ПЕРЕХОД К ПРОГРЕССИВНОЙ ШКАЛЕ ИНДИВИДУАЛЬНОГО ПОДОХОДНОГО НАЛОГА В КАЗАХСТАНЕ: ВОЗМОЖНОСТИ И ОГРАНИЧЕНИЙ
В статье исследуются возможности и ограничения перехода к прогрессивной шкале налога на доходы физических лиц в Казахстане (индивидуальный подоходный налог). Предполагается, что оптимальная прогрессивная шкала должна быть выбрана исходя из баланса интересов государства и наемных работников. В ходе исследования сектора оплаты труда идентифицированы основные его характеристики: высокий уровень дифференциации и «разрывов» уровней заработной платы, значительная доля низкооплачиваемых работников («работающие бедные»), высокий отрыв размеров минимальной заработной платы (МЗП), медианы и моды от показателя среднемесячной заработной платы. Эти особенности создают ограничения при решении вопроса о возможности перехода к прогрессивной шкале индивидуального подоходного налога в Казахстане. Определен ряд новых потенциальных рисков: сокращение доходов местных бюджетов в регионах с низким уровнем оплаты труда, уклонение от уплаты налогов, рост дополнительных затрат на новое налоговое администрирование. Проведены статистические расчеты по разработке возможных шкал подоходного налога с различными налоговыми ставками.
Обзор современных исследований в сфере налогообложения доходов населения. Установление ставок индивидуального подоходного налога на физических лиц (далее - ИПН) затрагивает интересы как экономически активного населения, так и государства. Основные функции подоходного налога: формирование доходной части государственного бюджета, смягчение проблемы дифференциации доходов, справедливое перераспределение доходов населения и обеспечение их социальной защиты.
Принцип справедливости налогообложения, сформулированный Лаффером [1], предполагает, что государство может повысить налоговые ставки только тогда, когда оно увеличивает расходы на социальную сферу.
Помимо оказания поддержки бюджету и социальной сфере, согласно Царовска [2], ИПН также должен способствовать перераспределению ресурсов от одной группы людей к другой.
Гордон и Копчук [3] подчеркивают, что прогрессивный ИПН должен учитывать семейное положение человека и соответственно возможные вычеты, тем самым увеличивая эффект перераспределения.
Морини и Пеллегрино [4] считают, что суть ИПН заключается в компромиссе между достижением социальной справедливости и экономической эффективностью. Они пришли к выводу, что в краткосрочной перспективе невозможно найти идеально подходящую систему подоходного налога, которая одновременно снизила бы неравенство и была бы достаточной для государственного бюджета.
Ю. Тюрина и Л. Напольских [5] полагают, что ИПН имеет ярко выраженный социальный характер и возможность влиять на уровень реальных доходов населения в связи с тем, что подоходный налог в максимальной степени адаптирован к личным обстоятельствам облагаемого субъекта и обладает необходимыми свойствами для реализации перераспределительной и антициклической политики.
1 Исследование выполнено в рамках грантового финансирования Министерства образования и науки Республики Казахстан по научным и (или) научно-техническим проектам на 2018-2020 гг. по теме: «Исследование и оценка эффектов влияния государства и государственных расходов на факторы долгосрочного экономического роста Казахстана (труд, капитал, совокупную факторную производительность) с использованием эконометрических моделей и модели межотраслевого баланса», ИРН АР05132465.
Особенности прогрессивного налогообложения доходов населения в развивающихся странах. Принцип его справедливости может быть полностью реализован, если облагается налогом все население и все его доходы.
Например, Питер и соавторы [6] изучили тенденции использования прогрессивного налогообложения в 189-ти странах за период 1981-2005 гг. и обнаружили, что в развитых странах существует высокая корреляция между ставками налога и налоговыми поступлениями в бюджет, в то время как в развивающихся странах эта связь была слабой из-за высокого уровня занятости в неформальном секторе и уклонений от уплаты налогов.
Бюрд и Зольт [7] проанализировали применение прогрессивного налогообложения в ряде развивающихся стран и пришли к выводу, что прогрессивный налог нельзя использовать в качестве инструмента для сокращения неравенства по следующим причинам:
- прогрессивное налогообложение используется только для дохода от работы в формальном секторе (прогрессивное налогообложение способствует созданию неформального сектора, и значительная часть доходов населения остается «в тени»);
- ИПН не является основным источником доходов бюджета со слабым перераспределительным эффектом;
- часто администрирование плохо спроектированной прогрессивной налоговой системы обходится дороже, чем полученные доходы бюджета.
Эксперты предлагают уменьшить неравенство в развивающихся странах с акцентом на косвенные налоги, в частности НДС.
Риски уклонения от налогов. Возможное влияние прогрессивной шкалы ИПН на сокрытие доходов заставило многих авторов переключить свое внимание с экономического акцента подоходного налога на поведенческие факторы налогоплательщиков.
Алм и соавторы [8] подчеркивают, что при условии рационального решения, основанного исключительно на экономических факторах, большинство налогоплательщиков были бы вовлечены в уклонение от уплаты налогов или мошенничество из-за низкой вероятности обнаружения и небольших штрафов. Исследования в области поведенческой экономики ясно показывают, что люди не ведут себя как полностью информированные, экономически рациональные и чисто наемные лица, принимающие решения.
МакБарнет [9] считает, что основным фактором налоговых поступлений в государственный бюджет является поведение налогоплательщика, и он выделяет три его типа:
- добровольное соблюдение правил, т.е. налогоплательщик осознает свою гражданскую обязанность и платит налоги;
- «творческий подход», который подразумевает, что налогоплательщик не хочет платить, но имея возможность уменьшить сумму налогов за счет существующих льгот, займов и вычетов, предопределяет его выбор в пользу платежей;
- «сдача», означающая, что налогоплательщик платит налог только из-за боязни штрафа, многократно превышающего сумму налога.
Кэрол [10], проанализировав реакцию налогоплательщика на повышение налоговой ставки за период 1990-1993 гг. в США, пришел к выводу, что увеличение налоговой ставки за исследуемый период в 39% случаев привело к снижению доходов населения. Это вынудило их уклоняться от уплаты налогов.
Чарини и соавторы [11], рассмотрев вопрос об уклонении от уплаты налогов на примере Италии за 1980-2004 гг., пришли к выводу, что если эффективная ставка налога выше, чем показатель «проницательности» (уровень справедливости ставки
налога, по мнению населения), то налогоплательщики используют стратегию уклонения от уплаты налогов.
Фисман и Вэй [12] на примере Китая утверждают, что увеличение ставки налога на 1% увеличивает уклонение от уплаты налогов на 3%.
В 2010 г. страны ОЭСР провели форум для изучения причин, которые могут повлиять на обязательства налогоплательщиков [13], и определили несколько факторов:
- факторы сдерживания - налогоплательщики опасаются уклонения от уплаты в силу штрафов и суровости санкций. Эта группа факторов, по мнению экспертов, не самый удачный пример роста доходов бюджета, поскольку в некоторых случаях она только усиливает неприязнь налогоплательщиков к налоговым органам;
- социальные нормы - подразумевают, что общество положительно воспринимает факт сбора налогов как способ улучшения социального обеспечения;
- отсутствие возможностей - налогоплательщики не платят налоги в силу низкой финансовой грамотности, неудобного сервиса по заполнению и сдаче налоговых деклараций;
- фактор справедливости, когда существует корреляция между «справедливой» системой налогообложения (т.е. «справедливыми» налоговыми ставками, вычетами, льготами и т. д.) и доверием к налоговому органу;
- сочетание предыдущих факторов.
Таким образом, при использовании прогрессивной шкалы налогообложения помимо количественных должны быть приняты во внимание такие факторы, как качество налогового администрирования, наличие налоговых льгот, вычеты и займы, размеры штрафов, а также общественное восприятие налоговой системы.
Международный опыт применения прогрессивной шкалы ИПН. К концу XX в. более 70% стран мира использовали прогрессивную шкалу налогообложения. В начале 2018 г. из 195-ти стран 156 применяли прогрессивную шкалу налогообложения, в 26-ти странах использовалась плоская шкала, в остальных 13-ти странах подоходный налог отсутствовал [14].
В разрезе стран минимальное количество уровней налогообложения (до 2-х) используется в Бангладеш, Гватемале, Исландии, Ирландии, Мадагаскаре, Ливии, Молдове и др. Налогообложение с более чем 10-ю ступенями используется в Люксембурге (23 ступени), Анголе (12), Мексике (11), Сингапуре (11), Пакистане (12 ступеней). Ставка ИПН варьируется от минимального значения в 1% (Малайзия, Лихтенштейн и Республика Конго) до максимального значения в 50% и выше (Австрия, Швеция, Дания, Израиль, Чад). В целом большинство стран используют шкалу до 5 ступеней и минимальную ставку в диапазоне 6-10%.
Несмотря на то, что многие экономисты подчеркивают высокую роль прогрессивного налогообложения в сокращении неравенства среди населения, точных доказательств этого факта пока нет. Среди 93-х стран с прогрессивным налогообложением значение коэффициента Джини [15] с 1980 по 2015 г. уменьшилось только в 56-ти странах, в то время как в остальных 37-ми странах оно увеличилось.
Проведенный обзор литературы показывает, что успех введения прогрессивного налогообложения подразумевает выполнение нескольких важных условий:
- наличие высокой и стабильной доли среднего класса;
- система обязательного всеобщего декларирования;
- эффективное налоговое администрирование;
- высокая налоговая культура населения;
- разработка «справедливой» шкалы налогообложения;
- позитивное восприятие большинством населения данного вида налогообложения.
В противном случае введение прогрессивного налогообложения сопряжено с определенными рисками, такими как:
- ухудшение благосостояния населения;
- рост социальной напряженности;
- снижение собираемости налогов и доходов бюджета;
- сокрытие доходов и рост теневой экономики;
- низкая инвестиционная привлекательность и др.
Ретроспективный опыт применения прогрессивной шкалы ИПН в Казахстане. В рамках реформы налогового законодательства в период с 2002 по 2006 г. в Республике Казахстан уже применялась четырехступенчатая прогрессивная шкала ИПН со ставками от 5% до 30% (табл. 1).
Таблица 1
Налоговые ставки подоходного налога в 2002-2006 гг.
Наименование Ставка
До 15-кратного годового расчетного показателя От 15-кратного до 30-кратного годового расчетного показателя От 30-кратного до 65-кратного годового расчетного показателя От 65-кратного годового расчетного показателя и свыше 5% с суммы облагаемого дохода Сумма налога с 15-кратного годового расчетного показателя + 10 % с суммы, превышающей его Сумма налога с 30-кратного годового расчетного показателя + 20% с суммы, превышающей его Сумма налога с 65-кратного расчетного показателя + 30% с суммы, превышающей его
Примечание: Годовой расчетный показатель — сумма месячных расчетных показателей за год. Месячный расчетный показатель — показатель за месяц, который ежегодно устанавливается для расчета пенсий, пособий и других социальных выплат, а также для наложения штрафов, налогов и других платежей.
Источник: [16].
Анализ доходов Государственного бюджета от ИПН показывает, что этот вид налога обеспечил бюджету 9,1% доходов в 2002 г. и только 6,7% в 2006 г. Таким образом, в период прогрессивного налогообложения доходы от ИПН сократились на 2,4 проц. п. (табл. 2).
Таблица 2
Налоговые поступления ИПН в Государственный бюджет в 2002-2017 гг.
Показатель 2002 г. 2003 г. 2005 г. 2006 г. 2015 г. 2016 г. 2017 г.
ИПН с доходов, облагаемых налогом у источника выплаты, к общей сумме 9,1 8,7 7,6 6,7 10,5 10,4 9,9
Источник: [ 17].
Ситуация изменилась в 2007 г., когда Казахстан перешел от прогрессивной шкалы к «плоской» шкале с универсальной ставкой 10%. За 2015-2017 г. доля ИПН в налоговых доходах бюджета составила в среднем около 10,3%.
В 2011 г. Министерство финансов Республики Казахстан вновь рассматривало возможность возврата к прогрессивному налогообложению вместо 10-процентной плоской шкалы. В зависимости от размера зарплаты налогоплательщиков планировалось ввести трехступенчатую шкалу прогрессивного налогообложения: 10, 15 и 20% [18]. Предлагаемые ставки: до 250 тыс. тенге - 10%, от 251 тыс. тенге - 15%, свыше 500 тыс. тенге - 20%.
По предварительным расчетным данным, Министерство финансов РК предположило, что: 10-процентный налог будут продолжать платить более 50% наемных работников (врачи, учителя, деятели культуры и искусства, а также занятые в сельском хо-
зяйстве); 15-процентный налог - условный средний класс (около 10-15% населения), 20-процентный налог - «сверхбогатый» класс, который в стране составляет 20-25%.
Основная цель планируемого налогового режима состояла в том, чтобы увеличить сбор налогов и обеспечить благоприятные условия для экономического роста страны. Однако этот проект не был реализован из-за негативного опыта 2002-2006 гг., когда возникли проблемы с администрированием и сбором налогов, а также из-за высокой вероятности уменьшения поступлений от ИПН в бюджет.
Анализ распределения наемных работников по уровню оплаты труда в Казахстане: методология исследования, применяемая база данных.
Источники формирования ИПН и его роль в доходах местных бюджетов Казахстана. По данным Комитета государственных доходов, доходы от ИПН составляют значительную часть доходов местных бюджетов (в 2017 г. - 40,8%) [17].
В 2017 г. 90% поступлений от ИПН были получены от наемных работников, 9,0% -от самостоятельно занятых, 0,7% - от иностранных граждан (рис. 1) [17]. С учетом высокой доли налогов, поступающих от наемного труда, дальнейшее исследование проведено в отношении налогообложения оплаты труда наемных работников.
Рис. 1. Структура поступлений ИПН в местные бюджеты в 2017 г.
В 2018 г. Президент Казахстана поставил вопрос об изучении возможности перехода к прогрессивной шкале налогообложения доходов населения Казахстана.
Решение этой задачи требует тщательного изучения имеющихся статистических данных о доходах наемных работников с последующим анализом их структуры и распределения по уровню заработной платы.
Методология и базы данных исследования. Качество и достоверность результатов проведенного исследования основаны на применении методологии Международной организации труда (МОТ) и использовании статистических методов анализа баз данных Комитета статистики Министерства национальной экономики Республики Казахстан (далее - КС МНЭ РК) [19], имеющихся в открытом доступе.
По результатам исследования получены следующие показатели сферы оплаты наемного труда в 2017 г.:
- мода заработной платы (наиболее часто встречающаяся заработная плата среди наемных работников) составила 44 000 тенге;
- медианная заработная плата (значение заработной платы, расположенной в середине изучаемого массива, упорядоченного по возрастанию) составила 82 977 тенге (КС МНЭ РК);
- индекс Кейтца (отношение минимальной заработной платы к среднемесячной заработной плате) составил 16,3%;
- индекс Джини составил 0,420 (КС МНЭ РК).
Построенный нами график плотности распределения работников по размерам заработной платы показал значительную правостороннюю асимметрию (рис. 2) ([19], расчеты авторов).
%
^ Интервал - максимальная ЗП у 10% наименее низкоплачиваемых
50
40
d5 Медианный
d9 Интервал -Минимальная ЗП у 10% высокооплачиваемых
100 90 80 70 60 50 40 30 20 10 0
60 -
Рис. 2. Плотность распределения работников по зарплате: ЕЗ плотность распределения (абсолютная)/;---накопленная частость Ш
Проведенные далее расчеты по имеющейся базе данных позволили получить следующие результаты.
Высокий «разрыв» в уровнях оплаты труда. Размер «разрыва» оценивается коэффициентом дифференцирования децилей ^9 / d1). Максимальная зарплата 10% самых бедных работников составила 30247 тенге. Минимальная заработная плата 10% наиболее высокооплачиваемых работников составила 217893 тенге. В результате коэффициент дифференциации (разрыва) заработной платы казахстанских работников в 2017 г. составил 7,2.
Справочно: по данным МОТ, коэффициент дифференциации (разрыва) заработной платы ^9М1) по странам мира составил: ЕС - 3,6 (минимальный показатель в Норвегии - 2,3, максимальный в Литве - 4,4), Россия - 5,1, Китай - 4,2, в развивающихся странах достиг 10,9 (Индия).
Наличие значительного числа «работающих бедных». Для корректного и правильного определения числа низкооплачиваемых работников по методологии МОТ
применяется абсолютный критерий их идентификации. Согласно этому подходу, к «работающим бедным» относят тех, кому выплачивается менее 60% медианной заработной платы. По нашим расчетам, доля «работающих бедных» в Казахстане составила около 33% общего числа наемных работников в 2017 г.
Справочно: доля «работающих бедных» в странах ЕС была на уровне 9,5% в 2015. Самый высокий уровень «работающих бедных» был зафиксирован в Румынии (18,8%), Греции (13,4%), Испании (13,1%) и Италии (11,5%).
Результаты. Таким образом, в ходе предварительного исследования выявлены три ключевых вывода, характеризующие сектор оплаты наемного труда в Казахстане:
- высокий уровень дифференциации и «разрывов» уровней заработной платы;
- значительная доля низкооплачиваемых работников («работающие бедные»);
- высокий отрыв размеров минимальной заработной платы (МЗП), медианы и моды от показателя среднемесячной заработной платы.
Эти особенности накладывают существенные ограничения на решение вопроса о возможности перехода к прогрессивной шкале индивидуального подоходного налога в Казахстане.
Для окончательного вывода нами проведены статистические расчеты по разработке возможных вариантов шкал подоходного налога с различными налоговыми ставками при сложившемся состоянии сектора оплаты труда.
При этом мы предполагаем, что оптимальная прогрессивная шкала должна быть выбрана, исходя из баланса интересов государства и наемных работников. Этот баланс требует выполнения нескольких условий:
- сохранение/увеличение налоговых поступлений в госбюджет;
- снижение налоговой нагрузки для «работающих бедных»;
- сохранение положения работников со средним доходом;
- снижение эффективной ставки ИПН.
Двухступенчатая плоская и двухступенчатая прогрессивная шкала ИПН. В рамках реализации пяти социальных инициатив Президента Казахстана с 1 января 2019 г. ИПН для низкооплачиваемых работников снижен до 1% [20]. По сути, это решение представляет собой переход к двухступенчатой плоской шкале налогообложения: для физических лиц, получающих менее 60 тыс. тенге, ставка подоходного налога составит 1%, для остальных - 10% заработной платы, за вычетом минимальной зарплаты (МЗП).
Альтернативным вариантом является двухступенчатая прогрессивная шкала ИПН. В рамках внедрения двухступенчатой прогрессивной шкалы ИПН, повышенная ставка налога накладывается не на весь доход в целом, как при плоской шкале, а только на ту часть, которая превышает нижнюю границу данной ступени. Иными словами, при расчете реальной заработной платы физических лиц для части зарплаты (до 60 тыс. тенге) ставка ИПН составит 1%, а для остальной части (выше 60 тыс. тенге) - она будет равняться 10%.
Результат сопоставления двух подходов (плоской и прогрессивной двухступенчатых шкал) позволит провести оценку влияния прогрессивного налогообложения на доходы бюджета и благосостояние граждан, а также ответить на вопрос о возможности перехода к прогрессивной шкале налогообложения в Казахстане.
В табл. 3 показано влияние введения двухступенчатой плоской и прогрессивной шкал подоходного налога на доходы государственного бюджета, а также изменение доходов работников. В ходе проведенного анализа получены следующие результаты от перехода на плоскую двухступенчатую шкалу налогообложения в Казахстане:
- поступления в госбюджет от ИПН сокращаются на 22,7 млрд. тенге;
- налоговая нагрузка от ИПН снизится для 21,7% работников в 10 раз;
- реформа не ухудшает ситуацию для 75,7% работников;
- эффективная ставка ИПН снизится до 9,7%.
Таблица 3
Результаты расчетов по двухступенчатой плоской и двухступенчатой прогрессивной шкалам налогообложению доходов физических лиц
Интервал ЗП, тенге Доля работников, с заработной платой в этом интервале, % Одноступенчатая плоская шкала ИПН (действовавшая до 1 января 2019 г.) Двухступенчатая плоская шкала ИПН (действующая с 1 января 2019 г.) Двухступенчатая прогрессивная шкала ИПН (альтернативный вариант к двухступенчатой плоской шкале ИПН)
Ставка, % Сумма поступлений в бюджет, млрд. тенге Ставка, % Сумма поступлений в бюджет, млрд. тенге Разница по отношению к сумме, полученной по одноступенчатой плоской шкале ИПН Ставка, % Сумма поступлений в бюджет, млрд. тенге Разница по отношению к сумме, полученной по одноступенчатой плоской шкале ИПН
До МЗП (90%
ЗП<МЗП) 2,6 0 - 0 - - 0 - -
От МЗП до 60 000 21,7 10 25 1 2,6 -22,7 1 2,6 -22,7
От 60 001 и
выше 75,7 10 725 10 725 - 10 596 -145,9
Всего 100,0 10,005 751 9,7 728 -22,7 7,8 598 -168,7
Примечание: МЗП—Минимальная заработная плата.
Источник: [19], расчеты авторов.
Основным фискальным эффектом введения двухступенчатой прогрессивной шкалы ИПН в Казахстане является - сокращение на 168,7 млрд. тенге поступлений от ИПН в государственный бюджет. В то же время 84% этой суммы (145,9 млрд. тенге) приходится на работников, чья заработная плата превышает 60 тыс. тенге, т.е. увеличивается налоговая нагрузка на высокооплачиваемых работников и на недостаточно стабильный средний класс страны.
Целевой подход к построению трехступенчатой прогрессивной шкалы ИПН. Для построения оптимальной трехступенчатой прогрессивной шкалы ИПН был использован целевой подход, который предполагает выполнение следующих условий:
- налоговые ставки должны быть скорректированы таким образом, чтобы доходы бюджета не сократились;
- верхняя, высокооплачиваемая группа будет компенсировать потери поступлений в бюджет от низкооплачиваемых групп наемных работников;
- сократятся «разрывы» в оплате труда.
Предлагаемая расчетная шкала имеет три ступени и выглядит следующим образом:
- для физических лиц, получающих менее 60 тыс. тенге, ставка ИПН составляет 1%;
- для работников с заработной платой от 60 до 180 тыс. тенге ИПН составит 10% на часть зарплаты, которая выше МЗП (согласно МОТ к среднему классу по доходам относят работников, имеющих доходы 60 + 200% медианы распределения доходов [21];
- для остальных работников, получающих более 180 тыс. тенге, ставка возрастет и составит более 16%.
В результате проведенного анализа при переходе на трехступенчатую шкалу с прогрессивным налогообложением поступления в госбюджет от ИНП увеличатся на 2 млрд. тенге (табл. 4).
Налоговая ставка компенсации для третьей группы высокооплачиваемых работников составит 16,4% суммы, превышающей 180 тыс. тенге, и эта ставка будет применяться к 18,2% работников.
Данный тип прогрессивной шкалы индивидуального подоходного налога наиболее оптимально соответствует ключевым требованиям, применяемым в международной практике:
- шкала учитывает баланс интересов государства и наемных работников;
- реализация этой шкалы не снижает доходы государственного бюджета;
- предлагаемый вариант имеет относительно «справедливую» налоговую шкалу для «богатых» и «бедных работников»;
- размер эффективной налоговой ставки заработной платы практически не меняется.
Таблица 4
Результаты расчетов по трехступенчатому прогрессивному налогообложению
доходов физических лиц
Интервал ЗП, тенге Доля работников, с заработной платой в этом интервале, % Одноступенчатая плоская шкала ИПН (действовавшая до 1 января 2019 г.) Трехступенчатая прогрессивная шкала ИПН
Ставка, % Сумма поступлений в бюджет, млрд. тенге Ставка, % Сумма поступлений в бюджет, млрд. тенге Разница по отношению к сумме, полученной по одноступенчатой плоской шкале ИПН
До МЗП (90% ЗП<МЗП) 2,6 0,0 - 0,0 - -
От МЗП до 60 000 21,7 10,0 25 1,0 2,5 -22,7
От 60 001 до 180 000 57,5 10,0 300 10,0 203,4 -96,5
От 180 001 и выше 18,2 10,0 425 16,4 546,6 121,2
Всего 100,0 10,0* 751 10,03* 753,0 2,0
*Эффективная налоговая ставка. Источник: [19], расчеты авторов.
Заключение. Результаты исследования показывают, что трехступенчатая прогрессивная шкала формально соответствует ключевым требованиям для эффективных прогрессивных шкал.
Но сложившаяся за последние годы ситуация на рынке наемного труда с высокой долей низкооплачиваемых работников, небольшим числом высокооплачиваемых работников и невысокой заработной платой работников «среднего класса», по нашему мнению, делает переход к прогрессивной шкале подоходного налогообложения в Казахстане преждевременным.
Кроме того, при ее реализации можно ожидать появления новых рисков:
- сокращение доходов местных бюджетов в регионах с низким уровнем заработной платы;
- рост случаев уклонения от уплаты налогов, что приведет к снижению доходов местных бюджетов;
- новая система администрирования прогрессивного налогообложения потребует дополнительных финансовых и временных затрат, а также ее интеграции в систему существующих налоговых институтов.
Выявленные риски могут быть нивелированы только в случае системной подготовки к переходу к прогрессивной шкале ИПН.
Во-первых, необходим постоянный мониторинг ключевых показателей рынка наемного труда:
- изменения уровня «разрывов» и дифференциации зарплат;
- пропорций основных показателей сферы наемного труда (средняя заработная плата, минимальная заработная плата, мода, медиана);
- соотношения долей «работающих бедных», среднего класса и «богатых» работников.
Желательно установить разумные целевые и пороговые уровни таких показателей, при которых переход на прогрессивную шкалу будет эффективным и безопасным.
Во-вторых, текущее состояние сферы оплаты наемного труда формировалось десятилетиями и является инерционным. Его нельзя быстро изменить в условиях рыночной системы экономики Казахстана. Необходимо разработать и реализовать стратегический пакет системных мер политики в области доходов, направленных на решение следующих ключевых задач:
- сокращение числа «работающих бедных»;
- постепенное повышение минимальной заработной платы до 2-х прожиточных минимумов;
- изменение системы оплаты труда и повышение заработной платы гражданских служащих.
Эти меры должны реализовываться поэтапно, с точки зрения поддержания макроэкономической стабильности, в контексте текущей экономической ситуации в стране и мире.
В-третьих, должны быть сформированы необходимые институциональные условия для перехода к прогрессивной шкале ИПН:
- поэтапное введение всеобщего декларирования доходов;
- цифровизация и построение эффективной системы администрирования прогрессивной шкалы ИПН;
- повышение налоговой культуры населения;
- увеличение штрафов за уклонение от уплаты налогов;
- проведение активной информационной кампании о «справедливой» шкале налогообложения, и перераспределении доходов от «богатых» к «бедным работникам».
Если будут достигнуты успешные результаты от предложенных мер, а также от перехода значительного числа «работающих бедных» в класс работников со средним уровнем дохода, то можно будет вернуться к решению вопроса расчета новых вариантов для введения прогрессивной шкалы индивидуального подоходного налога в Казахстане.
Литература
1. Laffer A.B. Government Exactions and Revenue Deficiencies // Cato Journal. 19S1. Vol 1. № 1. P. 1-21. ISSN 02733072. [[Электронный ресурс] Режим доступа: https://object.cato.org/sites/cato.org/files/serials/files/cato-journal/l9Sl/5/cjlnl-l.pdf 21 p.
2. Szarowská I. Personal Income Taxation in a Context of a Tax Structure //Procedia Economics and Finance. 2014. Vol. 12. P. 662-669. [Электронныйресурс]Режим доступа: https://doi.org/l0.l0l6/S22l2-567l(l4)0039l-S.
3. Gordon Roger H. & Kopczuk Wojciech. The choice of the personal income tax base // Journal ofPublic Economics. El-sevie. 2014. Vol. 11S(C). P. 97-11. [Электронныйресурс]Режим доступа: https://www.nber.org/papers/w20227
4. Morini M., Pellegrino S. Personal Income Tax Reforms: A Genetic Algorithm Approach //European Journal of Operational Research. 201S. Vol. 264. Issue 3. P. 994-1004. ISSN 0377-2217. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://doi.org/10.1016/j.ejor.2016.07.059.
5. Тюрина Ю.Г., Напольских Л.А. Влияние налога на доходы физических лиц на уровень жизни населения // Экономика вчера, сегодня, завтра. 2012. № 7-8. С. 31-51. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://elibrary.ru/item.asp?id=18046189.
6. Peter K.S., Buttrick S. & Duncan D. Global Reform of Personal Income Taxation 1981-2005: Evidence from 189 Countries // National Tax Journal. 2010. 63(3). P. 447—478. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://EconPapers.repec.org/RePEc:ntj:journl:v:63:y:2010:i:3:p:447-78
7. Bird R.M. & Zolt E.M. The limited Role of the Personal Income Tax in Developing Countries // Journal of Asian Economics. 2005. 16. P. 928-946. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://isiarticles.com/ bundles/Article/pre/pdf/47970.pdf
8. Alm J., McClelland G.H., Schulze William D. Why Do People Pay Taxes? // Journal ofPublic Economics. 1992. Vol. 48. Issue 1. P. 21-38. ISSN 0047-2727. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://doi.org/10.1016/0047-2727(92)90040-M
9. McBarnett D. When Compliance is not the Solution but the Problem: from Changes in Law to Changes in Attitude // In V. Braithwaite, Taxing democracy: Understanding tax avoidance and evasion. Aldershort: Ashgate Publishing Ltd. 2003. P. 229-244. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.worldcat.org/ title/taxing-democracy-understanding-tax-avoidance-and-evasion/oclc/51461155
10. Carroll R. Do Taxpayers Really Respond to Changes in Tax Rates? Evidence from the1993 Tax Act // U.S. Department of the Treasury, Office of Tax Analysis. 1998. Working Paper 79. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.treasury.gov/resource-center/tax-policy/tax-analysis/Documents/WP- 79.pdf
11. Chiarini Bruno and Marzano Elisabetta and Schneider Friedrich G., Tax Rates and Tax Evasion: An Empirical Analysis of the Structural Aspects and Long-Run Characteristics in Italy // IZA Working Paper. № 3447. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://ssrn.com/abstract=1136252
12. Fisman Raymond and Shang-Jin Wei. Tax Rates And Tax Evasion: Evidence From «Missing Imports» In China // Journal of Political Economy. 2004. v112(2, Apr). P. 471-496. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.nber.org/papers/w8551
13. OECD. November 2010, Information Note. Understanding and Influencing Taxpayers' Compliance Behavior // FORUM ON TAX ADMINISTRATION: SMALL/MEDIUM ENTERPRISE (SME) COMPLIANCE SUBGROUP. [Электронныйресурс]Режим доступа: https://www.oecd.org/ctp/administration/46274793.pdf
14. Налоги в мире //Налоги в мире, мировые налоговые системы. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://worldtaxes.ru/nalogi-v-mire/
15. GINI index (World Bank estimate), [Электронный ресурс] Режим доступа: https://data.worldbank.org/indicator/SI.POV.GINI?end=2017&start=1987&view=chart
16. Инструкция № 40 «О порядке исчисления и уплаты подоходного налога с физических лиц», утверждена приказом МГД РК от 22 июня 1995, № 153. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://adilet.zan.kz/rus/docs/V950000073_
17. Комитет государственных доходов Министерства финансов РК. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://kgd.gov.kz/ru
18. Прогрессивная шкала подоходного налога уронит ВВП Казахстана // Учет, инструмент бухгалтера, Сентябрь 3, 2010. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://uchet.kz/news/progressivnaya-shkala-podokhodnogo-naloga-uronit-vvp-kazakhstana/
19. Комитет статистики Министерства национальной экономики РК. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://stat.gov.kz
20. Сайт Премьер-министра РК (2018), Пять социальных инициатив Президента Казахстана. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://primeminister.kz/en/news/sotsialnaya_sfera/pyat-sotsialnih-initsiativ-prezidenta-kazahstana
21. Daniel Vaughan-Whitehead, Rosalia Vazquez-Alvarez and Nicolas Maitre. Is the world of work behind middle class reshuffling? // International Labor Organization. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.ilo.org /wcmsp5/groups/public/---europe/---ro-geneva/---ilo-brussels/documents/genericdocument/wcms_455740.pdf