Научная статья на тему 'Отечественная историография проблемы становления независимости Монголии'

Отечественная историография проблемы становления независимости Монголии Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
266
69
Поделиться

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Пушечникова Ольга Николаевна

Проблема становления монгольской независимости занимает значительное место в востоковедных исследованиях. Это связано со сложной международной обстановкой, которая сложилась вокруг Монголии в начале XX в. Данная статья представляет анализ изучения данного вопроса российскими историками в течение XX начала XXI в. На протяжении XX в. взгляды и оценки ученых проблемы независимости Монголии изменялись. Довоенный период представлен материалами научных экспедиций. Ученые имели возможность лично наблюдать политическую ситуацию, сложившуюся в Монголии, начиная с 1911 г. Позже, с развитием мирового коммунистического движения, историография входит в русло мощного идеологического обоснования. Большинство авторов этого периода привлекают темы монгольской революции 1921 г. и российско-монгольских отношений. Современные ученые также обращают внимание на события вековой давности. Исследователям становятся доступными ранее неизвестные документы, в результате чего проблема монгольской независимости остается актуальной и сегодня.

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Пушечникова Ольга Николаевна

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

The National Russian Historiography of the Problem of the Mongolian Independence Development

The problem of the formation of the Mongolian independence plays a great role in the Oriental studies. It's connected with the complicated international situation that Mongolia comes across at the beginning of the XXth century. This article deals with the analysis of the studying of the problem by Russian historians during the XX-XXI centuries. There have been published lots of the scientific works concerning the independence of Mongolia while the problem has been researching. During the XXth century the purposes of the research and the estimation of the authors has been changing. The pre-war period was full of the materials of the scientific expeditions. The scientists themselves have been observing the political history since the 1911th year. Later Historiography become more ideological. It's the result of the world communist movement. That's why the authors mainly are interested in the Revolution of 1921 and the Russian-Mongolian relationship. The contemporary historians pay attention to the events of that time (the formation of the Mongolian independence). It becomes possible for researches to use newly opened documents and the problem of the Mongolian independence is urgent nowadays.

Текст научной работы на тему «Отечественная историография проблемы становления независимости Монголии»

О.Н. Пушечникова

Отечественная историография проблемы становления независимости Монголии

Древнейшее государство Центральной Азии Монголия с момента своего образования прошло восьмивековой путь развития. На протяжении столетий правители, начиная с Чингисхана, осуществляли активную внешнюю политику по присоединению соседних территорий. Однако, пережив мощный подъем и закрепив за собой статус империи, Монголия в середине XVII в. лишилась своей независимости, попав под влияние более мощной на тот период китайской империи Цин. С этого момента монгольский народ начинает борьбу за суверенитет, пик которой приходится на начало XX в. Переломным этапом и отправной точкой приобретения Монголией независимого статуса следует считать 1911 г. Именно в этом году в Китае произошла так называемая Синьхайская революция, которая привела к распаду Цинской империи. Данное событие повлекло подъем национальноосвободительного движения во всех ранее входивших в состав империи государственных образованиях и в первую очередь в Монголии.

Стоит отметить, что процесс национально-освободительного движения в Монголии был долгим и мучительным. И связано это не столько с самим характером происходивших событий, сколько со сложной международной обстановкой, создавшейся вокруг данной ситуации, а именно с позицией обозначившихся участников событий - Монголии, Китая и России. Оказавшись вовлеченными в процесс провозглашения независимости Монголии, стороны очень долго не могли найти компромиссного решения о статусе этого государства.

Все перечисленные факторы определяют значительный интерес отечественной исторической науки к обозначенной проблематике на протяжении XX -начала XXI в.

Анализ отечественной историографии по проблеме монгольской независимости будем вести по хронологическому принципу изучения трудов. Цели настоящего исследования:

• выделить периоды изучения российской исторической школой проблемы становления независимости Монголии и обозначить их хронологические рамки;

• определить основные принципы в подходах авторов к изучению указанной проблемы;

• обозначить авторов и их работы по проблеме монгольской независимости в указанные периоды, отмечая монографические исследования и публикации в научной периодической печати;

• выявить тематические аспекты истории становления монгольской независимости и, соответственно, позиции авторов в освещении данных вопросов на разных этапах, особенно начиная с 90-х гг. XX в.

Анализ обработанной литературы позволил согласно заданной логике выделить четыре периода историографии по теме исследования:

1. Вторая половина XIX - начало XX в. - дореволюционный период. Сюда относим труды великих путешественников, исследователей Монголии и Центральной Азии в целом. Авторы этого периода были участниками или свидетелями описываемых ими событий, в силу чего собранный ими материал носит эмпирический характер и представляет собой мощную познавательную базу.

Первые научные экспедиции в Монголию были предприняты еще в начале XVIII в., в эпоху Петра I. «Его активная внешняя политика, деятельность по освоению Урала и Сибири поставили в практическую плоскость необходимость знания своих восточных соседей. Первоначально не научные, а практические потребности дипломатических и торговых отношений с Монголией и Китаем способствовали изучению монгольского языка, ее истории и культуры» [1, с. 7].

В XIX в. совершаются уже не просто поездки в соседнюю Монголию, а организовываются экспедиции с целью ее разностороннего изучения. Это выводит монголоведение на научный уровень. Издававшиеся в результате поездок книги были, своего рода, путевыми заметками, где авторы, такие как И.Ф. Кудинов [2], Д. А. Клеменц [3], М.В. Певцов [4], приводят географические, этнографические, статистические сведения о соседней с Россией неизведанной Монголии. Отечественный ориенталист Н.Я. Бичурин в свой труд «Статистическое описание Китайской империи» [5] включил сведения о Монголии, назвав ее составной частью Китайской (Цинской) империи.

Более поздние авторы (начала XX в.), имея возможность лично наблюдать сложившуюся в Монголии политическую ситуацию, в своих работах дают не просто описание Монгольского государства, а некий анализ. В результате 20-месячной экспедиции (с апреля 1909 по февраль 1911 г.) А.П. Беннингсена в 1912 г. выходит труд «Несколько данных о современной Монголии» [6]. Среди известных исследователей Монголии начала XX в. (Г. Грумм-Гржимай-ло, Б.И. Имшенецкий, В.С. Михеев, Н.В. Павлов, П.К. Козлов, и др.) особое место занимает А.В. Бурду-

ков [7-12]. Этот человек много лет прожил в Монголии, отлично знал монгольский язык и изучал страну, что называется, на месте. Из Монголии А.В. Бурдуков регулярно посылал в российские газеты «Алтай» и «Сибирская жизнь» сведения о ходе революции 1911 г., в отношении которой сохранилась образная авторская оценка. «Погребенные под золой китайского деспотизма и под мусором желтой веры кажущиеся «потухшими» кочевники получили первый уголек - «зарядку» от китайской революции 1911 г.; но уголек этот едва-едва курился под гнилью феодализма вплоть до 1921 г.» [12, с. 35]. В 1911 г. состоялась встреча А.В. Бурдукова с известным впоследствии исследователем Монголии Б.Я. Владимирцо-вым [13], который, в свою очередь, был учеником профессора Петербургского университета, основателя петербургской школы монголоведения В. Л. Котви-ча [14].

Работа другого ученого И.М. Майского «Современная Монголия» [15] стала результатом совместной с А.В. Бурдуковым экспедиции по Кобдоскому округу. Книга показывает нам предреволюционный период жизни монгольского народа, переживающего последние годы автономии. В своих наблюдениях автор выделят два основных момента - основополагающую роль народных масс в революционном движении 1911 г. и особую позицию монгольской церкви в этом вопросе. Майский не просто указывает на то, что в отсутствии института верховной власти в Монголии (до революции 1911 г. главой государства считался маньчжурский император) в трудные времена ламаистская церковь взяла на себя политические функции, но и определяет причину этого явления. По его мнению, на тот момент церковь в Монголии «... играет приблизительно ту же роль, какую она играла в прежние века в Западной Европе и России, она является здесь хранительницей и рассадником просвещения и потому доминирует над всей умственной, духовной и политической жизнью страны» [15, с. 310]. Впоследствии идею о политической роли ламаистской церкви в жизни монгольского общества после революции 1911 г. стали развивать другие монголоведы.

Большой интерес представляет вышедшая в 2004 г. книга «От Чингисхана до советской республики» известного российского дипломата в Азии конца XIX -начала XX в. Ивана Яковлевича Коростовца, которая впервые была издана в 1926 г. на немецком языке в Берлине и Лейпциге, в 1930 г. - в Японии, и уже в начале XXI в. - в Монголии [16]. И.Я. Коростовец, описывая современные ему события, дает широкий спектральный анализ Монгольской революции 1911 г. и сложившейся после нее сложной геополитической обстановки в Монголии, связанной с позицией Китая и России.

В целом стоит отметить большое значение дореволюционного этапа историографии по интересующей

нас теме - опираясь на личные наблюдения, авторы представили богатый фактический материал, который послужил базой для дальнейшего изучения становления суверенной Монголии.

2. Становление и развитие так называемой марксистской историографии пришлось на 20-30-е гг. XX в. Общая тенденция развития исторических исследований в этот период, нацеленная на подтверждение в качестве основополагающих принципов внутри- и внешнеполитической истории стран таких понятий, как мировая революция, всеобщее равенство, интернационализм, не могла не отразиться в монго-ловедческих исследованиях. Авторы этого периода, рассматривая внешнюю политику Монголии как составную часть ее борьбы за независимость, «страдали» возвеличиванием роли СССР в этом процессе.

Большинство работ посвящено описанию и анализу Народной Монгольской революции 1921 г. В ноябре 1924 г. Монголия была провозглашена республикой. Большой вклад в ее реализацию вложило советское правительство, которое в рамках идеи мировой революции проводило широкую пропаганду марксистско-ленинской социальной теории в восточных государствах, в частности в Монголии.

Среди наиболее известных авторов этого периода назовем М.А. Ваксберга, Г.Ф. Кунгурова, А. Калинникова [17-19]. В их работах прослеживается единая тенденция к определению роли революции 1921 г. в качестве ключевого события в процессе становления монгольской независимости. Вся предшествующая данному событию история была, по мысли авторов, лишь подготовительным этапом, позволившим выявить в лице Советской России основного союзника и помощника монгольской народа, сыгравшего, будучи проводником мирового революционного движения, исключительную роль в судьбе монгольского государства и предвосхитившего ее дальнейший путь развития. Так, М.А. Ваксберг выявляет «социалистическую природу» постреволюционной Монголии посредством анализа Конституции 1924 г. Постатейно разбирая текст документа, приводимого в книге в полном объеме, автор проводит аналогию с «ленинской» Конституцией РСФСР и приходит к выводу, что «в результате победы революции 1921 г. монголы, при помощи и активной поддержке пролетариата СССР, построили свою независимую революционную государственность» [17].

Пожалуй, наиболее полное отражение этот период историографии нашел в периодической научной печати того времени. В частности, о революции 1921 г. было опубликовано много статей в журналах «Новый Восток», «Жизнь Бурятии», «Тихий океан», «Большевик» и др. Их авторов роднит общий взгляд на характер монгольской революции - изживание феодальных пережитков и, как следствие, необходимость ликвидировать ламаистскую церковь, которая, по их мне-

нию, являлась олицетворением феодальной Монголии. «Национально-революционное движение Монголии имело собственные две основные задачи: с одной стороны, изгнание из страны иноземных насильников (китайских милитаристов и русских белогвардейцев), с другой - ликвидацию феодально-теократического строя и установление народно-демократической государственности» [20, с. 99]. «Феодальное сословие Монголии находится на распутье и переживает полосу распада, как политическая единица» [21, с. 24]. Отсюда революция 1921 г. оценивается как этап в переходе к новой общественно-политической формации.

Интересен подход к анализу революции 1921 г.

А. Риша. В статье «Монголия на страже своей независимости» [22] он одним из первых отмечает, что данное событие имело положительные последствия для экономики Монголии. Изначально идеологическое заключение о том, что «революция способствовала уничтожению ростовщической кабалы, которой был опутан арат китайскими и русскими купцами» [22, с. 102], подтверждается реальными цифрами роста государственного бюджета Монголии (с 10400 тугриков в 1921 г. до 35609 - в 1925 г.).

Также в своих статьях авторы особо подчеркивают роль Монгольской народно-революционной партии, указывая на ее исключительное значение в деле обретения государством национального суверенитета. В этом смысле интересна образная оценка И.И. Ген -кина: «Монгольская Народная Партия успела расшевелить стоячее болото монгольской жизни, вбить не один клин в устои феодализма и теократии» [23, с. 184].

Среди поднимаемых авторами проблем, касающихся процесса движения за монгольскую независимость, в этот период впервые затрагивается японский вопрос. В 20-30-е гг. XX в. Япония начала оказывать значительное влияние на монгольское государство, преследуя определенную цель - создать буферное пространство, дающее возможность вмешиваться в дела России. В итоге Япония вмешивается в международно-дипломатический вопрос о независимости Монголии. В историографии указанного периода роль Японии рассматривалась исключительно в рамках теории империализма - продолжение идеологии марксистской исторической науки. Среди авторов монографий данного периода по японскому вопросу назовем А. Распопина [24] и М.И. Губельмана [25].

В периодических изданиях 20-30-х гг. японское влияние отражено в работах С. Шойжелова (Нацова) [26-29]. Автор указывает, что «наступление международного империализма - в особенности империалистической Японии - на независимость монгольского народа, на самостоятельное существование Монгольской Народной Республики становится фактом очевидным и реальным» [26, с. 36].

3. Следующий период историографии занимает достаточно большой промежуток времени - послевоенное время - конец 80-х гг. ХХ в. По мере развития отечественной исторической науки, введения в оборот новых документальных источников увеличивается количество работ, посвященных и касающихся проблем монгольского суверенитета. Выходят фундаментальные труды по истории Монгольской Народной Республики, посвященные монгольской внешней политике, где особое место продолжают занимать отношения с Советским Союзом. Последнее определяется самой историей Монголии в указанный период -будучи ориентированным на социалистическую модель развития, Монгольское государство переживает значительное влияние со стороны страны Советов. Это не могло не сказаться на характере монголовед-ческих исследований данного периода - они имеют мощную идеологическую подоплеку, основанную на преувеличении марксистско-ленинской теории классовой борьбы, интернационализма и братского сотрудничества социалистических стран.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Приоритетными становятся вопросы, касающиеся становления в Монголии социализма, рассматриваемого учеными в качестве гаранта государственного суверенитета. В отличие от предыдущих лет, когда шел прямой анализ революции 1921 г. как следующего этапа борьбы за независимость, современными авторами она определяется как отправная точка истории нового государства - Монгольской Народной Республики.

По мысли исследователей, эта революция была прямым следствием Великого Октября, отчего особое звучание получают проблемы советско-монгольских отношений. Данная тематика широко представлена в трудах М.И. Гольмана [30], М.С. Капицы [31],

A.А. Осипова [32], Е.П. Баврина [33], И.Я. Златки-на [34], Г.С. Матвеевой [35], И.Х. Овдиенко [36],

B.И. Титкова [37]. Работы этих ученых не лишены яркой идеологической окраски. По словам В. А. Масленникова, «Монгольская Республика возникла на территории Внешней Монголии в результате победоносной Народной революции 1921 г., совершенной под влиянием Великой Октябрьской социалистической революции при братской поддержке и помощи русского рабочего класса» [38, с. 3]. Таким образом, роль Советского Союза в этом процессе обозначена изначально.

На наш взгляд, особая роль Советского Союза в судьбе Монголии подчеркнута в вышедшей в 1983 г. коллективной монографии «Боевое содружество: О советско-монгольском боевом содружестве» [39]. Термин «боевое содружество» не случаен. Авторы не просто отмечают дружественный характер отношений советского и монгольского народов на протяжении всего XX в., но указывают на происхождение этой дружбы. По их мнению, она зародилась в 20-х гг.

прошлого столетия в результате совместной борьбы с белогвардейскими объединениями, которые действовали как на территории Советской России, так и на территории Монголии (под началом барона Унгерна). Впоследствии боевое содружество проявило себя в совместной борьбе с японцами.

История становления и развития советско-монгольских отношений с 1917 г. до начала 60-х гг. также показана в монографии М.С. Капицы и В.И. Иваненко [31].

Подчеркивая исключительную роль сначала России, а затем и Советского Союза в жизни монгольского общества, монголоведческая литература впервые вводит термин «некапиталистический путь развития». Данное словосочетание применимо к истории большинства азиатских и африканских государств и является составной частью марксистско-ленинской теории мировой революции. Согласно данной теории, «при капитализме уничтожить национальный (и политический вообще) гнет нельзя. Для этого необходимо уничтожить классы, т.е. ввести социализм» [40, с. 22]. Только при этом условии можно избежать капиталистической фазы развития общества.

Наиболее полное освещение вопрос о некапиталистическом пути развития Монголии и становлении монгольского суверенитета нашел в монографии Л.М. Гатауллиной [41]. Определяя содержание процесса перехода монгольского общества к социализму, автор останавливается на двух основных моментах -политической организации общества в переходный период и его экономическом развитии, отмечая основополагающую роль Монгольской Народной Партии в этом процессе. По ее мнению, «руководящая роль коммунистической партии обязательная для любой страны, приступившей к строительству социализма» [41, с. 65]. В итоге сам факт построения в Монголии социализма всецело способствовал закреплению ее независимого статуса. Роль вдохновителя сыграл СССР. В дальнейшем историю некапиталистического пути развития Монголии в своих работах развивала Г. С. Яскина [42].

Давая оценку процессу становления монгольской независимости, авторы данного периода подчеркивают исключительное значение революции 1921 г., а всю историю Монголии, предшествующую этому событию, рассматривают как абсолютную отсталость. При этом выделяют:

- колониальную зависимость Монголии от иностранного капитала: «В конце XIX века в Монголию проникает американский, английский, японский капитал. Это привело к еще большему закабалению монгольского народа» [38, с. 11];

- пребывание монголов под феодально-крепостническим гнетом: «.в виду того, что ... араты находились в крепостной зависимости от феодалов, в Монголии не было необходимых условий для ка-

питалистического развития, более прогрессивного по сравнению с феодализмом» [32, с. 12];

- господство ламаистской церкви, которая выступает залогом тяжелого социально-экономического положения: «Проповедуя покорность и непротивление угнетателям, церковь являлась верным помощником иностранных колонизаторов» [43, с. 11].

В результате большинство исследователей сходятся во мнении, что революция 1911 г. в Китае не принесла реальных изменений в монгольское общество. В 1911 г. монгольскому народу удалось свергнуть маньчжурское господство и провозгласить автономию. По мысли А. А. Осипова, «эта частичная победа не внесла изменения ни в старую систему эксплуатации трудящихся аратов. ни тем более во внешнеполитическое положение» [32, с. 8-9]. Кроме того, «дореволюционная Монголия была стра ной бескультурья и сплошной неграмотности» [32, с. 112]. Проблемы монгольской независимости в указанный период были в центре внимания таких ученых, как Е.П. Баврин [33], С.С. Демидов [44],

С.Д. Дылыков [45], Б.Е. Низовцев [46], Г. Плотников [47], Д.А. Чумичев [48].

В научной периодической печати этого периода идея международного сотрудничества СССР и МНР облечена в форму лозунгов, характерных для того времени. Об этом свидетельствуют сами названия статей: «Историческая веха братского союза советского и монгольского народа» [49], «МНР в борьбе за мир и международное сотрудничество» [50], «Вместе в бою и труде» [51] и др.

Как уже отмечалось, идеологические оценки наложили значительный отпечаток на все исследования данного периода. Тем не менее широкий спектр поднимаемых авторами вопросов, большой изучаемый промежуток времени, а также обширный архивный материал, с которым работали авторы, представляют для нас большую ценность.

4. Четвертый период историографии по теме исследований - работы ученых 1990-2000-х гг. Современных авторов отличает комплексный подход к изучению, свобода от идеологических конструкций, опора на накопленный вековой историографический материал, а также привлечение не изученных ранее документальных источников.

В 2000 г. вышла в свет монография С.Г. Лузяни-на «Россия - Монголия - Китай в первой половине XX века. Политические взаимоотношения в 19111946 гг.» [52]. Автор, основываясь на документах, главным образом неопубликованных, изучает историю Монголии в XX в. в русле поднимаемых им проблем: период монгольской теократической монархии (1911-1919 гг.), международное положение Монголии после революции 1921 г., политика Коминтерна в МНР и монгольских областях Китая в 20-30-е гг. Отдельными идейными линиями Лузянин выделяет

основных внешнеполитических партнеров Монгольского государства в указанный период (Китай, Россия, Япония), определяет степень их влияния на формирование его международно-правового статуса, а также особенности развития их взаимоотношений.

К современным исследованиям отнесем монографию В.Ц. Ганжурова «Россия - Монголия (на трудном пути реформ)» [53], которая, будучи в основном посвящена современной проблематике, затрагивает аспекты русско(советско)-монгольских отношений в начале XX в., освещая при этом вопросы политического и особенно экономического сотрудничества двух стран.

В 1999 г. опубликована монография С.К. Рощина «Политическая история Монголии (1921-1940 гг.)» [54], где в отличие от вышеназванных работ рассматривается более узкий период истории страны. Автор фокусирует внимание читателя на революции 1921 г. и ее значении для внутренней и внешней политики Монгольского государства, называя 2030-е гг. временем «национального и государственного возрождения Монголии» [54, с. 308].

Всесторонний вклад в изучение проблемы независимости Монголии внес известный исследователь русско-монголо-китайских отношений Е.А. Белов. В монографии об истории Китая «Революция 1911-

1913 годов в Китае» [55], рассматривая последствия революции, Белов немалое внимание уделяет движению монголов за независимость, импульс ко -торому был дан Синьхайской революцией. Список работ этого ученого включает более десятка публикаций в самых различных научных периодических изданиях 90-х гг. [56-68]. Автор останавливается на отдельных моментах китайской и монгольской истории XX в., что так или иначе касается темы независимости.

На наш взгляд, авторская новизна в исследовании Е.А. Беловым проблемы независимости Монголии заключается в следующем. Во-первых, определяя статус власти в Монголии в период с 1911 по 1915 г., он не просто оперирует термином «теократическая монархия», а изучает ее происхождение. В частности, приходит к выводу, что «импульсом к этому процессу послужила политика находившегося в 1905-1906 годах в Халхе (Внешней Монголии. - П. О.) тибетского Далай-ламы. Он развернул антикитайскую пропаганду среди лам и князей за отделение Монголии и Тибета от Китая и превращение их при поддержке России в независимое самостоятельное государство» [68, с. 74]. Автор подчеркивает, что «после провозглашения независимости Монголии в 1911 г. в Халхе и особенно в Урге шла постоянная борьба между «партией» князей и «партией» лам» [68, с. 76]. Таким образом, Е.А. Белов отходит от общепринятой в советской историографии идеи о том, что после революции 1911 г. в Монголии исторически могла существовать только

теократия, указывая на возможность альтернативного пути для монгольской верховной власти.

Интерес представляет также вопрос о судьбе других входивших в состав Маньчжурской империи территорий - Барги, Урянхайского края (современная Республика Тыва). Основываясь на материалах русских архивов, Е. А. Белов описал путь вхождения Барги в состав Китая, Тывы - в состав Российской империи. Этот вопрос важен потому, что на данных территориях частично проживали монголы. Такой комплексный подход к проблеме монгольской независимости выделяет ученого, особенно в сравнении с предыдущими периодами историографии, и вносит новизну в изучаемую тему.

На протяжении 1990 - начала 2000-х гг. в исторических журналах и сборниках статей активно публиковался А.С. Железняков. Темы его исследований посвящены главным образом идеологическим основам развития Монгольского государства, что отражается в названиях статей: «Рождение монгольского коммунизма: 1920 год» [69], «Монголия социалистическая и постсоциалистическая» [70], «Монголия в работах по истории смежных цивилизаций: сдвиги в схемах мировой истории» [71]. Рассуждая о коммунистическом эксперименте, в который «первыми оказались втянуты Россия и Монголия» [69, с. 46], автор приходит к интересному заключению о том, что «монгольский коммунизм не имел в своих истоках ничего общего с установками марксистской теории» [69, с. 61]. Последнее является свидетельством того, что Монголия прошла свой собственный путь в получении независимого статуса, и роль Советской России как выразителя идей мировой революции выступила лишь сопутствующим этому процессу фактором. Такая авторская позиция позволяет нам сделать вывод о том, что свобода от идеологических установок в исторической науке позволила современным авторам делать более взвешенные исторические оценки.

Среди публикаций последних лет следует отметить работы Е.В. Бойковой [72] и Н. Хишигт [73]. Изучая особенности советско-монгольских отношений, авторы опираются на богатый документальный материал российского и монгольского происхождения.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Работа бурятского ученого профессора Ш.Б. Чи-митдоржиева [74], посвященная Монголии эпохи Нового времени, для изучения проблемы независимости Монголии важна в плане рассмотрения исторической ретроспективы данного вопроса. Автор выделяет этапы становления монгольского суверенитета в XVП-XVШ вв., приводит ссылки на документы, в число которых входят сочинения на старомонгольской письменности, рукописные архивные материалы, исторические хроники и летописи.

Таким образом, по данному периоду историографии в подходах современных авторов можно отметить ряд отличительных моментов. Во-первых, отсутствие

идеологического давления дало возможность более объективно взглянуть на события. Во-вторых, это позволило расширить тематику рассматриваемых вопросов. Не случайно в советской историографии основное местно занимал вопрос о революционном движении 1921 г. Как показал анализ, современные авторы не избегают данной темы, но рассматривают ее в общей канве борьбы монголов за независимость, более предметно касаясь дипломатической ситуации по монгольскому вопросу в 1911-1915 гг. В-третьих, получив возможность работать с ранее не изученными архивными материалами, современные авторы в своих исследованиях представляют новый фактический материал, который, в свою очередь, значительно дополняет общую картину истории монгольского народа.

Тема независимости Монголии, особенностей ее становления занимает значительное место в отечественной историографии. Проведенный историографический анализ позволяет сделать следующие выводы.

• Отечественная историография по изучаемой теме включает в себя четыре периода: дореволюционный период; довоенный период - 20-30 гг. XX в.; послевоенный период (до конца 80-х гг.); современная историография, охватывающая рубеж веков.

• В основу классификации работ по проблеме монгольской независимости положен принцип становления в России исторической науки в целом: на протяжении XX в. концепция проведения исторического исследования менялась дважды. Сначала была ориентация на марксистско-ленинское понимание исторического процесса, откуда взялись идеологические характеристики доказанной необходимости построения правового общества в рамках социалистических идей, исключительной роли коммунистической партии в этом процессе. В международных отношениях это привело к возвеличиванию идей интернационализма. Надо отметить, что на примере истории движения

за независимость Монголии данные аспекты проявили себя в полной мере. Впоследствии, в 90-х гг. XX в., происходит отход от привычных догматов - проблема монгольской независимости начинает видеться в новом свете, что рождает современные интересные исследования.

• На протяжении всей истории изучения темы независимости Монголии российскими учеными издано большое количество работ (по неточным подсчетам -более двухсот). Это и монографии, и публикуемые в научной периодической печати статьи, и материалы различных сборников. Каждая работа заслуживает своего внимания в историографическом исследовании по указанной теме.

• Позиция авторов в оценках событий, связанных со становлением независимости Монголии, несомненно в силу вышеназванных обстоятельств менялась. Так, довоенный период богат материалами о результатах научных экспедиций. Ученые имели возможность лично наблюдать и делать выводы о событиях политической истории Монголии начиная с 1911 г. Позже историография входит в русло мощного идеологического обоснования любого исторического события, а тем более политической истории. Это внесло коррективы в направленность тематики исследований - авторов занимает в основном проблема монгольской революции 1921 г. и построение взаимоотношений между МНР и Советским Союзом. На рубеже XX-XXI вв. интерес к Монголии разгорается с новой силой.

Сегодня историки все чаще возвращаются к событиям практически вековой давности. Выявляются новые документальные данные, авторы активно используют накопленный историографический материал. Это и дает нам возможность изучать историю соседнего Монгольского государства в целом и проблему ее независимости в частности в рамках новых фактов, интересных подходов и обобщающих теорий.

Библиографический список

1. Кузьмин, Ю.В. Иркутское монголоведение: 17252004 гг.: исследователи и книги / Ю.В. Кузьмин. - Иркутск, 2004.

2. Кудинов, И.Ф. В чужих краях. Путешествие по Монголии и Китаю / И.Ф. Кудинов. - М., 1887.

3. Клеменц, Д. А. Архивный дневник поездки в Среднюю Монголию в 1891 году / Д.А. Клеменц. - СПб., 1895.

4. Певцов, М.В. Очерк путешествия по Монголии и современным провинциям Внутреннего Китая / М.В. Певцов.

- Омск, 1883.

5. Бичурин, Н.Я. Статистическое описание Китайской империи : в 2 ч. / Н.Я. Бичурин. - М., 2002.

6. Беннингсен, А.П. Несколько данных о современной Монголии / А.П. Беннингсен. - СПб., 1912.

7. Грумм-Гржимайло, Г. Западная Монголия и Урянхайский край / Г. Грум-Гржимайло. - Л., 1926. - Т. 3.

- Вып. 1.

8. Имшенецкий, Б.И. Монголия / Б.И. Имшенецкий.

- СПб., 1915.

9. Михеев, В.С. Отчет о поездке в Северо-Западную Монголию и Урянхайскую землю / В.С. Михеев. - СПб., 1910.

10. Павлов, Н.В. По Монголии. Очерк экспедиции 1923-1924 и 1926 гг. / Н.В. Павлов. - Хабаровск, 1930.

11. Козлов, П.К. Краткие отчеты экспедиций по исследованию Северной Монголии / П.К. Козлов. - Л., 1925.

12. Бурдуков, А.В. В старой и новой Монголии : воспоминания и письма / А.В. Бурдуков. - М., 1969.

13. Владимирцов, Б.Я. Работы по истории и этнографии монгольских народов / Б.Я. Владимирцов ; ред. В.М. Алпатов (предисл.) [и др.] ; сост. Г.И. Слесарчук. - М., 2002.

14. Котвич, В.Л. Краткий обзор истории и современного политического положения Монголии / В.Л. Котвич.

- СПб., 1914.

15. Майский, И.М. Монголия накануне революции / И.М. Майский. - М., 1959.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

16. Коростовец, И.Я. От Чингисхана до советской республики (краткая история Монголии с особым учетом новейшего времени) / И.Я. Коростовец. - Улан-Батор, 2004.

17. Ваксберг, М. А. Конституция революционной Монголии / М. А. Ваксберг. - Иркутск, 1925.

18. Кунгуров, Г.Ф. Аратская революция. Исторический очерк / Г.Ф. Кунгуров, И.А. Сороковников. - Иркутск, 1957.

19. Калинников, А. Национально-революционное движение в Монголии / А. Калинников. - М. ; Л., 1926.

20. Шойжелов, С. Национальная революция монголов / С. Шойжелов // Жизнь Бурятии. - 1928. - №10-12.

21. Амагаев, М. Современная Монголия. Политическое положение / М. Амагаев // Жизнь Бурятии. - 1924.

- №2-3.

22. Риш, А. Монголия на страже своей независимости / А. Риш // Тихий океан. - 1935. - №4.

23. Генкин, И.И. Два съезда Монгольской Народной Партии / И.И. Генкин // Новый Восток. - 1926. - №12.

24. Распопин, А. МНР и японская провокация на ее границах / А. Распопин. - Ростов н/Д, 1939.

25. Губельман, М. И. Как японских интервентов выгнали с Дальнего Востока / М.И. Губельман. - М., 1938.

26. Шойжелов, С. Международное положение Монгольской Народной Республики и политика империалистов / С. Шойжелов // Коммунистический Интернационал. - 1929.

- №13.

27. Шойжелов, С. Политика японского империализма в Монголии / С. Шойжелов // Большевик. - 1935. - №15.

28. Шойжелов, С. Японский империализм и революционная Монголия / С. Шойжелов // Будущая Сибирь.

- 1932. - №2.

29. Шойжелов, С. Монголия и японский империализм / С. Шойжелов // Новый Восток. - 1925. - №8-9.

30. Гольман, М.И. История советско-монгольских отношений / М.И. Гольман. - М., 1981.

31. Капица, М.С. Дружба, завоеванная в борьбе. (Советско-монгольские отношения) / М.С. Капица, В.И. Иваненко.

- М., 1965.

32. Осипов, А.А. Внешняя политика Монгольской Народной Республики / А.А. Осипов. - М., 1963.

33. Баврин, Е.П. Монгольская Народная Республика: уверенная поступь / Е.П. Баврин. - М., 1980.

34. Златкин, И.Я. Очерки новой и новейшей истории Монголии / И.Я. Златкин. - М., 1957.

35. Матвеева, Г.С. Монгольская Народная Республика в системе социалистической и экономической интеграции / Г.С. Матвеева. - М., 1987.

36. Овдиенко, И.Х. Современная Монголия / И.Х. Ов-диенко. - М., 1964.

37. Титков, В.И. Государственный строй Монгольской Народной Республики / В.И. Титков. - М., 1961.

38. Масленников, В.А. Монгольская Народная Республика / В.А. Масленников. - М., 1955.

39. Боевое содружество: О советско-монгольском боевом содружестве / под ред. П.А. Жилина, Ж. Балжинняма.

- М., 1983.

40. Ленин, В.И. Итоги дискуссии о самоопределении // ПСС. - Т. 30.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

41. Гатауллина, Л.М. Проблемы некапиталистического развития МНР / Л.М. Гатауллина. - М., 1978.

42. Яскина, Г.С. Некапиталистический путь развития: опыт Монголии / Г.С. Яскина // Восток. - 1996. - №6.

43. Варгин, Н.Т. Монгольская Народная Республика / Н.Т. Варгин. - М., 1949.

44. Демидов, С.С. Монгольская Народная Республика / С.С. Демидов. - М., 1952.

45. Дылыков, С.Д. Демократическое движение монгольского народа в Китае. Очерк истории / С.Д. Дылыков.

- М., 1953.

46. Низовцев, Б.Е. Под флагом с «золотым соембо» / Б.Е. Низовцев. - М., 1980.

47. Плотников, Г. Монгольская народная армия / Г. Плотников. - М., 1971.

48. Чумичев, Д.А. Монгольская Народная Республика / Д.А. Чумичев. - М., 1971.

49. Архипов, В.А. Историческая веха братского союза советского и монгольского народа / В.А. Архипов // Проблемы Дальнего Востока. - 1986. - №2.

50. Павлов, Ф. МНР в борьбе за мир и международное сотрудничество / Ф. Павлов // Международная жизнь.

- 1956. - №10.

51. Улымжиев, А. Д. Вместе в бою и труде / А. Д. Улым-жиев // Байкал. - 1981. - №3.

52. Лузянин, С.Г. Россия - Монголия - Китай в первой половине XX века: Политические взаимоотношения в 1911-1946 гг. / С.Г. Лузянин. - М., 2000.

53. Ганжуров, В.Ц. Россия - Монголия (на трудном пути реформ) / В.Ц. Ганжуров. - Улан-Удэ, 1997.

54. Рощин, С.К. Политическая история Монголии (1921-1940 гг.) / С.К. Рощин. - М., 1999.

55. Белов, Е.А. Революция 1911-1913 годов в Китае / Е.А. Белов. - М., 1958.

56. Белов, Е.А. Антикитайское восстание князя Удая во Внутренней Монголии (1912 г.) / Е.А. Белов // Восток.

- 1996. - №3.

57. Белов, Е.А. Баргинский вопрос по материалам русских архивов (1911-1915) / Е.А. Белов // Восток. - 1993.

- №1.

58. Белов, Е.А. Борьба за КВЖД в конце 1917 - начале 1918 г. / Е.А. Белов // Восток. - 1996. - №6.

59. Белов, Е.А. Ввод халхаских отрядов во Внутреннюю Монголию в 1912-1913 гг. и позиция России / Е.А. Белов // Проблемы Дальнего Востока. - 1996. - №5.

60. Белов, Е.А. Загадка Джаламы / Е.А. Белов // Азия и Африка сегодня. - 1995. - №6.

61. Белов, Е.А. Записка подполковника Генерального штаба Хитрово о Далай-ламе и его деятельности в 1906 г. / Е.А. Белов // Восток. - 1996. - №4.

62. Белов, Е.А. Одиссея барона Унгерна / Е.А. Белов // Азия и Африка сегодня. - 2001. - №9.

63. Белов, Е.А. О некоторых аспектах политики Царской России в Маньчжурии в 1911-1913 гг. / Е.А. Белов // Восток.

- 1997. - №3.

64. Белов, Е.А. Проблема Урянхайского края в русско-китайско-монгольских отношениях (1911-1914) / Е.А. Белов // Восток. - 1995. - №1.

65. Белов, Е.А. Реакция Китая на русско-монгольское соглашение 1912 г. / Е.А. Белов // Проблемы Дальнего Востока. - 1994. - №4.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

66. Белов, Е.А. Тибетская политика России (1900-

1914 гг.) (По русским архивным документам) / Е.А. Белов // Восток. - 1994. - №3.

67. Белов, Е.А. Царская Россия и Западная Монголия в 1912-1915 гг. / Е.А. Белов // Восток. - 1996. - №1.

68. Белов, Е.А. Последний «живой бог» / Е.А. Белов // Азия и Африка сегодня. - 1996. - №3.

69. Железняков, А.С. Рождение монгольского коммунизма: 1920 год / А.С. Железняков // Вестн. Моск. ун-та.

- Сер. 13. Востоковедение. - 2000. - №1.

70. Железняков, А.С. Монголия социалистическая и постсоциалистическая / А.С. Железняков // Восток. - 1996.

- №6.

71. Железняков, А. С. Монголия в работах по истории смежных цивилизаций: сдвиги в схемах мировой истории / А.С. Железняков // Россия и Монголия в многополярном мире: итоги и перспективы сотрудничества на рубеже

тысячелетий : матер. межд. науч.-практ. конф. - Иркутск, 2000. -Вып. 1. - Ч. I.

72. Бойкова, Е.В. Некоторые проблемы советско-монгольских отношений в 1930-е годы / Е.В. Бойкова // Россия и Монголия: новый взгляд на историю взаимоотношений в XX в. : сб. ст. - М., 2001.

73. Хишигт, Н. Монголо-российское сотрудничество в военной области (1911-1916 гг.) / Н. Хишигт // Россия и Монголия: новый взгляд на историю взаимоотношений в XX в. : сб. ст. - М., 2001.

74. Чимитдоржиев, Ш.Б. Национально-освободительное движение монгольского народа в XVII-XVIII вв. / Ш.Б. Чимитдоржиев. - Улан-Удэ, 2002.