Мария Юрьевна Кичигина1, Алла Михайловна Ковригина2,
Гаяне Сергеевна Тумян3, Дмитрий Александрович Быков4,
Олег Александрович Коломейцев5, Анна Анатольевна Чекан6,
Оксана Петровна Трофимова7, Ирина Владимировна Поддубная8, Джелил Шевкетович Османов9
МОРФОИММУНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА КРУПНОКЛЕТОЧНЫХ ЛИМФОМ СРЕДОСТЕНИЯ
1 Аспирант, отделение химиотерапии гемобластозов НИИ клинической онкологии РОНЦ им. Н. Н. Блохина РАМН (115448, РФ, г. Москва, Каширское шоссе, д. 24)
2 Д. б. н., ведущий научный сотрудник, отдел патологической анатомии опухолей человека НИИ клинической онкологии РОНЦ им.. Н. Н. Блохина РАМН (115448, РФ, г. Москва, Каширское шоссе, д. 24)
3 Д. м. н., ведущий научный сотрудник, отделение химиотерапии гемобластозов НИИ клинической онкологии РОНЦ им.. Н. Н. Блохина РАМН (115448, РФ, г. Москва, Каширское шоссе, д. 24)
4 Аспирант., кафедра онкологии ММА им. И. М. Сеченова (115448, РФ, г. Москва, Каширское шоссе, д. 24)
5 Врач, отделение химиотерапии гемобластозов НИИ клинической онкологии РОНЦ им.. Н. Н. Блохина РАМН (115448, РФ, г. Москва, Каширское шоссе, д. 24)
6 Аспирант, отделение химиотерапии гемобластозов НИИ клинической онкологии РОНЦ им. Н. Н. Блохина РАМН (115448, РФ, г. Москва, Каширское шоссе, д. 24)
7 К. м.. н., старший научный сотрудник, отдел радиационной онкологии, радиологическое отделение НИИ клинической онкологии РОНЦ им.. Н. Н. Блохина РАМН (115448, г. Москва, Каширское шоссе, д. 24)
8 Член-корреспондент РАМН, профессор, д. м.. н., заведующая, кафедра онкологии РМАПО (123995, РФ, г. Москва, ул. Баррикадная, д. 2/1)
9 Д. м.. н., заведующий, отделение химиотерапии гемобластозов НИИ клинической онкологии РОНЦ им. Н. Н. Блохина РАМН (115448, РФ, г. Москва, Каширское шоссе, д. 24)
Адрес для переписки: 115448, РФ, г. Москва, Каширское шоссе, д. 24, НИИ клинической онкологии РОНЦ им. Н. Н. Блохина РАМН, отделение химиотерапии гемобластозов,
Кичигина Мария Юрьевна; e-mail: kmy_ronc@mail.ru
Целью работы явилось изучение морфоиммунологических особенностей крупноклеточных лим-фом средостения: первичной медиастинальной В-крупноклеточной лимфомы и лимфомы Ходжкина с нодулярным склерозом. В исследование вошли результаты морфологического и иммуногистохими-ческого исследования опухолевой ткани, полученной от 31 пациента с первичной медиастинальной В-крупноклеточной лимфомой и от 20 больных лимфомой Ходжкина. Представлен клинический случай лимфомы «серой зоны». Иммуногистохимическое исследование проводилось по стандартной методике с использованием 8 маркеров: CD10, CD11c, CD23, СD20, MUM1, с-REL, TRAF1, HLA-DR. В 24 (77%) случаях в опухолевой ткани больных первичной медиастинальной В-крупноклеточной лимфомой выявлена ядерная локализация онкопротеина с-REL и в 80% случаев определялась цитоплазматическая реакция с TRAF1. В то же время ядерная локализация с-REL не была обнаружена ни в одном случае лимфомы Ходжкина. Сделан вывод, что изучение маркеров активации сигнального пути NF-кB (с-REL и TRAF1) имеет большое значение и может быть рекомендовано для использования в дифференциальной диагностической панели первичной медиастинальной В-крупноклеточной лимфомы и лимфомы Ходжкина.
Ключевые слова: крупноклеточные лимфомы средостения, маркеры активации NF-кB TRAF1 и c-REL.
Под термином «крупноклеточные лимфомы средостения» в онкогематологии чаще всего подразумевают два нозологически очерченных клинических и морфоиммунологических варианта заболеваний — первичную ме-диастинальную В-крупноклеточную лимфому (ПМВКЛ)
и лимфому Ходжкина, вариант — нодулярный склероз (ЛХ). Молодой возраст больных, местнолокализованный рост опухоли в пределах переднего верхнего средостения с формированием больших опухолевых масс, с распространением на окружающие органы и ткани (плевра,
перикард, легкие, мягкие ткани передней грудной стенки) служат типичными клиническими проявлениями как ПМВКЛ [1], так и ЛХ [2].
Морфологические трудности в дифференциальной диагностике обусловлены тем, что крупные опухолевые клетки с различной конфигурацией ядер, иногда многоядерные формы с широкой светлой цитоплазмой при ПМВКЛ могут напоминать клетки Березовского— Штернберга. Наличие выраженного фиброза и очагов некроза в ткани опухоли характерно для обоих вариантов заболевания. В ряде случаев в опухолевой ткани ПМВКЛ можно видеть тельца Гассаля и островки резидуального тимического эпителия, инфильтрированного опухолевыми клетками. Для ЛХ тимического происхождения характерно кистообразование предсуществующей ткани тимуса.
Решающее значение в дифференциальной диагностике лимфом средостения имеет иммуногистохимическое исследование. Для ПМВКЛ кроме экспрессии основных В-клеточных антигенов (CD19, CD20, CD22, CD79a) характерны отсутствие экспрессии CD10, CD21 и поверхностных иммуноглобулинов [3], а также слабая экспрессия молекул главного комплекса гистосовместимости I и II классов [4]. В отличие от диффузной В-крупноклеточной лимфомы, опухолевые клетки ПМВКЛ экспрессируют активационный антиген CD23 [5]. Данный маркер является типичным для большинства В-лимфоцитов мозгового слоя тимуса, что также указывает на тимическое происхождение ПМВКЛ [6]. При ЛХ экспрессия антигена CD23 встречается редко и в основном в виде цитоплазматической реакции [7]. При ПМВКЛ, в отличие от ЛХ, отмечается гетерогенная мембранная экспрессия антигена CD30; реакция dot-like, как правило, отсутствует [8].
Таким образом, при тщательном исследовании в большинстве случаев удается провести дифференциальную диагностику между ПМВКЛ и ЛХ. Вместе с тем в последние годы установлено, что кроме сходства клинических и морфоиммунологических характеристик между различными вариантами лимфом средостения существует много общего и на молекулярно-генетическом уровне.
Изучение экспрессии генов методом микрочипирова-ния позволило идентифицировать 3 различные подгруппы диффузной В-крупноклеточной лимфомы (ДВКЛ) [9]. Первые две молекулярные подгруппы четко обозначены в последней классификации ВОЗ (2008 г.). Это лим-фома из В-клеток герминального центра, при которой опухолевые клетки экспрессируют большинство генов нормальных В-клеток герминального центра (CD10, BCL6, SERPINA9, GCET2), и лимфома из активированных В-клеток, для которых характерна высокая экспрессия ядерных транскрипционных факторов, регулируемых NF-kB. Третья молекулярная подгруппа объединяет те случаи ДВКЛ, которые не укладываются ни в одну из перечисленных подгрупп. Именно этот тип экспрессии генов характерен для ПМВКЛ и имеет большое сходство с молекулярным «портретом» клеток Березовского—
© Кичигина М. Ю., Ковригина А. М., Тумян Г. С.,
Быков Д. А., Коломейцев О. А., Чекан А. А.,
Трофимова О. П., Поддубная И. В., Османов Д. Ш., 2010 УДК 616.27-006.441:577.21.088
Штернберга. Более V3 генов (MAL, FIG1, PDL2, TARC), имеющих ключевое значение в патогенезе лимфом, в одинаковой степени экспрессируются при ПМВКЛ и ЛХ [10].
Эти данные подтверждаются результатами многочисленных иммуногистохимических и цитогенетических исследований. Опухолевые клетки при ПМВКЛ имеют признаки клональной перестройки генов иммуноглобулинов, но без внутриклоновой гетерогенности, что указывает на завершение в них процессов соматических гипермутаций. Все это свидетельствует в пользу происхождения опухоли из активированных В-клеток на поздней стадии герминальной дифференцировки и подтверждается иммуногистохимически высокой экспрессией BCL-6, MuM1.
При ЛХ в опухолевых клетках также выключены механизмы соматических гипермутаций, но результаты анализа мутаций генов иммуноглобулинов в клетках Березовского—Штернберга указывают на наличие большого числа дополнительных, деструктивных мутаций, препятствующих трансляции белков иммуноглобулинов и экспрессии В-клеточного рецептора. По-видимому, опухолевые клетки при ЛХ возникают из предапоптоти-ческих клеток герминального центра, которые эффективно подвергаются апоптозу и в норме отсутствуют. Нарушение экспрессии В-клеточного рецептора и синтеза иммуноглобулинов при ЛХ может быть связано с угнетением экспрессии транскрипционных факторов Oct-2, BOB, PU.1. Эта группа недавно выявленных транскрипционных факторов используется в качестве иммуноги-стохимических маркеров оценки стадии герминальной дифференцировки и отбора иммуноглобулинов. В отличие от ЛХ, при ПМВКЛ отсутствие экспрессии иммуноглобулинов опухолевыми клетками не ассоциируется с нарушением экспрессии В-транскрипционных факторов Oct-2, BOB и PU.1 [11].
Цитогенетический анализ опухолевой ткани позволил выявить сходные хромосомные аберрации (9р24, 2р15) при ПМВКЛ и ЛХ. Удвоение короткого плеча 2-й хромосомы (2р14—16) ассоциировано с амплификацией локуса онкогена REL, ответственного за активацию сигнального пути NF-kB [12]. NF-kB (Nuclear Factor kappa B) является транскрипционным фактором, регулирующим транскрипцию более 100 генов, продукты которых ответственны за пролиферацию, апоптоз и выживание В-лимфоцитов в норме и при злокачественной трансформации. Этот фактор контролирует экспрессию ан-тиапоптогенных (IAPs-, Bcl-2) и проапоптогенных (Fas, FasL) факторов. NF-кВ представляет собой гетеродимер из различных комбинаций пяти типов субъединиц: NF-kB1 (p50), NF-kB2 (p52), RelA, RelB, c-REL. В неактивном состоянии молекула NF-кВ находится в цитоплазме в соединении с белками — ингибиторами 1кВа и 1кВр. В случае стимулирующего сигнала происходит диссоциация белка — ингибитора и гетеродимера, молекула NF-кВ становится активной и транспортируется в ядро, где инициирует транскрипцию генов-мишеней. Ядерная локализация белка c-REL свидетельствует об активации NF-кВ [13].
Для восприятия клеткой внешнего сигнала смерти имеется большое число специфических рецепторов,
относящихся к суперсемейству TNF (фактор некроза опухоли)-подобных рецепторов. Данные факторы участвуют в передаче сигналов и способны угнетать апоптоз путем активации генов, ответственных за выживание клетки. В норме участие данных факторов необходимо для выживания клеток в ответ на стрессовые воздействия [14]. Одним из таких рецепторов является цитоплазматический онкопротеин TRAF1 (TNF Receptor Associated Factor 1 типа). По данным группы авторов [15], сочетание локализации c-REL в ядре и экспрессии TRAF1 в клетке высокоспецифично для ПМВКЛ и ЛХ, в то же время экспрессия данных маркеров при других вариантах ДВКЛ отличается гетерогенностью и встречается значительно реже.
Сходство молекулярных и генетических механизмов развития опухоли при ЛХ и ПМВКЛ отчетливо находит отражение в существовании так называемой серой зоны — области морфоиммунологического перекреста различных вариантов лимфом. Наличие метахронных или композитных лимфом, морфологически представленных одновременно двумя вариантами опухоли в одной ткани, может быть объяснено существованием единой тимической медуллярной В-клетки-предшественницы с дивергентной дифференцировкой, что обусловливает, по сути, биологическую «серую зону». В ряде случаев при этом в опухолевых клетках доказана общая клональная перестройка генов иммуноглобулинов [16].
Таким образом, ПМВКЛ и ЛХ с нодулярным склерозом, являясь самостоятельными заболеваниями, демонстрируют много сходных черт по ряду клинических и морфоиммунологических характеристик.
Целью настоящей работы явились оценка на собственном материале иммунологических особенностей экспрессии ряда маркеров (CD10, CD11c, CD23, MUM1, с-REL, TRAF1, HLA-DR) при ПМВКЛ, сопоставление частоты и уровня экспрессии с-REL и TRAF1 при ЛХ и ПМВКЛ. В работе также представлено описание случая лимфомы «серой зоны».
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ
Исследован биопсийный материал опухоли средостения и/или надключичных лимфатических узлов, полученный от 31 пациента с ПМВКЛ и от 20 больных с ЛХ в условиях РОНЦ им. Н. Н. Блохина РАМН. Гистологическое исследование опухолевой ткани проводили с помощью стандартной окраски гематоксилином и эозином. В опухолевой ткани ПМВКЛ дополнительно оценивали клеточный состав, наличие альвеолярного фиброза и некрозов. При ПМВКЛ иммуногистохимическое исследование проводили по стандартной методике с использованием
7 маркеров: CD10, CD11c, CD23, MUM1, с-REL, TRAF1, HLA-DR. В случаях ЛХ анализировали клеточный состав, а также степень выраженности эозинофильной инфильтрации. При ЛХ иммуногистохимическое исследование проводили по стандартной методике с использованием дополнительных маркеров с-REL, TRAF1 и CD20.
результаты
В ходе оценки клеточного состава опухоли при ПМВКЛ более чем в половине случаев (19 больных, 61%) определялся смешанно-клеточный вариант (центробла-
сты и иммунобласты). Центробласты составляли основную часть опухолевой популяции (более 90% опухолевых клеток) у 6 (19%) пациентов, ни в одном случае опухолевая ткань не была представлена в большинстве иммуно-бластами (более 90% опухолевых клеток с морфологией иммунобластов). В 5 случаях оценка клеточного состава не проводилась. Наличие альвеолярного фиброза выявлено у 23 (74%) больных. Очаги некроза в опухолевой ткани обнаружены в 14 (45%) образцах ткани.
В 97% случаев ПМВКЛ опухолевые клетки были отрицательны по антигену CD10, и только в одном (3%) отмечалась положительная реакция. Антиген CD11c выявлялся в 28 (90%) образцах, в одном был отрицателен. Активационный маркер CD23 экспрессировался в опухолевой ткани у 18 (58%) больных. MuM1 был позитивен в 28 (90%) образцах. Степень экспрессии HLA-DR в опухолевых клетках колебалась от 10 до 100%, в 77% случаев составляла более 50% позитивных клеток опухолевой популяции. Ядерная локализация онкопротеина с-REL отмечалась в 24 (77%) случаях, в 6 (19%) отсутствовала. Цитоплазматический онкопротеин TRAF1 выявлен в 25 (80%) случаях, отсутствовал в 6 (19%).
При исследовании опухолевой ткани больных с ЛХ но-дулярный склероз I типа был выявлен в 11 (55%) образцах,
II типа — в 8 (40%). Эозинофильная инфильтрация была слабовыраженной в 5 (25%) случаях, умеренной в 7 (35%) и носила выраженный характер в 7 (35%). Экспрессия В-клеточного маркера CD20 выявлена в 6 (30%) образцах ЛХ. В этих наблюдениях количество CD20-позитивных клеток составляло от 10 до 100%, с гетерогенным характером мембранной экспрессии. Цитоплазматическая реакция с TRAF1 отмечалась в 100% случаев, ядерная локализация онкопротеина с-REL не отмечена, наблюдалась лишь цитоплазматическая реакция в клетках реактивного микроокружения (внутренний позитивный контроль).
клинический случай
Пациентка Л., 30 лет, поступила в отделение химиотерапии гемобластозов РОНЦ им.. Н. Н. Блохина с жалобами на одышку, одутловатость лица, слабость. При осмотре выявлено увеличение шейных и подмышечных лимфатических узлов. При компьютерной томографии органов грудной клетки определялась массивная опухоль средостения с прорастанием, в легочную ткань, плевру. По данным, гистологического исследования выявлен выраженный полиморфизм опухолевых клеток, среди них — крупные клетки с округло-овальными пузырьковидными ядрами, крупными центрально расположенными ядрышками. Определялись клетки с эксцентрически расположенными серповидными ядрами с наличием, эозинофильных включений в цитоплазме; опухолевые клетки с неправильными формами ядер, клетки с широкой светлой цитоплазмой с морфологией лакунарных клеток, многоядерные клетки. Обращало внимание значительное количество мумифицированных форм. (см. рисунок, А). Опухолевые клетки росли преимущественно в виде пластов. Среди реактивного микроокружения в умеренном количестве определялись эозинофильные лейкоциты..
Опухолевые клетки мономорфно экспрессировали HLA-DR, CD30 (мембранная, реакция dot-like), СD20 (интенсивная мономорфная мембранная реакция) (см. рису-
¥.
9^9
М'<«
к т
■га і ШНШШ
г л ж: п; л Яуг '
*^ІЖ »
•»- к «и Ш с '■’
«УК
*► г «*
Мр
|Шш
Рисунок. В-клеточная неклассифицируемая лимфома.
А. Опухолевые клетки с полиморфными ядрами, видна двуядерная клетка, окруженная эозинофильными лейкоцитами, мумифицированная клетка, окраска гематоксилином и эозином. Б. Опухолевые клетки мономорфно экспрессируют CD20; здесь и дилее им-муноферментный метод. В. Опухолевые клетки мономорфно экспрессируют CD23. Г. Опухолевые клетки практически мономорфно экспрессируют р63 (ядерная экспрессия). Д. Опухолевые клетки негативны при реакции с CD45 (позитивны клетки микроокружения). Е. Гетерогенный характер экспрессии PAX-5. Ж. Гетерогенный характер экспрессии BoB.1. З. Немногочисленные опухолевые клетки экспрессируют TRAF1 (цитоплазматическая экспрессия). И. Немногочисленные опухолевые клетки экспрессируют с-REL.
нок, Б), CD23 (см. рисунок, В), р63 (см. рисунок, Г). Реакция с антигеном. СD45 в опухолевых клетках отсутствовала (см. рисунок, Д). Экспрессия. Oct.2 была позитивной только в единичных опухолевых клетках (слабая, ядерная. экспрессия). Реакция в опухолевых клетках PAX5 (см. рисунок, Е) и с BoB.1 (см. рисунок, Ж) была однотипной и гетерогенной: опухолевые клетки экспрессировали данные В-клеточные транскрипционные факторы, со слабоумеренной интенсивностью ядерных реакций (по сравнению с интенсивной ядерной экспрессией антигенов В-клетками реактивного микроокружения), часть опухолевых клеток не экспрессировали BoB.1 и PAX5. Опухолевые клетки не экспрессировали EBV (LMP1) и CD15 (позитивная, реакция, в гранулоцитах). Около 20% опухолевых клеток экспрессировали c-REL (ядерная, экс-
прессия) (см. рисунок, И) и TRAF1 (цитоплазматическая экспрессия) (см. рисунок, З).
Несмотря на морфологические особенности, более характерные для. ЛХ, «химерный» иммунофенотип опухоли с использованием, расширенной иммуногистохимической панели не позволяет, на морфоиммунологическом, уровне отнести ее к определенным, нозологическим, формам.: ЛХ или ПМВКЛ. С учетом, данных иммуногистохимического исследования, опухоль расценена как В-клеточная лимфома, занимающая, промежуточное положение между ПМВКЛ и ЛХ.
ВЫВОДЫ
Иммуногистохимическое исследование опухолевой ткани, полученной у больных ПМВКЛ, позволило выявить
сочетание ядерной локализации онкопротеина с-REL и цитоплазматической реакции с TRAF1 в большинстве наблюдений. В то же время ни в одном случае ЛХ в опухолевых клетках не была обнаружена ядерная локализация с-REL. Таким образом, уровень экспрессии маркеров активации сигнального пути NF-kB — с-REL и TRAF1 имеет большое значение и отражает патобиологию крупноклеточных лимфом средостения. Использование в иммуно-гистохимическом исследовании этих маркеров позволяет повысить точность морфоиммуногистохимической дифференциальной диагностики ПМВКЛ и ЛХ, в большинстве случаев с уверенностью определить нозологическую принадлежность. В очень редких наблюдениях отмечаются химеризм морфологической картины и иммунофенотипа, что не позволяет верифицировать определенную нозологическую форму: ЛХ или ПМВКЛ. Для подобных крупноклеточных лимфом средостения в классификацию ВОЗ (2008 г.) введена новая нозологическая форма, характеризующая морфоиммунологическую и биологическую «серую зону» — В-клеточная лимфома, неклассифицируемая, занимающая промежуточное положение между диффузной В-крупноклеточной лимфомой и классической лимфомой Ходжкина.
ЛИТЕРАТУРА
1. Primary Non-Hodgkin's Lymphoma of the Mediastinum / Levitt L., Aisenberg A. C., Harris N. L., Linggood R. М., Poppema S. // Cancer. — 1982. — Vol. 50. — P. 2486—2492.
2. Connors J. М. Clinical manifestations and natural history of Hodgkins Lymphoma // TCJ. — 2009. — Vol. 15. — P. 124—128.
3. Issacson P., Norton A., Addis B. The human thymus contains a novel population of B-lymphocytes // Lancet. — 1987. — Vol. 2. — P. 1488—1491.
4. Roberts R. A., Wright G., Rosenwald A. R. Loss of major histocompatibility class II gene and protein expression in primary mediastinal large B-cell lymphoma is highly coordinated and related to poor patient survival // Blood. — 2006. — Vol. 108. — P. 311—318.
5. Ковригина А. М., Пробатова Н. А. Крупноклеточные лимфомы серой зоны // Лимфома Ходжкина и крупноклеточные лимфомы. — М.: МИА, 2007. — C. 108—124.
6. CD23 expression in mediastinal large B-cell lymphomas / Cala-mini М., Piper K., Lee A. М., Norton A. J. // Histopathology. — 2004. — Vol. 45, N 6. — P. 619—624.
7. The Value of CD23 Expression as an Additional Marker in Distinguishing Mediastinal (Thymic) Large B-Cell Lymphoma From Hodgkin Lymphoma / Salama М. E., Rajan Mariappan М., Inamdar K., Tripp S. R., Perkins S. R. // Int. J. Surg. Pathol. — 2010. — Vol. 18, N 2. — P. 121 — 128.
8. Higgins J. P., Warnke R. A. CD30 expression is common in mediastinal large B-cell lymphoma // AJCP. — 1999. — Vol. 112, N 2. — P. 241—247.
9. Alizadeh A. A., Eisen M. B., Davis R. E. Distinct types of diffuse large B-cell lymphoma identified by gene expression profiling // Nature. — 2000. — Vol. 403. — P. 503—511.
10. Savage K. J., Monti S., Kutok J. L. The molecular signature of mediastinal large B-cell lymphoma differs from that of other diffuse large B-cell lymphomas and shares features with classical Hodgkin lymphoma // Blood. — 2003. — Vol. 102. — P. 3871—3879.
11. Pileri S. A., Gaidano G., Zinzani P. L. High Frequency of BCL-6 Mutations and Consistent Expression of the Transcription Factors OCT-2, BOB.1, and PU.1 in the Absence of Immunoglobulins // AJP. — 2003. — Vol. 162, N 1. — P. 243—253.
12. Primary Mediastinal (Thymic) B-Cell Lymphoma Is Characterized by Gains of Chromosomal Material Including 9p and Amplification of the REL Gene / Joos S., Otafio-Joos М. I., Ziegler S., Bruderlein S., Manoir S., Bentz М., Moller P., Lichter P. // Blood. — 1996. — Vol. 87, N 4. — P. 1571—1578.
13. Feuerhake F., Kutok J. L., Monti S. NF kappa B activity, function, and target-gene signatures in primary mediastinal large B-cell lymphoma and diffuse large B-cell lymphoma subtypes // Blood. — 2005. — Vol. 106, N 4. — P. 1392—1399.
14. NF-kB2 mutation targets TRAF1 to induce lymphomagenesis / Zhang B., Wang Z., Li T., Tsitsikov T. N., Ding Y. F. // Blood. — 2007. — Vol. 110. — P. 743—751.
15. Expression of TRAF1 and nuclear c-Rel distinguishes primary mediastinal large cell lymphoma from other types of diffuse large B-cell lymphoma / Rodig S. J. , Savage K. J., LaCasce A. S. , Weng A. P., Harris N. L., Shipp M. A., Hsi E. D., Gascoyne R. D., Kutok J. L. // AJSP. — 2007. — Vol. 31, N 1. — P. 106—112.
16. Molecular biology of Hodgkin's and Reed/Sternberg cells in Hodgkin's lymphoma / Brauninger A., Schmitz R., Bechtel D., Renn C., Hansmann M. L., Kuppers R. // Cancer. — 2006. — Vol. 118. — P. 1853— 1861.
Поступила 28.01.2010
Maria Yurievna Kichigina1, Alla Mikhailovna Kovrigina2,
Gayane Sergeyevna Tumyan3, Dmitry Alexandrovich Bykov4,
Oleg Alexandrovich Kolomeytsev5, Anna Anatolyevna Chekan6,
Oxana Petrovna Trofimova7, Irina Vladimirovna Poddubnaya8,
Dzhelil Shevketovich Osmanov9
MORPHOIMMUNOLOGIC CHARACTERIZATION OF LARGE-CELL MEDIASTINAL LYMPHOMAS
1 Post-Graduate Student, Hematology Malignancy Chemotherapy Department,
Clinical Oncology Research Institute, N. N. Blokhin RCRC RAMS (24, Kashirskoye sh., Moscow 115478, Russian Federation)
2 DSc, PhD, Leading Researcher, Human Tumor Pathologic Anatomy Department,
Clinical Oncology Research Institute, N. N. Blokhin RCRC RAMS (24, Kashirskoye sh., Moscow 115478, Russian Federation)
3 MD, PhD, Leading Researcher, Hematology Malignancy Chemotherapy Department,
Clinical Oncology Research Institute, N. N. Blokhin RCRC RAMS (24, Kashirskoye sh., Moscow 115478, Russian Federation)
4 Post-Graduate Student, Chair of Oncology, I. M. Sechenov MMA
(24, Kashirskoye sh., Moscow 115478, Russian Federation)
5 Physician, Hematology Malignancy Chemotherapy Department,
Clinical Oncology Research Institute, N. N. Blokhin RCRC RAMS
(24, Kashirskoye sh., Moscow 115478, Russian Federation)
6 Post-Graduate Student, Hematology Malignancy Chemotherapy Department,
Clinical Oncology Research Institute, N. N. Blokhin RCRC RAMS (24, Kashirskoye sh., Moscow 115478, Russian Federation)
7 MD, PhD, Senior Researcher, Radiation Oncology Unit, Radiology Department,
Clinical Oncology Research Institute, N. N. Blokhin RCRC RAMS (24, Kashirskoye sh., Moscow 115478, Russian Federation)
8 MD, PhD, Head, Chair of Oncology, RMAPE (2/1, ul. Barrikadnaya, Moscow, 123995, Russian Federation)
9 MD, PhD, Head, Hematology Malignancy Chemotherapy Department,
Clinical Oncology Research Institute, N. N. Blokhin RCRC RAMS (24, Kashirskoye sh., Moscow 115478, Russian Federation)
Address for correspondence: Kichigina Maria Yurievna, Hematology Malignancy Chemotherapy Department, Clinical Oncology Research Institute, N. N. Blokhin RCRC RAMS, 24, Kashirskoye sh., Moscow 115478, Russian Federation; e-mail: kmy_ronc@mail.ru
The purpose of this study was to analyze morphoimmunologic features of large-cell mediastinal lymphomas, i. e. primary mediastinal large B-cell lymphoma and Hodgkin's lymphoma with nodular sclerosis. Morphologic and immunohistochemicl analysis of tumor tissue specimens from 31 patients with primary mediastinal large B-cell lymphoma and 20 patients with Hodgkin's lymphomawas made. A case of gray zone lymphoma was identified. Immunohistochemical study was done by standard assay using 8 markers such as CD10, CD11c, CD23, MUM1, c-REL, TRAF1, HLA-DR. Nuclear oncoprotein c-REL was found in 24 (77%) and cytoplasmatic reactivity with TRAF1 was seen in 80% of primary mediastinal large B-cell lymphoma cases. In contrast, none of Hodgkin's lymphomas presented with nuclear c-REL. The conclusion was made that NF-kB signaling activation markers (c-REL and TRAF1) were very useful and might be recommended for differential diagnosis of primary mediastinal large B-cell lymphoma from Hodgkin's lymphoma.
Key words: mediastinal large-cell lymphomas, NF-kB activation markers c-REL and TRAF1.