ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ИСТОРИИ МУЗЫКИ
© Петри Э. К., 2012
«ПЛЯСКА СМЕРТИ»: ИСТОКИ ЖАНРА В МУЗЫКЕ РОМАНТИЗМА
В статье анализируются фольклорные истоки «Пляски Смерти», определяется жанр танца Смерти, приводятся соответствующие вербальные и нотные тексты. Рассматриваются примеры отражения «Пляски Смерти» в современной песенной культуре.
Ключевые слова: «Пляска Смерти», чума, фрески, бранль, песня.
Известен интерес романтического искусства к фольклору, мистике, Средневековью. Есть тема, объединяющая эти три направления, — «Пляска смерти». Блестящие образцы воплощения её в музыке оставили Лист, Сен-Санс, Мусоргский. Вспомним также песни Шуберта «Девушка и Смерть» и «Юноша и Смерть», Шумана «Косец по имени Смерть». Авторы второго ряда также обращались к этому сюжету: Гуммель, Гейдигсфест. В исследованиях музыковедов в качестве импульса для создания подобных произведений называются чаще всего живописные изображения на средневековых фресках.
Всё же нам кажется, что поиски истоков жанра следует начать с музыкального фольклора, для композиторов-романтиков народная песня (танец) являлась важнейшим стимулом для полёта творческой фантазии.
Мы плохо представляем распространённость подобных сюжетов в европейской народной песне (тем более что в русском фольклоре аналога — нет). Но об этом пишет в статье «О народных песнях» (ещё до выхода собрания баллад и народных песен «Волшебный рог мальчика») один из авторитетных её знатоков — Людвиг Ахим фон Арним [1]. В сборниках «Волшебного рога мальчика» подобные песни имеются, например, трагическая баллада «Смерть и девушка в цветочном саду» (пример 1 Приложения). В другом издании — «Маленький изысканный альманах» Фридриха Николаи — опубликована шуточная танцевальная песня «Когда я был молодым подмастерьем», где имеется персонаж — «Смерть из Базеля», здесь представлен карнавальный вариант темы (пример 2 Приложения). В обеих песнях есть нечто театральное. В первой песне Смерть приглашает Девушку на танец, вторая — танцевальная. Обе включают диалог.
Почему образ Смерти так тесно переплетён с танцем? Т.е. изначально содержит в себе нечто музыкальное? Корни следует искать в Средневековье.
Танец был наследием Античности, там он неизменно сопровождал различные ритуальные действия, например, Великие Дионисии и Панафинеи, процессии в Дельфах, Ювеналии в Риме и множество других. С падением язычества ритуальные танцы перешли в христианские храмы. Прихожане водили здесь хороводы, отдельно мужские и женские: это было медленное движение по кругу с плавным подниманием и опусканием сцеплённых рук. Но постепенно танцы утратили свой благочестивый характер, и, начиная с VI века, в постановлениях церковных Соборов постоянно возникает тема запретов танцев в церквах и около церквей. С другой стороны, церковь начинает и сама использовать танец для привлечения прихожан, устраивая представления-мистерии на библейские сюжеты и шествия-процессии с участием танцоров.
Сохранилось описание такой процессии (и изображение на гравюрах), устроенной королём Рене Прованским. В этом развлечении принимал участие весь Двор. Главной героиней шествия была «царица Савская», направлявшаяся к Соломону. Её сопровождали «большие» и «малые» танцоры, увешанные бубенчиками. Их танец внезапно прерывался появлением Смерти с косой. Откуда в шествиях возник этот персонаж?
Главное бедствие Средневековья, повлиявшее на развитие всей цивилизации, — эпидемии чумы, смерчем прокатившиеся по Европе дважды: в 540-548 гг. и в 1346-1351 гг. Отдельные вспышки заболевания возникали в городах до 1388 г.1, а потом чума внезапно почти исчезла до XIX столетия. Смертность от этой болезни достигала 95%, распространялась пандемия с большой скоростью. Джованни Боккаччо, бывший очевидцем событий, писал в «Декамероне»: «Ни-
чего не могли с ней поделать догадливость и предусмотрительность человеческая [...], ничего не могли с ней поделать и частые усердные моления богобоязненных жителей, принимавших участие как в процессиях, так равно и в других видах молебствований» [2, с. 28].
Итак, одной из форм «противодействия» чуме были процессии. Болезнь воспринималась как Божья кара, и процессии состояли из кающихся грешников. «В них участвовали сменявшие друг друга ордена, гильдии, корпорации; они шли всякий раз по другим улицам и всякий раз несли другие реликвии. В эти дни люди постились; все шли босиком — советники парламента так же, как и беднейшие горожане. Многие несли факелы или свечи» [5, с. 278]. Такие процессии проводились после вечерни. На площадях перед храмами процессии останавливались, и духовенство показывало для горожан мимические представления на тему бренности земной жизни. В них Смерть танцевала с людьми разных сословий, своеобразно отражая идею о равенстве всех перед лицом высших сил. Затем к пантомиме прибавились краткие морализующие диалоги. Они произносились нараспев в такт музыке, это и были первые песни на сюжет «Пляски Смерти». Тексты диалогов или сочинялись заново, или являлись переводами латинских поэм, объединённых названием «Vado mori»2
Церковь разрешила использовать пергамены с изображением «Пляски Смерти» в проповедях. Пергамента выглядели как рулонные листы длиной до 1,5 м. и шириной — 50 см. На листах первоначально был изображён хоровод. Его участники: папа, император, герцог, епископ, граф, рыцарь, врач, дама, монахиня, кантор, ребёнок и его мать, и др., всего — 24 персонажа. Воспроизводился здесь и текст диалогов. Количество танцующих и их социальный состав могли изменяться. С изобретением книгопечатания от свитков отказались, и действующих лиц хоровода стали помещать попарно на каждом листе.
По пергаменам можно определить, какую именно пляску танцует Смерть. Почти на всех рисунках её пластика отличается от движений остальных персонажей: она подчёркнуто резкая, «неправильная». С одной стороны, это вызвано изображением пляски скелета с его «непредсказуемыми» позами (в таком образе предстаёт Смерть на большинстве изображений3), с другой, по положению ног хореографы определяют бранль — популярный средневековый танец простонародья, который, впрочем, и в благородных сословиях исполняли.
Танцы Средневековья в Германии, где подобные сюжеты возникли и были особенно распространены, подразделялись на два типа. В замках — с плавным скользящим движением, когда кавалер ведёт с собой одну или двух дам. На улице — хороводы замкнутые или разомкнутые, движения в них динамично-активные. Танцующие старались отличиться высокими и далёкими прыжками. Бранль — хоровод, где участники всё время меняются парами, таким образом, со Смертью танцует каждый.
Этому танцу посвящено 50 страниц в печатном труде о танцах, выпущенном в 1589 году каноником Жаном Табуро — «Оркезография».4 Упоминается бранль и в ещё одной книге XVI века — стихотворном учебнике хореографии Антония Арены (1570). Сохранившиеся нотные записи старинных бранлей не дают полного представления о том, как они звучали (примеры 1 и 2 Нотного приложения). Первый бранль относится ко времени Франциска I5 и приведён в Оркезо-графии, второй — из учебника Арены. Музыка как будто не даёт оснований для резких прыжков. Но исполнительская практика тех времён предполагала импровизацию по заданной канве, которую и представляла запись. Если рассмотреть бранли, записанные позже, в XVIII веке, то ясен оживлённый характер музыки (пример 3 Нотного приложения). Трёхдольные бранли встречаются гораздо реже, чем двухдольные. Разнообразие бранлей позволяло приспосабливать к музыке любые тексты. В Оркезографии танцы приводятся в сопровождении ритма-остинато (барабан и тамбурин).
Закреплению образа Смерти в народной песенной культуре способствовала и Реформация. Идея бренности и ничтожности земной жизни, неизбежности смерти — тема многих хоралов. Например, в собрании Карла Филиппа Эммануэля Баха, содержащем более 180 хоралов, образ смерти возникает в 26 песнопениях (в каждом седьмом). Тексты многих хоралов — переводы на немецкий язык с латыни средневековых духовных песнопений. И в них иногда встречается отражение «Пляски Смерти».
Например, в хорале «Der grimmig Tod» («Жестокая Смерть»), Во второй строфе говорится, что Смерть поведёт за собой и короля «an der Reihen», «в ряду». Последнее слово многознач-
но: ряд, шеренга, строй, очередь, последовательность. И персонаж типичный, и определения близки к понятию «хоровод».
Хоралы такого типа соответствовали народным песням сходного содержания — с серьёзным и трагическим отношением к образу Смерти. Но в народной музыке отражается и противоположное мироощущение. Оно базируется на карнавальных традициях, «перевёрнутом мире». Пляска Смерти могла исполняться и в комическом варианте в дни карнавалов, но не только. Имеются, например, сведения о проведении в 1404 г. в Берлинской ратуше грандиозного бала в честь одного из рыцарей: на этом балу исполнялся юмористический танец Смерти — «очень распространённый в то время»[7, с. 315]. Изображение Смерти в виде танцующего скелета само по себе имеет несколько гротесковый оттенок, да ещё он часто усилен текстом. Например, в диалоге с доктором Смерть произносит: «Господин доктор, взгляни хорошенько на мою анатомию! Точно ли она представлена? Ведь ты немало людей превратил во мне подобных».
Церковь в Средневековье разрешила изображать хороводы со Смертью вместе с текстом диалогов на стенах монастырей и кладбищ. Самая известная фреска — «Пляска Смерти» — находилась в Базеле. Она была создана в начале XIV века в женском Клингентальском монастыре ордена предикаторов, расположенном недалеко от Базеля. Фреска помещалась на стенах двух длинных коридоров и представляла 38 сюжетов с участием Смерти. Такая же фреска, с небольшими изменениями, имелась на кладбище монастыря предикаторов. Здесь была расписана внутренняя каменная 60-метровая стена кладбища, фигуры на ней даны в натуральный рост. Точно неизвестно, какая из фресок возникла раньше. На кладбищенской фреске Смерть дана в движении, она явно выделывает какие-то танцевальные па. Участники пляски движутся в хороводе.
Для современников фреска была сильным впечатлением. Восприятие живописи неграмотным человеком Средневековья (и Возрождения) отличалось от современного, дистанция абстрагирования изображённого от действительности была минимальной и воздействие более сильным. Фреска получила название: «Смерть из Базеля» (в некоторых немецких изданиях также называется и приведённая выше песня «Когда я был молодым подмастерьем»).
Одна из особенностей немецких народных песен заключается в конкретности мышления. Песня, несомненно, и возникла где-то в окрестностях Базеля: в оригинале герой обращается к Смерти на церковном кладбище, называя её «lieber Tod von Basel», т.е. он взывает к фреске «Смерть из Базеля». Перед нами редкий пример народной песни, где действующий персонаж — произведение профессионального искусства.
Об авторе росписи в Базеле достоверных сведений не имеется, но это, безусловно, был профессионал высокого класса. Иногда фреску приписывают великому художнику Гансу Голь-бейну Младшему (1497-1543), которого называют немецким Леонардо да Винчи. Большую часть жизни Гольбейн работал при дворе Генриха VIII, но начинал свой творческий путь в Базеле. Там он занимался книжной иллюстрацией и там же создал цикл гравюр «Образы Смерти». Он состоит из «40 картинок» в виде небольшой книжечки, каждая картинка снабжена двустишиями на французском языке и латинскими цитатами из Библии, которые подобрал Эразм Роттердамский. Но! Среди эскизов работ Гольбейна, которые имеются в музее Базеля, «Пляски Смерти» нет. К сожалению, фрески до нашего времени не сохранились, и по поводу принадлежности их Голь-бейну у искусствоведов нет единого мнения.
Многие города по примеру Базеля также стали воспроизводить этот сюжет на стенах своих монастырей и кладбищ (и даже светских дворцов!), так возникли «Смерть из Дрездена», «Смерть из Берлина», «Смерть из Страсбурга», «Смерть из Любека» (на последней фреске Смерть танцует полонез). Подобные изображения встречаются не только в Германии, но и в Италии, Франции, Англии, Испании. Всего в настоящее время сохранилось около 80 изображений «Пляски Смерти».
Таким образом, этот сюжет включает в себя музыкальные, вербальные, живописные компоненты. Это даёт возможность композиторам выбирать близкую творческой индивидуальности его интерпретацию. Шуберта, например, красочность и танцевальная стихия «Пляски Смерти» не заинтересовали: в его песнях воплощен контраст разных психологических состояний «приговорённых» и неумолимой Смерти. Дошедшие до нас тексты — грозные, саркастические, холодные, яростные, сочувствующие (!) — выражают целую гамму переживаний. Сама Смерть, если судить по текстам, трактовалась в разные времена то как дьявольская сила, вызывая в памя-
ти образы Апокалипсиса, то, выступая в функции Христа, сочувствуя беднякам, утешая их вечным успокоением и карая богачей — неправедных.
Возникнув однажды в профессиональной музыке, Пляска Смерти больше из неё не уходила. Назовём только некоторых композиторов XX века, обращавшихся к этой теме: Шёнберг, Бриттен, Мартен, Лигети, Шостакович.
Интересно, что и в народной музыке она сохранилась. Приведём два примера. В XX веке была записана немецкая песня «Der Zecher» (пример 4 Нотного приложения). Её герой — «teurer Bacchusknecht» (верный слуга Бахуса), так его аттестует Смерть, выпил с ней на брудершафт, а затем сумел доказать свою полезность для Смерти на земле: он студент, будущий медик, обещает ей половину своих больных. Любопытно, что в диалоге со Смертью, мысленно герой песни называет её чумой (der Pest) — своеобразный «реликт» XIV века.
Вторая песня исполняется в Италии нашим современником, композитором и певцом Ан-джело Брандуарди, называется «Танец в фа#-миноре»6. Здесь Смерть с косой является на праздник, угрожая танцующим (пример 3 Приложения). Её приглашают тоже потанцевать, и пока все танцуют, она не может никого забрать в «чёрное небытие». Мелодия этой песни появилась в результате контаминации, это фирульская народная песня «Скаразула-маразула», записанная Джорджио Манерно (чернокнижником и астрономом) в 1578 г. в его «Первой книге танцев» и представляющая собой крестьянский танец фурлану (пример 5 Нотного приложения). Эта разновидность бранля танцуется в Европе и в настоящее время.
Сам ритуал «Пляски Смерти» тоже сохранился в некоторых местностях: в Базеле, например, его проводят в марте во время карнавала.
Примечания
1 В Россию чума добралась в 1351 г. О её гибельных последствиях свидетельствует Никоновская летопись: в Смоленске, например, в живых осталось всего 10 жителей.
2 «К смерти иду я».
3 На некоторых рисунках заметно, что Смерть — это театральный персонаж, одетый в трико, на котором нарисованы ребра и другие части скелета.
4 Полное название: «Оркезография, метод и теория в форме разговора, с нотными таблицами, дабы научиться танцевать, бить во все сорта барабанов и различных ударных, играть на флейте и ариго, выхватывать оружие и фехтовать, и другим благопристойным упражнениям, надлежащим молодёжи, чтобы быть желанными во всякой весёлой компании и выказывать там ловкость и подвижность тела» [цит. по: 6, с. 108].
5 Франциск I (1515-1547) изображён на фреске «Пляска смерти» в Берне.
6 В России эту песню исполняют Марина Богданова вместе с Игорем Лисовым и фолк-группой «Зелёные рукава».
Литература
1. Арним фон Л. А. О народных песнях // Эстетика немецких романтиков. СПб., 2006.
2. Боккаччо. Декамерон.
3. Wenn alle Brinnlein fließen», Leipzig/Dresden, 1984.
4. МутерР. Мировая живопись. Шедевры. Жанры. Направления. М., 2010.
5. СапоновМ. Менестрели. Очерки музыкальной культуры Западного Средневековья. М., 1996.
6. Тъерсо. История народной песни во Франции. М., 1975.
7. Худекое С. Н. Искусство танца. История. Культура. Ритуал. М., 2010.
ПРИЛОЖЕНИЕ
1. Девушка и Смерть в цветочном саду (фрагмент)
Шла девушка, гуляя, Шла, нежная, зарёй, Беспечно молодая, В цветочный садик свой. Рвала цветочки без числа Из серебра и злата
Я на тебя надену Веночек не простой, Он не из цветиков сплетён, Травой благоуханной Не перетянут он. Венок, что возложу я,
Венок себе плела. Подкрался неприметно Тут некто страшный к ней, Его обличье бледно, Весь наг он до костей, Волос и плоти вовсе нет, К костям присохли жилы, Сквозь кожу зрим скелет. «Рядись, рядись, красотка, Пойдёшь плясать со мной! Мне, девушке несчастной, Позволь пожить в саду! Воздам тебе богато, Рука отца щедра, Получишь много злата И всякого добра».
2. Когда я был молодым подмастерье...
Когда-то я парень был молодой, Но старую бабу назвал женой. Почти три дня я прожил с ней, И раскаялся в выходке глупой своей.
Из Базеля Смерть я к себе позвал
И ей жену свою показал:
«Забери её Смерть поскорей, с глаз долой,
Не хочу я жить со старой женой!»
И только сказал я эти слова, Старуха моя была мертва. Могильщики вырыли ей могилу. «Прощай, жена, что была так немила!»
3. Танец в фа#-миноре
«Корона на челе моём, коса в моей деснице Для всех, живущих на земле, я грозная царица. И нищие, и короли равны передо мною, Не скрыться от моей руки за каменной стеною. Чело моё увенчано короною железной. Молить меня — напрасный труд, сражаться — бесполезно
Вот я взмахну косой моей — и ты пойдёшь покорно
В холодное небытие, в объятья смерти чёрной».
Зовётся — смертный час; Всечасно, торжествуя, Венчаю смертных, вас; Кто здесь однажды был рождён, -Со мною спляшет он». Тут девушка в испуге, Томясь, скорбя душой, С мольбой простёрла руки: «Смерть, милый гость, постой, С тобой попозже я пойду, «Сокровищ не взыскуя, К их блеску хладен я, Но жизнь твою возьму я, Красавица моя. Пойдёшь со мною в хоровод, К нам тысячи сойдутся, Чтоб верен был мой счёт».
Вернулся я с кладбища один, И сам себе опять господин. Просторно в доме, пустая кровать, Но надо ж и траур мне соблюдать.
Почти три дня я подождал, Потом молодую жену себе взял. И думал, что буду жить без забот, Но нет, забот у меня полон рот.
Она каждый день меня лупит палкой, И ей меня нисколько не жалко. Приходится худо моей спине. «О, Смерть из Базеля, что делать мне?!»
«Неслыханная честь, невиданная милость, Что ты на праздник к нам сама явилась. Оставь же острый меч у нашего порога И потанцуй же с нами хоть немного».
«Корона на челе моём, коса в моей деснице Для всех, живущих на земле, я грозная царица. Вот я взмахну косой моей — и ты пойдёшь покорно
В холодное небытие, в объятья смерти чёрной».
«Неслыханная честь, невиданная милость, Что ты на праздник к нам сама явилась. Летит за кругом круг, покуда танец длится, Ты — лишь одна из нас, ты не царица».
НОТНОЕ ПРИЛОЖЕНИЕ
1.
Г1Г JJ |J Г г Uy^J Г 1г Г г г
ь i ]| -II m 1 >P m---Г 1Г r r r= IP r J lrlT
20 ° ИГ Г Г г 'г Г PI Г P Hl* ° 1 1 " г 1Г I гнм
г г r T ' " Г "Г =
т
т
%—%
&—»
¿2. а.
Ъ-й
i
а-&
79-О-3-В
IS" is-
_/2_(2_
3.
4.
jjJJ J Ii
mir der Tod_ durchs Tor.
5. Скаразула Маразула
jypicrcriejCfW PicrcricjCfW Efl%lf fflc;^