8. Агеева Г.Е., Бородинова В.В. Актуальные вопросы ответственности за злоупотребление процессуальными правами в арбитражном процессе. // Вопросы экономики и права. 2023 № 5(179). С. 15-18.
9. Кинжибеков В. В. О злоупотреблении гражданскими процессуальными правами // Молодой ученый. 2017. № 2.
References and Sources
1. Zhukov A.A. Pravovye sredstva vozdejstviya suda na processual'noe povedenie storon v grazhdanskom sudoproizvodstve. Diss. ... kand. yurid. nauk. M., 2022. S. 24-28.
2. Arabova T.F. Teoreticheskie i prakticheskie voprosy reformirovaniya sudoproizvodstva po grazhdanskim delam u mirovogo sud'i. Diss. ... kand. yurid. nauk. M., 2011.
3. Bogdanova E. E. Dobrosovestnost' uchastnikov dogovornyh otnoshenij i problemy zashchity ih sub"ektivnyh grazhdanskih prav: avtoref. dis. ... dokt. yurid. nauk. M., 2010.
4. Em V. S. Osushchestvlenie grazhdanskih prav i ispolnenie obyazannostej // Grazhdanskoe pravo: V 4 t. T. I. Obshchaya chast' / Otv. red. prof. E. A. Suhanov. M., 2004.
5. Gedda A.N. Nedobrosovestnost' storon v grazhdanskom processe (zametki iz sudebnoj praktiki: zametki iz sudebnoj praktiki po grazhdanskim delam) // Zhurnal Ministerstva yusticii. 1910. № 1.
6. Yudin A. V. Razgranichenie zloupotreblenij processual'nymi pravami v civilisticheskom processe so smezhnymi pravovymi yavleniyami // Zakon. 2022. №7. S..
7. Lang P. P. Sostyazatel'nost' i zloupotreblenie processual'nym pravom v arbitrazhnom processe: korrelyacionnaya svyaz' // Voprosy ekonomiki i prava. 2022. № 169. S. 14-21.
8. Ageeva G.E., Borodinova V.V. Aktual'nye voprosy otvetstvennosti za zloupotreblenie processual'nymi pravami v arbitrazhnom processe. // Voprosy ekonomiki i prava. 2023 № 5(179). S. 15-18.
9. Kinzhibekov V. V. O zloupotreblenii grazhdanskimi processual'nymi pravami // Molodoj uchenyj. 2017. № 2.
АЛЛАНИНА ЛИЛИЯ МАНСУРОВНА - кандидат юридических наук, доцент, Тюменский индустриальный университет (wildorchids9@yandex. ru).
ALLANINA, LILIYA M. - Ph.D. in Law, Associate Professor, Tyumen Industrial University (wildorchids9@yandex.ru).
УДК 347.9:34.1(100) (075.8) DOI: 10.24412/2411-2275-2024-1-168-173
КУДРЯВЦЕВА Л.В., МХИТАРЬЯНЦ Д.О. О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ КОЛЛИЗИОННОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ГРАЖДАНСКО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ, ОСЛОЖНЕННЫХ ИНОСТРАННЫМ
ЭЛЕМЕНТОМ
Ключевые слова: коллизия законов, процессуальное право, исполнительное производство, трансграничное правосудие, международно-правовые стандарты, международно-правовые договоры.
В статье рассматриваются вопросы коллизионного регулирования гражданско-процессуальных отношений, осложненных иностранным элементом. Несмотря на соответствие и, местами, опережение Россией легитимации международных положений на мировой арене, институты определения статута, исполнения иностранных судебных решений и существа процессуальной формы с участием иностранных граждан, остаются неразрешенными и требуют согласования и унификации. В ходе анализа международных положений, основным возможным направлением развития международного сотрудничества представляется лишь трансформация надгосударственных норм и мировой правоприменительной практики, исключая подчинение оговорке о публичном порядке. Делается вывод об оптимальности следования процессам глобализации в правовой сфере, а также необходимости контроля за соответствием внутригосударственного права сложившимся реалиям.
KUDRYAVTSEVA, L.V., MKHITARYANTS, D.O.
ABOUT SOME ISSUES OF CONFLICT REGULATION OF CIVIL PROCEDURAL RELATIONS, COMPLICATED BY A
FOREIGN ELEMENT
Key words: conflict of laws, procedural law, enforcement proceedings, cross-border justice, international legal standards, international legal treaties.
The article deals with the issues of conflict-of-laws regulation of civil procedural relations complicated by a foreign element. Despite the compliance and, in some places, the advance by Russia of the legitimization of international provisions on the world stage, the institutions of determining the statute, the execution of foreign judgments, and the essence of the procedural form with the participation of foreign citizens remain unresolved and require coordination and unification. In the course of analyzing international provisions, the main possible direction for the development of international cooperation seems to be only the transformation of supranational norms and global law enforcement practice, excluding subordination to the public policy clause. The conclusion is made about the optimality of following the processes of globalization in the legal sphere, as well as the need to monitor the compliance of domestic law with the prevailing realities.
В настоящее время все больше возрастает роль международных связей в различных сферах жизни общества. Складывающиеся гражданско-правовые отношения действуют в юрисдикции различных публичных порядков. Изначально коллизионный характер таких отношений был незначителен, однако со временем он усилился и стал причиной конфликта законов. Под коллизией законов, следует понимать ситуации, когда возникшие или имеющееся правоотношения подпадают под регулирование не соответствующих, противоречащих друг другу норм разных правопорядков. В парадигме сложившегося на данном этапе развития уровня научных знаний имеется лишь один зарекомендовавший себя способ разрешения - определить целесообразную норму, применимую к данному правоотношению. Достижение цели-решения
опосредуется коллизионными нормами - специальными правилами, содержащимися в положениях международного частного права.
Не менее важными являются вопросы процессуального характера. Определение подсудности и аспекты применения процессуальной формы той или иной судебной системы составляют блок проблем гражданского судопроизводства. К примеру, «какое процессуальное право будет применяться к судебному разбирательству?», «какие доказательства будут допустимы и оцениваться судом?», «как будет обеспечиваться защита прав сторон и третьих лиц?».
В части исполнительного производства, осложненного участием иностранного элемента, остро встают вопросы условий и ограничений, а также гарантий должников и взыскателей при исполнении иностранного судебного решения или иного исполнительного документа.
Раскрывая указанные выше вопросы, мы будем видеть перспективу четкого оформления объема прав и законных интересов участников коллизионных отношений и гарантий их реализации. Для исследуемых областей правовая система России вызывает особый интерес, так как имеет свою специфику. Регулирование коллизионных отношений тесно связано с ее историей, географией, политикой и культурой. Являясь незаменимой частью мирового сообщества, Россия участвует в различных международных договорах и организациях, затрагивающих вопросы международного частного права.
Рассматривая блоки коллизионных отношений внутреннего и внешнего нормотворчества России, остановимся на коллизии законов. Применением коллизионных норм, указывающих на соответствующий критерий выбора закона, отражается правильность следования выбранному правопорядку при соотнесении своего поведения и обычно предъявляемым требованиям. Активная реализация положений части 3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -ГК РФ) положила начало в российском законотворчестве «современной правовой реальности теории характерного исполнения в вопросе определения применимого права» [1, с. 116]. Эти сведения сущностно подтверждаются универсально действующей конвенцией относительно международного управления имуществом умерших лиц, Гаага, 1973 год - наследственное право определяется по закону государства, последнему месту жительства наследодателя, за исключением возможностей применения законов другого государства. В отсутствии нарушений основ конституционного строя России, положения конвенций приоритетны перед национальным законодательством и, согласно статье 15 Конституции Российской Федерации, обязательны к применению.
Переходя к рассмотрению национального законодательства, отметим, вопросы гражданско-правовых отношений, осложненных иностранным элементом, подпадают под действие раздела 6 ГК РФ. Исходя из положений статьи 7 ГК РФ, Гражданский кодекс РФ соотносится с международными договорами своей диспозитивностью. Коллизионные нормы, содержащиеся в исследуемом кодексе, подразделяются на общие и специальные. В основе их реализации «применимость иностранного права в частноправовых отношениях...»; привязка места нахождения объекта гражданских прав, домицилий, закон места совершения юридического факта и наиболее тесной связи с определенным правопорядком [2, с. 26].
Специфику нормативной базы договорных (статьи 1210-1215 ГК РФ) и внедоговорных (статьи 1217-1223.1 ГК РФ) обязательств, отраслей наследственного права (статья 1224 ГК РФ), интеллектуальной собственности (статья 1242 ГК РФ), корпоративных правоотношений (статья 67.2 ГК РФ) составляют индивидуальные критерии определения применимого права.
Проблемы соотношения международных и внутригосударственных коллизионных норм нам видятся в следующем.
Во-первых, в пренебрежении законодателем при нормотворчестве институтами обратных отсылок, отсылок к праву третьего государства. Неразрешимость явления конкуренции критериев выбора закона может привести к применению разных правопорядков соответственно разными судами или органами власти, к одному правоотношению. Как результат, нарушение принципов «...предсказуемости, стабильности и правового единообразия» [3, с. 3]. Для наглядности: Конвенция о договорах международной купли-продажи товаров предусматривает неопределенность между контрагентами относительно применимого права в договоре разрешается применением права государства, имеющего наиболее тесную связь с таким
договором. А ГК РФ при возникновении подобной ситуации указывает на закон места исполнения договора. Разночтение решений отечественных и иностранных судов очевидно.
Следует также отметить недостаточную унификацию и гармонизацию коллизионных норм на международном уровне. Существует множество международных договоров, регулирующих различные области гражданско-правовых отношений. В процессе создания двухуровневой системы нормативных правовых актов законодатель не всегда учитывал такие ведущие критерии, как: согласованность с действующими нормами и отражение современных тенденций и потребностей. Небезызвестным является факт - немногие государства участвуют в подавляющем количестве международных договоров, причем большинство из них перенимает лишь часть огромного функционала. Его первопричинами выступают диаметрально противоположные взгляды на международное сотрудничество и взаимосогласие относительно принимаемых решений. Например, российский законодатель, несмотря на кардинальную трансформацию норм регламента Рим «II» в национальное законодательство, так и не предусмотрел институт «... выбора применимого права к внедоговорным обязательствам» [4, с. 56].
Во-вторых, проблемы связаны с неопределенностью и неоднозначностью понятийного аппарата коллизионных норм, в силу чего допускается «.противоречивое толкование и применение.» [5, с. 14]. Примером могут служить понятия «наиболее тесная связь» или «публичный порядок». В разных правопорядках их нормативное восприятие разнородное и зависит от конкретных обстоятельств дела. Ввиду этого идентичные, на первый взгляд, юридически значимые обстоятельства трактуются и оцениваются по-разному. Стремясь к международному сотрудничеству, необходимо развивать нормативную базу, соответствующую современным тенденциям и потребностям принципов справедливости, уважения к суверенитету других государств при применении коллизионных норм и «...трудно оценимой с точки зрения правоприменения...» добросовестности [6, с. 167]. Видится необходимость законодательного закрепления положений пункта «право, подлежащее применению к внедоговорным обязательствам» постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2019 №№ 24 «О применении норм международного частного права судами Российской Федерации».
Нормы существующих в России видов судопроизводств регулируют порядок и условия рассмотрения судами споров, возникающих из коллизионных правоотношений. Обычно ставящиеся процессуальные вопросы Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ): компетентности судов (статьи 402-408 ГПК РФ, статьи 247-252 АПК РФ), применимости положений процессуального законодательства (статьи 11,399 ГПК РФ, статьи 1314 АПК РФ), действий по доказыванию и оценке доказательств (статьи 55-73 ГПК РФ, статьи 6479 АПК РФ), способов защиты прав сторон и третьих лиц (статьи 38-54 ГПК РФ, статьи 40-58 АПК РФ).
На уровне актуальных для России международных норм в механизм регулирования процессуальных вопросов входят: Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (заключена в г. Кишиневе 07.10.2002) ( далее Кишиневская конвенция) - устанавливает общие и специальные правила определения компетентности судов по гражданским делам, а также определяет условия признания и исполнения судебных решений в других государствах-участниках по гражданским делам, хозяйственного и некоммерческого характера; Конвенция о получении доказательств за границей по гражданским и торговым делам 1970 года - регламентирует порядок и способы сбора доказательств за границей по просьбе суда или другого компетентного органа одного государства для использования в судебном разбирательстве иностранного государства; Конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам 1965 года - закрепляет процедуру, форму извещения или доставки за границей документации, связанной с судебным разбирательством по гражданским делам, хозяйственного и некоммерческого характера.
Изучая вышеперечисленные процессуальные вопросы, нами был выведен перечень проблем. Во-первых, нарушение принципа equality of arms посредством коллизионного регулирования при рассмотрении правовых споров. Одно из лиц, участвующее в деле, соотечественник либо иностранный субъект, так или иначе «...пользуется каким-либо
преимуществом перед другой...» [7, с. 8]. Основу критерия наиболее подходящего расположения суда составляют: взаимоисключающая защита прав и интересов оппонента, ранний доступ к доказательствам, оперативное содействие судом близлежащей стороне. По смыслу части 2 статьи 402 ГПК РФ пространственная подсудность может зависеть от воли первого, обратившегося в суд. В результате создается недопустимая в частном праве ситуация «поиска выгодного суда». Во-вторых, недостаточная эффективность и оперативность в реализации процессуальных действий. Международный характер их исполнения разными правовыми системами создает препятствия извещения, сбора и представления доказательств, обеспечения перевода или легализации документации. Так, согласно Гаагской конвенции о получении доказательств за границей, «судебное поручение составляется на языке запрашиваемого органа или сопровождается переводом на этот язык» при его оформлении, соответствующем «...законодательству запрашиваемого государства или если ее применение не будет невозможным ввиду несовместимости с внутригосударственной практикой и процедурой.» [8, с. 19-20]. В-третьих, пренебрежение общепризнанными мировыми стандартами, ввиду несогласованности и несовместимости процессуальных норм разных государств. Нарушая принцип res judicata, суды разных государств, без определения «имеются ли настолько существенные обстоятельства, которые не могут быть преодолены без пересмотра одного из окончательных актов», выносят собственные решения [9, с. 55]. По смыслу статьи 29 Кишиневской конвенции при рассмотрении определенного спора судом, первым принявшим дело, другой суд по схожему предметно-субъектному составу отказывает в принятии подобного заявления. Законодательно же, статьей 406 ГПК РФ, российские суды схожий предметно-субъектный состав спора, уже рассматриваемый иностранным государством, не признают в качестве основания для отказа.
Важными мерами на пути к разрешению представленных проблем процессуального права, по нашему мнению, будут: ввод специальных процессуальных правил, упрощение существующих процессуальных действий для споров коллизионного правоприменения. Представленные действия презюмируют равный доступ лиц к правосудию и защиту их прав независимо от национальной или пространственной принадлежности. А принятием Федерального закона «О введении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации и Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации в части упрощения процессуальных действий по трансграничным спорам» появляется возможность использования электронных средств связи для обеспечения должной эффективности и оперативности осуществляемых процессуальных действий.
Исполнительным производством регулируются порядок и условия исполнения судебных решений и иных исполнительных документов, вынесенных или выданных за рубежом. Злободневны для действующего правопорядок России вопросы: признания и исполнения иностранных судебных решений или иных исполнительных документов (глава 45 ГПК РФ, глава 31 АПК РФ), оснований для отказа в признании и исполнении иностранных судебных решений или иных исполнительных документов (статьи 412, 414, 417 ГПК РФ, статья 244 АПК РФ), порядка и способов обращения взыскания на экстерриториальное имущество должника, (статья 11 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», Раздел VII АПК РФ), защиты должника и взыскателя при исполнении иностранных судебных решений или иных исполнительных документов (статья 442 ГПК РФ, статья 4 АПК РФ).
Ратифицированная Россией Гаагская конвенция о признании и приведении в исполнение иностранных судебных решений по гражданским или торговым делам 2019 года призвана разрешать на международном уровне внутригосударственные вопросы проведения исполнительного производства признаваемых решений зарубежных судов. Она облегчает международное обращение иностранных судебных решений по гражданским и торговым делам посредством установления единых правил. Согласно конвенции, судебные решения должны быть признаны и исполнены другими государствами-участниками при условии их: вступления в законную силу в государстве выдачи; соответствия требованиям наиболее тесной связи, соблюдения процессуальных гарантий, существующему правопорядку.
Согласно сложившемуся, благодаря действию международных и национальных исполнительных норм, правопорядку в области исполнительного производства на практике возникают проблемы следующего плана.
Во-первых, низкий уровень взаимопризнания и исполнения иностранных судебных решений или иной документации. Заметим, причины очевидны - отказ международным сообществом проводить процедуры по облегчению признания и исполнения иностранных исполнительных документов, а также участившиеся случаи злоупотребления государствами правом отказа, мотивированного позицией возможных нарушений публичного порядка, суверенитета или прав человека в признании и исполнении. Заметим, что еще Советский Союз осознавал эту сложившуюся практику. Так, при подписании конвенции о признании и исполнении иностранных арбитражных решений 1958 года представители от Советского Союза, указали на ее применение лишь при следовании государствами принципа взаимности. Видимо, придавая данному факту должную огласку, можно было бы «...изменить всю процедуру .кардинально...» [10, с. 221].
Во-вторых, отметим пробелы защиты прав и интересов должника и взыскателя при исполнении иностранных исполнительных документов. По сути, законодатель не предоставил возможности должнику оспорить законность и справедливость любых иностранных исполнительных документов. Однако равноценное упущение возникает и для взыскателя, ведь ему не гарантируется получение полного и своевременного исполнения своих требований. Тематический анализ статьи 10 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» свидетельствует, что при исполнении любых иностранных исполнительных документов применяется законодательство России. Наибольший интерес здесь вызывает фраза «.пользуется иммунитетом в отношении исполнения решения суда.», означающая неприкосновенность определенных видов собственности, нарушая тем самым конституционный принцип равной защиты всех форм собственности [11].
Устранение возникших проблем представляется допустимым благодаря высокотехнологичному инструментарию, создаваемому или уже модернизируемому. Поддержим мнение С.А. Устимовой о том, что это «.окажет благотворное влияние на эффективность и результативность.» данного вида исполнительного производства. И, самое главное, именно он, обеспечит контроль и надзор за обращением взыскания на имущество должника [12, с. 269]. Перспективы единой информационной системы исполнительного производства России -оперативный обмен информацией о судебных решениях или исполнительных документах, вынесенных или выданных другими государствами, и контроль в режиме реального времени за имуществом должника, находящимся за пределами России.
Таким образом, имеющийся уровень международной коммуникации определяет роль коллизионных отношений в различных сферах общественной жизни. Ранее унификация имела исключительно доктринальное значение, государства руководствовались позициями, изложенными в национальных законах. Однако сейчас регулирование сложных и меняющихся правоотношений между разными правопорядками стандартизируется посредством применения специальных правил международного частного права - коллизионных, процессуальных и исполнительных норм. Важно отметить, что сегодня обязательств по применению специальных правил нет. Они устанавливаются как международным, так и национальным законодательством диспозитивно. В данной связи важной целью видится совершенствование нормативной составляющей для обеспечения защиты прав и интересов участников коллизионных отношений. Учитывая необходимость постоянного внимания и совершенствования правового регулирования коллизионных отношений, мы надеемся на активизацию соответствующей исследовательской работы.
Литература и источники
1. Куц С.О. Соотношение коллизионных норм международных договоров и национального законодательства в регулировании договорных правоотношений с иностранным элементом (на примере соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности) // Северо-Кавказский юридический вестник. 2022. №3.
2. Гуськов А.А., Сичинава И.С. Роль основных принципов международного частного права // Студенческий форум. 2021. №24-2(160).
3. Кожокарь И.П. Технико-юридические дефекты в российском праве. Дисс. . канд. юрид. наук. М., 2020.
4. Куташевская Я.С. Историческое развитие принципа автономии воли при определении права, применимого к внедоговорным обязательствам // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 2022. №1.
5. Занина М.А. Коллизии норм права равной юридической силы (понятие, причины, виды). М: РАП, 2009.
6. Кудрявцева Л.В., Александров С.А. Действие принципа добросовестности в деятельности сельскохозяйственных товаропроизводителей // Проблемы экономики и юридической практики. 2019. №5.
7. Большакова Т.А. Актуальные проблемы международного гражданского процесса // Материалы афанасьевских чтений. 2020. №53.
8. Конвенция о получении доказательств за границей но гражданским и торговым делам от 18 марта 1970 [Электронный ресурс] // Вестник ВАС РФ. 2000. № 10.
9. Солодилов, А.В. Res judicata и конкуренция судебных актов, имеющих юридические противоречия: некоторые проблемы теории и практики // Экономическое правосудие на Дальнем Востоке России. 2020. №4(19).
10. Федин Д.П. Проблема признания и исполнения решений иностранных судов //Форум молодых ученых. 2023. №1(77).
11. Об исполнительном производстве: федер. закон № 229-ФЗ от 02.10.2007 // СЗ РФ. 2007. № 41. Ст. 4849.
12. Устимова С.А., Рассказова E.H. Цифровизация исполнительного производства: преимущества и проблемы // Вестник Московского университета МВД России. 2022. №5.
References and Sources
1. Kuc S.O. Sootnoshenie kollizionnyh norm mezhdunarodnyh dogovorov i nacional'nogo zakonodatel'stva v regulirovanii dogovornyh pravootnoshenij s inostrannym elementom (na primere soglasheniya o poryadke razresheniya sporov, svyazannyh s osushchestvleniem hozyajstvennoj deyatel'nosti) // Severo-Kavkazskij yuridicheskij vestnik. 2022. №3.
2. Gus'kov A.A., Sichinava I.S. Rol' osnovnyh principov mezhdunarodnogo chastnogo prava // Studencheskij forum. 2021. №24-2(160).
3. Kozhokar' I.P. Tekhniko-yuridicheskie defekty v rossijskom prave. Diss. ... kand. yurid. nauk. M., 2020.
4. Kutashevskaya Ya.S. Istoricheskoe razvitie principa avtonomii voli pri opredelenii prava, primenimogo k vnedogovornym obyazatel'stvam // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 11. Pravo. 2022. №1.
5. Zanina M.A. Kollizii norm prava ravnoj yuridicheskoj sily (ponyatie, prichiny, vidy). M: RAP, 2009.
6. Kudryavceva L.V., Aleksandrov S.A. Dejstvie principa dobrosovestnosti v deyatel'nosti sel'skohozyajstvennyh tovaroproizvoditelej // Problemy ekonomiki i yuridicheskoj praktiki. 2019. №5.
7. Bol'shakova T.A. Aktual'nye problemy mezhdunarodnogo grazhdanskogo processa // Materialy afanas'evskih chtenij. 2020. №53.
8. Konvenciya o poluchenii dokazatel'stv za granicej po grazhdanskim i torgovym delam ot 18 marta 1970 [Elektronnyj resurs] // Vestnik VAS RF. 2000. № 10.
9. Solodilov, A.V. Res judicata i konkurenciya sudebnyh aktov, imeyushchih yuridicheskie protivorechiya: nekotorye problemy teorii i praktiki // Ekonomicheskoe pravosudie na Dal'nem Vostoke Rossii. 2020. №4(19).
10. Fedin D.P. Problema priznaniya i ispolneniya reshenij inostrannyh sudov //Forum molodyh uchenyh. 2023. №1(77).
11. Ob ispolnitel'nom proizvodstve: feder. zakon № 229-FZ ot 02.10.2007 // SZ RF. 2007. № 41. St. 4849.
12. Ustimova S.A., Rasskazova E.N. Cifrovizaciya ispolnitel'nogo proizvodstva: preimushchestva i problemy // Vestnik Moskovskogo universiteta MVD Rossii. 2022. №5.
КУДРЯВЦЕВА ЛАРИСА ВЛАДИМИРОВНА - кандидат юридических наук, доцент, кафедра международного частного и предпринимательского права, Кубанский государственный аграрный университет имени И.Т. Трубилина (larisa-k75@mail.ru). МХИТАРЬЯНЦ ДАНИЛ ОЛЕГОВИЧ - студент юридического факультета, Кубанский государственный аграрный университет имени И.Т. Трубилина (4346451@gmail.com).
KUDRYAVTSEVA, LARISA V. - Ph.D. in Law, Associate Professor, Department of International Private and Business Law, Kuban State Agrarian University named after I.T. Trubilin (larisa-k75@mail.ru).
MKHITARYANTS, DANIL O. - student of the Faculty of Law, Kuban State Agrarian University named after I.T. Trubilin (4346451@gmail.com).
УДК 347.12 DOI: 10.24412/2411-2275-2024-1-173-177
МИЦЫК А.В.
К ВОПРОСУ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ В УСЛОВИЯХ САНКЦИОННОЙ ПОЛИТИКИ НЕДРУЖЕСТВЕННЫХ СТРАН
Ключевые слова: осуществление гражданских прав, санкции, недружественная правовая политика, контрмеры экономического характера.
В статье исследуется влияние экономико-правовых санкций на осуществление гражданских правомочий, рассматривается проблема соответствия применимого гражданско-правового законодательства в части реализации норм об осуществлении гражданских прав действующей социально-правовой ситуации в условиях недружественной политики некоторых иностранных государств в отношении Российской Федерации. Для достижения указанной цели на примере отдельных гражданско-правовых норм, регламентирующих основные начала и осуществление гражданских прав, предлагается оценить эффективность применимого права для сторон гражданского правоотношения в период действия экономических санкций с использованием нормативного, эмпирического методов. Результатом исследования явилась констатация нынешнего высокого уровня адаптации применимых норм права в области осуществления гражданских прав на конкретных примерах действующим социально-правовым реалиям, в связи с чем, сделан вывод о гибкости российской правовой основы и высокой степени проработанности нормативной регламентации механизма осуществления гражданских прав.
MITSYK, A.V.
ON THE ISSUE OF THE IMPLEMENTATION OF CIVIL RIGHTS IN CONDITION OF SANCTIONS POLICIES OF
SANCTIONS POLICIES OF UNFRIENDLY COUNTRIES
Key words: exercise of civil rights, sanctions, unfriendly legal policy, economic countermeasures.
The article examines the influence of economic and legal sanctions on the exercise of civil rights, and examines the problem of compliance of the applicable civil law with regard to the implementation of rules on the exercise of civil rights with the current social and legal situation in the context of the unfriendly policies of some foreign states towards the Russian Federation. To achieve this goal, using the example of certain civil law norms regulating the basic principles and exercise of civil rights, it is proposed to evaluate the effectiveness of the applicable law for the parties to a civil legal relationship during the period of economic sanctions using normative, empirical methods. The result of the study was a statement of the current high level of adaptation of applicable rules of law in the field of implementation of civil rights using specific examples to current social and legal realities, and therefore, a conclusion was made about the flexibility of the Russian legal framework and a high degree of elaboration of the normative regulation of the mechanism for the implementation of civil rights.