Научная статья на тему 'Об истоках ваххабизма и его роли в исламистском террористическом движении'

Об истоках ваххабизма и его роли в исламистском террористическом движении Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
429
97
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ВАХХАБИТСКИЙ ИСЛАМ / WAHHABI ISLAM / ГЛОБАЛИЗАЦИЯ / GLOBALIZATION / ДЕОБАНДИ / DEOBANDI / ИСЛАМИЗМ / ISLAMISM / МЕЖДУНАРОДНЫЙ ТЕРРОРИЗМ / INTERNATIONAL TERRORISM / ТАЛИБАН / TALIBAN

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Сулимов С.И., Черниговских И.В.

Данная работа посвящена анализу факторов возникновения ваххабитского направления в исламе и его широкого распространения во второй половине ХХ в. Авторы прослеживают связь ваххабизма с панисламистским движением (в частности, с «Братьями-мусульманами») и экстремистскими мусульманскими организациями местного значения (например, афганской группировкой «Талибан»).

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

ON THE ORIGINS OF WAHHABISM AND ITS ROLE IN THE ISLAMIST TERRORIST MOVEMENT

Annonation. This work is devoted to the analysis of the factors in the emergence of the Wahhabi branch of Islam and its wide distribution in the second half of the twentieth century, the author traces the relationship of Wahhabism with the pan-Islamic movement (in particular, with the "Muslim brotherhood") and extremist Muslim organizations of local importance (for example, Afghan grouping "the Taliban").

Текст научной работы на тему «Об истоках ваххабизма и его роли в исламистском террористическом движении»

УДК 316.37

С. И. Сулимов, И. В. Черниговских

(к.филос.наук, доцент; к.филос.наук, доцент) Воронежский государственный университет инженерных технологий

(г. Воронеж, Россия) sta-sulimov@ya.ru; igrchernigovskix@rambler.ru

ОБ ИСТОКАХ ВАХХАБИЗМА И ЕГО РОЛИ В ИСЛАМИСТСКОМ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОМ ДВИЖЕНИИ

Аннотация. Данная работа посвящена анализу факторов возникновения ваххабитского направления в исламе и его широкого распространения во второй половине ХХ в. Авторы прослеживают связь ваххабизма с панисламистским движением (в частности, с «Братьями-мусульманами») и экстремистскими мусульманскими организациями местного значения (например, афганской группировкой «Талибан»).

Ключевые слова: ваххабитский ислам, глобализация, деобанди, исламизм, международный терроризм, Талибан.

В наши дни, говоря о международном терроризме, многие отечественные (А. Брасс) и зарубежные (Р. Мейер) авторы a priori упоминают ваххабитское течение ислама, как будто каждый его адепт обязательно связан с той или иной террористической организацией. Некоторые зарубежные исследователи (П. Дж. Бьюкенен) приравнивают международную террористическую группировку «Аль-Каида» к афганскому религиозно-политическому движению «Талибан», что совсем неправомерно. Для неискушенного наблюдателя вырисовывается странная и страшная картина: могущественная мусульманская секта объединяет исламский мир под своим знаменем, превращая каждого верующего мусульманина в фанатичного террориста. Такой взгляд далёк от реальности. Кроме того, от него ускользают те реальные угрозы, которые ваххабитское движение всё-таки несёт мировому сообществу. В данной работе мы познакомим читателя с краткой историей и доктриной ваххабитского ислама и покажем его реальный военный и политический потенциал, а также проследим связи ваххабитских организаций с другими движениями исламского экстремизма.

Вопреки расхожему, ни на чём не основанному мнению, ваххабитское движение возникло не в ХХ в. под опекой американских и европейских спецслужб, а в далёком XVIII в., на Аравийском полуострове, вдали от каких-либо политических центров. Следует отметить, что ислам очень тесно связан с политикой и всегда активно взаимодействует с государственными структурами. В описываемый период оба самых многочисленных направлений ислама, суннизм и шиизм, оказались очень тесно интегрированы в две империи: Османскую Турцию и Сефевидскую Персию. Шиитский ислам, отличительной чертой которого является мессианство, почти никогда не ориентирует своих адептов на политические перемены, полагая, что посланник Аллаха установит в мире надлежащий порядок, но в своё время. Сунниты до начала ХХ в. были покорны халифу - духовному наследнику пророка Мухаммеда, которым с XVI в. считался османский султан. И этот монарх почти всегда предпочитал держать ислам в стороне от реальной политики, управляя государством в соответствии с вполне мирскими принципами. Для поддержания же баланса между светской и духовной властями султан опирался на богословов-

правоведов, основной задачей которых было сохранять исламское вероучение от расколов и при этом урезонивать слишком ретивых поборников реализации шариата в государственном устройстве. Вот как характеризует консерватизм суннитского ислама той эпохи англо-пакистанский исследователь А. Тарик: «Терпимость, проявляемая по отношению к иудеям и протестантам, почти никогда не распространялась на еретиков внутри самого ислама. Муллы исламской империи заботились о том, чтобы расправа в таких случаях была скорой и жестокой. «Помни Мартина Лютера», - предостерегал кади султана. Реформацию можно было поддерживать, потому что она вела к раздорам внутри христианства, однако сама мысль о «мусульманском Лютере» была неприемлема» [1, с. 87].

Фактически не влияющий на политику персидской и турецкой империй ислам, тем не менее, пронизывал все сферы жизни восточного простонародья, порой принимая причудливые формы, далёкие от Корана. Например, уважаемые в народе бродячие монахи, суфии, проповедовали экстатическое богообщение, играли на музыкальных инструментах и употребляли алкоголь, однако это никак не умаляло их авторитета. Среди бедуинских племён процветал фетишизм, лишь немного согласованный с исламским вероучением. Дело в том, что кроме Корана и Сунны в исламе есть очень важный компонент, именуемый «бида», то есть «новшество». Это созвучное духу времени нововведение, никак не указанное в Коране, но благословленное рядом авторитетных богословов. Советский историк А. М. Васильев указывает, что одним из очень важных «новшеств» ортодоксального ислама является почитание святых: «Одним из «новшеств», вошедших в ислам, был культ святых. (...) Культ святых в исламе в основном местного, доисламского происхождения; но прежних божков или христианских святых заменили исламские проповедники, сподвижники пророка, выдающиеся теологи» [2; с. 92]. И, разумеется, среди образованных суннитов часто встречались и такие, которые полагали, что ислам в своём наличном виде подвергается эрозии и нуждается в эффективном очищении от злободневных «новшеств».

В первой половине XVIII в. аравийский теолог Мухаммед ибн Абд аль-Ваххаб, опираясь на труды известного средневекового автора Таки ад-Дина ибн Таймийи (XIV в.), призвал арабов вернуться к «традиционному» исламу времён пророка Мухаммеда и его первых четырёх наследников. В принципе, и до него, и после таких архаически настроенных мыслителей на Востоке встречалось немало. Но аль-Ваххаб сумел получить поддержку влиятельных бедуинских шейхов Османа ибн Муаммара и Мухаммеда ибн Сауда. Эти вожди согласились поддержать реформатора вооруженной рукой, если он укажет им, с кем же надлежит сражаться. Не стоит обманываться насчёт их готовности воевать: дело здесь заключалось вовсе не в религиозном фанатизме, а в обыкновенной корысти, ведь набеги и грабежи испокон веку были основным промыслом бедуинских племён. И поэтому Мухаммед аль-Ваххаб (сам, кстати, не бедуин, а судейский сын с блестящим образованием) был вынужден приурочить своё учение к политическим и экономическим запросам бедуинских племён и кланов. Получилась следующая доктрина:

1. Единобожие. Ваххабиты не признают пророка Мухаммеда избранником Аллаха и даже не упоминают его имени в молитвах. Для них Мухаммед - ничем не примечательный человек, в какой-то момент времени понадобившийся Аллаху для решения конкретной задачи.

2. Отрицание любых «новшеств», касавшееся не только религиозных, но и технических нововведений.

3. Панарабское братство. Ваххабиты настаивают на принципе «арабы равны арабам», отрицая тем самым привилегии любой социальной группы. По этой же причине они до сих пор всячески отвергают культ святых: ни один человек не ближе к Аллаху, чем любой другой.

4. «Очищение» ислама, выражавшееся в приравнивании всех ортодоксальных мусульман к «язычникам» и «идолопоклонникам», а суннитского мира к доисламскому миру.

5. «Священная война». «Ваххабиты всех современных им мусульман, которые не разделяли их учения, считали гораздо худшими «многобожниками», чем людей джахилийи, доисламской Аравии. Это было отправным пунктом крайнего фанатизма и оправдывало всяческую жестокость по отношению к «многобожникам»» [2; с. 109].

Сначала мекканские муллы подшучивали, что аль-Ваххаб ввёл в исламское вероучение новый догмат: кто не согласен с ним, тот не мусульманин. Но вскоре стало не до смеха: отряды бедуинов, подстрекаемые самозваным ревнителем веры и его авторитетными друзьями, стали нападать сначала на паломников, совершающих хадж, а потом и на всех окрестных мусульман. Возможно, аль-Ваххаб сравнивал себя с пророком Мухаммедом, потому что верные ему бедуины захватили Мекку и подвергли её «очищению». В ходе этого акта были уничтожены могилы жены пророка Хадиджи и его дочери Фатимы. Имущество суннитов-ортодоксов беззастенчиво разграблялось, и многие из них были убиты за отказ признать аль-Ваххаба новым пророком. Так возник эмират Дерийя, настоящее ваххабитское государство, управлявшееся династией Саудитов и жившее за счёт набегов на земли «идолопоклонников», к которым ваххабиты относили не только суннитов, но и шиитов. В частности, отряды «ревнителей веры» захватили и разграбили священный для шиитов город Кербелу. В границах эмирата же действовали строгие правила, соединившие требования уголовного законодательства с принципами внешнего благочестия. В частности, ваххабитские кади проверяли, носят ли мужчины бороду надлежащей длины и достойным ли образом смеются. С населения в обязательном порядке взимался налог-милостыня (закят), но из-за повальной бедности арабов это была сущая капля по сравнению с добычей от набегов на турецкие и персидские земли. При этом отнятые в грабеже дорогие вещи оказывались практически бесполезными, потому что ваххабиты старались лишний раз не торговать с «идолопоклонниками».

В результате, кровавые выходки ваххабитов настроили против них всё восточное общество, а к серьёзной войне Дерийский эмират вовсе не был готов. Ведь, борясь с любыми «новшествами», ваххабиты не производили и не покупали огнестрельное оружие. Фактически они пытались вернуть Аравию и весь остальной мир в VII в. н.э., в эпоху возникновения ислама. И, разумеется, ни турецкий султан, халифату которого был брошен открытый вызов, ни персидский шах, которого совсем не радовали набеги, не собирались мириться с существованием еретического «княжества». Поэтому в 1818 г. войска египетского паши Мухаммеда Али, формально подчинявшегося Стамбулу, вооруженные и обученные по европейским образцам, относительно легко сломили сопротивление ваххабитов, освободили Мекку и заняли Дерийю. Почти на полтора века о ваххабизме все забыли, хотя среди аравийских племён он продолжал существовать, будучи государственной религией Саудовской Аравии.

Второе рождение ваххабизм пережил в 1960-е гг. Этому предшествовали три важных события. Во-первых, в 1924 г. турецкий реформатор М. К. Ататюрк упразднил халифат, тем самым децентрализовав суннитский ислам. Во-вторых, светский арабский национализм (баасизм) скомпрометировал себя, приведя поддерживавшие его страны (Египет, Сирию и Иорданию) к поражению к Шестидневной войне с Израилем. Оказалось, что подражание европейским странам и СССР не сделало арабские страны по-настоящему сильными. Те политики и мыслители, которые отстаивали независимость арабского мира от европейских колонизаторов, опираясь на идеи национального государства, просчитались. Зато их религиозно настроенные единомышленники, сначала протестовавшие против европейцев под религиозными лозунгами, а затем требовавшие введения в молодых странах шариата, получили своеобразный карт-бланш. Военное поражение светских режимов Египта, Сирии и Иордании сделало популярными идеи исламистов. Так, египетская террористическая организация «Братья-мусульмане», преследуемая как колонизаторами, так и правительством Насера, неожиданно стала единственной силой, ещё не скомпрометировавшей себя. Лидер «Братьев-мусульман» Сайид Кутб (Кутуб) прямо призывал исламизировать государство и общество и обвинял светский режим в идолопоклонстве и отступничестве от ислама. Ему вторил пакистанский религиозный идеолог Абуль-Ала Маудуди, требовавший создания единого всему-сульманского государства, управляемого согласно нормам шариата. При этом важно отметить, что исламисты той эпохи - это не выходцы из сельской или горной глубинки, напуганные техническим прогрессом. Это, скорее, рафинированная интеллигенция, отвергшая идеалы марксизма в пользу превращения ислама в идеологию. Французский исследователь Ж. Кепель прямо об этом пишет: «Именно в сфере культуры (в широком смысле) исламизм начал свою битву, прежде чем проникнуть в общество и политику. Эта битва велась против национализма, за то, чтобы заменить одно мировоззрение другим. Исламистская культурная революция свершалась узкими группами активистов и интеллектуалов, на которых в конце 60-х годов совсем или почти совсем не обращали внимания» [3; с. 29]. Но эти процессы никак не повлияли бы на жизнь небольших ваххабитских общин Аравийского полуострова, если бы не третий фактор. А именно: в 1930-е гг. европейцы обнаружили в Саудовской Аравии нефтяные месторождения. С этого момента ваххабитские шейхи становятся сказочно богатыми и постоянно опекаются эмиссарами Великобритании и США. В частности, с 1933 г. существует транснациональная фирма «Арабо-американская нефтяная компания» («Arabian-American Oil Company -ARAMCO»), с 1938 г. осуществляющая добычу нефти на Аравийском полуострове. Можно сказать, что короли династии Саудитов - негласные управляющие арабскими владениями этой фирмы. И ваххабитские вожди попали в сложную ситуацию: вероисповедание и вековая традиция требовали от них употребить свои богатства на войну с «идолопоклонниками», но рисковать внезапно упавшими в руки миллионами отчаянно не хотелось. Поэтому Саудиты приняли тактически правильное решение: спонсировать «священную войну», но не вмешиваться в неё лично.

Ваххабиты оказывали и оказывают немалую финансовую помощь «Братьям-мусульманам», не настаивая на насилии с их стороны в адрес ортодоксальных египтян, но помогая заниматься благотворительной и педагогической деятельностью. Финансовая помощь Саудовской Аравии обеспечила в 1973 г реванш арабских стран за поражение в Шестидневной войне. К началу 1980-х гг. весь ислам-

ский мир воспринимал ваххабитов как борцов за правое дело, всегда готовых прийти на помощь настоящим мусульманам. Ведь они охотно финансировали и содержали центры исламской культуры даже в иммигрантских районах западноевропейских городов. Казалось бы, такая деятельность граничит с искренней благотворительностью и имеет мало шансов разжечь какую-либо рознь или спровоцировать «священную войну». Увы, новый виток «холодной войны» дал в руки ваххабитам настоящую армию. И именно из-за этих событий некоторые исследователи ошибочно отождествляют транснациональную «Аль-Каиду» с афганским «Талибаном». Но обо всём по порядку.

В начале 1980-х гг. миллионы афганских беженцев прибыли в Пакистан, где заботу о них взяли на себя как местные власти, так и ваххабитские эмиссары, одним из которых был печально известный Усама бен Ладен. Ж. Кепель описывает созданные на деньги ваххабитов тренировочные лагеря для моджахедов [3; с. 136]. В этих местах налаживались контакты между афганскими партизанами и наркобаронами с одной стороны, и арабскими сектантскими вождями с другой стороны. Не забывали о своей выгоде и западные спецслужбы. Именно здесь зародилась легендарная «Аль-Каида». Вот как описывает её становление отечественный исследователь М. Ю. Крысин: «В 1983 г. в Пешаваре был создан первый центр вербовки новых добровольцев из Саудовской Аравии и других арабских стран для джихада в Афганистане - центр «Байт-уль-Ансар» («Дом последователей»). Главным инициатором его создания был Абдалла Аззам, а бин Ладен выделил средства для его финансирования. (Аззам познакомился с Усамой бин Ладеном здесь же, в Пешаваре, в начале 1980-х гг., и впоследствии сыграл важную роль в создании «Международного легиона ислама» или «Аль-Каиды», координационного центра современного исламистского международного терроризма)» [4; с. 205]. Разумеется, одних только арабских добровольцев для перелома в войне против советских войск было недостаточно, поэтому ваххабиты пошли на конкордат с индо-пакистанским мусульманским движением деобанди. Данное течение не имеет никаких догматических новшеств, но в социально-политическом плане ориентирует своих адептов на жизнь в замкнутой мусульманской общине, которая по умолчанию расположена в неисламской стране. Более столетия так выживали индийские мусульмане в британской Индии, окруженные сикхами и индусами. Теперь же арабские ваххабиты финансировали открытие деобанди учебных заведений для детей афганских беженцев. Так возникло движение «Талибан», что в переводе с арабского языка означает «Ученики». Деобандские медресе требовали от своих студентов беспрекословного подчинения наставникам и доходящего до мелочности внешнего благочестия. Именно выпускники таких медресе охотно отправлялись в тренировочные лагеря ваххабитов, а оттуда - в Афганистан, для сражений с советской армией и сменившими её войсками афганского диктатора Мухаммеда Наджибуллы. Но талибы, хоть и выращенные за деньги ваххабитов, не имели и не имеют ни малейшего желания сражаться по всему миру с «идолопоклонниками». «Кроме того, их джихад был направлен прежде всего против их собственного общества, которому они навязывали строжайшие моральные нормы; государство и международная политика их почти не интересовали» [3; с. 222]. Как только талибы захватили Афганистан, их дружбе с ваххабитами пришёл конец: они возглавили архаические реформы у себя дома, стремясь привести Афганистан в состояние «благочестивого средневековья». Им совсем неинтересно, как живёт весь остальной исламский мир.

Окончание Афганской войны (1989г.) подарило ваххабитам настоящую армию. Выходцы из пешаварских военных лагерей имели слишком испорченную репутацию для того, чтобы возвращаться домой, и все состояли на учёте у их спонсора и идейного вдохновителя Усамы бен Ладена. А вот этот человек, в отличие от королевского дома Саудовской Аравии, оказался именно идейным фанатиком, начавшим собственный джихад, продолжающийся по сей день. Основанная им «Аль-Каида» изначально располагала верными только ей и оплачиваемыми только из её кармана отрядами ветеранов Афганской войны, да и Саудиты, чтобы отвести от себя подозрения в отступничестве от идеалов ваххабизма, охотно время от времени оказывали этой организации поддержку.

В наши дни дочерние организации ваххабитской «Аль-Каиды» разбросаны по периферии исламского мира. Это и «Исламское государство Ирака и Леванта», и нигерийский «Ложный запрет» («Боко Харам»), и сомалийская «Юность» («Аш-Шабаб»), и многие другие террористические группировки. Не все они называют себя ваххабитами, но их действия красноречиво указывают на идейного вдохновителя и спонсора. Вот так, к примеру, устанавливают «новый порядок» сомалийские боевики из организации «Юность»: «Члены «Аш-Шабаб» утверждают, что смогут навязать стране своё понимание шариата. Они разрушают места поклонения местным святым в подконтрольных районах» [5; с. 55].

Возникает вопрос: может быть, ваххабизм - это современная, реформированная модификация ислама, которая ещё скажет миру новое слово? Это не так. Авторитетные мусульманские теологи, пожелавшие остаться анонимными, провели сравнительный анализ ваххабитских принципов с нормами ортодоксального ислама. Получилось вот что:

Ваххабизм Исламская ортодоксия

Аллах занимает место, например, сидит на троне (Ибн Таймийя). Аллах существует вне пространства и времени.

Антропоморфизм (например, у Аллаха есть лицо). Запрет на приписывание Аллаху свойств сотворенных предметов.

Запрет почитания могил святых. Разрешение почитания могил святых и паломничества к ним.

Запрет молитв святым. Разрешение молитв святым.

Запрет молиться за умерших. Разрешение молиться за умерших.

Запрет ношения амулетов. Разрешение носить амулеты.

Приравнивание не совершающего намаз мусульманина к иноверцу. Обвинение не совершающего намаз мусульманина в грехе.

Запрет празднования рождества пророка Мухаммеда. Одобрение празднования рождества пророка Мухаммеда [6; с. 37-38].

Итак, получается, что ваххабизм - это не современный ислам, а мусульманское сектантское течение архаической направленности, почти что маргинальное даже в исламском мире. Но при этом было бы ошибкой огульно объявлять ваххабизм террористической идеологией. Ведь Саудовская Аравия, исповедующая ваххабизм в государственных масштабах, является самым обыкновенным королевством, жизнь в котором течёт в спокойном ритме. Вряд ли она имеет что-то общее с Дерийей эпохи Мухаммеда ибн Абд аль-Ваххаба. Однако при этом следует при-

знать, что ваххабизм менее уживчив не только с иноверцами, но и с другими исламскими течениями, к примеру, с шиизмом.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Тарик А. Столкновение цивилизаций: крестовые походы, джихад и современность / А. Тарик. - М. : АСТ, 2006. - 528 с.

2. Васильев А. М. Пуритане ислама? Ваххабизм и первое государство саудитов в Аравии (1744-1818) / А. М. Васильев. - М. : Наука, 1967. - 262 с.

3. Кепель Ж. Джихад. Экспансия и закат исламизма / Ж. Кепель. - М. : Ладомир, 2004. -468 с.

4. Крысин М. Ю. Джихад. От Кашмира до Нью-Йорка / М. Ю. Крысин. - М. : Вече, 2005. - 480 с.

5. Елькина Е. А. Пираты Африканского Рога // Азия и Африка сегодня, 2009, №9. - С. 5055.

6. Ислам срывает маску с экстремизма: сборник статей. - М. : Исламский аналитический центр противодействия экстремизму, 2004. - 244с.

S. I. Sulimov, I. V. Chernigovskih

(Candidate of Philosophical Sciences, Associate Professor;

Candidate of Philosophical Sciences, Associate Professor) Voronezh State University of Engineering Technologies, Voronezh, Russian Federation sta-sulimov@ya.ru; igrchernigovskix@rambler.ru

ON THE ORIGINS OF WAHHABISM AND ITS ROLE IN THE ISLAMIST

TERRORIST MOVEMENT

Annonation. This work is devoted to the analysis of the factors in the emergence of the Wahhabi branch of Islam and its wide distribution in the second half of the twentieth century, the author traces the relationship of Wahhabism with the pan-Islamic movement (in particular, with the "Muslim brotherhood") and extremist Muslim organizations of local importance (for example, Afghan grouping "the Taliban").

Key words: Wahhabi Islam, globalization, Deobandi, Islamism, international terrorism, the Taliban.

Поступила в редакцию 25.06.2015

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.