Научная статья на тему 'КОСМОС КАК НОВАЯ СФЕРА ВООРУЖЕННОЙ БОРЬБЫ'

КОСМОС КАК НОВАЯ СФЕРА ВООРУЖЕННОЙ БОРЬБЫ Текст научной статьи по специальности «Право»

CC BY
287
76
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Журнал
Военная мысль
ВАК
Область наук
Ключевые слова
ВОЕННО-КОСМИЧЕСКИЕ СИЛЫ / ВОЕННОЕ ПРЕВОСХОДСТВО В КОСМОСЕ / ОПЕРАЦИИ В КОСМОСЕ И ИЗ КОСМОСА / ТАКТИКА ВКС / КОСМИЧЕСКИЙ ТЕАТР ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ / СТРАТЕГИЧЕСКАЯ КОСМИЧЕСКАЯ ЗОНА / ОПЕРАЦИОННАЯ КОСМИЧЕСКАЯ ЗОНА / БОЕВЫЕ КОСМИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ / ОБЕСПЕЧИВАЮЩИЕ КОСМИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ / КОСМИЧЕСКОЕ ОРУЖИЕ

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Ковалёв Александр Павлович, Сотник Сергей Александрович, Сотник Дмитрий Сергеевич

Рассматриваются роль и место космических средств в военном деле на современном и перспективных этапах его развития, предпосылки к развертыванию в космосе боевых систем, классификация космического оружия, определения космоса, как театра военных действий, взгляды авторов на особенности тактики Военно-космических сил и преемственность положений тактики ВКС относительно положений Общей тактики ВС.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Ковалёв Александр Павлович, Сотник Сергей Александрович, Сотник Дмитрий Сергеевич

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

SPACE AS A NEW SPHERE OF ARMED STRUGGLE

The paper considers the role and place of aerospace systems in military affairs at modern and perspective stages of its development, prerequisites for deployment of combat systems in space, classification of outer space weapon, and definitions of space as a theater of military operations. It illustrates authors’ views on the specificity of the Aerospace Forces tactics and succession of their tactics provisions in relation to the provisions of the General Tactics.

Текст научной работы на тему «КОСМОС КАК НОВАЯ СФЕРА ВООРУЖЕННОЙ БОРЬБЫ»

Космос как новая сфера вооруженной борьбы

Генерал-лейтенант А.П. КОВАЛЁВ, доктор технических наук

Полковник С.А. СОТНИК, кандидат военных наук

Подполковник Д.С. СОТНИК, доктор военных наук

АННОТАЦИЯ ABSTRACT

Рассматриваются роль и место космических средств в военном деле на современном и перспективных этапах его развития, предпосылки к развертыванию в космосе боевых систем, классификация космического оружия, определения космоса, как театра военных действий, взгляды авторов на особенности тактики Военно-космических сил и преемственность положений тактики ВКС относительно положений Общей тактики ВС.

The paper considers the role and place of aerospace systems in military affairs at modern and perspective stages of its development, prerequisites for deployment of combat systems in space, classification of outer space weapon, and definitions of space as a theater of military operations. It illustrates authors' views on the specificity of the Aerospace Forces tactics and succession of their tactics provisions in relation to the provisions of the General Tactics.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА KEYWORDS

Военно-космические силы, военное Aerospace forces, space military superi-

превосходство в космосе, операции в кос- ority, space operations and operations from

мосе и из космоса, тактика ВКС, космичес- space, tactics of Aerospace forces, space the-

кий театр военных действий, стратеги- ater of military operations, strategic space

ческая космическая зона, операционная zone, operational space zone, space warfare

космическая зона, боевые космические systems, supporting space systems, space

системы, обеспечивающие космические weapons. системы, космическое оружие.

АНАЛИЗ результатов космической деятельности человечества за почти три четверти века, прошедшие после его прорыва в космос, позволяет отметить, что значительная доля усилий в этой области была направлена на совершенствование военного дела. И теперь, когда наиболее развитые страны мира развернули и системно поддерживают функционирование орбитальных группировок (ОГ) космических аппаратов (КА), реализующих информационную составляющую практически всего спектра оперативного (боевого) обеспечения действий войск, в штабах вооруженных сил (ВС) возникает закономерный вопрос: а как воевать в том случае, если работа всей этой системы даст сбой?

Постановка такого вопроса хорошо иллюстрируется мнением экс-командующего американским Космическим командованием, а ныне — командующего стратегическим командованием США генерала ВВС Джона Хайтена. Смысл его высказываний сводится к следующему: все, что сейчас есть в военной сфере, а именно системы глобальной технической разведки, навигации, связи и боевого управления, непилотируемые летательные аппараты, всепогодное высокоточное оружие, все это просто не может существовать без соответствующих и непрерывно функционирующих ОГ, развернутых на различных околоземных орбитах. Только благодаря постоянной информационной поддержке действий войск (сил) из космоса ВС США могут в любое время и при любой погоде эффективно атаковать цели в любом месте нашей планеты1.

Мнение генерала поддерживается многими американскими военными аналитиками, также утверждающими, что:

• 80 % информации, обеспечивающей управление не только группировками войск США, выполняющими боевые задачи на отдаленных театрах военных действий (ТВД), но и ВС США в целом, передается по космическим радиолиниям;

• 15 тыс. специальных компьютерных сетей, в которых функционирует более миллиона компьютеров ВС США, объединяются связными шлюзами, вынесенными в космос на два десятка спутников, в единую, охватывающую всю Землю глобальную информационную структуру2;

• корректировка полета 95 % боевых средств высокоточного наведения, запускаемых с американских носителей, осуществляется по сигналам космической радионавигационной системы (КРНС) «Навстар»;

Осознают значимость космоса и, соответственно, свою зависимость

от него не только ВС, но и крупный бизнес, все государственные структуры США, утверждающие, что сбои в функционировании лишь 20—50 КА из состава национальной ОГ повлекут за собой катастрофические последствия для национальной экономики, дезорганизуют работу системы государственного управления и тем самым введут в своего рода ступор нормальную жизнедеятельность страны3.

Таким образом, официально заявляя о том, что на сегодняшний день США более всех других стран мира зависят от надежного функционирования космически систем, и проявляя озабоченность тем, что в случае начала военных действий орбитальная составляющая американских космических систем (КС) становится приоритетным объектом непосредственного боевого воздействия для их потенциальных противников (прежде всего в США к ним относят Россию и Китай), военно-политическое руководство страны считает, что приведенных доводов вполне достаточно для обоснования необходимости американского господства в космосе. При этом утверждается, что в случае, если такое господство обеспечено не будет, то США ожидает «космический Перл-Харбор»4.

Исходя из этого, задача завоевания безусловного военного превосходства в космосе является первоочередной, которая ставится перед американскими ВС в любой военной кампании. После военных конфликтов в зоне Персидского залива (1991) и в Югославии (1999) данное требование зафиксировано основополагающими боевыми документами ВС США5:

• «Стратегией национальной безопасности США» (утверждается президентом);

• «Стратегией национальной обороны США» (утверждается министром обороны);

• «Национальной военной стратегией США» (утверждается председателем КНШ), концепцией «Космические операции» (АFDD 2-2) (утверждается министром ВВС США).

При этом под военным превосходством в космосе понимается такая ситуация, в которой американские космические силы будут обладать полной свободой действий, в том числе и по нанесению ущерба противнику, а космические силы противника, наоборот, не будут иметь никакой возможности для причинения такового США или их союзникам.

Понятие военного космического превосходства распространяется в том числе и на недопущение использования противником космической связи, сигналов точной навигации, разведывательных, метеорологических и других данных, получаемых с помощью собственных или иностранных (международных) космических средств6.

Таким образом, речь идет о готовности США к блокированию и даже полному исключению действий других государств по их доступу в космическое пространство и использованию космических средств в своих интересах.

Однако такая постановка вопроса в корне меняет взгляд на уровень милитаризации космоса: если до сих пор речь шла о пространстве, в котором функционируют не имеющие бортового вооружения автоматические средства информационного обеспечения действий войск (сил), развернутых на Земле (даже с учетом того, что по таким космическим средствам может быть организовано боевое воздействие средствами наземного, морского или воздушного базирования), то теперь следует говорить о космосе как о пространстве, в котором предусматривается возможность ведения вооруженной борьбы (не исключается, что и двусторонней) уже с использованием боевых средств космического базирования7.

О возможности завоевания безусловного военного превосходства в космосе в той форме, которая декларируется в указанных выше боевых документах ВС США, т. е. о возможности вести «звездные войны» (хотя о проведении первой такой войны американцы с помпой вещали еще в 1991 году) с существующим и стоящим у них на вооружении набором космических средств, говорить не приходится, поскольку все задачи, успешно и эффективно решаемые в настоящее время с помощью средств космического базирования, относятся к категории задач обеспечивающего характера, т. е. задач, решение которых лишь создает благоприятные условия для действий группировок войск (сил), развернутых на Земле. Акты непосредственного вооруженного насилия, связанные со специально организованным, целенаправленным и массированным воздействием на космические силы и средства противника, приводящие к их уничтожению или временному выведению из состояния нормального функционирования по предназначению (что собственно и является признаком ведения боевых действий), с помощью обеспечивающих средств выполняться не могут.

Военное превосходство в космосе может быть достигнуто только путем ведения целенаправленной вооруженной борьбы, в ходе которой будут наноситься удары по объектам из состава наземной инфраструктуры космических систем противника, а также уничтожаться или временно выводиться из состояния нормального функционирования по предназначению его средства космического базирования.

Очевидно, что возникновение задач, связанных с ведением вооруженной борьбы в совершенно новой среде, не характерной для применения в ней традиционных видов ВС, не могло не повлечь за собой органи-

зационных решений. Так, в 2018 году, подтверждая свои агрессивные намерения и отказавшись от ими же придуманной категории «воздушно-космический театр военных действий», США официально объявили космос самостоятельным ТВД и на уровне президента заявили о том, что они, выводя Космические войска из состава Военно-воздушных сил (ВВС), приступили к созданию Военно-космических сил (ВКС) — самостоятельного четвертого вида ВС, способного вести военные действия в условиях космического ТВД (КосТВД) путем проведения боевых операций как в космосе, так и из космоса8'9.

Согласно мнению руководства ВС США, в интересах завоевания военного превосходства в космосе ВКС должны быть способны к ведению вооруженной борьбы в форме как наступательных, так и оборонительных противокосмических операций.

На современном этапе характер таких операций будет определяться в основном готовностью нанесения ракетных, авиационных и артиллерийских ударов по наземным элементам космической инфраструктуры противника. Однако в перспективе, по мере появления новых боевых средств, также предусматривается возможность проведения и проти-вокосмических операций по схемам: «земля—космос», «космос—космос» и «космос—земля». В связи с этим в документе «Космические операции» подчеркивается, что создание и развертывание специальных вооружений, предназначенных для применения по указанным схемам, является важнейшим фактором, обеспечивающим интересы и национальную безопасность США.

Это и очевидно, поскольку полноценные военные действия в космическом пространстве (и из него) могут быть начаты лишь в том случае, если на вооружение армий хотя бы отдель-

ных государств будут приняты боевые противокосмические средства наземного, морского или воздушного базирования и в космосе будут развернуты (временно или на постоянной основе) орбитальные группировки боевых космических аппаратов (БКА), т. е. космических платформ (КПл) с установленными на них специальными комплексами — космическим оружием, как раз и позволяющим уничтожать или на определенное время выводить из состояния нормального функционирования по предназначению силы и средства космического назначения у противника.

Определения понятию «оружие» дают многие источники. Среди них:

• оружие — устройства и средства, предназначенные для поражения противника в вооруженной борьбе10;

• оружие — общее название устройств и средств для уничтожения живой силы противника, его техники и сооружений11;

• оружие — составная часть вооружения, техническое средство, укомплектованное боеприпасом или другим изделием, аналогичным ему по результатам действия, создающее условия для выполнения боевой задачи или выполняющая ее путем поражения цели12 и т. п.

Однако для введения понятия «космическое оружие» таких определений было недостаточно. Еще в 60-е годы ХХ века военные специалисты США уточняли, что к космическому оружию относятся такие боевые средства, которые заранее размещаются в космосе, а затем используются для нанесения ударов по наземным или космическим объектам противника или для обеспечения операций различных видов ВС разведывательными данными, связью и т. п. К этому же оружию относили средства военного назначения, которые могут быть размещены непосредственно на небесных телах, например, на Луне13.

По мере накопления опыта в области военной космонавтики изменялись и определения понятия «космическое оружие». Так, вынося в 2008 году на рассмотрение Организации Объединенных Наций (ООН) свой проект Договора о предотвращении размещения оружия в космосе, российская делегация оговаривала условие, в соответствии с которым оружие считается размещенным в космическом пространстве, т. е. считается «оружием космическим», лишь только в том случае, если оно после выведения в космос совершит как минимум один оборот по орбите вокруг Земли, или следует по части такой орбиты с дальнейшим уходом с нее, или остается в космическом пространстве на постоянной основе14.

Исходя из этого, существуют следующие определения понятия «космическое оружие»:

• космическое оружие — любое специально созданное или переоборудованное устройство, основанное на любом физическом принципе и размещенное в космическом пространстве, предназначенное для уничтожения, повреждения или нарушения нормального функционирования объектов в космосе, на Земле или в ее воздушном пространстве, а также для уничтожения населения, компонентов биосферы, важных для существования человека, или для нанесения им ущерба15;

• космическое оружие — это системы или устройства, основанные на любых физических принципах, выводимые на орбиту Земли или размещаемые в космическом пространстве каким-либо иным образом, которые были созданы или переоборудованы для уничтожения, повреждения или нарушения нормального функционирования объектов в космическом пространстве, а также на поверхности Земли или в ее воздушном пространстве16.

Анализ различных вариантов таких определений и учет особенностей рассматриваемого предмета позволяет предложить еще одну интерпретацию данного понятия.

Космическим оружием называются специальные технические комплексы, размещаемые в космосе временно или на постоянной основе и конструктивно предназначенные для такого воздействия из космоса на объекты (средства), находящиеся на Земле, в воздухе или в акватории Мирового океана, а также на объекты (средства), функционирующие в космосе или на поверхности природных (искусственных) тел, находящихся в космическом пространстве, которое исключает возможность дальнейшего использования этих объектов (средств) по их целевому предназначению безвозвратно, или выводит их из строя до проведения на данных объектах (средствах) специальных восстановительных операций, либо нарушает их нормальное функционирование на время, соизмеримое с временным циклом использования этих объектов (средств) при решении целевых задач в соответствии с предназначением.

К данной категории оружия также могут быть отнесены указанные технические комплексы, предназначенные для уничтожения или нанесения ущерба компонентам биосферы, важным для существования человека.

Исходя из этих определений, следует ряд выводов:

первый — баллистические ракеты наземного, морского и воздушного базирования, средства противоракетной обороны (ПРО) и другие боевые средства различных классов и типов, которые, в ходе их боевого использования и находясь на боевом курсе (включая и перехват космических аппаратов), своими траекториями лишь пересекают космическое пространство, но при этом не переходят на околоземную орбиту (т. е. совершают до-

орбитальный полет), к космическому оружию не относятся;

второй — не относятся к космическому оружию и специально разрабатываемые в настоящее время противокосмические (т. е. предназначенные для поражения или временного выведения из строя объектов, функционирующих в космосе), но базирующиеся на Земле (на морских, воздушных платформах) боевые средства, в том числе и функционирующие на нетрадиционных для современного этапа развития оружия принципах.

Эти выводы позволяют утверждать, что:

• не всякое боевое средство, предназначенное для поражающего воздействия на объекты, функционирующие в космосе или любые элементы космической инфраструктуры, может быть отнесено к категории космического оружия, хотя и может считаться оружием космического назначения;

• данные замечания являются ключевыми при определении разновидностей оружия, относящегося к категории средств, предназначенных для ведения вооруженной борьбы в космосе и из космоса, и, соответственно, многое вносят в отношение к понятию «воздушно-космический ТВД».

Дальнейшие рассуждения о роли и месте боевых космических средств в системе обеспечения военной безопасности страны и решении задач стратегического сдерживания от агрессии приводят к пониманию того, что только создание (в достаточном количестве) средств, отвечающих названным характеристикам, принятие их на вооружение специально созданными в структуре ВС военными формированиями, укомплектование этих формирований личным составом, владеющим различными способами боевого использования таких средств, т. е. выполнение всего того, что неизбежно связано с необходимостью создания Военно-космических сил, позволит утверждать, что государство может и готово вести войну в космосе и из космоса.

В свое время в составе ВС России Военно-космические силы уже были созданы как отдельный и самостоятельный род войск, однако наше государство времен Горбачева и Ельцина посчитало их наличие неуместным в условиях «перезагрузки отношений с Западом». Зато теперь США такой проблемы не видят и, ссылаясь на свою особую зависимость от национальных космических средств и необходимость их защиты, создают ВКС как полноценный четвертый вид ВС, сформу-

Космическим оружием называются специальные технические комплексы, размещаемые в космосе временно или на постоянной основе и конструктивно предназначенные для такого воздействия из космоса на объекты (средства), находящиеся на Земле, в воздухе или в акватории Мирового океана, а также на объекты (средства), функционирующие в космосе или на поверхности природных (искусственных) тел, находящихся в космическом пространстве, которое исключает возможность дальнейшего использования этих объектов (средств) по их целевому предназначению безвозвратно, или выводит их из строя до проведения на данных объектах (средствах) специальных восстановительных операций, либо нарушает их нормальное функционирование на время, соизмеримое с временным циклом использования этих объектов (средств) при решении целевых задач в соответствии с предназначением.

лировав и определив основные цели и задачи боевых действий в космосе и наметив направления их реализации в первой доктрине ВКС США, названой «Космическая мощь» (Spacepower) и опубликованной в августе 2020 года17.

Высокую зависимость государств Запада от космоса понимаем и мы. В одном из своих выступлений на заседании Академии военных наук еще в 2014 году, тогда ее президент генерал армии М.А. Гареев, оценивая возможные варианты наших действий в случае начала вооруженной агрессии против России, открыто заявлял: «Известно, например, что у современных ведущих государств связь, навигация, разведка, управление стратегическими ядерными силами, ПРО (противоракетная оборона), высокоточным обычным оружием осуществляются через космос. Обрушение всей этой системы радиоэлектронными и другими асимметричными средствами может во многом снизить преимущество противостоящей стороны»18.

Российские эксперты уверены, что нашей стране есть чем ответить на новую доктрину ВКС США, поскольку у нас всегда было понимание того, что давние тенденции военного строительства в этой стране неизбежно вели к сложившемуся на сегодняшний день положению дел. Тем не менее Россия и согласный с нами Китай неоднократно предлагали США договориться о предотвращении гонки вооружения в космосе, но поскольку США системно отвергали возможность достижения таких договоренностей, то Россия, безусловно, имела и имеет все основания вести разработку противоспутникового оружия19. Более того, есть мнение, что наша страна обладает опережающими технологиями, уже позволяющими говорить о возможности создания оружия космического базирования20, но при этом официально заявляет о готовности не применять эти технологии в интересах

развития таких средств вооруженной борьбы. Однако пока США и их союзники таких предложений «не слышат», надеясь превзойти нас на очередном витке гонки вооружений на космических орбитах, зачинателями которой, кстати, они сами же и являлись.

Как и для любого другого оружия, для космического оружия может быть произведена классификация, учитывающая различные признаки его функционирования и использования. Так, например, оружие, предназначенное для ведения вооруженной борьбы в космосе и из космоса, может классифицироваться:

• по способу (образу) базирования оружия в космическом пространстве;

• по предназначению боевых комплексов;

• по уровню автоматизации;

• по принципам формирования факторов, поражающих объекты воздействия;

• по количественным результатам применения такого оружия;

• по оперативности проявления результатов воздействия;

• и т. п.

Рассмотрим некоторые из них.

По среде базирования космическое оружие может быть разделено на оружие орбитального базирования и оружие напланетного базирования.

Под космическим оружием орбитального базирования следует понимать боевые космические системы, КА которых развернуты и функционируют в космическом пространстве на орбитах боевого патрулирования (орбитах боевого дежурства) либо сразу выводятся на орбиты боевого использования. При этом, учитывая масштабы дальностей, которыми приходится оперировать при оценивании стратегической космической зоны (СКЗ), очевидно, что для различных областей СКЗ должны быть предусмотрены свои виды боевых космических средств данного типа.

Говоря о космическом оружии, нельзя не отметить и оружие напла-нетного базирования.

Казалось бы, упоминание о таком оружии с учетом подписанного 27 января 1967 года в Москве, Вашингтоне и Лондоне Договора «О принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела» (Договор 1967 года «О космосе») должно быть вообще исключено из употребления, поскольку данный договор оговаривал недопущение:

• применения силы, угрозы силой или любых враждебных действий в космосе и из космоса в отношении Земли;

• использования космического пространства, Луны, небесных тел в качестве театра войны и военных действий, для размещения военных баз и укреплений;

• использования небесных тел в целях применения силы и угрозы силой в отношении Земли, Луны, космических кораблей, персонала космических кораблей или космических объектов иного назначения, а также деятельности в мирное время в целях подготовки военных действий.

Однако, как показало время, этот Договор и последовавшие за ним соглашения «...так и не приобрели серьезной политической и юридической силы.»21, а вспоминая действия США, воспользовавшихся развалом СССР и вышедших в 2002 году из Договора по ПРО 1972 года под совершенно надуманными предлогами, рассчитывать на вероятность честного соблюдения ими Договор «О космосе» 1967 года также не приходится. История учит тому, что заключение любого договора со страной, зарекомендовавшей себя агрессором, есть для нее лишь способ обеспечить себе паузу или передышку во времени для того, чтобы, перегруппировав силы и сред-

ства, создать благоприятные условия для своих будущих недружественных действий или ослабить противника иными невоенными мерами. (История человечества знает достаточно договоров о мире «на вечные времена»). Как только обстановка изменяется и создаются необходимые условия, договор разрывается и агрессор снова действует силовыми способами.

Поэтому сейчас, когда многие страны, входящие в «космический клуб», формируют свои программы по созданию баз на Луне и планетах Солнечной системы, игнорировать возможность появления оружия напланетного базирования было бы неразумным.

Классифицируя космическое оружие по предназначению, его можно разделять (хотя иногда и весьма условно) на ударное и истребительное.

К ударному космическому оружию следует относить боевые средства, предназначенные для поражающего (нарушающего функционирование) воздействия из космоса на объекты инфраструктуры государственных и военных систем противника, имеющих стратегическое значение и размещаемых на Земле (в воздухе, в акватории Мирового океана), а также развернутых (функционирующих) на поверхности природных (искусственных) космических тел. Очевидно, что ударное космическое оружие будет наиболее эффективным в случае его развертывания в космосе на постоянной основе.

Истребительное космическое оружие — это оружие в основном противоспутниковой борьбы (ПСБ), т. е. предназначенное для боевого воздействия по КА противника, функционирующим в космосе. Оно будет использоваться в первую очередь для поражения (нарушения функционирования) боевых (ударных или истребительных), а также обеспечивающих средств космического базирования противника, находящихся, как прави-

ло, вне зон воздействия противоспутникового оружия наземного (морского, воздушного) базирования. Кроме того, с помощью оружия ПСБ будут решаться задачи завоевания превосходства в стратегической космической зоне, прикрытия от ударов противника отечественных ОГ КА различного назначения, создания зон гарантированного безопасного функционирования своих КА, уничтожения ударных БКА противника до их выхода на рубежи (участки орбит), позволяющие им атаковать защищаемые объекты. Данное оружие может быть использовано и в качестве оружия ПРО.

При этом следует еще раз отметить, что истребительное (противоспутниковое) оружие, будучи развернутым на Земле или в приземных областях (в воздушном пространстве или в акваториях Мирового океана), являясь оружием космического назначения, к категории «космическое оружие» не относится.

По уровню автоматизации космическое оружие можно рассматривать как автоматизированное и автоматическое. При этом автоматизированное и автоматическое космическое оружие следует различать по уровню его контроля операторами ВКС на различных этапах функционирования в космосе и на этапе боевого использования этого оружия в боевой ситуации.

Очевидно, что по сравнению с автоматизированным, автоматическое космическое оружие предполагает закладку в бортовые системы его управления более совершенных программ, позволяющих точнее и более адекватно контролировать обстановку, в условиях которой функционирует данный боевой комплекс, и запускающих в действие боевые алгоритмы, отрабатываемые БКА при его боевом использовании.

Также очевидно то, что автоматическое космическое оружие появит-

ся позже автоматизированного, как и то, что создавать полностью автоматические боевые космические комплексы крайне опасно: в любой ситуации человек должен сохранять контроль над техникой, используемой для решения боевых задач такого уровня.

По факторам, наносящим поражение объектам, атакуемым в космосе и из космоса, может рассматриваться оружие, действующее на основе традиционных принципов поражения и на основе принципов поражения, которые традиционными для настоящего времени не являются.

К числу традиционных принципов поражения в первую очередь следует отнести оружие кинетического поражения, когда боевая задача решается путем непосредственного контакта ударных элементов оружия с уничтожаемой целью. На этих принципах и строились первые противокосми-ческие комплексы типа американских Nike-Zeus («Найк-Зевс»), Thor DSV-2J («Тор») и ASАТ, а также советские боевые противокосмические средства типа «Истребитель спутников (ИС)» и «Контакт».

История учит тому, что заключение любого договора со страной, зарекомендовавшей себя агрессором, есть для нее лишь способ обеспечить себе паузу или передышку во времени для того, чтобы, перегруппировав силы и средства, создать благоприятные условия для своих будущих недружественных

действий или ослабить противника иными невоенными мерами. (История человечества

знает достаточно договоров о мире «на вечные времена»). Как только обстановка изменяется

и создаются необходимые условия, договор разрывается и агрессор снова действует силовыми способами.

Принципиально не отличаются от названных и известные из числа существующих и разрабатываемых на современном этапе боевых средств ПСБ: «Стандарт-3» ^-3) (США)22,23, SC-19 (модификация баллистической ракеты средней дальности (БРСД) DF-21) (Китай)24, «Миссия Шакти» (Индия)25, «Нудоль» (А-235) (Россия)26.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Однако история оружия учит тому, что в противоборстве с появляющимися на поле боя принципиально новыми видами вооружения и военной техники, к которым можно смело отнести космические средства, традиционные (для текущего момента времени) боевые средства редко оказываются эффективными. Примеров тому множество.

Так было, например, на заре истории боевой авиации, когда летчики, осознавая необходимость борьбы с воздушным противником, но не имея на борту специальных средств вооружения, пытались повредить вражеский самолет самыми примитивными способами: бросая в него камни, спуская на пропеллер металлические гирьки и крюки на веревках или нанося удары своими шасси по самолету противника сверху. Первый воздушный бой с применением огнестрельного оружия произошел 3 ноября 1913 года, во время гражданской войны в Мексике, когда в небе над Мехико пилоты аэропланов Ф. Райдер и Д. Мэмб обменялись выстрелами из револьверов. И только в 1914 году — в ходе Первой мировой войны, французский военный летчик Ролан Гар-ро, совместив пулемет с главной осью самолета, снял основные проблемы применения огнестрельного (в том числе и автоматического) оружия для ведения воздушного боя27.

Однако с появлением реактивных самолетов в авиации наступил очередной оружейный кризис: стрелко-во-пушечное вооружение, составлявшее основу авиационного оружия

времен Второй мировой войны, перестало соответствовать характеристикам новых носителей воздушного оружия — реактивным самолетам. И это очевидно. Ведь если скорость одного из самых быстрых самолетов военного времени — Як-3 — могла достигать 200 м/с, то скорость поражающих элементов стрелково-пушеч-ного авиационного и зенитного оружия (пуль и снарядов) была в 3—5 раз выше скорости самолета, что было еще приемлемым для ведения воздушного боя, но когда скорости носителя оружия, например, истребителя МиГ-15 и снаряда авиационной пушки практически сравнялись, то эффективность такой пушки резко снизилась. Преодолеть данный кризис в авиации удалось только с помощью реактивного оружия, которое впоследствии пришлось доводить до уровня самонаводящегося.

О каких же перспективах применения в космосе, например, ударного ракетного оружия можно говорить, если сами КА-цели движутся на скоростях, превышающих 7 км/с, а дальности, на которых такое ракетное оружие предполагается применять, как правило, будут измеряться минимум сотнями километров? Кроме того, уничтожение функционирующих в космосе объектов кинетическим способом возможно только в случае непосредственного контакта боевых элементов с целью, поскольку такой традиционный для земных условий поражающий фактор оружия, как ударная волна, в условиях космического вакуума просто не эффективен. Более того, обломки поражаемого КА, образующиеся при столкновении с ним ударных элементов, превращаются в объекты, которые могут быть опасны для самого истребителя-перехватчика и других КА своих же ОГ.

Вооруженная борьба в космосе потребует нового оружия! Понима-

ние необходимости создания боевых средств, отвечающих требованиям и условиям ведения вооруженной борьбы в космосе и из космоса, есть у специалистов всех стран-разработчиков противокосмических и ударных космических средств.

Это подтверждается и мнением российской Академии военных наук, выраженным в свое время ее президентом: «Мы десятилетиями исходили из положения о том, что развитие оружия и техники определяет военное искусство. В принципе это положение остается в силе. Но теперь, когда оружие все больше дорожает, ограничиваться одной стороной дела нельзя. В наше время военная наука призвана более предметно и целеустремленно определять основные направления развития вооружений, разрабатывать более конкретные оперативно-стратегические и тактические требования, описывать оружие и технику будущего»28.

С учетом этих условий особое внимание уделяется оружию, функционирующему на новых физических принципах (ОНФП). Рассматривая ОНФП как одно из перспективных и принципиально новых направлений развития оружейного дела, нельзя не отметить, что в числе многих проблем, от разрешения которых зависит будущее этого оружия, существуют и проблемы его боевого использования. При этом примечательным является то, что применение подобных боевых средств в условиях традиционных (земных) ТВД во многом представляется весьма затруднительным, зато космос — это практически идеальная среда для функционирования такого оружия.

В данном случае речь идет о лазерном, радиочастотном, рентгеновском, пучковом, геофизическом оружии, которое обеспечивает концентрацию поражающего уровня энергии электромагнитного и иных

видов излучения, а также физических полей на объектах воздействия, в связи с чем такое оружие часто называют еще и оружием направленной энергии (ОНЭ).

Следует подчеркнуть, что физические принципы, упомянутые в обобщающем названии такого оружия — ОНФП — открыты и сформулированы достаточно давно и, собственно, новыми для современной науки не являются. Однако и оружие, создаваемое на этих принципах, традиционным пока тоже не стало.

Классификация космического оружия по количественным результатам его применения учитывает количественный состав целей, поражаемых при единичном воздействии таким оружием, т. е. на этой основе уясняют: является ли данное боевое средство оружием массового поражения (ОМП), или с его помощью возможно избирательное поражение назначенных объектов, и в этом случае оно будет являться аналогом оружия, которое в настоящее время относят к категории оружия индивидуального (высокоточного) поражения (ОИнП).

Факт применения ОМП в космосе уже известен. Летом 1962 года США были проведены испытания ядерного оружия в космосе, получившие название Starfish prime («Морская звезда»). Ядерный заряд мощностью в 1,4 мегатонны, выведенный в космос ракетой, запущенной с атолла Джонстона, был взорван на высоте 400 км. Электромагнитным импульсом, возникшим в результате этого взрыва, на Гавайях, расположенных в 1500 км от его эпицентра, было зафиксировано отключение электричества, выход из строя электроники и телефонной связи, ошибочное срабатывание сигнализаций. Три КА, функционировавших в это время космосе, были выведены из строя сразу. Концентрация заряженных частиц в радиационном поясе Земли

резко увеличилась на 2—3 порядка, и в магнитосфере Земли временно возник обширный и мощный радиационный пояс, воздействие которого привело к очень быстрой деградации солнечных батарей и электроники еще у семи спутников, в том числе и у первого коммерческого телекоммуникационного спутника «Телстар-1».

В общей сложности взрыв вывел из строя третью часть существовавшей тогда низкоорбитальной группировки КА, а образованный им радиационный пояс в дальнейшем пришлось учитывать при планировании полетов пилотируемых космических кораблей «Восток-3» и «Вос-ток-4» (в августе 1962 года), а также «Меркурий-8» (в октябре 1962 года). Взрыв инициировал целую череду полярных сияний, которые произошли в последующие дни над территориями, находящимися в непривычно низких для такого явления широтах, что вызвало мощные помехи в системах радиосвязи. Последствия загрязнения магнитосферы были заметны в течение еще нескольких лет29.

Классификация космического оружия по количественным результатам его применения учитывает количественный состав целей, поражаемых при единичном воздействии таким оружием, т. е. на этой основе уясняют: является ли данное боевое средство оружием массового поражения (ОМП), или с его помощью возможно избирательное поражение назначенных объектов, и в этом случае оно будет являться аналогом оружия, которое в настоящее время относят к категории

оружия индивидуального (высокоточного) поражения.

По расчетам современных специалистов, проведение подобных испытаний в наше время привело бы к выходу из строя до 90 % КА из состава всей существующей низкоорбитальной спутниковой группировки и невозможности на некоторое время осуществления пилотируемых полетов в космосе.

Результаты таких испытаний показали, что ядерное оружие (ЯО), в силу неизбирательности своего воздействия на объекты, оказавшиеся в пределах зоны действия его поражающих факторов, является для космоса не только эффективным, но и «обоюдоострым» оружием массового поражения, поскольку его применение приведет к уничтожению не только космических средств противника, но и своих собственных КА. Такие выводы в значительной степени послужили основанием того, что 5 августа 1963 года СССР, США и Великобританией был подписан Договор о запрещении испытаний ядерного оружия в космическом пространстве.

Оружие индивидуального (высокоточного) поражения в космическом варианте исполнения должно обеспечить избирательное (прицельное, выборочное, точечное, индивидуальное) поражение назначенных объектов, не нанося при этом ущерба другим объектам, функционирующим в космическом пространстве или на Земле.

По оперативности проявления результатов воздействия космическое оружие может подразделяться:

• на оружие непосредственного воздействия, что определяется фактом выведения из строя (уничтожением) поражаемых объектов в момент воздействия по ним, т. е. в режиме реального времени (РРВ);

• на оружие, воздействие которым приводит к постепенной деградации поражаемого объекта и потере им способности к функционированию по

целевому назначению по истечении определенного времени.

Очевидно, что с созданием и организацией боевого использования как оружия космического назначения, так и собственно космического оружия связано немало проблем, к числу которых могут быть отнесены:

• обоснование боевых свойств такого оружия;

• предъявление к нему трудно просчитываемых на перспективу тактико-технических требований (ТТТ);

• организация его разработки и производства с использованием при этом ранее не применявшихся технологий;

• необходимость использования в конструкциях такого оружия совершенно новых, пока не существующих материалов;

• организация испытаний оружия;

• развертывание ОГ БКА, а также воинских формирований в составе ВС, оснащаемых подобным оружием;

• разработка основ тактики таких формирований;

• подготовка личного состава, обладающего навыками использования этого оружия по предназначению, и многое другое.

В конце концов все эти проблемы и трудности концентрируются в проблеме колоссальных финансовых затрат, связанных с созданием такого оружия.

Однако следует помнить и о том, что в истории еще не было случая, когда бы появление нового оружия не было связано с необходимостью решать перечисленные проблемы, и уж тем более случая, когда новое оружие оказывалось бы дешевле того, которое уже находится на вооружении.

Тем не менее в условиях, когда не все государства соглашаются на дальнейшее мирное развитие космоса и рассчитывают на то, что, приняв на вооружение боевые системы космического назначения, они получат для

себя односторонние военные преимущества, иного пути в сдерживании подобных агрессивных намерений пока не существует.

С созданием и принятием на вооружение истребительных и ударных средств космического вооружения вопрос милитаризации космоса будет решен окончательно, что и позволит рассматривать его сферу как пространство непосредственной вооруженной борьбы. В этом случае перед теорией военного искусства вполне естественно возникнет вопрос присвоения космосу понятия, характерного для обозначения пространств, в пределах которых ведется вооруженная борьба. В настоящее время это термины типа: «театр войны» (иностранный), «театр военных действий», «военно-географический район», «операционное направление».

Попытки дать новые определения понятию «театр военных действий» (ТВД) с учетом космической составляющей уже делаются, и к их числу могут быть отнесены, например, следующие, связанные с интерпретацией традиционно трактуемых понятий ТВД:

• для континентального ТВД — «театр военных действий — обширная часть территории континента с омывающими ее морями или акваториями океана, островами и прилегающим побережьем, а также воздушно-космическое пространство над ними, в пределах которого развертываются стратегические группировки ВС и могут вестись военные действия стратегического масштаба»30;

• для океанского ТВД — «океанский театр военных действий, географически обособленная часть акватории Мирового океана с расположенными на ней островами, прибрежной полосой суши с объектами военно-морской инфраструктуры, воздушным и околоземным космическим пространством над ними, где базируются, развертываются, а во

время войны ведут военные действия группировки ВМФ и других видов ВС противоборствующих сторон для решения стратегических и оперативно-стратегических задач»31.

Аналогичные определения приводятся и в других источниках32.

Анализируя подобные определения, можно во всем согласиться с их составителями за исключением того, что касается космоса.

В настоящее время в космосе действительно развернуты группировки космических средств, используемых при решении военных задач стратегического характера и уровня. Однако утверждать, что эти средства развертываются над территориями части континентов и омывающими их морями или акваториями океанов (морей) с островами и прилегающим побережьем континентов — это значит сильно противоречить природе космоса.

Только о некоторой части космических средств, при этом весьма условно, можно сказать, что они развернуты над какой-то территорией*.

* В этом случае речь может идти о космических аппаратах, функционирующих на геостационарных орбитах: находясь в непрерывном полете по траекториям круговых орбит с высотой порядка 36 000 км, плоскость которых практически совпадает с плоскостью земного экватора, такие КА оказываются синхронизированными по своей угловой скорости с вращающейся вокруг собственной оси Землей, а потому эти КА, в своем текущем положении, постоянно наблюдают определенный (охватывающий порядка 1/3 площади земного шара) район земной поверхности, что и позволяет называть такие КА геостационарными.

Все остальные КА, составляющие значительную часть искусственных объектов, находящихся в космосе, в силу особой физики движения в этом пространстве лишь периодически появляются над конкретными территориями и акваториями, на которых в принципе могут вестись военные (боевые) действия и которые могут рассматриваться в качестве ТВД. Однако требовать, чтобы какой-то КА в назначенное время «завис» или начал «барражировать», например, над Москвой или чтобы КА прошел вдоль береговой линии Баренцева моря, повторяя ее изгибы, нереально.

Кроме того, мнение о том, что, например, опасность для войск (сил), выполняющих боевые задачи на данном ТВД, представляют только КА, пролетающие над ними в данный момент, тоже ошибочно. Так, КА разведки противника, обеспечивающий получение видовой или радио-(радио-технической) информации с участка местности (участка акватории), находящегося в пределах его текущей видимости, может транслировать получаемую развединформацию на пункты приема информации (ППИ), находящиеся на территории других континентов, — через КА-ретрансля-торы, которые совершают свой полет далеко за пределами зон, позволяющих наблюдать их с территорий данного ТВД. Очевидно, что в этом случае удаленность КА-ретранслятора от области космического пространства, находящегося непосредственно над ТВД, не делает этот КА как менее значимым для стороны, ведущей космическую разведку, так и менее опасным для стороны, объекты которой вскрыты этими средствами разведки противника.

Другим примером, иллюстрирующим ошибочность мнения о том, что космический противник может быть опасным или может создавать условия для угрозы только из космического пространства, находящегося непосред-

ственно над территорией (акваторией) ТВД, являются ОГ КА космических навигационных систем. Ведь будучи развернутыми на круговых орбитах, на высотах порядка 20 000 км, КА таких систем могут выдавать навигационную информацию наземным (морским, воздушным) потребителям с дальностей до 25 000 км. При этом текущие координаты их трасс могут проходить над континентами или акваториями, находящимися далеко от зон, где ведутся боевые действия.

С учетом сделанных оговорок и замечаний казалось бы вполне логичным обозначить космическое пространство термином «космический театр военных действий» (КосТВД), понимая под этим область космического пространства, в пределах которой развертываются различные (боевые и обеспечивающие) космические системы и могут вестись военные (боевые) действия. Вместе с тем выше было отмечено, что боевые противокосмические системы могут существовать и в наземном варианте, а кроме того, в составе каждой КС предусмотрена и наземная инфраструктура, без существования и функционирования которой ни о какой космической деятельности говорить не приходится и воздействие по которой также предусматривается в разрабатываемых концепциях противокосмических операций33.

Учитывая эти факторы и по аналогии с определением океанского ТВД, может быть предложена следующая формулировка: космический ТВД — это области космического пространства и земной поверхности, в пределах которых развертываются орбитальные группировки различных космических систем, а также объекты наземной военно-космической инфраструктуры и могут вестись военные (боевые) действия.

Однако и такое определение не позволяет учесть всей специфики про-

странства, в пределах которого ВС в целом и ВКС в частности могут проводить боевые космические операции. Ведь если в войну вступят государства, ВС которых будут оснащены боевыми космическими средствами, то вооруженная борьба развернется не только в тех пределах космоса, которые окажутся в текущих зонах досягаемости бортового и наземного оружия боевых космических и про-тивокосмических комплексов. Под постоянной угрозой ударов из космоса окажутся группировки войск (сил) и наземные (морские, воздушные) объекты воюющих государств, когда бы и где бы они ни находились.

Поэтому если до сих пор отечественная военная теория отрицала понятие «театр войны», считая его иностранным военным термином, рассматривающим наземные, морские и воздушные пространства воюющих сторон как пространства, объединяющие в себе несколько ТВД, на которых государства потенциально могут вести военные действия, то в рассматриваемом случае и учитывая возможность постоянного глобального охвата боевыми средствами космического базирования всего наземного, морского и воздушного пространства Земли, а значит, и возможность единовременного применения таких средств в интересах решения военных задач в самых разных зонах этого пространства, придется согласиться с тем, что военный космос объединит всю Землю и околоземное космическое пространство в рамках единого «глобального» или «геоцентрического» театра войны34, или, как это трактуется в некоторых источниках — «единого военно-силового пространства»35.

В этом случае возможна следующая трактовка понятия «глобальный театр войны»: глобальное пространство Земли и области космического пространства, в пределах которых противоборствующими сто-

ронами обеспечивается базирование и развертывание группировок войск (сил), а также орбитальных группировок космических систем различного назначения, предназначенных в случае начала войны для решения стратегических и оперативно-стратегических задач.

Признание глобального театра войны как категории военного искусства отнюдь не отменит существующей системы военно-географической нарезки геостратегического пространства, являющейся основой для организации планирования, подготовки и боевого применения наземных группировок войск (сил), находящихся на соответствующих направлениях. Вполне логичным в этом случае явится придание статуса самостоятельного ТВД и околоземному космическому пространству.

Вместе с тем целый ряд отечественных военных специалистов упорно насаждает и отстаивает мнение о необходимости объединения воздушного и космического про-

Ориентируясь на порядок величин космических расстояний, можно отметить, что, допустим, в зоне прямой видимости КА, функционирующего на ГСО, в принципе находятся все КА не закрытые диском Земли, а их удаление от данного КА определяется расстояниями вплоть до 83 000 км.

странства в единый ТВД36—41, ссылаясь, в частности, на опыт создания и развития в составе ВС СССР войск противоракетной и ракетно-космической обороны (ПРО и РКО). При этом явно не учитывается тот факт, что задачи войск и ПРО, и РКО носили чисто оборонительный характер, а если в будущем войны в космосе не удастся избежать, то ее характер будет более многообразным, в связи с чем создание ВКС должно стать самостоятельным направлением военного строительства42,43.

Нельзя не учитывать и разницы масштабов разнородных пространств, которые пытаются объединить в единую боевую среду. Так, если объем воздушного пространства (даже считая его верхнюю границу на уровне 100 км, которая для традиционной авиации практически недосягаема) составляет величину порядка 5,18 х 1010 км3, то объемы операционных зон СКЗ характеризуются иными цифрами (табл.), при этом еще далеко не учитываются прилунные зоны44,45.

Принимая во внимание эти, а также многие другие факторы и признавая существование глобального театра войны, в пределах которого сохраняется существующая система нарезки геостратегического пространства с ее традиционными ТВД и операционными направлениями, неизбежно приходится признать и околоземное космичес-

Таблица

Объем воздушного и приземного космического пространства

Пространство Диапазон высот Объем

Воздушное от 0 км до 100 км 5,18 х 1010 км3

о о и ближняя операционная космическая зона от 100 км до 2000 км 1,32 х 1012 км3

о е 6Г а средняя операционная космическая зона от 2000 км до 20 000 км 7,56 х 1013 км3 3,92 х 1014 км3

О дальняя операционная космическая зона от 20 000 км до 36 000 км 3,15 х 1014 км3

кое пространство как самостоятельный ТВД, что утверждается военными профессионалами Космических и других видов и родов войск46,47,48.

В этом случае: космический ТВД — область космического пространства, в пределах которой базируются и функционируют на постоянной основе, а также оперативно развертываются орбитальные группировки космических систем различного назначения, используемые, в зависимости от складывающихся условий обстановки, для решения обеспечивающих и боевых задач.

Таким образом, становится очевидным, что развертывание в космосе и на Земле боевых космических и противокосмических систем явится началом очередной революции в военном деле, поскольку окажет влияние на самые разнообразные стороны деятельности войск (сил) и потребует напряженной как военно-научной, так и практической работы в интересах пересмотра всех существующих стратегических концепций и оперативных планов, составляющих основу боевого применения современных ВС.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Россия хочет мира в космосе, но готовится к войне. 2016. 27 мая. URL: http:// stockinfocus.ru/2016/05/27/rossiya-xochet-mira-v-kosmose-no-gotovitsya-k-vojne/ (дата обращения: 26.01.2023).

2 США пока полностью не готовы к отражению серьезной кибератаки, а готова ли к этому Россия? // Воздушно-космическая оборона. 2012. № 5 (66).

3 Золотарев П. Не того Москва боится... // Независимое военное обозрение. 2007. 22 июня.

4 Иванов В. Пентагон готовится к космическому «Перл-Харбору» // Независимое военное обозрение. 2006. 22 декабря.

5 Волков С. Космос как поле для битвы // Воздушно-космическая оборона. 2008. № 3 (40). С. 46—59.

6 Там же.

7 Иванов В. Космические амбиции Пентагона // Независимое военное обозрение. 2019. 12 апреля.

8 Трамп поручил создать Военно-космические силы США // РИА Новости. 2018. 18 июня. URL: https://ria. ru/20180618/1522945391.html (дата обращения: 26.01.2023).

9 Глава Пентагона: США нужно рассматривать космос как новый театр военных действий // ТАСС 2018. 7 августа. Международная панорама. URL: http://tass.

ru/mezhdunarodnaya-panorama/5437567 (дата обращения: 26.01.2023).

10 Советская Военная Энциклопедия. В 8 т. М.: Воениздат, 1978. Т. 6: Объекты — Радиокомпас. 671 с., 35 л.

11 Война и мир в терминах и определениях / под ред. Д.О. Рогозина. М.: Издательский дом «ПоРог», 2004. 625 с.

12 Основы теории военно-морского искусства в базовых категориях и понятиях. Утверждено начальником военно-морской академии в качестве учебного пособия к изданию. В 2 ч. СПб.: Военно-Морская академия им. Адмирала Флота Советского Союза Н.Г. Кузнецова, 2006.

13 Ануреев И.И. Оружие противоракетной и противокосмической обороны. М., Воениздат. 1971 г.

14 Космос: оружие, дипломатия, безопасность / под ред. А. Арбатова, В. Двор-кина; Моск. Центр Карнеги. М.: Российская политическая энциклопедия (РОС-СПЭН), 2009. 175 с.

15 Там же.

16 Белобров Ю. На пороге новых звездных войн // Военно-промышленный курьер. 2013. № 30 (498). 7 августа.

17 Иванов В. Пентагон выходит в околоземное пространство // Независимое военное обозрение. 2020. 28 августа.

18 Гареев М. Последовательно отстаивать национальные интересы // Военно-

промышленный курьер. 2014. № 2 (520). 22 января.

19 Кокошин А. Россия вправе разрабатывать противоспутниковое оружие. 2009. 11 марта. URL: http://www.regions.ru/ news/2201026/ (дата обращения: 26.01.2022).

20 Владимиров В. Третий подход к рекордному весу // Военно-промышленный курьер. 2016. № 36 (651). 21 сентября.

21 Космос: оружие, дипломатия, безопасность.

22 США уничтожили свой спутник. URL: http://www.vz.rU/society/2008/2/21/146703. html (дата обращения: 26.01.2023).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

23 Мясников В. Космический перехват удался // Независимое военное обозрение. 2008. 29 февраля.

24 Китай-ПКО: НОАК отрабатывает перехват американских спутников // Военно-промышленный курьер. 2014. № 29 (547). 13 августа.

25 Индия успешно сбила спутник на околоземной орбите // РИА Новости. 2019. 27 марта. URL: https://ria. ru/20190327/1552145705.html (дата обращения: 26.01.2023).

26 Арсений Г. Повод к финансированию // Военно-промышленный курьер. 2020. № 15 (828). 21 апреля.

27 Из истории ВВС. URL: http://f911.ru/ blog/19/23/23/5/blogid/69 (дата обращения: 26.01.2023).

28 Гареев М. Последовательно отстаивать национальные интересы.

29 Оружие под запретом. Ч. 6: Ядерное оружие в космосе. URL: http://vpk.name/ news/94423_na_poroge_novyih_zvezdnyih_ voin.html (дата обращения: 26.01.2023).

30 Советская Военная Энциклопедия. Т. 6.

31 Основы теории военно-морского искусства в базовых категориях и понятиях.

32 Военный энциклопедический словарь. М.: Эксмо, 2007. 1024 с.

33 Волков С. Космос как поле для битвы.

34 Геоцентрический ТВД. URL: http:// www.neogeography.ru/ru/2010-05-03-10-15-45/418-usstratcom-.html (дата обращения: 26.01.2023).

35 Михайлов А.В. Геополитика. Гл. 3. Военно-силовое пространство геополи-

тики: учебник. 2007. URL: http://4i5.ru/ library/geopolitikai-uchebnik/mihailov-geopolitika.htm (дата обращения: 26.01.2023).

36 Чельцов Б. Не допустить перекосов // Воздушно-космическая оборона. 2014. 15 июня.

37 Криницкий Ю. Воздушно-космическому ТВД быть // Воздушно-космическая оборона. 2015. 7 февраля.

38 Рог В. Борьба за господство в воздухе // Независимое военное обозрение. 2001. 26 января.

39 Дейнекин П., Рогов В. Ответственность за свое пространство // Независимое военное обозрение. 2002. 20 сентября.

40 Жмурин С.А., Криницкий Ю.В. Воздушно-космический театр военных действий как закономерный результат эволюции вооруженной борьбы // Военная Мысль. 2022. № 7. С. 48—57.

41 Криницкий Ю.В., Чеховский В.Г. Сферы вооруженной борьбы и театры военных действий // Военная Мысль. 2022. № 9. С. 21—28.

42 Бабенко А., Борчев М. Миф о единстве // Независимое военное обозрение. 2000. 6 октября.

43 Баскаков В. Нужен ли России четвертый вид Вооруженных сил? // Независимое военное обозрение. 2003. 6 июня.

44 Борчев М.А. О военной космонавтике. М.: РА космонавтики имени К.Э. Циолковского, 2005.

45 Ивашина А.В., Раскин А.В. Космический театр военных действий в современной войне. М.: ООО «Технологии рекламы», 2016. 90 с.

46 Красковский В.М. Тот ли хозяин? // Независимое военное обозрение. 2002. 18 октября.

47 Гетман М.В., Раскин А.В. Военный космос: без грифа «секретно». М.: Фонд «Русские Витязи», 2008. 464 с.

48 Николаев С.П., Кузьмин В.Н., Каминский О.Э. Особенности оценки стратегической космической зоны, как элемента геостратегического пространства // Вестник академии военных наук. 2018. 2 (63). С. 94—100.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.