Научная статья на тему 'Особенности диетотерапии больных с ишемической болезнью сердца'

Особенности диетотерапии больных с ишемической болезнью сердца Текст научной статьи по специальности «Науки о здоровье»

CC BY
1494
190
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Журнал
Вопросы питания
Scopus
ВАК
PubMed
Область наук
Ключевые слова
ДИЕТОТЕРАПИЯ / ИШЕМИЧЕСКАЯ БОЛЕЗНЬ СЕРДЦА / CORONARY HEART DISEASE / МАКРОНУТРИЕНТЫ / MACRONUTRIENTS / МИКРОНУТРИЕНТЫ / MICRONUTRIENTS / ОЖИРЕНИЕ / OBESITY / СЕРДЕЧНО-СОСУДИСТЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ / CARDIOVASCULAR DISEASE / DIETARY TREATMENT

Аннотация научной статьи по наукам о здоровье, автор научной работы — Павлюк Наталья Борисовна, Шарафетдинов Хайдерь Хамзярович

В статье приведены современные представления о принципах диетотерапии при ишемической болезни сердца (ИБС). В многочисленных исследованиях показано, что с помощью диетотерапии можно воздействовать на модифицируемые факторы риска развития ИБС, что составляет основу первичной и вторичной профилактики данного заболевания. Основными направлениями персонализации диетотерапии являются подбор адекватной энергетической ценности, определение квоты белка, жиров и углеводов в рационе, а также других пищевых веществ, которые могут влиять на развитие ИБС. Ограничение калорийности рациона питания при избыточной массе тела наиболее важный фактор снижения массы тела, не зависимый от макронутриентного состава рациона. Диеты с большей квотой белка увеличивают скорость снижения массы тела и улучшают липидный спектр крови, но обладают недолгосрочным эффектом. Избыточное употребление насыщенных жирных кислот связано с повышенным риском сердечнососудистых заболеваний. В результате многочисленных исследовании выявлено, что замена насыщенных жиров монои полиненасыщенными жирными кислотами оказывает благоприятное воздействие на липидный спектр крови у больных с ИБС. В ряде исследований показано, что увеличение гликемической нагрузки сопровождается увеличением риска развития ИБС, в особенности у женщин. Все большее значение приобретает персонализация диетотерапии с учетом этиопатоге-нетических механизмов ИБС и индивидуальных особенностей конкретного больного (пол, возраст, наследственность, пищевой статус, физическая активность), что положительно влияет на факторы риска развития ИБС, качество жизни пациентов и повышает эффективность диетотерапии.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по наукам о здоровье , автор научной работы — Павлюк Наталья Борисовна, Шарафетдинов Хайдерь Хамзярович

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Features of dietary treatment in patients with coronary heart disease

The present review summarizes the current data of dietary treatment in patients with coronary heart disease (CHD). Numerous studies have shown that the diet can affect the modifiable risk factors for CHD that is the basis of primary and secondary prevention of this disease. The main areas of personalization of nutrition is the selection of an adequate energy value, a certain quota of protein, fats and carbohydrates in the diet, as well as other micronutrients that may influence the development of coronary artery disease. Caloric restriction of the diet in overweight patients is the most important factor of weight loss, independent of macronutrient composition of the diet. Diets with higher dietary protein content increase the rate of weight loss and improve blood lipid profile, but have a short-term effect. Excessive consumption of saturated fatty acids is associated with increased risk of cardiovascular disease. As a result, numerous studies have shown that replacing saturated fats with monoand polyunsaturated fatty acids have a beneficial effect on blood lipid profile in patients with coronary artery disease. Several studies have shown that increasing the glycemic load is accompanied by an elevated risk of CHD, especially in women. Personalized dietary treatment on the basis of the etiopathogenic mechanisms of CHD and with the individual characteristics of a particular patient (sex, age, heredity, nutritional status, physical activity) is becoming increasingly important. Personalization of the diet provides a positive effect on risk factors for coronary heart disease, on the quality of life and increases the effectiveness of diet-therapy.

Текст научной работы на тему «Особенности диетотерапии больных с ишемической болезнью сердца»

ЛЕЧЕБНОЕ ПИТАНИЕ

Для корреспонденции

Павлюк Наталья Борисовна - очный аспирант 3-го года обучения кафедры диетологии и нутрициологии ГБОУ ДПО «Российская медицинская академия последипломного образования» Минздрава России

Адрес: 115446, г. Москва, Каширское шоссе, д. 21 Телефон: (499) 613-17-14 E-mail: 17ahimsa@gmail.com

Н.Б. Павлюк1, Х.Х. Шарафетдинов1,

Особенности диетотерапии больных с ишемической болезнью сердца

Features of dietary treatment in patients with coronary heart disease

N.B. Pavlyuki, Kh.Kh. Sharafetdinovi, 2

1 ГБОУ ДПО «Российская медицинская академия последипломного образования» Минздрава России, Москва

2 ФГБНУ «НИИ питания», Москва

1 Russian Medical Academy of Postgraduate Education, Moscow

2 Institute of Nutrition, Moscow

В статье приведены современные представления о принципах диетотерапии при ишемической болезни сердца (ИБС). В многочисленных исследованиях показано, что с помощью диетотерапии можно воздействовать на модифицируемые факторы риска развития ИБС, что составляет основу первичной и вторичной профилактики данного заболевания. Основными направлениями персонализации диетотерапии являются подбор адекватной энергетической ценности, определение квоты белка, жиров и углеводов в рационе, а также других пищевых веществ, которые могут влиять на развитие ИБС. Ограничение калорийности рациона питания при избыточной массе тела - наиболее важный фактор снижения массы тела, не зависимый от макронутриентного состава рациона. Диеты с большей квотой белка увеличивают скорость снижения массы тела и улучшают липидный спектр крови, но обладают недолгосрочным эффектом. Избыточное употребление насыщенных жирных кислот связано с повышенным риском сердечнососудистых заболеваний. В результате многочисленных исследовании выявлено, что замена насыщенных жиров моно- и полиненасыщенными жирными кислотами оказывает благоприятное воздействие на липидный спектр крови у больных с ИБС. В ряде исследований показано, что увеличение гликемической нагрузки сопровождается увеличением риска развития ИБС, в особенности у женщин. Все большее значение приобретает персонализация диетотерапии с учетом этиопатоге-нетических механизмов ИБС и индивидуальных особенностей конкретного больного (пол, возраст, наследственность, пищевой статус, физическая активность), что положительно влияет на факторы риска развития ИБС, качество жизни пациентов и повышает эффективность диетотерапии.

Ключевые слова: диетотерапия, ишемическая болезнь сердца, макро-нутриенты, микронутриенты, ожирение, сердечно -сосудистые заболевания

25

2

The present review summarizes the current data of dietary treatment in patients with coronary heart disease (CHD). Numerous studies have shown that the diet can affect the modifiable risk factors for CHD that is the basis of primary and secondary prevention of this disease. The main areas of personalization of nutrition is the selection of an adequate energy value, a certain quota of protein, fats and carbohydrates in the diet, as well as other micronutrients that may influence the development of coronary artery disease. Caloric restriction of the diet in overweight patients is the most important factor of weight loss, independent of macronutrient composition of the diet. Diets with higher dietary protein content increase the rate of weight loss and improve blood lipid profile, but have a short-term effect. Excessive consumption of saturated fatty acids is associated with increased risk of cardiovascular disease. As a result, numerous studies have shown that replacing saturated fats with mono-and polyunsaturated fatty acids have a beneficial effect on blood lipid profile in patients with coronary artery disease. Several studies have shown that increasing the glycemic load is accompanied by an elevated risk of CHD, especially in women. Personalized dietary treatment on the basis of the etiopathogenic mechanisms of CHD and with the individual characteristics of a particular patient (sex, age, heredity, nutritional status, physical activity) is becoming increasingly important. Personalization of the diet provides a positive effect on risk factors for coronary heart disease, on the quality of life and increases the effectiveness of diet-therapy.

Keywords: dietary treatment, coronary heart disease, macronutrients, micronutrients, obesity, cardiovascular disease

#

Ишемическая болезнь сердца (ИБС) - основная причина инвалидизации и смертности населения во всем мире. По данным ВОЗ, в 2011 г. ИБС являлась лидирующей причиной смертности и занимала 11,2% от общего числа случаев смерти [66]. В 2010 г. в отчете мировой статистики на ИБС приходилась большая часть коэффициента DALY (годы жизни с учетом нетрудоспособности), составляя 5% от его общего размера [47].

Ишемическая болезнь сердца - хроническое заболевание, характеризующееся ремоделирова-нием и сужением просвета коронарных артерий. Она имеет комплекс этиопатогенетических механизмов, связанных с влиянием факторов окружающей среды (диета, курение, физическая активность, стрессы, нарушение режима дня, экологическая обстановка) и генотипом человека. Ведущую роль в развитии ИБС играет атеро-склеротический процесс [9, 12]. Хотя ИБС обычно проявляется после 50 лет у мужчин и после 60 лет у женщин, этот процесс начинается с более раннего возраста [43].

Влияние диетотерапии на риски развития ИБС

На данный момент выявлено более 250 факторов риска сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) [8, 9]. Воздействовать на факторы риска ССЗ можно при помощи лекарственной терапии и путем соблюдения здорового образа жизни. Если

при вторичной профилактике ССЗ лекарственная терапия может быть более эффективной, то при первичной профилактике соблюдение здорового образа жизни выходит на первый план. Ключевую роль в здоровом образе жизни играет сбалансированное питание [8]. С помощью диетотерапии можно воздействовать на модифицируемые факторы риска, что составляет основу и первичной, и вторичной профилактики ИБС [9, 12, 14]. Подбор адекватной персонализированной диетотерапии может уменьшить долю лекарственной терапии, улучшить качество жизни пациента, тем самым увеличивая комплайентность. Диетотерапия может модулировать модифицируемые факторы риска ССЗ напрямую и опосредованно. Прямое воздействие заключается в коррекции высокого уровня липидов крови, повышенного артериального давления (АД), избыточной массы тела и ожирения, нарушений углеводного обмена, нарушений эн-дотелиальной функции, гипергомоцистеинемии, гиперкоагуляции, оксидативного стресса и др. [2, 8, 9]. По данным ряда авторов [2, 3, 8], увеличение индекса массы тела (ИМТ) и процента жировой ткани сопровождается увеличением риска и частоты артериальной гипертензии (АГ), метаболическими нарушениями, включающими нарушения липидного, углеводного (инсулиноре-зистентность, гипергликемия) и пуринового (ги-перурикемия) обмена, которые в свою очередь усиливают процессы атерогенеза. Ожирение как заболевание становится независимым фактором

26

Н.Б. Павлюк, Х.Х. Шарафетдинов

риска развития ИБС при ИМТ более 35 кг/м2 [4]. Для лучшего контроля заболевания рекомендуется редукция массы тела на 5-10% от исходной с дальнейшим поддержанием достигнутых результатов [3]. Важным показателем эффективности снижения массы тела является преимущественное снижение содержания жировой ткани при сохранении тощей массы. Учитывая, что наибольший вклад в развитие атеросклеротического процесса вносит висцеральная жировая ткань [2, 8, 10], важно, чтобы при редукции жировой ткани значимо уменьшался и ее висцеральный компонент. Для контроля АД рекомендуется ограничить потребление соли до 5 г/сут [10]. В 2,5 г поваренной соли содержится 1 г натрия. Уменьшение натрия в диете на 1 г в день снижает число сердечно-сосудистых осложнений на 30% [17]. Нарушения липидного обмена являются важными факторами риска развития ССЗ и заключаются в повышении содержания триглицеридов (ТГ), общего холестерина (ОХС), холестерина (ХС) липопротеинов низкой плотности (ЛПНП), снижении ХС липопротеинов высокой плотности (ЛПВП) в сыворотке крови [9, 10, 39]. Повышенный уровень ХС ЛПНП остается самым сильным фактором в предсказании ИБС, и поэтому снижение его уровня является основной целью терапии [10]. Хотя содержание ОХС и концентрация ХС ЛПВП являются также значимыми факторами риска, соотношение ОХС и ХС ЛПВП (коэффициент атерогенности) - наиболее важный маркер в определении риска развития ИБС [24, 40].

Опосредованная реализация эффектов на развитие ИБС изучается в рамках наук нутригеноми-ки и метагеномики [49]. Компоненты, входящие в состав рациона питания, могут прямо или косвенно взаимодействовать с геномом, изменяя экспрессию генов [1, 14]. В последние годы большое внимание уделяется потенциальным эффектам диетотерапии на гены, включенные в патогенез ССЗ [26]. Вероятность развития у человека ССЗ определена его генетическим профилем, а также возрастом, полом и образом жизни. Поэтому идентификация генов, потенциально активированных определенными диетическими компонентами, играет огромную роль в разработке эффективных стратегий профилактики ССЗ [1, 57]. Понимание генетической структуры ИБС улучшилось с 2007 г., когда были изданы первые генетические карты этой болезни. Первые исследования идентифицировали локус 9р21, связанный с ИБС, последующие исследования подтвердили эти результаты [50]. Метаанализ нескольких генетических исследований, проведенный в 201 3 г., выявил набор из 46 генетических вариантов, связанных с ИБС, которые объясняли от 6 до 10,6% наследственной предрасположенности [24, 26]. Некоторые из этих вариантов связаны с метаболизмом липидов, уровнем АД и процессами воспаления,

что подтверждает важность этих параметров в патогенезе ИБС. В будущем адекватный пищевой режим должен быть спланирован для каждого человека при рождении. Персонализация диетотерапии на основе пищевого статуса и генотипа может быть очень полезной в плане профилактики и лечения ССЗ [1].

Основными подходами к персонализации диетотерапии являются обеспечение адекватной энергетической ценности, определение оптимальной квоты белка, жиров и углеводов в рационе, а также других микронутриентов, которые могут влиять на развитие ИБС [5].

Ограничение калорийности рациона питания -наиболее важный фактор снижения массы тела, не зависимый от макронутриентного состава. У пациентов с избыточной массой тела и ожирением ограничение энергетической ценности диеты может улучшить ряд кардиометаболичес-ких факторов риска [4]. Но при этом важно, чтобы калорийность суточного рациона была адекватной с учетом возраста, пола, значений основного обмена, уровня физической активности. Соблюдение данной рекомендации помогает сделать редукцию массы тела более эффективной, воздействуя на состав тела пациента относительно снижения жировой массы (особенно висцеральной жировой ткани) при сохранении тощей массы тела.

Адекватная макронутриентная структура, направленная на профилактику и лечение ожирения и связанных с ним ССЗ, является темой большого количества исследований. За последние годы было выявлено, что количество и качество макронутриентов (белка, жиров и углеводов) в диете - важные факторы, которые могут влиять на эффективность и долгосрочность снижения массы тела и на кардиометаболические риски [8, 9, 15, 37]. Изменяя калорийность диеты, соотношение в ней белка, жиров и углеводов, а также подбирая пищевые продукты с учетом их микронутриентного состава и содержания минорных компонентов пищи, способы приготовления блюд, можно модулировать факторы риска ССЗ [14].

Количество и качество белка в рационе

Традиционной является рекомендация по содержанию общего белка в диете, не превышающему 1,1 г/кг идеальной массы тела при соотношении растительного и животного белка не менее чем 1:1, что составляет около 80-90 г/сут и соответствует 12-14% от энергетической ценности рациона [8]. В гиполипидемических диетах допускается повышение квоты белка до 20-25% за счет растительных источников при отсутствии значимого нару-

27

#

шения азотовыделительной функции почек [12]. Потребление белка, превышающее 1,5 г на 1 кг массы тела в сутки, особенно при избытке белка животного происхождения, может сопровождаться отрицательным воздействием на липидный профиль и усилением гиперкоагуляции крови при снижении фибринолиза [13]. В последние годы возрастающий интерес получили высокобелковые варианты диетотерапии. Все больше данных свидетельствуют о том, что по сравнению с диетами со стандартным содержанием белка (12-18% от общей калорийности рациона) высокобелковые диеты (25-35% от общей калорийности рациона) с низким содержанием жиров (<30% от общей калорийности рациона) могут увеличить редукцию массы тела за счет жирового компонента и уменьшить потерю тощей массы тела [37]. Положительные эффекты высокобелковой диетотерапии могут быть объяснены увеличением уровня насыщения и специфическим динамическим действием пищи [18, 23]. Белковый компонент рациона больше увеличивает чувство насыщения по сравнению с другими макронутриентами [64].

Диеты с большим содержанием белка повышают эффективность снижения массы тела и улучшают липидный спектр крови, но без длительного эффекта. Исследования, касающиеся влияния высокобелковой диеты на факторы риска развития ИБС, можно подразделить на краткосрочные и долгосрочные. Метаанализ 74 исследований, оценивающий эффективность высокобелковых и низкобелковых вариантов диеты продолжительностью от 28 дней до 12 мес (краткосрочные исследования), показал благоприятные эффекты высокобелкового варианта в отношении биомаркеров ожирения и факторов риска ССЗ, таких как уровни ХС ЛПВП, ТГ и АД [56]. В ряде исследований выявлено снижение уровня ТГ при кратковременном применении высокобелкового питания. Но при этом метаанализ 15 долгосрочных исследований (продолжительность более 1 года), оценивающий влияние высокобелковых диет на факторы риска ССЗ и маркеры ожирения, не выявил достоверного влияния высокобелковой диеты на массу тела, окружность талии, жировую массу, уровень липидов крови (общий ХС, ХС ЛПНП, ХС ЛПВП, ТГ), С-реактивного белка, диастолическое и систолическое АД, содержание глюкозы в крови натощак и гликированного гемоглобина [59]. Было выявлено только значительное улучшение уровня инсулина натощак.

М^. Апкаг1е!Ш и соавт. [18] была выявлена прямая зависимость эффективности высокобелковой диеты от массы тела и степени ожирения, в особенности от абдоминального. Рандомизированное контролируемое исследование (РКИ) длительностью 6-12 мес показало большую эффективность

диеты с высоким содержанием белка в плане редукции массы тела у лиц с избыточной массой тела и ожирением, чем у людей с нормальным весом. По данным авторов [18], механизмы реализации (уровень насыщения и специфическое динамическое действие пищи) положительных эффектов высокобелковой диеты зависят от ИМТ. Применение высокобелковых рационов у людей с нормальной массой тела, наоборот, может сопровождаться увеличением массы тела, в том числе и за счет жирового компонента. Повышенное употребление белка у данного контингента пациентов стимулирует рост жировой массы опосредованно, через взаимодействие с инсули-ноподобным фактором роста-1 [18].

Есть и другие факторы, которые воздействуют на анаболическую реакцию в ответ на потребляемый белок, косвенно влияя на динамику показателей массы тела во время диетотерапии: общее количество белка в рационе, частота употребления белковой пищи (ежедневное распределение белка) и тип потребляемого белка [46]. Существенную роль играет то, какие пищевые продукты используются в качестве источников белка в рационе. Разные источники белка оказывают различные эффекты на риск развития ССЗ. Доказано, что употребление домашней птицы, рыбы и орехов коррелируют с более низким риском развития ИБС, в то время как потребление продуктов, богатых насыщенными жирами и холестерином, таких как мясо, яичный желток и молочные продукты с высоким содержанием жиров, приводит к увеличению риска ИБС [20]. Новые данные свидетельствуют, что повышение риска развития ССЗ также может быть связано с тем, что вышеперечисленные продукты содержат фосфатидилхолин, холин и Ькарнитин, метаболитом которых является три-метиламин. Триметиламин отрицательно влияет на метаболизм кишечной микрофлоры, увеличивая риск ИБС [23].

Количество и качество жиров в рационе

Традиционно с неблагоприятным действием на факторы риска развития ИБС связывают избыточное количество жиров в рационе, в особенности жиров животного происхождения, содержащих ХС, насыщенные жирные кислоты (НЖК), а также наличие в пищевых продуктах транс-изомеров жирных кислот (транс-жиров), образующихся при гидрогенизации растительных масел [9]. Количество жиров в рационе может варьировать от 25 до 35% (минимум 20%) от общей калорийности [10, 17], однако наиболее предпочтительным при диетотерапии ССЗ является ограничение квоты жиров до 30% [29]. Общепринятые рекомендации по коррекции нарушений липидного обме-

28

Н.Б. Павлюк, Х.Х. Шарафетдинов

на заключаются в уменьшении содержания ХС до 200 мг/сут и НЖК до 10% от общей калорийности (при гиперхолестеринемии менее 7%), при увеличении доли мононенасыщенных жирных кислот (МНЖК) до 10-15% от общей калорийности и полиненасыщенных жирных кислот (ПНЖК) до 7-9% от общей калорийности рациона [9, 10, 15]. Также рекомендовано уменьшение доли транс-жиров в рационе до уровня менее 1%.

Увеличение употребления ХС в количестве 100 мг на 1000 ккал/сут в рационе приводит к повышению уровня общего ХС в сыворотке крови на 12%. При этом снижение уровня общего ХС в сыворотке крови на 1% сопровождается снижением риска развития ИБС на 2%. В связи с этим поступление с пищей ХС должно быть уменьшено в зависимости от выраженности нарушений липидного обмена [9, 40].

Традиционно избыточное употребление НЖК связывается с повышенным риском ССЗ [9, 10, 22]. Этот эффект, как предполагается, опосредован прежде всего через увеличение уровня ХС ЛПНП в сыворотке крови [10, 17, 29, 36]. При замене НЖК в рационе на углеводы, МНЖК и ПНЖК наблюдается снижение уровней ХС ЛПНП и ХС ЛПВП, при этом уровень ТГ в сыворотке крови растет при увеличении квоты углеводов и МНЖК, а при увеличении ПНЖК в рационе -снижается [17]. В настоящее время в отношении роли НЖК в профилактике ССЗ нет единого мнения. В рекомендациях AHA/ACC (American Heart Association/American College of Cardiology) целевой уровень НЖК в рационе определен как 5-6% от общей калорийности [17]. Согласно рекомендациям EHN, потребление НЖК должно быть от 8 до 10% с дальнейшим снижением НЖК настолько, насколько это возможно (менее 7%) [29]. Тем не менее, по данным ряда метаанализов [58, 61], взаимосвязь между потреблением НЖК и риском развития ИБС статистически незначима. Это может объясняться тем, что влияние НЖК на развитие ССЗ не является изолированным: на эффекты НЖК могут влиять различные факторы. Например, эффекты НЖК на ХС ЛПНП крови могут быть смодулированы содержанием и доступностью ПНЖК, при этом НЖК оказывают влияние на ХС ЛПНП, если потребление ПНЖК ниже порогового значения (до 5% энергетической ценности рациона). Точно так же количество ХС в рационе влияет на эффекты НЖК таким образом, что при низком потреблении ХС НЖК меньше влияют на ХС ЛПНП по сравнению со значительными эффектами увеличения уровня ХС ЛПНП при более высоких концентрациях ХС в питании [33]. Другими факторами, связанными с уменьшением влияния НЖК на уровень ХС ЛПНП, являются увеличение ИМТ, инсулинорезистент-ность и женский пол [39]. Наследственные факторы

могут также способствовать вариабельности реакции на насыщенные жиры в рационе. Например, изоформа ароЕ4 связана с увеличением ХС ЛПНП. Более распространенная изоформа ароЕ3 прогностически благоприятнее в отношении снижения уровня ХС ЛПНП в ответ на диетотерапию [50]. Также стоит учитывать, что НЖК, входящие в состав рациона питания, отличаются по своему эффекту на уровень общего ХС и ХС ЛПВП в сыворотке крови в зависимости от количества атомов углерода. По данным проведенного в 2003 г. метаанализа 60 контролируемых исследований, лауриновая кислота (С12:0) значительно повышала уровень общего ХС, но повышение ХС было преимущественно за счет повышения ХС ЛПВП. Масла, богатые лауриновой кислотой (кокосовое и пальмоядровое), значительно уменьшали соотношение общего ХС к ХС ЛПВП. Лаури-новая кислота по своему эффекту превосходила даже ненасыщенные жирные кислоты. Миристи-новая (С14:0) и пальмитиновая (С16:0) жирные кислоты оказывали незначительный эффект на соотношение общего ХС к ХС ЛПВП. Стеариновая жирная кислота (С18:0) снижала уровень общего ХС, а также незначительно снижала соотношение общего ХС к ХС ЛПВП [45].

Мононенасыщенные жирные кислоты могут представлять ценный инструмент в модификации диетотерапии. Самой распространенной МНЖК является олеиновая жирная кислота (С18:1), в большом количестве содержащаяся в оливковом масле [9]. Как известно, оливковое масло является центральным компонентом средиземноморской диеты. По данным эпидемиологических исследований, средиземноморская диета связана со снижением факторов риска развития ИБС [12]. L. Schwingshackl в обзоре 16 мета-анализов показал, что диета, богатая МНЖК, в нескольких исследованиях увеличивала уровень ХС ЛПВП и уменьшала уровень ТГ [60]. Эффекты на уровни общего ХС и ХС ЛПНП были непоследовательными, но неблагоприятного влияния на липидный спектр крови не наблюдалось. Уровни систолического и диастоличес-кого АД были ниже во время краткосрочного и долгосрочного использования диет с высоким содержанием МНЖК по сравнению с диетами с низким содержанием МНЖК. Данные долгосрочных метаисследований показали неоднозначные результаты относительно эффектов МНЖК на риск развития ИБС. Однако в большинстве метаисследований наблюдалось снижение частоты ИБС у участников, находящихся на рационе с высоким количеством МНЖК. До сих пор нет единого мнения о необходимом количестве МНЖК в рационе, хотя об отрицательных эффектах диет с высоким количеством МНЖК в литературе нет данных. Увеличение процента

29

#

МНЖК в диете ведет к более высокому содержанию общего жира, что увеличивает общую калорийность рациона. Если при увеличении квоты жиров более 35% содержание МНЖК больше 20% от общей калорийности, неблагоприятных изменений биомаркеров, связанных с риском ССЗ, не наблюдается [60].

Полиненасыщенные жирные кислоты включают эссенциальные жирные кислоты: линолевую кислоту (ЛК, С18:2 n-6), альфа-линоленовую кислоту (АЛК, С18:3 n-3), а также длинноцепочеч-ные жирные кислоты - арахидоновую кислоту (АРК, С20:4 n-6), эйкозапентаеновую кислоту (ЭПК, С20:5 n-3) и докозагексаеновую кислоту (ДГК, С22:6 n-3). От 50 до 70% ЛК и АЛК, входящих в рацион, выполняют энергетическую функцию, подвергаясь р-окислению. Около 10% АЛК превращается в ЭПК и примерно 5% в ДГК [6, 12]. НЖК и ПНЖК являются структурными и функциональными компонентами мембран клеток. Влияя на микровязкость и проницаемость мембран, они действуют на клеточный метаболизм и трансдукцию сигнала, а также модулируют экспрессию генов, регулируя активность и/или производство различных ядерных транскрипционных факторов [41]. Увеличение потребления ПНЖК связано со снижением риска развития ИБС [6, 9, 10, 22]. Снижение риска особо значимо, когда в рационе ПНЖК заменяют НЖК [13, 17]. ПНЖК имеют различные эффекты на риск развития ИБС в зависимости от длины цепи и количества двойных связей. Самой распространенной ПНЖК является ЛК, минимальная потребность организма в ней - около 2-6 г/сут [13]. Это количество содержится в 10-15 г растительных масел, таких как подсолнечное и кукурузное, а также в 10-20 г большинства орехов [6]. По данным метаанализа, проведенного в 2014 г. M.S. Farvid и др., замена НЖК на ЛК на 5% от общей калорийности приводила к снижению на 9% риска сердечно-сосудистых событий и к снижению на 13% смертности от ИБС [32]. В метаанализе «Sydney Diet Heart Study» оценивали влияние замены НЖК на ЛК без соответствующего увеличения потребления n-3 жирных кислот. Было выявлено, что увеличение в рационе n-6 ЛК ассоциировалось с увеличением смертности от всех причин, в том числе от ССЗ и ИБС [55]. Это может быть связано с тем, что увеличивалось соотношение n-6:n-3, а с повышением данного соотношения наблюдается рост ССЗ. Оптимальное отношение в рационе n-6 к n-3, рекомендуемое для снижения риска ССЗ, должно быть от 3:1 до 5:1 [6]. Если физиологическая норма потребления ПНЖК n-6 в рационе составляет около 5-8% от суточной калорийности, то n-3 - около 1-2% [9]. На долю АЛК приходится большая часть n-3 ПНЖК в рационе. Источником АЛК являются продук-

ты растительного происхождения. Минимально необходимое ее количество (1-2 г) содержится в 3-5 г льняного масла и масла канолы, а также в 10 г грецких орехов [12]. По данным метаанализа, опубликованного в 2012 г. (A. Pan, M. Chen и др.), в обсервационных исследованиях увеличение АЛК в рационе связано с умеренным снижением риска развития ССЗ, добавление 1 г АЛК в сутки ассоциировалось со снижением на 10% риска смертности от ИБС [51]. Потенциальные пути, с помощью которых АЛК может воздействовать на факторы риска развития ИБС, на данный момент находятся в стадии изучения. Среди них наибольший интерес представляет снижение общего ХС, ХС ЛПНП и аполипопротеина В в сыворотке крови, экспериментально наблюдаемые антиаритмические свойства, благотворное влияние на тромбообразование, эндотелиальную функцию и процессы воспаления [51]. Поскольку, как правило, содержание АЛК в рационе коррелирует с общим количеством ПНЖК, эффекты АЛК на здоровье сердечно-сосудистой системы могут быть смодулированы употреблением n-6 жирных кислот, а также ЭПК и ДГК [51].

Основными источниками ЭПК и ДГК являются большинство видов рыб (сардины, сельдь, лосось, скумбрия, ставрида и т.д.) и морепродукты [6, 9]. Для снижения риска развития ССЗ содержание ЭПК+ДГК в рационе должно быть в пределах от минимального количества 250 мг до рекомендуемого 500-1000 мг в сутки, что соответствует употреблению от 1 до 4 порций жирной рыбы в неделю [9, 10]. По результатам последних обзоров можно сделать вывод, что употребление длинноцепочеч-ных n-3 ПНЖК за счет морской рыбы и биологически активных добавок (БАД) к пище уменьшает риск развития ССЗ, риск сердечно-сосудистых событий у пациентов с ССЗ и на 35% снижает смертность от ССЗ [25]. В частности ЭПК и ДГК уменьшают смертность от ИБС и частоту внезапной сердечной смерти. Некоторые механизмы могут объяснить благоприятные эффекты ЭПК и ДГК на риск развития ССЗ. В экспериментальных исследованиях высокий уровень ДГК и ЭПК изменяет вязкость клеточной мембраны и реакцию рецепторов, регулирует транскрипцию генов. ЭПК повышает синтез эйкозаноидов, тем самым улучшая реологические свойства крови и оказывая противосвертывающее, антитромбо-тическое действие [6, 12]. Кроме этого, n-3 ПНЖК опосредованно влияют на процессы воспаления и улучшают проведение сигналов в нервных клетках, препятствующих аритмии и спазму сосудов сердца [25]. ДГК в мембранах митохондрий миокарда повышает эффективность продукции и использования энергии сердцем. Также ЭПК и ДКГ снижают повышенный уровень ТГ в сыворотке крови [6, 25].

30

Н.Б. Павлюк, Х.Х. Шарафетдинов

Количество и качество углеводов в рационе

По данным ряда авторов [10, 15], количество углеводов должно составлять от 40 до 55% от общей калорийности рациона. В диетотерапии больных ИБС стандартным подходом являются рекомендации снизить количество общего жира и НЖК при увеличении количества углеводов. Однако недавние проспективные метаисследо-вания показали еще большее увеличение риска развития ИБС, когда НЖК были заменены высокорафинированными и быстроусваиваемыми углеводами [36]. При этом замена НЖК ПНЖК и сложными углеводами была связана с благоприятными изменениями в отношении факторов риска развития ИБС [45]. Эти данные увеличили внимание к роли углеводов в диетотерапии ИБС, так как диеты, богатые рафинированными углеводами, могут привести к увеличению уровня ТГ, снижению ХС ЛПВП, что повышает риск развития ИБС [9].

В некоторых исследованиях содержание углеводов в рационе, влияющих на значения гли-кемического индекса (ГИ) и гликемической нагрузки (ГН), рассматривается как один из определяющих факторов риска ИБС [19, 30]. За последние 3 десятилетия клинические испытания продемонстрировали, что снижение ГИ и ГН рациона при низком содержании НЖК может положительно влиять на факторы риска ИБС, включая избыточную массу тела, уровень АД, уровень общего ХС крови [65]. Исследования также показали ассоциацию между низким ГИ пищевых продуктов (овощи, орехи, бобовые, фрукты, цельнозерновые продукты) и снижением риска развития сахарного диабета (СД) и гипергликемии [19]. Диеты с высоким ГИ имеют тенденцию уменьшать уровень ХС ЛПВП и увеличивать содержание ТГ, что может повысить риск развития ИБС, в большей степени у женщин, чем у мужчин [30]. Систематический обзор показал, что замена рафинированных углеводов сложными углеводами с низким ГИ оказала более благоприятные воздействия на липидный спектр крови по сравнению со сложными крах-малосодержащими углеводами с высоким ГИ у пациентов с избыточной массой тела. В этом обзоре также были выявлены положительные эффекты диет с низким ГИ на факторы риска развития ИБС, такие как окислительный стресс и воспаление, у пациентов с ожирением и СД 2 типа [35]. Стратифицированный метаанализ показал, что среди страдающих ожирением пациентов масса тела может служить модификатором эффекта влияния высокой ГН рациона на увеличение риска ИБС [30]. Увеличивающийся синтез инсулина в ответ на диету с высоким ГИ может усилить инсулинорезистентность

и дислипидемию у пациентов с более высоким ИМТ, таким образом, приводя к более высокому риску развития ИБС.

Пищевые волокна в рационе

По данным ряда авторов [19], увеличение в рационе пищевых волокон (ПВ) ассоциируется с уменьшением риска развития ИБС. Источниками ПВ являются продукты растительного происхождения. Растворимые типы волокон могут оказать влияние на процессы усвоения пищевых веществ в тонкой кишке путем формирования гелей, которые уменьшают всасывание простых углеводов и НЖК, тем самым оказывая влияние на уровень глюкозы и липидный спектр крови после приема пищи. Формирование гелей также замедляет секрецию желудочного сока, увеличивает чувство насыщения и ведет к снижению массы тела. Растворимые ПВ и устойчивые молекулы крахмала дополнительно влияют на микрофлору толстой кишки, что приводит к синтезу коротко-цепочечных жирных кислот, которые опосредованно снижают уровень общего ХС. Добавление 15 г растворимых ПВ (пектина, гуаровой камеди) в ежедневный рацион на 15-21% снижает уровень общего ХС крови [9].

Метаанализ 22 проспективных исследований с 1990 по 2013 гг. показал, что количество ПВ из злаков, фруктов и овощей было обратно пропорционально связано с риском развития ИБС и ССЗ [62]. Было замечено снижение риска развития ССЗ и ИБС на 9% с каждыми дополнительными 7 г/сут ПВ в рационе. Результаты исследований совпадают с общими рекомендациями увеличить количество ПВ в рационе и свидетельствуют о значительном снижении риска с увеличением ежедневного употребления ПВ [11].

Витамины и антиоксиданты в рационе

Значение витаминов и антиоксидантов в обменных процессах не вызывает сомнений. Большинство витаминов в виде кофакторов входят в состав ферментов и участвуют в многочисленных ферментативных реакциях [1]. За последние несколько десятилетий были проведены наблюдательные эпидемиологические исследования, по результатам которых было выявлено, что употребление фруктов и овощей, богатых различными витаминами и антиоксидантами, связано со сниженным риском развития ССЗ [14]. РКИ подтвердили данные о положительном влиянии фруктов и овощей, но при этом РКИ показали неоднозначные результаты относительно приема БАД к пище, содержащих антиоксиданты

31

#

или витамины. В 2003 г. метаанализ 12 РКИ показал, что БАД к пище с витамином Е не давали преимуществ в профилактике развития сердечно-сосудистых событий [63]. Вместо этого было показано, что добавление p-каротина привело к незначительному увеличению летальности от всех причин и от сердечно-сосудистых событий в том числе. В 2006 г. G. Flores-Mateo и соавт. в метаанализе 6 исследований сделали вывод, что использование БАД к пище, содержащих селен, не снижало риск развития ИБС [34]. По данным метаанализа, проведенного в 2013 г. S.K. Myung и соавт., нет достоверных данных в поддержку использования витаминов или антиоксидантов в профилактике ССЗ [48]. Эти результаты совпадают с теми из предыдущих метаанализов, которые изучали связь между использованием витаминов группы В, витамина D, витамина Е, р-каротина, фолиевой кислоты или селена и рисками развития ССЗ в РКИ [21, 27, 28, 34, 38, 44, 48, 52, 63, 68]. Тем не менее, по данным экспериментальных исследований in vivo, витамины и/или антиоксиданты ингиби-руют развитие атеросклероза. В исследованиях in vitro витамины и антиоксиданты уменьшают перекисное окисление липидов и свободноради-кальное окисление, тем самым подавляя процессы атерогенеза [27, 31]. Данные предположения связаны с окислительной гипотезой развития атеросклероза. Несколько теорий могут объяснить несоответствие полученных результатов. Во-первых, экспериментальные исследование и лабораторные исследования in vitro не могут полноценно смоделировать биологические процессы в человеческом теле [31]. Во-вторых, благоприятные воздействия витаминов или антиок-сидантов могут быть связаны с выбором времени их назначения. Например, благоприятное воздействие витамина С выявляется на ранних стадиях атеросклероза, а как только атероскле-ротическая бляшка уже образовалась, положительный эффект снижается [16, 31]. В-третьих, у пациентов с ССЗ наблюдается дефицит витаминов А, В1, В2 в рационе, во многих исследованиях исходный уровень обеспеченности в витаминах не оценивался [4, 7]. Требуются дальнейшие РКИ для определения эффективности БАД к пище - источников витаминов и антиоксидантов - в профилактике ССЗ.

Тем не менее не вызывает сомнения необходимость устранения имеющегося дефицита витаминов у пациентов для предотвращения ухудшения их состояния [4, 6, 7]. Использование витаминных комплексов с полным набором витаминов обосновано тем, что в пищевом рационе витамины могут присутствовать в разных количествах и сочетаниях. Витамины взаимно усиливают оказываемые ими физиологические эффекты, улуч-

шение обеспеченности одним витамином может способствовать эффективному превращению другого витамина в его активную форму.

Минорные биологически активные компоненты пищи

Наряду с макронутриентами и ПВ в пище имеются другие компоненты, которые могут быть потенциально включены в этиопатогенетические механизмы ССЗ. Биологические активные вещества, содержащиеся во фруктах и овощах, а также в обогащенных ПВ диетах, защищают сосудистый эндотелий от токсичных повреждений путем регуляции сигнальных проводящих путей, включенных в воспалительные реакции и атерогенез [14, 53]. Растительные стеролы и станолы могут снижать ХС ЛПНП за счет снижения абсорбции ХС в кишечнике [12]. По результатам эпидемиологических исследований было выдвинуто предположение, что высокое потребление полифенолов из фруктов и овощей связано со снижением риска развития ССЗ, улучшает эндотелиальную функцию и снижает агрегацию тромбоцитов [53]. Однако биологические механизмы, через которые ПВ и флавоноиды влияют на сердечно-сосудистую систему, объяснены не полностью. Было продемонстрировано, что ретиноевая кислота предотвращает утолщение внутримиокардиальных и внутрипочечных артерий, а также замедляет процессы фиброзирования в миокарде [42]. Лико-пин - один из главных каротиноидов, содержащийся в богатой овощами диете. Он играет фундаментальную роль на ранних стадиях атеросклероза, и появляющиеся данные свидетельствуют о его возможной роли в первичной профилактике ССЗ [54]. Кроме того, фитоалексин ресвератрол (полифенол с фитоэстрогенными свойствами) защищает сердечно-сосудистую систему многочисленными механизмами, включая защиту против ишемичес-ко-реперфузионного повреждения, защиту и питание интактного эндотелия, торможение окисления ХС ЛПНП, супрессию агрегации тромбоцитов и эстрогеноподобное действие [67].

Таким образом, можно заключить, что диетотерапия занимает ключевое место в профилактике и комплексной терапии ИБС, что объясняется ее эффективностью и безопасностью. При этом все большее значение приобретает персонализация диетотерапии на основании понимания этиопа-тогенетических механизмов ИБС с учетом индивидуальных особенностей конкретного больного (пол, возраст, наследственность, пищевой статус, физическая активность), что влияет на снижение факторов риска развития ИБС, повышение качества жизни пациентов и увеличивает эффективность диетотерапии.

32

Н.Б. Павлюк, Х.Х. Шарафетдинов

Сведения об авторах

Павлюк Наталья Борисовна - очный аспирант 3-го года обучения кафедры диетологии и нутрициологии ГБОУ ДПО «Российская медицинская академия последипломного образования» Минздрава России (Москва)

E-mail: 17ahimsa@gmail.com

Шарафетдинов Хайдерь Хамзярович - доктор медицинских наук, профессор кафедры диетологии и нутрициологии ГБОУ ДПО «Российская медицинская академия последипломного образования» Минздрава России, заведующий отделением болезней обмена веществ ФГБНУ «НИИ питания» (Москва) E-mail: sharafandr@mail.ru

Литература

1. Батурин А.К., Сорокина Е.Ю., Погожева А.В., Тутельян В.А. Генетические подходы к персонализации питания // Вопр. питания.

2012. Т. 81, № 6. С. 4-11.

2. Богданов А.Р., Дербенева С.А., Залетова Т.С., Щербакова М.Ю. Показатели метаболизма и маркеры сердечно-сосудистого риска у больных с различной степенью ожирения // Доктор.ру.

2013. Т. 80. № 2. С. 31-38.

3. Богданов А.Р., Дербенева С.А., Строкова Т.В. и др. Изучение состояния сердечно-сосудистой системы у больных с избыточной массой тела и ожирением // Вопр. питания. 2012. Т. 81. № 1. С. 69-74.

4. Голубева А.А., Lin Y., Богданов А.Р., Исаков В.А. и др. Показатели пищевого статуса как потенциальные факторы риска развития сердечно-сосудистых заболеваний (по результатам исследования среди жителей Москвы) // Вопр. диетологии. 2013. Т. 3. № 3. С. 5-11.

5. Дербенева С.А., Богданов А.Р., Каганов Б.С., Погожева А.В. Система многоуровневой диагностики и коррекции нарушений пищевого статуса пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями // Вопр. питания. 2009. Т. 78. № 3. С. 43-52.

6. Коденцова В.М., Кочеткова А.А., Смирнова Е.А., Саркисян В.А. и др. Состав жирового компонента рациона и обеспеченность организма жирорастворимыми витаминами // Вопр. питания.

2014. Т. 83. № 6. С. 4-17.

7. Оглоблин Н.А., Вржесинская О.А., Коденцова В.М., Зубенко А.Д. и др. Обеспеченность больных, страдающих сердечно-сосудистыми заболеваниями, витаминами и минеральными веществами // Вопр. питания. 2007. Т. 76, № 1. С. 31-38.

8. Погожева А.В., Дербенева С.А. Диетотерапия сердечно-сосудистых заболеваний // Рос. мед. журн. 2009. № 5. С. 51-53.

9. Погожева А.В. Современные принципы лечебного питания при ишемической болезни сердца // Consilium Medicum. 2009. Т. 11. № 10. С. 84-93.

10. РКО/НОА/РосОКР. Диагностика и коррекция нарушений липид-ного обмена с целью профилактики и лечения атеросклероза. Российские рекомендации, V пересмотр. 2012.

11. Роль пищевых волокон в питании человека / под ред. В.А. Ту-тельяна, А.В. Погожевой, В.Г. Высоцкого. М. : Фонд «Новое тысячелетие», 2008. 325 с.

12. Симонова Г.И., Тутельян В.А., Погожева А.В. Питание и атеросклероз // Бюл. Сибир. отд-я РАМН. 2006. Т. 26. № 2. С. 80-85.

13. Справочник по диетологии / под ред. В.А. Тутельяна, М.А. Сам-сонова. М. : Медицина, 2002. 544 с.

14. Тутельян В.А., Батурин А.К., Погожева А.В. Актуальные вопросы диагностики и коррекции нарушений пищевого статуса у больных с сердечно-сосудистой патологией // Consilium Medicum. 2010. Т. 12. № 10. С. 104-109.

15. Abete I., Astrup A., Martinez J.A., Thorsdottir I., Zulet M.A. Obesity and the metabolic syndrome: role of different dietary macronutrient distribution patterns and specific nutritional components on weight loss and maintenance // Nutr. Rev. 2010. Vol. 12. P. 214-231.

16. Aguirre R., May J.M. Inflammation in the vascular bed: importance of vitamin C // Pharmacol. Ther. 2008. Vol. 119. P. 96-103.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

17. AHA/ACC. Guideline on Lifestyle Management to Reduce Cardiovascular Risk // Circulation. 2014. Vol. 129. P. S76-S99.

18. Ankarfeldt M.Z., Angquist L., Stocks T., Jakobsen M.U. et al. Body characteristics, dietary protein and body weight regulation. Reconciling conflicting results from intervention and observational studies? // PLoS One. 2014. Vol. 9, N 7. e101134.

19. Barclay A.W., Petocz P., McMillan-Price J. et al. Glycemic index, glycemic load, and chronic disease risk: a meta-analysis of observational studies // Am. J. Clin. Nutr. 2008. Vol. 87. P. 627-637.

20. Bernstein A.M., Sun Q., Hu F.B., Stampfer M.J. et al. Major dietary protein sources and risk of coronary heart disease in women // Circulation. 2010. Vol. 12. P. 876-883.

21. Clarke R., Halsey J., Lewington S., Lonn E. et al. Effects of lowering homocysteine levels with B vitamins on cardiovascular disease, cancer, and cause-specific mortality: meta-analysis of 8 randomised trials involving 37 485 individuals // Arch. Intern. Med. 2010. Vol. 170. P. 1622-1631.

22. Clarke R., Shipley M., Armitage J., Collins R. et al. Plasma phospholipid fatty acids and CHD in older men: Whitehall study of London civil servants // Br. J. Nutr. 2009. Vol. 102. P. 279-284.

23. Clifton P.M. Protein and coronary heart disease: the role of different protein sources // Curr. Atheroscler. Rep. 2011. Vol. 13, N 6. P. 493-498.

24. Cooney M.T., Dudina A., de Bacquer D., Wilhelmsen L. et al. SCORE investigators: HDL cholesterol protects against cardiovascular disease in both genders, at all ages and at all levels of risk // Atherosclerosis. 2009. Vol. 206. P. 611-616.

25. De Oliveira Otto M.C., Wu J.H., Baylin A. et al. Circulating and dietary omega-3 and omega-6 polyunsaturated fatty acids and incidence of CVD in the Multi-Ethnic Study of Atherosclerosis // J. Am. Heart Assoc. 2013. Vol. 2, N 6. e000506.

26. Deloukas P., Kanoni S., Willenborg C. et al. Large-scale association analysis identifies new risk loci for coronary artery disease // Nat. Genet. 2013. Vol. 45. P. 25-33.

27. Diaz M.N., Frei B., Vita J.A., Keaney J.F. Antioxidants and atherosclerotic heart disease // N. Engl. J. Med. 1997. Vol. 337. P. 408-416.

28. Elamin M.B., Abu Elnour N.O., Elamin K.B., Fatourechi M.M. et al. Vitamin D and cardiovascular outcomes: a systematic review and metaanalysis // J. Clin. Endocrinol. Metab. 2011. Vol. 96.P. 1931-1942.

29. European Heart Network. Physical Activity and Cardiovascular Disease Prevention in Europe. 2011.

30. Fan J., Song Y., Wang Y., Hui R. et al. Dietary glycemic index, glycemic load, and risk of coronary heart disease, stroke, and stroke mortality: a systematic review with meta-analysis // PLoS One. 2012. Vol. 7, N 12. e52182.

31. Farbstein D., Kozak-Blickstein A., Levy A.P. Antioxidant vitamins and their use in preventing cardiovascular disease // Molecules. 2010. Vol. 15. P. 8098-8110.

32. Farvid M.S., Ding M., Pan A., Sun Q. et al. Dietary linoleic acid and risk of coronary heart disease: a systematic review and meta-analysis of prospective cohort studies // Circulation. 2014. Vol. 130, N 18. P. 1568-1578.

33. Fielding C.J., Havel R.J., Todd K.M. et al. Effects of dietary cholesterol and fat saturation on plasma lipoproteins in an ethnically diverse population of healthy young men // J. Clin. Invest. 1995. Vol. 95. P. 611-618.

34. Flores-Mateo G., Navas-Acien A., Pastor-Barriuso R., Guallar E. Selenium and coronary heart disease: a meta-analysis // Am. J. Clin. Nutr. 2006. Vol. 84. P. 762-773.

33

ЛЕЧЕБНОЕ ПИТАНИЕ

35. Gastrich M., Lasser N., Wien M., Bachmann G. Dietary complex carbohydrates and low glycemic index/load decrease levels of specific metabolic syndrome/cardiovascular disease risk factors // Top. Clin. 52. Nutr. 2008. Vol. 23. P. 76-96.

36. Jakobsen M.U., O'Reilly E.J., Heitmann B.L., Pereira M.A. et al. Major types of dietary fat and risk of coronary heart disease: a pooled analysis 53. of 11 cohort studies // Am. J. Clin. Nutr. 2009. Vol. 89, N 5. P. 1425-1432.

37. Krieger J.W., Sitren H.S., Daniels M.J., Langkamp-Henken B. Effects

of variation in protein and carbohydrate intake on body mass and 54. composition during energy restriction: a meta-regression // Am. J. Clin. Nutr. 2006. Vol. 12. P. 260-274.

38. Lee M., Hong K.S., Chang S.C., Saver J.L. Efficacy of homocyste-ine-lowering therapy with folic acid in stroke prevention: a meta- 55. analysis // Stroke. 2010. Vol. 41. P. 1205-1212.

39. Lefevre M., Champagne C.M., Tulley R.T., Rood J.C. et al. Individual variability in cardiovascular disease risk factor responses to low-fat and low-saturated-fat diets in men: body mass index, adiposity, and insulin resistance predict changes in LDL cholesterol // Am. J. Clin. 56. Nutr. 2005. Vol. 82. P. 957-963.

40. Lewington S., Whitlock G., Clarke R., Sherliker P. et al. Blood cholesterol and vascular mortality by age, sex, and blood pressure: 57. A meta-analysis of individual data from 61 prospective studies with 55,000 vascular deaths // Lancet. 2007. Vol. 370. P. 1829-1839.

41. Lottenberg A.M. Importance of the dietary fat on the prevention and 58. control of metabolic disturbances and cardiovascular disease // Arq. Bras. Endocrinol. Metabol. 2009. Vol. 53, N 5. P. 595-607.

42. Lu L., Yao T., Zhu Y.Z., Huang G.Y. et al. Chronic all-trans reti- 59. noic acid treatment prevents medial thickening of intramyocardial

and intrarenal arteries in spontaneously hypertensive rats // Am. J. Physiol. Heart Circ. Physiol. 2003. Vol. 285. P. 1370-1377. 60.

43. Mecchia D., Lavezzi A.M., Mauri M., Matturri L. Feto-placental atherosclerotic lesions in intrauterine fetal demise: role of parental cigarette smoking // Open Cardiovasc. Med. J. 2009. Vol. 3. P. 51-56.

44. Mei W., Rong Y., Jinming L., Yongjun L. et al. Effect of homocysteine 61. interventions on the risk of cardiocerebrovascular events: a metaanalysis of randomised controlled trials // Int. J. Clin. Pract. 2010.

Vol. 64. P. 208-215. 62.

45. Mensink R.P., Zock P.L., Kester A.D., Katan M.B. Effects of dietary fatty acids and carbohydrates on the ratio of serum total to HDL cholesterol and on serum lipids and apolipoproteins: A meta-analysis of 63. 60 controlled trials // Am. J. Clin. Nutr. 2003. Vol. 77. P. 1146-1155.

46. Moore D.R., Robinson M.J., Fry J.L., Tang J.E. et al. Ingested protein

dose response of muscle and albumin protein synthesis after resistance 64. exercise in young men // Am. J. Clin. Nutr. 2009. Vol. 89. P. 161-168.

47. Murray C.J., Vos T., Lozano R., et al. Disability-adjusted life years (DALYs) for 291 diseases and injuries in 21 regions, 1990-2010: 65. a systematic analysis for the Global Burden of Disease Study // Lancet. 2012. Vol. 380. P. 2197-2223.

48. Myung S.K., Ju W., Cho B., Oh S.W. et al. Korean Meta-Analysis Study Group. Efficacy of vitamin and antioxidant supplements in prevention of cardiovascular disease: systematic review and meta-analysis 66. of randomised controlled trials // BMJ. 2013. Vol. 386. P. f10.

49. Ordovas J.M., Mooser V. Metagenomics: the role of the microbiome in 67. cardiovascular diseases // Curr. Opin. Lipidol. 2006. Vol. 17. P. 157-161.

50. Ordovas J.M. Nutrigenetics, plasma lipids, and cardiovascular risk //

J. Am. Diet Assoc. 2006. Vol. 106. P. 1074-1081. 68.

51. Pan A., Chen M., Chowdhury R., Wu J.H. et al. a-Linolenic acid and risk of cardiovascular disease: a systematic review and

meta-analysis // Am. J. Clin. Nutr. 2012. Vol. 96, N 6. P. 12621273.

Qin X., Huo Y., Langman C.B., Hou F. et al. Folic acid therapy and cardiovascular disease in ESRD or advanced chronic kidney disease: a meta-analysis // Clin. J. Am. Soc. Nephrol. 2011. Vol. 6. P. 482-488. Quinones M., Miguel M., Aleixandre A. Beneficial effects of polyphenols on cardiovascular disease // Pharmacol. Res. 2013. Vol. 68, N 1. P. 125-131.

Rissanen T.H., Voutilainen S., Nyyssonen K., Salonen R. et al. Serum lycopene concentrations and carotid atherosclerosis: the Kuopio ischaemic heart disease risk factor study // Am. J. Clin. Nutr. 2003. Vol. 77. P. 133-138.

Ramsden C.E., Zamora D., Leelarthaepin B., Majchrzak-Hong S.F. et al. Use of dietary linoleic acid for secondary prevention of coronary heart disease and death: evaluation of recovered data from the Sydney Diet Heart Study and updated meta-analysis // BMJ. 2013. Vol. 346. Article ID e8707.

Santesso N., Akl E.A., Bianchi M., Mente A. et al. Effects of higher -versus lower-protein diets on health outcomes: a systematic review and meta-analysis // Eur. J. Clin. Nutr. 2012. Vol. 12. P. 780-788. Sayols-Baixeras S., Lluis-Ganella C., Lucas G., Elosua R. Pathogenesis of coronary artery disease: focus on genetic risk factors and identification of genetic variants // Appl. Clin. Genet. 2014. Vol. 7. P. 15-32. Schwingshackl L., Hoffmann G. Dietary fatty acids in the secondary prevention of coronary heart disease: a systematic review, meta-anal-ysis and meta-regression // BMJ Open. 2014. Vol. 4, N 4. e004487. Schwingshackl L., Hoffmann G. Long-term effects of low-fat diets either low or high in protein on cardiovascular and metabolic risk factors: a systematic review and meta-analysis // Nutr. J. 2013. Vol. 12. P. 48. Schwingshackl L., Hoffmann G. Monounsaturated fatty acids and risk of cardiovascular disease: synopsis of the evidence available from systematic reviews and meta-analyses // Nutrients. 2012. Vol. 4, N 12. P. 1989-2007.

Siri-Tarino P.W., Sun Q., Hu F.B., Krauss R.M. Meta-analysis of prospective cohort studies evaluating the association of saturated fat with cardiovascular disease // Am. J. Clin. Nutr. 2010. Vol. 91. P. 535-546. Threapleton D.E., Greenwood D.C., Evans C.E., Cleghorn C.L. et al. Dietary fibre intake and risk of cardiovascular disease: systematic review and meta-analysis // BMJ. 2013. Vol. 347. Article ID f6879. Vivekananthan D.P., Penn M.S., Sapp S.K., Hsu A. et al. Use of anti-oxidant vitamins for the prevention of cardiovascular disease: metaanalysis of randomised trials // Lancet. 2003. Vol. 361. P. 2017-2023. Westerterp-Plantenga M.S., Nieuwenhuizen A., Tome D., Soenen S. et al. Dietary protein, weight loss, and weight maintenance // Annu. Rev. Nutr. 2009. Vol. 29. P. 21-41.

Wolever T.M., Gibbs A.L., Mehling C., Chiasson J.L. et al. The Canadian Trial of Carbohydrates in Diabetes (CCD), a 1-y controlled trial of low-glycemic-index dietary carbohydrate in type 2 diabetes: no effect on glycated hemoglobin but reduction in C-reactive protein // Am. J. Clin. Nutr. 2008. Vol. 87. P. 114-125. World Health Organization. Global atlas on cardiovascular disease prevention and control. Geneva : World Health Organization, 2011. Xu Q., Si L.Y. Resveratrol role in cardiovascular and metabolic health and potential mechanisms of action // Nutr. Res. 2012. Vol. 32, N 9. P. 648-658.

Zhou Y.H., Tang J.Y., Wu M.J., Lu J. et al. Effect of folic acid supplementation on cardiovascular outcomes: a systematic review and meta-analysis // PLoS One. 2011. Vol. 6, N 9. Article ID e25142.

References

Baturin A.K., Sorokina E.Yu., Pogozheva A.V., Tutelyan V.A. Genetic approaches to nutrition personalization. Vopr Pitan [Problems of Nutrition]. 2012; Vol. 81 (6): 4-11. (in Russian) Bogdanov A.R., Derbenyova S.A., Zalyotova T.S., Shcherbakova M.Yu. Metabolism Parameters and Markers for Cardiovascular Risk in Patients with Varying Degrees of Obesity. Doctor.ru. 2013; Vol. 80 (2): 31-8. (in Russian)

Bogdanov A.R., Derbeneva S.A., Strokova T.V. et al. Functional performance of the cardiovascular system in patients with overweight and obesity. Vopr Pitan [Problems of Nutrition]. 2012; Vol. 81 (1): 69-74. (in Russian)

Golubeva A.A., Lin Y., Bogdanov A.R., Isakov V.A. et al. The nutritional status indices as potential risk factors for development of cardiovascular diseases (according to the results of examination

34

2.

H.B. naBflroK, X.X. Wapa^eTflMHOB

among Moscow population). Voprosy dietologii [Nutrition]. 2013; Vol. 3 (3): 5-11. (in Russian)

5. Pogozheva A.V., Derbeneva S.A., Bogdanov A.R., Kaganov B.S. The system of multilevel diagnostics and corrections of infringements of the status of nutrition of the patients with cardiovascular diseases. Vopr Pitan [Problems of Nutrition]. 2009; Vol. 78 (3): 43-52. (in Russian)

6. Kodentsova V.M., Kochetkova A.A., Smirnova E.A., Sarkisyan V.A. et al. The composition of the fat component of the diet and providing the body with fat-soluble vitamins. Vopr Pitan [Problems of Nutrition]. 2014; Vol. 83 (6): 4-17. (in Russian)

7. Ogloblin N.A., Vrzhesinskaya O.A., Kodentsova V.M., Zubenko A.D. et al. Vitamin and mineral supply of patients with cardiovascular diseases. Vopr Pitan [Problems of Nutrition]. 2007; Vol. 76 (1): 31-8. (in Russian)

8. Pogozheva A.V., Derbeneva S.A. Diet therapy for cardiovascular disease. Rossiyskiy meditsinskiy zhurnal [Russian Medical Journal]. 2009; N 5: 51-3. (in Russian)

9. Pogozheva A.V. Modern principles of nutritional therapy in coronary heart disease. Consilium Medicum. 2009; Vol. 11 (10): 84-93. (in Russian)

10. RKO/NOA/RosOKR. Diagnosis and correction of lipid disorders for the prevention and treatment of atherosclerosis. Russian recommendations, V revision. 2012. (in Russian)

11. The role of dietary fiber in human nutrition / eds V.A. Tutelyan, A.V Pogozheva, V.G. Vysotsky. Moscow : Fund «New Millennium», 2008. 325 p. (in Russian)

12. Simonova G.I., Tutelyan V.A., Pogozheva A.V. Nutrition and atherosclerosis. Byulleten' Sibirskogo otdeleniya Rossiyskoy akademii meditsin-skikh nauk [Bulletin of the Siberian Branch of the Russian Academy of Medical Sciences]. 2006; Vol. 26 (2): 80-5. (in Russian)

13. Handbook of Nutrition / eds V.A. Tutelyan, M.A. Samsonov. Moscow : Medicine, 2002. 544 p. (in Russian)

14. Tutelyan V.A., Baturin A.K., Pogozheva A.V. Topical issues of diagnosis and correction of violations of the nutritional status of patients with cardiovascular disease. Consilium Medicum. 2010; Vol. 12 (10): 104-9. (in Russian)

1. Baturin A.K., Sorokina E.Yu., Pogozheva A.V., Tutelyan V.A. Genetic approaches to nutrition personalization. Vopr Pitan [Problems of Nutrition]. 2012; Vol. 81 (6): 4-11. (in Russian)

2. Bogdanov A.R., Derbenyova S.A., Zalyotova T.S., Shcherbakova M.Yu. Metabolism Parameters and Markers for Cardiovascular Risk in Patients with Varying Degrees of Obesity. Doctor.ru. 2013; Vol. 80 (2): 31-8. (in Russian)

3. Bogdanov A.R., Derbeneva S.A., Strokova T.V. et al. Functional performance of the cardiovascular system in patients with overweight and obesity. Vopr Pitan [Problems of Nutrition]. 2012; Vol. 81 (1): 69-74. (in Russian)

4. Golubeva A.A., Lin Y., Bogdanov A.R., Isakov V.A. et al. The nutritional status indices as potential risk factors for development of cardiovascular diseases (according to the results of examination among Moscow population). Voprosy dietologii [Nutrition]. 2013; Vol. 3 (3): 5-11. (in Russian)

5. Pogozheva A.V., Derbeneva S.A., Bogdanov A.R., Kaganov B.S. The system of multilevel diagnostics and corrections of infringements of the status of nutrition of the patients with cardiovascular diseases. Vopr Pitan [Problems of Nutrition]. 2009; Vol. 78 (3): 43-52. (in Russian)

6. Kodentsova V.M., Kochetkova A.A., Smirnova E.A., Sarkisyan V.A. et al. The composition of the fat component of the diet and providing the body with fat-soluble vitamins. Vopr Pitan [Problems of Nutrition]. 2014; Vol. 83 (6): 4-17. (in Russian)

7. Ogloblin N.A., Vrzhesinskaya O.A., Kodentsova V.M., Zubenko A.D. et al. Vitamin and mineral supply of patients with cardiovascular diseases. Vopr Pitan [Problems of Nutrition]. 2007; Vol. 76 (1): 31-8. (in Russian)

8. Pogozheva A.V., Derbeneva S.A. Diet therapy for cardiovascular disease. Rossiyskiy meditsinskiy zhurnal [Russian Medical Journal]. 2009; N 5: 51-3. (in Russian)

9. Pogozheva A.V. Modern principles of nutritional therapy in coronary heart disease. Consilium Medicum. 2009; Vol. 11 (10): 84-93. (in Russian)

10. RKO/NOA/RosOKR. Diagnosis and correction of lipid disorders for the prevention and treatment of atherosclerosis. Russian recommendations, V revision. 2012. (in Russian)

11. The role of dietary fiber in human nutrition / eds V.A. Tutelyan, A.V Pogozheva, V.G. Vysotsky. Moscow : Fund «New Millennium», 2008. 325 p. (in Russian)

12. Simonova G.I., Tutelyan V.A., Pogozheva A.V. Nutrition and atherosclerosis. Byulleten' Sibirskogo otdeleniya Rossiyskoy akademii meditsinskikh nauk [Bulletin of the Siberian Branch of the Russian Academy of Medical Sciences]. 2006; Vol. 26 (2): 80-5. (in Russian)

13. Handbook of Nutrition / eds V.A. Tutelyan, M.A. Samsonov. Moscow : Medicine, 2002. 544 p. (in Russian)

14. Tutelyan V.A., Baturin A.K., Pogozheva A.V. Topical issues of diagnosis and correction of violations of the nutritional status of patients with cardiovascular disease. Consilium Medicum. 2010; Vol. 12 (10): 104-9. (in Russian)

15. Abete I., Astrup A., Martinez J.A., Thorsdottir I., Zulet M.A. Obesity and the metabolic syndrome: role of different dietary macronutrient distribution patterns and specific nutritional components on weight loss and maintenance. Nutr Rev. 2010; Vol. 12: 214-31.

16. Aguirre R., May J.M. Inflammation in the vascular bed: importance of vitamin C. Pharmacol Ther. 2008; Vol. 119: 96-103.

17. AHA/ACC. Guideline on Lifestyle Management to Reduce Cardiovascular Risk. Circulation. 2014; Vol. 129: S76-99.

18. Ankarfeldt M.Z., flngquist L., Stocks T., Jakobsen M.U. et al. Body characteristics, dietary protein and body weight regulation. Reconciling conflicting results from intervention and observational studies? PLoS One. 2014; Vol. 9 (7): e101134.

19. Barclay A.W., Petocz P., McMillan-Price J. et al. Glycemic index, glycemic load, and chronic disease risk: a meta-analysis of observational studies. Am J Clin Nutr. 2008; Vol. 87: 627-37.

20. Bernstein A.M., Sun Q., Hu F.B., Stampfer M.J. et al. Major dietary protein sources and risk of coronary heart disease in women. Circulation. 2010; Vol. 12: 876-83.

21. Clarke R., Halsey J., Lewington S., Lonn E. et al. Effects of lowering homocysteine levels with B vitamins on cardiovascular disease, cancer, and cause-specific mortality: meta-analysis of 8 randomised trials involving 37 485 individuals. Arch Intern Med. 2010; Vol. 170: 1622-31.

22. Clarke R., Shipley M., Armitage J., Collins R. et al. Plasma phospho-lipid fatty acids and CHD in older men: Whitehall study of London civil servants. Br J Nutr. 2009; Vol. 102: 279-84.

23. Clifton P.M. Protein and coronary heart disease: the role of different protein sources. Curr Atheroscler Rep. 2011; Vol. 13 (6): 493-8.

24. Cooney M.T., Dudina A., de Bacquer D., Wilhelmsen L. et al. SCORE investigators: HDL cholesterol protects against cardiovascular disease in both genders, at all ages and at all levels of risk. Atherosclerosis. 2009; Vol. 206: 611-6.

25. De Oliveira Otto M.C., Wu J.H., Baylin A. et al. Circulating and dietary omega-3 and omega-6 polyunsaturated fatty acids and incidence of CVD in the Multi-Ethnic Study of Atherosclerosis. J Am Heart Assoc. 2013; Vol. 2 (6): e000506.

26. Deloukas P., Kanoni S., Willenborg C. et al. Large-scale association analysis identifies new risk loci for coronary artery disease. Nat Genet. 2013; Vol. 45: 25-33.

27. Diaz M.N., Frei B., Vita J.A., Keaney J.F. Antioxidants and atherosclerotic heart disease. N Engl J Med. 1997; Vol. 337: 408-16.

28. Elamin M.B., Abu Elnour N.O., Elamin K.B., Fatourechi M.M. et al. Vitamin D and cardiovascular outcomes: a systematic review and meta-analysis. J Clin Endocrinol Metab. 2011; Vol. 96: 1931-42.

29. European Heart Network. Physical Activity and Cardiovascular Disease Prevention in Europe. 2011.

30. Fan J., Song Y., Wang Y., Hui R. et al. Dietary glycemic index, gly-cemic load, and risk of coronary heart disease, stroke, and stroke mortality: a systematic review with meta-analysis. PLoS One. 2012; Vol. 7 (12): e52182.

31. Farbstein D., Kozak-Blickstein A., Levy A.P. Antioxidant vitamins and their use in preventing cardiovascular disease. Molecules. 2010; Vol. 15: 8098-110.

35

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

ЛЕЧЕБНОЕ ПИТАНИЕ

#

32. Farvid M.S., Ding M., Pan A., Sun Q. et al. Dietary linoleic acid and risk of coronary heart disease: a systematic review and meta-analy-sis of prospective cohort studies. Circulation. 2014; Vol. 130 (18): 1568-78.

33. Fielding C.J., Havel R.J., Todd K.M. et al. Effects of dietary cholesterol and fat saturation on plasma lipoproteins in an ethnically diverse population of healthy young men. J Clin Invest. 1995; Vol. 95: 611-8.

34. Flores-Mateo G., Navas-Acien A., Pastor-Barriuso R., Guallar E. Selenium and coronary heart disease: a meta-analysis. Am J Clin Nutr. 2006; Vol. 84: 762-73.

35. Gastrich M., Lasser N., Wien M., Bachmann G. Dietary complex carbohydrates and low glycemic index/load decrease levels of specific metabolic syndrome/cardiovascular disease risk factors. Top Clin Nutr. 2008; Vol. 23: 76-96.

36. Jakobsen M.U., O'Reilly E.J., Heitmann B.L., Pereira M.A. et al. Major types of dietary fat and risk of coronary heart disease: a pooled analysis of 11 cohort studies. Am J Clin Nutr. 2009; Vol. 89 (5): 1425-32.

37. Krieger J.W., Sitren H.S., Daniels M.J., Langkamp-Henken B. Effects of variation in protein and carbohydrate intake on body mass and composition during energy restriction: a meta-regression. Am J Clin Nutr. 2006; Vol. 12: 260-74.

38. Lee M., Hong K.S., Chang S.C., Saver J.L. Efficacy of homocysteine-lowering therapy with folic acid in stroke prevention: a meta-analy-sis. Stroke. 2010; Vol. 41: 1205-12.

39. Lefevre M., Champagne C.M., Tulley R.T., Rood J.C. et al. Individual variability in cardiovascular disease risk factor responses to low-fat and low-saturated-fat diets in men: body mass index, adiposity, and insulin resistance predict changes in LDL cholesterol. Am J Clin Nutr. 2005; Vol. 82: 957-63.

40. Lewington S., Whitlock G., Clarke R., Sherliker P. et al. Blood cholesterol and vascular mortality by age, sex, and blood pressure: A meta-analysis of individual data from 61 prospective studies with 55,000 vascular deaths. Lancet. 2007; Vol. 370: 1829-39.

41. Lottenberg A.M. Importance of the dietary fat on the prevention and control of metabolic disturbances and cardiovascular disease. Arq Bras Endocrinol Metabol. 2009; Vol. 53 (5): 595-607.

42. Lu L., Yao T., Zhu Y.Z., Huang G.Y. et al. Chronic all-trans retinoic acid treatment prevents medial thickening of intramyocardial and intrarenal arteries in spontaneously hypertensive rats. Am J Physiol Heart Circ Physiol. 2003; Vol. 285: 1370-7.

43. Mecchia D., Lavezzi A.M., Mauri M., Matturri L. Feto-placental atherosclerotic lesions in intrauterine fetal demise: role of parental cigarette smoking. Open Cardiovasc Med J. 2009; Vol. 3: 51-6.

44. Mei W., Rong Y., Jinming L., Yongjun L. et al. Effect of homocysteine interventions on the risk of cardiocerebrovascular events: a meta-analysis of randomised controlled trials. Int J Clin Pract. 2010; Vol. 64: 208-15.

45. Mensink R.P., Zock P.L., Kester A.D., Katan M.B. Effects of dietary fatty acids and carbohydrates on the ratio of serum total to HDL cholesterol and on serum lipids and apolipoproteins: A meta-analysis of 60 controlled trials. Am J Clin Nutr. 2003; Vol. 77: 1146-55.

46. Moore D.R., Robinson M.J., Fry J.L., Tang J.E. et al. Ingested protein dose response of muscle and albumin protein synthesis after resistance exercise in young men. Am J Clin Nutr. 2009; Vol. 89: 161-8.

47. Murray C.J., Vos T., Lozano R., et al. Disability-adjusted life years (DALYs) for 291 diseases and injuries in 21 regions, 1990-2010: a systematic analysis for the Global Burden of Disease Study. Lancet. 2012; Vol. 380: 2197-223.

48. Myung S.K., Ju W., Cho B., Oh S.W. et al. Korean Meta-Analysis Study Group. Efficacy of vitamin and antioxidant supplements in prevention of cardiovascular disease: systematic review and meta-analysis of randomised controlled trials. BMJ. 2013; Vol. 386: f10.

49. Ordovas J.M., Mooser V. Metagenomics: the role of the microbi-ome in cardiovascular diseases. Curr Opin Lipidol. 2006; Vol. 17: 157-61.

50. Ordovas J.M. Nutrigenetics, plasma lipids, and cardiovascular risk. J Am Diet Assoc. 2006; Vol. 106: 1074-81.

51. Pan A., Chen M., Chowdhury R., Wu J.H. et al. a-Linolenic acid and risk of cardiovascular disease: a systematic review and meta-analy-sis. Am J Clin Nutr. 2012; Vol. 96 (6): 1262-73.

52. Qin X., Huo Y., Langman C.B., Hou F. et al. Folic acid therapy and cardiovascular disease in ESRD or advanced chronic kidney disease: a meta-analysis. Clin J Am Soc Nephrol. 2011; Vol. 6: 482-8.

53. Quicones M., Miguel M., Aleixandre A. Beneficial effects of polyphenols on cardiovascular disease. Pharmacol Res. 2013; Vol. 68 (1): 125-31.

54. Rissanen T.H., Voutilainen S., Nyyssonen K., Salonen R. et al. Serum lycopene concentrations and carotid atherosclerosis: the Kuopio ischaemic heart disease risk factor study. Am J Clin Nutr. 2003; Vol. 77: 133-8.

55. Ramsden C.E., Zamora D., Leelarthaepin B., Majchrzak-Hong S.F. et al. Use of dietary linoleic acid for secondary prevention of coronary heart disease and death: evaluation of recovered data from the Sydney Diet Heart Study and updated meta-analysis. BMJ. 2013; Vol. 346: e8707.

56. Santesso N., Akl E.A., Bianchi M., Mente A. et al. Effects of higher -versus lower-protein diets on health outcomes: a systematic review and meta-analysis. Eur J Clin Nutr. 2012; Vol. 12: 780-8.

57. Sayols-Baixeras S., LluHs-Ganella C., Lucas G., Elosua R. Pathogenesis of coronary artery disease: focus on genetic risk factors and identification of genetic variants. Appl Clin Genet. 2014; Vol. 7: 15-32.

58. Schwingshackl L., Hoffmann G. Dietary fatty acids in the secondary prevention of coronary heart disease: a systematic review, meta-analysis and meta-regression. BMJ Open. 2014; Vol. 4 (4): e004487.

59. Schwingshackl L., Hoffmann G. Long-term effects of low-fat diets either low or high in protein on cardiovascular and metabolic risk factors: a systematic review and meta-analysis. Nutr J. 2013; Vol. 12: 48.

60. Schwingshackl L., Hoffmann G. Monounsaturated fatty acids and risk of cardiovascular disease: synopsis of the evidence available from systematic reviews and meta-analyses. Nutrients. 2012; Vol. 4 (12): 1989-2007.

61. Siri-Tarino P.W., Sun Q., Hu F.B., Krauss R.M. Meta-analysis of prospective cohort studies evaluating the association of saturated fat with cardiovascular disease. Am J Clin Nutr. 2010; Vol. 91: 535-46.

62. Threapleton D.E., Greenwood D.C., Evans C.E., Cleghorn C.L. et al. Dietary fibre intake and risk of cardiovascular disease: systematic review and meta-analysis. BMJ. 2013: Vol. 347: f6879.

63. Vivekananthan D.P., Penn M.S., Sapp S.K., Hsu A. et al. Use of antioxidant vitamins for the prevention of cardiovascular disease: metaanalysis of randomised trials. Lancet. 2003. Vol. 361: 2017-23.

64. Westerterp-Plantenga M.S., Nieuwenhuizen A., Tome D., Soenen S. et al. Dietary protein, weight loss, and weight maintenance. Annu Rev Nutr. 2009; Vol. 29: 21-41.

65. Wolever T.M., Gibbs A.L., Mehling C., Chiasson J.L. et al. The Canadian Trial of Carbohydrates in Diabetes (CCD), a 1-y controlled trial of low-glycemic-index dietary carbohydrate in type 2 diabetes: no effect on glycated hemoglobin but reduction in C-reactive protein. Am J Clin Nutr. 2008; Vol. 87: 114-25.

66. World Health Organization. Global atlas on cardiovascular disease prevention and control. Geneva : World Health Organization, 2011.

67. Xu Q., Si L.Y. Resveratrol role in cardiovascular and metabolic health and potential mechanisms of action. Nutr Res. 2012; Vol. 32 (9): 648-58.

68. Zhou Y.H., Tang J.Y., Wu M.J., Lu J. et al. Effect of folic acid supplementation on cardiovascular outcomes: a systematic review and meta-analysis. PLoS One. 2011; Vol. 6 (9): e25142.

36

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.