Научная статья на тему '«Поколение Кабрала»: путь в революцию'

«Поколение Кабрала»: путь в революцию Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
255
32
Поделиться
Ключевые слова
АМИЛКАР КАБРАЛ / НАЦИОНАЛЬНО-ОСВОБОДИТЕЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ В АФРИКЕ / АФРИКАНСКАЯ ПАРТИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ГВИНЕИ И ОСТРОВОВ КАБО ВЕРДЕ (ПАИГК) / АНТИКОЛОНИАЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ (МАК)

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Хазанов Анатолий Михайлович

Амилкар Кабрал один из самых выдающихся деятелей национально-освободительного движения в Африке, лидер Антиколониального движения (МАК) в Гвинее-Бисау и на островах Кабо Верде, основатель партии ПАИГК, которая привела народы этих португальских колоний к независимости.

Текст научной работы на тему ««Поколение Кабрала»: путь в революцию»

А.М. Хазанов

«ПОКОЛЕНИЕ КАБРАЛА»: ПУТЬ В РЕВОЛЮЦИЮ

Амилкар Кабрал - один из самых выдающихся деятелей национально-освободительного движения в Африке, лидер Антиколониального движения (МАК) в Гвинее-Бисау и на островах Кабо Верде, основатель партии ПАИГК, которая привела народы этих португальских колоний к независимости.

Амилкар Кабрал родился в 1924 г. в Ба-фата (Гвинея-Бисау). На его мировоззрение большое влияние оказал отец Жувенал Кабрал - уроженец островов Кабо Верде, получивший образование в Португалии и в 1911 г. переехавший в Гвинею-Бисау в поисках работы. Там он встретил Иву Пиньел Эвора - будущую мать Амилкара, родившуюся в Прая (о. Сантьягу). Жувенал служил сначала чиновником, ас 1913 г. работал учителем. Это был образованный человек, автор книги «Воспоминания и размышления» (Прая, 1947). Он назвал своего сына в честь знаменитого карфагенянина Гамиль-кара Барки - отца великого Ганнибала. По словам Ивы Пиньел, Амилкар «был сыном политики... Жувенал говорил ему о всех этих вещах»1.

А. Кабрал учился в лицее на о. Сан-Ви-сенти, затем в 1950 г. окончил Высший институт агрономии в Лиссабоне. Еще студентом в 1946 г. Кабрал написал поэму, в которой бросил «мятежный клич»: «Мой мятежный клич облетел дальние страны, пересек моря и океаны и заставил трепетать мое сердце»2. В Лиссабоне Кабрал женился на португалке Анне-Марии, которая сама была убежденной революционеркой.

Знаток своего дела, в 1953 г. Кабрал провел первую сельскохозяйственную перепись в Гвинее-Бисау, получившую высокую оценку на международных конференциях специалистов. Во время переписи Кабрал имел возможность видеть те невыносимые условия, в которых жил его народ под колониальным игом. О том, как он пришел к

осознанию необходимости борьбы, А. Кабрал говорил следующее: «Возьмите, к примеру, мою жизнь. Я являюсь выходцем из среды той самой мелкой буржуазии, которая начала борьбу. Я был агрономом и работал под началом европейца, о котором каждому было известно, что он один из самых глупых людей в Гвинее. Я мог бы с закрытыми глазами научить его тому, как надо работать; но ОН был господином. Это незначительный факт, но он многому учит. Данный пример имеет первостепенное значение при определении того, как зародилась первоначальная идея борьбы»3. Другим обстоятельством, в огромной степени способствовавшим формированию революционных взглядов А. Кабрала, было его знакомство и дружба в период учебы в Португалии с будущими руководителями освободительных движений в Анголе и Мозамбике - Агости-ньо Нето, Вириату да Круш, Мариу де Анд-ради, Марселину душ Сантушем. Вместе с ними А. Кабрал принял участие в основании «Дома студентов португальской империи», а потом «Дома Африки» в Лиссабоне. По инициативе Кабрала, А. Нето, М. де Андра-ди, а также поэта с острова Сан-Томе Ф.Ж. Тенрейру в Лиссабоне в 1951 г. был создан Центр африканских исследований, где молодые патриотически настроенные интеллектуалы из африканских колоний Португалии устраивали дискуссии по проблемам истории, культуры, будущего своих стран. Еще учась в институте, во время летних каникул 1949 г. А. Кабрал и группа его товарищей начали вести революционную пропаганду среди жителей островов Кабо Верде. Они организовали в городе Прая вечерние занятия для взрослых в центральной начальной школе, где под видом уроков истории разъясняли причины тяжелой жизни островитян и призывали их готовиться к борьбе против колонизаторов.

Кабрал и его друзья добились от губер иатора колонии разрешения провести по ме

стному радиовещанию несколько бесед об истории архипелага. Однако после первых же радиопередач, имевших явно антиколониальную направленность, они были запрещены. В Прая прошло несколько уличных манифестаций с требованием продолжить подготовленную африканскими студентами программу.

Вернувшись в Бисау, Кабрал и его друзья развернули активную революционную работу. «Мало-помалу, - вспоминал Кабрал,

- мы собирали людей в подполье и организовывали их, проводили собрания, обсуждали проблемы и готовились совершить в будущем величайшее дело. На протяжении всей нашей политической работы в то время мы добились многих успехов. Мобилизованные нами группы людей, исполнявшие роль политических комиссаров, вели работу в самых густонаселенных кварталах столицы Бисау... То ли в 1954 году, то ли в конце 1953 года - не помню точно дату - мы предполагали физически уничтожить губернатора Горгулью, убившего тысячу жителей острова Сан-Томе... Наши товарищи начали работать в колониальных профсоюзах, торговых учреждениях, в промышленности, где нам удалось расширить сферу нашего влияния, а также среди матросов, занятых перевозкой сельскохозяйственной продукции, и мы уже тогда делали попытки организовать

4

массовое движение» .

Важная попытка распространить революционные идеи в народных массах была предпринята летом 1954 г., когда Кабрал создал в Бисау Африканскую ассоциацию спорта и культуры. В нее впервые в истории Гвинеи-Бисау получили доступ не только «ассимилированные» студенты и молодые служащие, но и «туземцы», рабочие промышленных предприятий и докеры5. Параллельно с этой легальной организацией действовала нелегальная организация (МИНГ).

Однако тайная полиция (ПИДЕ) вскоре узнала о том, что беседы Кабрала с членами Ассоциации носят политический, антиколо-ниалистский характер. Он был вызван для

беседы к губернатору Диогу де Мелу. Между ними состоялся такой диалог:

Губернатор: Итак, вы и есть вождь местного Мау-Мау?6

А. Кабрал: Насколько мне известно, здесь нет Мау-Мау: это в Кении.

Губернатор: Послушайте, сеньор инженер. Идите в ногу с эпохой, будьте человеком своей эпохи, но не губите мою карьеру7.

Деятельность Ассоциации была запрещена, а Кабрал выслан из Гвинеи-Бисау с правом возвращаться туда один месяц в году. Он отправился в Лиссабон. Там ему предложили должность эксперта в сельскохозяйственной компании КАДА в Анголе, и Кабрал поехал работать на сахарный комплекс, принадлежавший компании. Ему было 23 года, и все, что с ним произошло, лишь укрепило в нем уверенность в правильности его убеждений.

В Анголе А. Кабрал через своих старых друзей А. Нето и М. де Андради установил тесные связи с патриотами и в декабре 1956 г. стал одним из основателей Партии борьбы африканцев Анголы (ПЛУА). Он поддерживал тесные связи с родиной. Воспользовавшись разрешением португальских властей один месяц в году проводить там, Кабрал в начале сентября 1956 г. приехал из Лиссабона в Бисау. 19 сентября 1956 г. в доме № 9 по улице № 12, расположенной в центре Бисау, собрались шесть человек: А. Кабрал, Луис Кабрал, Фернанду Фортиш, Аристидес Перейра, Инасиу Семеду, Элизе Тюрпан. В течение нескольких месяцев они готовились к этому совещанию. Фортиш, который был тогда начальником почтамта Бисау, помог за спиной осведомителей ПИДЕ осуществлять бесцензурную переписку между Кабралом и Перейрой. Последний, будучи начальником телеграфа, всегда был в курсе того, что замышляли и предпринимали колониальная администрация и ПИДЕ.

19 сентября на стадионе Сармемту Род-ригеш должен был состояться футбольный матч с командой из Лиссабона, а затем - демонстрация фильма. Толпы людей хлынули на стадион. Среди них были и Кабрал с

друзьями, но их путь лежал не на стадион, а в дом № 9. Побывавший в 1976 г. в Бисау немецкий журналист вспоминал: «Знаешь ли, - сказал мне Фортиш, указывая на этот дом, - только об этом совещании можно написать целую книгу. Мы, действительно, обсудили все возможности, прежде чем принять окончательное решение. Да, именно Амилкар предложил начать наконец организованную борьбу»8. На совещании была создана Африканская партия независимости и союз народов Гвинеи и островов Кабо Вер-де, сокращенно ПАИ (с сентября 1960 г. ПАИГК, Африканская партия независимости Гвинеи и островов Кабо Верде).

На совещании 19 сентября 1956 г. был принят устав партии. Целями организации провозглашались немедленное завоевание независимости Гвинеи и островов Кабо Верде, демократизация и освобождение населения этих стран от колониальной эксплуатации, достижение быстрого экономического прогресса и подлинного социального и культурного развития народов Гвинеи и островов Кабо Верде. В начале 1958 г. Кабрал принял участие в создании Антиколониального движения (МАК).

Особого внимания заслуживает вопрос о целях, организационной структуре и деятельности Антиколониального движения. В него вошло большое число студентов и моряков -выходцев из всех португальских колоний в Африке. Президентом МАК стал А. Нето. Как рассказал автору этих строк один из ветеранов ангольского освободительного движения Энрике (Ико) Каррейра, в те годы учившийся в Лиссабоне и участник МАК, организация была весьма неоднородной по своему составу. В нее входили африканские студенты самых разных политических направлений и взглядов. Организация состояла из групп, сохранявших известную автономию и выдвигавших специфические требования и условия вхождения в МАК. Была, например, группа молодых ангольских студентов, считавших, что организация должна заниматься

„ 9

террористической деятельностью .

Активисты МАК, оценивая успехи освободительных движений других стран, искали

ответ на главный вопрос: каким должен быть кратчайший путь народов португальских колоний к независимости? Первоначально они предполагали использовать только конституционные методы борьбы, но позже пришли к убеждению, что мирными средствами невозможно заставить правительство Португалии отказаться от своих колоний.

Следует отметить, что в это время МАК не имело устава. Кабрал и его друзья старались выработать принципы и цели МАК, подготовиться к работе в глубоком подполье, сформировать группы из трех членов, наладить отношения с португальской оппозицией. Связи с Португальской компартией (ПКП) обеспечивали Эдмундо Роша и Башку Кабрал. Л. Лара параллельно поддерживал контакты с членом ПКП профессором Гаспаром Тейшейра.

Собрания МАК проходили в различных местах - в домах А. Кабрала и Э. Роша и даже в автомобилях Э. душ Сантуша или А. Кабрала, циркулировавших по Лиссабону, чтобы избежать слежки со стороны ПИДЕ10.

Некоторые студенты (И. Каррейра, Ж. Виан) считали, что МАК должна состоять только из ангольцев. Настаивая на этой точке зрения, Ж. Виан даже вышел из МАК. В конечном счете задачами МАК были объявлены просвещение и привлечение на свою сторону студентов и трудящихся, информирование молодежи и интеллигенции в Португалии о ситуации в колониях, контакты с Луандой и Бисау через моряков.

Официальная португальская пресса была для членов МАК закрыта, и только подпольная газета ПКП «Аванте» публиковала статьи о колониальной эксплуатации и репрессиях в отношении африканских народов. Однако ПКП не оказывала МАК никакой финансовой поддержки.

Относительно состоятельные Армениу Феррейра и Э. душ Сантуш, путешествуя по Европе, обеспечивали контакты МАК с группами националистов в Париже, Германии и Бельгии. Л. Лара обосновался в Париже, чтобы координировать антиколониальную деятельность этих групп11.

Парижская группа и особенно М. де Ан-дради (под псевдонимом Буанга Феле) публиковали антиколониальные статьи в бельгийской газете «Ля Гош» и французской «Демокраси Нувель».

Хотя руководители МАК пользовались определенным влиянием среди студентов, протестантской молодежи и у африканцев-интеллектуалов, все же в Лиссабоне они имели мало активных политических кадров. Подпольную работу приходилось вести крайне осторожно: нельзя было публиковать памфлеты, оставлять на виду документы, даже произносить вслух слово «МАК»! Поэтому сохранилось очень мало сведений о том, кто были члены МАК. Именно эта конспирация объясняет, почему ПИДЕ не захватила ни одного документа и не арестовала ни одного члена МАК за все время его существования с 1957 по 1959 г. В архивах ПИДЕ полностью отсутствуют документы, относящиеся к деятельности Антиколониального движения.

МАК превратилось в движение, объединившее националистов - выходцев из португальских колоний, проживавших за границей, в борьбе за независимость их отечеств. Именно через эту организацию о положении в португальских колониях стали узнавать во всем мире. МАК развернуло большую работу по разоблачению португальского колониализма через печать и радио, в частности, на территории Франции, Германии и Италии, направляла своих делегатов в разные страны для обмена опытом с представителями движений других колоний, а также для участия в международных конференциях12.

Возвращение А. Нето в Луанду в конце 1959 г. и отъезд в Париж Л. Лара в марте 1959 г. и А. Кабрала и Э. душ Сантуша в начале 1960 г. ослабили МАК, которое фактически прекратило свою деятельность.

Еще в 1955 г. М. де Андради, М. душ Сантуш и М. Лима участвовали в I Конференции африканских писателей в Париже. В

1958 г. они вместе с В. да Крушем отправились в СССР, чтобы принять участие в Конференции афро-азиатских писателей в Ташкенте. Там китайская делегация пригласила

М. де Андради и В. да Круша посетить КНР. Их путешествие в Китай продолжалось около трех недель, они участвовали в Конференции писателей «третьего мира»13.

В 1959 г. В. да Круш, М. де Андради, М. душ Сантуш, Л. Лара и падре Жоакин Пинту де Андради активно участвовали во

II Конгрессе чернокожих писателей и художников в Риме. Во время этого конгресса они встретились с одним из руководителей ФНО Алжира Францем Фаноном. Он предложил им прислать в Алжир для военной подготовки 11 молодых ангольцев с тем, чтобы «открыть новый фронт борьбы против колониализма». Это предложение не было проведено в жизнь ангольскими руководителями МАК, что заставило алжирцев считать эту ангольскую группу ни на что не способной «городской организацией». Они пришли к заключению, что УПА X. Роберто «связана с массами», и сделали ставку на эту организацию14.

Парижская группа в 1950-е годы приобрела значительный международный авторитет и пользовалась влиянием в левых кругах и среди африканских интеллектуалов. Без наработанных ею связей и дружеских симпатий в Париже, а позже в Бельгии (Ж.С. Орта), Германии (В. да Круш, Л. де Алмейда), Англии (У. де Менезиш), марксистское националистическое движение в португальских колониях никогда не добилось бы того широкого международного признания, которое оно получило в 1960-1961 гг.15

Первые так называемые протонациона-листические организации стали возникать в португальских колониях (Анголе и Мозамбике) в 1920-х годах. В 1929 г. в Анголе была создана Национальная африканская лига (НАЛ). Хотя эта организация не ставила своей задачей борьбу за национальную независимость, она вела широкую пропагандистскую и культурно-просветительскую деятельность16. Ее целью было завоевание лучших условий для африканского населения легальными средствами17. Основателями НАЛ были реформистски настроенные асси-

миладуш - африканцы, получившие португальское гражданство, главным образом мулаты. НАЛ насчитывала несколько тысяч членов. Ее программа включала следующие требования: увеличение зарплаты для африканских гражданских служащих; упразднение созданного губернатором Нортоном Матушем в 1921 г. раздельного административного аппарата для белых и африканцев; признание равных прав с белыми для мед се-стер-африканок; улучшение положения африканцев в ангольской армии; африканское представительство в совещательном Совете; и наконец, «немного больше уважения к человеческому достоинству африканцев»18.

Лига издавала ежемесячный бюллетень, организовывала митинги, направляла властям петиции и резолюции. Так, например, в 1938 г. в связи с приездом в Анголу президента Португалии Кармона НАЛ направила ему петицию, озаглавленную «Нужды и чаяния туземного населения». Она включала требования о защите прав африканского населения, в том числе наличие африканского представительства в совещательном Совете при губернаторе. Лига проводила большую работу по организации просвещения и здравоохранения в стране, субсидировала школы, больницы и т.п.

Однако с самого начала деятельность Лиги ослаблялась внутренней борьбой между старыми реформистски настроенными лидерами во главе с падре Жоакином Пинту Андради и молодыми функционерами, получившими образование в Европе и выступавшими за превращение Лиги в революционную организацию (Илидиу Машаду, Ви-риату да Круш и др.). Эта молодежь, установившая в Европе связи с другими африканскими революционными организациями и испытавшая на себе влияние передовых, в том числе и марксистских, идей, убедилась в невозможности вести борьбу в легальных рамках и не хотела ограничивать цели Лиги только реформами, выдвигая лозунг политической независимости.

Борьба реформистских элементов против революционного крыла в НАЛ привела к кризису в организации. Воспользовавшись

этим, португальские власти сумели заслать в нее агентов тайной полиции, а также с помощью подкупов и шантажа склонить на свою сторону некоторых неустойчивых лидеров. Вскоре власти добились замены выборного руководства НАЛ административными комиссиями, назначаемыми генерал-губернатором19.

Диктаторский режим Салазара начал широкую кампанию репрессий против передовой части африканской интеллигенции. Эти репрессии способствовали, с одной стороны, отходу от политической деятельности умеренных деятелей, а с другой - переходу революционно настроенных интеллектуалов более молодого поколения от легальной культурно-просветительской деятельности к нелегальным формам революционной политической борьбы.

Период 1919-1926 гг. был первым этапом ангольского национализма (точнее, протонационализма), в значительной степени подготовившим второй этап - политического и военного сопротивления колониализму, датирующийся 1946-1975 гг.20 Между этапами, несомненно, существует преемственность, хотя их разделяет 20-летний период относительного спада освободительного движения, что явилось логическим следствием установления фашистского режима, обрушившего репрессии на ангольских националистов.

Существование двух этапов развития национализма не является уникальной особенностью португальских колоний. Например, во французских колониях так же четко прослеживаются два последовательных этапа, когда 1) национализм проявлялся в сфере культуры (негритюд) и 2) в сфере политики. Однако существенное различие состоит в том, что во французских колониях оба этапа связаны в основном с одной генерацией националистов. Те же люди, которые были центральными фигурами в движении нег-ритюда, возглавили потом движения политические (Сенгор в Сенегале, Сезер на Мартинике и т.п.), а в португальских колониях «культурные националисты» были физически уничтожены фашистским режимом, и

политические движения возглавило новое поколение борцов, которое, однако, сформировалось под их идейным и нравственным влиянием.

Мариу де Андради назвал борцов за свободу первого этапа «протонационалистами», а второго - «поколением Амилкара Кабрала». В одном из интервью он отметил: «Можно утверждать, что между двумя мировыми войнами, особенно в активной фазе, приходящейся на 20-е годы, в политической панораме протонационалистических движений, существовавших в Португалии, по существу господствовали две федеративные структуры

- Африканская лига и Африканская национальная партия... Идеологи протонационализма считали себя не только призванными отстаивать требования «туземцев» - и поэтому добивались соответствия между положениями конституции первой Португальской республики и практикой колониальной администрации, но также готовыми взять на себя в своих собственных интересах автономную или региональную власть... Как лузофонные, так и франкофонные протонационалисты были, впрочем, вовлечены в деятельность двух освободительных течений, действовавших в ту эпоху: панафриканизма Дюбуа и движения Маркуса Гарви»21.

Другой нелегальной организацией в Луанде была Ассоциация уроженцев Анголы (АНАНГОЛА), созданная в то же время, что и НАЛ. В нее входили мулаты, состоятельные африканцы и даже белые. АНАНГОЛА занимала реформистские позиции и склонялась к компромиссу с колониальными властями даже в большей степени, чем НАЛ. Однако постепенно происходила радикализация антиколониальной борьбы. Причем если на раннем этапе ангольскому освободительному движению был присущ некоторый оттенок «элитарности», то к середине XX в. руководство борьбой переходит в руки средних и низших слоев интеллигенции, которые выступали за более решительные антиколониальные действия.

В 1948 г. патриотически настроенная молодежь создала при Региональной ассоциации туземцев Анголы полулегальную

литературную группу «Движение новых интеллигентов Анголы». Вскоре они начали издавать журнал «Менсажень». Его основатели - такие деятели АНАНГОЛА, как руководители Департамента культуры В. да Круш и М. Алкантара, А. Нето, А. Жасинту, У. Силван - обратились с призывом «открыть эру новой, подлинно ангольской культуры». На основе убедительных материалов, отражавших колониальную действительность, участники движения опровергали тезис о цивилизаторской миссии Португалии в Африке. Целью молодежной группы было формирование национального самосознания, воссоздание самобытной африканской культуры и ее ценностей. Творчество активистов «Менсажень» оказало непосредственное влияние на различные подпольные группы, которые возникли в тот период в Анголе. В конечном счете В. да Круш и М. Алкантара покинули ряды АНАНГОЛА, так как были не согласны с его реформистской политикой, и перенесли

свою деятельность в подпольные национа-

22

листические организации .

В 1944 г. португальские власти открыли в Лиссабоне «Дом студентов империи» -ДСИ (Casa dos Estudantes do Impereio - CEI) как клуб для студентов из заморских колоний, приехавших учиться в Португалию23. Этот клуб посещали студенты двух волн студенческой эмиграции из колоний. Представителями поколения так называемых «стариков», прибывших в метрополию в 1948-1950 гг., были такие знаменитые в будущем деятели, как Амилкар Кабрал, Мариу де Андради, Лусиу Лара, Марселину душ Сантуш, Франсиску Жозе Тернейру и другие. Для многих из них формирование политического сознания шло через участие в португальских оппозиционных движениях, особенно в молодежном крыле Демократического движения за единство (MUD-Juvenil).

Это движение было открыто для любых политических и религиозных взглядов. Организация ставила своей задачей проведение анализа проблем, связанных с молодежью, и на его основе - их решение или выработку

рекомендации о путях достижения такового.

Она также занималась укреплением дружбы с молодежью других стран и выступала за мир между народами.

МиО-.1и\сгп1 было легальным движением, поскольку не нарушало Конституцию 1933 г. и действовавшее законодательство. Тем не менее политическая полиция ПИДЕ видела в нем представителя Португальской компартии и арестовывала его членов в надежде добраться до руководства ПКП24. Однако на деле некоторые представители МиО-.1и\сгп1 установили тесные контакты с ПКП лишь значительно позже. С одной стороны, это было связано с тем, что в колониях еще не существовало организованных и активных националистических движений, а с другой стороны, с тем, что, живя в Португалии, они не имели возможности проводить работу по политизации африканских масс. Кроме того, среди этих «стариков» была популярна идея, что освобождение колоний возможно только после краха фашизма в метрополии.

В силу этих причин в течение долгого периода, вплоть до 1957 г., «старики» активно участвовали в антифашистской борьбе в метрополии. При этом некоторые из них (А. Нето, И. Лойо, Г. Тавариш и др.) пострадали от длительного тюремного заключения и пыток в застенках ПИДЕ, а другие - от тягот эмиграции из Португалии (М. душ Сан-туш, М. де Андраде в 1952-1954 гг, Л. Лара и Эдуардо душ Сантуш - в 1959-1960 гг.)25.

Активно работая в МиО-.1и\'егп I, А. Нето одновременно вступил в ПКП, оговорив свою позицию как ангольца, и занялся организацией антиколониального движения, отвергнув идею о том, что в него должны входить только негры и только ангольцы. Особенность развития революционного движения в португальских колониях состояла в том, что его руководящие кадры сформировались как революционеры не в Африке, а в Португалии. А. Нето, А. Кабрал, М. де Андради, М. душ Сантуш и другие начали активную политическую деятельность, будучи студентами и участниками антифашистского движения в Португа-

лии. То обстоятельство, что они почти не контактировали с неоколониалистски настроенными националистами английских и французских колоний, сыграло, видимо, значительную роль в идейно-политическом формировании руководства освободительных движений португальских колоний, поскольку такие контакты могли оказать сдерживающее влияние на процесс радикализации этих движений26.

Но на первое место среди факторов, повлиявших на их идейно-политическое формирование, следует поставить тесные контакты будущих лидеров освободительных движений с ПКП, углубленное изучение ими произведений Маркса, Энгельса, Ленина, огромное воздействие на них опыта кубинской революции и героической вооруженной борьбы вьетнамского народа27.

Будущие руководители МПЛА, ПАИГК, ФРЕЛИМО еще в студенческие годы, активно участвуя в антифашистском движении в Португалии, были связаны тесной дружбой и полным взаимным доверием на основе общих политических убеждений и сохранили эту дружбу на всю жизнь. Можно в определенном смысле согласиться с английским исследователем М. Ньюитом, который предполагал, «что националистические

28

движения имели общее руководство» .

Чтобы составить полное представление

о том, какими путями и под влиянием каких факторов шло формирование идейно-политических взглядов А. Нето, А. Кабрала, Л. Лара, М. душ Сантуша и других «стариков», важно выяснить, что они читали в период обучения в Португалии. В этом нам помогают воспоминания Антеру де Абреу, опубликованные в 1979 г. В них сообщается, что больше всего А. Нето и его друзья читали марксистскую политическую литературу, а также произведения М. Горького, И.Э. Эренбурга, М.А. Шолохова, Ж. Амаду и Г. Рамоса. В числе их любимых поэтов он упоминает П. Элюара, Л. Арагона и Ж. Пре-вера. Запоем читали модных тогда американских писателей Э. Синклера, Дж. Дос Пассоса, С. Льюиса, Дж. Стейнбека, Э. Хемингуэя, Э. Колдуэлла, Г. Фаста.

Как пишет А. де Абреу, «учившиеся в Коимбре молодые литераторы из колоний с восторгом читали произведения португальских писателей и поэтов А. Нобре, Ж. Ре-жиу, М. Торга, К. де Оливеры и особенно Ф. Песоа, “отца современной португальской поэзии”»29.

По свидетельству А. де Абреу, в 1947—

1948 гг. А. Нето и его друзья испытали сильное влияние Ленгстона Хьюза (американского поэта-мулата, писавшего о судьбе негров США), Гильена, Неруды, «поэтов

30 '

негритюда» .

Эти свидетельства чрезвычайно важны, так как проливают свет на интеллектуальные интересы в период учебы будущих лидеров освободительных движений в португальских колониях. Они позволяют также сделать вывод, что формирование их общественно-политических взглядов шло сложными путями и претерпело определенную эволюцию.

Благодаря своему активному участию в антифашистском движении в метрополии эти африканские юноши в процессе взаимного обучения просветили португальских антифашистов относительно жестоких репрессивных методов, применяемых Португалией в колониях. Эта просветительская деятельность «стариков» повлияла на изменение позиций в ПКП в пользу самоопределения и независимости колоний на V съезде ПКП в октябре 1957 г.31, хотя до 1962 г. эта позиция не подкреплялась практическими шагами по поддержке антиколониалистских сил.

В Доме студентов Португальской империи жизнь била ключом. Студенты-африканцы до хрипоты спорили, обсуждая политические новости. В центре внимания - обстановка в колониях, нарастание недовольства широких масс населения Анголы и Мозамбика, политическая ситуация в Португалии. Много горячих споров вызывали известия о «первых ласточках» революционных бурь в португальских колониях - забастовке докеров в Лоренсу Маркише (Мозамбик) в

1949 г, забастовке мозамбикских рабочих в 1951 г., стачках железнодорожников Тете

(Мозамбик), пекарей Луанды (Ангола), рабочих сахарной плантации на о-вах Кабо Верде и матросов речных судов в Гвинее-Бисау в 1956 г.32

В 1949 г. А. Нето, А. Кабрал, М. де Анд-ради и М. душ Сантуш приняли активное участие в основании «Дома Африки» в Лиссабоне и были избраны в состав его руководства. По инициативе А. Нето, А. Кабрала, М. де Андради, а также поэта с о. Сан-Томе Ф.Ж. Тенрейру в Лиссабоне в 1951 г. был создан Центр африканских исследований, где молодые, патриотически настроенные интеллигенты африканских колоний Португалии устраивали дискуссии по проблемам истории, культуры, будущности своих стран. Дом на улице Актор Вале, 37 с октября 1951 по конец 1954 г. стал местом обмена идеями, бурных споров, представления того, что кто умел: картин, стихов, научных эссе,

- что, по свидетельству одного из участников этих дискуссий, «облегчило сближение поколений и передачу того бульона культу-

.33

ры, который часто теряется в пути»

Основополагающей идеей, которая воодушевляла А. Нето, А. Кабрала, Н. де Соуза, А. ду Эшпириту Санту, Эллара, У. Ма-шаду и других молодых интеллектуалов, была идея возвращения к истокам, новое открытие африканского «я», реафриканизация, «ассимиляция» африканцев, получивших

34

португальское гражданство .

В этой идее содержалось внутреннее противоречие, которое заключалось в том, что все поиски африканских корней осуществлялись с помощью языка колонизаторов. Само общение между африканскими интеллектуалами, все литературные произведения, ментальные процессы производились неизбежно на португальском языке. Таким образом, культурное отчуждение интеллектуалов от «корней» было тотальным и структурным.

Этот процесс открытия африканского «я», возвращения к истокам, реафриканизации, который Сенгор называл «негритю-дом», был продолжением аналогичных поисков в начале XX в., осуществлявшихся также африканскими интеллектуалами в

Лиссабоне и получивших название «нативизм». Это культурное движение Центра африканских исследований в 1950-х годах развивалось одновременно с идентичным движением в Луанде «Давайте открывать Анголу!», сыгравшим важную роль в пробуждении национального сознания ангольцев. Оно совпало по времени с подобными движениями 1940-1950-х годов в различных европейских и американских столицах. Африканские интеллектуалы - франкоязычные (Сезар, Фанон, Сенгор), испаноязычные (Н. Гильен), англоязычные (П. Робсон и др.) выражали те же чувства и беспокойство о будущем своих негритянских народов. Эти идеи циркулировали повсюду, и чернокожие люди объединялись в похожие ассоциации в Париже, Лондоне, Гаване, Луанде, Лиссабоне, обсуждая похожие проблемы.

Участие молодых африканских интеллектуалов в антифашистском движении в Португалии неизбежно должно было навлечь на них репрессии ПИДЕ. В 1950 г. М. душ Сантуш и Г.Э. Санту были высланы из Португалии в Гренобль (Франция), где они объединили свои усилия с Акину де Браганса и Эдмунду Роша. Другие подверглись судебному преследованию и тюремному заключению, в частности, студенты из Гоа за антифашистскую агитацию35.

В 1951 г. А. Нето принимал участие в сборе подписей под Стокгольмским воззванием в защиту мира. Однажды он постучался в один из особняков в пригороде Лиссабона, не зная, что там живет полицейский чин. Нето доставили в участок. Там его подвергли допросу, заполнили подробную анкету, сняли отпечатки пальцев. Он был отправлен в страшную салазаровскую тюрьму Кашиас36.

Вскоре Нето избрали представителем молодежи колоний и членом ЦК МиО-.1и\сгп1. Члены этой молодежной организации вели большую политико-пропагандистскую работу и распространяли листовки с текстами речей руководителя ПКП Алваро Куньяла. Работа в М1Ж)-.Гиуеш1 стала для Нето хорошей школой политической и организационной деятельности. Она очень при-

годилась ему впоследствии. В 1952 г. А. Нето стал одним из основателей и руководителей Африканского морского клуба (АМК) в Лиссабоне. Вспоминая об этих событиях, Л. Лара сказал на похоронах А. Нето: «Он активно участвовал в различных молодежных и студенческих организациях и основал в 1952 г. вместе с ангольцами-матросами Африканский морской клуб - приводной ремень между ангольскими патриотами, находившимися в Португалии, и патриотами, заложившими основы освободительного движения, из которого родилось МПЛА в

1959 г.»37

История Африканского морского клуба началась с того, что в 1952 г. несколько африканцев подали просьбу в Министерство образования разрешить открыть в Лиссабоне клуб с просветительскими, культурными и спортивными целями. Подписали документ Умберту Машаду и Раул Франсишку Катерса. Просьба была удовлетворена, и 13 декабря 1954 г. был одобрен Устав Африканского морского клуба. В нем, в частности, было записано:

«Статья 3. Задачей АМК является развитие физического воспитания и проведение спортивных соревнований между его членами, обеспечение их инвентарем.

§1. Запрещается проведение любых мероприятий или участие в демонстрациях,

носящих политический или религиозный ха-

38

рактер» .

На деле АМК не был чисто спортивной организацией. В нем объединилась группа африканских моряков и патриотически настроенные студенты. Таким образом, сложилась беспрецедентная для того времени ассоциация молодых интеллектуалов и африканских трудящихся, объединенных общностью языка, ценностей и стремлением содействовать освобождению родины от гнета португальского колониализма.

Штаб-квартирой АМК стал дом на Руа Лейти де Васконселуш, 82, где жил с женой студент-агроном Умберту Машаду - брат Илидиу Машаду. В этом доме часто останавливались ангольские моряки, совершавшие регулярные рейсы Лобиту - Луанда -

Бисау - Лиссабон39. Этот дом также служил местом частых встреч между ангольскими моряками и студентами, в том числе А. Не-то, Л. Лара, И. Машаду и другими.

8 июля 1954 г. ПИДЕ провела обыск в этом доме, изъяв значительное число документов, «компрометировавших» владельца дома У. Машадо. Об этом обыске был составлен подробный протокол, подписанный агентом ПИДЕ и историческим свидетелем, присутствовавшим при обыске - Агостиньо Нето. Была, в частности, изъята записная книжка со следующими именами: Америку Боавида, Оскар Ассунсан Менезиш, Иво Лойо, Фернанду Кошта Кампуш, Клаудиу Гальяну, Игину Айреш, Синклетика Тор-реш, Серафина Ассиш и Эма Роша. Умберту Машаду, видимо, был активным членом ПКП, он участвовал в республиканском конгрессе в Авейру в октябре 1957 г., разрешенном властями. Активистами АМК были моряки Франсишку Джек, Жуан Антониу Ван-Дунень (Зиту), Флорентину Силва, Франсишку Зара, Жуан Патака да Кошта, Мариу Ван-Дунень и др. Среди студентов выделялись А. Нето, Л. Лара, А. Кабрал, Антонио Эспириту Санту, Фернанду Кошта, Луиз Баррету и др.40

Эта группа моряков и студентов, преодолевая финансовые и другие трудности, развернула энергичную просветительскую, культурную и политико-пропагандистскую деятельность, которая позволила значительно поднять уровень национального сознания многочисленных членов африканской диаспоры в Португалии. Кроме того, только благодаря морякам-членам АМК в течение ряда лет сохранялись каналы коммуникации с различными националистическими группами в Луанде, в том числе с группой И. Му-шаду и В. Круша (ПЛУА, а потом МИА). Этим группам был переправлен ксерокс - в то время особенно ценный аппарат для любой революционной группы. Моряки привозили также в Лобиту и Бисау книги и документы из Португалии и Бразилии.

Но АМК, хотя и имел совершенно легальный статус, находился под неусыпным и жестким контролем ПИДЕ, поскольку она

обнаружила связи, которые руководители АМК поддерживали с членами НАЛ в Луанде. Не случайно У. Машаду подробнейшим образом допрашивали о его переписке с И. Машаду41.

Присутствие в ПКП и МиО-.1и\егп1 нескольких активных членов АМК, таких как А. Нето, Л. Лара, А. Кабрал, У. Машаду, Иво Лойо, заставило ПИДЕ быть настороже, и не без оснований. Что касается связей АМК с ПКП, то высказывались всевозможные предположения и гипотезы, но нет конкретных доказательств. Не подлежит сомнению, что ПКП с симпатией относилась к АМК. Но огромные финансовые трудности, с которыми постоянно сталкивался АМК, показывают, что его члены не получали материальной поддержки от ПКП.

Здесь уместно подчеркнуть контраст между той финансовой поддержкой, которую оказывало фашистское государство Дому студентов империи в Лиссабоне и Национальной африканской лиге в Луанде, позволяя им успешно действовать, и явным отсутствием материальной поддержки с его стороны для АМК.

Однако АМК отнюдь не жил в изолированном пространстве. Некоторые из его наиболее политически активных и сознательных членов сохраняли тесные связи с ДСИ. И наоборот, некоторые африканские студенты часто посещали АМК и предоставляли ему свою поддержку42. Африканская протестантская община также имела тесные связи с АМК через Педру Сабринью. В 1959 г., когда «старики» покинули Лиссабон, эмигрировав в Париж и Конакри, а Нето - в Луанду, АМК в Движении ангольских студентов представлял Грасо Тавареш43. Именно он вместе с Э. Роша выехал в Германию в апреле 1961 г. и, в ответ на призыв МПЛА, организовал так называемое «бегство сотни студентов» из Португалии в июне 1961 г.

Таким образом, АМК, имея легальный культурно-спортивный фасад, прикрывавший его активную политическую деятельность, пропагандируя и распространяя националистические идеи, шедшие из Луанды и Парижа, был, как и ДСИ, одним из тех те-

чений в освободительном движении, кото-

рым предстояло опрокинуть прогнившее здание португальского колониализма.

(Окончание в следующем номере)

Примечания

1 Andrade V. de. Amilcar Cabral. Essai de bi-ographie politique. Paris, 1980. P. 11.

2 Ibid. P. 11-20.

3 Кабрал А. Революция в Гвинее (Избранные статьи и речи). М., 1973. С. 36-37.

4 Cabral A. Evolugao е perspectives da Luta. -PAIGC. Seminario de quadros 19-24.XI.1969. P. 8.

5 См.: Капский Э.В. Борьба Африканской партии независимости Гвинеи и Островов Зеленого Мыса (ПАИГК) за консолидацию патриотических сил // Борьба за освобождение португальских колоний в Африке (1961-1973). М., 1975. С. 98-99.

6 Подпольное движение в Кении, организовавшее в конце 1953-1955 гг. восстание против британских колонизаторов.

7 Andrade М. de. Op. cit. P. 49.

8 Norddeutsche Neueeste Nachrichten. Rostock, 19.1.1976.

9 Казанов A.M. Агостиньо Нето. М., 1985. С. 28.

10 Rocha Е. Angola. Contribuifao Estado do Nacionalismo Modemo Angolano. V. I. Luanda, 2002. P. 140.

11 Archivo Nacional Torre do Tombo. Policia Intemacional e de Defesa do Estado (AN/TT -PIDE). Dgs. Proc. MAC 1120 A. Doc. 19.

12 Агуштиньо Нето. Биографический очерк. М., 200LC.208.

13 Andrade М. P. de. Uma entrevista dada a Michel Laban. Lisboa, 1997. P. 141.

14 Lara L. Um amplo movimiento. Itinererio do MPLA atraves de documentos e anotafoes de Lucio Lara. V. I. Luanda, 1997. P. 239.

15 Rocha E. Op. Cit. P. 137.

16 Оганисьян Ю.С. Национальная революция в Анголе (1961-1965 гг.) М., 1968. С. 63.

17 Andra.de М. de. Et les colonies de Salazar? // Democtratie nouvelle, P., I960, Septembre.

18 Wheeler D.L., Pelissier R. Angola. New York, 1971. P. 149.

19 Esbofo da historia de Angola. Luanda, s.d. P. 56, 22; Historia de Angola. Luanda, s.d. P. 172; Dilolwa C.R. Contribuicao a historia economica de Angola. Luanda, 1978. P. 44.

20 Wheeler D. Origins of African Nationalism in Angola 11 Protest and Resistance in Angola and Brazil. Comparative Studies. Berkeley etc., 1972. P. 67.

21 Andrade M. de. E urgente recuperar a nossa «memoria historica» // Africa Journal (Lisboa), 1984, №11. P. 28.

22 Arquivo Nacional da Torre do Tombo, Lisboa. (AN/tt) - PIDE - Dgs. Proc. Clube Maritimo Afri-cano. Liga Nacional Africana, 2668/54.

23Хазанов A.M. Указ. соч. С. 13.

24 Агуштинью Нето. Биографический очерк.

С. 62. '

25 Там же, с. 126.

26 Хазанов А.М. Крушение последней колониальной империи. М. 1986. С. 50.

27 Там же. С. 50, 208.

28 Newitt М. Portugal in Africa. The Last Hun-dredYears. London, 1981. P. 166.

29 Abreu A. Recordacoes de Neto // Lavra e Ofi-cina. Luanda, № 11-12. Ag-Set de 1979. P. 94-95.

30 Ibidem.

31 Partido Comunista Portugues. Programma. Lisboa, 1957.

32 Хазанов A.M. Агостиньо Нето. С. 16.

33 Mourao F. Memoria dos anos cinquenta // Mensagem, Numero especial do cinquentonario do CEI, 1944-1994. Lisboa, 1994.

34 Andrade M. de Amilcar Cabral e a reafricani-zacao dos espiritos // No Pintcha, II, Septembro de 1975. P. 225.

35 Rocha E. Op. cit. P. 92-93.

36 Подробнее см.: Хазанов A.M. Агостиньо Нето. С. 23-24.

37 Предисловие к кн.: Neto A. Sagrada Esper-anca. Luanda, 1979. P. 10-11.

38 Diario do Govemo (Lisboa), III, № 296, 20.XII.1954.

39 AN/TT - PIDE - Dgs. - Proc. Clube Maritimo Africano (LigaNacional Africana), 2668/54.

40 Ibidem.

41 Ibidem. Doc. 595.

42 Rocha E. ACEI nos anos do fogo // Mensagem. Numero especial. Lisboa, 1997. P. 103-114.

43 Ibidem.