnel Review. 2012. Vol. 41. Iss. 5. P. 590-608. DOI: 10.1108/00483481211249120
20. Höllinger F. Value orientations and social attitudes in the holistic milieu // The British Journal of Sociology. 2017. Vol. 68. Iss. 2. P. 293-313. DOI:10.1111/1468-4446.12255
21. Kang M.-Y., Kwon J.-W., Ye C. Reginal patterns of individualism in China through the Chinese individualism index // Korea International Trade Research Institute. 2018. Vol. 14. Iss. 5. P. 275-288. DOI: 10.16980/ jitc.14.5.201810.275
22. Kuznietsova O. V. Value orientations of innovative personality // Habitus. 2020. Iss. 19. P. 133-139. DOI:10.32843/2663-5208.2020.19.23
23. Ogihara Y. Temporal changes in individualism and their ramification in Japan: Rising individualism and conflicts with persisting collectivism // Frontiers in Psychology. 2017. Vol. 8. DOI: 10.3389/ fpsyg.2017.00695; URL: https://www.frontiersin.org/articles/10.3389/fpsyg.2017.00695/full (дата обращения: 12.10.2021).
24. Ogihara Y., Uchida Y. Does individualism bring happiness? Negative effects of individualism on interpersonal relationships and happiness // Frontiers in Psychology. 2014. Vol. 5. DOI: 10.3389/fpsyg.2014.00135; URL: https://www.frontiersin.org/articles/10.3389/fpsyg.2014.00135/full (дата обращения: 12.10.2021).
25. Tziner A., Shkoler O., Fein E. C. Examining the effects of cultural value orientations, emotional intelligence, and motivational orientations: How do LMX mediation and gender-based moderation make a difference? // Frontiers in Psychology. 2020. Vol. 11. DOI:10.3389/fpsyg.2020.502903; URL: https://www. frontiersin.org/articles/10.3389/fpsyg.2020.502903/full (дата обращения: 04.10.2021).
26. Vasylenko I. A. Specificity of personality self-assessment // Habitus. 2021. Iss. 23. P. 90-94. DOI: 10.32843/2663-5208.2021.23.15
27. Whitman M. R., Ben-Porath Y. S. Distinctiveness of the MMPI-3 self-importance and self-doubt scales // Journal of Personality Assessment. 2021. Vol. 103. Iss. 5. P. 613-620. DOI: 10.1080/00223891.2021. 1883628
UDC 159.9.07
DOI: 10.25688/2223-6872.2021.40.4.1
GENDER AND AGE FEATURES OF SELF-ASSESSMENT OF ANTHROPOCENTRIC TYPES OF MOTIVATION1
E. S. Romanova,
MCU, Moscow, RomanovaES@mgpu.ru
B. N. Ryzhov,
MCU, Moscow, RyzhovBN@mgpu.ru
O. V. Kotova,
MCU, Moscow, KotovaOV@mgpu.ru
The article is the continuation of the study of the gender and age characteristics of motivational and value sphere of personality in the period of adolescence and youth. The results of a comparative analysis of the indicators of anthropocentric types of motivation for the development and preservation of a person as an individual (vital motivation, self-preservation motivation), as well as the development and preservation of a person as an individual (cognitive motivation, motivation for the preservation of the I) are presented. From the standpoint of system psychology, the evaluation of motivation based on the results of the methodology, the Motivation System Profile Test (SMP) is interpreted as the I-real, self-assessment of the same types of motivation is interpreted as the I-ideal. The aim of the study is to determine the gender and age characteristics of self-esteem of anthropocentric types of motivation in the youth sample and a comparative assessment of the indicators of the I-ideal obtained in this sample with the data of the diagnosis of the I-real.
The research was conducted in the period 2020-2021 using the Motivation System Profile Test (SPM) and the methodology of self-assessment of the motivational profile of the individual. 106 men and 146 women aged 17-36 years took part in the survey. The study showed that in the female sample in the age period of 19-36 years, the self-esteem of vital motivation indices significantly exceeds the corresponding indices of the I-real. Besides, a significant underestimation of self-esteem of self-preservation motivation indices was revealed in comparison with the I-real indices in the period of 17-24 years. In the male sample, the self-esteem of self-preservation motivation indices is significantly lower than the I-real indices in the period of 17-24 years, as well as in the period of 31-36 years.
The data obtained indicate the influence of social attitudes on self-esteem of the motivational and value sphere of personality. At the same time, a comparison of the characteristics of self-esteem of anthropocentric and sociocentric types of motivation confirms the conclusion about the greater influence of existing social attitudes to self-assessment of motivation in women.
Keywords: system psychology; self-esteem; I-ideal; I-real; anthropocentric types of motivation; gender and age characteristics; vitality; cognition; self-preservation.
For citation: Romanova E. S., Ryzhov B. N., Kotova O. V. Gender and age features of self-assessment of anthropocentric types of motivation // Systems psychology and Sociology. 2021. № 4 (40). P. 5-22. DOI: 10.25688/2223-6872. 2021.40.4.1
1 Continuation, beginning, see 2021, № 3 (39).
Перевод статьи на английский язык выполнен А. А. Волковой, кандидатом педагогических наук, профессором кафедры иностранных языков Новосибирского государственного педагогического университета.
The article was translated into English by A. A. Volkova, Candidate of Pedagogical Sciences, Professor of the Department of Foreign Languages of the Novosibirsk State Pedagogical University.
© Romanova E. S., Ryzhov B. N., Kotova O. V., 2021
Romanova Evgeniya Sergeevna, Doctor of Psychological Sciences, Professor. Head of the Department of general and practical psychology, Head of the Laboratory of Social-and-Psychological Researches in Education at the Institute of Special Education and Psychology of the Moscow City University, Moscow, Russia. E-mail: RomanovaES@mgpu.ru ORCID: 0000-0002-9032-6869
Ryzhov Boris Nikolayevich, Doctor of Psychological Sciences, Professor of the Department of General and Practical Psychology at the Institute of Special Education and Psychology of the Moscow City University, Moscow, Russia.
E-mail: RyzhovBN@mgpu.ru ORCID: 0000-0001-8848-3622
Kotova Olga Viktorovna, Expert in the Laboratory of Social-and-Psychological Researches in Education at the Institute of Special Education and Psychology of the Moscow City University, Moscow, Russia. E-mail: KotovaOV@mgpu.ru ORCID: 0000-0002-4399-4274
Introduction
Self-assessment of the motivational and value sphere, as the core of personality formation is closely connected to socially approved behavioral models determined by a person's gender, age and professional affiliation. On the basis of these models, attitudes that have a significant impact on self-esteem, shifting it in the direction of cultural stereotypes existing in the society are formed.
One of such sociocultural stereotypes is the tendency to smooth out gender and age differences in a person's social and professional life. However, a radical interpretation of this trend can lead to a complete denial of gender-related differences not only in social and professional, but also in family life. In this case, there is a collision of a socio-cultural stereotype and stable motivational and value dispositions of an individual, and, as a consequence, a mismatch of the self-assessment of the motivational sphere (the I-ideal) and its objective characteristics (the I-real).
Considering that most often the bearers of radical judgments are representatives of the younger generation, the purpose of the study is to determine the gender and age characteristics of self-esteem of anthropo-centric types of motivation in the youth sample and a comparative assessment of the indicators of the I-ideal obtained in this sample with the data of the diagnosis of the I-real.
The research of self-esteem of the individual
Perhaps one of the most profound and elaborated studies of the problem of self-esteem of the personality is proposed in the works of Soviet psychologists. In the works of A. N. Leon-tiev, B. G. Ananyev, S. L. Rubinstein and their followers, the problem of the specifics of the formation of self-esteem is considered in the context of the development of a personality included in the system of social relations [2].
A. N. Leontiev points out that self-esteem includes cognitive and emotional components. In the process of self-esteem developing, there is not only awareness of the properties of one's personality, but also the formation of a stable emotional attitude towards oneself2. According to L. I. Bozhovich, the self-esteem should be considered as a systemic formation. The structural-dynamic model of self-esteem represents the individual' values, as well as the degree of orientation to social norms and requirements for behavior. Thus, self-esteem is a social formation functioning as a component of self-awareness and participating in self-regulation [4].
In the works of I. I. Chesnokova, the interrelation of cognitive and emotional components is highlighted, and self-esteem is considered through the synthesis of self-knowledge and the resulting intrapersonal experiences, through which an emotional-value attitude to one's personality is formed. "Generalized results of self-knowledge and emotional-value
2 Leontiev A. N. Activity. Conscience. Personality. M.: Smy'sl; Akademiya, 2005. P. 304.
attitude is fixed in the self-assessment, which is included in the regulation of behavior of a person as one of the key motives"3. I. S. Kon defines self-esteem as "the common denominator, the final dimension of the I, which expresses the measure of acceptance or non-acceptance by the individual himself'4.
B. G. Ananiev understands the self-assessment as a system of the attitude of the individual to himself forming in the process of socialization and bearing the imprint of a value judgment on the part of individuals involved in the development of personality5. S. J. Rubinstein notes that self-esteem is a system of basic qualities, which is the focus of activity6. Exploring the conditions for the development of self-esteem V. Zakharova proposes to take into account two most important factors: the interaction of the personality and society in the process of communication; personality activities determined by value orientations of the subject7.
Nowadays, the attention of the authors is mainly concentrated in the field of study of self-assessment mechanisms. In the work of A. V. Gai-fulin, theoretical directions to determine the essence of the concept of self-assessment [2] is analyzed. A. S. Kurbatova and co-authors consider self-esteem as a relevant direction of psychological and pedagogical studies [8]. At the same time, the most important interest among researchers causes the level of self-assessment realism, since adequate self-esteem allows us to develop an objective attitude to his own personality and contributes to the understanding of meaningful benchmarks. The specifics of self-assessment of the individual, as well as the factors affecting its stability, are considered in the works of I. A. Vasilenko [26] and E. V. Zinko [5].
3 Chesnokova 1.1. The problem of self-consciousness in psychology. M.: Nauka, 1977. P. 89.
4 Kon I. S. The discovery of I. M.: Politizdat, 1978. P. 156.
5 Ananyev B. G. On the formulation of problems of children's self-consciousness // Izvestiya APN RSFSR. 1948. Iss. 18. P. 111-115.
6 Rubinstein S. L. Fundamentals of general psychology: in 2 vols. Vol. 1. M.: Pedagogy, 1989. P. 108.
7 Zakharova A. V. Structural and dynamic model of self-assessment // Questions of psychology. 1989. № 1. P. 5-14.
In the research work of L. V. Borozdina, a theoretical scheme for studying self-esteem as a special function of self-consciousness is proposed [1]. The problem of the correlation between the features of self-esteem and the causes of self-doubt is touched upon in the study of M. Whitman and Y. Ben-Porat [27].
A number of works emphasize the relationship of self-esteem with personal values and motivation, as well as the importance of the influence of the social situation of development [7; 12]. The role of self-reflection and self-esteem as a necessary condition for studying the structure of values in the context of existing socio-cultural attitudes is highlighted in the study of L. Buck and S. Smith [16].
In the works of a number of authors, motivational attitudes of an individual are considered in close relationship with the system of value orientations: S. Bader [17], K. Bauer [18], F. Hellinger [20], O. V. Kuznetsova [21] and others. Human activities are largely regulated by social attitudes, which reflect value references and determine the behavior of an individual. Considering the problem of forming a motivational value sphere, many authors come to the conclusion about the predominance of individualistic, i.e. an-thropocentric value orientations in modern society [11; 24]. In the research of Yu. Ojihara [23], M.-E. Kahn et al. [21] an increase in the level of anthropocentrism and the growing conflict between the tendencies of individualism and collectivism are revealed.
From the standpoint of the individualistic type of social structure, the life of an individual is regarded as more important than the life of society as a whole, and the welfare of an individual is considered to be the highest value [10].
The research of A. A. Tsapenko revealed the predominance of personal material well-being as the most important value in the youth environment. At the same time, the least significant values are socially useful activities and voluntary work [15]. S. P. Ivanenkov notes that modern post-industrial society offers comfort as an integral value. However, the unconditional dominance of personality-centered values over collectivist values in the youth environment testifies to the "disease of the whole society" [6: p. 21].
In the literature, the issue of the influence of sexual characteristics on the specifics of the development of value orientations and motivational attitudes of the individual remains relevant [19; 25]. At the same time, the problem of the influence of gender and age differences on the self-assessment of motivational dispositions remains unresolved and needs further development.
From the standpoint of system psychology, the motivational and value sphere is a fundamental component of the personality structure, since it determines the meaning and direction of human activity [14]. Forming a hierarchical composition, motivation is the core of the human being [9]. At the same time, the self-assessment of the motivational and value sphere of personality is largely affected by social influence related to the behavior of various age and professional socially sanctioned behavioral patterns of various gender, age and professional groups [3: c. 62].
Research methodology
The survey was carried out in the period 2020-2021 using the System Profile of Motivation test (SPM) to determine the I-real and methods of self-assessment of the motivational profile of the personality to determine the I-ideal [14].
The paper presents the results of a comparative analysis of the indicators of anthropocentric types of motivation of the development and preservation of a person as an individual (vital
60 s55
X 50 üj
45 I 40
П5
a 35 о
S 30 25
MEN
Д
И t л
V XsJ
V V
adolescence youth
motivation, self-preservation motivation), as well as the development and preservation of an individual as a personality (cognitive motivation, motivation of the preservation of the I). Within the framework of the proposed concept, the assessment of the motivation based on the results of the methodology Motivation System Profile (SMP) receives interpretation as the I-real, self-esteem of the same types of motivation is interpreted as the I-Ideal.
106 men and 146 women aged 17-36 years (students and listeners of training courses of Moscow universities) took part in the survey. In accordance with the system-psychological periodi-zation of development, age 17-18 years old refers to the period of early adolescence; 19-24 — to the period of late adolescence; 25-30 years — to the period of early youth; 31-36 years old — to the period of late youth.
The results of self-assessment of anthropocentric modes of motivation
Fig. 1 shows the dynamics of the vital motivation index (the I-ideal) averaged over the sample of the surveyed self-esteem indicators.
The same figure shows the dynamics of the average indicators of the I-real index of the same type of motivation. From the standpoint of systems psychology, vital motivation is aimed at the development of a person as an individual. This motivation is an incentive to ensure the normal functioning of the body.
60 3- 55
ON
S 50
.E 45 I 40
П5
■5 35 о
s 30 25
WOMEN
-A-
A г V ' N V A 4 /
J V V. V
-4 /
> V N к J f
adolescence youth V
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Age (years)
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Age (years)
■I-real
■I-ideal
Fig. 1. Vital motivation. Dynamics of the average indicators of the I-ideal and I-real index
Note: here and further, the red line indicates the dynamics of the motivation index obtained by the results of the SPM test — the I-real; the blue line indicates the dynamics of the self-assessment of the motivation index the I-ideal.
As can be seen in fig. 1 various trends in the dynamics of self-assessment indicators of vital motivation in men and women are noted.
The self-assessment of vital motivation indices in the female sample significantly exceeds the corresponding indices of the I-real. The data obtained indicate an overestimation of the value of vital motivation in self-esteem. While the self-esteem indices of this type of motivation are approaching the average level (50 %), the indices of the I-real are in the zone of depressive values. In the female sample during late adolescence and throughout the epoch of youth, the indicators of self-esteem of the vital motivation index significantly exceed the corresponding indicators of the I-real8.
MEN
70
65
S 60
"O
.£ 55
c
■§ 50
03
45
o
S 40
35
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Age [years!
-o -I-real
men are characterized by a greater correspondence of self-esteem to the vital motivation of the I-real. At the same time, the steadily negative dynamics of the I-ideal indices and the concomitant drop in the I-real indices indicate a constant decrease in the importance of vital motivation throughout the entire period under study. The female sample is characterized by a stable position of vital motivation self-esteem indicators while maintaining a stable position of the I-real indices throughout the epoch of adolescence and youth.
In Fig. 2 the averaged indicators of self-assessment of the index of self-preservation motivation (the I-ideal), as well as the index indicators of the I-real of the same type of motivation are presented. From the standpoint of the system
WOMEN
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Age (years)
-o—I-ideal
Fig. 2. Self-preservation motivation. Dynamics of the average indicators of the I-ideal and I-real index
For the male sample, there is a lack of significant discrepancies between the indicators of the self-assessment of the vital motivation and the I-real type of motivation. The male sample is characterized by the absence of significant discrepancies between the indicators of self-esteem of vital motivation and the I-real of this type of motivation. In men, a gradual decline in the trend of the vital motivation index was revealed for both the I-ideal and the I-real. Unlike the female sample, there are no statistically significant differences between the indicators of the I-ideal and I-real in the male sample. On this basis, it can be said that
8 The reliability of differences in the indices of the I-ideal and I-real anthropocentric motivations for both sexes in the early and late age period of adolescence and youth is calculated using the Wilcoxon 7-test for dependent samples (p < 0.01).
theory of motivation, self-preservation motivation is aimed at protecting the life and human health. As can be seen from Fig. 2 for both sexes, it is characterized by understating the self-assessment of the indices of this type of motivation compared to the indices of the I-real. However, in the female and male samples, different trends in the dynamics of the I-ideal and I-real indices were revealed.
During the periods of early and late adolescence in the female sample, the self-esteem of self-preservation motivation indices is significantly lower than the I-real indices. At the same time, the indicators of the I-ideal are at the average values level throughout the entire age range under study, while the indices of the I-real are in the area of dominant values. With the onset of the period of early youth, there is a downward
trend in the I-real indices with a constant level of self-esteem of the self-preservation motivation indices. A significant underestimation of self-esteem indicators of this type of motivation in comparison with the corresponding indicators of the I-real in the female sample was revealed throughout the epoch of adolescence, while no significant differences were found in the epoch of youth.
In the male sample, the self-esteem of self-preservation motivation indices is significantly lower than the I-real indices in the period of early and late adolescence, as well as in the period of late youth. During the epoch of adolescence, the indices of the I-ideal are located at the level of average values (50 %). However, in the period of early youth, self-assessment of self-preservation motivation indices acquires a downward trend and maintains this trend throughout the youth epoch. At the same time, a drop in the trend of the I-real indices of this type of motivation is observed throughout the studied age range.
Cognitive motivation reflects the trend of human development as a personality. As can be seen in Fig. 3 the self-assessment of the indices
MEN
70
5- 65
O1-
S so
xi
■E 55
I 50
fu
B 45
o
^ 40
adolescence youth
35 '
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Age (years)
—• -I-real
The self-esteem indices of the cognitive motivation index reach their peak values during early youth, while the I-real indices reach their maximum during late adolescence. In the period of late youth, both sexes have a drop in the trend of self-esteem of cognitive motivation indices and fixation at the level of average values (50 %). A similar trend is observed in the same period in the dynamics of the I-real indices. Statistically significant differences between the indices of the I-ideal and the I-real were not revealed in either the female or male sample, which indicates the accordance of the self-assessment of cognition motivation of the I-real in the studied age range.
Fig. 4 shows the self-assessment indices of the preservation motivation the I and the index indicators of this type of motivation obtained by the results of the SPM test. The motivation to preserve the I is an incentive to protect the integrity of the personality structure and includes a set of mechanisms for protecting the personality. The self-assessment of the preservation motivation indices of the I generally coincides with the indices of the I-real in both men and women. Statistically significant
WOMEN
adolescence youth
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Age (years)
-o—¡-¡deal
Fig. 3. Cognitive motivation. Dynamics of the average indicators of the I-ideal and I-real index
of cognitive motivation in both sexes generally coincides with the indices of the I-real and is located at the same level. The indicators of the I-ideal index of this type of motivation are in the area of dominant values, which is explained by the high level of social significance of cognition motivation in the epoch of adolescence and early youth.
differences between the indices of the I-ideal and I-real during adolescence and youth were not revealed.
The indicators of the I-ideal and I-real motivation to preserve the I for both sexes are stable and are in the area of dominant values, in connection with which we can talk about a high level of social significance of this type of motivation.
75 70
OS
365
.Ë 60
I 55 ro
■I 50 o
s 45
40
MEN
WOMEN
rt
J A A A. —•
< r V o o
adolescence youth
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Age (years)
75 ^70
S 65
XI .<= 60
I 55 m
■B 50 o
S 45 40
adolescence youth
■l-real
18 20 22 24 26 28 30 32 34 36 Age (years)
■l-ideal
Fig. 4. Motivation to preserve the I. Dynamics of the average indicators of the I-ideal and I-real index
However, if in the female sample the self-esteem of the self-preservation motivation indices is lower than the corresponding the I-real indices throughout the studied age range, then in the male sample the predominance of the I-ideal indices over the I-real indices in the epoch of adolescence is replaced by the opposite trend in the epoch of youth.
Main trends in the development of self-esteem
The data obtained can be explained by the fact that in modern society there is a higher value of anthropocentric types of motivation aimed at the development (cognitive motivation) and the preservation (the preservation motivation of the I of an individual as a personality. In the epoch of adolescence, cognitive motivation is the leading motivation that determines the main direction of personal activity. In modern conditions, there are apparently no meaningful gender differences in cognitive motivation at this stage of development. Women like men, strive for the development of their personality, which equally causes approval and support from society.
The high level of motivation to preserve the I, aimed at protecting the personality, is also explained by the specifics of social attitudes inherent to the anthropocentric attitudes of the society. There were also no significant gender and age differences in the motivation to preserve the I.
A comparative analysis of biological types of motivation aimed at the development (vital motivation) and the preservation (motivation of self-preservation) of an individual as a personality shows the presence of significant differences between the self-esteem of these types of motivation, which is under the influence of social attitudes and their position in the motivational hierarchy of the I-real. Thus, women are characterized by a significant overestima-tion of the importance of vital motivation based on the results of self-assessment. The data obtained can be explained by the great influence of social stereotypes on the self-esteem of young women.
Self-assessment of self-preservation motivation in both men and women, on the contrary, turns out to be lower than the indicators of the I-real. At the same time, in the course of the study, it was found that if in the female sample the self-esteem of self-preservation motivation changes slightly, men have a monotonous decrease in the trend of self-esteem of this type of motivation. The indicators of the I-real show a similar trend. Interpretation of the data obtained may be related to the presence of a stereotype in the society in which self-preservation motivation has low prestige in the male behavior model and is the norm in the female behavior model.
Comparison of self-assessment of anthropocentric types of motivation and self-assessment of sociocentric types of motivation also allows us to point out significant differences in the self-assessment of men and women [13]. In the female
sample, the self-esteem of sociocentric types of motivation is significantly higher than the corresponding I-real indices. At the same time, the self-assessment of the indices of sociocentric types of motivation aimed at the development (reproductive motivation) and preservation (altruistic motivation) of the types is significantly lower than the indices of the I-real. The male sample is characterized by the predominance of self-esteem indices of moral motivation over the corresponding indices of the I-real. However, the self-assessment of the indices of other sociocentric types of motivation in men generally corresponds to the indicators of the I-real. In general, the results of the research show that modern social and cultural stereotypes have a greater impact on women's self-assessment of motivation.
Conclusion
The research showed that in the epoch of adolescence and youth, women self-esteem of the vital motivation reliably exceed the corresponding indices of the I-real. In both sexes in this epoch, self-esteem of self-preservation motivation is significantly lower than the indices of the I-real. At the same time, men have a monotonous decrease in the trend of self-esteem of this type of motivation.
The data obtained indicate the influence of social stereotypes on the self-esteem of the motivational and value sphere of an individual. At the same time, a comparison of the characteristics of self-esteem of anthropocentric and socio-centric types of motivation confirms the conclusion that the social attitudes existing in the society have a greater influence on the self-esteem of motivation in women.
References
1. Borozdina L. V. Sushhnost' samoocenki i ee sootnoshenie s Ya-koncepciej [The essence of self-esteem and its relationship with the self-concept] // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 14. Psixologiya [Bulletin of Moscow University. Series 14. Psychology]. 2011. № 1. P. 54-65.
2. Gajfulin A. V. Razlichny'e teoreticheskie podxody' v opredelenii ponyatiya samoocenki [Various theoretical approaches in the definition of the concept of self-esteem] // Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta [Bulletin of Tomsk State Pedagogical University]. 2009. № 1. P. 73-76.
3. Gevorkyan E. N., Romanova E. S., Vachkova S. N. Psixologicheskoe soprovozhdenie semejnogo obrazovaniya [Psychological support for family education]. M.: Neolit, 2020. 288 p.
4. Gutkina N. I. Koncepciya L. I. Bozhovich o stroenii i formirovanii lichnosti (kuFturno-istoricheskij podxod) [The concept of L. I. Bozhovich on the structure and formation of the personality (cultural and historical approach)] // KuFturno-istoricheskaya psixologiya [Cultural and historical psychology]. 2018. Vol. 14. № 2. P. 116-128. DOI: 10.17759/chp.2018140213
5. Zinko E. V. Osobennosti ustojchivoj i neustojchivoj samoocenki [Features of stable and unstable self-esteem] // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 14. Psixologiya [Bulletin of Moscow University. Series 14. Psychology]. 2005. № 3. P. 35-49.
6. Ivanenkov S. P. Problemy' formirovaniya sociaFno-psixologicheskix cennostej u sovremennoj rossijskoj molodezhi [Problems of the formation of socio-psychological values among modern Russian youth] // Ucheny'e zapiski Sankt-Peterburgskogo gosudarstvennogo instituta psixologii i social'noj raboty' [Scientific notes of the St. Petersburg State Institute of Psychology and Social Work]. 2007. № 2 (8). P. 19-22.
7. Kovalenko V. A. Genezis samoocenki lichnosti kak psixologicheskoj kategorii [Genesis of self-esteem of personality as a psychological category] // Vestnik Ady'gejskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya 3: Pedagogika i psixologiya [Bulletin of Adygea State University. Series 3: Pedagogy and Psychology]. 2011. № 3. P. 168-172.
8. Kurbatova A. S., Puxova A. G., Belyaeva T. K. Izuchenie samoocenki kak aktual'noe napravlenie psixologo-pedagogicheskix issledovanij [The study of self-esteem as an actual direction of psychological and pedagogical research] // Perspektivy' nauki i obrazovaniya [Perspectives of science and education]. 2019. № 1 (37). P. 251-261. DOI: 10.32744/pse.2019.1.18
9. Leontev D. A. Ponyatie motiva u A. N. Leont'eva i problema kachestva motivacii [The concept of motive in A. N. Leontiev and the problem of the quality of motivation] // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 14. Psixologiya [Bulletin of Moscow University. Series 14. Psychology]. 2016. № 2. P. 3-18.
10. Piskorskaya S. Yu., Letunova O. V. Standarty' social'nosti individualisticheskogo tipa obshhestva. Sibirskij ae'rokosmicheskij zhurnal [Standards of Sociality of the individualistic type of society. Siberian Aerospace Journal]. 2006. № 3 (10). P. 131-135.
11. Prygin G. S., Kayumov A. T. Proyavlenie social'ny'x ustanovok: «aTtruizm-e'goizm», «process-re-zul'tat», «svoboda-vlast'», «trud-den'gi» u avtonomny'x i zavisimy'x studentov (genderny'j aspekt) [Manifestation of social attitudes: "Altruism-egoism", "Process-result", "Freedom-power", "Labor-money" among autonomous and dependent students (gender aspect)] // Vestnik Udmurtskogo universiteta. Seriya «Filosofiya. Psixologiya. Pedagogika» [Bulletin of Udmurt University. Series: Philosophy. Psychology. Pedagogy]. 2017. Vol. 27. № 2. P. 196-202.
12. Razuvaeva T. N., Shevchenko E. A. Issledovanie otnosheniya k idealam [Study of attitudes to ideals] // Nauchny'e vedomosti belgorodskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Gumanitarny'e nauki [Scientific statements of Belgorod State University. Series: Humanities]. 2015. № 24 (221). P. 189-193.
13. Romanova E. S., Ryzhov B. N., Kotova O. V. Polovozrastny'e osobennosti samoocenki socio-centricheskix vidov motivacii [Gender and age features of self-assessment of sociocentric types of motivation] // Sistemnaya psixologiya i sociologiya [Systems psychology and Sociology]. 2021. № 3 (39). P. 5-20. DOI: 10.25688/2223-6872. 2021.39.3.1
14. Ryzhov B. N. Ya-real'noe, Ya-ideal'noe i Ya-skry'toe [Real-self, ideal-self and hidden-self] // Sistemnaya psixologiya i sociologiya [Systems Psychology and Sociology]. 2020. № 2 (34). P. 5-20. DOI: 10.25688/2223-6872.2020.34.2.01
15. Czapenko A. A. Molodezh' v sovremennom obshhestve: cennosti i destruktivny'e ustanovki [Youth in modern society: values and destructive attitudes] // Sociologiya v sovremennom mire: nauka, obrazovanie, tvorchestvo [Sociology in the modern world: science, education, creativity]. 2014. № 6. P. 378-382.
16. Baca L., Smith S. R. The role of self-reflection and self-assessment in the psychological assessment process // Diversity-Sensitive Personality Assessment / eds.: S. R. Smith, R. Krishnamurthy. Routledge, 2018. P. 3-24. DOI: 10.4324/9780203551578
17. Bader S. O. Classification of value and value-sense orientations of personality // Innovate Pedagogy. 2019. Vol. 14. Iss. 1. P. 18-22. DOI: 10.32843/2663-6085-2019-14-1-3
18. Bauer K. N., Orvis K. A., Ely K., Surface E. A. Re-examination of motivation in learning contexts: meta-analytically investigating the role type of motivation plays in the prediction of key training outcomes // Journal of Business and Psychology. 2016. Vol. 31. Iss. 1. P. 33-50. DOI: 10.1007/s10869-015-9401-1
19. Beauregard A. T. Perfectionism, self-efficacy and OCB: the moderating role of gender // Personnel Review. 2012. Vol. 41. Iss. 5. P. 590-608. DOI: 10.1108/00483481211249120
20. Hollinger F. Value orientations and social attitudes in the holistic milieu // The British Journal of Sociology. 2017. Vol. 68. Iss. 2. P. 293-313. DOI: 10.1111/1468-4446.12255
21. Kang M.-Y., Kwon J.-W., Ye C. Reginal patterns of individualism in China through the Chinese individualism index // Korea International Trade Research Institute. 2018. Vol. 14. Iss. 5. P. 275-288. DOI: 10.16980/ jitc.14.5.201810.275
22. Kuznietsova O. V. Value orientations of innovative personality // Habitus. 2020. Iss. 19. P. 133-139. DOI: 10.32843/2663-5208.2020.19.23
23. Ogihara Y. Temporal changes in individualism and their ramification in Japan: Rising individualism and conflicts with persisting collectivism // Frontiers in Psychology. 2017. Vol. 8. DOI: 10.3389/ fpsyg.2017.00695; URL: https://www.frontiersin.org/articles/10.3389/fpsyg.2017.00695/full (access date: 12.10.2021).
24. Ogihara Y., Uchida Y. Does individualism bring happiness? Negative effects of individualism on interpersonal relationships and happiness // Frontiers in Psychology. 2014. Vol. 5. DOI: 10.3389/fpsyg.2014.00135; URL: https://www.frontiersin.org/articles/10.3389/fpsyg.2014.00135/full (access date: 12.10.2021).
25. Tziner A., Shkoler O., Fein E. C. Examining the effects of cultural value orientations, emotional intelligence, and motivational orientations: How do LMX mediation and gender-based moderation make a difference? // Frontiers in Psychology. 2020. Vol. 11. DOI: 10.3389/fpsyg.2020.502903; URL: https://www. frontiersin.org/articles/10.3389/fpsyg.2020.502903/full (access date: 04.10.2021).
26. Vasylenko I. A. Specificity of personality self-assessment // Habitus. 2021. Iss. 23. P. 90-94. DOI: 10.32843/2663-5208.2021.23.15
27. Whitman M. R., Ben-Porath Y. S. Distinctiveness of the MMPI-3 self-importance and self-doubt scales // Journal of Personality Assessment. 2021. Vol. 103. Iss. 5. P. 613-620. DOI: 10.1080/00223891.2021. 18836