Научная статья на тему '«Новая советская территория» (Карельский перешеек и Северное Приладожье) в советскофинляндском научно-техническом сотрудничестве в 1956-1963 гг'

«Новая советская территория» (Карельский перешеек и Северное Приладожье) в советскофинляндском научно-техническом сотрудничестве в 1956-1963 гг Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
111
21
Поделиться
Ключевые слова
ДЕРЕВООБРАБОТКА / РАЗВИТИЕ ТЕХНОЛОГИЙ / МЕЖДУНАРОДНОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО / WOODWORKING / TECHNOLOGICAL DEVELOPMENT / INTERNATIONAL COOPERATION

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Кочеткова Елена Алексеевна

Речь в статье идет о попытках Советского Союза наладить деревообрабатывающее производство в Карелии посредством заимствования технологий и оборудования у Финляндии. При этом, как заключает автор, предприятия не удалось полностью модернизировать, поскольку значительная часть нового оборудования не приводилась в действие. Тем не менее, в СССР сотрудничество с Финляндией оценивалось высоко, что справедливо в политическом отношении.

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Кочеткова Елена Алексеевна

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

«The New Soviet territory» (Karelian Isthmus and North Ladoga area) in the Soviet-Finnish scientific and technical cooperation in 1956-1963’s

This paper is devoted to the Soviet attempts to establish woodworking industry in Karelia by means of adoption of technologies and equipment from Finland. However, as the author concludes that the enterprises were not fully upgraded, because a large part of the new devices wasn’t brought into action. However, in the USSR cooperation with Finland was estimated high, but first of all in political sphere.

Текст научной работы на тему ««Новая советская территория» (Карельский перешеек и Северное Приладожье) в советскофинляндском научно-техническом сотрудничестве в 1956-1963 гг»

Елена Алексеевна Кочеткова

«НОВАЯ СОВЕТСКАЯ ТЕРРИТОРИЯ» (КАРЕЛЬСКИЙ ПЕРЕШЕЕК И СЕВЕРНОЕ ПРИЛАДОЖЬЕ) В СОВЕТСКО-ФИНЛЯНДСКОМ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОМ

СОТРУДНИЧЕСТВЕ в 1956-1963 гг.

После смерти И. В. Сталина обозначилась необходимость изменений в экономическом и технологическом развитии страны. На XX съезде КПСС 1956 г. было заявлено о необходимости обновления «парка оборудования, совершенствовании технологического производства, внедрении механизации и автоматизации», стремления к тому, чтобы машины и оборудование «отвечали последним достижениям науки и техники»1. Это было осознанием значимости технической модернизации, преодоления экономической и технической отсталости, ставшим ключевым направлением внутренней политики государства.

Одной из важнейших для научно-технического прогресса сфер была лесная промышленность, имевшая большое значение для СССР как государства, обладавшего значительными лесными ресурсами. Несмотря на это, число предприятий, занимавшихся деревообработкой и производством материалов, было невелико. К началу 1950-х гг. большая часть их имела устаревшее оборудование, поскольку была оснащена импортной техникой, завезенной в годы сталинской индустриализации и в Советском Союзе не производившейся2. Кроме того, отсутствие ряда производств приводило к необходимости импорта таких высокосложных продуктов, как сульфитная целлюлоза. Согласно докладу Сектора экономики лесной и деревообрабатывающей промышленности Центрального научно-исследовательского экономического института при Госплане 1959 г., серьезной проблемой являлось и качество сырья — нередко предприятия получали древесину с высоким содержанием гнили3.

В модернизации отрасли, как и в целом экономики СССР, при существовавших ресурсах обойтись своими силами, то есть за счет внутреннего потенциала и ресурсов, было невозможно. Выход виделся во внеш-

нем факторе — сотрудничестве с государствами, по техническим характеристикам превосходившими уровень развития СССР. Согласно С. Аутио-Сарасмо и К. Миклосси, к началу хрущевской эпохи было очевидно, что экономическое развитие на экстенсивной основе далее невозможно, и потому Советский Союз нуждался в помощи извне, технологиях более развитых государств4. На практике в число таких потенциальных сотрудников не входили США: в 1949 г. Америкой был издан список товаров, на продажу которых в СССР было наложено эмбарго.

Одним из важнейших источников советского импорта как продукции, так и сырья, была Финляндия, имевшая ведущую деревообрабатывающую промышленность, ориентированную на Запад, но не подчинявшаяся эмбарго 1949 г.5 Общий технологический уровень Финляндии середины 1950-х гг. не был очень высоким, но финны традиционно занимались лесопилением, достигли большого успеха в целлюлозно-бумажном производстве и ряде направлений лесной промышленности, а также в методах ведения лесного хозяйства. Основные мощности финляндской лесной отрасли были сконцентрированы на территории Карельского перешейка и Приладожской Карелии — высокоразвитой части Финляндии, отошедшей Советскому Союзу в 1940-е гг.

В течение одного десятилетия отношения СССР и Финляндии выдержали две короткие, но чрезвычайно важные для истории обоих государств войны. По итогам войны 1941-1944 гг. Финляндия потеряла десятую часть своей территории в пользу Советского Союза. Согласно Парижскому мирному договору 1947 г., заключенному между СССР и Финляндией, первый получал территории площадью 3,3 млн га, и финны обязывались возместить убытки, «причиненные Советскому Союзу военными действиями»6. Репарации, следовавшие к выплате в течение восьми лет, составили 300 млн долларов США с возможностью погашения товарами, в том числе лесными материалами, бумагой, целлюлозой, машинным оборудованием. Выполнение этих условий имело двойное дополнительное следствие. Во-первых, необходимость выплат продукцией, виды которой были определены договором, заставило финнов наладить старые и основать новые отрасли производства. Во-вторых, поставки из Финляндии можно рассматривать как своего рода прелюдию будущего феномена советско-финляндской торговли и советского трансфера финляндских технологий.

Помимо репараций Финляндия передавала СССР важные в экономическом отношении территории Карельского Перешейка и Приладожской

Карелии. До 1940 г. Карельский перешеек называли «старой Финляндией», население которой составляло 655 тыс. человек или 17 % от всего населения Финляндии7. Это был высокоразвитый в промышленном и сельскохозяйственном отношении регион: в конце 1930-х гг. здесь производилось 10,7 % от общего объема продукции в стране, в том числе '/ часть всей целлюлозы, бумаги, фанеры и прочих материалов. Недаром эту территорию называли «финский Рур» — бумагоделательное производство появилось здесь еще в 1880-е гг., а в начале XX в. здесь возникло производство целлюлозы. Самыми крупными предприятиями к 1940 г. были завод фирмы Ешо Guаtzeit Оу — ведущей производительницы целлюлозы, бумаги и пиломатериалов в Финляндии, а также большой целлюлознобумажный комбинат в г. Йоханнес. Кроме того, территория была богата лесными ресурсами, покрывавшими 12 % всей площади8.

При переходе территории к СССР практически все ее население эмигрировало в Финляндию, что поставило перед советским правительством задачу не только интеграции, но и заселения.

В административном отношении Карельский перешеек был разделен на шесть районов. Три южных (Раутовский или Сосновский, Койвистовский или Приморский и Каннельярвский) вошли в состав Ленинградской области. Три другие — Виипурский, или Выборгский, Яскинский, или Лесогорский и Кексгольмский, или Приозерский — стали частью созданной в 1940 г. Карело-Финской ССР

Благодаря присоединенным территориям лесная промышленность СССР уже в 1950 г. превзошла довоенный уровень на 73%9. В частности, завод в г. Энсо (Светогорске) имел 80 тыс. тонн целлюлозы годового производства, г. Кексгольм — 100 тыс. тонн; Суоярвский, Выборгский, Ляскельский, Питкярантский и завод в Харлу вместе производили 417 тыс. тонн целлюлозы и 119,7 тыс. тонн бумаги10.

После войны на территории были восстановлены частично пострадавшие предприятия, налажено производство, хотя некоторые объекты были разрушены полностью, например, Койвистовский леспромхоз, Кексгольмский завод треста «Севзаплес», Каннельярвский лесоза-вод11. В строительных работах на некоторых предприятиях, например, в г. Костамукше и Светогорске, принимали участие финские компании12. В дальнейшем, вплоть до начала 1950-х гг., несмотря на значимость территории, ее промышленно-технический потенциал использовался, но не развивался и не обновлялся, и потому к началу правления Н. С. Хрущева предприятия имели устаревший технический парк.

Именно эта территория, обладавшая большими технологическими и природными ресурсами, стала одним из важных фокусов советско-финляндского научно-технического сотрудничества и трансфера в его рамках.

В хрущевский период Финляндия рассматривалась, в первую очередь, как проводник американских и западноевропейских технологий, своего рода «окно в Европу». «Ознакомление с промышленностью Финляндии открывает большие возможности по использованию последних технических достижений не только финляндской промышленности, но и промышленности США, Канады и Швеции, с которыми Финляндия имеет длительные отношения», — таким было представление о «миссии» финнов в их отношениях с восточным соседом13.

15 августа 1955 г. было заключено советско-финляндское соглашение о научно-техническом сотрудничестве, по которому стороны должны были осуществлять обмен опытом и достижениями в промышленности, сельском хозяйстве и науке. Соглашением определялись формы сотрудничества — передача друг другу информации, литературы, через командировки специалистов, ученых и студентов, приглашения лекторов и совместные научно-технические совещания, а также в «добровольные контракты между заинтересованными советскими организациями и финскими фирмами»14. Для советской стороны сотрудничество стало важной формой трансфера западных технологий.

Согласно Ф. Хансону, технологический трансфер есть процесс, с помощью которого продуктивность ресурсов одной страны может быть увеличена за счет заимствования у другой страны информации или про-дукции15. Технологии в этом отношении являются «покупкой времени», средством ускорения научно-технического прогресса без развития собственного потенциала внутри страны. Трансфер позволяет понять способы заимствования зарубежного опыта, причины и особенности обращения к внешнему фактору для решения внутренних задач, означает движение, подразумевающее изменение.

В историографии часто выделяют два основных вида трансфера, обозначаемых разными терминами. Официальный, легальный или договорной трансфер включает в себя покупку оборудования и знаний, соглашения о совместном производстве, поездки ученых, совместные проекты, участие в конференциях, сотрудничество с зарубежными фирмами и организациями, создание совместных организаций16. Неофициальными или нелегальными формами трансфера являются индустриальный шпионаж,

а также перлюстрация и перепечатывание статей иностранных журна-лов17. Все эти формы в разной степени имели место в советском трансфере финляндских лесных технологий, однако в данном случае мы рассмотрим только две из них — поездки ученых, связанных с предприятиями Карельского перешейка и Приладожья, а также покупки Советским Союзом оборудования, в том числе предназначенного для заводов.

Участие объектов территории в трансфере происходило в активной (поездки специалистов, участие в совместных с финнами мероприятиях и проектах), а также пассивной (получение оборудования, литературы и прием финских специалистов) формах.

Для осуществления кооперации была создана сеть как советских, так и совместных советско-финляндских институтов, а также были вовлечены уже существовавшие институты и организации — предприятия, академические, научно-исследовательские учреждения и лесхозы. В 1957 г. был создан Государственный комитет науки и техники (ГКНТ), отвечавший за разработку основных направлений в развитии науки и техники, которому подчинялись советники в советских посольствах, являвшиеся инженерами и специалистами технических специальностей18. По договору 1955 г. учреждалась совместная советско-финляндская комиссия (по шесть человек с каждой стороны), которая не реже раза в год собиралась поочередно в Москве и Хельсинки на сессии. Комиссия должна была обсуждать «конкретные вопросы научно-технического сотрудничества» и принимать «решения по взаимным обязательствам сторон, связанным с обменом передовым производственным опытом и научно-техническими достижениями... в интересующих стороны отраслях промышленности и сельского хозяйства»19. В 1958 г. на четвертой сессии комиссии было решено ввести в работу академические и индустриальные организации — исследовательские кафедры и промышленные предприятия. В лесной отрасли это затронуло с финской стороны ОАО Вяртсиля ^атйМ Yhtyma Оу), Центральную исследовательскую лабораторию, с советской — Государственный институт планирования объединения предприятий, Исследовательский институт целлюлозной и бумагоделательной промыш-ленности20. Кроме того, в сотрудничество были вовлечены академии наук Финляндии и СССР, и в составе последней — Институты леса, экономики и биологии, а также лесотехнические учебные заведения.

Первыми председателями советской части комиссии были инженеры, профессионально связанные с лесной отраслью. М. П. Сердюков пред-

ставлял лесную и деревообрабатывающую промышленность, инженер В. С. Соломко являлся представителем целлюлозно-бумажной промышленности. В 1958 г. М. П. Сердюкова сменил Н. Н. Чистяков — заместитель председателя Комитета по лесу, бумаге и целлюлозе и лесному хозяйству Совета Министров СССР

Одной из важнейших форм технологического трансфера были поездки ученых и специалистов в рамках договоренностей советско-финляндской комиссии.

В отборе советских делегатов в Финляндию важным был не только принцип образования, квалификации и должности, но и идеологический фактор, а также критерий ответственности. В первую очередь в Финляндию отправляли тех, кто признавался политически благонадежными и мог успешно «выполнить поставленные перед ними задачи»21.

Всего за 1956-1968 гг. в Финляндию выехала 401 группа, или 1072 человека; финнов прибыло в СССР — 357 групп, или 1190 человек22. Хотя советских специалистов в целом выезжало меньше, чем приезжало финских, число советских делегаций было больше, поскольку, как правило, в состав советских групп входило не более двух человек, однако они пребывали гораздо дольше в Финляндии, чем финские специалисты в СССР

Значительный перевес со стороны СССР заметен в интересе к целлюлозно-бумажной промышленности и металлургии (в том числе закупке оборудования для лесной отрасли). В сфере лесного хозяйства число финских специалистов превышало число их советских коллег, однако многие финны приезжали в СССР читать лекции по различным вопросам. В лесной отрасли Советский Союз интересовали, в первую очередь, такие темы, как лесосплав и транспортировка сырья, новые техники в лесопилении, целлюлозно-бумажное производство, а также механизация лесного хозяйства, считавшиеся наиболее успешными в Финляндии.

Единой, заранее спланированной программы сотрудничества в лесной сфере не было, и вопросы для изучения, называвшиеся техническими заданиями, определялись, вероятно, с долей спонтанности на каждой сессии отдельно. Советская сторона интересовалась, прежде всего, практическим изучением вопросов и, конкретнее, — посещением предприятий и опытных станций, делянок, мест строительства лесных автодорог, лесных станций, образовательных учреждений, выставок, научно-исследовательских учреждений. Советские специалисты реже делали доклады, однако

доклады финских специалистов, приезжавших в СССР в рамках сотрудничества, представляются важной формой трансфера. Советские специалисты проводили персональные встречи с финскими учеными, беседы, которые после пересказывались в отчетах. Поездки советских делегатов охватывали широкую географию, практически все крупные предприятия Финляндии.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Для утверждения тем поездок обе части советско-финляндской комиссии рассматривали вопросы, предлагавшиеся сторонами, вносили предложения, проводили совместные обсуждения, принимали итоговые списки рекомендованных тем, затем подбирали специалистов для командировок. Как правило, отдел внешних сношений советской части комиссии направлял приглашение на предприятия или в институты, указывая наличие свободных мест в делегации по определенной теме с просьбой подобрать специалиста23. Иногда ГКТН обязывал этим институты; в других случаях сами институты и предприятия направляли заявки в советскую часть комиссии, которые обязательно содержали «техническое обоснование целесообразности поездки»24. Обоснование представляло собой положения о тех или иных отраслях, о имевшихся достоинствах направлений в Финляндии и о требующих улучшения вопросах в СССР, а также заключало необходимость «осмотреть», «изучить» объекты25. Основным источником информации о состоянии отрасли, применении тех или иных технологий и т. д. в Финляндии были зарубежные печатные издания. Наиболее весомым обоснованием была информация о предполагаемом повышении производительности труда, выпуска и прочем после возможного внедрения тех или иных финляндских технологий26. Таким образом, решение о формировании делегаций могло быть указанием или рекомендацией сверху или инициативой снизу.

По возвращении советские специалисты должны были представлять отчеты и рекомендации, некоторые из них публиковались в ведущих журналах по лесной отрасли — «Лесная промышленность», «Лесное хозяйство» и других. Можно предположить, что четких требований к отчетам не было, и их качество зависело от полноты программы поездки и во многом от добросовестности делегата. Срок предоставления отчетных текстов определялся в один месяц27.

С конца 1950-х гг. стал осуществляться более тщательный контроль за исполнением рекомендаций специалистов. Так, в г. Светогорске была введена автоматизация варки целлюлозы с учетом опыта финских заво-

дов, на предприятии Харлу — оборудована система утилизации щелоков. В г. Питкяранта и Кехра были внедрены новые диффузоры по образцу диффузоров завода Сунила28. Отчеты специалистов использовали в качестве вспомогательного материала в Гипробуме при проектировании, а также для повышения квалификации молодых специалистов. Отчеты отправляли в Ленинградский совнархоз, из которого они направлялись на предприятия области, в Карельский совнархоз, в другие города Советского Союза29. Привозившиеся материалы рассылали в крупные и профильные библиотеки, научные учреждения и предприятия.

Очевидно, технологии, привозимые советскими специалистами, не были точными копиями, поскольку данные получались, как правило, через переводчиков, часто из бесед, в пересказах. Фотографии, сделанные некоторыми специалистами, имели косвенное отношение к специальным вопросам и отражали, скорее, влияние культурного шока — в одном из отчетов из двух десятков фотографий большое количество запечатлело цветочные киоски, окна домов, дворы и здания. Лишь в 1960-е гг. визиты стали более целеориентированными30.

Торговля представляла не менее важную форму трансфера, ведя свою формальную историю с 13 июня 1950 г., когда было подписано первое пятилетнее соглашение. Для СССР торговля имела не только экономическое и научно-техническое значение, но и была политическим показателем. По мнению Т. Андросовой, она рассматривалась как способ ослабления связи Финляндии с Западом: СССР стремился расширять сотрудничество в разных сферах для того, чтобы не допустить использования Финляндии во враждебных СССР целях, ослабить экономическую зависимость от промышленности Запада через расширение торговли с ней31. В то же время в конце 1950-х гг. обнаружилось стремление к извлечению «выгод от рыночной ситуации при экспорте и импорте»32. В целом, с середины 1950-х до конца 1970-х гг. объем импорта машин с Запада рос на 24 % в год33. С 1953 по 1964 г. объем внешней торговли СССР почти удвоился34.

Советский Союз закупал бумагоделательные машины, оборудование для производства целлюлозы и картона, а также бумагу, целлюлозу и круглый лес35. При этом СССР, как указывалось выше, выполняя медиатор-скую роль, поставлял бумаго-целлюлозную продукцию в страны третьего мира. В Финляндию из СССР вывозили лесоматериалы и нефть и, как справедливо указали Б. Барр и К. Браден, после Второй мировой войны

продажа сырья — лесоматериалов и нефти — в разных формах помогла финансировать советский трансфер технологий с Запада36.

На протяжении 1955-1964 гг. происходило последовательное увеличение импорта оборудования из Финляндии. Оборудование для лесобумажной промышленности составляли лесопильные рамы, деревообрабатывающие станки, автолесовозы; лесоматериалы и целлюлозно-бумажные изделия — пиломатериалы, древесная масса, целлюлоза, бумага, изделия из газеты и картона и прочее.

С начала 1960-х гг. в шведской периодической печати появились публикации, содержавшие информацию о существенных успехах СССР в области лесной промышленности, рационально сочетаемой с уходом за лесами. Типичными были такие высказывания: «.через пару десятилетий мы должны будем признать серьезного конкурента» в лице Советского Союза37, Швеции стоит опасаться сильной конкуренции с Востока38. Появление подобных публикаций ставит вопрос, напрямую относящийся к текущим выводам данного исследования, о причинах «испуга» Швеции, лидировавшей в развитии технологий в лесной отрасли. Российские архивные материалы не позволяют согласиться с риторикой шведских статей и едва ли свидетельствуют о большом успехе развития лесной отрасли в 1950-е - 1960-е гг., несмотря на трансфер технологий.

Советский технологический трансфер напоминал принцип движения улитки и Ахиллеса — в век стремительного научно-технологического развития в рамках конкуренции в холодной войне сложилась вечная «догоняющая модель»: пока СССР догонял, Запад уходил вперед. Западный и финляндский уровень технологического развития понимался в СССР как фиксированный, и в этом заключалась одна из главных ошибок советского руководства. В Финляндии вследствие экономического роста и научнотехнического прогресса росла потребность в научных и технологических продуктах. В 1960-е гг. Финляндия закупала более 70% необходимого оборудования и техники у главных конкурентов СССР — ФРГ, Англии, Швеции, США, в то время как доля СССР в финляндском импорте составляла всего один процент39. В то же время импортируемые технологии в СССР применялись не систематически, от случая к случаю. В начале 1957 г. ГНКТ было проведено исследование с целью выяснения того, как новые технологии используются в СССР, и главным выводом стала низкая степень эффективности применения40. Существовала и проблема координации между институтами-участниками трансфера. Несмотря на при-

менение некоторых заимствованных технологий и запуск закупленного оборудования, предприятия «новой советской территории» не удалось полностью модернизировать. Значительная часть новых механизмов не приводилась в действие: нередко отмечались простои нового оборудования на складах41. Тем не менее, в СССР сотрудничество с Финляндией оценивали очень положительно, что, скорее, справедливо в политическом отношении.

1 XX съезд (14-25 февраля 1956 года). М., 1956. Т. 1. С. 30.

2 Впервые производство машинного оборудования было запущено в СССР в 1932 г, однако техника для лесной отрасли в стране не производилась.

3 Доклад по лесной промышленности по экономическим районам РСФСР // РГАНТД. Ф. 67. Оп. 1-6. Д. 107. Л. 8.

4 Autio-Sarasmo S., Miklossy K. The Cold War from a New Perspective // Reassessing Cold War Europe. London, 2011. P. 5.

5 Androsova T. Economic Interest in Soviet Post-War Policy on Finland // Reassessing Cold War Europe. P. 37.

6 Мирный договор с Финляндией. М., 1947. С. 17.

7 Большакова Г. И. Заложники новой границы. СПб., 2009. С. 22.

8 Forestry and the Forest Industries: Past and Future. Major Developments in the Forest and Forest Industry Sector since 1947 in Europe, the USSR and North America / Ed. by E. G. Richards. Dordrecht, 1987. P. 33.

9 Большакова Г. И. Заложники новой границы. С. 85.

10 Sutton A. Western Technology and Soviet Economic Development. 1945-1965. Stanford, 1973. Р. 186.

11 Никипорец А. Н. Экономическое освоение районов Карельского перешейка в 194 4-1945 гг. // Чтения по военной истории: Сборник статей. СПб., 2006. С. 473.

12 Androsova T. Economic Interest in Soviet Post-War Policy on Finland. P. 44.

13 Сообщение главного специалиста ГНТК П. Г. Истомина на 5-й сессии советско-финляндской комиссии // ГАРФ. Ф. 408. Оп. 1. Д. 879. Л. 136.

14 Советско-финляндские отношения 1948-1983 гг. М., 1983. С. 22.

15 Bertsch G. K. Technology Transfer and Technology Controls // Technical Progress and Soviet Economic Development. New York, 1986. P. 116.

16 Ibid. P. 121 .

17 Hanson P. External Influences on the Soviet Economy Since the mid-1950s. Birmingham, 1975. P. 10.

18 Autio-Sarasmo S. Knowledge through the Iron Curtain. Soviet Scientific-technical Cooperation with Finland and West Germany // Reassessing Cold War Europe. P. 69.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

19 Сообщение главного специалиста ГНТК П. Г Истомина. Л. 134.

20 Kaukonen V. Kaksi vuosikymmenta tieteellis-teknillista yhteistoimintaa Suomen ja Neuvostoliiton valilla. Helsinki, 1975. S. 25.

21 Постановление АН СССР «О мерах по упорядочению международных научных связей» // РГАНИ. Ф. 5. Оп. 35. Д. 22. Л. 43.

22 Kaukonen V Kaksi vuosikymmentä tieteellis-teknillistä yhteistoimintaa Suomen ja Neuvostoliiton välillä. S. 51.

23 Сообщение главного специалиста ГНТК П. Г. Истомина... Л. 49.

24 Переписка Отдела внешних сношений ГНТК с Карельским СНХ // ГАРФ. Ф. 408. Д. 912. Л. 125.

25 См., например: Программа работы д. т. н. В. А. Баженова и др. в командировке в Финляндии // Архив АН СССР. Ф. 579. Оп. 1. Д. 395. Л. 1.

26 Заседание Отдела изучения и использования передового опыта... Госкомитета СМ СССР по внедрению передовой техники в народное хозяйство // ГАРФ. Ф. 9430. Оп. 2. Д. 633. Л. 91.

27 Переписка Отдела внешних сношений ГНТК с Карельским СНХ. Л. 76.

28 Предложения группы специалистов об использовании передового опыта. Ноябрь 1958 г. // РГАЭ. Ф. 9480. Оп. 7. Д. 925. Л. 103.

29 Там же. Л. 86-87.

30 Autio-Sarasmo S. Khrushchev and the Challenge оf Technological Progress // Khrushchev in The Kremlin. Policy and Government in the Soviet Union. 1953-1964. New York, 2009. P. 141.

31 Андросова Т. В. Советско-финляндские отношения в 1956-1962 годах // Вопросы истории. 1989. № 9. С. 53.

32 Малькевич В. Л., Митронов И. Л., Иванов А. С. Внешняя торговля СССР при Н. С. Патоличеве. 1958-1985 гг. М., 2010. С. 22.

33 Hanson P. The Soviet Union's acquisition of Western technology after Stalin // Reassessing Cold War Europe. P. 21.

34 Luke T. W. Technology and Soviet Foreign Trade: On the Political Economy of an Underdeveloped Superpower // International Studies Quartery. 1985. № 29. P. 344.

35 Sutton A. Western Technology and Soviet Economic Development. Р. 188.

36 Barr B., Braden K. The Disappearing Russian Forest: A Dilemma in Soviet Resource Management. London, 1987. P. 65.

37 Sigtunastiftelsen Klipparkiv. Avd. Q8. Skogsbruk och trävövelse i allmanhet.

38 Ibid. X. Oväntat stor trävaruexport i fjol.

39 Androsova T. Economic Interest in Soviet Post-War Policy on Finland. P. 41.

40 Autio-Sarasmo S. Knowledge through the Iron Curtain. P. 68.

41 Заседание Отдела изучения и использования передового опыта... Л. 90.

Информация о статье:

Автор: Кочеткова Елена Алексеевна, аспирантка Европейского университета в Санкт-Петербурге, Россия.

Название: «Новая советская территория» (Карельский перешеек и Северное Приладожье) в советско-финляндском научно-техническом сотрудничестве в 1956-1963 гг.

Аннотация: Речь в статье идет о попытках Советского Союза наладить деревообрабатывающее производство в Карелии посредством заимствования технологий и оборудования у Финляндии. При этом, как заключает автор, предприятия не удалось полностью модернизировать, поскольку значительная часть нового оборудования не приводилась в действие. Тем не менее, в СССР сотрудничество с Финляндией оценивалось высоко, что справедливо в политическом отношении. Ключевые слова: деревообработка, развитие технологий, международное сотрудничество.

Information about the article:

Author: E. A. Kochetkova

Title: «The New Soviet territory» (Karelian Isthmus and North

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Summary: Ladoga area) in the Soviet-Finnish scientific and technical cooperation in 1956-1963’s.

This paper is devoted to the Soviet attempts to establish woodworking industry in Karelia by means of adoption of technologies and equipment from Finland. However, as the author concludes that the enterprises were not fully upgraded, because a large part of the new devices wasn’t brought into action. However, in the USSR cooperation with Finland was estimated high, but first of all in political sphere.

Key words: woodworking, technological development, international cooperation.