Научная статья на тему 'Особенности распределения неполовозрелого минтая в северо-западной части Японского моря'

Особенности распределения неполовозрелого минтая в северо-западной части Японского моря Текст научной статьи по специальности «Биологические науки»

CC BY
158
39
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Аннотация научной статьи по биологическим наукам, автор научной работы — Нуждин В. А.

По материалам 1990-1991 гг. анализируются особенности пространственного и батиметрического распределения неполовозрелого минтая (возрастные группы 1-3) в водах Приморья. Установлено, что в марте-апреле основным районом локализации годовиков является зал. Петра Великого. Обладая большей миграционной активностью, 2­ и 3­годовики более активно расселяются над внешним шельфом и свалом глубин южного Приморья. Неполовозрелая молодь, встречающаяся в северном Приморье, вероятнее всего, имеет западно­сахалинское происхождение.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

The features of distribution of juvenile walleye pollock in the north­western Japan Sea

Data obtained in 1990-1991 on spatial and bathymetric distribution of juveniles of walleye pollock (age groups 1-3 years) in waters of Primorye are analyzed. In March-April the basic area of yearlings fish localization is Peter the Great Bay. Two­ and three­year old pollock have the highest migratory activity and distribute over outward shelf and slope of southern Primorye. Juvenile fish off northern Primorye probably is originated from the western Sakhalin area.

Текст научной работы на тему «Особенности распределения неполовозрелого минтая в северо-западной части Японского моря»

Известия Тихоокеанского научно-исследовательского рыбохозяйственного центра 200Г Том 128

В.А.Нуждин

ОСОБЕННОСТИ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ НЕПОЛОВОЗРЕЛОГО МИНТАЯ В СЕВЕРО-ЗАПАДНОЙ ЧАСТИ ЯПОНСКОГО МОРЯ

В северо-западной части Японского моря основным районом воспроизводства минтая являются воды южного Приморья. Если в западных районах зал. Петра Великого его нерест наблюдается в осеннезимний период, то в восточных участках — в январе-июне (Кагановская, 1951, 1954; Горбунова, 1954; Нуждин, 1987, 1998). Основываясь на многолетних данных по пространственному распределению икры и нерестующих особей минтая, динамике его промысла, большинство исследователей пришли к выводу, что зал. Петра Великого является северной периферией ареала осенненерестующего минтая с центром воспроизводства в Восточно-Корейском заливе. После снижения численности восточнокорейского минтая масштабы его нереста в зал. Петра Великого в осенний период к середине 80-х гг. существенно сократились, а численность икры в планктоне уменьшилась на два порядка

— со 109,0 млрд. шт. в ноябре 1981 г. до 1,13 млрд. в декабре 1986 г. Основным центром нереста весенненерестующего минтая являются восточные районы зал. Петра Великого и смежные участки шельфа южного Приморья, лежащие к северо-востоку от мыса Поворотного. По мере прогрева мелководий нерестующие особи во второй половине нерестового сезона выходят на участки верхнего шельфа с глубинами менее 50 м, в том числе в Уссурийский залив, где, как правило, и наблюдается массовый выклев из икры личинок (Нуждин, 1987, 1994).

В биологии минтая Приморья наименее изученными являются вопросы, связанные с закономерностями количественного распределения молоди и его сезонной изменчивости. В первую очередь это вызвано отсутствием достоверных данных, поскольку на протяжении многих лет при выполнении учетных работ в траловом мешке не применялась мелкоячейная вставка. В представленной работе рассматриваются особенности пространственного распределения неполовозрелого минтая (возрастные группы 1—3) в северо-западной части Японского моря в ранневесенний период.

В основу работы положены материалы двух донных траловых съемок, выполненных в марте-апреле 1990 и 1991 гг. на СРТМ «Антия», «Горный» и «Завитинск». Получасовые контрольные траления производились донными тралами 32,5 и 35,0 м (ячея 30х30 мм), имевшими близкие параметры как горизонтального, так и вертикального раскрытия, по стандартной сетке станций до 500-метровой изобаты. Всего в 1990 г. было выполнено 215 траловых станций, в 1991 г. — 152. Исследованиями

320

был охвачен район от устья р.Туманной (130°42' в.д.) до мыса Золотого (47°19' с.ш.), включая мелководные участки зал. Петра Великого. С целью уменьшения влияния селективности крупноразмерной ячеи по отношению к мелкоразмерной молоди и получения более реальной информации по распределению неполовозрелого минтая (в первую очередь 1 и 2-годовиков) весной 1991 г. на СРТМ «Горный» в траловом мешке была использована 10-метровая мелкоячейная вставка с шагом ячеи 10 мм. Однако район исследований этого судна был ограничен только водами южного Приморья до мыса Хитрово (43°10' с.ш.). При рассмотрении вопросов, связанных с особенностями батиметрического распределения минтая в водах северного Приморья, нами дополнительно привлечены материалы промысловых тралений, выполненных на СРТМ «Подгорное» и «Мелихово» в марте 1990 г. Кроме того, для оценки сезонной изменчивости в распределении молоди в работе использованы материалы летней траловой съемки, выполненной на СРТМ «Долинск» в 1972 г. К сожалению, и в этом случае траления выполнялись без мелкоячейной вставки (трал 27,1 м). В ходе обработки полученных данных возрастной состав минтая в уловах расчислялся по размерно-возрастным ключам, а полученные количественные показатели пересчитывались на 1 час траления. Условной границей разделения района исследований на северное и южное Приморье принят мыс Бринера - 44°20' с.ш.

Распределение годовиков

Средний размер годовиков минтая весной 1990 г. варьировал от 13,5 до 14,9 см, при этом отдельные экземпляры достигали длины 17-18 см. Отсутствие мелкоячейной вставки в траловом мешке при проведении учетных работ существенным образом повлияло на величину уловов молоди младшей возрастной группы, поэтому, несмотря на появление относительно урожайного поколения 1989 года рождения, ее плотность в зал. Петра Великого над глубинами 140 и 310 м не превышала 72 и 98 экз. на часовое траление и только за границей залива у мыса Поворотного повышалась до 240 экз. Вместе с тем если в заливе средний улов годовиков весной 1990 г. составил 42,7 экз., то в водах южного Приморья, восточнее 133° в.д. до Рудной Пристани (44°15' с.ш.), этот показатель не превысил

34,4 экз. В целом же по району средний улов был равен 37,5 экз., при этом основная масса годовиков встречалась в уловах только до мыса Хитрово. Севернее мыса Бринера (44°20' с.ш.) уловы были эпизодическими и их величина не превышала 16-34 экз., составив в среднем 11,3 экз. на положительный лов.

В марте-апреле 1991 г. в результате применения мелкоячейной вставки, даже с учетом более низкой урожайности поколения 1990 года рождения, уловы минтая младшей возрастной группы в зал. Петра Великого увеличились до 600-1730 экз., а средний показатель составил 325,2 экз. Годовики средним размером 11,9-13,5 см распределялись над изобатами 90-470 м при температуре воды в придонных горизонтах 0,4-2,1 °С, однако максимальные уловы были получены в более узком диапазоне -от 1,2 до 1,5 °С. Основная масса молоди локализовалась над центральными участками залива, в западных районах она практически отсутствовала, а ее плотность не превышала 12-14 экз. (рис. 1). На востоке только при выполнении тралений по глубинам 140-160 м уловы снова повышались до 180 экз. За пределами зал. Петра Великого молодь минтая младшей возрастной группы в уловах встречалась крайне редко. На юге она присутствовала в уловах на 6 станциях, на севере - на 4. В отличие от залива, отдельные экземпляры годовиков на юге Приморья встречались и

321

над 50-метровой изобатой. Однако их присутствие на верхних участках шельфа в конце зимнего периода нехарактерно и, видимо, является редким исключением.

Рис. 1. Распределение годовиков минтая в весенний период в водах южного Приморья: 1 — траления без уловов, 2 — 1-50 экз./час траления, 3 — 51-100, 4 — 101-500, 5 — 501 — 1000, 6 — 1001—5000, 7 — 5001 — 10000, 8 — 10001—25000, 9 — более 25000 экз./час траления

Fig. 1. Distribution of yealings pollock in spring period in waters of the southern Primorye: 1 — trawling without catches, 2 — 1—50 sp./hour of trawling, 3 — 51 — 100, 4 — 101—500, 5 — 501 — 1000, 6 — 1001—5000, 7 — 5001 — 10000, 8 — 10001—25000, 9 — more than 25000 sp./hour of trawling

В водах северного Приморья максимальный улов (38 экз.) был получен только на одной станции, расположенной на траверзе зал. Опричник (44°27' с.ш.) над 200-метровой изобатой. Именно в результате этого обстоятельства средний улов молоди на юге был ниже, чем на севере, составив 5,2 экз. в первом случае и 12,7 экз. — во втором.

Распределение двухгодовиков

Двухгодовики (размерная группа 16 — 27 см) весной 1990 г. в уловах также были довольно редки. В водах южного Приморья в пределах акватории зал. Петра Великого они встречены только на 6 из 38 станций, а за его пределами — на 11 из 76. Средний улов в заливе составил 74,6 экз., при этом максимальный (310 экз.) был получен в его юго-западных районах. Восточнее мыса Поворотного эти показатели составляли соответственно 20,0 и 150,0 экз. На севере Приморья 2-годовалые особи были встречены на 17 из 101 траловой станции, выполненной в данном районе. В большинстве случаев уловы не превышали 40—76 экз. и только на двух станциях у мыса Маячного (45°24' с.ш.) над глубинами 285 и 402 м возрастали до 548 и 1034 экз., что и вызвало увеличение среднего показателя плотности в целом по району до 88,4 экз. на часовое траление. Молодь встречалась над изобатами от 112 до 632 м, при этом на юге степень ее локализации увеличивалась на горизонтах 270 — 310 и 370 — 400 м, а на севере — на глубинах 220 — 240, 300 — 310 и 390 — 400 м. К особенностям батиметрического распределения молоди данной возрастной группы в водах северного Приморья следует отнести ее присутствие в уловах, хотя и в незначительных количествах, над глубинами свыше 500 м (см. таблицу).

322

Батиметрическое распределение молоди минтая в водах Приморья весной

1990-1991 гг., %

Bathymetric distribution of juvenile walleye pollock in waters of Primorye in spring,

1990-1991, %

Возрастная Батиметрическая зона, м

группа 0 50 100 150 200 250 300 350 400 450 500 550 600 650

Южное Приморье

1-годовики - 0,5 16,6 14,5 4,6 60,4 3,0 - - 0,2 -

2-годовики - 0,2 24,9 21,6 6,7 34,7 7,7 3,2 0,7 0,3 -

3-годовики + 0,3 17,3 15,2 7,0 24,8 15,2 16,1 4,0 0,1 -

Северное Приморье

1-годовики - 3,4 7,7 3 2 32,5 19,3 1,1 - - 2,8 ---

2-годовики - 0,1 + 1,3 5,3 26,1 17,0 41,9 3,0 1,9 3,4 - -

3-годовики - 0,1 0,4 0,3 4,8 7,3 25,4 53,3 2,6 0,7 0,8 4,3 +

В 1991 г. двухгодовики держались над глубинами 90-550 м при температуре у дна 0,4-2,4 °С. Если в границах акватории зал. Петра Великого они отмечались в уловах за 100-метровой изобатой, то за его пределами отдельные экземпляры были пойманы и в более мелководных районах. Несмотря на широкий диапазон глубин в апреле 1991 г., молодь концентрировалась главным образом на горизонтах 120-170, 260-270 и 320-330 м с температурой воды у дна 1,4 — 1,5 °С, в то время как в 1990 г. при 0,7-1,0 °С. Более высокие показатели теплосодержания придонных водных масс весной 1991 г. по сравнению с предшествующим годом в определенной степени подтверждают заключение Ю.И.Зуенко (1998) о наблюдавшемся в конце 80 - первой половине 90-х гг. потеплении вод в северо-западной части Японского моря и связанным с этим появлении в водах южного Приморья (в том числе и зал. Петра Великого) теплолюби -вых видов рыб и южных форм планктона в летний период (Иванков, 1995; Иванков и др., 1996; Иванков, Иванкова, 1998; Школдина, Погодин, 1999; и др.).

В результате использования мелкоячейной вставки и более высокой урожайности поколения 1989 года рождения наивысший улов двух-годовиков весной 1991 г. составил 35,2 тыс. экз. и был получен за границей зал. Петра Великого над материковым свалом над глубинами 260-275 м у мыса Поворотного, несколько ниже (до 8,1-15,7 тыс. экз.)

- в центральных участках залива (рис. 2). На юго-западе плотность скоплений не превышала 2,2-3,9 тыс. экз. К востоку от 133° в.д. 2-годовики встречались практически только до мыса Островного (42°48' с.ш.), при этом их плотность за пределами зал. Петра Великого на отдельных станциях над изобатами 320-330 м достигала уровня 3,9 тыс. экз. Севернее указанного мыса концентрация молоди была существенно ниже и не превышала 60-84 экз., поэтому в целом вне пределов залива ее уловы в южном Приморье в апреле оказались невысокими. Средний улов 2-годовиков по всему обследованному району был равен 2373 экз., в то время как непосредственно в заливе этот показатель на 1 тыс. экз. выше и составил 3,3 тыс. экз. По сравнению с южными участками в водах центрального и северного Приморья концентрация неполовозрелых рыб данной возрастной группы, как и годовиков, была незначительной: средний показатель уловов на два порядка ниже и не превысил 29,4 экз. на часовое траление. При этом на значительной акватории весной 1991 г., как и в предшествующий год исследований, эта возрастная группа минтая практически полностью отсутствовала в уловах, и только у мыса Дальнего (45°34' с.ш.) над глубинами 295-330 м плотность ее концентраций повышалась до 342 экз.

Рис. 2. Распределение двухгодовиков минтая в водах южного Приморья. Условные обозначения см. на рис. 1

Fig. 2. Distribution of two-year-old pollock in waters of the southern Primorye. Conventional signs are given in fig. 1

Распределение трехгодовиков

По нашим наблюдениям, у южноприморской популяции минтая на 3-м году жизни половозрелыми в зависимости от пола и года исследований становятся от 3,0 до 21,9 % численности годового класса (Нуждин, 1998), поэтому рассмотрим характер количественного распределения и особей ближнего пополнения. Вследствие меньшей селективности показатели уловов трехгодовиков (размерная группа 24-34 см) по сравнению с уже рассмотренными возрастными группами выше. Весной 1990 г. минтай 1987 года рождения на акватории зал. Петра Великого встречался в уловах над изобатами 32-420 м в основном в пределах двух батиметрических зон - 230-250 и 280-330 м. Анализ физиологического состояния гонад у рыб рассматриваемой размерно-возрастной группы свидетельствовал, что на глубинах менее 50 м в апреле наблюдались только половозрелые особи. Уловы трехгодовиков в основном не превышали 108 — 314 экз. и только на отдельных станциях повышались до 714-929 шт. Однако необходимо отметить, что в ходе промысла минтая в районе «та-фуинских свалов» (южнее зал. Восток) на глубинах 350-400 м их плотность в середине марта нередко достигала 1465-2742 экз. на часовое траление. По материалам донной траловой съемки, средний улов рассматриваемой возрастной группы в зал. Петра Великого весной 1990 г. был относительно невысоким - 184,7 экз.

За мысом Поворотным степень концентрации молоди была существенно ниже и, как правило, не превышала 163-238 экз., вместе с тем на одной станции при проведении контрольного траления по изобате 400 м в непосредственной близости с заливом плотность скоплений составляла 1984 экз. В результате средний показатель плотности на участке от 133° в.д. до бухты Валентин был достаточно высоким и в среднем составил

170,4 экз., а по всему обследованному району - 177,1 экз.

В водах северного Приморья молодь данной возрастной группы встречалась в пределах 100-630-метровой батиметрической зоны, однако по сравнению с южными районами значительно реже. Уловы чаще всего не превышали 10-14 экз. и только на двух станциях у мыса Дальнего на

324

глубинах 270-300 и 370-410 м повышались соответственно до 149 и 1011 экз., поэтому средний показатель плотности (при учете только положительных тралений) на севере был относительно высоким — 88,4 экз. Однако необходимо при этом учесть, что 3-годовики в уловах были встречены только на 14 из 101 станции, выполненной в данном районе.

Через год молодь минтая поколения 1988 года рождения в аналогичные календарные сроки исследований наблюдалась в уловах практически в том же диапазоне глубин (55-480 м). Вместе с тем наивысшие показатели ее плотности в ходе проведения донной траловой съемки были отмечены на горизонтах 120-170, 260-270 и 320-330 м при температуре придонных вод 1,1 — 1,5 °С. В результате использования трала с меньшей селективностью средний улов трехгодовиков возрос до 693,4 экз. Основная часть молоди концентрировалась над материковым свалом от центральных участков зал. Петра Великого до мыса Островного, где ее уловы варьировали от 3841 до 8970 экз. на часовое траление. Наивысший показатель плотности был зафиксирован над глубинами 250-270 м, несколько ниже - 8,17 тыс. экз. - на среднем шельфе на горизонте 120-130 м (рис. 3). На западе залива степень локализации минтая этой возрастной группы оказалась значительно ниже - от 1192 до 1364 экз. на часовое траление. В северных районах южноприморского шельфа уловы были небольшими и не превышали 116-152 экз.

Рис. 3. Распределение трехгодовиков минтая в водах Приморья. Условные обозначения см. на рис. 1

Fig. 3. Distribution of three-year-old pollock in waters of Primorye. Conventional sings are given in fig. 1

В водах северного Приморья показатели плотности минтая рассматриваемой возрастной группы контрастировали с показателями в южных районах. Величина уловов трехгодовиков практически не поднималась выше 35-43 экз. и только у мыса Дальнего (как и у 2-годовиков) увеличивалась до 237 экз., а средний показатель по району составил 24,1 экз. Таким образом, трехгодовики в марте-апреле в основном группируются в южных районах Приморья. Вместе с тем как в 1990, так и в 1991 г. наблюдалась определенная локализация 2 и 3-годовалого минтая и в водах северного Приморья в районе между 45°20' и 45°55' с.ш. В отличие от младшевозрастных особей трехгодовики более активно со-

вершают вертикальные миграции, поэтому даже в дневное время суток определенная их часть вместе с 4 и 5-годовиками держится в пелагиали. Локализация минтая данной возрастной группы в апреле 1990 г. наблюдалась в центральных и восточных участках зал. Петра Великого с глубинами 250-300 м.

Подводя краткий итог вышеизложенному, следует сказать, что основным районом нагула неполовозрелого минтая в водах Приморья в мар -те-апреле являются воды зал. Петра Великого. Основная его масса в конце зимнего периода локализуется в районах внешнего шельфа и свала глубин над изобатами 100-400 м, при этом на севере Приморья ювенальная молодь, как правило, держится на больших глубинах (см. таблицу).

Несмотря на то что в 1972 г. летней съемкой были охвачены в основном верхние и средние отделы материковой отмели и лишь в исключительно редких случаях горизонт тралений проходил над глубинами 180-210 м, полученные материалы свидетельствуют о том, что в июле-августе молодь минтая средним размером 17,7-19,7 см (возраст 1+) с уловами до 54,6-56,0 тыс. экз., как и в зимний период, по-прежнему концентрировалась главным образом в зал. Петра Великого, локализуясь на участках среднего шельфа с глубинами 80-135 м при температуре воды в придонных горизонтах 0,78-1,12 °С. Уловы 2 и 3-годовиков были значительно ниже, что, видимо, вызвано различной урожайностью смежных годовых классов и относительно небольшим диапазоном обследованных глубин. Однако, как и в зимние месяцы, по сравнению с южными районами частота встречаемости молоди этих двух возрастных групп в уловах севернее зал. Ольги была значительно ниже.

Использование однотипных орудий лова с различной селективностью весной 1991 г. на СРТМ «Горный» и «Завитинск» на участке от мыса Поворотного до мыса Хитрово позволило нам получить сравнительные характеристики изменения как количественного, так и размерно-возрастного состава уловов, и в первую очередь молоди минтая. Поскольку основная масса годовиков в марте-апреле локализовалась в основном в пределах географических границ зал. Петра Великого, за его пределами уловы данной возрастной группы были существенно ниже. Поэтому даже с учетом применения мелкоячейной вставки в кутце средний показатель уловов годовиков увеличился только с 1,5 до 7,0 экз., т.е. в большей степени имел элемент случайности, в то время как частота встречаемости 2 и 3-годовиков возросла соответственно с 103,7 до 505,8 и с 77,75 до 811,4 экз. Заметные изменения произошли и в качественном составе уловов. Тем не менее общая картина частотного распределения минтая по длине не изменилась: в обоих случаях в уловах преобладали особи модальных классов 20-28 и 37-45 см. Однако, как и следовало ожидать, использование мелкоячейной вставки привело к уменьшению селективного отбора трала по отношению к рыбам длиной менее 30 см (рис. 4). Как и в первом случае, относительная доля годовиков в уловах была невелика и не превысила 0,01 %. На их фоне более существенные изменения произошли в характеристике показателей относительной численности 2 и 3-годовиков. Если доля 2-годовиков возросла с 11,14 до 48,03 % (т.е. более чем в 4,3 раза), то селективный отбор тралового мешка с мелкоячейной вставкой по отношению к 3-годовикам, имевшим более высокие индивидуальные линейные размеры тела, сказался в меньшей степени. Поэтому их относительная численность в уловах увеличилась в меньших масштабах: соответственно с 8,51 до 12,98 %, т.е. только в 1,5 раза. Однако необходимо отметить, что, несомненно, определенное вли-

326

яние на абсолютные показатели изменения как величины, так и качественного состава уловов сравниваемых судов оказало временное и пространственное несовпадение точек контрольных тралений, а также, видимо, и специфика сезонных миграций различных возрастных групп ювенальной молоди, вызванных весенними изменениями в гидрологическом режиме вод.

i 50 -

ад-

30-

го-

10-

ш

50

W

30

гн

ю

ПП

ь S S 7 g 9 возраст, лет

Рис. 4. Влияние применения мелкоячейной вставки в траловом мешке на размерно-возрастной состав минтая: А — без вставки, Б — со вставкой

Fig. 4. The influence of application small mesh insertion in the codend on size-age structure of walleye pollock in catches: A — without insertion, Б — with insertion

Новые сведения о количественном распределении неполовозрелого минтая позволили нам дать общую схему его расселения в водах Приморья от личиночной стадии до возраста полового созревания. Многолетние наблюдения за нерестом свидетельствуют, что основным районом локализации икры на последних стадиях эмбриогенеза в весенний период наряду с восточными районами зал. Петра Великого являются и мелководные участки Уссурийского залива, где происходит массовый выклев личинок (Нуждин, 1987, 1994). В дальнейшем господствующими в зал. Петра Великого течениями они выносятся в центральные участки залива и опускаются в придонные горизонты. Подросшие сеголетки постепенно из районов среднего шельфа мигрируют к границе материковой отмели, одновременно активно расселяясь и в восточном направлении. Наличие в уловах донного трала, хотя и в незначительных количествах сеголеток (Шунтов и др., 1993), а также высокая, по сравнению с другими участками, частота встречаемости молоди 0-группы в желудках половозрелого минтая в осенний период в районе зал. Посьета косвенно свидетельствуют о повышенной их концентрации в конце летнего сезона в юго-западных участках зал. Петра Великого. Однако мы не исключаем возможности нагула в этом районе в отдельные годы и молоди осенней генерации.

В конце зимнего периода подросшие годовики сосредоточены в мористых участках залива и только с началом прогрева прибрежных вод снова смещаются на средний шельф, по-прежнему предпочитая концентрироваться в районах подъема глубинных водных масс с повышенной биопродуктивностью. Определенная часть годовиков в весенне-

327

летний период нагуливается и восточнее мыса Поворотного. Двух- и трехгодовики в марте-апреле также избегают переохлажденные донные шельфовые водные массы, занимающие в зимний период верхние и частично средние горизонты материковой отмели (Зуенко, 1994; Зуенко, Юрасов, 1995), и совместно с годовиками концентрируются на внешнем шельфе, а также над свалом глубин. В связи с более высокой миграционной активностью частота их встречаемости в уловах за пределами залива по сравнению с годовиками намного выше, особенно в летне-осенний период. Вероятнее всего, определенная часть молоди южноприморского минтая в летние месяцы нагуливается в водах как центрального, так и северного Приморья (севернее 44-й параллели), при этом экспансия неполовозрелых особей на нагул в эти районы в годы роста численности южноприморской популяции значительно увеличивается.

Наряду с южными районами в первой половине 80-х гг. достаточно интенсивный нерест минтая наблюдался и в водах северного Приморья (Нуждин, 1994). Это наводило на мысль, что определенная часть неполовозрелой молоди, встречавшейся в уловах в этом районе, могла иметь и местное происхождение. Однако последовавшее в 90-е гг. существенное сокращение масштаба воспроизводства минтая в водах северного Приморья, приведшее к практически полному исчезновению икры в планктоне между 44 и 46° с.ш., сокращение плотности его нагульных концентраций в летне-осенний и первую половину зимнего периода (Нуждин, 1998) свидетельствовали об определенной сопряженности интенсивности нереста минтая в юго-западных районах Татарского пролива (в пределах административных границ Приморья) в первую очередь с уровнем запасов западносахалинской популяции данного вида. Таким образом, в водах северного Приморья в отдельные сезоны года, вероятно, нагуливается молодь как южного, так и северного происхождения. В то же время определенная стационарность локализации икры в марте-апреле, а также сеголеток в осенний период в данном районе может свидетельствовать и о том, что часть минтая в годы роста численности его запасов в Японском море вполне может иметь и местное происхождение. Однако поскольку сеголетки на севере Приморья в осенний период встречаются в достаточно больших количествах и севернее мыса Золотого, мы считаем, что подавляющая масса молоди, концентрирующейся зимой в данном районе, все же имеет западносахалинское происхождение, поскольку в первые месяцы жизни господствующими в Татарском проливе в летне-осенний период течениями вполне успешно может выноситься вдоль материкового побережья в южном направлении. Основная же масса пополнения западносахалинской популяции минтая, как показали исследования, проведенные на СРТМ «Горный» в мае 1991 г., нагуливается преимущественно у западного Сахалина между 47°30' и 49° с.ш., а в летний период южнее 46-47° с.ш., вероятнее всего, смешивается с молодью западнохоккайдского происхождения.

Заключение

Проведенные исследования показали, что в водах Приморья неполовозрелый минтай (возрастная группа 1-3) в весенне-летний период в основном локализуется в южных районах, включая зал. Петра Великого. В летний период определенная его часть мигрирует в районы центрального и северного Приморья, где нагуливается вместе с молодью западносахалинского происхождения. При проведении учетных работ для получения более достоверных данных об уровне пополнения минтая

328

необходимо предусматривать применение в траловом кутце мелкоячей — ной вставки.

Литература

Горбунова H.H. Размножение и развитие Theragra chalcogramma (Pallas) // Тр. ИОАН СССР. — 1954. — Т. 11. — С. 132—196.

Зуенко Ю.И. Типы термической стратификации вод на шельфе Приморья // Комплексные исследования морских гидробионтов и условия их обитания. — Владивосток: ТИНРО, 1994. — С. 20 — 39.

Зуенко Ю.И. Элементы структуры вод северо-западной части Японского моря // Изв. ТИНРО. — 1998. — Т. 123. — С. 262 — 290.

Зуенко Ю.И., Юрасов Г.И. Водные массы северо-западной части Японского моря // Метеорология. — 1995. — № 8. — С. 50 — 57.

Иванков B.H. Теплолюбивые виды рыб в северо-западной части Японского моря // Вопр. ихтиол. — 1995. — Т. 35, № 6. — С. 825 — 826.

Иванков B.H., Падецкий C.H., Самуйлов А.Е. Проникновение теплолюбивых рыб в российские воды северо-западной части Японского моря в 1995 г. // Вопр. ихтиол. — 1996. — Т. 36, № 6. — С. 838 — 839.

Иванков B.H., Иванкова З.Г. Тропические и субтропические виды рыб в северо-западной части Японского моря // Изв. ТИНРО. — 1998. — Т. 123. — С. 291 — 298.

Кагановская С.М. О распределении икры и личинок некоторых рыб в зал. Петра Великого // Изв. ТИНРО. — 1954. — Т. 42. — С. 165—175.

Кагановская С.М. Новые данные по минтаю зал. Петра Великого // Изв. ТИНРО. — 1951. — Т. 34. — С. 81 — 87.

Hуждин В.А. Распределение икры и личинок минтая в северо-западной части Японского моря // Популяционная структура, динамика численности и экология минтая. — Владивосток: ТИНРО, 1987. — С. 74 — 80.

Hуждин В.А Видовой состав и распределение зимне-весеннего ихтиоплан — ктона северной части Японского моря // Изв. ТИНРО. — 1994. — Т. 115. — С. 92—107.

^ждин В.А. Минтай северо-западной части Японского моря — особен — ности биологии, размножения, промысел // Изв. ТИНРО. — 1998. — Т. 123. — С. 53 — 73.

Школдина Л.С., Погодин А.Г. Состав планктона и биоиндикация вод юго — западной части залива Петра Великого Японского моря // Биол. моря. — 1999. — № 2. — С. 178— 180.

Шунтов В.П., Волков А.Ф., Темных О.С., Дулепова Е.П. Минтай в экосис — темах дальневосточных морей. — Владивосток: ТИНРО, 1993. — 426 с.

Поступила в редакцию 18.08.2000 г.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.