УДК 347.463 ББК 67.304
ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРОСРОЧКУ ИСПОЛНЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ ПО АВТОМОБИЛЬНОЙ ПЕРЕВОЗКЕ ГРУЗА
АЛЕКСАНДР ВИКТОРОВИЧ ВОЙТЮЛЬ,
преподаватель кафедры гражданского и трудового права Академии МВД Республики Беларусь, адъюнкт научно-педагогического факультета Академии МВД Республики Беларусь
E-mail: a.voitul@tut.by
Научная специальность 12.00.03 — гражданское право; предпринимательское право; семейное право;
международное частное право Научный руководитель: Полещук Л.А., кандидат юридических наук, доцент
Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН
Аннотация. Исследуются особенности гражданско-правовой ответственности за просрочку исполнения обязательств по автомобильной перевозке груза. Акцентировано внимание на неустойке как наиболее распространенной форме данной ответственности. На основе анализа положений законодательства Республики Беларусь, Российской Федерации и других государств, норм международного частного права, различных подходов ученых-правоведов и судебной практики автором вносятся предложения по совершенствованию правового регулирования рассматриваемых общественных отношений.
Ключевые слова: автомобильный транспорт, договор перевозки груза, обязательства, просрочка, гражданско-правовая ответственность.
Annotation. We investigate the features of the civil liability for a delay in performance of obligations under the carriage of cargo. The attention is focused on the penalty as a form of this liability. Based on an analysis of legislation of the Republic of Belarus, the Russian Federation, the rules of private international law, different approaches jurists and jurisprudence The author makes suggestions for improving the legal regulation of social relations.
Keywords: road transport, contract of carriage, obligations, delay, civil liability.
Нарушение обязательств по автомобильной перевозке груза может выражаться не только в неисполнении данных обязательств (срыв перевозки, утрата груза), но и в ненадлежащем их исполнении. Наиболее распространенным случаем ненадлежащего исполнения рассматриваемых обязательств является несоблюдение сроков в процессе перевозки как со стороны перевозчика (просрочка в подаче транспортного средства в пункт погрузки, просрочка в доставке груза), так и со стороны заказчика автомобильной перевозки (простои транспортного средства). Нарушение установленных сроков, как правило, влечет применение довольно жестких санкций в отношении неисправной стороны. Связано это с тем, что в современных усло-
виях существенное значение имеет не только сам факт состоявшейся перевозки, но и время, затраченное на ее осуществление. Следует согласиться с М.И. Савченко, по мнению которого одно из ключевых требований, предъявляемых к автомобильному транспорту, заключается в «высокой скорости доставки продукции из пунктов производства в пункты потребления в строго обусловленные сро-ки»1. Причем заинтересованность в соблюдении названных требований носит обоюдный характер. Не только грузовладелец нуждается в скорейшей доставке груза в пункт назначения, но и перевозчик стремится выполнить заказ в кратчайшие сроки, чтобы приступить к выполнению следующего заказа, повышая тем самым рентабельность своей
деятельности. Как отмечает В.А. Егиазаров, «от количества времени, затраченного на транспортировку груза, зависят эффективность работы транспорта, ускорение оборачиваемости транспортных средств»2.
Ответственность за нарушение сроков исполнения обязательств по автомобильной перевозке груза, повлекшее срыв перевозки или ненадлежащее ее исполнение, как правило, устанавливается в форме неустойки, что не случайно. Хотя утрата груза также может рассматриваться в качестве последствия нарушения предельных сроков доставки, однако в данном случае убытки грузовладельца выражены в утрате имущества, т.е. реальном ущербе (п. 2 ст. 14 Гражданского кодекса Республики Беларусь от 7 декабря 1998 г. № 218-З, далее — ГК Республики Беларусь). Поэтому и ответственность за утрату груза наступает в форме возмещения убытков, при определении размера которых за основу принимается стоимость утраченного груза. Однако, при нарушении сроков исполнения обязательства, влекущем срыв перевозки или ненадлежащее ее исполнение, негативные последствия для сторон в большинстве своем выражены в потере времени, что затрудняет процесс определения размера понесенных убытков. В результате становятся востребованными такие характерные черты неустойки, как «предопределенность размера ответственности за нарушение обязательства...», «возможность взыскания неустойки за сам факт нарушения обязательства.», «возможность для сторон по своему усмотрению формулировать условие договора о неустойке.»3. К тому же следует учитывать то обстоятельство, что неустойка носит «двойственный характер», выступая одновременно способом обеспечения исполнения обязательств и формой ответственности за их на-рушение4.
В юридической литературе традиционно отмечается ключевое значение неустойки для случаев просрочки исполнения обязательств5. Даже формулируя дефиницию неустойки, законодатель подчеркнул, что она применяется «в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения» (п. 1 ст. 311 ГК Республики Беларусь). Не являются исключением и обязательства по автомобильной перевозке груза, при просрочке исполнения которых
также довольно широко применяется взыскание неустойки.
В отличие от ответственности в форме возмещения убытков, которая является универсальной, обязанность уплатить неустойку возникает «только в случаях, предусмотренных законодательством или договором»6. Тот факт, что неустойка подлежит взысканию при условии, если она установлена законом или договором, подчеркивался еще в дореволюционной цивилистике7. Однако, до сегодняшнего дня не решен вопрос эффективного соотношения договорной и законной (нормативной) неустойки для отдельных видов гражданско-правовых обязательств. Указанное замечание самым непосредственным образом относится, в том числе, и к обязательствам по автомобильной перевозке груза. Например, в Российской Федерации и Республике Казахстан в области регулирования автомобильных перевозок грузов применяется широкий перечень законных неустоек для случаев нарушения перевозчиком и грузоотправителем (грузополучателем) установленных сроков (ст. 34, 35 Федерального закона от 8 ноября 2007 г. № 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта»; гл. 6 Закона Республики Казахстан от 4 июля 2003 г. № 476-11 «Об автомобильном транспорте»). Законодательство же Республики Беларусь пошло несколько по иному пути. Так, п. 366 Правил автомобильных перевозок грузов, утвержденных постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 30 июня 2008 г. № 970 (далее — Правила) гласит, что штраф за несвоевременную подачу транспортного средства определяется условиями соответствующего договора. Размер неустойки за просрочку в доставке груза автомобильным перевозчиком в законодательстве Республики Беларусь также не определен. Отсюда следует вывод, что в области автомобильных перевозок грузов и применительно к ответственности перевозчика отечественный законодатель отдает предпочтение договорной неустойке. На наш взгляд, подобная позиция является обоснованной по ряду причин:
V- во-первых, как подчеркивается в специальных исследованиях рассматриваемого гражданско-правового института, законная неустойка является «механизмом, который не способен учиты-
вать все особенности каждого конкретного правоотношения и в силу этого зачастую не может быть адекватным средством защиты прав кредитора»8. Действительно, соблюдение сроков автомобильной перевозки напрямую зависит от характеристик используемого транспортного средства, условий перевозки и многочисленных внешних факторов, которые, как правило, имеют существенные различия, поэтому закрепление для данных правоотношений законной «усредненной» неустойки представляется нецелесообразным. Как противоположный пример можно привести железнодорожные перевозки грузов, в которых единым перевозчиком на территории Республики Беларусь выступает Белорусская железная дорога, и которые не столь сильно подвержены внешнему воздействию. В связи с этим в п. 118 Устава железнодорожного транспорта общего пользования, утвержденного постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 2 августа 1999 г. № 1196, закреплена законная неустойка за просрочку в доставке груза в размере «6 процентов провозной платы за каждые сутки просрочки»; ф во-вторых, при осуществлении международной автомобильной перевозки груза стороны несут ответственность в соответствии с положениями Конвенции о договоре международной дорожной перевозки грузов (КДПГ) 1956 г., которая не устанавливает конкретных размеров неустойки за просрочку. В таком случае закрепление в национальном законодательстве широкого перечня законных неустоек только увеличит количество расхождений в правовом регулировании внутриреспубликанских и международных автомобильных перевозок грузов.
Сторонники расширения сферы применения законной неустойки в области автомобильных перевозок возразят, что ее отсутствие может привести к различного рода злоупотреблениям со стороны участников договорных отношений: возможности избежать ответственности за просрочку в случае отсутствия соглашения о неустойке или, наоборот, закреплении договорной неустойки в чрезмерно крупном размере. Например, В.В. Витрянский, комментируя положения Устава автомобильного
транспорта РСФСР, утвержденного постановлением Совета Министров РСФСР от 8 января 1969 г. № 12, выдвинул тезис, что «в современных условиях отсутствие в законодательстве мер ответственности автоперевозчика за просрочку доставки грузов при городских и пригородных перевозках представляется недоразумением»9. Мы, однако, не разделяем столь категоричных выводов о бесспорной необходимости применения законной (нормативной) неустойки в обязательствах по автомобильной перевозке груза. В данном случае представляется целесообразным прислушаться к мнению, высказанному Д.А. Гришиным, о том, что законная неустойка «должна иметь место там, где оправдана значением отношений для имущественного оборота в целом и тяжестью последствий возможного нарушения». В качестве примера автор называет отношения по удовлетворению государственных нужд, передаче энергии, перевозке опасных веществ (отходов), обслуживанию населения, т.е. отношения, «которые отличались бы важностью для нормального функционирования как отдельных отраслей хозяйства, так и общества в целом»10. Следует согласиться с тем, что в абсолютном своем большинстве отношения по автомобильной перевозке груза не могут быть отнесены к перечисленным группам. Нарушение автомобильным перевозчиком установленных сроков в большей степени отражается не на общественных интересах, а лишь на коммерческих интересах сторон. В таком случае вполне логичным выглядит передача вопроса о закреплении неустойки и ее размере на усмотрение сторон договорных отношений.
Что касается возможной «чрезмерности» договорной неустойки, то в данной ситуации на выручку приходит механизм, закрепленный в ст. 314 ГК Республики Беларусь, в соответствии с которой, «если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку». Как показывает анализ судебной практики, суды применяют указанную норму, уменьшая в отдельных случаях размер договорной неустойки за просрочку в доставке груза автомобильным транспортом в два и более раза11.
Таким образом, выбор законодателя в пользу договорной неустойки в отношении обязательств
по автомобильной перевозке груза представляется полностью оправданным.
В тоже время, по нашему мнению, требуют уточнения отдельные нормы о неустойке за простой транспортного средства. Так, в п. 374 Правил указано, что за простои транспортного средства грузоотправитель (грузополучатель) «должен выплатить автомобильному перевозчику неустойку исходя из повременного тарифа, если иное не предусмотрено в соответствующем договоре». В данном случае диспозитивной нормой установлена законная неустойка, а именно, закреплена обязанность грузоотправителя (грузополучателя) заплатить неустойку, если иное не определено соглашением сторон. Тем не менее, возможность реализации данной нормы на практике весьма затруднительна. Проблема в том, что определить размер неустойки исходя из повременного тарифа возможно лишь в том случае, если работа транспортных средств оплачивается согласно повременному тарифу, как, например, в случаях, указанных в п. 367 Правил. Однако, услуги по перевозке груза автомобильным транспортом зачастую оплачиваются по факту их осуществления. В этом случае требования п. 374 Правил становятся невыполнимыми, так как при таком порядке оплаты перевозки определить размер законной неустойки за простой транспортного средства не представляется возможным.
Таким образом, если установлено, что грузоотправитель (грузополучатель) должен заплатить неустойку, то следовало бы закрепить и размер такой неустойки или механизм его определения. Ведь, как подчеркивается в специальных исследованиях института неустойки, одним из признаков за" " 12 конной неустойки является ее «определенность»12.
Как исключение, в советский период в отношениях между социалистическими организациями выделялась так называемая «обязательная договорная неустойка», т.е. законодательство устанавливало обязательность включения в договор условия о неустойке (иначе договор признавался «порочным»), а ее размер определялся сторонами13. Однако, при таком подходе соглашение о неустойке рассматривается в качестве существенного усло-
вия договора автомобильной перевозки груза, что на сегодняшний день не соответствует действительности. Представляется, что для разрешения данного противоречия следует внести изменения в п. 374 Правил, изложив его в следующей редакции: «За простои грузового транспортного средства на погрузке или разгрузке сверх установленных в соответствующем договоре норм времени, а также за простои в месте стоянки или пути следования, возникшие по вине грузоотправителя (грузополучателя), он выплачивает автомобильному перевозчику неустойку согласно условиям соответствующего договора. За простои грузового транспортного средства, работа которого оплачивается по повременному тарифу, грузоотправитель (грузополучатель) должен выплатить автомобильному перевозчику неустойку исходя из повременного тарифа, если иное не предусмотрено в соответствующем договоре».
1 Савченко М.И. Международное транспортное право / М.И. Савченко. Минск: Право и экономика, 2011. С. 28.
2 Егиазаров В.А. Транспортное право / В.А. Егиазаров. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юстицинформ, 2004. С. 121.
3 Брагинский, М.И. Договорное право / М.И. Брагинский,
B.В. Витрянский. М.: Статут, 1998. С. 387.
4 Вятчин В.А. Значение неустойки в современном гражданском обороте / В.А. Вятчин. М.: Юрлитинформ, 2012. С. 113; Карапетов А.Г. Неустойка как средство защиты прав кредитора в российском и зарубежном праве / А.Г. Карапетов. М.: Статут, 2005. С. 61.
5 Мейер Д.И. Русское гражданское право / Д.И. Мейер. М.: Статут, 2003. С. 530; Иоффе О.С. Обязательственное право / О.С. Иоффе. М.: Юридическая литература, 1975.
C. 158.
6 Гражданское право: учебник: в 3 т. / Т.В. Авдеева [и др.]; под ред. В.Ф. Чигира. Минск: Амалфея, 2010. Т. 2. С. 183.
7 Шершеневич, Г.Ф. Учебник гражданского права / вступ. ст. Е.А. Суханова. М.: Фирма «СПАРК», 1995. С. 294.
8 Гришин Д.А. Неустойка: теория, практика, законодательство / Д.А. Гришин. М.: Статут, 2005. С. 34.
9 Витрянский, В.В. Договор перевозки / В.В. Витрянский. М.: Статут, 2001. С. 457.
10 Гришин Д.А. Указ. Соч. С. 36—37.
11 Архив хозяйственного суда г. Минска за 2013 г. Дело № 1318/2013; Архив хозяйственного суда г. Минска за 2013 г. Дело № 52-18/2013.
12 Гришин Д.А. Указ. Соч. С. 34.
13 Новицкий И.Б. Общее учение об обязательстве / И.Б. Новицкий, Л.А. Лунц. М.: Гос. изд. юрид. лит., 1950. С. 235.