Научная статья на тему 'Небесный мудрец и небесный воитель. Государи Тэнти и Тэмму в японских письменных памятниках VIII в'

Небесный мудрец и небесный воитель. Государи Тэнти и Тэмму в японских письменных памятниках VIII в Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY-NC-ND
279
48
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ДРЕВНЯЯ ЯПОНИЯ / ANCIENT JAPAN / ТЭНТИ / TENCHI / ТЭММУ / ИСТОРИЧЕСКАЯ ХРОНИКА / HISTORICAL CHRONICLE / ПОЭТИЧЕСКАЯ АНТОЛОГИЯ / КАЙФУСО / СЕКУ НИХОНГИ / SHOKU NIHONGI / ПЕРИОД НАРА / NARA PERIOD / TEMMU / POETICAL COLLECTION / KAIFUSO

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Родин Степан Алексеевич

В статье на основе данных японских письменных памятников VIII в. рассматривается проблема восприятия современниками и потомками образа и оценка деятельности двух государей, Тэнти и Тэмму, с именами которых связаны многие загадки японской истории, в том числе проблема выработки и принятия механизма передачи верховной власти. В статье анализируются сообщения мифолого-исторических хроник Кодзики и Нихон сёки, исторической хроники Сёку нихонги, поэтической антологии Кайфусо, генеалогического свода Синсэн сёдзироку и клановой летописи Кадэн.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

The Heavenly sage and the Heavenly warrioir. Emperors Tenchi and Temmu in written monuments of the 8th century Japan

This article deals with the problem of formation and comprehention by the 8th century Japanese elite the images of two 7th century rulers, emperors Tenchi and Temmu. Many riddles and problems in the history of Ancient Japan are related with them, including one and the most significant problem of formulation and adoption of a mechanism for transferring sovereignity. The article analyses such texts as mythistorical chronicles Kojiki and Nihon Shoki, historical chronicle Shoku Nihongi, poetical collection Kaifuso, genealogical data collected and summed up in Shinsen Shojiroku and the clan history of Kaden.

Текст научной работы на тему «Небесный мудрец и небесный воитель. Государи Тэнти и Тэмму в японских письменных памятниках VIII в»

НЕБЕСНЫЙ МУДРЕЦ И НЕБЕСНЫЙ ВОИТЕЛЬ. ГОСУДАРИ ТЭНТИ И ТЭММУ В ЯПОНСКИХ ПИСЬМЕННЫХ ПАМЯТНИКАХ VIII В.1

В статье на основе данных японских письменных памятников VIII в. рассматривается проблема восприятия современниками и потомками образа и оценка деятельности двух государей, Тэнти и Тэмму, с именами которых связаны многие загадки японской истории, в том числе проблема выработки и принятия механизма передачи верховной власти. В статье анализируются сообщения мифолого-исторических хроник Кодзики и Нихон сёки, исторической хроники Сёку нихонги, поэтической антологии Кайфусо, генеалогического свода Синсэн сёдзироку и клановой летописи Кадэн.

Ключевые слова: древняя Япония, Тэнти, Тэмму, историческая хроника, поэтическая антология, Кайфусо, Сёку нихонги, период Нара.

В 645 г. принц Нака-но Оэ, будущий государь Тэнти (668-671) на глазах у своей матери, действующей государыни Когё-ку , с мечом в руках набрасывается на влиятельного сановника Сога-но Ирука . Государыня удаляется во внутренние покои дворца, а На-ка-но Оэ со своим помощником, Накатоми-но Каматари (614-669), довершает начатое дело и убивает сановника. По версии, приведенной в мифолого-исторической хронике Нихон сёки (720), принц убивает Ирука, поскольку последний «задумал разрушить небесные храмы и прекратить линию наследования Солнцу» . Таким образом, одним из первых деяний будущего государя, известного по его китайскому посмертному имени, приписанному историографами VIII в., как государь Тэнти (^Ш), «Небесный мудрец», было убийство.

Смерть и кровь считались сильнейшими источниками ритуальной нечистоты кэгарэ, и правителям надлежало избегать любых контактов

© Родин С.А., 2012

272

с ней5. Случай с убийством Сога-но Ирука представляется вопиющим нарушением как придворного церемониала, так и традиционных представлений о допустимом и запретном, именуемых синтоизмом, поскольку ритуальному загрязнению подверглись государевы покои. Сам факт обнажения оружия в присутствии государыни считался недопустимым. Принц Нака-но Оэ сознательно нарушает эти запреты, и оправдывает его лишь одно - он делает это ради защиты государева рода и сохранения правильной линии преемственности власти, линии «наследования Солнцу».

С принцем Нака-но Оэ и его единоутробным младшим братом, принцем Оама (государь Тэмму, ^Й, «Небесный воитель», 672-686), связан самый сложный внутридинастийный конфликт, длившийся со второй половины VII по конец VIII вв., и начавшийся со «смуты года дзинсин» (672). Находясь при смерти, Тэнти назначает наследником своего сына, принца Отомо (государь Кобун 671-672), однако его свергает принц Оама и сам восходит на престол под именем государя Тэмму. До правления государя Конин (770-781) престол будут занимать исключительно потомки «Небесного воителя». С его именем связаны значительные социально-политические преобразования. До Тэмму государи именовались оокими, теперь же начинает последовательно применяться бином тэнно. В Китае этим термином (кит. тянь-хуан) обозначали небесного императора или Полярную звезду, располагавшуюся на севере небосвода.

Согласно идеям конфуцианства, осуществлять управление следует уподобившись Полярной звезде, замершей на одном месте, чтобы остальные звезды вращались вокруг нее6. Тяньхуан - небесный император, верховное божество даосского пантеона, пребывает в небесном дворце, откуда он управляет даосскими мудрецами чжэньжэнь (яп. махито). В системе титулов знатности якуса-но кабанэ, введенной Тэмму в 684 г., наибольшим престижем как раз обладал титул махи-то. При Тэмму также ведется усиленная разработка идеологических основ государства - издается указ о составлении государственных хроник и «Законов Киёмихара» (текст не сохранился) .

Особое внимание, уделяемое Тэмму идеологическому компоненту власти, может быть обусловлено недостаточной легитимностью самого правителя. Хотя формально не было выработано правил передачи трона, восшествие на престол брата, а не сына государя Тэнти в исторической перспективе воспринималось негативно. Так, в 781 г.

273

при решении вопроса о престолонаследии были приложены все усилия, чтобы не допустить на трон потомка Тэмму, принца Осабэ, уже объявленного наследным принцем. Вместо него на трон был посажен принц Сиракабэ, потомок Тэнти, хотя его мать даже не принадлежала к верховной японской аристократии, а происходила из рода Такано, потомков королевской семьи Пэкче .

Данное исследование посвящено анализу образа государей Тэнти и Тэмму на материале письменных источников VIII в., отразивших отношение японской элиты того времени как к личности самих государей и оценке их исторической значимости, так и к проблеме смены правящей ветви государева рода. Ценнейшими историческими источниками для разработки данного вопроса являются тексты мифолого-исторических хроник Кодзики (712) и Нихон сёки (720), поскольку инициатором их создания был сам государь Тэмму, и перед составителями, помимо общей легитимации правящего рода, стояла задача возвеличивания «Небесного воителя».

Несколько иной взгляд на события «смуты года дзинсин» и правление Тэмму и его потомков представлен в хронике Сёку нихонги (797), заказчиком которой был государь Камму (781-806), с чьим именем связано восстановление у власти династийной линии Тэнти. Интересующие нас сведения содержатся также в поэтической антологии Кайфусо (751). Несмотря на то, что поэзия относится к разряду изящной словесности (вэнь), составители антологии преследовали совершенно определенные политические цели и находились в рамках конъюнктурной системы.

Еще одним ценным источником для исследования является Кадэн (760), «Жизнеописание рода Фудзивара», поскольку род Фудзивара был обязан Тэнти как своим возвышением, так и появлением - фамилия Фудзивара была дарована Накатоми-но Каматари «Небесным мудрецом» в 669 г. Как пишет А.Н. Мещеряков: «при потомках Тэмму Фудзивара не чувствовали себя окончательно комфортно»10. Для полноты картины к исследованию привлечен также генеалогический свод Синсэн сёдзироку (815), инициатором составления которого был также государь Камму.

Составителям хроник и антологий приходилось учитывать сразу несколько факторов. В первую очередь, текст должен был отвечать запросам заказчика и получателя, которыми, в случае с хрониками, выступало государство в лице государя или государыни, относивших-

274

ся к тому или иному ответвлению правящего рода. Во-вторых, готовый текст должен был учитывать интересы кланов, к которым принадлежали как сами составители, так и гипотетические адресаты -японская придворная элита. По этим причинам в памятниках мы не встретим открытого высказывания недовольства правлением ни Тэн-ти, ни Тэмму, однако оценку их действий позволяет выявить анализ структуры и символической системы, применяемой в указанных текстах.

Конфуций на службе японских богов. Тэнти и Тэмму в Кодзики

Текст Кодзики не содержит описания правления ни Тэнти, ни Тэмму, однако политические взгляды составителя хроники, О-но Ясумаро (ум. 723), и характер политического заказа становятся понятны при чтении «Предисловия». Тэмму характеризуется как идеальный правитель, а принца Отомо сын Тэнти и его сторонники названы «жалкой сворой» и «злыми силами» . Инициатором составления этого мифолого-исторического текста был сам государь Тэмму, что объясняет обилие панегирических характеристик его правления в предисловии. Мотивом для создания текста Кодзики указано стремление Тэмму исправить ошибки в летописях и сказаниях различных родов: «Посему нам угодно, чтобы были составлены и записаны императорские летописи, распознаны и проверены старинные сказания, устранены заблуждения и установлена истина, и чтобы она была поведана 12

грядущему потомству» .

Тэмму, не обладавший достаточной легитимностью, стремился не только сохранить власть, но также обеспечить ее передачу своим наследникам и упрочить собственное положение в глазах будущих поколений посредством создания «правильной» версии истории. Процедура отделения «правды и истины» от «лжи и искажений» посредством создания письменного текста свидетельствует о возросшем авторитете письменности13 и восприятии японской элитой конфуцианской концепции «исправления имен», заключавшейся в установлении однозначных соответствий между вещами и их наименованиями, и служившей основой всякой политической деятельности, направлен-

14

ной на упорядочивание социума .

Ясумаро в «Предисловии» не упоминает напрямую ни Тэнти, ни Отомо, буквально вычеркивая их из истории. В то же время вступле-

275

ние на престол Тэмму, по версии Кодзики, было предопределено как синтоистскими божествами («услыхал он во сне песнь») , так и небесными знамениями конфуцианского толка («Непрестанный Гром ответствовал временам») . Само же правление «Небесного воителя» характеризуется как эра совершенномудрого государя, заботившегося о поощрении «добрых обычаев» и распространении «светлых нравов». Наблюдается контаминация синтоистских и конфуцианских представлений о престолонаследии и политической власти, причем конфуцианство призвано оправдать смещение с престола государя Кобун и смену правящей ветви государева рода. Апелляции к синтоизму в данном случае были вовсе не на руку ни Тэмму, ни его потомкам.

Избранники Неба. Тэнти и Тэмму в Нихон сёки

Правила, по которым следовало осуществлять передачу престола, не были законодательно определены ни в VII, ни в VIII вв.17. Преемственность власти осуществлялась на основании норм права традиционного. В эпоху Нара (710-784) появляются описания общих принципов, которыми следует руководствоваться при назначении чиновни-

18

ков на высшие государственные должности , но это не касается правящего рода. В государевых указах-сэммё, касавшихся вопросов отречения от престола или восхождения на трон очередного правителя, встречаются отсылки к неким «вечным законам», установленным Тэнти . Возможно, речь в сэммё идет о не сохранившемся (не существовавшем?) тексте законодательного свода Оми рё, создание которого приписывается хрониками «Небесному мудрецу», а возможно, имеется в виду предсмертная воля Тэнти, передавшего престол своему сыну Отомо, а не брату Оама. М.В. Грачев, со ссылкой на Накамура Кэйдзи, пишет: «Тэнти <...> провозгласил (или якобы провозгласил) "новый" порядок наследования престола, когда либо сам государь, либо императорский дом в целом выбирал себе преемника ещt при

20 о

жизни действующего правителя» . Западные исследователи придерживаются схожего мнения, добавляя также, что Тэнти использовал патрилиниальную схему передачи власти, поскольку при его дворе находилось множество приближШных из корейского государства Пэкче, где подобный порядок престолонаследования, вслед за Китаем, был нормативным .

276

Обстоятельства, связанные с передачей власти от Тэнти к Кобун, описаны в хронике Нихон сёки: «Государь стал чувствовать себя хуже. Он призвал наследного принца (Оама - С.Р.) в свои покои и рёк: "Мы очень больны. Оставшиеся дела передаем тебе". Тот поклонился и отказался, сославшись на болезнь»22. Далее читаем слова принца Оама: «"Хочу, чтобы ты, государь, передал Поднебесную государыне, а принца крови Отомо сделал престолонаследником". Государь с ним согласился»23. Хотя текст Нихон сёки, составлявшийся по распоряжению Тэмму, не отрицает факта назначения Отомо престолонаследником, дважды подчеркивается, что «истинным» намерением Тэнти было передать власть Тэмму, да и в адрес Тэнти со страниц хроники звучат упреки в утрате мандата Неба: «Люди говорили: "Государь утерял мандат Неба?"»24. Мандат Неба яп. тэммэй, кит. тяньмин) -

центральный компонент китайской политической философии - служил подтверждением легитимности правления той или иной династии, и его утрата неизбежно приводила к смутам и смене власти .

Помимо привлечения идей китайской политической философии, легитимность Тэмму обосновывается также многократными апелляциями к верховным божествам синтоистского пантеона и конфуцианским благим знамениям. Так, в борьбе против Отомо войска Тэмму заручаются сакральной поддержкой богини Аматэрасу26. Боги неба и земли проявляют свою благосклонность по отношению к государю, остановив по его желанию грозу . Исход решающего сражения «смуты года дзинсин» и вовсе был предопределен синтоистскими божествами, которые, используя тело управителя уезда Такэти в качестве медиума, предупредили Тэмму о возможной опасности и поведали ему как ее избежать - поднести дары гробнице государя Дзимму, первого японского государя, основателя правящего рода и прямого потомка Аматэрасу.

Появление Каму Ямато Иварэбико (он же - Дзимму) здесь закономерно - это очередная попытка Тэмму доказать истинность своих притязаний на трон посредством апелляции к основателю божественной династии, подтвердившему его полномочия. Идея связи образов Дзимму и Тэмму подтверждается также при анализе посмертных имен правителей. Хотя посмертные имена китайского типа были введены лишь в середине VIII в. , их анализ позволяет выявить особенности политической идеологии в период Нара. В состав имен Дзимму и Тэмму входит иероглиф ^ (яп. му, «воин», «воинственный»). Имя

277

Дзимму может быть переведено как «божественный воин» или «божество-воин» , а Тэмму - «небесный воин». Посмертные имена двух государей, при внешнем сходстве, отражают процесс идеологической переориентации. Если для первоимператора источником его воинственных потенций, а равно и легитимности, указано божество (или божества), то для Тэмму таким источником будет выступать уже Небо.

Смена источника легитимности отражает процесс усвоения китайской модели императорской власти, где не верховные божества, но Небо наделяет династию властными полномочиями, дарует мандат Неба и ниспосылает запас добродетели дэ (Щ яп. току), необходимой для осуществления правления. Не приходится говорить об отказе правящего рода от утверждения легитимности посредством сакральной генеалогии - традиционные представления продолжают играть решающую роль в политической и ритуальной практике, однако можно утверждать, что начиная с правления Тэнти и Тэмму наблюдается контаминация китайской и японской политических парадигм. Посмертное имя государя Тэнти, как и имя Тэмму, включает в себя иероглиф «небо» яп. тэн), выступающее источником его «мудрости» (^ яп. ти). Заметим, что иероглиф «небо» не использовался в китайских посмертных именах ни одного государя, помимо Тэнти и Тэмму, а бином «мандат Неба» содержится лишь в японском посмертном имени государя Тэнти: Амэ-но Микото Хиракасу Вакэ (Муж, который впервые открыл мандат Неба) .

Небесная мудрость и китайская грамота. Тэнти и Тэмму в Кайфусо

Несмотря на то, что государь Тэнти «прославился» как убийца Сога-но Ирука и потерпел поражение от войск корейского государства Силла и китайской династии Тан в 663 г. , потомкам он запомнился вовсе не ратными деяниями, а внедрением идей китайской образованности и развитием литературного творчества, в том числе сложения китайских стихов-канси. Так, по инициативе Тэнти в 670 г. было открыто первое в истории Японии придворное учебное заведе-ние32. Образ мудрого правителя создается и в предисловии к первой в Японии поэтической антологии, Кайфусо: «Прежний император Оми (Тэнти - С.Р.) получил мандат [Неба], открыл-расширил императорское дело, открыл-расширил государевы деяния так, что соответствовали они путеводным Небу-Земле и просияли в благородном космосе.

278

Он полагал, что для упорядочивания манер и улучшения нравов нет ничего лучше письменности, а для разлива добродетельности и просвещения тела нет ничего первее наук. А потому он учредил школу, призвал молодых и талантливых, установил пять церемоний, учредил сто законов. Его законы и установления по своим размаху и широте не имели себе равных с глубокой древности» .

Составление антологии Кайфусо проходило, по всей видимости, под контролем рода Фудзивара, чей основатель, Накатоми-но Камата-ри, был ближайшим сподвижником Тэнти. Род Фудзивара не устраивало положение, при котором на трон возводились потомки государя Тэмму и его супруги Дзито. Помимо прочной ассоциации Тэнти и Ка-матари, неприятие Тэмму было вызвано, возможно, еще и тем, что в ходе «смуты года дзинсин» был казнен брат Каматари, Канэ . В VIII в. положение дома Фудзивара не раз оказывалось под угрозой, однако наиболее значительные неприятности ему доставил внук Тэмму и сын принца Такэти, принц Нагая. Со смертью Фудзивара-но Фухито, второго сына Каматари, карьерный рост представителей этого клана замедлился, а главную должность в чиновничьей иерархии в 724 г. занял принц Нагая35.

Неоднозначность отношений между представителями рода Фуд-зивара и принцем Нагая видна как из текста антологии Кайфусо, так и из хроники Сёку нихонги. В Кайфусо имплицитно содержится идея о неподобающем поведении Нагая и его неправедном желании составить конкуренцию государю. Во-первых, в большинстве случаев имя принца Нагая записывается на китайский лад как Чжан-ван (Д:Щ), что с одной стороны оправдано спецификой самой антологии, с другой - маркирует Нагая в качестве «вана», то есть данника Китая, а не опоры японского государя. Многие стихотворения, сложенные на поэтических собраниях в усадьбе принца, приписывают ему обладание качествами, свойственными лишь правящему государю: добродете-

37

лью-току, мироустроительными потенциями , а предисловие к стихотворению № 65 (Пир осенним днем в доме Чжан-вана для гостей из Силла) и вовсе утверждается, что он установил «единство письменности и ширины дорог».

Представители рода Фудзивара, напротив, очень аккуратно относились к возможной интерпретации их действий как посягательства на права государева рода. Так, Фудзивара-но Фухито отказывается от должности Главного министра (получил назначение посмертно), по-

279

скольку до него ее занимали исключительно потомки государей. Согласно Сёку нихонги, Нагая был обвинен в «ворожбе» и приговорен к смерти в 729 г., а в 738 г., с приходом к власти Татибана-но Мороэ и очередным ослаблением позиций Фудзивара, оправдан . Разумеется, трудно говорить о единомыслии внутри такого крупного рода, как Фудзивара, в VIII в. распавшегося на четыре «дома», но безусловным является неприятие этим родом потомков Тэмму, в данном случае, принца Нагая, и возвеличивание образа Тэнти.

В Кайфусо помещены также 9 биографий «поэтов прошлого», из них 4 - биографии принцев, трое из которых были потомками Тэнти и лишь один - Тэмму. Открывается антология жизнеописанием принца Отомо, (он же - государь Кобун). Принц Отомо характеризуется исследователями как самый способный из детей Тэнти. В 670 г. ему было суждено стать первым в истории Японии Главным министром и возглавить Государственный совет Дадзёкан, учрежденный годом позже . Перевод его жизнеописания приводим ниже:

Наследный принц был старшим сыном императора Оми. Сложения выдающегося, нрава глубокого и проницательного. Глаза его ярко сияли, озаряя все вокруг ярким светом. Танский посол Лю Дэгао сказал, его заприметив: «Этот принц на прочих людей внешним видом не походит, не из этой он страны!». Однажды ночью приснился принцу сон, будто небеса разверзлись, и старец в красных одеждах приблизился к принцу и преподнес ему Солнце - поднял его над головой и принцу передал. Но вдруг кто-то вылез из-под мышки, Солнце украл и скрылся. Проснувшись, принц чрезвычайно разволновался и спросил толкование у внутреннего министра Фудзивара (Каматари - С.Р.). Вздыхая, тот сказал: «Боюсь, что после 10000 лет священного правления (правления Тэнти - С.Р.) обманщик возжелает престолом завладеть. Я же того не желаю. Ваш подданный слышал, что на Пути Неба нет любимчиков, и помогает Небо лишь тем, кто творит добро. Прошу о том, чтобы добродетель-току принца преумножалась его деяниями. Тогда бедствия и несчастья не одолеют. У меня же есть дочь, и желаю лишь того, чтобы стала она Вам супругой и помощницей». Вскоре породнились они, и было это прекрасно.

Лишь стоило принцу достичь возраста службы, как назначили его Главным министром, и управлялся он с сотней дел. Наследный принц обучился многому, был талантлив в литературе и военном деле.

280

Управляясь с 10000 дел, он непрестанно вызывал почтение и благоговейный трепет у чиновников. Когда исполнилось ему 23 года, назначен он был наследным принцем. Многих ученых мужей он пригласил и приютил. Принц от природы обладал светлым умом и с малых лет почитал учения древних. Стоило ему взяться за кисть - получалось литературное произведение, стоило ему заговорить - начинался ученый спор. Люди того времени, принимавшие участие в спорах, попадали в затруднительное положение из-за его всесторонней ученостью. И хотя дни проходили, его поэтический талант со временем лишь обновлялся. Во время «смуты года дзинсин» принц утратил мандат Неба. Было ему 25 лет .

Жизнеописание превозносит качества Отомо и обвиняет Тэмму в узурпации трона, называя его «обманщиком». Показательно, что Ка-матари приписывается предвидение данного события, однако утрату мандата Неба принцем Отомо он предотвратить не смог. За жизнеописанием следует стихотворение кисти принца, превозносящее добродетель Тэнти:

Государево сияние сверкает, подобно Солнцу и Луне!

Императорская добродетель-току вмещает Небо и Землю!

Три начала в великом мире процветают!

Десять тысяч стран выражают почтительность подданных.

Положительной характеристики удостаиваются в Кайфусо также принц Кавасима, второй сын Тэнти, и принц Кадоно, внук Тэнти и сын Отомо. Кавасима наделен «нравом спокойным и великодушным», «манерами изящными» и преданностью государю. В тексте указывается, что Кавасима был дружен с принцем Оцу, третьим сыном Тэмму, однако донес государю о замыслах своего друга, якобы планировавшего переворот. Составители антологии вступаются за потомка Тэн-ти: «И по сей день мы сомневаемся в том, что очернил он друга, не попытавшись перед тем образумить его» . Позиция составителей более чем ясна - в тексте употребляется личное местоимение, что встречается в подобных памятниках чрезвычайно редко.

Сам принц Оцу не наделяется отрицательными характеристиками напрямую42. Говорится лишь о том, что он был «сбит с толку» наветами «дурного монашка» из Силла и «беззаконие замыслил». В оче-

281

редной раз доносится до нас голос составителей: «Ах-ах, как же печально! Превосходными талантами обладал, а верноподданность и сыновний долг не исполнил»43. Покушение на престол являлось тягчайшим преступлением в глазах японской элиты и весомым аргументом для устранения потенциального мятежника. Верно, как нам думается, и противоположное утверждение - высшей заслугой перед государством было способствование правильной передаче престола. Подтверждение этому находим в жизнеописании принца Кадоно, внука Тэнти:

Принц был внуком императора Оми, старшим сыном наследного принца Отомо. Его матерью была старшая дочь императора Киёмиха-ра (Тэмму - С.Р.), принцесса крови Тоти. Благородство его было всеохватным, а манеры - утонченными. Внешность его была прекрасной, а проницательность - превосходной. Его «древесина» (личностные качества - С.Р.) подошла бы для опорного столпа, а «земля» (знатность происхождения - С.Р.) достоинства государя и рода матери совмещала. С малых лет полюбил ученость и глубоко постиг канон и исторические писания. Любил он сочинять стихи, и были они превосходными. Также владел он и живописью. Будучи прямым внуком государя Киёмихара, получил он четвертую большую степень ранга дзё (соответствует младшему 5 рангу нижней ступени - С.Р.) и назначен Министром управления. После кончины принца Такэти (сын Тэмму -С.Р) вдовствующая государыня призвала всех принцев и чиновников всех министерств в Запретные покои, замыслив определить наследника Солнца. Тогда все подданные, каждый себялюбиво выставляясь, множество доводов стали в беспорядке приводить. Принц же, выйдя вперед, заговорил: «Законом нашего государства с века богов является наследование небесного престола детьми и внуками. Поэтому, если передавать власть братьям, то это тут же приведет к смутам. Ниц простершись, молвлю, разве кому подвластно предугадать волю Неба? Однако если про дела людские молвить, наследование священному престолу должно определиться естественным образом. Против этого может ли кто высказаться?». Тогда принц Югэ (младший брат Такэти, сын Тэмму - С.Р.) со своего места выступить пожелал, но принц (Ка-доно - С.Р.) браниться принялся, и тот говорить не стал. Государыня-вдова то мнение об устройстве государства одобрила. Особым указом

282

присвоила она принцу старший 4 ранг и назначила его Министром кадров. Когда скончался, было ему 37 лет .

В этом жизнеописании Тэмму и его потомки уже напрямую обвиняются в нарушении порядка «наследования Солнцу», а потомок Тэн-ти представлен гарантом соблюдения «правильного» порядка престолонаследия. Показательна и его речь о неком «законе», действующем с «века богов», согласно которому передавать престол можно своим детям, но не братьям, дабы избежать смуты в государстве. Подобного закона в текстах законодательных сводов VIII в. не зафиксировано, однако речь может идти о «законах вечных», установленных Тэнти, на которые ссылаются государи в своих указах-сэммё. Для потомков Тэмму такое утверждение было равносильно признанию отсутствия легитимности, поскольку «Небесный воитель» был братом Тэнти и инициатором убийства его сына.

Асимметрия Мудрости и Гнева. Тэнти и Тэмму в Кадэн

Кадэн («Жизнеописание рода Фудзивара», 760 г.) дает следующую характеристику Тэнти (тогда еще принцу Нака-но Оэ): «[Камата-ри] снова и снова радел о выборе государя среди принцев. Только На-ка-но Оэ был выдающимся человеком»45. Остальные принцы, по мнению Фудзивара-но Накамаро (706-764), автора данного текста, не обладали должными достоинствами для занятия престола. Правление Тэнти характеризуется как время, когда «добродетель-току укрыла собой весь мир <...> Не случалось происшествий, <...> появились дома с избытком запасов. Народ повсюду превозносил благоден-

46

ственное правление» . В тексте приводится эпизод, отсутствующий в Нихон сёки: Тэмму во время пира, устроенного Тэнти, достает копье и протыкает настил пола, чем вызывает на себя гнев брата. Каматари удается примирить государя и принца. Эпизод имеет типологическое, даже симметричное сходство с описанием событий 645 г., когда Нака-но Оэ и Каматари убили Сога-но Ирука во дворце государыни Когёку. Обнажать оружие в присутствии государя было совершенно немыслимо. Поскольку хроника Нихон сёки создавалась по велению Тэмму, подобный эпизод, свидетельствовавший о нарушении им церемониала, с легкостью мог быть опущен ее составителями. Каматари же здесь отводится роль миротворца, предотвратившего распрю внутри госу-

283

дарева рода, тогда как в Нихон сёки он, наоборот, помогает Тэнти в убийстве Ирука.

Государев род: продолжение следует. Тэнти и Тэмму в Сёку нихонги

Хроника Сёку нихонги, составленная по указу государя Камму, восходившего к линии Тэнти, упоминает как «Небесного мудреца», так и «Небесного воителя». Упоминания Тэнти содержатся в основном в указах, связанных с престолонаследием. Так, например, сэммё о восшествии на престол государыни Гэммэй (707-715) содержит упоминание Тэнти, однако обходит молчанием Тэмму: «И вот законы те, что установлены и назначены государем, сыном Ямато, о коем молвят с трепетом, правившим Поднебесной из дворца Оми-Оцу, - законы, что вместе с Небом - Землей долго длятся, с Солнцем - Луной далеко длятся, законы вечные, неизменные, кои принять и исполнять надлежит, все мы приняли и с трепетом службу несли» . Отсылки к «внушающему трепет» правителю из Оми-Оцу содержатся и в ряде других

48

подобных указов .

В прочих сообщениях государя Тэнти упоминают вместе с Кама-тари, дабы обосновать те или иные привилегии по отношению к дому Фудзивара: назначение на должность Правого, а затем Главного министра Фудзивара-но Нагатэ49, учреждение празднеств в честь Кама-тари в храме Ямасинадэра50. Самое первое сообщение хроники, имеющее отношение к двум интересующим нас небесным государям, упоминает их вместе: «Во 2 день 12 луны (2 г. Тайхо, 702 г. - С.Р.) оглашен указ: "Девятый день девятой луны и третий день двенадцатой луны считать днями поминовения предыдущих государей. Всем министерствам в эти дни надлежит воздержаться от выполнения служебных обязанностей"». Указ помещает день смерти Тэмму раньше дня смерти Тэнти, тем самым ставя Тэмму выше. Государственный траур назначается не по Котоку или Саймэй, но по Тэнти и Тэмму, что подтверждает нерасторжимость этой пары в идеологической системе, выстроенной японской элитой.

Тэмму напрямую в хронике упоминается редко, в основном в сообщениях о смерти его детей51 или при сообщении генеалогий его внуков, взошедших на престол. В записи от Тэмпё-ходзи 7-10-28 «Небесный воитель» упомянут также не в самом выгодном контексте: сообщается об изъятии у некоего Таката-но Хитотари кормовых дво-

284

ров, дарованных ему государем Тэмму за заслуги в ходе «смуты года дзинсин». Причиной для конфискации имущества и тюремного заключения Таката послужило убийство монаха52.

Все сообщения Сёку нихонги относительно Тэнти и Тэмму касаются прошлого, однако это «прошлое» представляется неравнозначным. Для Тэнти это отсылки к сохранению традиций и «вечных законов», к почитанию предков, тогда как для Тэмму оно выглядит скорее как «прошедшее прошлое». Японская элита отказывается от «воинственности» в пользу «мудрости».

И снова об «исправлении имен». Тэнти и Тэмму в Синсэн сёдзироку

Предисловие, написанное составителями к генеалогическому своду Синсэн сёдзироку (815), игнорирует Тэмму, подобно тому, как не нашлось места Тэнти в предисловии Кодзики, однако упоминает государей Тэнти и Камму. Первому вменяется в заслугу составление подворных записей-косэки. Государь Камму, потомок Тэнти, описан со-вершенномудрым правителем конфуцианского толка, наделенным гуманностью и занимавшимся «исправлением имен». Период правления Тэмму и его потомков практически полностью выпадает из поля зрения составителей свода. Отдельно упоминаются лишь годы Тэмпё-сёхо (749-757) и Тэмпё-ходзи (757-765), описанные в Синсэн сёдзиро-ку как годы хаоса: «.знаки, которыми записывались старые и новые родовые имена, перестали отличаться <...> не осталось почти никого, кто бы знал истину» , - говорится о годах Тэмпё-сёхо. «Ученых распустили, а [составление реестра] не было возобновлено»54, - таковы неутешительные итоги годов Тэмпё-ходзи по оценке авторов «Вновь составленных списков родов».

Государи Тэнти и Камму, чьи описания обрамляют в тексте эту эпоху хаоса и энтропии, таким образом, выступают в качестве миро-устроителей, действующих посредством «исправления имен». Тэнти описан как основоположник порядка, Камму - как правитель, восстановивший истину и гармонию. Отсюда видно, что правление Тэмму и его потомков представлялось японской элите начала IX в. исторической ошибкой и эпохой нестабильности, окончившейся лишь с восстановлением линии Тэнти. Добавим также, что из поименованных в предисловии 6 составителей свода, двое принадлежали к роду Фудзи-

285

вара, к IX в. окончательно упрочившему свое положение у кормила власти.

«Учиться и...». Выводы

Из представленного анализа текстов видно, что как государев род, так и правящая элита Японии в VII-VIII были далеки от идейного единства. Приход к власти государя Тэмму в результате «смуты года дзинсин» оценивался отрицательно сторонниками Тэнти, к числу которых относились члены рода Фудзивара, причастные к составлению большинства имеющихся в распоряжении исследователей текстов эпохи Нара. В подтверждение того, что приход к власти «Небесного воителя» был нарушением нормального порядка вещей, приводились доводы всех известных японской элите того времени идейных систем - как синтоизма с утверждением о «наследовании Солнцу» на основании «законов», существовавших с «века богов», и передачей власти детям, но не братьям, так и китайских представлений о «мудром правителе» и поддержании гармонии мироустройства посредством «исправления имен». Тэмму, вероятно, также понимал недостаточную легитимность своего восхождения на престол, чем были вызваны его попытки создания «правильной» версии истории с использованием того же идеологического арсенала, однако решающая роль осталась за доводами синтоизма.

Послесловие. Посмертная судьба «Мудреца» и «Воителя»

Подтверждение негативной оценки восхождения на престол потомков Тэмму мы находим также в более поздних текстах, посвященных вопросу престолонаследия. Характерный пример - «Дзинносёто-ки» («Записи об истинном наследовании престола божественными императорами», 1343 г.) Китибатакэ Тикафуса. Так, переход власти от государыни Сётоку к государю Конин описан как возврат к «правильной преемственности», то есть восстановление линии Тэнти55. Посмертная судьба наследного принца Отомо, сына Тэнти, которого даже составители Кайфусо напрямую не называют государем, сложилась тоже вполне благополучно - в 1870 г. государь Мэйдзи присвоил ему посмертное имя Кобун и утвердил в качестве 39 императора Японии.

286

_Примечания

1 Автор выражает сердечную благодарность А.Н. Мещерякову, М.В. Торопыгиной, А.А. Мещеряковой, Е.Б. Сахаровой, А.О. Родиной и Ю.С. Марышевой за всестороннюю поддержку.

2 Государыня Когёку (641-645), мать принцев Нака-но Оэ и Оама (Тэнти и Тэмму), вторично взошла на престол под именем государыни Саймэй (655661).

3. Описание эпизода см. в «Нихон сёки»: Когёку 4-6-12. Здесь и далее все сообщения Нихон сёки цитируются в переводе А.Н. Мещерякова и Л.М. Ермаковой по изданию: Нихон сёки. Анналы Японии. В 2 Т., СПб.: Гиперион, 1997. Отсылки к конкретным местам памятника даются с указанием имени государя или девиза правления и даты. Запись вроде Когёку 4-6-12 следует читать как «4 день 6 луны 12 года правления государыни Когёку». Аналогичная система выбрана нами для ссылок на данные исторической хроники Сёку нихонги.

4. Нихон сёки, там же.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

5 См., например, Родин С.А. Политическая культура // История японской культуры. М.: Наталис, 2011. С. 19.

6 Подробнее о титулатуре японских правителей см. Мещеряков А.Н. Японский император и русский царь. М.: Наталис, 2004.

х Родин С.А. Указ. соч. С. 21-22.

8. Там же. С. 22.

9. Кодзики. Записи о деяниях древности / Пер. и комм. Е.М. Пинус. В 2 т. СПб: Шар, 1994. Т. 1. Здесь и далее хроника цитируется в переводе Е.М. Пинус.

10. Мещеряков А.Н. Рецепция теории «мандата Неба» в древней Японии // Япония в объятиях пространства и времени. М.: Наталис, 2010. С. 162.

11 Кодзики. Указ. соч. С. 31.

12. Там же. С. 32.

13. Родин С.А. Указ. соч. С. 42.

14 О концепции «чжэньмин» см., например, Ткаченко Г.А. «Исправление имен» -о чем не говорил Конфуций? // Древние культуры Восточной и Южной Азии. М.: МГУ, 1999.

15 Кодзики. Указ. соч. С. 31.

16. Там же. С. 31.

17 Грачев М.В. Идея преемственности императорской власти в древней и средневековой Японии // Синто - путь японских богов. В 2 Т. Т. 1. Очерки по истории синто. СПб.: Гиперион, 2002. С. 148-165, см. особ. С. 149.

287

18 Сёку Нихонги. В 6 т. Токио: Иванами сётэн, 2005. Тэмпё-дзинго 2-1-8. Здесь и далее все данные хроники «Сёку нихонги» приводятся по указанному изданию. Кроме отдельно указанных случаев, перевод выполнен автором настоящей статьи.

19. См., например, Норито. Сэммё / Пер. со старояпонского Л. М. Ермаковой. М.: Наука, 1991.

20 Грачев М.В. Указ. соч. С. 150-151.

21 Piggott J. The Emergency of Japanese Kingship. Stanford: Stanford University Press, 1977. P. 123.

22. Нихон сёки. Указ. соч. Тэнти 10-10-17.

23. Нихон сёки. Указ. соч. Т. 2. С. 206.

24 Там же. С. 200.

25 Подробнее см. Мещеряков А.Н. Указ. соч.; Духовная культура Китая. Мифология. Религия. М.: Наука, 2007. С. 614-618.

26. Нихон сёки. Указ. соч. Тэмму 1-6-26

27. Там же. Тэмму 1-6-27.

28. Грачев М.В. Указ. соч. С. 156.

29. Там же.

30. Мещеряков А.Н. Указ. соч. С. 161.

31 См, например, Мещеряков А.Н., Грачев М.В. История древней Японии. СПб.: Гиперион, 2002. С. 151.

32. Miner E., Odagiri H., Morell R.E. The Princeton Companion to Classical Japanese Literature. Princeton Univ. Press, 1985. P. 246.

33. Пер. А.Н. Мещерякова. Цит. по: Мещеряков А.Н. Рецепция теории «мандата Неба» в древней Японии // Япония в объятиях пространства и времени. М.: Наталис, 2010. С. 160-161.

34. Нихон сёки. Указ. соч. Тэмму 1-8-25.

35 Мещеряков А.Н. Возвышение рода Фудзивара. Китайская образованность, политическая система и официальная идеология в Японии VIII в. // Япония в объятиях пространства и времени. М.: Наталис, 2010. С. 307.

36. См., например, стихотворения № 50 и 51 в Кайфусо. Здесь и далее все отсылки к антологии Кайфусо даются по изданию памятника в серии «Нихон котэн бунгаку тайкэй» (Кайфусо. Бунка сюрэйсю. Хонтё мондзуй. Токио: Иванами сётэн, 1985), в переводе автора настоящей статьи, исключая перевод предисловия, осуществленный А.Н. Мещеряковым.

37. Там же. С. 126.

38. Мещеряков А.Н. Указ. соч. С. 309.

39. Piggott J. Op. cit. P. 118.

288

40- Кайфусо. Указ. соч. С. 68-69.

41 Там же. С. 72.

42' Перевод данного жизнеописания, выполненный Е.Б. Сахаровой, см. в: Сахарова Е.Б. «Кадэн». Жизнеописание рода Фудзивара. Политическая культура древней Японии // ОНеПаИа et Труды Института восточных

культур и античности. Выпуск VII. М.: 2006. С. 182-255. С. 186.

43 Кайфусо. Указ. соч. С. 73.

44 Там же. С. 81-82.

45 Текст Кадэн цитируется в переводе Е.Б. Сахаровой по изданию: Сахарова Е.Б. Указ. соч.

46 Там же. С. 207-208.

47 Сёку нихонги. Указ. соч. Кэйун 4-7-17. Цит. в переводе Л.М. Ермаковой по изданию: Норито. Указ. соч. С. 139.

48 См. след. записи Сёку нихонги: Дзинги 1-2-4, Тэмпё-дзёхо 1-4-1, Тэмпё-дзёхо 1-7-2, Тэнъо 1-4-15.

49' Там же. Тэмпё-дзинго 2-1-8, Хоки 2-2-22.

50 Там же. Тэмпё-ходзи 1-(8)-17.

51 См., например, запись от Тэмпё 7-11-14.

52 Там же. Тэмпё-ходзи 7-10-28.

53 Текст Синсэн сёдзироку цитируется в переводе М.В. Грачева по изданию: Грачев М.В. Синсэн сёдзироку // Синто - путь японских богов. В 2 т. СПб.: Гиперион, 2002. Т. 2. С. 179.

54 Там же. С. 180.

55 Симонова-Гудзенко Е.К. Дзинносётоки // Синто - путь японских богов. В 2 т. СПб.: Гиперион, 2002. Т. 2. С. 229.

289

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.