ЛИТЕРАТУРА НАРОДОВ СТРАН ЗАРУБЕЖЬЯ
УДК: 82-1/29
DOI: 10.51965/2076-7919_2021_2_2_35
Андреюшкина Т.Н., Насырова Д.Р.
МЕТАФОРА «ПАДАЮЩИХ ЛИСТЬЕВ» / «ОБРОНЕННЫХ СЛОВ» В МОДЕРНИСТСКОЙ И ПОСТМОДЕРНИСТСКОЙ ПОЭЗИИ
Andreiushkina T.N., Nasyrova D.R.
METAPHOR OF "FALLING LEAVES" / "DEFENDED WORDS" IN MODERN
AND POST-MODERN POETRY
Ключевые слова: метафора, сонет, барочная визуальная поэзия, европейский модернизм, конкретная поэзия, постмодернистская поэзия, Каммингс, Риха, Чернин.
Keywords: metaphor, sonnet, baroque visual poetry, European modernism, concrete poetry, postmodern poetry, Cummings, Riha, Czernin.
Аннотация: в статье рассматриваются метафоры «падающих листьев» / «оброненных слов» и их истоки, восходящие к европейскому фольклору с его вечерними, осенними и зимними песнями; с другой стороны, - к барочной визуальной поэзии, углубляющей тему одиночества. Указывается на связи метафор падающего с дерева листа и произнесенного слова. На примерах из стихов показывается продолжение этого метафорического ряда романтиками, а вслед за ними и символистами, включившими в эти метафоры падающие звезды и падающий дождь и соединившими их с мотивами ухода человека в потусторонний мир. Поэты послевоенного времени связали метафоры дерева и слова с политическими событиями и новыми тенденциями в искусстве слова. Визуальный ряд модернистов, а затем «конкретистов» был превращен в серийный ряд повторяющихся образов и строк, в частности в постмодернистском сонете.
Abstract: the article examines the metaphors of «falling leaves» / «dropped words» and their origins, dating back to European folklore with its evening, autumn and winter songs; on the other hand, to baroque visual poetry that deepens the theme of loneliness. Indicated on the connection of metaphors of a leaf falling from a tree and a spoken word. The verse examples show the continuation of this metaphorical series by romantics, and after them by the symbolists, who included shooting stars and falling rain in these metaphors and combined them with the motives of a person's departure to the other world. Post-war poets linked the metaphors of wood and words with political events and new trends in the art of words. The visual series of modernists, and then «concretizists», was turned into a serial series of repetitive images and lines, in particular in the postmodern sonnet.
Метафора «падающих листьев» восходит, с одной стороны, к фольклорному образу в осенней песне, с другой стороны, к визуальной барочной поэзии, примером которой может стать «Божье слово» («Gottes Wort») Ф. фон Логау. Стихотворение, состоящее из 52 строк, начинается с одного слова и с каждой строкой к нему прибавляется по одному или нескольких слов; в середине стихотворения, его кульминации, строка вырастает до 8 слов, затем убывает и снова уменьшается до одного слова. Важно
и противопоставление в стихотворении двух человек, один из которых следует божьему слову (1 часть стихотворения), а другой его нарушает (2 часть). Важна и антитеза нарастающего стиха, воплощающего силу доброты и крепость духа, и убывающего стиха в случае с тщеславием зла - убывающий стих символизирует утрату силы слова и слабость веры и духа.
Das,
Was
Gott heist,
Wers leist, Der besteht. <...>
Er steht viel fester noch, als feste Cedern
stehn,
Die Regen, Thau, Reiff, Schnee, Frost, Hitze wird angehn;
Er steht viel fester noch, als auff den Bergen Schlösser,
Als Felsen im Gehölz, als Klippen im Gewässer.
Wer aber seinen Sinn auff Eitelkeiten stellet, <...>
Was hat er zu erben?
Das ewige Weh,
Da nimmer vergeh
Der Wurm und Schmertz
An Leib und Hertz,
Das sein Gut
In der Glut
Wird bloß
Hülff-loß
Pein
Seyn.1
(То, / Что / Богом зовется, / И кто ему следует, / Тот выдержит. <...> / Он стоит крепче, чем мощные кедры, / Подверженные дождю, росе, инею, снегу, морозу, жаре; / Он стоит крепче, чем замки на горах, / Чем скалы в лесу, чем рифы в воде. / Кто видит смысл в тщеславии, <...> / Что он унаследует? / Вечную боль, / Никогда не преходящую, / Червь и боль / В теле и сердце, / Так как его жизнь / В огне / Обнажена, / Беспомощна / И будет мучением - перевод Т. Андреюшкиной).
Барочная метафора о «божьих словах» восходит, в свою очередь, к Библии, например, к притче о сеятеле (Евангелие от Марка). Разбрасываемые им семена, в зависимости от того, куда они упадут, могут завянуть, высохнуть, погибнуть, а могут упасть на благодатную почву и дать многократный урожай.
Сам мотив «оброненных слов», как листьев, чрезвычайно характерен для барочного мироощущения, для которого были типичны представления о человеке как песчинке в море, одинокой лодке в море жизни, свечи, затухающей от налетевшего ветра, и
1 Deutsche Gedichte. Von den Anfängen bis zur Gegenwart / von B. Wiese. - Berlin: Langenscheidt, 2005. - S. 58.
т.д., что ассоциировалось с краткостью и хрупкостью человеческой жизни в период Тридцатилетней войны. Образность барочных поэтов находила свое выражение в барочном жанре эмблемы, для которой было характерно наличие трех составляющих: заголовка (inscripcio), картинки, или визуального образа, носящего метафорический характер (pictura) и подписи (subsripcio). Визуальное стихотворение, подобное приведенному нами тексту Логау, как бы содержало в себе все три компонента в одном тексте.
Образ шумящих или падающих листьев подхватывают романтики. У Брентано мотив шумящего леса и сверкающего снега («золотые листья на земле шуршат», «блестит снег на холме» ) в стихотворении «Лебединая песня» переходит в мотив замерзания («сердце мое замерзает»3) и смерти («одиноким я умру»4) из «Романсов о четках». Глагол «untergehen» («умирать») близок значению «падения», «ухода вниз».
Мотив «падающего засохшего листа» развивает А. де Ламартин в «Одиночестве»:
Quand la feuille des bois tombe dans la prairie,
Le vent du soir s'élève et l'arrache aux vallons;
Et moi, je suis semblable à la feuille flétrie:
Emportez-moi comme elle, orageux aqui-
lons!5
(Когда лист с дерева упадет на луг, / Вечерний ветер поднимет и унесет его в долину; / И меня, похожего на этот сухой лист, / Отнесите меня, как его, грозовые воды! - перевод Т. Андреюшкиной).
Осенний мотив с дождем и падающими листьями широко представлен у французских «проклятых» поэтов, в особенности у Верлена, например, в его «Осенней песне»:
Et je m'en vais
Au vent mauvais Qui m'emporte
2 Ibid. - S. 358.
3 Ibidem.
4 Ibid. - S. 361.
5 Poètes français XIX-XX siècles: Anthologie / par Samari Vélikovsky. - Moscou: Prigres, 1982. - P. 31.
Deçà, delà, Pareil à la
Feuille morte.1 (Я ухожу, / и холодный ветер / подхватывает / и уносит меня / неведомо куда, / словно сухой лист - перевод Т. Андреюш-киной).
Американский поэт Э.Э. Каммингс, мировоззрение которого сформировалось под влиянием европейской модернистской поэзии и в особенности французских символистов2, использует мотив падающего листа в своих визуальных стихотворениях для выражения одиночества.
oiltr iness
Преобразовав текст стихотворения «l(a»3 в линейную схему, читатель получает следующую фразу: l(a leaf falls) oneliness. Стихотворение состоит всего из четырех слов: a leaf - лист, falls - падает, loneliness -одиночество, а также пунктуационных символов - круглых скобок. Однако каждое из этих слов разделено на буквы или сочетания букв, которые размещены автором в задуманном им порядке в соответствии с поставленной художественной задачей. Л.Г. Андреев так характеризует стиль поэта: «Каммингс кромсает слова, вырывая буквы, звуки и рассылая их по страницам так, что они кажутся уже не обломками языка, а какой-то особенной материей, сырыми стройматериалами, из коих Каммингс складывает не то рисунки, не то музыкальные фразы»4.
1 Ibid. - P. 224.
2 См. Насырова, Д.Р. Влияние французского символизма на становление поэтики Э.Э. Каммингса // Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева. - Тольятти, 2015. - № 2 (18). - C. 50-60.
3 Cummings. E.E. Complete poems. 1904-1962 / E.E. Cummings / Edited by G.J. Firmage. - New York: Liveright, 1992. - P. 673.
4 Андреев. Л.Г. Сюрреализм / Л.Г. Андреев. -
Москва: Высшая школа, 1972. - C. 204.
Графически стихотворение представляет собой воссоздание траектории падения листа, которое обозначено через структуру организации строк. Создается впечатление плавного движения вниз оторвавшегося от дерева листа. Последняя строка длиннее остальных, и можно сделать предположение, что она служит обозначением земли, на которую в итоге ложится этот лист5.
Стихотворение «l(a» буквально пронизано чувством одиночества. Автору удается создать выразительную поэтическую образность посредством многочисленных ассоциативных связей. Раздробленные слова подчеркивают ощущение изолированности и отчужденности, которое испытывает человек, находясь в одиночестве. В стихотворении неоднократно появляется выраженное в том или ином виде слово «один», характеризующее состояние неприкаянности. Во-первых, графическая структура самого произведения напоминает цифру «1». Во-вторых, английская буква «l», которая по своему написанию похожа на цифру 1, а в латинском варианте их графические символы совпадают, появляется в первой, пятой и восьмой строках. В первой строке вместе с буквой «l» присутствует еще и неопределенный артикль «а», который в английском языке несет в себе значение «один». Седьмая строка состоит из самого слова «one», которое переводится как «один». К тому же, падение листьев с деревьев ассоциируется с осенним периодом, во время которого у людей чаще всего появляется ощущение грусти и одиночества.
Отдельного внимания заслуживает последняя строка этого стихотворения, состоящая из неологизма, созданного автором -mess. Это слово образовано из местоимения первого лица единственного числа «я» и суффикса «ness», с помощью которого в английском языке происходит образование существительных. Таким образом, поэт создает новое слово, отображающее состояние человека в период одиночества, когда рядом нет никого, кто мог бы разделить с ним его
5 О графических особенностях сонетов см. также: Андреюшкина Т.Н. Графические способы организации немецкого сонета // Вестник Тамбовского государственного университета. Серия: Гуманит. науки. - Тамбов: ТГУ, 2008. - Вып. 5 (61). - С. 246-249.
чувства. Если рассматривать это слово в более широком смысле, то оно отражает один из ведущих принципов, характерный для творчества и мировоззрения Каммингса. «iness» обозначает первостепенное значение индивидуальной отъединенности личности от кого бы то ни было в противовес коллективному сознанию массового «общества».
В другом стихотворении «one»1 он использует образ падающей снежинки, чтобы еще более подчеркнуть одиночество, прибегая к образу зимней природы, и конца человеческой жизни в топосе могильного камня.
snow ilake
is upon a gra
(«одна эта снежинка (падающая) над надгробным камнем»).
Благодаря такому расположению стихотворения на странице Каммингсу удается изобразить настоящий образ, который предстает перед глазами читателя. Слово «alighting» («падающий, спускающийся») созвучно со словами «light» («свет») и «lightning» («молния»), поэтому автору удалось создать образ освещенных словно молнией снежинок, неторопливо падающих на неизвестную могильную плиту. В английском варианте стихотворения всего пять слов, не считая предлога и неопределенного артикля, но несмотря на столь незначительное количество вербальных средств в сознании реципиента создается вполне наглядная картина. Стихотворение начинается и заканчивается словом «one» («один»), которое в начале
1 Cummings. E.E. Complete poems. 1904-1962 / E.E. Cummings / Edited by G.J. Firmage. - New York: Liveright, 1992. - P. 833.
выступает как самостоятельное слово, а в конце образует часть слова «gravestone» -«надгробный камень». При этом Каммингс в слове «gravestone» помимо слова «one» выделяет еще одно слово «vest», которое может переводиться как «наделять, облекать». Таким образом, метафора смерти передает модернистское состояние вечного одиночества и пустоты2, которые в этом стихотворении переданы с помощью слова «один», а употребление его дважды только усиливает это ощущение.
К образу падающих снежинок Кам-мингс обращается и в стихотворении «who(is?are)who»3, однако тон его рассуждений коренным образом отличается от иредыдущего стихотворения.
wjndow)(his father and his chHd иге watching snowflates (falling & falling & falling)
bigger much than biggest f little isfnow^danrinjf yes fcr)whlte lyfjayljcyljiij^and whitelicsr all
ipündeiirigs ire silence is Ьеслш Everychildfatheri^gOne
2 См. Насырова. Д.Р. Эстетика модерна в поэзии Э.Э. Каммингса // Слово в пространстве языка: Материалы международной научно-практической заочной конференции. - Ульяновск, УлГПУ, 2012 г. -С. 16-23.
3 Cummings. E.E. Complete poems. 1904-1962 / E.E. Cummings / Edited by G.J. Firmage. - New York: Liveright, 1992. - P. 715.
(«кто (есть?) кто // (два лица у темного / окна) этот отец и его / ребенок наблюдают за снежинками / (падающими & падающими & падающими) // глаза глаза // смотрящие (всег / да) в то время как / земля и небо становятся / одним целым с удив // лением пока не (видеть //) с гораздо большим, чем самое большое / (маленькое) сейчас (танцующее да для) белоснеж // но (радость! радость! радость!) и самые белоснежные все // удивления - это тишина, становящая // ся каждой / истинно красивой / больше-чем-вещь / (& падающая &) // Каждый ребенок отцовствующий Один» - перевод Д. Насы-ровой).
Графически выделив скобками две формы глагола «be» («быть, существовать»): «is» и «are», которые в английском языке сразу дают читателю представление о единственном и множественном числе, и поставив между ними вопросительный знак, поэт спрашивает, кто здесь и сколько здесь людей: один или несколько. Следует учесть, что по правилам вопросительное местоимение «who» должно согласовываться формой единственного числа - «is», однако поэт не спешит делать вывод. В следующей строфе он пишет о лицах отца и его ребенка, которые внимательно наблюдают из окна за падающим снегом на фоне темного неба. Образ снегопада усилен троекратным повторением слова «falling» и знака амперсанда, подчеркивающими непрерывность и продолжительность природного явления. Кам-мингс намеренно повторяет слово «eyes» («глаза») 2 раза, а также разделяя слово «always» таким образом, что его вторая часть становится омофоном слова «eyes». Тем самым поэт акцентирует внимание на том, что герои его стихотворения, словно завороженные, следят за снегопадом, который сравнивает землю и небо, стирая между ними границы. Благодаря разделению слова «wonder» на две части: «won» и «der», первая часть которого произносится как слово «one» («один»), Каммингсу удается показать максимально точно, что земля с небом соединяются в одно целое - «grow one with won»
Подчеркнутая белизна снега («whitely», «whiteliest» - превосходная степень прилагательного «белый»), изумление
(«wonder», «wonderings») и восторг людей при его виде («joy!joy!joy!» - слитное написание трех слов, означающих «радость», без пробелов преумножает его значение), позволяет поэту образно продемонстрировать то, что это первый снег, который беззвучно ложится на землю. Создав неологизм «true-beautifully», Каммингс акцентирует внимание на истинной красоте этого природного явления. Слитное написание двух слов «true» и «beautifully» говорит о том, что, по мнению автора, красота и истина равноценны и неделимы. А предпоследняя строка -«& falling &» подсказывает читателю то, что снег все продолжает идти, и то, что каждую зиму человека снова ждет волшебное преображение природы, что подчеркнуто вторым знаком амперсанда как символа незавершенности. Строфическая структура стихотворения в целом - 1 4 1 4 1 4 1 4 1 - также показывает цикличность и бесконечность природных процессов.
В последней строке Каммингс отвечает на вопрос, заданный в самом начале стихотворения. Поэт соединяет четыре слова в одно: «each», «child», «fathering» и «one». Благодаря такому приему поэт демонстрирует то, что отец и его ребенок не могут быть разделены, они всегда будут связаны непрерывным законом жизни. Отец дал жизнь своему ребенку, а ребенок в будущем также даст жизнь своим детям, сохранив связь и единение со своими родителями. Первое и последнее слова последней строчки стихотворения «every» и «one» выделены автором, так как написаны заглавными буквами. Если сложить эти два слова, то получится слово «everyone», которое означает «каждый» или «все». Таким образом, Кам-мингс ответил на свой вопрос «Кто есть кто?» - это одновременно каждый человек и все люди вместе взятые. В своем стихотворении поэт подчеркивает повторяемость не только природных процессов, но и цикличность человеческой жизни в ее бесконечном следовании.
Немецкий модернист Г. Бенн в известном стихотворении «Слово» выносит слово в центр вселенной, вокруг которого сосредоточены солнце и сферы:
Ein Wort - ein Glanz, ein Flug, ein Feuer,
ein Flammenwurf, ein Sternenstrich -und wieder Dunkel, ungeheuer, im leeren Raum um Welt und Ich.1 (Слово есть блеск, полет, огонь, / то выброс пламени, то звездный след - / и снова темнота, ужас / в пустом пространстве, / где только я и мир - перевод Т. Андреюш-киной).
О боге в мрачном послевоенном мире мечтает Й. Бобровский, которому иначе сложно писать стихотворения о природе: Wär da ein Gott und im Fleisch
und könnte mich rufen, ich würd umhergehn, ich würd warten ein wenig.2
(Был бы тут бог / и воплощенный / и мог бы меня позвать, я бы / прогулялся и / подождал немного - перевод Т. Андреюш-киной).
Мысль о том, что «разговор о деревьях почти что преступление»3, выраженная Б. Брехтом в стихотворении «К потомкам», подхватывает Э. Фрид в балладе «Разговор о деревьях». Под разговором о деревьях Брехт подразумевал пейзажную лирику, которая кажется почти неуместной в послевоенные «мрачные времена». Баллада Фрида носит политический характер и была написана как отклик на войну США во Вьетнаме в 60-е гг., в ней поэт описывает свой сад, дом и т.д. и рефреном после каждой строфы повторяет, что во Вьетнаме уничтожены не только дома и сады, но и погибло много людей.
Р. Кунце, поэт бывшей ГДР, откликается на этот диалог репликой о выкорчевывании деревьев (имелись в виду лишенные гражданства ГДР поэты и писатели): Wie viele bäume werden gefällt, wie viele wurzeln gerodet
1 Poetische Sprachspiele. Vom Mittelalter bis zur Gegenwart / Hrsg. von K.P. Dencker. - Stuttgart: Reclam, 2002. - S. 619.
2 Deutsche Gedichte. Von den Anfängen bis zur Gegenwart / von B. Wiese. - Berlin: Langenscheidt, 2005. - S. 686.
3 Ibid. - S. 644.
4
in uns.
(Как много деревьев / повалено, как много корней / выкорчевано // в нас).
В 80-е гг. один из «яростных» молодых поэтов ГДР Б. Папенфус-Горек рефреном своего стихотворения «время посылает многим только ветер» делает такие формулы: «das wort muss würgen» («слово должно душить»), «das wort soll lottern» («слово должно бродяжничать»), «das wort wird lodern»5 («слово будет гореть»), делая кульминацией своего текста утверждение «у ко-
6
го слово, у того и власть» .
Постмодернистская поэзия в западной Германии развивается параллельно с традиционной пейзажной, политической, философской лирикой модернизма. К ней с полным правом можно отнести «конкретную поэзию», в которой цитирование, пародирование, игра со словами становятся основополагающими эстетическими принципами. В известном стихотворении одного из главных представителей немецкой «конкретной поэзии» Е. Гомрингера «слова - это тени» объединяются три понятия: слова, тени и игры. Они образуют триаду, лежащую в основе поэзии конкретистов, которые использовали игру со словами, чтобы говорить о важнейших проблемах послевоенного вре-
7
мени .
worte sind schatten
schatten werden worte
worte sind spiele
spiele werden worte <.. .>
sind worte spiele
о
werden schatten worte
4 Deutsche Gedichte. Von den Anfängen bis zur Gegenwart / von B. Wiese. - Berlin: Langenscheidt, 2005.
- S. 750.
5 Poetische Sprachspiele. Vom Mittelalter bis zur Gegenwart / Hrsg. von K.P. Dencker. - Stuttgart: Reclam, 2002. - S. 754-755.
6 Ibidem.
7 См. Андреюшкина Т.Н. Этапы развития стихотворения-инвентаризации в немецкой поэзии ХХ века // Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева. - Т. 1. Филологические науки. - Тольятти, №1, 2016. - С. 5-13.
8 Deutsche Gedichte. Von den Anfängen bis zur Gegenwart / von B. Wiese. - Berlin: Langenscheidt, 2005.
- S. 702.
(олова - это тени / тени станут словами // слова - это игры / игры станут словами <...> // если слова - это игры, / тени станут словами - перевод Т. Андреюшкиной).
Если данные метафоры истолковать как поэзию, или философию (слова), с одной стороны, прошлое, или смерть (тени), с другой стороны, то искусство (игры) способно выражать в многочисленных вариациях (констелляциях) размышления человека о жизни и смерти, о прошлом и настоящем, об искусстве и действительности.
Образ «падающих листьев» смыкается в немецкой поэзии с образом высказываемого слова на основе того, что в обоих случаях употребляется глагол «падать», или «ронять». Пример такого стихотворения найдем в поэзии Габо Матеена (р. 1946) «Обмен словами», примыкавшего к «конкретной поэзии», получившей свое развитие после Второй мировой войны. im herbst
fallen von den bäumen wörter wörter fallen wörter wörter fallen bäume
ein wort fällt es fällt ein wort bäume bäume fallen durch ihre eigenen wörter <.>1
(осенью / падают с деревьев слова / слова падают / слова / слова падают деревья/ одно слово падает / падает одно слово деревья / деревья падают своими собственными словами <...> - перевод Т. Андреюш-киной).
К. Риха (псевдоним писателя Г. Вaль-да, род. в 1935 г.), составитель и издатель ряда антологий, известный сонетист, является автором «Осеннего сонета», который объединяет в себе мотив падающих листьев и нарастающих сонетных строк в стихотворении.
weil es schon lang gehangen hat, fällt ab vom baum ein erstes blatt. ein zweites blatt, es hat genug -folgt diesem esrten zug um zug. <.>
und rascher noch blatt neun und zehn,
blatt elf und zwölf im sturm verwehn:
bald fällt ein ganzes blätter-meer.
(поскольку долго он висел, / вниз с дерева сорвался первый лист. / за первым следует второй - / ведь первому он не чужой. // <.> девятый и десятый, / и новых два - вот так дела! - / уносит с листьями волна - перевод Т. Андреюшкиной).
Темой стихотворения является процесс, который не выявляет внутренней сонетной структуры, давая строфа за строфой вариацию сходных происшествий и их нарастание. Композиция подчеркивает количественное нарастание падающих листьев и нарастание строк сонета, а не типично сонетную процессуальность. При желании можно отметить различие между падением отдельных листьев и «целого моря листьев» как переход количества в качество, определив концовку как пуант. Если рассматривать этот текст в контексте ему подобных стихотворений «конкретистов» (Рюм, Гомрингер) и постмодернистов (Пастиор, Чернин и др.), то он является элементом в серийном ряду экспериментов, в которых показывается, как противоречивые принципы сонетной формы и серии могут комбинироваться и какие эффекты при этом возникают. «С такой точки зрения форма сонета понимается как цитата, которая вызывает определенные ожидания, но не выполняет их. Они в большей степени применяются для постановки проблемы или вопроса, насколько структура позволяет угадать себя в относительно сходных формообразованиях, например, падении листьев осенью, или до какой степени можно свести внутреннюю структуру до минимума, чтобы текст можно было выдать за сонет» [2, c. 101], -полагает немецкий исследователь сонета А. Бен.
Этот же исследователь приводит в своей книге магистрал из венка сонетов «Искусство сонета» Ф.Й. Чернина, где образ дерева и листьев занимает ведущее место. «Органологически-ботаническая метафорика» становится лейтмотивом данного венка. Не стоит искать в нем определенный сюжет, в нем можно найти только вокабуляр таких
1 Poetische Sprachspiele. Vom Mittelalter bis zur Gegenwart / Hrsg. von K.P. Dencker. - Stuttgart: Reclam, 2002. - S. 281.
Riha K. Was ist mit mir heute los? - Giessen, 1994. - S. 55.
лексических полей, как язык - письмо - литература:
was bäume seien dem wald, sei laub den blättern,
wo wind bestiegen worden war, der sturm erklettern:
wenn sprossen leitern wären, späne pfostenhaft,
die frucht auch schale wird gewesen sein und saft? <...>
(что деревья для леса, то крона для листьев, / где ветер был оседлан вызвать бурю: / если б побеги были лестницами, а щепки подпорками, / обретет ли плод кожуру и сок? - перевод Т. Андреюшкиной).
Подводя итог, следует указать на истоки метафоры «падающих листьев» / «об-
1 Böhn A. Das zeitgenössische Sonett. Vielfalt und Aktualität einer literarischen Form. - Stuttgart: Metzler, 1999. - S. 103.
роненных слов»: это, в первую очередь, европейский фольклор с его вечерними, осенними и зимними песнями; с другой стороны, - это барочная визуальная поэзия, углубляющая тему одиночества и связи метафор падающего с дерева листа и произнесенного слова. Романтики, а вслед за ними и символисты, продолжили этот метафорический ряд, включив в него падающие звезды и падающий дождь, соединив их с мотивами ухода человека в потусторонний мир. Поэты послевоенного времени связали метафоры дерева и слова с политическими событиями и новыми тенденциями в искусстве слова. Визуальный ряд модернистов, а затем «конкретистов» был превращен в серийный ряд повторяющихся образов и строк, в частности в постмодернистском сонете.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
1. Андреев, Л.Г. Сюрреализм / Л.Г. Андреев. - Москва: Высшая школа, 1972. - 352 с.
2. Андреюшкина, Т.Н. Графические способы организации немецкого сонета // Вестник Тамбовского государственного университета. Серия: Гуманит. науки. - Тамбов: ТГУ, 2008. - Вып. 5 (61). - С. 246-249.
3. Андреюшкина, Т.Н. Этапы развития стихотворения-инвентаризации в немецкой поэзии ХХ века // Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева. - Т. 1. Филологические науки. - Тольятти, №1, 2016. - С. 5-13.
4. Насырова, Д.Р. Влияние французского символизма на становление поэтики Э.Э. Каммингса // Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева. - Тольятти, 2015.
- № 2 (18). - C. 50-60.
5. Насырова, Д.Р. Эстетика модерна в поэзии Э.Э. Каммингса // Слово в пространстве языка: Материалы международной научно-практической заочной конференции. - Ульяновск, УлГПУ, 2012 г. - С. 16-23.
6. Böhn, A. Das zeitgenössische Sonett. Vielfalt und Aktualität einer literarischen Form. -Stuttgart: Metzler, 1999. - 148 S.
7. Cummings, E.E. Complété poems. 1904-1962 / E.E. Cummings / Edited by G.J. Firmage.
- New York: Liveright, 1992. - 1135 p.
8. Deutsche Gedichte. Von den Anfängen bis zur Gegenwart / von B. Wiese. - Berlin: Langenscheidt, 2005. - 798 S.
9. Poètes français XIX-XX siècles: Anthologie / par Samari Vélikovsky. - Moscou: Prigres, 1982. - 671 p.
10. Poetische Sprachspiele. Vom Mittelalter bis zur Gegenwart / Hrsg. von K.P. Dencker. -Stuttgart: Reclam, 2002. - 428 S.
11. Riha, K. Was ist mit mir heute los? - Giessen, 1994. - 240 S.
Дата поступления: 23.03.2021