8. Райан Френк Таинственный геном человека. - /пер. с англ./ - СПб., ПИТЕР, 2017, Гл 14 - История, хранящаяся в ДНК, С. 211.
9. Ридли Мэтт ГЕНОМ. Автобиография вида в 23 главах - /пер. с англ./ - М., Издательство «Э», 2016
10. Хенгстшлегер Маркус Власть генов. Прекрасна как Монро, умён как Эйнштейн. - (перев. с нем.) - СПб., ПИТЕР, 2013, С. 77 - Код футболиста; Гены спортсмена; С. 81. - Содействие генов спортивным успехам.
11. Шпорк Петер Читая между строк ДНК . Второй код нашей жизни или Книга, которую
нужно прочитать всем. - /пер. с нем./ - М., «Ломо-носовЪ», 2013, С. 22 - От генетики к эпиге нетике: почему генам нужны переключатели; С. 61 - Влияние окружающей среды: почему у нас есть власть над собственными генами.
12. Francis Richard C. Epigenetics. How Environment Shapes Our Genes. - New York, London, W.W. Norton & Company ltd, 2012
13. Parrington John The Deeper Genome - Why there is more to the human genome than meets the eye.
- OXFORD University Press, Oxford, UK, 2016, p.166
- What makes us Human?
МЕТОДИКО-ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ ВОСТОЧНОЙ МОДЕЛИ САМОРЕАЛИЗАЦИИ ЛИЧНОСТИ ВЗРОСЛОГО В ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Чигинцева О.Н.
Муниципальное автономное учреждение дополнительного образования «Станция юных техников», г. Новоуральск канд. пед. наук, педагог дополнительного образования
METHODICO-TECHNOLOGICAL LEVEL OF EASTERN MODEL OF ADULT'S SELF-FULFILMENT THROUGH GRAPHIC ACTIVITY
Chigintseva O.
the Municipal autonomous institution of additional education "Station of Young Technicians" of Novouralsk's urban district
Candidate of Pedagogic Sciences instructor of Adult's Studio of Graphic Art
АННОТАЦИЯ
В статье рассматривается актуальная для российского общества в условиях роста демографических тенденций старения населения и продвижения пенсионной реформы проблема художественного образования личности в период поздней взрослости. Цель предлагаемой субъектной модели самореализации личности взрослого в изобразительной деятельности на методико-технологическом уровне - подготовить личность взрослого к самореализации на практике, используя изобразительную деятельность как способ этой самореализации. В описание субъектно-конкретизирующей восточной модели включены: особенности художественного мышления; эстетические идеалы; дидактические возможности изобразительной деятельности; методические задачи; содержание методики (живописные работы японских и китайских художников-долгожителей - для изучения и копирования, стихи японских и китайских поэтов-долгожителей - для визуализации); методы; техники; материалы и инструменты. В заключении подробно рассмотрен один из методов - композиционный анализ художественного произведения и результаты его применения в дополнительном художественном образовании для взрослых за два последние года.
ABSTRACT
The growth of demographic tendencies of aging of the population and the advancement of pension reform are the actual problems of Russian society. In connection with these conditions, the question of the artistic education of the person in the age of late maturity is considered in the article. The aim of the subjectival model of adult's self-fulfilment through graphic activity at methodical and technological level is formulated as follows: to make the older person to be ready for self-fulfilment in practice, using graphic activity as a medium of this self-fulfilment. The description of the subjective-specificating eastern model of adult's self-fulfilment through graphic activity includes the following components: characteristics of artistic thinking; the aesthetic ideals; didactic resources of graphic activity; methodical missions; methodical content (pictorial works of Japanese and Chinese artists-long-livers, which are using for learning and copying, haiku and tanka of Japanese and Chinese poets-long-livers for visualization); methods; technics; materials and instruments. Composition analysis of the artistic work as the method is described in details there. The results of realization of this method in conditions of the additional artistic education for adults during two last years are represented in the conclusion.
Ключевые слова: восточная модель самореализации, методико-технологический уровень, личность взрослого, изобразительная деятельность.
Keywords: eastern model of self-fulfilment, methodical and technological level, the personality of adult, graphic activity.
В пространстве современного художественного образования для взрослых людей особо значимы переживаемые всем российским обществом трудности в экономической и социальной сфере. К этим проблемам можно отнести следующие: недооценку «в социальной практике роли эстетического сознания, художественной культуры как влиятельных факторов динамического развития общества»; «распространение платных форм обучения на фоне низкого уровня жизни основной части населения, невозможность приобретения специальных инструментов, современных технических средств и материалов» [1].
Кроме того, в период взрослости, особенно в возрасте «средней и поздней взрослости», личность испытывает дефициты развития своего потенциала из-за существования следующих био-социальных преград: 1) потенциал переходит в пассивное состояние из-за сильной потребности в безопасности, происходит «организмическое отслеживание процессов» (К. Роджерс); 2) к периоду поздней взрослости наблюдается ослабление биологического, психологического, социального здоровья, в результате - стойкое понижение настроения, прибавление страхов, переживание «стресса рухнувшей надежды» (Г. Селье), поглощенность собой, сужение круга интересов, появление потребности в защите, заботливом отношении окружающих, обновлении социальных контактов. В итоге, в периоде взрослости как самом долгом и важном периоде для развития личности, отличающемся бесконечным потенциалом применительно к любому виду деятельности, личность не может в полной мере раскрыть все способности.
Актуальность этой проблемы повышается ввиду постоянного роста демографических тенденций старения. В Российской Федерации в августе 2018 г. насчитывалось уже более 37 млн. человек пенсионного, т.е. старше трудоспособного возраста, что составляло около 25 % от всего населения [2].
В силу трудностей в социо-экономической сфере и био-социальных преград поздне-возраст-ная группа населения часто использует первую возможность - выбирает пассивное ожидание, примиряется с тем фактом, что жизнь медленно угасает. Такие люди живут довольно изолированно: местами их социализации чаще бывают поликлиники, больницы, отделения банков, иногда филармонии и театры, совсем редко - образовательные учреждения.
Однако, в этот период жизни, особенно при выходе на пенсию, перед личностью взрослого может раскрыться вторая возможность, которая заключается в том, чтобы найти в себе «силу освободиться от биологического упадка и подойти к своей биографии с новыми, творческими мерками» [3], плодотворно использовать освободившееся от профессионально-трудовых и семейных обязанностей время, вступить на путь самореализации. Возникает вопрос, не является ли эта возможность для личности в период поздней взрослости утопичной?
Чтобы ответить на этот вопрос оптимистично,
необходимо изменить принятый в обществе непродуктивный и односторонний (сведенный к медико-биологическому фокусу) взгляд на «старение» как на: «все более неполноценную взрослость», «потерю нормальной способности функционирования», «неизбежное нарастание патологий и болезней» [4]. Благодаря современным достижениям в психологии и геронтологии, постулируется сохранность и активность продуктивного образа жизни на всех стадиях жизненного пути у взрослого человека, а также постоянное нарастание уникальности личности на фоне преемственности развития (Э. Эриксон, О.Г. Краснова, А.Г. Лидере, В.В. Фроль-кис, И.В. Шаповаленко).
В наши дни мы наблюдаем не только за трудностями, но за процессами, вселяющими надежду, а именно: за возвращением интереса общества к духовным ценностям личности, за социально-экономическими трансформациями в современной Российской Федерации, за модернизацией образования. Эти процессы создают условия для того, чтобы реализация взрослым человеком своего потенциала в условиях художественного образования начала выступать в роли центрального, а не периферийного аспекта его собственной жизни.
Для воплощения этой идеи на практике необходимо, в ходе непрерывного обновления мето-дико-технологического обеспечения, с учетом лучшего отечественного опыта и мировых достижений, создать модель самореализации личности взрослого в художественной деятельности. Сложность проблемы и вызванное этим повышение требований к ее решению подводит к необходимости углубить сферу поисков и более углубленно рассмотреть самореализацию личности взрослого на примере возраста «средней и поздней взрослости» (от 50 до 80 лет), а также обратиться к одному из видов художественной деятельности - изобразительной.
Настоящая модель самореализации личности взрослого в изобразительной деятельности направлена на формирование субъектной позиции у личности, поэтому сама является субъектной; имеет два уровня - научно-теоретический и методико-технологический и трактуется как целостная система, в которой цели и задачи художественного образования, а также способы их практического воплощения представляют собой комплекс взаимосвязанных положений.
Рассмотрим методико-технологический уровень модели в виде следующих положений.
1. Самореализация есть путь развития человеческой природы «тело-душа-разум-дух», требующий выражения единства и напряжения между социальным воздействием (возникающим на полюсе «мира») и индивидуальным самосозиданием (берущим начало на полюсе «Я») (А. Маслоу, В. Франкл, Э. Фромм).
2. Самореализация личности приобретет свою привлекательность для взрослого, если цели и средства образования будут выводиться из сущности человека, а образование станет атрибутом человеческого бытия.
Такую точку зрения предлагает антропологический подход в образовании личности. Подход, при котором «человек» признается безмерным явлением, уникальной, открытой и саморазвивающейся системой, позволяет транслировать в образование оптимистическую оценку человеческой природы. Антропологический подход превращает образование в процесс приобретения индивидуальных характеристик, обращения к позитивному ядру человеческого сознания, «Я» (А. Менегетти); процесс, связывающий деятельность и актуализацию целого комплекса способностей к физическому, эмоциональному, интеллектуальному, духовному напряжению личности.
3. Цель субъектной модели самореализации личности взрослого в изобразительной деятельности на методико-технологическом уровне - подготовить личность взрослого к самореализации на практике, используя изобразительную деятельность как способ этой самореализации.
4. Антропологический подход дает возможность рассмотреть и синтезировать опыт самореализации личности взрослого в художественной деятельности, накопленный как в западной, так и в восточной культуре и образовании. Самореализация личности взрослого раскрывается как проблема интеркультурная, в силу того, что в настоящее время не существует единого, общечеловеческого, представления о самореализации личности.
Субъектная модель самореализации берет на себя функцию синтезатора знаний о различных (западных, отечественных, восточных) путях наиболее полной жизненной самореализации личности, поэтому содержит в себе субъектно-конкретизиру-ющие модели Востока и Запада. В данной статье рассмотрена восточная модель и наиболее углубленно - ее методико-технологический уровень, предполагающий включение максимально широкого диапазона форм, техник изобразительного искусства и популяризацию традиций изобразительного искусства Востока на примере Японии и Китая - с опорой на отечественную культуру.
5. Следующие особенности человеческой природы художника на Востоке создают преимущества для восточной модели самореализации личности: а) сохранение внутренней свободы, развитие человеческой природы в системе «дух - сердце - рука -бумага», готовность к самовыражению и самосовершенству; б) фантазия, особое мышление-сопереживание («вдумывание и вчувствование» в образ, «вхождение в поток самораскрытия авторского видения» - термины Е.А. Торчинова), готовность к диалогу со зрителем или слушателем, наполнение произведения иносказательным внушением; в) раскрепощение «тела-души», переход функционирования «разума-духа» в режим правополушарного мышления, предельное обобщение и символизация образа, интегрирующего несколько видов искусства.
Стиль мышления, поведения и художественной деятельности, сложившийся в Ш-ГУ вв. в Китае, фэн лю - «ветер и поток», открывает перед лич-
ностью возможность самовыражения благодаря передаче основы изображаемого - движением руки и инструмента. Входящий в это сочетание иероглиф фэн (ветер, веяние, поветрие, нрав) подразумевает естественное движение мировой идеально-материальной субстанции - «пневмы» (ци), проявляющееся в самых разных сферах бытия на уровнях индивидуума, общества и природы. Второй иероглиф -лю (поток, течение) указывает на аналогию с движением воды, которая метафорически отождествляется с «пневмой» и дао. Бином фэн лю указывает на усиление внимания к проблеме самовыражения. Признаками фэн лю считаются раскованность, эксцентричность поведения и внешнего вида; в сфере художественной деятельности - сохранение внутренней свободы, внерефлективная чуткость к движениям дао в мистических глубинах человеческого духа [5, С. 471-472]. Китайский теоретик живописи и пейзажист XI века Го Си метафорически называет картину «психологическим портретом автора», подчеркивая высокий смысл личности и благородства художника и необходимость постоянного совершенства личности мастера (из трактата Го Си «Записки о высокой сути лесов и потоков»).
Кроме того, художник на Востоке стремится к внушению, наполнению произведения суггестивными афоризмами, для этого подключает свою фантазию. Как писал выдающийся историк китайской философии и классик современного конфуцианства Фэн Ю-лань: «Суггестивность, а не артику-лированность, является идеалом всего китайского искусства, будь то поэзия, живопись или что-нибудь еще. В поэзии, например, то, что поэт хочет сообщить, часто является не тем, что прямо сказано, а подразумевается в том, что не сказано ... Таков идеал китайского искусства» [6, С. 33].
Художник на Востоке стремится к предельному обобщению и символизации образа, в результате происходит естественное перетекание и взаимодополнение каллиграфии и поэзии, музыки и живописи. Важным аспектом произведения живописи является поэтичность: «Поэзия - это лишенная формы живопись; живопись - это обретшая форму поэзия» (Го Си трактат «Записки о высокой сути лесов и потоков»). Точки и линии создают свернутую картину мироздания, в которой мотивом является мировой узор вещей. Во внутреннем мире художника происходит раскрепощение и гармонизация отдельных частей человеческой природы.
6. Особенности человеческой природы художника на Востоке позволяют понять эстетические идеалы Востока [7]. Первый эстетический идеал -утонченная недосказанность (югэн). Второй эстетический идеал - красота непостоянства, исчезающего на глазах. Третий эстетический идеал - красота древности, сосредоточенная на вечности («саби» - буквально означает ржавчина, архаическое несовершенство, прелесть старины, печать времени). Четвертый эстетический идеал - естественность, простота, чистота. За словом "ваби" -виден мост между искусством и повседневной жизнью.
7. На основе эстетических идеалов Востока могут быть рассмотрены дидактические возможности изобразительной деятельности. Дидактические возможности изобразительной деятельности: 1) осмысленная пустотность - оставляя что-то недосказанным, художник дает зрителю возможность завершить идею, заполнить пустоту своей эстетической эмоцией; 2) воспевание изменчивости -наблюдение в природе и передача тех форм, которые подчеркивают момент изменения, нарушение равновесия, т.е. все асимметричное; 3) выражение особого очарования стариной и следами возраста, сосредоточение на вечном; 4) поиск прекрасного -в простом, во всем, что окружает человека в его будничной жизни.
Изобразительная деятельность на Востоке обладает не столько образовательным, сколько оздоровительным потенциалом для личности взрослого: может способствовать уравновешиванию комплекса физических (сенсорно-моторной подвижности рук, зрительной активности), эмоциональных (ассоциативного и образного мышления), интеллектуальных (практического, логического, вербального мышления), духовных качеств (сосредоточенности на собственной внутренней жизни; меньшей склонности к восприятию противоположностей; большей вере в совершенство и гармонию окружающей Вселенной, ориентации на приспособление к «космическому ритму»).
8. Дидактические возможности изобразительной деятельности отражаются в методических задачах субъектно-конкретизирующей восточной модели самореализации личности взрослого в изобразительной деятельности. Первая задача - научить проявлять утонченную недосказанность в изобразительной деятельности. Вторая задача - научить последовательности создания образа в определенный интервал времени. Третьей задачей является обучение состоянию восхищения и навыкам мудрого рассуждения не только о злободневном, но о высоких идеях, живущих в вечности. Четвертая задача - научить настраиваться на естественность и простоту; проявлять меру при отборе необходимых характеристик изобразительно-выразительных средств; научить изображать предмет, используя минимум изобразительно-выразительных средств, но добиваясь максимума в эффекте выразительности.
9. Личности взрослого предлагается для освоения немало исключительных, очень своеобразных форм изобразительного искусства, которые дал миру Восток: каллиграфия, живопись на горизонтальных и вертикальных свитках и веерах, «картины-стихи». Популяризируя традиции изобразительного искусства Востока, методико-технологи-ческое сопровождение (программа и методика) включает следующие известные разновидности и техники изобразительного искусства: монохромная живопись тушью, водяными красками, чернилами, живопись на шелке, присыпка золотом и серебром, живопись на специальной, прочной и красивой бумаге васи, изготовленной в традициях ручной выделки.
Эстетика китайских иероглифов связана с тем, что древний знак-иероглиф был формой магического посредничества между миром людей и природными явлениями и представлял собой небесные письмена, перенесенные на земную плоскость. Написание иероглифов во все времена было одним из способов коммуникации человека и Неба, а, значит, одной из самых высокодуховных практик: «На небе и земле, в горах и реках существуют формы квадратные и круглые, возвышенные и текущие. В солнце, луне и небесных светилах существуют градусы широты и долготы, и поворота света. В облаках, в заре, траве и деревьях существуют формы, широко расстилающиеся как холст, формы роста и изобилия. В предметах культуры и одеяниях существуют формы скромности приветствия и обращения. Если стараться удовлетворить этому, то письмо будет поразительно» (Чжан Ди, каллиграф Ханьской династии) [8].
Такая форма, как «картины-стихи» возникла благодаря тому, что линейная живопись естественно связана с каллиграфией, а орудия и материалы творчества (кисть, тушь, бумага, шелк и т. д.) -одни и те же для обоих искусств. Известный японский журналист XX века Токутоми Сохо утверждает, что каллиграфия и живопись черпают из одного общего источника - художественного вкуса: «Картина - это стихи без слов, стихи - это картина, обладающая голосом» [9].
10. Основа содержания методики - культурологический материал, включающий творческие работы десяти японских и десяти китайских художников-долгожителей (Тоё Сэссю (1420-1506), То-миока Тессай (1837-1924), У Чаншо (1844-1927), Ци Байши (1864-1957) и др.) - для изучения и копирования; стихи десяти японских и десяти китайских поэтов-долгожителей (Сасаки Нобуцуна (18721963), Такахама Кёси (1874-1959), Маэда Югурэ (1883-1967), Мидзухара Сюоси (1892-1981), Нака-мура Кусатао (1901-1983) и др.) [10] - для чтения и визуализации поэтических образов.
Ознакомление с творческими биографиями художников и поэтов на занятиях в арт-студии дает возможность осознать принципы самореализации личности долгожителя в художественной деятельности. Копирование работ художника и импровизация помогают приобщиться к стилю творчества и образу жизни мастера; прослушивание стихов и визуализация образов развивают ассоциативное мышление.
Например, знакомясь с биографией китайского художника Ци Байши, взрослые участники арт-сту-дии открывают для себя принцип творчества и одновременно, жизни Ци Байши: «Стремиться к истинному обаянию природы». Развитое образное и ассоциативное мышление помогают художнику в процессе изобразительной деятельности уподоблять себя растениям и считать, что только слива мэйхуа способна понять его до конца: художник «купается в орхидеевой воде, моет волосы ароматом цветов». Анализ творческой работы наглядно показывает взрослым участникам арт-студии, как художник умеет оставлять что-то недосказанным,
как умеет подчеркнуть момент изменения и движения в природе (художник посвящает целый творческий цикл изображению креветок в разных ракурсах), как выражает свое очарование стариной. Художник в возрасте 65 лет начинает десятилетие «реформ в старости». Эти реформы связаны с упрощением формы, с интеграцией рукописной манеры письма традиционных китайских художников и элементов стиля народного искусства. Китайский художник мастерски находит прекрасное - в простом, в будничной жизни: он работает в лаконичном стиле «живописи образа» (се-и), упрощая форму и колористическую палитру, в технике крупных энергичных мазков большой кистью, обращая внимание на передачу настроения и сути (ли): «Мастерство находится на грани сходства и несходства; полное сходство - вульгарно, несходство - обман». Экономия изобразительных средств позволяет достичь глубины понимания таких непритязательных природных мотивов, как: шиповника, пиона, тыквы, винограда, богомола [11].
11. В соответствии с поставленными выше четырьмя методическими задачами была проведена экспериментальная практическая работа с участниками арт-студии в возрасте 50-80 лет. В ходе обобщения двухлетнего педагогического опыта к настоящему времени выявлена эффективность определенных методов и приемов, которые можно сгруппировать следующим образом.
В первую группу методов входят вербальные и настроечные методы и приемы: эмоционального настроя, художественного слова (чтение японских танка и хайку (или хокку)), дыхательной гимнастики, профилактика нарушений зрения, укрепление сенсомоторных качеств руки; ассоциаций, созерцания, любования, удивления (в разработке А. Маслоу), обобщения по зрительной памяти, проникновения внутрь предмета в стремлении схватить его суть - на фоне прослушивания восточных мелодий; а также практические: арт-терапия, ведение арт-дневника, прием визуализации положительных образов-аффирмаций на здоровье, на самоуважение, рисование иероглифов, сочетание изображения и текста (рисование поздравительных открыток).
Вторая группа методов включает вербальные методы и приемы: планирование занятия, обсуждение продуктов деятельности в ходе экспресс-выставки; наглядные, практические: наблюдение, «са-
мовыражение» (в разработке А. Маслоу), скоростное рисование в стиле живописи се-и «выражение идеи», скоропись, рисование тематических серий, циклов «времена года», композиционный поиск, вариации; а также диагностические: самоконтроль, экспресс-диагностику доминирующих отрицательных и положительных переживаний, диагностику скорости реакций, экспресс-выставку.
Третью группу методов составляют вербальные и наглядные методы и приемы: беседа, сочинение истории, показ тематических презентаций, репродукций, образцов, композиционный анализ художественного произведения и продукта изобразительной деятельности; практические: ознакомление с изобразительно-выразительными средствами, наблюдение, копирование, рисование с натуры и по фотографии, рисование по представлению; визуализация образов поэтических миниатюр (в разработке С.А. Новоселова); стилизация, интерпретация.
Четвертая группа включает вербальные методы и приемы: беседа; а также практические: рисование с закрытыми глазами, жестовое рисование, эксперимент с различными характеристиками изобразительно-выразительных средств, эксперимент с различными материалами, инструментами, восточными изобразительными техниками; рисование на пленэре (в лесопарковой зоне, в саду).
Таким образом, дано описание восточной модели самореализации личности взрослого в изобразительной деятельности на методико-технологиче-ском уровне.
Проиллюстрируем более развернуто один из методов - композиционный анализ художественного произведения на примере анализа «Пейзажа в стиле хабоку» (Рис. 1) и «Пейзажей времен года: осень» (Рис. 2), принадлежащих кисти японского художника-долгожителя Сэссю Тое (1420-1506). В соответствии с традицией фэн лю, метод композиционного анализа включает в себя несколько приемов: показа репродукции художественного произведения, созерцания, любования свитком, художественного диалога, художественного слова (чтение японских танка и хайку (или хокку)), ассоциаций, удивления, прослушивания восточных мелодий, графического анализа-зарисовки, ознакомления с изобразительно-выразительными средствами, копирования, визуализации образов поэтических миниатюр.
Композиционный анализ «Пейзаж в стиле хабоку» Сэссю Тое
Идея - природа - вечна и, как аналогия дзэн-скому философскому саду, она раскрывает свою одушевленность, красоту, мощь и изменчивость в торжестве и неистовстве стихий (бури, ветра, ливня). Как и дзэнский сад, пейзаж тушью - это «конструкция», имеющая знаковый смысл. Природа может стать частью внутренней жизни художника, если «в процессе просветления все различные границы, которые отделяли его от других элементов космоса, оказываются разрушенными. Если, достигнув подобного состояния, он рисует птицу, цветок или пейзаж, предмет его живописи стоит не в оппозиции к нему, но становится частью его самого» [12]. Изображая природу, художник в пейзаже раскрывает свою душу.
Сюжет - в пейзаже запечатлено мгновение, когда порыв ветра пригнул верхушку дерева, а полоса
дождя размыла и поглотила очертания далеких гор. Деревья пригнули к земле свои ветви, хижины на берегу бурлящего потока прижались к скале. Белее белых скал На склонах Каменной горы Осенний этот вихрь! (Басё Мацуо) Художник использует следующие изобразительно-выразительные средства в композиции.
Линии - художник передает изменчивость мастерски, будто случайно упавшими на бумагу неровными пятнами, ломаными линиями и штрихами «в стиле «хабоку», т.е. разбрызганной тушью. Тушевая линия, ее направление, динамика организуют плоскость белой бумаги для изображения жизни в природе. Материальная форма дерева как будто внезапно возникает из нервных мазков и пятен туши [12].
Цвет - в живописи тушью абстрагирование начинается уже в материале, когда цвет передается
оттенками черной краски, а объем - линией.
Формат - вытянутый вверх прямоугольник в пропорциях 1:1,5, без учета каллиграфических надписей в верхней части листа.
Симметрия - композиция асимметрична, т.к. основное изображение сдвинуто к краю и занимает довольно большую площадь. Художник зрительно уравновешивает композицию значительным полем свободного фона, тем самым превращая его в образ беспредельного мира.
Перспектива - художник создает простран-
ственную концепцию произведения, применяя особый, символический способ передачи пространства в картине - воздушную перспективу. Бесконечное пространство мира как символ Будды, в живописи тушью претворяется в кулисное построение планов и «паузы» между ними. В беспредельных пространственных далях тают, исчезают силуэты далеких гор, и написанное на переднем плане экстатичной кистью дерево создает контраст далеким горам своим масштабом, большим количеством деталей и своим более темным тоном.
Рис. 2. Сэссю Тое. Пейзажи времен года: осень (1496)
Композиционный анализ «Пейзажи времен года: осень» Сэссю Тое
Идея - художник хотел показать иерархию и взаимодополняемость трех миров - микрокосма
картины, макрокосма реальной жизни и мегакосма буддийского мира. Пейзаж не имеет ни малейшего отношения к виду конкретной местности, но выражает стремление найти графический эквивалент, с
одной стороны, ощущению «душевного» состояния в природе осенью, с другой стороны, переживаниям человека в возрасте «осени» (т.е. средней или поздней взрослости), вставшего на путь самосовершенствования. В картине присутствуют условные символы, как, например, три горные вершины, белая дымка облаков, храм, беседка и др.
Сюжет - в нижней части окутанного туманом горного ландшафта, на переднем плане, мы видим маленькую японскую деревушку и ее жителей. Все живут лишь одним -заботами о пропитанье, и более ни о чем. Мириады людей теснятся в мириадах домов-ячеек... (Нисимура Ёкити) Это изображение профанного мира, мира страданий, неудовлетворенности и суеты живых существ. В доме, расположенном на переднем плане в самой нижней части картины, в медитативной позе сидит мужчина, задумавшийся о своем месте в этом мире (может быть, это сам автор в возрасте 76 лет).
Сколько минуло дней с тех пор, как в тоске и смятенье пребывает душа и, потерянная, блуждает на пути меж жизнью и смертью!.. (Сасаки Но-буцуна)
Спичку зажгу -только тем утолю печали бесприютной души, что встречает вечер осенний и во мглу уходит тоскливо... (Маэда Югурэ) Чуть поодаль можем наблюдать здание буддийского храма.
Осенью поздней на храм Якуси-дзи гляжу в краю Ямато -вон над пагодою повисло одинокое облачко в небе... (Сасаки Нобуцуна) На заднем плане в дымке теряются три горные вершины, которые последовательно удалены от зрителя. Подъем на первую гору относительно плавный, на вторую более крутой, на последнюю -наиболее трудный. Самая дальняя гора теряется в дымке облаков, это сакральный мир, а вокруг и далее простирается белое марево [13]. У подножья горы клубится туманная дымка -и при виде ее
сердце полнится отчего-то странной, необъяснимой грустью... (Исихара Ацуси)
Комплексный символический посыл, заложенный художником, раскрывается благодаря выявлению следующих изобразительно-выразительных средств в композиции.
Линии - искривленные - стволы деревьев, дугообразные, наклонные - камни, скалы, высокая трава на переднем плане, волнистые - у белой дымки; прямые вертикальные и горизонтальные - у деревенских домиков и храма. Горы, скалы, деревья
не индивидуализированы по форме и характеру линий, они даются в их типовом значении, как отдельные формальные элементы. Это делает их формы привычными для восприятия и потому усиливает их удобочитаемость, не отвлекая разнородностью форм от смысла самих понятий [14].
Цвет - монохромный пейзаж в технике суйбо-куга («картины воды и туши») или суми-э (живопись тушью) обладает внешней простотой и условностью цвета. Темно-коричневая тушь меняет свои оттенки по светлоте от самых темных до золотисно-охристых цветов.
Цвет всегда несет какую-то эмоциональную окраску и по-разному воспринимается разными людьми в разных состояниях, поэтому эмоциональная нейтральность монохрома позволяет зрителю наиболее адекватно вступить в диалог, расположить его к восприятию, созерцанию, мысли. Японского художника интересует не сам предмет, а его суть, некая составляющая, которая является общей для всего живого и приводит к гармонии человека с природой. Поэтому монохромное изображение -всегда намек, оно обращено к нашим представлениям, а не к зрению. Недосказанность - это стимул диалога, а значит соединения. Любая монохромная картина гармонична с точки зрения соотношения в ней туши и нетронутой области бумаги - это взаимодействие инь и ян [15].
Формат - вертикально вытянутый формат свитка (в пропорциях 1:2,1) соответствует задаче художника показать необъятную высоту гор. Ориентация на вертикальную ось делит композицию на смысловые части и позволяет в полной мере насладиться созерцанием картины, в процессе скольжения по ней взглядом снизу вверх и по винтовой направляющей - таким образом наблюдатель как бы совершает путешествие по трем мирам: профан-ному, сакральному - в жизни человека и сакральному - в жизни природы, космоса. Вертикально вытянутая композиция раскрывает более сложный замысел, чем просто пейзажная зарисовка, а именно - буддийское мироустройство и путь человека в нем.
Центр - здание буддийского храма в окружении белой дымки (пустота). Его расположение чуть сдвинуто относительно геометрического центра формата вверх и вправо. Но при этом можно противоречиво заявить, что в композиции нет ярко выраженного центра - всё целостно и едино! И выделить не один, а три центра, которые выстраиваются по винтовой вертикальной линии - в нижней части -широко раскрытый прямоугольный дверной проем в домике простого крестьянина; в средней части -храм и в верхней части - вершину горы.
Геометрическая схема - два треугольника: один вершиной вверх - треугольник удаленной горы и второй, с опрокинутой вершиной - деревушка между скал на переднем плане. Там, где треугольники касаются друг друга своими основаниями, образуется горизонтальная ось, на которой покоится центр «храм». Такая кристально простая схема позволяет воспринимать пейзаж так, как будто он написан на одном дыхании.
Ритм - ветвей, листвы, крыш, камней, деревьев, домов, горных массивов - учащенный внизу и разряженный вверху композиции.
Симметрия - по вертикальной оси - фиксируется взглядом только в верхней части композиции, на центрично расположенной горе; в нижней части симметрии нет, но расположение домов, деревьев и камней - уравновешено. В центральной части наблюдается полная ассиметрия: храму справа не противопоставлено ничего слева, это еще больше увеличивает его значимость как пятна на плоскости картины и как символ уважения к религии в обществе. Асимметрия, кроме того, создает впечатление динамики - движется белая дымка. По горизонтальной оси как бы установлено невидимое зеркало -гора дает свое пустотное отражение вниз, в результате приобретает статику.
Контраст - контраст миров: профанного и сакрального, человеческого и природного; контраст по времени - протяженность бренной жизни человека, появившийся на короткое время туман и -вечные горы; контраст по весу - у легкой дымки и массивных скал; контраст по степени заполненности деталями - на переднем плане отдельные камни, окна, входные проемы, ветви деревьев, фигурки людей теснят друг друга, создают шум, суету, а на среднем плане образовалась пустота, тишина, нет ни линий, ни пятен; контраст масштабов у маленькой фигурки человека и нависшей сверху горной громады; контраст по светлоте коричневого цвета.
Пропорции - пропорции всей композиции -вытянутые вертикально, в традициях вертикальных свитков, создают впечатление возвышенности; пропорции домиков - горизонтально вытянутые, приземистые, как будто распластанные по земле, что позволяет отделить жизнь обычной деревушки от образов храма и горы, наполненных сакральным трепетом. Масштаб - фигурки людей удивительно малы по сравнению с величественными горами, что создает несколько минорное настроение затерянности, незначительности, подвластности человека -природе; и в то же время такой мелкий масштаб определяет значение каждого человека как неотъемлемой части в грандиозной панораме Мироздания. Согласно японскому мировоззрению, природа совершеннее человека, поэтому он должен у нее учиться, всячески ее беречь, а не уничтожать или подчинять. Поэтому на многих пейзажах можно увидеть небольшие изображения людей, но они всегда незначительны, малы по отношению к самому пейзажу, или изображения хижин, которые вписаны в окружающее их пространство и даже не всегда заметны - это все символы мировоззрения.
Воздушная перспектива изображена минима-листическими средствами, отчасти условно, абстрактно, в соответствии с традиционной теорией так называемых «трех далей», трех частей, в разной степени удаленных от зрителя [16]. Художник изображает полупрозрачный туман и постепенно увеличивает светлоту деревьев, зданий, горных массивов - по мере удаления от переднего плана;
кроме того, деление на несколько планов (несколько передних, один средний - центральный и несколько задних) происходит благодаря постепенному уменьшению деталей и уменьшению размеров (деревьев, камней) по мере удаления планов. Владение приемом передачи воздушной среды удается художнику на уровне поэтического обобщения ее разнообразных состояний по времени дня (день) и времени года (осень).
Светотень - восточному направлению живописи присущи свои каноны, свои правила, не связанные напрямую с визуальным восприятием пейзажного фрагмента в определенный момент времени и с определенным источником света, поэтому в живописи отсутствуют иллюзионистические методы, такие как передача собственных и падающих теней. Перед нами синтез нескольких впечатлений и зарисовок по памяти, этого достаточно, поскольку изобразительная форма на плоскости не показывает в себе предметную реальность, но дает смысловую характеристику этой реальности. Эффект свечения создает вокруг храма и удаленной горы акцент на сакральности. Это происходит за счет их окутывания дымкой, что позволяет усилить контраст по светлоте и ввести цезуру (паузу).
Применение метода композиционного анализа художественного произведения открывает перед личностью пожилого человека следующие перспективы: знакомства с японскими произведениями искусства, с личностью мастера; приобщения к ценностям восточной художественной культуры; символического перевода идеи в художественную форму благодаря изобразительно-выразительным средствам; использования оздоровительного потенциала художественной деятельности в целях всестороннего оздоровления личности посредством созерцания, любования, удивления, активного сотворчества с автором свитка или поэтической миниатюры, прослушивания восточных мелодий; получения базовых практических навыков в ходе графического анализа-зарисовки. Композиционный анализ формирует эстетические потребности и художественный вкус у личности для того, чтобы в последующем перейти к скоростному рисованию в стиле живописи се-и «выражение идеи», копированию художественного произведения, рисованию тематических серий и циклов «времена года», композиционному поиску и импровизации и освоить оригинальные изобразительные навыки работы кистью по бумаге в технике монохромной туши.
Общий результат двухлетнего внедрения методики заключается в оздоровлении человеческой природы, в уравновешивании комплекса физических, эмоциональных, интеллектуальных, духовных качеств. Пожилые люди, воспитанные на высоких образцах восточного искусства, и прошедшие изобразительную практику по их интерпретации, часто восклицают: «Мы любим рассматривать и копировать живопись тушью в исполнении 70-90-летних художников-долгожителей, потому что с этого возраста они начинают понимать всё - на все смотрят оптимистично, с более широких и высоких ми-
ровоззренческих позиций, чем в молодом возрасте».
Литература
1. Концепция художественного образования в Российской Федерации на период до 2025 года // О концепции художественного образования в Российской Федерации // Приказ Министерства культуры РФ 28 декабря 2001 N 1403 // URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc &base=LAW&n=84924&fld= 13 4&dst=100015,0&rn d=0.07229097304536314#01636231402439936 (дата обращения: 28.08.2019).
2. Население / Старшее поколение - Демографические показатели 1.1 Численность населения Российской Федерации // URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/ros stat/ru/statistics/population/generation/ (дата обращения: 24.08.2019).
3. Ливехуд Б. Кризисы жизни - шансы жизни. Развитие человека между детством и старостью / пер. с нем. Э.М. Радской. - Калуга: Духовное познание, 2012. - 224 с.
4. Григорьева И.А. Пожилой человек в современном обществе: пособ. для спец. по соц. раб. с лицами пожилого возраста // Университет третьего возраста. 2012-2017 // URL: http://u3a.itmo.ru/people-s/ (дата обращения: 24.08.2019).
5. Юркевич А.Г. Фэн лю // Духовная культура Китая: энциклопедия: в 5 т. / гл. ред. М.Л. Тита-ренко; Ин-т Дальнего Востока. - М.: Вост. лит., 2006. т. 1. Философия / ред. М.Л. Титаренко, А.И. Кобзев, А.Е. Лукьянов. - 2006. - 727 с.
6. Фэн Ю-лань. Краткая история китайской философии / пер. с англ. Котенко Р.В. - СПб.: Евразия, 1998. - 376 с.
7. Овчинников В.В. Ветка сакуры (Рассказ о
том, что за люди японцы) // В.В. Овчинников. Сакура и дуб. М.: Дрофа, 2003. - 509 с.
8. Ветошников О. Образы иного в потёках туши // Современный музей каллиграфии // URL: https://www.calligraphy-museum.com/news/print_media/obrazy-inogo-v-potyokakh-tushi (дата обращения: 24.08.2019).
9. Маэда Э. Сёга кэнкю-хо. // предисл. Току-оми Сохо. Токио, 1910. - 99 с.
10. Цветы Ямабуки. Шедевры поэзии хайку «серебряного» века (конец XIX-начало XX вв.) пер. с яп., предисл. и коммент. А.А. Долина. СПб.: Ги-перион, 2000. - 235 с.
11. Хунлян У. «Истинное обаяние природы». Некоторые идеи к прочтению искусства Ци Байши // Третьяковская галерея. - № 3 (56), 2017.
12. Николаева Н.С. Сад в ансамбле буддийского монастыря // Николаева Н.С. Японские сады. М.: Изобразительное искусство, 1975. - 280 с.
13. Японская монохромная живопись. Пейзажи времен года: осень // Vostok Magazine 11 августа 2015 // URL: https://syg.ma/@vostok-magazine/iaponskaia-monokhromnaia-zhivopis-pieizazhi-vriemien-ghoda-osien (дата обращения: 24.08.2019).
14. Никитин Л. Идеографический изобразительный метод в японской живописи М. - 1923 // URL: http://c51.narod.ru/pages/011.htm (дата обращения: 24.08.2019).
15. Румянцева Е.В., Поровская Г.А. Японская монохромная живопись суми-э // матер. IX Между-нар. студ. науч. конф. «Студенческий научный форум» URL: <a href="https://scienceforum.ru/2017/article/201703438 4" >https ://scienceforum.ru/2017/article/2017034384</ a> (дата обращения: 23.08.2019).
16. Самосюк К. Го Си // Мастера искусства об искусстве: т. I. - М.: Искусство, 1978.