Научная статья на тему 'Миграционный кризис в Европе и радикальный исламизм'

Миграционный кризис в Европе и радикальный исламизм Текст научной статьи по специальности «Политологические науки»

CC BY
375
63
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
МИГРАЦИОННЫЙ КРИЗИС / MIGRANT CRISIS / ПОЛИТИКА ЕВРОСОЮЗА / POLICY OF EUROPEAN UNION / ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ США / СТРАНЫ АРАБО-МУСУЛЬМАНСКОГО МИРА / ПРАВЫЕ ПАРТИИ / НЕООСМАНИЗМ / РАДИКАЛЬНЫЙ ИСЛАМИЗМ / USA GEO-POLITICAL INTERESTS / COUNTRIES OF ARAB MUSLIM WORLD / RIGHT-WING PARTIES / NEOOSMANISM / RADICAL ISLAMISM

Аннотация научной статьи по политологическим наукам, автор научной работы — Долгов Борис Васильевич

В статье рассматриваются причины миграционного кризиса, обусловленные недальновидной политикой Евросоюза, следовавшего в русле геополитических интересов США в отношении стран арабо-мусульманского мира. Анализируются возможные последствия миграционного кризиса, его влияние на внутреннюю ситуацию в Евросоюзе, а также опасность распространения радикального исламизма.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Migration crisis in Europe and radical islamism

The causes of the migrant crisis conditioned by the short-sighted policy of the European Union, which followed the USA geo-political interests as regards to the countries of the Arab Muslim world are examined in the article. The possible consequences of the migrant crisis, its influence on the internal situation in the European Union and the danger of the spread of radical Islamism are analyzed.

Текст научной работы на тему «Миграционный кризис в Европе и радикальный исламизм»

Б.В. Долгов

Миграционный кризис в Европе и радикальный исламизм

Аннотация. В статье рассматриваются причины миграционного кризиса, обусловленные недальновидной политикой Евросоюза, следовавшего в русле геополитических интересов США в отношении стран арабо-мусульманского мира. Анализируются возможные последствия миграционного кризиса, его влияние на внутреннюю ситуацию в Евросоюзе, а также опасность распространения радикального исламизма.

Abstract. The causes of the migrant crisis conditioned by the short-sighted policy of the European Union, which followed the USA geo-political interests as regards to the countries of the Arab Muslim world are examined in the article. The possible consequences of the migrant crisis, its influence on the internal situation in the European Union and the danger of the spread of radical Islamism are analyzed.

Ключевые слова: миграционный кризис, политика Евросоюза, геополитические интересы США, страны арабо-мусульманского мира, правые партии, неоосманизм, радикальный исламизм.

Keywords: migrant crisis, policy of European Union, USA geopolitical interests, countries of Arab Muslim world, right-wing parties, neo-osmanism, radical Islamism.

Западная Европа переживает самый тяжелый за последние десятилетия миграционный кризис. Причем, если предыдущие волны мигрантов не несли Европе какой-либо потенциальной угрозы, поскольку мигранты достаточно легко адаптировались, то беженцы, прибывающие в последние годы из арабо-мусульманских

стран, где активно действуют радикальные исламистские группировки, несут с собой опасность перенесения исламистского терроризма на землю Европы.

Первый массовый приезд мигрантов в Европу из стран Азии, Африки и Ближнего Востока имел место во второй половине ХХ в. Основной поток мигрантов шел из бывших колоний, переживавших социально-экономический кризис. Население этих стран было вынуждено искать заработок в бывших метрополиях - в Англии, Франции, Нидерландах, Италии. В 1980-е годы возросла внутри-континентальная миграция в страны Западной Европы с высоким уровнем жизни, куда переселялись жители юга Европы, а в 1990-е годы, в связи с распадом СССР и социалистического лагеря - граждане восточноевропейских государств. В странах Европейского союза (ЕС), нуждавшихся в рабочей силе, прежде действовало либеральное законодательство в отношении приема мигрантов, а также проводились так называемые «амнистии» для уже въехавших в страну нелегальных иммигрантов. Но в этот период многие страны ЕС ужесточили миграционный режим, в результате чего в 1997 г. численность лиц, ищущих убежище в Европе, сократилась. Однако в 1999 г. военные действия НАТО в Югославии, продолжающиеся гражданские войны и вооруженные конфликты в ряде стран Азии и Африки привели к резкому росту числа беженцев. В 2000-е годы источниками новой волны миграции стали страны африканской суб-Сахары (Гана, Нигерия, Сенегал, Сомали, Чад).

Поток иммигрантов в страны ЕС значительно увеличился в 2011-2015 гг. Это было связано прежде всего с начавшейся «арабской весной» и как следствие - с обострением социально-экономических проблем, снижением уровня жизни, внешним вмешательством, вооруженными конфликтами и активизацией террористических группировок в ряде стран арабо-мусульманского мира. Особенно резкое увеличение миграционного потока имело место в 2013-2015 гг. Такие страны, как Сирия, Афганистан, Ирак и Ливия, поставляют основные контингенты беженцев (легальных и нелегальных) в ЕС. Значительную долю составляют выходцы из африканских стран (Судан, Южный Судан, Конго, Сомали, Мавритания, Тунис, Мали, Нигерия, Камерун, Габон). По данным ЮНИСЕФ (United Nations International Children's Emergency Fund), только из Сирии, где уже пять лет продолжается вооруженный внутренний конфликт, вы-84

ехали более 4 млн человек и более 2,6 млн покинули Афганистан, который находится на втором месте по числу беженцев [Количество детей-беженцев.., 2015]. От конфликтов и голода из Сомали выехало около 1 млн жителей. Большой поток беженцев идет также из Судана и Южного Судана, где внутренний конфликт продолжается с декабря 2013 г.

В 2015 г., по сообщениям агентства Евростат, более 1,2 млн беженцев обратились с просьбой о предоставлении убежища в ЕС. Число беженцев из Сирии по сравнению с 2014 г. увеличилось вдвое и достигло 360 тыс. человек. Численность беженцев из Афганистана возросла в четыре раза и составила 178 тыс., а из Ирака - в семь раз (в 2015 г. их насчитывалось уже 121 тыс. человек) [Более 1,2 млн беженцев.., 2016]. При этом число беженцев, которые будут вынуждены покинуть страны Ближнего Востока и Северной Африки в ближайшем будущем, может возрасти. По данным ООН, за январь 2016 г. в ЕС прибыли более 55 тыс. беженцев. Причем число прибывших в Европу через Грецию в январе 2016 г. по сравнению с показателями за январь 2015 г. увеличилось в 35 раз [2016 год уже бьет рекорды.., 2016].

Наибольшее число беженцев сосредоточено в Германии, Франции, Италии и Испании (в каждой из них - по 1-1,5 млн человек). В период с января по июнь 2015 г. по числу принятых мигрантов лидировали Германия, Франция и Швеция. Основную нагрузку несет Германия. По данным МВД ФРГ, по состоянию на конец 2015 г. в Германию прибыло более 800 тыс. соискателей статуса беженца [Беженцы в Европе.., 2015].

В условиях наплыва беженцев ЕС испытывает серьезные сложности с их интеграцией в общество. Причем неготовность европейской пограничной системы контроля к приему такого большого числа беженцев, отсутствие у части из них документов, удостоверяющих их личность, а также невозможность удостоверить подлинность таких документов1 привели к тому, что, по информа-

1 Муфтий Сирии Ахмед Хассун на пресс-конференции «Россия сегодня», состоявшейся в Москве в Международном информационном агентстве (МИА) 24 декабря 2014 г., приводил факты, свидетельствующие о том, что радикальные исламистские группировки изготавливали поддельные сирийские паспорта для того, чтобы их боевики могли въезжать в Европу под видом беженцев.

ции МВД ФРГ, десятки тысяч беженцев въехали в Германию, не пройдя надлежащую регистрацию и контроль. Наряду с этим, часть зарегистрированных беженцев не прибыла в те места, куда они направлялись властями, и их местонахождение неизвестно.

В этих условиях в странах ЕС растут опасения, что приток большого числа беженцев приведет к росту преступности и к угрозе терроризма, тем более что лидеры «исламского государства» (ИГ) на своих сайтах объявили, что послали в страны ЕС под видом беженцев тысячи джихадистов1, готовых совершить террористические акты. Эти угрозы, к сожалению, имеют под собой реальную основу, что подтвердили террористические акты, совершенные во Франции (в Париже в 2015 г. в результате нескольких терактов погибло около 150 человек), в Бельгии (в Брюсселе у Еврейского музея были расстреляны четыре человека; в марте 2016 - в результате двух терактов погибло 32 человека), в Германии (в Берлине в 2015 г. была предотвращена попытка взрыва в центре города), в Турции (в 2015 г. террорист-смертник совершил теракт в Стамбуле, приведший к гибели девяти туристов из Германии). Причем все исполнители данных террористических актов были либо связаны с радикальными исламистскими группировками, действующими в Сирии, либо с ИГ. В то же время, рассматривая причины возникновения миграционного кризиса и, соответственно, его негативные последствия для ЕС, прежде всего необходимо отметить, что наибольший поток беженцев в государства ЕС идет, как указывалось выше, из Афганистана, Ирака, Ливии и Сирии. Это те страны, где наиболее активно действуют террористические исламистские группировки и продолжаются вооруженные конфликты, спровоцированные внешним вмешательством. Причем инициаторами данного вмешательства являлись ведущие страны НАТО, прежде всего США.

1 Джихад - борьба за веру. В разработанных мусульманскими факихами (правоведами) концепциях джихада проводится различие между «джихадом сердца» (борьба с собственными дурными наклонностями), «джихадом языка» (повеление одобряемого и запрещение порицаемого), «джихадом руки» (принятие дисциплинарных мер в отношении преступников и нарушителей норм нравственности) и «джихадом меча» (вооруженная борьба с неверными, павшему в которой уготовано вечное блаженство в раю). См.: [Ислам.., 1991, с. 66]. 86

Вторжение в Афганистан вооруженных сил США и их союзников началось после масштабных террористических атак 11 сентября 2001 г., осуществленных террористами-смертниками, захватившими несколько американских гражданских самолетов и направивших их на Международный торговый центр в Нью-Йорке и административные здания. Власти США обвинили в этом «Аль-Каиду», руководство которой во главе с Усамой бен Ладеном, по американской версии, находилось в Афганистане. В то же время, несмотря на длительное расследование, опубликованные материалы о данном теракте так и не подтвердили безусловную ответственность за него «Аль-Каиды». Более того, в СМИ, в том числе американских, появился ряд публикаций, допускавших возможность причастности к теракту 11 сентября американских спецслужб, что, впрочем, также не было подтверждено какими-либо достоверными фактами. Тем не менее в ходе объявленной войны с «международным терроризмом» США и их союзники по НАТО свергли исламистский режим движения Талибан в Афганистане, обвиненный Западом в поддержке «Аль-Каиды». В связи с этим необходимо подчеркнуть, что этот режим пришел к власти во многом в результате его поддержки Западом, когда исламистские группировки, в том числе «Аль-Каида», во время гражданской войны в Афганистане в 1979-1989 гг. воевали против афганского правительства, которое поддерживал СССР. В то же время США и их союзники на протяжении своего многолетнего военного присутствия в Афганистане так и не смогли подавить движение Талибан, где его вооруженная борьба и террористические акции против поддерживаемых Западом афганских властей и сил международной коалиции, возглавляемой США, продолжаются до настоящего времени. Более того, с 2014 г. в Афганистане активно действуют боевики Исламского государства (ИГ). В результате террористических атак Талибана погибли тысячи мирных афганских граждан. В то же время не меньшее, если не большее число мирных афганцев погибли в ходе бомбардировок «по ошибке» ВВС США и их союзников. Так, только за девять месяцев с начала вооруженного вторжения США в Афганистан погибло 10 тыс. гражданских лиц [Наумкин, 2015, с. 31] и была разрушена значительная часть инфраструктуры. Такая си-

туация, как уже говорилось выше, спровоцировала исход сотен тысяч беженцев из Афганистана, многие из которых направились в ЕС.

Следующей страной мусульманского мира, подвергшейся вторжению США и их союзников, в 2003 г. стал Ирак. Американская интервенция началась под предлогом наличия у режима Саддама Хусейна оружия массового поражения. Затем, когда оно так и не было обнаружено, предлогом стала необходимость свержения «диктатора и тирана Саддама Хусейна» и продвижения демократии. В связи с этим необходимо отметить, что политика США и Запада в целом в отношении мусульманского мира (так же как и в отношении других регионов) мотивируется конкретными, прагматичными целями и интересами, в которых «демократическая» риторика играет роль пропагандистского прикрытия. Так, например, диктаторский характер режима Саддама Хусейна не помешал США поддерживать его, в том числе поставками вооружений, во время ирано-иракской войны (1980-1988). Поэтому можно констатировать, что подлинными целями американской агрессии против Ирака в 2003 г. являлись, во-первых, разгром Ирака как наиболее мощного в военном отношении арабского государства, активно противостоявшего Израилю - стратегическому союзнику США. Наряду с этим Ирак поддерживал как в финансовом, так и в военном плане палестинские организации, боровшиеся за создание независимого палестинского государства (в Ираке проходили лечение, а также военную подготовку бойцы палестинских группировок, действовавших против Израиля). Во-вторых, целью США был доступ к иракским нефтяным месторождениям, входящим в число наиболее перспективных в мире. В итоге военной операции данные цели были достигнуты: Ирак разгромлен и оккупирован. При поддержке США были ликвидированы все государственно-политические структуры режима Саддама Хусейна и созданы новые институты власти, формально отвечающие требованиям демократического государственного устройства. В них в основном вошли представители шиитской общины Ирака, на которую опирались в тот период США. В то же время произошла частичная дезинтеграция Ирака: район Иракского Курдистана де-факто стал независимым.

Вторжение США привело к дестабилизации страны, подрыву внутренней безопасности. К тому же оно спровоцировало эскалацию политического насилия и поставило иракское общество на грань конфессионального и этнического раскола. Обострились суннитско-шиитские противоречия, в стране резко возросла террористическая активность радикальных исламистских группировок. Причем Америка не оказала никакой поддержки иракским властям в отпоре вооруженной экспансии ИГ в иракскую провинцию Аль-Анбар, граничащую с Сирией, поскольку она рассматривала боевиков ИГ как свой геополитический инструмент для свержения сирийского режима Башара Асада, против которого ИГ проводило террористические акции с этой иракской территории. По данным арабских и западных СМИ, в результате агрессии США, а также продолжающихся террористических актов погибло более 100 тыс. иракских граждан и, как указывалось выше, из страны выехало более 2 млн человек. Причем наблюдался такой феномен, как исход христианского населения Ирака, почти полностью покинувшего страну.

В 2011 г. произошло вмешательство ведущих стран НАТО в Ливии. Предлогом для военного вмешательства стала, так же как и в случае с Ираком, провозглашенная Западом необходимость свержения «кровавого диктаторского режима» и «защита мирного населения». Конкретным поводом явилось выступление противников режима Муаммара Каддафи, поднявших мятеж в г. Бенгази, который руководство Каддафи пыталось жестко подавить. Причины возникновения протестного движения в Ливии в значительной степени отличаются от таковых в Тунисе и Египте. Ливия - богатая нефтедобывающая страна с небольшим населением (по состоянию на 2015 г. - около 6 млн человек) и достаточно высоким уровнем жизни. В Ливии в период правления Каддафи были введены бесплатное образование и медицинское обслуживание, к тому же здесь были относительно низкие цены на продукты питания и бензин. Поэтому социально-экономический фактор не мог играть значительную роль в возникновении протестного движения. В нем превалировали радикальные исламисты. А именно - «Ливийская исламская боевая группа» (ЛИБГ), которая действовала в Ливии с

1990-х годов (наряду с проникавшими сюда боевиками из алжирской группировки «Аль-Каида исламского Магриба» (АКИМ)).

Протестные манифестации против руководства Каддафи, начавшиеся в феврале 2011 г., вскоре переросли в вооруженное восстание, которое было активно поддержано НАТО и монархиями Персидского залива. Подлинными целями вмешательства Запада являлись, во-первых, стремление использовать начавшуюся «арабскую весну», чтобы свергнуть режим «непредсказуемого» Каддафи и получить доступ к ливийским нефтегазовым ресурсам, которые Каддафи национализировал после прихода к власти в результате возглавленной им в 1969 г. антимонархической революции (тогда же были ликвидированы английские и американские военные базы в Ливии) [Егорин, Миронова, 2006, с. 352, 354], и, во-вторых, расчет США и их союзников на то, что им удастся изменить путь развития ливийского общества - джамахирийи, - соединявший в себе ливийский национализм, ислам и элементы социализма и провозглашавшийся Каддафи как некий третий путь общественного развития, альтернативный капиталистическому и социалистическому. С ликвидацией режима Каддафи, соответственно, прекращалось осуществлявшееся им финансирование радикальных антизападных группировок, а также (как и в случае с режимом Саддама Хусейна) поддержка палестинских организаций, боровшихся за создание независимого палестинского государства.

Главной вооруженной силой оппозиционных «повстанцев» стали радикальные исламистские группировки, ранее преследовавшиеся режимом Каддафи. В их рядах находились также наемники-исламисты, которые начали прибывать в Ливию из арабо-мусульманских стран и мусульманской диаспоры Европы. Данную вооруженную оппозицию активно поддерживали ВВС НАТО, нанося ракетно-бомбовые удары по войсковым подразделениям, верным Каддафи, а также по инфраструктуре страны, в том числе гражданской. Семимесячные военные действия (с марта по октябрь 2011 г.) привели к падению режима Каддафи. Причем на последних этапах «битвы за Ливию» (взятие «повстанцами» ливийской столицы г. Триполи) в августе 2011 г. на стороне «повстанцев» непосредственно участвовали спецподразделения НАТО и монархий

Персидского залива. В ходе операций в Ливии ВВС НАТО совершили более 20 тыс. самолето-вылетов. В результате военных действий в Ливии в общей сложности погибли более 50 тыс. граждан этой страны [Егорин, 2012, с. 258].

Военные действия в Ливии привели к разрушению государственности и фактическому распаду страны. Власть на местах перешла к местным кланово-племенным структурам, имеющим собственные вооруженные формирования. Причем в состав многих из них входили воевавшие против Каддафи «повстанцы», в том числе приверженцы радикального исламизма. Так, в районе г. Дерна (на востоке Ливии) создан эмират, функционирующий по законам шариата, лидеры которого в 2014 г. объявили о поддержке так называемого Исламского государства, провозглашенного радикальными исламистами на части территории Ирака и Сирии. В Ливии радикальные исламисты действуют достаточно открыто, вербуя новых боевиков и используя оружие, как захваченное со складов бывшей ливийской армии, так и поставленное НАТО во время борьбы с режимом Каддафи. По данным египетских СМИ, в Ливии в 2014-2015 гг. функционировали 19 тренировочных лагерей по подготовке исламистских боевиков. Таким образом, на территории Ливии возник очаг радикального исламизма, который распространился и на соседние с Ливией регионы.

Речь идет, в первую очередь, о Мали, государстве, северные районы которого весной 2012 г. были захвачены вооруженными отрядами туарегов, ранее воевавшими в Ливии на стороне Каддафи, а также Национальным движением за освобождение Азавада (НДОА). Их поддержали некоторые исламистские группировки, такие как Исламское движение Азавад, «Ансар ад-дин» («Борцы за религию»), «Группа таухида1 и джихада на западе Африки» и «Аль-Каида исламского Магриба» (АКИМ). На захваченной территории Мали было провозглашено независимое государство Азавад, законодательной базой которого стал шариат. Главную роль в нем

1 Таухид (араб.) - догмат в исламе о единстве и единственности Аллаха, отрицание политеизма. Радикальные исламисты интерпретируют данный догмат как право и необходимость разрушения культовых сооружений и символов, посвященных другим божествам.

стали играть радикальные исламисты. Причем многие из них являлись выходцами из Ливии. В тюрьмах Ливии при режиме Каддафи отбывали наказание около 800 исламистов, которые после его крушения оказались на свободе, и часть из них присоединилась к различным исламистским группировкам. Дальнейшее продвижение исламистов было остановлено в 2013 г. военным вмешательством в ситуацию в Мали Франции, а также стран - членов Экономической организации государств Западной Африки (ЭКОВАС) и Африканского союза (АС). Тем не менее террористические акции в регионе продолжали иметь место. Так, радикальные исламисты АКИМ, пополнив свои ряды новыми боевиками и вооружением из арсеналов Ливии, пытались «экспортировать» джихад в страны африканского Сахеля. В марте 2013 г. в Центральноафриканской республике (ЦАР) произошел государственный переворот, осуществленный исламистскими группировками «Боко Харам» и «Селе-ка», и лидер группировки «Селека» объявил себя президентом, после чего в стране начались столкновения между мусульманами и христианами, приведшие к многочисленным жертвам. В декабре 2013 г. в конфликт вмешалась Франция, которая направила в ЦАР свой воинский контингент (так же как в Мали, французские компании разрабатывают здесь месторождения золота, алмазов и урана).

Таким образом, тенденция к распространению радикального исламизма в соседние с Ливией регионы и их дестабилизации сохраняется. Наряду с этим в Ливии в 2014-2016 гг. имели место как межклановая борьба за власть на местах, так и противоборство между двумя центрами власти - радикальными исламистскими группировками, захватившими власть в парламенте (Всенародном национальном конгрессе) и действовавшими в столице Ливии г. Триполи, и правительством, сформированным в г. Тобруке и представленным умеренными исламистскими и светскими силами, признанным ООН. В свою очередь, ряд армейских руководителей, таких как генерал Хафтар, вступили в борьбу с радикальными исламистами. На протяжении 2015-2016 гг. группа посредников во главе со спецпредставителем ООН неоднократно пыталась склонить противоборствующие стороны к компромиссу. Однако, не-

смотря на ряд договоренностей о создании коалиционного правительства, реальных позитивных результатов достигнуто не было.

Нестабильная внутриполитическая обстановка, ухудшение ситуации с общественной безопасностью, а также репрессии, проводимые против сторонников свергнутого режима Каддафи, привели к массовой эмиграции граждан из Ливии (до 2 млн человек)1, которая продолжается до сих пор. Причем большинство беженцев, как легальных, так и нелегальных, направляется в страны ЕС. К этому числу нужно прибавить выехавших из вышеуказанных соседних с Ливией африканских стран несколько тысяч беженцев, спасавшихся от межконфессиональных и межэтнических столкновений, а также от террора со стороны радикальных исламистских группировок. Их усиление во многом явилось следствием падения режима Каддафи, бескомпромиссно боровшегося с радикальным исламизмом и распадом государственности Ливии, ответственность за которые в значительной степени несут ведущие страны ЕС.

В Сирии в ходе начавшихся в марте 2011 г. протестных выступлений оппозиционных сил США и их союзники сразу же объявили о своей поддержке сирийской оппозиции и «нелегитимности» действующего руководства президента Башара Асада. В связи с этим необходимо отметить, что наиболее непримиримое противостояние сирийской оппозиции с силами правопорядка, сопровождавшееся призывами к свержению действующего руководства, происходило в тех районах, где изначально были представлены оппозиционные силы. Таковыми прежде всего являлись сторонники «Братьев-мусульман» и других исламистских движений (в таких городах, как Хама, Хомс, Джисраш-Шухур), деятельность которых была запрещена после организации ими в 1982 г. в г. Хама вооруженного мятежа [История Востока.., 2008, с. 202]. С 2011 г. им активно оказывалась помощь из-за рубежа, в том числе в создании вооруженных антиправительственных группировок.

1 По заявлению председателя партии «Ливийский республиканский альянс» Изеддина Аль-Акъля на конференции «Россия сегодня», состоявшейся в Москве в Международном информационном агентстве (МИА) 24 декабря 2014 г., из Ливии в связи с военными действиями (с февраля 2011 г. по конец 2014 г.) выехали около 2 млн человек.

В то же время при сравнении сирийского кризиса (так же как и ливийского) с протестными выступлениями «арабской весны» в других странах необходимо отметить, что социальный протест (чем являлся начальный этап «арабской весны») в таких странах, как Тунис, Египет, Йемен, Бахрейн, был обусловлен внутренними факторами, а именно - социально-экономическим кризисом, коррупцией и непотизмом правившей десятки лет властной элиты, полицейским произволом, отсутствием реальных демократических свобод при показной «фасадной демократии». Вместе с тем в Сирии социально-экономическая ситуация до начала конфликта по многим параметрам отличалась в лучшую сторону по сравнению с такими странами, как Тунис и Египет, и не могла сама по себе вызвать внутренний социальный взрыв и вооруженное противостояние. Так, уровень безработицы, хотя и повысился с 8,6% в 2010 г. до 14,9% в 2011 г. [Unemployment rate.., 2012], был ниже, чем в Тунисе и Египте, где безработица, особенно среди молодых людей в возрасте до 30 лет, достигала 50% и, как подтвердил на своей пресс-коференции в Москве в июле 2013 г. посол Египта, 40% населения жили на доход менее 2 долл. в день. Показатель безработицы в Сирии был даже ниже, чем в таких странах ЕС, как Испания, Португалия и Греция, где безработица в это время составляла 26%. Инфляция в Сирии в 2010 г. не превышала 5% [Consumer price index and inflation.., 2012]. Таким образом, можно констатировать, что при бесспорном наличии внутренних проблем главными причинами продолжающегося кризиса в Сирии стали внешние факторы: поддержка ведущими странами НАТО, включая Турцию и монархии Персидского залива, вооруженной сирийской оппозиции, представленной в основном исламистскими группировками, и присутствие в их рядах тысяч джихадистов из более чем 80 стран [Долгов, 2015, с. 83], что стимулировало возникновение в Сирии очага радикального исламизма. Это, в свою очередь, способствовало формированию здесь ИГ и его экспансии в регионе.

Автору этих строк во время неоднократных поездок в Сирию в период с 2011 по 2015 г. приходилось видеть массовые демонстрации в поддержку президента Асада, которого многие сирийцы считают подлинным национальным лидером, что подтвердило его

избрание на второй президентский срок в 2014 г. В такой поддержке нет ничего удивительного, так как очевидно, что безопасную мирную жизнь для простых граждан могут обеспечить только действующие власти, подавив экстремистские исламистские группировки, в рядах которых немало откровенно криминального элемента, совершающего варварские преступления против мирного населения. На 2015 г. 85% сирийских граждан проживали на территории, контролируемой сирийской правительственной армией1. Многие сирийцы бегут из районов, захваченных боевиками, так как в них невозможна нормальная жизнь: сюда не подается электричество, нет воды, продовольствия, медикаментов, здесь происходят казни тех, кого подозревают в симпатиях к Асаду. Так называемая зарубежная оппозиция в лице «Национальной коалиции оппозиционных и революционных сил» (НКОРС), базирующаяся в Катаре, лидеры которой представлены в основном эмигрантами, много лет назад покинувшими Сирию, не имеет никакой поддержки в стране. Равным образом поддержкой населения не пользуется и воюющая против сирийских властей вооруженная исламистская оппозиция, основу которой составляют суннитские джихадисты, провозглашающие своей целью создание в Сирии «исламского государства».

Сирийский кризис приобрел характер глобального конфликта, в котором США и их союзники в регионе, такие как Королевство Саудовской Аравии (КСА), Катар и Турция, стремятся реализовать на Ближнем Востоке свои геополитические цели, а именно - свергнуть правительство Башара Асада, являющегося союзником Ирана и России, и, таким образом, привести к власти в Сирии суннитские исламистские силы и стимулировать дальнейшую экспансию террористического «джихада» против стран, считающихся ими «враждебными». Для этого США и их союзники используют спонсируемые ими вооруженные исламистские группировки, которые они выдают за «умеренную оппозицию». Боевики данных группировок ведут террористическую войну в

1 Беседа с премьер-министром САР г-ном Ваилем аль-Халяки 16 ноября 2015 г., Дамаск. - Архив автора.

Сирии и совершают преступления против человечности. Так, министр информации Сирии Имран аз-Зааби подтвердил, что радикальные исламисты «уничтожают наследие сирийской цивилизации - исторические и архитектурные памятники разных эпох, храмы, церкви, мечети, монастыри и в их числе - уникальные комплексы в городах Маалюля, Сейдная, Пальмира, Алеппо. От их рук погибли сотни представителей сирийской интеллигенции, преподавателей, ученых, религиозных деятелей, мусульман и христиан, а также тысячи мирных жителей, убитых боевиками за их поддержку Башара Асада во время массовых расправ в районах городов Дейр аз-Зор, Хама, Хомс, Латакия, Дараа, Джисраш-Шухур, Алеппо»1. Действия радикальных исламистских сил, поддерживаемых извне, стали основной причиной выезда из Сирии сотен тысяч беженцев. Многие из них направляются не только в соседние государства -Турцию, Иорданию и Ливан, но и в страны ЕС, которые, как было показано выше, своей недальновидной политикой на Ближнем Востоке сами спровоцировали миграционный кризис в Европе.

Еще одной причиной увеличения потоков мигрантов, в основном нелегальных, стала деятельность отлаженной сети преступных организаций, занимающихся доставкой беженцев в Европу. Плата за нелегальный провоз составляет от нескольких сотен до десятков тысяч долларов в зависимости от страны назначения, дальности маршрута и длительности поездки. Одним из плацдармов для деятельности организаторов доставки нелегальных иммигрантов и беженцев в Европу является Ливия, где, по оценкам ООН, контрабандисты «зарабатывают» на перевозке сотни миллионов долларов. На Балканах этот бизнес в значительной степени контролируется албанскими и цыганскими мафиозными группировками. По оценкам Международной организации по миграции (МОМ), контрабанда мигрантов приносит такой же доход, как торговля наркотиками.

По данным миграционных служб европейских стран, большая часть нелегальных иммигрантов прибывает в Европу по тури-

1 Беседа автора с министром информации САР г-ном Имраном аз-Зааби 26 июля 2015 г., Дамаск. - Архив автора. 96

стическим визам или по поддельным документам. Остальные пользуются нелегальными каналами и пересекают границы без документов. Они перебираются в Европу по нескольким маршрутам. Один - через Средиземное море - в Грецию, Италию и на Мальту. Другой маршрут - из Турции через Грецию. Далее мигранты выезжают через Албанию в Италию или через Македонию, Сербию и Венгрию в Германию, Австрию и Швецию. С лета 2015 г. поток беженцев по этому маршруту стал сопоставим со средиземноморским. При этом увеличивается число случаев гибели мигрантов при попытках добраться до Европы. Достаточно трудно назвать точное число погибших, но речь идет о тысячах человек. Мировые СМИ регулярно сообщают о таких инцидентах. Так, например, 19 апреля 2015 г. в результате крушения судна вблизи побережья Греции утонули 800 человек; 28 августа 2015 г. 200 мигрантов погибли у берегов Ливии; 70 человек задохнулись в грузовике, который направлялся в Австрию1.

Кризисная ситуация с беженцами провоцирует разногласия в ЕС. В мае 2015 г. председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер предложил ввести квоты на прием иммигрантов для всех 28 стран Евросоюза. Предполагалось, что размер квот должен зависеть от объема национального ВВП принимающей страны, численности ее населения, уровня безработицы и количества уже принятых беженцев. Эту идею поддержали Германия, Италия, Австрия и Швеция. Страны Восточной Европы выступили категорически против; Франция, Испания и Португалия заняли сдержанную позицию. Великобритания и Дания не принимали участия в голосовании по квотам (эти страны имеют особый статус в ЕС). На встрече министров внутренних дел стран ЕС в июне 2015 г. было принято решение отказаться от идеи квот, взамен страны Сообщества пообещали добровольно разместить у себя 40 тыс. беженцев. Затем в сентябре 2015 г. Еврокомиссия предложила вновь вернуться к системе квот. 13 сентября 2015 г. в связи с рекордным наплывом беженцев Германия первой из стран Шенгенского соглашения ввела паспортный

1 Репортажи телеканала Еигоигшв в апреле, августе и сентябре 2015 г. -Архив автора.

контроль на своих границах с Австрией, через которую шел поток мигрантов [Сегтапут1:го^се8.., 2015]. В тот же день была созвана встреча на экспертном уровне для сближения позиций стран-членов по проблеме квот на мигрантов. Встреча завершилась без практических результатов и продемонстрировала существенные разногласия внутри ЕС. Против принудительного распределения беженцев между государствами - членами ЕС выступают страны Вышеградской группы - Словакия, Чехия, Польша и Венгрия. Словакия намерена воспользоваться правом вето. В итоге страны Евросоюза подтвердили разделение позиций на Восток-Запад по вопросу квот на мигрантов. Венгрия, Чехия, Словакия, Польша, Румыния и страны Балтии выступают категорически против введения расширенных и обязательных квот.

После этого Еврокомиссия представила новый пакет предложений по миграции. Среди них: прием и расселение беженцев из охваченных войной регионов; создание специальных точек приема и размещения беженцев как внутри, так и за пределами ЕС; регистрация, отсев и возврат экономических мигрантов из стран, в которых не происходят внутренние конфликты; активные действия против перевозчиков мигрантов; выработка мер для борьбы с криминальными организациями, занимающимися трафиком беженцев; активизация взаимодействия с соседними с ЕС странами, в частности с Турцией, для размещения беженцев. Помимо этого, Евросоюз намерен содействовать политической стабилизации в странах, в которых продолжаются конфликты, в частности в Сирии и Ливии. Однако все эти предложения во многом остаются нереализованными из-за разногласий среди членов ЕС, а также ввиду сложности их выполнения в рамках Шенгенской системы. Причем сама эта система находится на грани развала, так как многие страны ЕС из-за наплыва большого числа мигрантов и беженцев возвращаются к пограничному контролю на национальных границах.

Миграционный кризис, причиной которого во многом стала вышеуказанная недальновидная политика ведущих государств ЕС в отношении стран Ближнего Востока, привел к ряду негативных последствий для ЕС. Во-первых, сама идея единой Европы, на которой был создан Европейский союз, переживает серьезный кри-

зис, так как общеевропейские структуры, такие как Европейская комиссия, Европейский парламент, Совет Европы и их многочисленные подразделения, созданные для решения общеевропейских проблем, в условиях наплыва мигрантов и беженцев показали свою неспособность выполнять данную функцию. Доказательством кризиса единой Европы является референдум в Великобритании по вопросу ее выхода из ЕС. Причем одной из основных причин недовольства граждан Великобритании пребыванием в Евросоюзе стала продемонстрированная им беспомощность при решении миграционного кризиса и связанных с ним проблем. Так, данные социологических опросов, проведенных в апреле 2015 г., показали, что подавляющее число британцев убеждены в том, что иммигранты негативно воздействуют на все сферы жизни страны [Кондратьева, 2015, с. 87].

Миграционный кризис в ЕС способствует резкому усилени-ею позиций националистических и правых партий и движений, требующих пересмотра политики в отношении размещения беженцев, принятия более жестких законов, ограничивающих прием новых мигрантов и даже выхода их стран из ЕС. Данная тенденция весьма явственно проявляется во Франции, где партия Национальный фронт (НФ), возглавляемая Марин Ле Пен, уверенно увеличивает число своих сторонников. Марин Ле Пен неоднократно выражала обеспокоенность по поводу событий «арабской весны» и возможного неконтролируемого наплыва беженцев в ЕС. Ситуация, по ее словам, осложнялась тем, что среди них могли находиться бежавшие из тюрем во время происходивших беспорядков уголовные преступники и лица, осужденные за терроризм. В связи с этим Марин Ле Пен заявила, что Европа не сможет ничем помочь беженцам из стран, затронутых «арабской весной». Сами же проте-стные движения, происходившие в арабских странах, лидер НФ охарактеризовала как «революции голодных», опасность которых состоит в том, что они неизбежно ведут к усилению влияния исламских фундаменталистов в ближневосточных странах. Необходимо отметить, что крайне правые силы во Франции, и в частности Национальный фронт, в последнее время приобретают все больше сторонников.

Миграционный кризис наряду с обострением финансово-экономических проблем в странах ЕС провоцирует недовольство части населения его политикой. Так, французские противники ЕС, прежде всего НФ, заявляют о том, что бюрократия Евросоюза навязывает Франции решения, не соответствующие национальным интересам страны.

Ярким свидетельством роста популярности НФ стала его беспрецедентная победа на выборах в Европейский парламент 2225 мая 2014 г. За кандидатов НФ проголосовали 25% французских избирателей, что позволило НФ получить 22 депутатских места из 74 отведенных для Франции (всего депутатских мест в Европарла-менте - 751) [Пономарева, 2014]. Затем на региональных выборах во Франции в декабре 2015 г. в первом туре НФ завоевал свыше 30% голосов избирателей, он опередил Союз за народное движение (СНД), партию Николя Саркози, получившую 27% голосов, и правящую Социалистическую партию (СП) действующего президента Франсуа Олланда, набравшую всего 23%. Несмотря на то что в результате второго тура региональных выборов на первом месте оказался СНД с 40,24% голосов, на втором - СП с 32,15, а НФ - только на третьем с 27,10% [Клинова, 2015], совершенно очевидно, что НФ стал важной политической силой во Франции, и ее лидер имеет реальные шансы на победу на предстоящих в 2017 г. президентских выборах.

Опасность миграционного кризиса состоит также в том, что неконтролируемый въезд в ЕС большого числа беженцев из стран, где действуют исламистские организации, может позволить проникнуть в Европу лицам, принадлежащим к экстремистским группировкам или исповедующим исламистскую идеологию. Необходимо отметить, что в ЕС, в частности во Франции и Бельгии, легально функционирует значительное число салафитских1 мечетей и действует салафитское движение, которое позиционирует

1 Салафийа (от салаф (араб.) - праведный предок) - общее название течения в исламе, идеологи которого в различные периоды истории ислама выступали с призывами ориентироваться на образ жизни и веру ранней мусульманской общины периода Пророка Мухаммеда и первых четырех «праведных халифов» (Абу Бакр, Омар, Осман, Али - VII в.). 100

себя как чисто религиозное, и тем не менее имеет радикально настроенных последователей. Так, например, имам одной из таких мечетей в г. Рубэ (на востоке Франции) в интервью американскому телеканалу в сентябре 2010 г. высказался положительно по поводу возможности «принятия во Франции законов шариата и в соответствии с ним телесных наказаний, когда мусульмане во Франции станут большинством населения» [Кере1, 2014, р. 149]. Это вызвало резкие протесты во французских СМИ. В связи с этим можно вспомнить, что алжирские исламисты из террористической группировки «Вооруженные исламские группы» (ВИГ), совершавшие террористические акты во Франции в 1990-е годы, также заявляли о намерении сделать Францию мусульманской страной, когда число мусульман здесь будет достаточно большим. Безусловно, такие заявления являлись пропагандистскими акциями и не имели ничего общего с реальностью. Тем не менее в случае появления в Европе достаточного числа адептов экстремистского направления сала-физма в ЕС может возникнуть реальная опасность распространения радикального исламизма.

Рассматривая причины миграционного кризиса в ЕС, необходимо констатировать, что, во-первых, Европа в этом вопросе во многом оказалась невольной жертвой своих действий на Ближнем Востоке, проводимых ведущими странами ЕС в русле геополитики США, в том числе - направленной против России. Во-вторых, ЕС, пытаясь сократить приток мигрантов, также невольно стал заложником политических амбиций Турции, руководство которой в обмен на недопущение переезда беженцев с территории Турции в ЕС требует от Евросоюза финансовой помощи, облегчения визового режима, активизации процесса приема Турции в ЕС, а также фактической поддержки турецкой политики в регионе, имеющей целью приведение к власти в Сирии суннитских исламистских сил и аннексии части территории Сирии. В то же время как геополитические цели США, так и неоосманистские амбиции Турции абсолютно не соответствуют реальным экономическим и политическим интересам ЕС как в регионе, так и в геополитике в целом.

Список литературы

2016 год уже бьет рекорды по числу прибывающих в ЕС беженцев // RT на русском. - 2016. - 03.02. - Режим доступа: https://russian.rt.com/ article/146095 (Дата обращения - 11.04.2016).

Беженцы в Европе: Маршруты нелегальной миграции. Инфонра-фика // Новости Новороссии, Сирии, Украины, России, Беларуси. - 2015. -18.09. - Режим доступа: http://news-mail.by/2015/09/18/bezhency-v-evrope-3/ (Дата обращения - 11.04.2016).

Более 1,2 млн беженцев обратились за убежищем в ЕС в 2015 году // Новости Mail.ru. - 2016. - 05.03. - Режим доступа: https://news.mail. ru/society/25046151/?frommail=1 (Дата обращения - 11.04.2016).

Долгов Б.В. Исламистский вызов «арабской весны»: Предварительные итоги и перспективы. - Saarbrücken: Lambert Academic Publishing, 2015. - 104 с.

Егорин А.З. Свержение Муаммара Каддафи: Ливийский дневник 2011-2012 год / РАН. ИВ. - М., 2012. - 432 с.

Егорин А.З., Миронова Г.В. Сенуситы в истории Ливии / РАН. ИВ. -М., 2006. - 432 с.

Ислам: Энциклопедический словарь / Отв. ред. С.М. Прозоров. - М.: Наука, 1991. - 316 с.

История Востока: В 6 т. / РАН. ИВ.; Отв. ред. В.Я. Белокреницкий,

B.В. Наумкин. - М.: Восточная литература, 2008. - Т. 6: Восток в новейший период,(1945-2000 гг.). - 1095 с.

Клинова М.В. Об итогах региональных выборов во Франции и экономической программе Национального фронта / РАН. ИМЭМО. - 2015. -20.12. - Режим доступа: www.imemo.ru/index.php?id=20618 (Дата обращения - 13.04.2016).

Количество детей-беженцев из стран Африки и Ближнего Востока достигло 4,5 млн / / Новости Беларуси. - 2015. - 01.10. - Режим доступа: http://www.belta.by/world/ view/kolichestvo-detej-bezhentsev-iz-stran-afri ki-i-blizhnego-vostoka-dostiglo-45-mln-164770-2015/ (Дата обращения -11.04.2016).

Кондратьева Т.С. Великобритания: Позиция ведущих политических партий страны по проблемам иммиграции // Актуальные проблемы Европы / РАН. ИНИОН. - М., 2015. - № 4. - С. 85-111.

Наумкин В. В. Исламский радикализм и внешнее вмешательство в глубоко разделенных обществах Ближнего Востока // Конфликты и войны XXI века (Ближний Восток и Северная Африка) / РАН. ИВ. - М., 2015. -

C. 25-52.

Пономарева Е. Правый поворот: К итогам выборов в Европарла-мент // Фонд стратегической культуры. - 2014. - 26.05. - Режим доступа: http://www.fondsk.ru/news/2014/05/26/pravyj-povorot-k-itogam-vyborov-v-evroparlament-27683.html (Дата обращения - 13.04.2016).

Consumer price index and inflation in S.A.R. during 2006-2010 // Bulletin of labor force 2010 / Central Bureau of Statistics. - Damascus, 2012. - Mode of access: http://www.cbssyr.sy/yearbook/2011/Data-Chapter10/Inflation 2010.htm (Дата обращения - 13.04.2016).

Germany introduces «temporary» controls along Austrian border // Euronews. - 2015. - 13.09. - Mode of access: http://www.euronews.com/2015/ 09/13/ germany-introduces-temporary-controls-along-austrian-border / (Дата обращения - 13.04.2016).

Kepel G. Passion française: Les voix des cités. - Р.: Gallimard, 2014. -

288 р.

Unemployment rate during 2001-2011 // Bulletin of labor force 2010 / Central Bureau of Statistics. - Damascus, 2012. - Mode of access: http:// www.cbssyr.sy/work/2012/TAB14.htm (Дата обращения - 13.04.2016).

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.