Научная статья на тему 'Подготовка казачьих офицерских кадров в системе военного образования в Урало-Сибирском регионе в конце первой половины XIX века'

Подготовка казачьих офицерских кадров в системе военного образования в Урало-Сибирском регионе в конце первой половины XIX века Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
127
36
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Журнал
Социум и власть
ВАК
Область наук
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Подготовка казачьих офицерских кадров в системе военного образования в Урало-Сибирском регионе в конце первой половины XIX века»

ПОДГОТОВКА КАЗАЧЬИХ ОФИЦЕРСКИХ КАДРОВ В СИСТЕМЕ ВОЕННОГО ОБРАЗОВАНИЯ В УРАЛО-СИБИРСКОМ РЕГИОНЕ В КОНЦЕ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIX ВЕКА

Д. В. БОБЫЛЕВ

После победы над наполеоновской Францией Россия была на пике своей военной славы. Она стала самым могущественным государством мира, другим странам приходилось считаться с ее мнением. Многочисленная и хорошо обученная армия и флот, современное вооружение, грамотное командование обеспечили приоритетное положение России в военной сфере относительно других государств. Одним из факторов, явившимся результатом успеха русского оружия, было наличие в вооруженных силах страны казачьего сословия. Именно казаки как потомственные военные надежно охраняли границы Империи, своей удалью и отвагою восхищая и поражая современников. Традиции, обычаи и порядки в сочетании с уставами и инструкциями военного министерства строго регламентировали жизнь в войске, которая кардинально отличала казачьи войска от регулярных. Отличался также офицерский и командный состав, который легко находил общий язык со своими подчиненными, но в то же время был менее воспитан и образован, чем армейские офицеры. Последнее было большой проблемой в казачьей среде, особенно в связи с повышением требований к образовательному уровню казачьих офицеров.

В начале XIX века стали появляться губернские кадетские корпуса, которые имели целью дать наилучшее образование, воспитание и развитие своим воспитанникам. Самые именитые и влиятельные казаки стремились отдать своих сыновей именно в эти военно-учебные заведения, где помимо образовательного и воспитательного аспекта открывалась возможность дальнейшего карьерного роста. В связи с этим существует необходимость рассмотреть, как осуществлялась подготовка казачьих офицеров в кадетских корпусах, во-первых, для определения, каким из кадетского корпуса выходил новоиспеченный казачий офицер, и, соответствен-

но, сравнения его с офицерами - казаками, не обучающимися в кадетских корпусах. Во-вторых, получить ответ на вопрос: целесообразно ли было государству и казачьему войску тратить около 5 тысяч рублей на каждого выпускника из кадетского корпуса для получения в своих рядах обученного офицера, либо было эффективней присваивать офицерское звание за выслугу и за боевые заслуги, как было ранее, а деньги тратить на другие военные нужды?

Несмотря на явный интерес кпробле-ме подготовки казачьих офицерских кадров в системе военного образования в конце первой половины XIX века, в литературе она не рассматривается как самостоятельная проблема, но имеется достаточное количество научных работ, где затронуты некоторые вопросы данной темы. Всю имеющуюся литературу можно разделить на три периода: дореволюционный, советский и постсоветский.

Первый период представлен в большинстве своем работами различных военных деятелей того времени. К одной из наиболее важных и интересных работ следует отнести многотомный труд «Столетие Военного ми-нистерства.1802-1902» [1]. Главная ценность данной работы заключается в том, что она была написана на основе большого количества источников, в том числе и архивных данных. Достоинством книги является описание системы военного образования, обилие фактических сведений, изложение военных программ. Другой не менее значимой работой этого периода является книга «Казачьи войска» [2], написанная М. П. Хорошхиным, где рассматриваются вопросы подготовки казачьих офицерских кадров.

Второй период представлен наименьшим числом работ по сравнению с другими периодами, так как казачество и офицерство воспринималось тогда как антиреволюционный элемент, и отношение к нему было враждебное, в основном это работы эмиг-

рантов и историков 70-80-х годов. Автор А. А. Керсновский в своем 4-х томнике «История русской армии» [3] очень подробно рассказывает историю становления русской армии, излагает опыт ее создания, рассматривает военно-образовательные проблемы. Эта книга относится к числу наиболее интересных работ того периода. Еще одна важная и значимая работа «История подготовки офицерских кадров в России» [4] А. И. Каменева. В ней рассматривается становление всей системы военного образования в России, дается характеристика отечественной системы военного образования в сравнении с зарубежными аналогами, описывается организация учебной и методической работы в военных вузах с ее сильными и слабыми сторонами.

Третий период характеризуется ликвидацией жестких идеологических рамок, открытостью архивов и доступностью новых источников. Самой значимой работой этого периода является книга С. В. Волкова «Русский офицерский корпус» [5], где показана система военного образования во время правления династии Романовых. Автор собрал материал, отражающий статистические сведения о казачьих офицерах. Особое значение имеют диссертационные исследования данного периода, в которых разносторонний материал наиболее полно отражает проблематику рассматриваемой темы. Одной из таких работ является работа А. Н. Назарова «Подготовка офицерских кадров в Российском государстве в XVIII - начале XX вв.» [6], где подробно изложена история становления и развития отечественной военной школы.

Из вышесказанного видно, что некоторые вопросы подготовки казачьих офицерских кадров в системе военного образования в конце первой половины XIX века отдельными авторами затрагивались, но в связи с изучением других проблем. Однако комплексно подготовка казачьих офицерских кадров рассмотрена не была, поэтому возникает необходимость проследить эту проблему в данной статье.

Источниковую базу данной статьи составили законодательные акты и архивные материалы. Из законодательных актов были использованы: Сборник правительственных распоряжений по казачьим войскам, Свод военных постановлений и годовые Приказы военного министерства. Архивные материалы представлены документами, содержащимися в Российском госу-

дарственном военно-историческом архиве. В частности были использованы материалы фонда 1 (канцелярия военного министерства), фонда 330 (Главное управление казачьих войск) и фонда 1154 (Оренбургский Неплюевский кадетский корпус). В России к началу 40-х годов XIX века существовали кадетские корпуса, которые делились на две группы. Корпуса первой группы - 1-й и 2-й кадетские, 1 -й и 2-й Московские, Финляндский, Павловский, Александрийский Сиротский, Новгородский графа Аракчеева, Орловский Бахтина, Михайловский Воронежский, Полоцкий, Петровский Полтавский, Александровский Брестский, (как и Пажеский корпус, Дворянский полк, Школа гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров) непосредственно готовили офицеров. Корпуса второй группы, имевшие пятилетний общий курс, - Александровский малолетний, Тульский Александровский, Тамбовский, Владимирский Киевский и малолетнее отделение при 1-м Московском кадетском корпусе переводили воспитанников в корпуса первого класса. В кадетские корпуса принимались только дети офицеров и дворян. Процент воспитанников из казачьего сословия в данных кадетских корпусах был мал и достигал в различных корпусах от 1 до 3 процентов, что не отвечало даже умеренным потребностям как казачьих войск в квалифицированных и обученных офицерах, так и потребностям казачьего дворянства дать своим отпрыскам достойное воспитание и образование. Желающих обучаться в кадетских корпусах было гораздо больше, чем имелось вакансий, необходимы были срочные меры, способные исправить положение [7].

Именно Урало-Сибирский регион стал кузницей казачьих офицерских кадров в системе военного образования. Это объясняется прежде всего тем, что данный регион был значительно удален от центральной России, на территории которой располагалась большая часть кадетских корпусов, и поэтому вакансий от казачьих войск данного региона в корпусах не было, в отличие от казачьих войск других регионов. Вторым фактором явилось то, что в данной местности основную массу войск составляли казачьи войска, поэтому учрежденные там кадетские корпуса были обязаны готовить офицеров именно для казачьих войск. Почти одновременно в 1824 и в 1826 году были открыты два военно-учебных заведения, специализирую-

щиеся на подготовке офицеров для казачьего сословия. Это были Оренбургское Неплю-евское военное училище и Училище Сибирского линейного казачьего войска. В 1844-м и 1845-м оба заведения стали называться кадетскими корпусами: Оренбургский Не-плюевский кадетский корпус и Сибирский кадетский корпус, имели целью воспитание, обучение и подготовку офицеров как для регулярных, так и для иррегулярных войск, расположенных в непосредственной близости от корпусов. Именно в данных военно-учебных заведениях, начиная с момента их образования, и обучалась основная масса кадет из общего числа казачьих выпускников всех кадетских корпусов. Поэтому рассмотрение именно этих двух военно-учебных заведений и является главной целью данной статьи. В ней основной упор будет сделан, во-первых, на сравнительный анализ этих кадетских корпусов между собой, а во-вторых, на особенности и отличия данных военно-учебных заведений от кадетских корпусов, готовивших офицеров для регулярных войск.

Назначение и состав корпусов. Оренбургский Неплюевский кадетский корпус состоял из двух отделений: европейского и азиатского. Европейское отделение готовило образованных офицеров для регулярного и иррегулярного войска отдельного Оренбургского корпуса, а также сведущих в восточных языках гражданских чиновников для службы в Оренбургском крае. Во втором отделении получали образование преимущественно дети лиц азиатского происхождения. В строевом отношении корпус разделялся на 2 эскадрона. По возрасту воспитанников в первый эскадрон зачислялись старшие, а во второй младшие по равному числу. В числе назначенных по штату 260 вакансий полагалось 70 казеннокоштных, 54 пансио-нерских, 90 для детей войскового сословия Оренбургского, Уральского и Башкиро-Ме-щерякского казачьих войск (по 30 человек для каждого войска), 30 для киргизов малой и внутренней орд, 14 для детей видных дворян Оренбургского края и 2 для детей недостаточных офицеров Оренбургских линейных батальонов, в корпус принимались дети не моложе 9,5 и не старше 12 лет. Казеннокоштные вакансии предоставлялись детям офицеров регулярных войск и гражданских чиновников, служащих и служивших в Оренбургском крае [8].

Из офицеров в составе корпуса по штату полагались: директор из военных генералов,

командир дивизиона из штаб-офицеров, два командира эскадронов, 12 эскадронных офицеров, из которых один являлся адъютантом, а второй казначеем и смотрителем лазаретов. Воспитанников было 260, из них полагалось 2 вахмистра и 12 унтер-офицеров. Помимо преподавательского состава (инспектора классов, наблюдатели за преподаванием и др.) и обслуживающего персонала (фельдшера, портные, сапожники, лекари, библиотекари, повара, кастелянщи-ки, прачки и др.) в штатный состав входили: священник православного вероисповедания и мулла. Корпус находился в подчинении Его императорского Величества Государя и причислялся к Московскому военно-учебному округу, ближайшее же управление осуществлял директор корпуса под надзором Оренбургского генерал-губернатора [9].

Сибирский кадетский корпус имел целью готовить своих воспитанников для службы офицерами в линейных батальонах и в казачьих войсках отдельного Сибирского корпуса. В кадетский корпус могли поступать сыновья офицеров отдельного Сибирского корпуса и гражданских чиновников из дворян, служащих или служивших в Сибири, а также дети войскового сословия казачьих войск с таким расчетом, чтобы при поступлении они должны иметь не менее 7, а по выпуску не менее 1 7 лет от роду. В строевом отношении представлял собой роту и эскадрон, в каждом подразделении обучалось по 1 20 воспитанников. В роте обучались воспитанники с последующим устройством в регулярные войска, а в эскадроне - только воспитанники казачьего сословия для дальнейшей службы в иррегулярных войсках [1 0].

Управление корпусом было вверено директору, назначаемому из способных и достойных штаб-офицеров, который наблюдал за сохранением порядка во всем заведении. Непосредственное же наблюдение за воспитанниками лежало на подчиненных ему лицах: ротном и эскадронных командирах и офицерах отделений. Делами по хозяйственной части и письмоводству заведовал смотритель экономии офицерского звания, исполняющий к тому же и обязанности полицмейстера. При нем состояли его помощники и писарь урядничего звания, а также рядовой и унтер-офицерский состав. Для медицинского обеспечения корпуса в нем находился лазарет с одним врачом и фельдшером. Обучение предметам в корпусе возлагалось на штат преподавателей,

но некоторые предметы вели сами ротные и эскадронные офицеры. Из числа воспитанников в каждое подразделение из наиболее благополучных кадетов назначался вахмистр и фельдфебель в эскадрон и роту соответственно, а также 14 унтер-офицеров поровну в каждое подразделение, они ставились как прямые начальники над рядовыми воспитанниками. Задача младших командиров заключалась в помощи командованию, в соблюдении среди воспитанников внутреннего порядка и дисциплины. Все воспитанники корпуса размещались по отделениям, которых в эскадроне было четыре, группы эти составлялись только по ранжиру. Каждое отделение имело особую спальную комнату, эта же комната служила и для учебных занятий вне классного времени.

Весь остальной штат был схож со штатом Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса. Сибирский кадетский корпус был подчинен главному начальнику военно-учебных заведений и состоял под попечительством командира отдельного Сибирского корпуса [11].

Из вышесказанного хорошо видно, что оба учебных заведения по данным характеристикам существенно отличались от «армейских» кадетских корпусов, так как, во-первых, в строевом отношении они уже больше напоминают казачью сотню, чем армейскую роту, а во-вторых, очень большое влияние на корпуса имело местное начальство, а не высшее военное руководство. Этим определяется и еще одна особенность: ориентированность корпусов на дальнейшую службу в своем крае. Если же по данным характеристикам сравнивать их между собой, то невольно бросается в глаза, что Сибирский кадетский корпус имеет в отличие от Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса двойственный характер, так как состоит и из роты, и из эскадрона, другим ярким отличием является то, что директор Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса назначается не из полковников, как в Сибирском кадетском корпусе, а из генералов, следовательно, Оренбургский Неплюевский кадетский корпус по положению и как войсковая единица ставится выше Сибирского кадетского корпуса. Об этом факте говорит также то, что Оренбургский Неплюевский кадетский корпус имеет и еще одного штаб-офицера - командира дивизиона. Назначение корпусов также отличается друг от друга, в остальном же корпуса очень похожи.

Учебный процесс. Для приема в Оренбургский Неплюевский кадетский корпус поступающие должны были уметь читать и писать на русском языке, знать главные христианские молитвы и четыре правила арифметики. Дети же киргизов и башкиро-мещеряков принимались без экзаменов. Курс обучения на обоих отделениях составлял четыре класса: приготовительный, нижний, средний и верхний. Курс продолжался 2 года в каждом классе. Занятия и предметы Европейского отделения несколько отличались от занятий и предметов азиатского отделения, но основной принцип был следующим: в приготовительном, нижнем и среднем классе упор больше делался на общеобразовательные предметы, такие как география, история, математика, рисование, зоология, а военные предметы вообще не изучались. Причем учебный план по предметам был расписан на весь курс обучения, и если в приготовительном классе обучение начиналось с азов, то в верхнем классе изучались уже довольно сложные темы. Кардинально от младших классов отличался верхний класс, в котором, наконец, профессиональные военные приступали к изучению истинно военных предметов, таких как: топография в поле, артиллерия, полевая фортификация, начало тактики и малая война и другие. Особняком среди всех предметов, во всех классах стояли: Закон Божий и русский язык, которым во всех четырех классах было уделено максимум внимания: программа изучения была самая большая, на экзамене сдача именно этих предметов предопределяла все [1 2].

На азиатском направлении учебный план был схож, но упор делался больше на общеобразовательные дисциплины, а такие предметы, как физика, артиллерия, топография, начальная тактика и малая война, полевая фортификация и черчение были исключены из учебной программы. Закон Магометанский заменил Закон Божий. Все предметы оценивались по 12-балльной системе. Кроме этих предметов все кадеты обучались гимнастике, плаванию, танцам и церковному пению, а с верхнего класса сверх того фехтованию. Очень важным внеклассным предметом, которому уделялось особое внимание, была верховая езда, которой обучали опытные инструкторы, особенно в верхнем классе ей уделялось максимум внеклассного времени.

Учебный процесс продолжался с августа по июнь, время с 15 июня по 1 августа

назначалось для лагерных занятий, допускалось в это время увольнение воспитанников в отпуск, в награду за успехи в науках и при хорошем поведении. Окончившие курс обучения кадеты сдавали установленный экзамен, по результатам которого выпускались из корпуса [1 3].

Курс обучения в Сибирском кадетском корпусе в отличие от других кадетских корпусов составлял 6 лет и был разделен на 3 класса: нижний, средний и верхний. Интересен тот факт, что при корпусе 22 вакансии были определены для отдельного класса восточных языков с целью приготовления толмачей (переводчиков) и топографов. Предметы обучения были схожи с предметами Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса, однако программы были другие, а курс был более сокращен. Соблюдался принцип последовательности обучения предмету, как и упор на общеобразовательные дисциплины в нижнем и среднем классах. Изучение военных дисциплин как и в Оренбургском Неплюевском кадетском корпусе начиналось только в верхнем классе. Несмотря на сокращенный срок обучения, в учебной программе были такие предметы, которые отсутствовали в Оренбургском Не-плюевском кадетском корпусе: французский или немецкий языки, строительное искусство с главными началами архитектуры и другие. Воспитанники из казачьего сословия, как и в кадетском Оренбургском Неплюевском кадетском корпусе, дополнительно изучали и татарский язык.

В классах уроки продолжались утром с 8 до 11 часов, после обеда - с 15 до 18 часов. После вечерних классов и получасового отдыха до 20 часов воспитанники должны были оставаться в своих помещениях по отделениям и заниматься приготовлением уроков [14].

Сверх перечисленных предметов кадеты Сибирского кадетского корпуса, так же как и их коллеги из Оренбурга, обучались гимнастике, плаванию, танцам, пению, фехтованию и верховой езде. В свободное от классов время кадеты занимались фронтовым учением. В лагерное же время их обучали: рассыпному строю, форпостной службе, топографической съемке, саперным и военно-лабораторным работам, стрельбе в цель из артиллерийских орудий и ружей. Выпуску воспитанников из корпуса предшествовал подробный экзамен, производившийся в присутствии главного мес-

тного начальства, который определял разряд выпускника.

Рассмотрев учебный процесс, первое, на что можно обратить внимание, это малое и незначительное обучение военных дисциплин в курсе кадетских корпусов. Несмотря на то, что молодых людей готовили к военной службе, притом многие из них, живя в казачьей среде, воочию наблюдали все перипетии армейской жизни и несомненно обучались военному делу в станицах, то можно предположить, что первые шесть лет в Оренбургском Неплюевском кадетском корпусе и первые четыре года в Сибирском кадетском корпусе притупили это знание. Можно констатировать факт более светского образования, и обращение большего внимания на научные, а не на военные познания выпускников. Еще одним несомненным просчетом являлось то, что верховая езда не включена в учебный план, а рассматривалась только во время внеклассных занятий. Но в целом учебный план соответствовал научному и военному характеру, присущему середине XIX века.

Внутренний порядок. Распорядок дня был одинаков для обоих кадетских корпусов и был следующим:

5.30-7.00 - подъем, умывание, одевание, молитва, завтрак.

7.00-8.00 - приготовление уроков.

8.00-1 1.00 - две лекции, между которыми прогулка 1 5 минут на воздухе.

1 1.00-1 2.00 - фронтовое ученье.

1 2.00-1 3.00 - гимнастика, фехтование, танцы, пение, верховая езда.

13.00-13.30 - прогулка на чистом воздухе.

13.30-14.00 - обед.

14.00-15.00 - отдых.

15.00-18.00 - две лекции, прогулка между ними.

18.00-18.30 - отдых.

18.30-20.00 - приготовление уроков.

20.30-21.00 - ужин, молитва.

21.00-21.30 - умывание, приготовление ко сну, отбой [15].

Из распорядка дня хорошо видно, что он менее отвечает военному образцу и более направлен на учебную деятельность, не случайно 6 часов занятий и полтора часа подготовки к занятиям ежесуточно, при том, что нет различных построений, разводов и утренней физической зарядки.

Форма одежды кадетов Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса была вы-

полнена по образцу казачьей, исключение составляла лишь шинель, которая была по образцу прочих кадетских корпусов [1 6].

Обмундирование и вооружение в Сибирском кадетском корпусе было одинаковым со строевыми войсками, сапоги солдатского образца носились круглый год [17]. Тот факт, что в Сибирском кадетском корпусе форма одежды кадетов была выполнена не под казачий лад, еще раз доказывает двойственность данного военно-учебного заведения, специализирующегося как на казачье сословие, так и на армейскую службу.

Питание воспитанников обоих корпусов было постоянным: завтрак их состоял из 'А фунта пшеничного хлеба с водой. За обедом и ужином они постоянно ели щи из кислой капусты и кашу из яичной крупы. Во время постов по средам и пятницам в корпусе не допускалось ни мяса, ни масла. В праздники за обедом подавалась жареная говядина или рыба, прибавлялось и третье блюдо: пирожки с мясом, студень или пшеничные оладьи. Это вполне удовлетворяло потребности воспитанников.

Круглый год по субботам после обеда воспитанники ходили в баню. В это время занятий не назначали. Купание воспитанников летом не входило в расписание, а представляло собой лишь вид поощрения после удачного фронтового учения.

Таким образом, при всем отличии в разных сферах деятельности корпусов как между собой, так и по отношению к другим корпусам в вопросах внутреннего порядка

оба кадетских корпуса руководствовались общими для всех кадетских корпусов правилами, наставлениями и инструкциями, а отличия были незначительными. И распорядок дня, и внутренний порядок в подразделениях находился на должном уровне и вполне отвечал условиям для нормальной жизнедеятельности.

Правила выпуска. Как уже было отмечено выше, окончившие курс обучения кадеты сдавали установленный экзамен, по результатам которого выпускались из корпуса с различными преимуществами. Преимущества эти постоянно видоизменялись, так как само течение времени требовало это, но основной принцип, заложенный в это правило, был следующим: выпускники по результатам экзамена делились на 4 разряда.

К 1-му разряду, то есть лучшими по выпуску, причисляли кадетов, которые получили в поведении, в Законе Божьем и в русском языке не менее 10 баллов. А также не менее 10 баллов на Азиатском отделении в восточных языках, на Европейском в восточных языках или в военных науках, а в прочих науках не менее 8 баллов.

Ко 2-му разряду, то есть хорошими по выпуску, причисляли кадетов, которые получили в поведении, в Законе Божьем и в русском языке не менее 9 баллов. А также не менее 9 баллов на Азиатском отделении в восточных языках, на Европейском в восточных языках или в военных науках, а в прочих науках не менее 7 баллов.

К 3-му разряду, то есть удовлетвори-

Таблица 1

Разряды по поведению и успеваемости в науках Какими преимуществами пользуются

На Европейском отделении На Азиатском отделении

1-й разряд,то есть лучшие по выпуску В Оренбургскую конную казачью артиллерию первым сотником, прочие старшими хорунжими. В Оренбургское и Уральское казачьи войска сотниками. В Оренбургское, Уральское казачьи войска и Башкиро-Мещерякское войско первым сотником, а прочие старшими хорунжими.

2-й разряд, то есть хорошие по выпуску В Оренбургскую конную казачью артиллерию хорунжими. В Оренбургское и Уральское казачьи войска первыми офицерскими чинами со старшинством полутора лет. В Оренбургское, Уральское казачьи войска и Башкиро-Мещерякское войско первыми офицерскими чинами со старшинством до одного года.

3-й разряд, то есть удовлетворительные по выпуску В Оренбургское и Уральское казачьи войска первыми офицерскими чинами. В Оренбургское, Уральское казачьи войска и Башкиро-Мещерякское войско первыми офицерскими чинами.

тельными по выпуску, причисляли кадетов, которые получили в поведении, в Законе Божьем и в русском языке не менее 8 баллов, средний балл за все предметы не менее 7 и нет ни в одном предмете менее 5 баллов.

Те, кто не мог быть причислен ни к одному из разрядов по поведению либо из-за слабого усвоения изучаемых предметов, выпускался на действительную службу урядниками с правом производства в первый офицерский чин по представлению начальства: на Европейском отделении от 6 месяцев до 1 года, на Азиатском отделении от 1 года до 1,5 лет.

Воспитанники казачьих войск выпускались непременно в те войска, в которые по происхождению своему принадлежали. Для обоих кадетских корпусов распределение на вакансии по войску было примерно одинаковым, для примера рассмотрим вакансии по выпуску в Оренбургском Неплюев-ском кадетском корпусе (табл. 1 на стр. 116)

Из таблицы видно, что выпуск с наилучшим разрядом очень сильно влиял на дальнейшую службу и карьерный рост выпускника, иной раз изменяя всю его жизнь. К сожалению, на сегодняшний день в наших российских военных учебных заведениях как собственно и в советских тоже такого правила не существует.

Что касается воспитанников Сибирского кадетского корпуса, то они по окончании курса выходили сотниками, хорунжими или урядниками в казачьи полки в зависимости от разряда, полученного по выпускному экзамену, по такому же принципу, как и выпускники из Оренбурга. Неспособные же воспитанники из казачьего сословия поступали в Сибирское казачье линейное войско на нестроевые должности.

Интересен такой факт: единственным отличием между корпусами по правам по выпуску было то, что все воспитанники 1-го разряда из башкир в Сибирском кадетском корпусе выпускались сотниками, а не только лучший по выпуску как, например, в Оренбургском Неплюевском кадетском корпусе. И это очень волновало командование Оренбурга, которое постоянно указывало в своих донесениях военному министру данную несправедливость по отношению к ним, хотя, казалось, статус у них должен быть выше. В остальном отличий не было. Выпускаемые на службу в казачью конную артиллерию и иррегулярные войска получали из государственного казначейства тройное жалова-

ние, наравне с чинами армейскими, а именно хорунжий тройное жалование прапорщика, старший хорунжий - подпоручика, сотник - поручика, и это было очень важным моментом, так как официально уравнивало выпускников Оренбургского Неплюевского и Сибирского кадетских корпусов с выпускниками других кадетских корпусов как в вопросах служебных, так и экономических [18].

Рассмотрев данную систему, можно признать, что она очень оригинальна и актуальна на сегодняшний день. Ведь деление на разряды накладывало стимул лучше заниматься, быть дисциплинированным и в награду получить более высокий разряд, тем самым выделиться из общей массы выпускников.

Таким образом, рассмотрев оба кадетских корпуса, готовивших офицерские кадры для казачьих войск в 40-х годах XIX века, можно сделать следующие выводы:

- во многих отношениях (внутренний порядок, дисциплина, учебная часть, строевой состав и др.) данные военно-учебные заведения были схожи между собой, но отличия все же имели место, они прежде всего касались вопросов географического положения, особенностей казачьих войск, сословного представительства в корпусе и других моментов;

- отличие данных военно-учебных заведений от других кадетских корпусов касается самой организации учебного процесса, структуры, строевого состава, подчиненности и пр.;

- учебный план отвечал более общеобразовательному аспекту, менее военному;

- воспитанники, окончившие курс обучения в данных военно-учебных заведениях, получали возможность дальнейшего карьерного роста, в отличие от офицеров, получивших офицерские звания в войсках без обучения в кадетском корпусе;

- несмотря на дорогостоящее обучение, данные офицеры, имея хорошее научное образование, вносили большой вклад в развитие военной мысли и дальнейшее усовершенствование вооружения;

- увеличение данной категории офицеров в казачьих войсках способствовало улучшению нравственной стороны казачьих войск, так как получившие в кадетском корпусе идеальное воспитание молодые офицеры, прибывающие в войско, накладывали определенный отпечаток на своих сослуживцев;

- разделение выпускников на разряды

по выпуску способствовало увеличению мотивации у воспитанников;

- учреждение данных военно-учебных заведений дало возможность многим детям казачьих офицеров получить достойное образование для своего времени.

В целом учреждение кадетских корпусов для казачьих войск имело положительное значение, увеличивая приток в войска более профессиональных и грамотных офицеров, улучшая тем самым боеспособность войска и его моральный статус, а также помогая казачьим дворянским семьям дать своим детям соответствующее их статусу образова-

ние, причем бесплатно. В дальнейшем данные военно-учебные заведения претерпят изменения, касающиеся отделении общеобразовательного курса в военно-учебных заведениях от военно-специального. И кадетские корпуса получат названия военных гимназий, правда ненадолго, но в любом названии суть их не изменится, они будут также добросовестно и ответственно подходить к вопросам военной подготовки казачьей молодежи, тем самым являясь кузнецой казачьих офицерских кадров на протяжении всего XIX века.

1. Главное управление военно учебных заведений: Ист. очерк/Сост. П. В. Петров, Н. А. Соколов. 1914/Столетие Военного министерства. 1802-1902: Ист. очерк/Под ред. Д. А. Скалона. СПб., 1902-1914. Т10. Ч.1-3.

2. Хорошхин М. П. Казачьи войска. СПб., 1902.

3. Керсновский А. А. История русской армии, в 4-х томах. Белград, 1933.

4. Каменев А. И. История подготовки офицерских кадров в России. М., 1990.

5. Волков С. В. Русский офицерский корпус. М., 1993.

6. Назаров А. Н. Подготовка офицерских кадров в Российском государстве в XVIII - начале XX вв. Дис... доктора исторических наук. М., 2001.

7. Волков С. В. Русский офицерский корпус. М., 1993. С. 1 70-226.

8. Российский государственный военно-исторический архив. Ф. 1154. Оп. 1. Д. 120. С. 9-1 3.

9. Краткий исторический очерк истории Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса. Оренбург, 1913. С. 31-49.

10. Краткий исторический очерк 1 -го сибирского Императора Александра I кадетского корпуса. М., 1915. С. 19-52.

11. Исторический очерк образования и развития Сибирского кадетского корпуса 1826-1876. Омск, 1884. С. 27-40.

12. Российский государственный военно-исторический архив. Ф. 1154. Оп. 1. Д. 120. С. 12-16.

13. Краткий исторический очерк истории Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса. Оренбург, 1913. С. 37-53.

14. Краткий исторический очерк 1 -го сибирского Императора Александра I кадетского корпуса М., 1915. С.100-112.

15. 2-й Оренбургский кадетский корпус в ряду других военно-учебных заведений. Спб., 1884. С. 27-37.

16. А. Н. Назаров Подготовка офицерских кадров в Российском государстве в XVIII - начале XX вв. Дис. доктора исторических наук. М., 2001. С. 6.

17. Каменев А. И. История подготовки офицерских кадров в России, М., 1990. С. 69-82.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

18. Российский государственный военно-исторический архив. Ф. 1154. Оп. 1. Д. 1 20. С. 34-36.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.