Научная статья на тему 'НОВЫЙ СТРОЙ ТУРЦИИ'

НОВЫЙ СТРОЙ ТУРЦИИ Текст научной статьи по специальности «Политологические науки»

CC BY
139
45
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Журнал
Свободная мысль
ВАК
Ключевые слова
ПОЛИТИЧЕСКИЙ ИСЛАМ / ЭРДОГАН / AKP / НЕОЛИБЕРАЛИЗМ / ФИНАНСИРОВАНИЕ / ТУРЦИЯ / ERDOGAN / NEOLIBERALISM / FINANCIALIZATION / TURKEY

Аннотация научной статьи по политологическим наукам, автор научной работы — Йанлик Л.

Рассмотрены современные классовые отношения в Турции, на основании которых построена новая политическая структура страны. Показано, что государство в Турции потеряло свою «относительную автономию», нейтральность по отношению к различным буржуазным группировкам и полностью реорганизовано. Идеологическая рамка реорганизации - религия, ставшая новой идеологией созидания новой нации.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

New Regime of Turkey

The article seeks to discuss new class relations in Turkey, on which a new political structure has already been built. The state in Turkey has already lost all its “relative autonomy”, its neutrality to other capitalist groups, and has been completely reorganized. The ideological framework of this reorganization is religion. So religion, or to put better, AKP-style rendering of religion, means a new founding ideology in the process of building a new nation.

Текст научной работы на тему «НОВЫЙ СТРОЙ ТУРЦИИ»

Theatrum mundi

Новый строй Турции

© Йанлик Л. © Yanlik L. Новый строй Турции New Regime of Turkey

Аннотация. Рассмотрены современные классовые отношения в Турции, на основании которых построена новая политическая структура страны. Показано, что государство в Турции потеряло свою «относительную автономию», нейтральность по отношению к различным буржуазным группировкам и полностью реорганизовано. Идеологическая рамка реорганизации — религия, ставшая новой идеологией созидания новой нации.

Annotation. The article seeks to discuss new class relations in Turkey, on which a new political structure has already been built. The state in Turkey has already lost all its "relative autonomy", its neutrality to other capitalist groups, and has been completely reorganized. The ideological framework of this reorganization is religion. So religion, or to put better, AKP-style rendering of religion, means a new founding ideology in the process of building a new nation.

Ключевые слова. Политический ислам, Эрдоган, AKP, неолиберализм, финансирование, Турция.

Key words. Political Islam, Erdogan, AKP, Neoliberalism, financialization, Turkey.

Экономические факторы поддержки Эрдогана

Главные экономические факторы консолидации масс вокруг АКР1:

— финансирование и избыток денег, в том числе расширение кредита, ведут к атомизации общества, дезинтеграции классовых связей и формированию аморфных общественных группировок, подобных крестьянству XIX в. Этот факт — материальная основа постмодернистских теорий идентичности;

— меры, смягчающие социальные последствия неолиберализма («зеленая карта», система страхования, программа денежных трансфертов и т. д.), помимо общей консолидации населения вокруг власти, способствуют притуплению политических убеждений политизированных масс курдского националистического движения и на воспринятие ими программы АКР по формированию своеобразной нации-«уммы»;

1 Adaletve Kalkinma Partisi (ЛИ1) — Партия справедливости и развития (ПСР), правящая партия Турции. — Прим. ред.

ЙАНЛИК Левент — аспирант при кафедре «Связи с общественностью» (специальность 46.06.01 «Исторические науки и археология» по профилю «Отечественная история») Донского государственного технического университета (г. Ростов-на-Дону).

— приход «горячих» денег из арабских стран (особенно Катара, с династией которого, по-видимому, созданы особые связи) уменьшает риски на финансовых рынках;

— революционное движение активно подавлялось не только благодаря его ошибкам и заблуждениям, но и с помощью юридического и политического содействия ЕС. Оно помогло властям ослабить профсоюзы, дезорганизовать «народную оппозицию», атомизировать сопротивление неолиберальным политикам и исламизации страны.

Кроме того, вооруженный курдский национализм потерял большую часть поддержки своей опоры — бедных крестьян, т. к. курдское националистическое движение оказалось под влиянием чуждой им новой средней буржуазии (так, в курдских городах появились буржуазные «гетто»). В результате оно утратило способность сопротивляться AKP. Налицо и другие причины ослабления курдского движения: прочные связи с США, его превращение в субъект активного накопления капитала, легализация при политическом укреплении прокурдской Демократической народной партии, обогащение в муниципалитетах путем муниципальных тендеров. «Обуржуазивание на локальном уровне явилось определяющим фактором» [8].

Другой компонент в создании новой гегемонии в турецкой политике — строительство. Этот сектор экономики сыграл ключевую роль в возникновении «картеля Эрдогана» [1] и имел влияние на консолидацию массовой опоры среди населения с навязанным ему циклом занятости и накопления и с перцепцией «исламской модернизации».

Сельское хозяйство находится в тяжелом положении. Однако AKP удается увеличивать свою опору в сельском секторе с помощью «экономики милостыни» и все той же религизации.

Для объяснения широкой массовой поддержки AKP экономических причин недостаточно. Большую роль играют идеологические мотивы: ислам стал своеобразным цементом этого нового исторического блока. Опираясь на него, AKP начала строить новую нацию.

Новый правопорядок

Новый правопорядок [11] наглядно демонстрирует свойства политического режима Эрдогана.

Пост премьер-министра упразднен, Совет министров фактически стал секретариатом президента. Министры отчитываются не перед парламентом, а перед президентом, и судебное преследование против них, даже после потери должности, возможно только с разрешения президента. Парламент не может назначать министров.

Полномочие издавать декреты не принадлежит правительству — только президенту. Тот может учредить новые министерства или упразднить действующие; при этом он ни перед кем не ответственен. Президент имеет право занимать свою должность де-факто 15 лет. Он может назначить столько заместителей, сколько пожелает; издает нормативно-правовые акты; определяет политику национальной безопасности. Он вправе разрешить армии вести военные действия: вопрос войны или мира зависит

единственно от воли президента, а не от решения парламента. Неизвестно, что будет, если декреты и законы окажутся в противоречии друг с другом; но, поскольку все юридические нормы де-факто назначаются президентом, можно предполагать, что его воля будет решающей.

Судебное преследование президента возможно только после одобрения 60% членов парламента даже после его отставки. Судебное преследование заместителей президента и министров — как действующих, так и в отставке, — возможно только после одобрения двумя третями парламента. Президент в любое время может распустить парламент или ввести чрезвычайное положение (во время которого его декреты приобретают силу закона).

Все члены Конституционного суда назначаются президентом, государственными учреждениями, имеющими власть, назначенными президентом, и парламентом, где партия президента имеет большинство. Половину Совета судей и прокуроров назначает президент, а другую половину — парламент. Президент представляет парламенту государственный бюджет и может не принять поправки в него, предложенные парламентом. Президент издает распоряжения Государственному надзорному совету об административном расследовании, что позволяет ему заставить повиноваться любого чиновника. Президент сам назначает ректоров и советы управления университетов, т. е. последние находятся под его абсолютным контролем.

Невозможно не вспомнить 18 брюмера: «Выборное Национальное собрание связано с нацией метафизически, выборный же президент связан с ней лично... По сравнению с Национальным собранием президент является носителем своего рода божественного права» [2. С. 134].

До «президентской республики» Эрдогана 2014 г. в среде армейской и гражданской бюрократии существовало сопротивление AKP: государственные органы (и в первую очередь армия) старались сохранить свою структуру, которая была сформирована после 12 сентября 1980 г. Это сопротивление АКР преодолела с помощью США и особенно ЕС. Подобная, но гораздо слабее, реакция возникла и в рядах TUSIAD между выборами 2002 и 2007 гг. (на которых AKP получила 34,3 и 46,6% голосов). Для АКР было важно завоевать армию и приручить TUS IAD путем неолиберальной политики.

Поэтому в первый срок нахождения у власти она вела осторожную «позиционную войну»; преданно выполняла неолиберальную программу прежнего правительства, подготовленную Кемалем Дервишем, бывшим зам. директора Всемирного банка; избегала вызывать общественный конфликт своей мечтой об исламском обществе. О последнем AKP начала все настойчивее говорить после 2013 г., когда она расторгла союз с либералами. Поэтому одним из факторов попытки военного переворота 2016 г. стало союзничество с армией именно как с капиталистической группировкой2.

2 «Странно то, что никто пока не исследовал корреляцию между "потрясениями" в фонде ОУЛК и попыткой военного переворота 15 июля 20 года. Однако... попытки поставить под контроль правительства такую большую монополию, как ОУЛК. вызывает беспокойство в среде генералов, и они будут делать все возможное, чтобы остановить этот процесс» [1. С. 148].

Религия и национализм как традиционные средства гегемонии. Строительство новой нации

AKP использует религию как средство гегемонии. Ректор Университета Харрана в г. Урфа, в котором обучается около 25 тыс. студентов, профессор Рамазан Ташалтын указывает: «Согласно исламу, повиноваться президенту есть "фард аль-айн" (религиозная ответственность, которая является обязательной для всех без исключения. — Й. Л.); и противостоять ему есть "харам" (запрет, не действовать согласно которому является грехом. — Й. Л.)» [9].

AKP строит новую нацию.

Во-первых, это — контрреволюционная нация, т. к. она создается на базе реванша у революции (республики)3.

Во-вторых, идеологический хребет этой нации — сунниты. Это пан-исламистская нация, которая включает в себя и курдский народ, что является исламистской парадигмой разрешения курдского вопроса.

В-третьих, хотя эта нация и панисламистская, она все-таки не «умма» или не намерена стать таковой (не важно, как называют ее исламистские пропагандисты); она использует ислам как политическое оружие для приобретения международной геополитической силы и престижа, не скрывает свои неоосманистские экспансионистские мечты, но существует как нация только в пределах государственных границ. По сравнению с в высшей степени прагматичным Эрдоганом, надо принимать правительство Давутоглу как исключение, поскольку он не только политически, но и идеологически панисламист. И в бытность академиком, и во время премьерства он считал всю бывшую османскую территорию от Северной Африки до Кавказа зоной естественной ответственности Турции как наследницы империи. Давутоглу ставил в основу своего понятия «нация» историю, которую он считал общей для всех народов на этой территории. С другой стороны, для Эрдогана этот дискурс означает не более чем демагогию, к которой он обращается, чтобы достичь своих геополитических целей и консолидировать свою опору4. Панисламист-ская и неоосманистская лексика является одним из главных источников напряжения с арабскими государствами, в том числе и с союзниками. В основе враждебности к кемализму лежит и то, что кемализм избегал вмешиваться во внутреннюю политику соседних, особенно арабских, стран и заботился об их территориальной целостности. Каждый раз,

3 «Контрреволюционная нация» противоположна «революционной нации» Хобсбаума. «Нацию-народ» характеризует общее благо. Единство и неделимость — свойства революционной нации, но она имеет и внутреннюю неоднородность. Принадлежность к революционной нации нуждается в «готовности усвоить ее язык, наряду с прочими правами, законами и общими чертами свободного народа». Иначе говоря, принадлежность к революционной нации — это выбор. Революционная нация формируется «сознательным политическим выбором ее потенциальных членов» [3. С. 34—36, 140]. Но контрреволюционная нация не является предметом свободного политического выбора ее потенциального члена; свободная воля не имеет к ней никакого отношения; членство в ней приобретается только путем этической, религиозной, сектантской принадлежности, которая существует независимо от воли человека. Следовательно, общая вера (сунниты) и безоговорочное повиновение государству как форма политического фетишизма и являются основой контрреволюционной нации.

4 Подробнее критику истории и геостратегии в понимании Давутоглу см. [7].

когда какое-либо правительство Турции нарушало этот принцип, возникал межгосударственный региональный кризис.

В-четвертых, эта нация опирается на парадигму «двух наций», которую британский академик Боб Джессоп предложил для Великобритании во времена М. Тэтчер: условием существования «суннитской нации» является «внутренний враг»; в основном это коммунисты, революционеры, левые, кемалисты и алавиты. Но это не только культурный, но и классовый раскол. Если обратить внимание на классовое происхождение участников событий на площади Гези в 2013 г., очевидно, что между новым рабочим классом, который по своей природе противостоит исла-мизации, и опорой нового режима («исторический блок») существуют и классовые различия. Именно этот новый рабочий класс (вместе с классическим рабочим классом на окраинах больших городов, с радикальными левыми организациями, особенно распространившимися среди бедных алавитов в тех же окраинах) представляет самые динамичные, энергичные группы общественной оппозиции. Главной причиной того, почему оппозиция часто понимается как культурное противоречие, возникающее от образа жизни, является то, что самое активное сопротивление исламизации оказывают новый рабочий класс и городские бедняки, служащие опорой радикальных левых организаций.

Этапы установления власти AKP

Многие исследователи четко отделяют первый срок AKP (2002—2007) от следующего периода и обращают внимание на политические различия между ними. Так, «13-летний период власти (теперь 16-летний. — Й. Л.) AKP можно разделить на два периода: этап самозащиты, который характеризуется (политической. — Й. Л.) борьбой AKP, как партии, усваивающей политическую традицию "milli gorU§" ("национальное мнение" — политический ислам средней буржуазии Турции, возглавляемый долгое время Н. Эрбаканом. — Й. Л.), за легитимность и удерживание лидерства среди представителей истеблишмента (2002—2007); и этап наступления, где она дерзко навязывает целому обществу свою идеологическую концепцию, и когда она устанавливает господство над всем аппаратом государства, ведя операцию ликвидации центров сил, ограничивающих ее, с самоуверенностью, легитимностью и опытом, который она накапливала все это время» [10. S. 875; 13. S. 616].

Так называемая традиция национального мнения — политическое движение, которое отражает интересы ростовщиков и торговцев Анатолии. Долгие годы оно оставалось «пасынком» союза господствующих классов, его унижали и презирали5. Это движение было отстранено от

5 Улаш Бардакчы — один из основателей ТНКР-С (убит в 1972 г.); в своем выступления на защите в суде в 1971 г. определил общественное движение, создавшее Партию национального порядка, т. е. организацию «национального мнения», как «ростовщика-лавочника, магната в маленьком городке». Это движение создал финансовый капитал, и таким образом было достигнуто новое классовое равновесие с середины 1960-х гг., потому что финансовый капитал был напуган усилением левых во время краткого господства реформистской буржуазии с 1960-го по 1963 г.: «финансовый капитал выдвинул ростовщика-лавочника против нас, так как его силы не хватило. Укрепляли и провоцировали уже организованного ростовщика-лавочника против нас».

госаппарата во время военных переворотов 1971 и 1980 гг., но в 1980-м его идеологическую структуру (политический ислам) соединили с турецким национализмом и сделали его полуофициальной идеологией государства (так называемый турко-исламский синтез). Хотя с 1990-х гг. оно потеряло прошлое относительно широкое влияние и классовую опору, тем не менее продолжает существовать, особенно в провинции. Подавляющее большинство кадрового состава АКР составляют бывшие боевики воинствующего крыла «национального мнения» (т. е. «акынджы-лар»), остальные — фашистские боевики 1960-х, 1970-х, даже 1980-х гг., активисты и сторонники правых партий. Они сделали стратегический выбор, когда АКР отпочковалась от «национального мнения» в конце 1990-х; они объявили, что не имеют претензий к США и будут продолжать проводить неолиберальную политику. Но «национальное мнение» противостояло этому. Таким образом, когда они создали новую партию, у основателей АКР не осталось никаких отношений с «национальным мнением». Но общие идеологические корни этих партий облегчили АКР поддержание политической и экономической связи с МСП (новая средняя буржуазия в провинции). Ислам как отличительная черта «национального мнения» стал главным козырем АКР в политической борьбе.

В первом периоде АКР не сама боролась за легитимность — эта работа была выполнена либеральной интеллигенцией, которая тогда являлась «органической интеллигенцией» АКР. Она была не только рекламным лицом АКР: личные, а иногда и политические отношения с элитами ЕС были созданы при ее посредничестве.

2007 г. имеет критическое значение в истории АКР: с этого года Абдул-лах Гюль де-факто был удален из партии и фактически оказался в изоляции на президентском посту.

2013 г. исключительно важен из-за двух событий: начала войны с гю-ленистами (с так называемого «кризиса частных учебных заведений») и разрыва союза с либеральной интеллигенцией. Азиз Бабушчу, тогдашний председатель городской организации АКР в Стамбуле, говорил 1 апреля 2013 г.: «Те, кто был в союзе с нами... во время нашего десятилетнего правления, не будут таковыми в следующие десять лет. Либералы были с нами в союзе. Однако будущее — это период строительства. И строительство не будет таким, как они желают. Следовательно, они не будут с нами. Те, кто ходил с нами вчера, завтра станут союзниками тех сил, которые выступят против нас. Потому что та Турция и то будущее, которые мы будем строить, не будут такими, которые они примут»6.

Чьи интересы представляет АКР?

С точки зрения либералов и курдской националистической интеллигенции АКР — элита, которая заменила «кемалистскую элиту» или создала новую коалицию с ней, хотя в прошлом она сделала немало для

6 В этой весьма важной декларации Бабушчу использовал терминологию либеральной теории Ш. Мардина [4].

освобождения страны от «кемалистского опекунства» с помощью либералов, а также США и ЕС. По мнению левых, AKP — представитель монополистической буржуазии и «"исламистского капитала" как фракции капиталистического класса» [13. S. 617].

По нашему мнению, AKP — нечто другое: ее верхушка сама по себе есть новая буржуазия.

Чтобы понимать проект гегемонии AKP и новые классовые отношения в нем, надо разделить господствующие классы на четыре плюс одну главные фракции:

1. Новая фракция монополистической буржуазии, которой является AKP. Ее основная часть обогатилась благодаря использованию государственных возможностей, стала монополией и обрела классовое самосознание. Благодаря исламской «сверхобидчивости» («hassasiyet»: якобы требование уважения к исламскому образу жизни, которое на деле означает требование ко всем остальным придерживаться этого образа жизни), эта фракция наладила хороший контакт с неолиберальными политиками. Будучи хотя и против конвенционального вида банковского процента, она создала идеальную форму капитала в неолиберальную эпоху, поскольку для нее накопление денег и сокровищ гораздо важнее производства (цикл капитала остается незавершенным и остается в виде накопления денег). Эта фракция монополистической буржуазии присоединилась к государству не только ради привилегий, возникнувших благодаря тому, что в стране установилась де-факто однопартийная власть, и AKP сама стала государством, но еще и ради Фонда благосостояния.

2. TUS IAD — представитель традиционной монополистической буржуазии.

3. OYAK — монополия генералов, самая кастовая фракция монополистической буржуазии.

4. Гюленисты как капиталистическая группировка. Ее представители сейчас либо ликвидированы, либо растворены в первой фракции.

5. МСП (средняя буржуазия). Это не только классовая, но и организационная основа AKP в провинции. Ее представители чаще всего воинственно настроены. В больших городах AKP использует люмпен-пролетариат и лавочников как боевиков, в провинции эта функция выполняется выходцами из средней и мелкой буржуазии. Таким образом, хотя эта средняя буржуазия не имеет влияния на власть (и не может иметь, т. к. не только ее экономическая слабость, но и исламские нормы и культ лидера ей этого не позволяют), она выступает как сила поддержки, как штурмовики, «белорубашечники»7.

AKP должна питать эту новую среднюю буржуазию и препятствовать ее гибели. Впоследствии AKP упразднит все препятствия эксплуатации труда в пользу средней буржуазии. Наличие беженцев из Сирии, число которых в апреле 2018 г. достигло 3,5 млн человек, удешевляет рабочую силу. Средняя буржуазия пользуется этим незаконным ресурсом,

7 Этот термин часто используется и напоминает о белом сукне — «кеГеп», которым покрывают мертвых.

т. к. МСП в качестве провинциальной организации партии имеет привилегию, делающую ее неприкосновенной. Кроме того, АКР должна гарантировать будущее инвестиций, особенно южноанатолийских МСП, на оккупированных территориях Сирии, где дикая капиталистическая эксплуатация организована «по исламским правилам» джихадистов.

Сирийские беженцы: мультифункциональное средство для гегемонии

Сирийские беженцы — важный фактор гегемонии АКР.

Во-первых, рабочая сила становится дешевле. Из числа зарегистрированных сирийских беженцев способных к работе (с 15 до 59 лет) — около 2 млн, почти половина из них — мужчины. В центрах временного пребывания проживает 230 тыс. До 2016 г. только 7053 беженца получили официальное разрешение работать. Огромная разница между фактическим и официальным числом мигрантов, которые выходят на рынок труда, играет большую роль в инвестициях, особенно средней буржуазии [12; 9. Б. 62].

Во-вторых, общественное напряжение растет и провоцирует национальную вражду. Ежедневно можно встретить новости об атаках на сирийских беженцев и о столкновениях с ними. Особенно это характерно для провинции, где главной причиной таких фактов являются, кроме удешевления рабочей силы, социальное обеспечение и поддержка некоторых «счастливцев» (которые играют определенную роль в провинциальных организациях АКР), пользующихся привилегией беженцев.

В-третьих, правительство использовало беженцев как политическое оружие против европейских стран. В феврале 2016 г. Эрдоган заявил Жан-Клоду Юнкеру, председателю Европейской комиссии, и Дональду Туску, председателю Европейского совета: «В любое время мы можем открыть пограничные пункты на границе с Грецией и Болгарией и отправить беженцев в переполненных автобусах» [6].

В-четвертых, АКР использует сирийских беженцев как опору путем раздачи гражданства и фальшивых голосов8.

В-пятых, сирийских беженцев рассматривают как военный резерв в гражданской войне в Сирии.

В-шестых, присутствие сирийских беженцев парадоксально приводит к тому, что боевики АКР организовываются под предлогом «защиты ислама от кафиров» и усмиряют тех, кто противостоит джихадистам и джихадизму.

8 АКР подчинила себе Верховный избирательный совет (как и все государственные учреждения) и через поправку к закону сделала почти невозможным расследовать мошенничество. Однако, по-видимому, немало мошенничества было на выборах 24 июня 2018 г., — хотя нет ни официальных данных, ни расследований. Так, согласно исследованию, которое главная оппозиционная партия, СНР, заказала академикам престижного Технического университета Ближнего Востока (ODTU), около 2,5 млн избирателей, т. е. 4%, вбросили фальшивые билеты. Это значит, что разрыв между Эрдога-ном и его самым близким соперником, возможно, был увеличен на 8 процентных пунктов.

ф ф ф

Различая знание, обусловливающее воспроизведение, и знание, определяющее идеолого-психологическое формирование личности, Йылдызоглу говорит: «Если есть общественный слой, который может приобретать богатство только потому, что он имеет в собственности знания, — тогда этот слой должен называться уникальным классом». Он считает, что именно поэтому «интеллектуалы иногда могут формировать уникальный класс». АКР является «слоем интеллектуалов, который владеет "религиозным знанием" и, следовательно, стремится к усмирению и ликвидации противоречивых знаний... Враждебность этого слоя республике — это не только параноидная ненависть, она является классовым поведением, которое имеет свои исторические корни, традицию, наследие» [14. 5. 30—31].

С одной стороны, этот анализ плодотворен; однако видеть воспроизводство духовного мира таким же важным, как и производство материального мира, проблематично. Никакие классы или слои не могут довольствоваться только владением «духовными» средствами производства.

АКР — новый слой монополистической буржуазии, который весьма эффективно соединяет эти миры материального и духовного производства и, таким образом, правит. Но все равно этот слой принадлежит к материальному миру, проявляет рефлексы этого мира, капитализма. Это картель, который появился в строительном секторе в 2003 г.; через смену управления в ОУАК и благодаря попытке военного переворота 2016 г. и армия стала участником картеля; благодаря отношениям с клептократией иракского Курдистана, региональным инвестициям в строительство и энергетику и партнерству с катарским капиталом он сделался региональной силой и через Фонд благосостояния полностью объединился с государством.

Однако АКР — не только представитель фракции монополистической буржуазии: она сама и есть эта фракция. Через ОУАК — военная бюрократия, через родственников (особенно зятьев, которым открываются привилегии картеля) — судебная и административная бюрократия присоединились к картелю.

То, что некий общественный класс полностью организован в политическую партию и становится самим государством со всеми его репрессивными и идеологическими аппаратами, порождает необычные результаты. Государство, в котором господствуют «наиболее реакционные», наиболее агрессивные, наиболее разбойничьи элементы финансового капитала, напоминает фашизм. Но если в классических фашистских режимах государство сохраняет относительную автономию, то это государство не имеет никакой автономии, потеряло свою нейтральность к другим капиталистическим группировкам и полностью реорганизовано. Идеологическая рамка реорганизации — религия, используемая как новая созидательная идеология для строительства новой нации.

АКР придает большое значение легитимности, полученной через выборы. Несмотря на распространяющееся на каждых выборах мошенни-

чество, настойчивость в проведении процедуры выборов подтверждает это. Следовательно, AKP считает результаты выборов показателями согласия населения. Но усиление кризиса будет снижать это согласие, и AKP будет нуждаться в большем применении насилия9.

Учитывая все это, можно сделать следующие выводы:

1. По поводу отношений с западными странами. Правда, что экономическая «теория» Эрдогана, корни которой находятся в исламистском фанатизме, возрождает недоверие в центрах финансового капитала. Но финансовый капитал ищет политическую стабильность. Тогда возникает вопрос: что вызывает политическую нестабильность — присутствие или отсутствие AKP? Как видно из практик неолиберализма на примерах военных диктатур в Латинской Америке и в Турции, политическая стабильность не означает демократию; наоборот, демократия часто может быть основным источником нестабильности.

2. В ходе реализации проекта нового государства, новой нации, нового общества все бывшие государственные институты оказались разрушены, и не осталось никакой «относительной автономии» государства.

Литература

1. Йанлик Л. «Картель Эрдогана» и финансово-промышленные союзы Турции // Современная наука и инновации. 2018. Т. 21. № 1.

2. Маркс К. Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Изд. 2. М. : Госполитиздат, 1957. Т. 8.

3. Хобсбаум Э. Нации и национализм после 1780 года. СПб. : АЛЕТЕЙА, 1998.

4. Babujcu: Gelecek 10 yil, Liberaller Gibi Eski Paydajlanmizin Arzuladigi Gibi Olmayacak. — http:// t24.com.tr/haber/babuscu-onumuzdeki-10-yil-liberaller-gibi-eski-paydaslarimizin-kabullenecegi-gibi-olmayacak,226892 (дата обращения: 28.10.2018).

5. Erdogan'a Itaat Farz, Kar§i Qkmak Haramdir. — https://odatv.com/erdogana-itaat-farz-karsi-cikmak-haramdir-30101826.html (дата обращения: 30.10.2018).

6. Erdogan'dan AB'ye Multeci Krizi Tepkisi. — https://www.bbc.com/turkce/haberler/2016/02/160211_ erdogan_omer_celik_multeciler_aciklama (дата обращения: 30.10.2018).

7. Kivan^ Ü. Pan-islamcinin Macera Kilavuzu. Istanbul : Birikim Yayinlari, 2015.

8. Ko^al V. HDP'nin Politik Ekonomisi: Sefimin Ijiginda Bir Yerel Ölfek Denemesi // Evrensel. 2018. 08.07.

9. Korkmaz M. Gefici Koruma Kapsamindaki Suriyelilerin Turkiye í§gucu Piyasasina Etkileri ve Degerlendirmeler // Sosyal Guvenlik Uzmanlari Dergisi. 2017. Т. 7. № 13.

10. Saracoglu C. Minare ile ín§aat Golgesinde // Osmanli'dan Gunumuze Turkiye'de Siyasal Hayat / G. Atilgan, C. Saracoglu, A. Uslu (eds.). Istanbul : Yordam Kitap, 2015.

11. Sevin^ M. Nasil Bir Sisteme Geftik? §öyle Bir Sisteme Geftik! — http://www.diken.com.tr/nasil-bir-sisteme-mi-gectik-soyle-bir-sisteme-gectik/ (дата обращения: 28.10.2018).

12. Turkiye'deki Suriyelilerin Demografik Yapisi Qkarildi. — https://www.aa.com.tr/tr/turkiye/ turkiyedeki-suriyelilerin-demografik-yapisi-cikarildi/1033253 (дата обращения: 30.10.2018).

13. Yejilbag M. Hegemonyanin Harci: AKP Doneminde ínjaata Dayali Birikim Rejimi // Ankara Üniversitesi SBF Dergisi. 2016. Т. 71. № 2.

14. Yildizoglu E. Siyasal Islam ve Restorasyon. Istanbul : Tekin Yayinevi, 2015. ♦

9 Возможно, последние выборы 31 марта 2018 г. показывают новое направление в поведении режима, т. к. он впервые не принял не только результаты выборов, но даже их легитимность.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.