МУЗЕЕВЕДЕНИЕ, КОНСЕРВАЦИЯ И РЕСТАВРАЦИЯ ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫХ ОБЪЕКТОВ
УДК 728:72.061
«НОВОДЕЛ» В УСАДЬБЕ: "PRO"ET "CONTRA"
М.А. Полякова
martapolyak@yandex.ru
Российский государственный гуманитарный университет Москва, Россия
Аннотация. Статья знакомит с проблемой воссоздания усадебных ансамблей в российской практике. Автор делает акцент на возведении усадебных построек, прежде всего, усадебных домов - «новоделов», рассматривая аргументы «за» и «против» подобных проектов. В статье поставлена актуальная проблема, связанная с этим процессом - проблема подлинности.
Ключевые слова: усадьба, усадебный дом, культурное наследие, ансамбль, реставрация, «новодел», подлинность.
Для цитирования: Полякова М.А. «Новодел» в усадьбе: "pro" et "contra". Наследие и современность. 2020;3(2):44-53.
«Всюду в России: в южных губерниях, на севере и в центре -можно наблюдать развал старого, развал не только денежный, но развал культурный, невнимание и нелюбовь к тому, что должно украшать жизнь... И нет ни одного примера дошедшей до нас целиком сохранившейся помещичьей усадьбы XVII века», - так писал Н.Н. Врангель об усадьбах начала XX века [1]. Сохранность большинства усадебных комплексов не только XVII, но XVIII и XIX веков в наши дни можно назвать критической, их целостность в большинстве своем нарушена: мы можем буквально перечислить по пальцам усадьбы, в которых сохранились ансамбли - усадебные постройки (дом, церковь, хозяйственные службы), парки, пруды, мостики и пр. Чаще всего, от прежних усадеб остались заросшие парки, фундаменты домов, отдельные постройки. И, несмотря на процесс приватизации усадеб, который вот уже несколько десятилетий идет в стране, количество разрушенных и полуразрушенных памятников уменьшается крайне медленно [2, с. 869-916; 3, с. 527-540; 4, с. 582-623; 5, с. 601-632].
Необходимость восстановления целостности усадебных ансамблей ныне является одной из приоритетных задач. Эту задачу должен решать новый владелец, купивший усадьбу с разрушенным домом, остатками парка. Актуальна эта задача и для сферы туризма. Часто включение того или иного усадебного объекта в туристический маршрут сталкивается с проблемой сохранности этого объекта. Полуразрушенный усадебный ансамбль вряд ли может создавать у туристов «эффект присутствия» и эстетический восторг, даже если эта усадьба имеет древнюю историю и знаменитых в российской истории владельцев.
На сегодняшний день существует достаточно большой опыт воссоздания усадебных домов в известных российских музеях-усадьбах. Достаточно вспомнить Михайловское А.С. Пушкина в Псковской области, Шахматово А.А. Блока в Подмосковье, Дворяниново А.Т. Болотова в Тульской области. Усадебные дома в этих музеях воссозданы по старым чертежам и архивным документам как копии когда-то существовавших здесь подлинных объектов. По сути, в перечисленных усадьбах мы имеем «новоделы», отношение к которым в сфере сохранения и реставрации культурного наследия неоднозначно [6]. Многие специалисты выступают против многочисленных копий архитектурных уникальных объектов, появившихся в большом количестве в ряде городов. Один из авторитетнейших специалистов в сфере сохранения московского архитектурного наследия А.И. Комеч призывал еще в конце 1990-х годов относиться к процессу воссоздания архитектурного наследия осознанно, подходя к каждому факту создания «копии» индивидуально. Он писал, что восстановление архитектурных памятников, разрушенных во время Великой Отечественной войны, - это горький, но, видимо, необходимый опыт. «...таким образом зарубцовываются нанесенные врагом раны - писал он, /.../ - сшиваются разорванные страницы исторического самосознания народов» [6, с. 25].
Современная же практика «новоделов» в Москве вызывала у ученого явно критическое отношение. Он подчеркивал, что многочисленные «новоделы» в Москве привели к обесцениванию такого важнейшего понятия всей сферы сохранения культурного наследия, как подлинность. Практика строительства «новоделов», по его мнению, стала оправданием многочисленных сносов - «если все можно построить заново, то зачем хранить подлинное?» [6, с. 27]. Вместе с тем, ученый понимал, что практику воссоздания остановить уже невозможно, и дело не в политике городских властей и амбициях высокопоставленных чиновников. Этот процесс уже трудно представить без социального контекста, он стал, по сути, «социальным заказом общества». А.И. Комеч подчеркивал: «Если общество желает воссоздавать некие объекты, то надо отдать себе отчет в том, что речь идет о создании копий, дающих возможность общественному сознанию «реставрировать» дорогие для себя представления и переживания» [6, с. 26]. Называя эту практику бедой, а не победой для художественной культуры, А.И. Комеч все-таки признавал ее как общественное значимое явление.
В настоящее время проблема воссоздания целостности усадебных ансамблей стоит очень остро. Благодаря общественной инициативе обсуждаются и успешно реализуются проекты строительства «новоделов» - усадебных домов. Как оценивать эту практику? Каковы аргументы «за» и «против» ее широкого распространения? Эта проблема вызывает дискуссии в среде профессионального сообщества: в ней переплетены интересы реставраторов и архитекторов, музейных работников и менеджеров в области туризма.
Вновь встает необходимость обратиться к проблеме подлинности. Оставаясь основополагающей в сохранении культурного наследия, в том числе в изучении, актуализации объектов, реставрационной и музейной деятельности, эта проблема сегодня воспринимается иначе, чем даже несколько десятилетий назад. Причина этого изменения связана с новыми рыночными отношениями, которые буквально «захлестнули» все наше общество, в том числе и сферу культуры. Сегодня рынок диктует свои законы, идет процесс «капитализации»» культурного наследия: памятники рассматриваются как товар, который должен быть как можно быстрее и дороже продан. Как следствие этого, - поспешная, нередко далекая от научной, реставрация, непродуманные проекты актуализации уникальных объектов. В сфере туризма все более востребованными становятся яркие реконструированные постройки, «новоделы», обладающие неким «историческим флером». Достаточно вспомнить московские постройки последнего десятилетия - Дворец Алексея Михайловича в Коломенском, «достроенные» живописные руины в Царицыно, Казанский собор на Красной площади. Именно в последние годы мы все чаще употребляем термины «фантазийная реставрация», «целостная реконструкция», «фасадная реставрация».
Важно отметить и еще одну тенденцию в изучении и сохранении культурного наследия, существенно повлиявшую на восприятие проблемы подлинности. Сегодня единичные объекты культурного наследия изучаются, актуализируются только в контексте с окружающей средой. Нередко окружающая среда имеет статус объекта культурного наследия (достаточно вспомнить музеи-заповедники, заказники, национальные парки). Объекты культурного наследия и памятники природы воспринимаются как единое целое. Современные исследования, рассматривающие памятники в историческом и природном контексте, являются междисциплинарными и создаются на стыке культурологии, регионоведения и географии. Именно такой культурологический подход в географии позволяет выявить территориальные особенности национальных культур. Культурная жизнь страны при этом понимается как синтез процессов, каждый из которых формирует культурный облик различных территорий. В основе этого научного подхода - понятие «культурный ландшафт», который понимается как «сотворчество человека и природы» [7-11]. С понятием «культурного ландшафта» неразрывно связана так называемая «средовая» охрана культурного наследия. Созданные на этой базе музеи несут в себе отчетливую социальную направленность, так как главным объектом
музеефикации в подобных музеях является именно среда (историко-культурная или природная) со всеми составляющими ее элементами -движимыми, недвижимыми или нематериальными объектами культурного наследия. В «средовых» музеях очень часто подлинные объекты соседствуют с копиями, «новоделами». Нередко, подлинный объект являясь средообразующим, дополняется «новоделами», позволяющими формировать именно ту среду, которая может характеризовать все необходимые взаимосвязи.
Таким образом, современные реалии сохранения и музеефикации культурного наследия ставят исследователей перед необходимостью более глубокого анализа основных постулатов о подлинности, которые приведены в международных документах по реставрации и консервации - «Венецианской хартии» (1964) и Нарском документе о подлинности (1994)- Главный консультант Центра Всемирного наследия ЮНЕСКО Бернд фон Дрост в своем докладе на Нарской конференции (Япония) подчеркнул, что «...нет и никогда не будет однозначной концепции подлинности». Он писал, что положения Венецианской хартии останутся ценными в будущем, однако спустя столько лет (с 1964 года -года принятия Венецианской хартии) может настать время для пересмотра ее философской концепции [12, с. 173-175]-
Но обратимся к основным «заповедям» самых авторитетных документов по реставрации - «Венецианской хартии» 1964 года и Нар-ского документа о подлинности 1994 года. Они остаются определенным руководством к действию для всех реставраторов и архитекторов. «Процесс реставрации должен быть остановлен там, где начинается предположение» - один из важнейших постулатов «Венецианской хартии». Этот документ объявлял приоритет консервации над реставрацией. При реставрации объектов культурного наследия в соответствии с этим документов «должно уважать значительные дополнения разных периодов строительства монумента.» [13, с. 118]- Если объект культурного наследия содержит различные исторические наслоения, то, согласно Венецианской хартии, «.раскрытие нижележащих слоев может быть оправдано только в исключительных обстоятельствах, а именно тогда, когда то, что удаляется, представляет незначительный интерес, а материал, извлекаемый на свет, обладает выдающейся исторической, археологической или эстетической ценностью» [13, с. 119]-Все эти положения обладают непререкаемым авторитетом для архитекторов и реставраторов, хотя дискуссии по определению критериев подлинности в научном сообществе сегодня достаточно остры [14-I6].
Возникает вопрос, как последнее утверждение применимо к усадебным домам, в которых очень часто все наслоения и переделки обладают особой исторической ценностью, связанные с определенными художественными и историческими особенностями? Уже упомянутый
выше Бернд фон Дрост вводит такое понятие как «развивающаяся подлинность». Сохранившийся подлинный объект, видимо, необходимо рассматривать в исторической динамике, и каждый исторический пласт будет ценен, как в художественном, так и в историко-культурном срезе. В качестве примера можно привести подмосковную усадьбу Пущино-на-Наре. Усадьба находится в полуразрушенном состоянии, она исследуется реставраторами. В научной статье об усадьбе ее автор подчеркивает, что усадьба - «это памятник разных периодов русского классицизма: от раннего периода классицизма к зрелому и до неоклассицизма начала XX в. Благодаря богатой строительной истории памятника представляется возможность видеть в одном архитектурном объеме наслоения разных периодов и сравнивать строительные, композиционные и декоративные приемы разных фаз развития архитектуры» [17, с. 68-78]. Для любой усадьбы переделки и наслоения очень важны, так как они, как правило, связаны со «вкусами» и предпочтениями владельцев. Если же обратиться к международным критериям подлинности, то все они связаны с обликом памятника на момент его создания. Определены следующие критерии: подлинность материала; подлинность замысла; подлинность мастерства; подлинность окружения. Таким образом, большинство усадебных домов, имеющих сложную историю строительства, никак не соответствует международным стандартам [17, с. 78]. Вывод напрашивается сам собой - каждый памятник индивидуален, в каждом отдельном случае его подлинность определяется специалистами на основании его истории, этапов строительства и сохранности.
Все рассуждения о проблеме подлинности, трудности ее определения и некоей трансформации этой проблемы с 1960-х годов, времени утверждения «Венецианской хартии», необходимы, чтобы подчеркнуть, что современная тенденция в реконструкции памятника на время его создания практически неприменима к усадебному наследию. Проблема выбора научно обоснованной даты для реставрации усадебных домов - одна из важнейших проблем.
Как уже утверждалось выше, усадебное наследие сегодня переживает не самые легкие времена. Многие регионы страны потеряли огромное число уникальных усадебных ансамблей. Пик разрушений пришелся на 1930-е годы, когда классовые подходы возобладали над научными и музейными оценками, сказалось и чисто утилитарное отношение к памятникам архитектуры - во многих усадебных домах открывались санатории, богадельни, приюты для беспризорных. Дома перестраивались, приспосабливаясь к нуждам новых хозяев, нередко разрушались и просто сгорали. Синодик утраченных усадебных построек в этот период очень велик. Огромный урон нанесла и Великая Отечественная война: многие уникальные усадебные ансамбли, располагавшиеся в районах военных действий, были стерты с лица земли.
48
Сегодня во многих регионах по инициативе местного сообщества восстанавливают утраченные усадебные дома. Вспомним высказывание искусствоведа А.И. Комеча. Он подчеркивал, что при воссоздании памятников нужно четко отдавать себе отчет, что речь идет о создании копий, дающих возможность общественному сознанию «реставрировать» дорогие для себя представления и переживания.
Проблема воссоздания усадебных домов в полностью или частично сохранившихся парках является дискуссионной. Существует точка зрения специалистов, что в усадебном парке может быть построен дом современной архитектуры, используемый как культурно-досуговый центр, библиотека. Бесспорно, новое усадебное здание может быть интересно по замыслу, но как оно впишется в существующий ландшафт? Особенность любого усадебного ансамбля заключается в его целостности - сохранении или восстановлении необходимых взаимосвязей между постройками и природным окружением. Музейные специалисты пишут о новом территориальном подходе в музеефикации литературно-мемориальных усадебных комплексов, заключающемся в целостной демонстрации ландшафта. Более того, они активно переосмысливают свои территориальные границы, опираясь на концепцию «средового музея». «Полифония места поощряет к всестороннему раскрытию образа Мастера» - подчеркивает исследователь [18, с. 177]. Новая постройка может появиться в усадебном пространстве, если о доме ничего неизвестно: нет чертежей и планов, описаний, старых гравюр или фотографий. Но такая ситуация бывает не часто. В музеях-усадьбах появление дома-«новодела» позволяет логически завершить частично сохранившийся ансамбль, в доме появляется мемориальная экспозиция. При этом возникает очень важный, чисто музейный вопрос - чем «наполнить» этот новый дом? Чаще всего, подлинных мемориальных вещей к моменту воссоздания дома сохраняется уже не так много. Достаточно вспомнить Шахматово и Дворяниново. Появляются копии, типологические предметы. Мемориальный музей, как правило, по сути, становится музеем быта определенного периода. Но сам усадебный ансамбль с домом, который воспринимается как элемент ландшафта, может многое рассказать об известном владельце (например, старинный сохранившийся парк в усадьбе Болотова, над которым ученый работал практически всю свою жизнь, дом, который он сам строил, оформлял интерьеры своей «светелки»). При этом усадьба воспринимается целостным «культурным ландшафтом». Подобные воссозданные ансамбли востребованы в туристской сфере, большую работу с населением проводят в усадебном доме - «новоделе» музейные работники.
Вместе с тем, говорить о восстановлении целостности усадебного ансамбля со строительством усадебного дома можно с большими оговорками. Как известно, усадьба - это ансамбль, целый хозяйственный и жилой комплекс, в котором дом, бесспорно, играет доминирующую
49
роль, но в него входят и флигели, и хозяйственные постройки, парковые сооружения. Практика строительства «новоделов» хозяйственных построек в усадебном пространстве, особенно когда в усадьбе создается музей, встречается не часто. Таким образом, даже строительство усадебного дома далеко не всегда создает необходимый эффект целостности ансамбля.
Без сомнения, практика воссоздания усадебных домов не должна принимать широкий размах, в каждом конкретном случае необходимо ставить проблему о целесообразности нового строительства. Невозможно в каждом вновь построенном доме открыть музеи, и большая часть проектов касается такой формы актуализации подобных новоделов, как «артосмысление», то есть открытие в них культурно-просветительных центров, библиотек, школ или выставочных залов. В качестве примера можно привести проект актуализации усадебного дома Милюковых в с. Овсище Вышневолоцкого района Тверской области, связанного с творчеством художников Г.В. Сороки и С.Ю. Жуковского. Дом, его окружение, интерьеры изображены на полотнах этих художников. Дом сохранился, но подлинность его значительно нарушена - в 1930-е годы усадебный дом был перемещен из с. Островки, где находилась сама усадьба Милюковых. Изменилось природное окружение памятника. Ныне он расположен в с. Овсище, дом кардинально перестроен. В нем расположена сельская библиотека. Сейчас идет процесс восстановления дома по проекту реставратора В.И. Яку-бени. Картины Г.В. Сороки и С.Ю. Жуковского являются важным источником при реставрации внешнего облика дома, его интерьеров. Инициатива восстановления дома принадлежит сотрудникам библиотеки [19]. Подобные примеры есть и по другим областям [20].
Как оценить эту современную тенденцию? С точки зрения жестких реставрационных критериев, представленных в международных документах, эта практика просто недопустима. Но выше мы уже писали о тех изменениях, которые претерпело само понятие подлинности, отношение к этой проблеме. Многое изменилось и в музейной политике, в изучении и сохранении культурного наследия. Практически все наши российские музеи, и самые крупные - столичные, и небольшие -региональные, повернулись лицом к посетителю. Проблемы коммуникации в музееведении признаются всеми исследователями приоритетными в музейной теории и практике. Именно поэтому инициатива с мест, из регионов всячески приветствуется столичными учеными, практиками и административными ведомствами. «Сегодня интерес к регионам огромен - пишет один из исследователей - в чем-то это реакция на процессы глобализации, а в чем-то начало выстраивания мира на иных основаниях, мира гораздо более разнообразного, чем он казался еще вчера» [21].
Таким образом, одним из главных условий воссоздания усадебного дома является не просто поддержка этого проекта местным сообществом, но самое активное его участие в нем. Только тогда можно говорить о целесообразности восстановления усадебного дома. И, наверное, не столь важно, с какой точностью копия будет воспроизводить оригинал: воссозданный объект станет символом памяти, в котором хозяева дома будут бережно сохранять историю своего города или села и той усадьбы, целостность которой становится своеобразным залогом ее сохранения.
Литература
1- Врангель Н.Н- Помещичья Россия // История русских усадеб и поместий. М., 2009- 10 с.
2- Сборник Общества изучения русской усадьбы. Вып. 13-14 (29-30)- М., 2008. С. 869-9163- Сборник Общества изучения русской усадьбы. Вып. 15 (31)- М., 2009- С. 527-5404- Сборник Общества изучения русской усадьбы. Вып. 18 (34)- СПб., 2013- С. 582-6235- Сборник Общества изучения русской усадьбы. Вып. 20 (36)- СПб-М., 2015- С. 601-6326- Проблемы воссоздания утраченных памятников архитектуры- Pro et contra-
Иконников А.В. И ДР. (РЕД.). М., 1998. 120 С.
7- Культурная география / Под ред. Ю.А. Веденина, Р.Ф. Туровского. М., 2001- 191 с.
8- Культурный ландшафт как объект наследия / под ред. Ю.А. Веденина, М.Е. Кулешовой. М., 2004. 620 С.
9- Гуманитарная география / под ред. Д.Н. Замятина. вып. 1-6. М., 2004-201010- Полякова МА. Культурное наследие России. История охраны и современное
состояние. М., 2015. С. 35.
11- Веденин Ю.А. География наследия. Территориальные подходы к изучению и сохранению наследия. М.: Новый хронограф- 2018- 472 с-
12- Вятчанина Т.Н- Современные концепции подлинности в отечественной теории реставрации // Реставрация и исследования памятников культуры. Вып. 7- М., 2014- С. 173-17413- Международное право и охрана культурного наследия. Документы, библиография. Авторы-составители: М.А. Полякова и А.А. Александров. Под редакцией С.И. Сотниковой, И.М. Вандулакиса. Афины., 1997- 118 с.
14- Понятие подлинности в современной теории и практике реставрации // Материальная база сферы культуры. М., 199615- Бобров Ю.Г. Теория реставрации памятников искусства: закономерности и противоречия. М., 200416- Реставрация и исследования памятников культуры. Вып.7. М., 2014 (статьи К.В. Рыцарева и А.С. Щенкова, Т.Н. Вятчаниной, С.Б. Куликова).
17- Флоренцева НА- Усадьба Пущино-на-Наре: подлинность и наслоения // Реставрация и исследования памятников культуры. Вып.7. М., 2014- С. 68-7818- Никитина НА- Музеефикационная эмпирика: рецепции и переработки // Триумф музея? СПб., 2005- 177 с.
19- Полякова МА- Дом с картины обретает новую жизнь: музеефикация усадебного дома Милюковых в селе Овсище Тверской области // Меж двух столиц: тверская архитектура и монументальное искусство XVIII - середины XX века. Сборник статей. Составитель и ответственный редактор А. М. Салимов. Тверь., 2018- С. 148-15620- Наумов А.А- Опыт возрождения усадебного комплекса Богоявленское, «Брыково тож»: от восстановления стен к преображению жизни // Русская усадьба. Сборник Общества изучения русской усадьбы. Вып. 22(38)- СПб., 2017- С. 540-54621- Дукельский В- Региональная культурная политика: в поисках оснований // Музей и регион. Отв. ред. А.В. Лебедев. Сост. В.Ю. Дукельский. М., 2011- С- 12-
"MODERN REPLICA" IN COUNTRY SEATS: "PRO" ET "CONTRA"
M. Polyakova
martapolyak@yandex.ru
Russian State University for the Humanities, Moscow, Russia
Abstract. This article deals with the problem of houses reconstruction in Russian country estates. The author concentrates on the erection of new-builds, describing pros and cons of suchlike projects. The problem of authenticity, closely connected to the theme in focus, is also stated.
Keywords: country seat; country seat's house, heritage, architectural ensemble, restoration, modern replica, new-build, authenticity.
For citation: Polyakova M. "Modern replica" in country seats: "pro" et "contra". Heritage and Modern Times. 2020; 3(2^44-53.
References
1. Vrangel" N.N. Pomeshhichvya Rossiya // Istoriya russkix usadeb i pomestij. M., 2009. 10 s.
2. Sbornik Obshhestva izucheniya russkoj usadvby\ Vyvp. 13-14 (29-30). M., 2008. S. 869-916.
3. Sbornik Obshhestva izucheniya russkoj usadvbyv. Vyvp. 15 (31). M., 2009. S. 527-540.
4. Sbornik Obshhestva izucheniya russkoj usadvbyv. Vyvp. 18 (34). SPb., 2013. S. 582-623.
5. Sbornik Obshhestva izucheniya russkoj usadvby\ Vyvp. 20 (36). SPb-M., 2015. S. 601-632.
6. Problemyv vossozdaniya utrachennyvx pamyatnikov arxitektury\ PRO et CONTRA. Ikonnikov AV. i dr. (red.). M., 1998. 120 s.
7. KuTturnaya geografiya / Pod red. YuA. Vedenina, R.F. Turovskogo. M., 2001. 191 s.
8. KuTturnyvj landshaft kak obv vekt naslediya / Pod red. Yu.A. Vedenina, M.E. Kule-shovoj. M., 2004. 620 s.
9. Gumanitarnaya geografiya / Pod red. D.N. Zamyatina. Vyvp. 1-6. M., 2004-2010.
10. Polyakova MA. KuTturnoe nasledie Rossii. Istoriya oxranyv i sovremennoe sos-toyanie. M., 2015. S. 35.
11. Vedenin Yu.A. Geografiya naslediya. Territorialvnyve podxodyv k izucheniyu i sox-raneniyu naslediya. M.: Novyvj xronograf. 2018. 472 s.
12. Vyatchanina T.N. Sovremennyve koncepcii podlinnosti v otechestvennoj teorii restav-racii // Restavraciya i issledovaniya pamyatnikov kuTtury\ Vyvp. 7. M., 2014. S. 173-174.
13. Mezhdunarodnoe pravo i oxrana kuTturnogo naslediya. Dokumentyv, bibliografi-ya. Avtoryv-sostaviteli: M.A. Polyakova i A.A. Aleksandrov. Pod redakciej S.I. Sotnikovoj, I.M. Vandulakisa. Afiny\, 1997. 118 s.
14. Ponyatie podlinnosti v sovremennoj teorii i praktike restavracii // MateriaFnaya baza sferyv kulvturyv. M., 1996.
15. Bobrov Yu.G. Teoriya restavracii pamyatnikov iskusstva: zakonomernosti i pro-tivorechiya. M., 2004.
16. Restavraciya i issledovaniya pamyatnikov kuTtury\ Vyvp.7. M., 2014 (statvi K.V. Ryvczareva i A.S. Shhenkova, T.N. Vyatchaninoj, S.B. Kulikova).
17. Florenceva N.A. Usadvba Pushhino-na-Nare: podlinnostv i nasloeniya // Restavraciya i issledovaniya pamyatnikov kuTtury\ Vyvp.7. M., 2014. S. 68-78.
18. Nikitina N.A. Muzeefikacionnaya evmpirika: recepcii i pererabotki // Triumf muzeya? SPb., 2005. 177 s.
19. Polyakova MA. Dom s kartinyv obretaet novuyu zhiznv: muzeefikaciya usadebnogo doma Milyukovyvx v sele Ovsishhe Tverskoj oblasti // Mezh dvux stolicz: tverskaya arxitektura i monumentalvnoe iskusstvo XVIII - seredinyv XX veka. Sbornik statej. SostaviteF i otvetstvennyvj redaktor A. M. Salimov. Tver\, 2018. S. 148-156.
20. Naumov A.A. Opy t vozrozhdeniya usadebnogo kompleksa Bogoyavlenskoe, «Bryvkovo tozh»: ot vosstanovleniya sten k preobrazheniyu zhizni // Russkaya usadvba. Sbornik Obshhestva izucheniya russkoj usadvby\ Vyvp. 22(38). SPb., 2017. S. 540-546.
21. Dukel"skij V. RegionaFnaya kuTturnaya politika: v poiskax osnovanij // Muzej i region. Otv. red. A.V. Lebedev. Sost. V.Yu. Dukelvskij. M., 2011. S. 12.
Сведения об авторе
Полякова Марта Александровна, кандидат исторических наук, профессор Российского государственного гуманитарного университета, Москва, Россия. E-mail: martapolyak@yandex.ru
Author of the publication
Marta Polyakova, PhD in History, professor of Russian State University for the Humanities, Moscow, Russia. E-mail: marta-polyak@yandex.ru
Дата поступления 15.05.2020