Научная статья на тему 'Особенности социальной стратификации и самоидентификации молодежи московского региона'

Особенности социальной стратификации и самоидентификации молодежи московского региона Текст научной статьи по специальности «Социологические науки»

CC BY
1315
140
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
МОЛОДЕЖЬ / САМОИДЕНТИФИКАЦИЯ / ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТАЦИИ / ИМУЩЕСТВЕННАЯ СТРАТИФИКАЦИЯ / УРОВЕНЬ ЖИЗНИ / YOUTH / SELF-IDENTIFICATION / VALUE ORIENTATIONS / PROPERTY STRATIFICATION / LIVING STANDARDS

Аннотация научной статьи по социологическим наукам, автор научной работы — Сандрюков Николай Андреевич

В представленной статье проводится сравнительный анализ ценностных ориентаций, социальных статусов, уровня жизни и самоидентификации молодежи столичного и других российских регионов

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

This article presents a comparative analysis of value orientations, social status, living standards and self-identification of youth of the capital and other Russian regions.

Текст научной работы на тему «Особенности социальной стратификации и самоидентификации молодежи московского региона»

5. Understanding Disability - a Good Practice Guide. URL: http://uk. ettad.eu/understanding-disability. [Электронный ресурс] (дата обращения: 17.10.2011).

6. Воеводина Е.В. Классификация моделей инвалидности в контексте условий высшего учебного заведения: адаптационный аспект // Сервис в России и за рубежом. 2010. № 2. С. 9-14.

7. Тарасенко Е.А. Социальная политика в области инвалидности: кросскультурный анализ и поиск оптимальной концепции для России // Журнал исследований социальной политики. 2004. Т. 2. № 1. С. 7-28.

8. Холостова Е.И., Дементьева Н.Ф. Социальная реабилитация. М.: Дашков и Ко, 2006. 340 с.

9. Ярская-Смирнова Е.Р., Наберушкина Э.К. Социальная работа с инвалидами. Саратов, 2003. 320 с.

УДК 316

ОСОБЕННОСТИ СОЦИАЛЬНОЙ СТРАТИФИКАЦИИ И САМОИДЕНТИФИКАЦИИ МОЛОДЕЖИ МОСКОВСКОГО РЕГИОНА

Сандрюков Николай Андреевич, аспирант кафедры психологии и социальной работы, sna_1923@mail.ru,

ФГБОУ ВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса», г. Москва

В представленной статье проводится сравнительный анализ ценностных ориентаций, социальных статусов, уровня жизни и самоидентификации молодежи столичного и других российских регионов.

Ключевые слова: молодежь, самоидентификация, ценностные ориентации, имущественная стратификация, уровень жизни.

This article presents a comparative analysis of value orientations, social status, living standards and self-identification of youth of the capital and other Russian regions.

Keywords: youth, self-identification, value orientations , property stratification, living standards.

Молодежь - социально-демографическая общность с характерными возрастными, социально-психологическими особенностями и ценностями, которые обусловливаются уровнем социально-экономического, культурного развития, спецификой социализации и индивидуализации в обществе. Социальный портрет молодежи характеризуется свойствами ее социального положения и статуса.

В современных социокультурных условиях молодежь выступает значимым социальным субъектом, выполняющим особую роль в социальном производстве и воспроизводстве. Специфика социальной субъектности молодежи определяется процессами интеграции в общество. Под социальной интеграцией понимается характер связей между обществом (как целым) и молодежью (как его частью), направленных на поддержание и воспроизводство устойчивых общественных отношений и целостности общества; совокупность процессов, определяющих различные формы внутригруппового единства молодежи [1. С. 67] .

Целесообразно говорить о молодом поколении как части социально-возрастной (поколенческой) структуры общества. В таком ключе, молодежь предстает в качестве относительно монолитной общности, интегрирующими признаками которой выступают ее возрастные границы (14-30 лет), специфика социального положения и социальных функций, особенности сознания и поведения молодых людей. Но, несмотря на наличие интегрирующих признаков, молодежь оказывается внутренне неоднородной, сложно дифференцированной общностью, внутри которой имеют место различия по уровню материальной обеспеченности, основным видам деятельности (учеба, работа, вторичная занятость), уровню образования, дееспособности и деликтоспособности, степени престижности профессии и другим статусным характеристикам. Социальный статус включает оценку индивидом (группой) своего места в обществе в сравнении с положением других людей и оценку деятельности индивида (группы) со стороны общества, выражающуюся в определенных количественных и качественных показателях (зарплата, награды, привилегии и др.).

Неравенство социальных статусов в обществе определяет социальную стратификацию молодежи: интегрированность в структуры и отношения социума отражает связи и процессы, которые характерны для общества в целом. Основной критерий внешней дифференциации молодежной общности - стратификационный фактор, связанный с социальным происхождением и статусом молодых людей [2. С. 132]. Помимо внешней стратификации, сопровождающей социальную интеграцию, молодежь подвергнута и внутренней дифференциации. К ключевым параметрам последней относятся возрастной (подростки - до 18 лет, молодежь - 18-24 года, «молодые взрослые» - 25-29 лет) и субкультурный (различные ценностные ориентации, образ и стиль жизни) критерии.

Современное российское общество характеризуется углублением материальной дифференциации и сохранением бедности. Выявление и анализ имущественной стратификации молодежи (как в общероссийском, так и региональном контексте)

представляют особый интерес. Привлечены результаты всероссийского мониторинга «Ценности и интересы россиян» (Центр изучения социокультурных изменений ИФРАН, руководитель Н. И. Лапин; 36 субъектов РФ из 7 федеральных округов (Ы = 1200 человек, среди которых 238 человек (19,8%) в возрасте 18-29 лет), и регионального опроса «Социокультурный портрет региона: Московская область», (IV = 350 человек, из них 250 человек (78 %) студенты московских вузов). Выборочная совокупность исследования формировалась как стратифицированная, многоступенчатая, случайная. В каждом из исследований ошибка выборки не превышает 3%. Метод сбора первичной информации -формализованное (стандартизированное) интервью по месту жительства респондентов. Результаты исследований показали (рис. 1), что большинство молодежи относит себя к среднему слою: в российском масштабе такую характеристику собственной позиции в социальной иерархии дали 67,4% молодых респондентов, в регионе - 76,7% (здесь и далее рассматриваются валидные проценты). Второй по численности социальный слой внутри молодежной общности, выделенный на основе субъективных оценок, - слой «ниже среднего». С ним идентифицирует себя практически каждый пятый молодой россиянин и каждый восьмой представитель московского региона в возрасте от 18 до 29 лет. К низшему слою относят себя 2,8% молодых россиян и 1,5% молодежи московского региона. Самым малочисленным среди российской и региональной молодежи оказывается высший слой: 0,5 и 2,5% соответственно.

В исследовании выявлено, что с расширением территориальных рамок социального сравнения доля молодежи, идентифицирующей себя со средним классом, снижается практически на треть; количество молодых людей, причисляющих себя к слою выше среднего, уменьшается в 2,8 раза; сокращается число региональной молодежи, называющей себя представителями высшей страты.

Это во многом связано с субъективным сравнением региональных и общероссийских стандартов качества жизни различных слоев населения, экономически успешные регионы федерального значения (города Москва и Санкт-Петербург, Красноярский край, Ленинградская, Московская, Свердловская области, Республика Татарстан и др.) отличаются более высокими значениями показателя среднедушевых денежных доходов и его производных.

80,0%

70,0% Л

60,0%

50,0%

40,0%.

30,0%

20,0%

іао% — я ш ш . 0,0%

&

Общий по России Москва

Московская область

Я

Рис. 1. Социокультурный портрет молодежи Московского региона

Также результаты опросов населения выявили существенное расхождение между самоидентификацией молодых респондентов и их имущественным статусом. Отметим, что в опросах определение социально-экономического статуса респондента проводилось через оценивание уровня собственного потребления (потребления своей семьи). На основании этого он включался в одну из шести условно выделенных имущественных страт: «нищие» («Денег не хватает на повседневные затраты»); «бедные» («На повседневные затраты уходит вся зарплата»); «необеспеченные» («На повседневные затраты хватает, но покупка одежды затруднительна»); «обеспеченные» («В основном хватает, но для покупки дорогостоящих предметов нужно брать в долг»); «зажиточные» («Почти на все хватает, но затруднено приобретение квартиры, дачи»); «богатые» («Практически ни в чем себе не отказываем»).

В России 40,3% молодых респондентов и 26% - в Москве, 31% - в Московской области (рис. 2) относят себя по уровню потребления к низшему слою (социальноимущественным стратам «нищих», «бедных» и «необеспеченных»); 57%, 70% и 66% соответственно - к среднему слою, объединяющему страты «обеспеченных» и «зажиточных»; лишь 2,7% в среднем по стране, 4% москвичей и 3% в Московской области участников опроса - к высшему слою (социально-экономической категории «богатых»).

Рис. 2. Самоидентификация молодежи московского региона

В процессе самоидентификации с социальным слоем к среднему и выше среднего слоям отнесли себя не только представители высших и средних имущественных страт, но и большинство молодых респондентов, относящихся к низшему слою. На основании полученных данных можно утверждать, что самоидентификация российской и региональной молодежи связана не с социальным критерием оценки своего статуса (местом в социально-экономической иерархии), а с социально-психологическими критериями (признанием себя таким, как все, «средним» представителем сообщества; компенсацией переживания неудовлетворенности социальным положением). По оценкам молодежи московского региона в её среде в 1,5 раза больше «нищих» и практически на 30% больше «бедных», что выражается в большей поляризованности социальноэкономической структуры региональной молодежной общности.

Лишь 9,1% участвовавших в опросе молодых людей отметили более высокий уровень жизни в Москве и Московской области, чем в сопредельных субъектах федерации. Показательно, что каждый десятый молодой москвич затрудняется оценить ситуацию своего региона относительно соседей. Возможно, это является свидетельством отсутствия у молодежи четких критериев для оценки жизненного уровня, как регионального сообщества, так и своего собственного в межрегиональном сопоставлении.

Одной из причин подобного расхождения оказывается заниженный уровень потребления товаров и услуг, закрепленный в величине прожиточного минимума. Действительно, прожиточный минимум представляет собой социальный норматив

ограниченного потребления, который обеспечивает удовлетворение основных потребностей человека на минимально допустимом уровне. При этом в затрудненном материальном положении оказываются так называемые работающие бедные: лица, получающие заработную плату, немногим превышающую размер прожиточного минимума. Вместе с тем по мере углубления социокультурной трансформации у большинства молодежи происходит формирование стандартов потребления, ориентированных на уровень жизни материально состоятельных групп [3. С. 122]. Так образуется слой молодежи, отличающийся повышенными запросами, но не имеющий необходимых материальных ресурсов для их удовлетворения.

В целом низкий имущественный статус молодежи во многом связан с началом жизненного пути, своеобразным «стартом», на котором находятся молодые люди. Они лишены или ограничены в доступе к экономическим и социальным ресурсам, что затрудняет реализацию потенциала низкостатусных групп молодежи в значимых сферах жизнедеятельности. С другой стороны, в открытом обществе сам по себе данный статус не исключает возможности социального продвижения. При благоприятных условиях молодежь сможет двигаться по восходящей социальной мобильности, активно присваивая более высокие позиции в социальной иерархии (экономические, властные, престижа и др.)[4. С. 3].

Осознание ограниченности собственных социальных ресурсов предопределяет достаточно высокую значимость для молодежи благополучия («Главное в жизни - забота о своем здоровье и благополучии»). Уровень полного согласия российской молодежи с данной ценностью достигает 3,84 балла, у молодежи московского региона - 4,25 балла (при max значении - 5 баллов). Интересно, что данный вывод подтверждается более выраженной ценностью благополучия для региональной молодежи, имущественное положение которой по самооценкам несколько выше, чем у молодых россиян в целом.

В представлениях современного молодого поколения одним из ключевых способов достижения благополучия выступает работа. Показательно, что в мотивации трудовой деятельности российской молодежи доминирует стремление «много зарабатывать, даже если придется очень много работать» (55,9% респондентов). Второе место занимает желание «много зарабатывать, пусть даже без особых гарантий на будущее» (20,6%). В значительно меньшей степени современную молодежь привлекает небольшой, но гарантированный размер заработной платы (9,7%) и небольшой размер оплаты труда при большем количестве свободного времени (8,8%). Отметим, что 5% молодых участников опроса затруднились высказать свою позицию по этому вопросу. В этой ситуации приобретает особое значение адекватность восприятия и оценки молодежью жизненных условий.

Таким образом, проведенный социологический анализ подтвердил внутреннюю неоднородность молодежи, ее сложную дифференцированность. Несмотря на наличие объединяющих признаков, молодежь имеет различия по уровню материальной обеспеченности, основным видам деятельности, уровню образования, степени престижности профессии и другим статусным характеристикам. Неравенство социальных статусов в обществе определяет социальную стратификацию молодежи. При этом основной критерий внешней дифференциации молодежной общности - социальное происхождение и статус молодых людей. Существенное значение имеет и региональный фактор. Помимо внешней стратификации, молодежь подвергнута и внутренней дифференциации по критериям возраста (подростки, молодежь, «молодые взрослые») и принадлежности к определенной субкультуре (различные ценностные ориентации, образ и стиль жизни). Кроме того, результаты исследования выявили существенное расхождение между самоидентификацией молодых респондентов и их имущественным статусом.

Литература

1. Абрамова М.А. Отношение молодежи к своему материальному положению и деньгам // Гуманит. науки в Сибири. 2009. № 3.

2. Гегер А.Э. Выявление индивидуальных и групповых ценностей в группе молодежи. Релевантные методические решения // Социол. исслед. 2010. № 1.

3. Евгеньева Т.В., Титов В.В. Формирование национально-государственной

идентичности российской молодежи // ПОЛИС: Полит. исследования. 2010. № 4.

4. Малолетко Н.Е. О новых методах в познании социальной реальности // Вестник РГУТиС Сервис -. 2011. №2.

УДК 316

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ КАК ФАКТОР ПОЛИТИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТИ МОЛОДЕЖИ МОСКОВСКОГО РЕГИОНА

Сандрюков Николай Андреевич, аспирант кафедры психологии и социальной работы, sna_1923@mail.ru,

ФГБОУ ВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса», г. Москва

В представленной статье проводится сравнительный анализ ценностных

ориентаций молодежи Московского региона, определяющих политическую

самоидентификацию молодежи столичного региона.

Ключевые слова: молодежь, политическая идентичность, ценностные

ориентации, конфликт ценностей, политическая активность.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.