Научная статья на тему 'Концептуальные основы политики ЕС в отношении Украины в 1990-е гг. '

Концептуальные основы политики ЕС в отношении Украины в 1990-е гг. Текст научной статьи по специальности «Политика и политические науки»

CC BY
549
95
Поделиться
Ключевые слова
ОБЩАЯ ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКА БЕЗОПАСНОСТИ ЕС / ОТНОШЕНИЯ ЕС И УКРАИНЫ / ОБЩАЯ ПОЗИЦИЯ ПО УКРАИНЕ / ПЛАН ДЕЙСТВИЙ ПО УКРАИНЕ

Аннотация научной статьи по политике и политическим наукам, автор научной работы — Кондратюк Е. А.

В статье на основании официальных документов осуществлена попытка анализа общеевропейского подхода к отношениям с новообразованным украинским государством в 1990-е гг., а также прослежена его эволюция. Автор полагает, что с 1991 года по 1998 год от фактического игнорирования Украины как самостоятельного международного субъекта единая Европа перешла к стратегии прагматического сотрудничества, однако идею членства украинского государства в ЕС не восприняла.

THE CONCEPTUAL FRAMEWORK OF EU POLICY TOWARDS UKRAINE DURING 1990th

The article on the base of official documents analyzes the pan-European approach to the relations with a newly constituted Ukrainian State during 1990th, and also retraces its’ evolution. The author supposes that from 1991 to 1998 consolidated Europe turned from the almost Ukraine’s ignoring as the self-sufficient international actor to the realist cooperation strategy, but it yet didn’t accepted the idea of Ukraine’s EU-membership.

Текст научной работы на тему «Концептуальные основы политики ЕС в отношении Украины в 1990-е гг. »

УДК 94/99

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ ПОЛИТИКИ ЕС В ОТНОШЕНИИ УКРАИНЫ В 1990-Е ГГ.

© 2011 Е. А. Кондратюк

аспирант каф. всеобщей истории e-mail: kathrin kimainhox.ru

Курский государственный университет

В статье на основании официальных документов осуществлена попытка анализа общеевропейского подхода к отношениям с новообразованным украинским государством в 1990-е гг., а также прослежена его эволюция. Автор полагает, что с 1991 года по 1998 год от фактического игнорирования Украины как самостоятельного международного субъекта единая Европа перешла к стратегии прагматического сотрудничества, однако идею членства украинского государства в ЕС не восприняла.

Ключевые слова: Общая внешняя политика и политика безопасности ЕС, отношения ЕС и Украины, Общая позиция по Украине, План действий по Украине.

Большую роль при изучении внешнеполитической деятельности столь важного для России сопредельного государства, как независимая Украина, играет анализ всего комплекса проблем, оказавших влияние на её формирование. На наш взгляд, при выборе приоритетов внешнеполитических сношений одним из определяющих обстоятельств выступают концептуальные сигналы со стороны потенциальных партнёров. Характерным примером, подтверждающим данный тезис, представляются отношения Украины с Европейским союзом (до 1 ноября 1993 г. - Европейским сообществом) на начальном этапе развития независимого украинского государства.

Рассуждение автора представляет собой попытку выяснить, что же послужило причиной отсутствия единого европейского подхода к отношениям с новообразованным украинским государством в первые годы независимости Украины? какие факторы оказали наибольшее влияние на появление «украинской» политики ЕС? насколько в течение 1990-х гг. эволюционировал подход единой Европы к Украине? и, наконец, действительно ли общеевропейский посыл Украине второй половины 1990-х гг. содержал в себе «приглашение в Европу» или лишь представлял собой ответ на вопрос, поставленный изменившейся исторической ситуацией?

В отечественной историографии и публицистике имеется много работ научноаналитического характера, посвященных раскрытию роли украинского государства в геополитическом треугольнике «Россия-Украина-Евросоюз». Однако они практически не касаются программных документов Европейского сообщества по Украине. Исключение составляет коллективная монография, вышедшая в 1998 г. в Санкт-Петербурге, в которой представлен детальный анализ Плана действий ЕС по Украине 1996 г.1

В связи с популярностью «европейской» тематики в Украине сформировался круг исследований, касающихся различных аспектов украино-европейских отношений. В контексте заявленной проблематики особого внимания заслуживает работа И. Я. Тодорова, в которой, в том числе, представлен анализ мотивов европейской политики в отношении Украины2. Так же обширна англоязычная историография и аналитика отношений Украины и Европейского союза. Наибольший интерес в рамках избранной темы вызывает исследование Института безопасности ЗЕС3, а также работы Ф. Кэмерона4, Т. Кузио и Дж. Морони5.

Со второй половины 1980-х гг. Европейское сообщество готовилось к переходу

на новый уровень взаимодействия в рамках единой Европы - созданию Европейского

союза. С конца 1980-х гг. началось активное формирование единых европейских

подходов касательно существовавших мировых проблем, в том числе демократических

преобразований в восточноевропейских странах социалистического лагеря и Советском

Союзе. Так, в Родесской декларации Европейский совет в очередной раз подтвердил

намерение действовать «с обновлённой надеждой» на преодоление раскола

европейского континента и поддерживать продвижение положенных в основу

европейского общества ценностей и принципов, для чего, в частности, собирался

^ 6 развивать политический диалог с восточными соседями .

2 декабря 1991 г. Еврокомиссия признала демократический характер всеукраинского референдума, а проходивший 9-10 декабря 1991 г. Маастрихтский европейский совет выразил желание развивать взаимоотношения с Белоруссией, Украиной и Россией, «свободно и мирно выражавшими свою волю к полной

7

суверенизации» .

23 декабря Западноевропейский союз приветствовал создание Содружества независимых государств и подтвердил готовность признать суверенитет всех новых независимых республик при соблюдении ими специально разработанных Советом ЕС критериев, в том числе принятии всех обязательств по разоружению и нераспространению ядерного оружия8.

Немаловажно, что среди государств, возникших на территории бывшего СССР, в отношениях с лидерами мирового сообщества именно Российская Федерация рассматривалась как основной партнёр. Что касается Украины, ожидалось, что она «так и не сможет самоуправляться, вследствие чего в скором времени возвратится в лоно России»9. Неудивительно, что готовность Российской Федерации стать правопреемником СССР на мировой арене вызвала положительную оценку единой Европы, а Маастрихтский европейский совет рекомендовал республикам бывшего СССР создать структуры взаимодействия друг с другом, которые de facto оставляли за Россией лидирующую роль на постсоветском пространстве.

В некотором смысле можно утверждать, что падение социалистического лагеря в Восточной Европе и распад СССР стали катализатором воплощения в жизнь идеи единой европейской внешней политики. Как справедливо отмечал итальянский исследователь Антонио Миссироли, перед единой Европой стали две задачи -интеграции и стабилизации10. Однако подчеркнём, что адресатами концепции интеграции изначально были государства Восточной Европы - бывшие участники социалистического блока. Что касается задачи стабилизации обстановки на европейском континенте, она охватывала и государства, возникшие на европейской части постсоветского пространства. Практическое решение последней задачи воплотилось в программах технической и финансовой помощи, среди которых основная роль отводилась программе ТАСИС11.

В то же время, учитывая обстановку крайней неопределённости, европейские политики не стремились к принятию долгосрочных политических решений в отношении бывших советских республик. В своих воспоминаниях А. М. Зленко так описывал сложившуюся в период президентства Л. М. Кравчука ситуацию: «На определённом этапе дискуссий относительно европейского будущего Украины у меня начало складываться впечатление, что для многих европейцев, включая политиков, стена (Берлинская - авт.) не исчезла, она лишь передвинулась на границу с

Украиной»12.

Не вызывает сомнений, что одним из ключевых направлений политики единой Европы в отношении бывших советских республик являлась её экономическая

составляющая. Поэтому характер взаимоотношений Европейского сообщества с новообразованными государствами, в том числе с Украиной, во многом определялся этим фактором. Что касается начала 1990-х гг., именно экономические интересы Европейского сообщества стимулировали первые конкретные шаги в этом направлении. Весной 1992 г. Еврокомиссия приняла директиву о начале переговоров по подготовке соглашений о сотрудничестве с Белоруссией, Казахстаном, Россией и Украиной. При этом основной целью Европейского сообщества, на наш взгляд, было сохранение полученных в результате длительного и сложного диалога достижений экономического характера13, установленных Соглашением о торговле и сотрудничестве, заключенным с СССР незадолго до его распада.

В целом, общеевропейская политика в отношении независимой Украины до 1994 г. отличалась декларативностью и крайней размытостью формулировок. В ней отражались опасения европейских политиков по таким проблемам, как нежелание украинского руководства идти на компромисс по поводу ядерного оружия на украинской территории, торможение в вопросе о закрытии Чернобыльской АЭС, нарастание конфронтации Украины с Российской Федерацией - основным партнёром Европы на постсоветском пространстве, высокая степень экономической нестабильности в Украине. Как справедливо отмечала О. Александрова, с конца 1991 г. по 1993 г. Украина пережила «период пренебрежения и раздражения» со стороны Западной Европы14.

Первую попытку конкретизировать стратегию развития отношений с независимой Украиной единая Европа сделала только в 1994 г. На наш взгляд, для развития событий в подобном ключе имелся ряд причин. Значительно понизился уровень украинской риторики на международной арене. В первую очередь следует отметить, что 14 января 1994 г. разрешился принципиальный вопрос о вывозе ядерного оружия бывшего СССР с территории независимой Украины и её присоединении к Договору о нераспространении ядерного оружия в качестве безъядерного государства.

14 июня 1994 г., после нескольких раундов переговоров, между Украиной и Европейским союзом было подписано базовое Соглашение о партнёрстве и сотрудничестве, что также потребовало от евроструктур формулировки единого концептуального подхода, в рамках которого должно было проходить дальнейшее развитие отношений с Украиной.

Кроме того, большое значение имело избрание на пост президента Украины Л. Д. Кучмы, который в сравнении с Л. М. Кравчуком в Европе воспринимался как молодой энергичный политик, в прошлом являвшийся «менеджером» высокого уровня. В свою очередь активная реформаторская деятельность, которую Л. Д. Кучма развернул вскоре после вступления в должность, способствовала поддержанию этого имиджа. Немаловажно, что новый украинский лидер обещал понизить уровень противостояния в российско-украинских отношениях15, что в контексте постепенного нарастания «энергетической проблемы» также представляло для Европы значительный интерес.

Несомненно, огромную роль в вопросе выработки единой общеевропейской внешнеполитической линии, в том числе в отношении Украины, сыграло вступление в силу Договора о Европейском союзе. Одним из путей реализации единой внешней политики и политики безопасности ЕС являлось принятие общих позиций по конкретным тематическим или территориальным вопросам, причем внешние политики государств-членов должны были соответствовать таким общим позициям16.

В целом, к началу 1994 г. произошла самоидентификация Украины на международной арене. С точки зрения международных отношений, наступил момент превращения этого государства из объекта мировой политики в её субъект, и Западу

нужно было «решить собственную «украинскую проблему», то есть осознать независимый статус Украины и сформулировать всестороннюю политику, учитывающую изменившуюся ситуацию в западной части бывшего СССР»17.

28 ноября 1994 г., опираясь на ранее принятые в отношении независимого

украинского государства меры и программы, Совет ЕС принял Общую позицию по 18

Украине . Согласно положениям данного документа, на тот момент Европейский союз видел несколько приоритетных направлений в отношениях с новообразованным украинским государством. В первую очередь, европейские политики планировали развивать тесные политические взаимоотношения с Украиной и вывести украиноевропейское взаимодействие на новый уровень.

Другим важнейшим для европейского руководства направлением стало «поддержание демократии» в Украине посредством консультирования по вопросам разработки нового законодательства и практической поддержки при становлении демократических институтов. Третья цель Европейского союза заключалась в поддержке рыночных реформ и оказании помощи в стабилизации украинской экономической системы. В данном контексте «скорейшее вступление в силу Соглашения о партнёрстве и сотрудничестве» между Украиной и ЕС представлялось как один из важнейших шагов, необходимых для решения этой задачи19.

При анализе и оценке политики Европейского союза в отношении Украины значение Общей позиции достаточно велико. Во-первых, данный документ был принят Советом Европейского союза, который являлся наиболее компетентным органом ЕС по вопросам осуществления Единой внешней политики и политики безопасности. Во-вторых, документ действительно формировал картину общих представлений единой Европы по всем ключевым вопросам, касавшимся независимой Украины. В-третьих, в Общей позиции говорилось, что государствами-членами будут приняты все необходимые меры к тому, чтобы их национальные политики руководствовались положениями, принятыми на общеевропейском уровне. Однако украинской элите следовало учитывать, что совместная внешняя политика всегда оставалась «болевой точкой» ЕС и при формулировке внешнеполитических курсов государства-члены исходили в первую очередь из национальных интересов20. Таким образом, Общая позиция по Украине лишь отчасти представляла собой «маяк», на который украинское руководство могло ориентироваться при выработке европейской составляющей своей внешней политики как на уровне единой Европы, так и при построении двусторонних отношений с европейскими странами.

Несмотря на видимую расположенность единой Европы в отношении новообразованных государств, в том числе Украины, европейские структуры всегда исходили из рационально-прагматических целей. Ещё в апреле 1993 г. Экономический и социальный комитет ЕС принял решение подготовить Заключение по поводу отношений ЕС с Россией, Украиной и Белоруссией. В данном документе, принятом и публично озвученном в 1995 г., содержались довольно ясные рекомендации и замечания касательно европейской политики в отношении названных государств и особенно - их стремлений войти в состав единой Европы.

Европейские эксперты не отрицали, что в соответствии с Договором о Европейском союзе любое «европейское» государство могло претендовать на членство в нём, но пояснялось, что «данное выражение включает географический, исторический и культурный элементы, из которых складывается европейская идентичность»21. Европейские политики считали, что государства-претенденты должны были осознавать, какие сложности для них могло повлечь присоединение к Европейскому союзу. Кроме того, самому ЕС требовалось время на адаптацию к новым условиям. В связи с этим Комитет не мог уяснить, почему некоторые политики призывали к

быстрому расширению на восток и массовому принятию в Евросоюз новых членов без наличия необходимых условий.

Отметим, что к середине 1990-х гг. политика некоторых европейских стран в отношении независимого украинского государства действительно изменилась. Так, в

ноябре 1994 г. канцлер ФРГ Г. Коль, наряду с Россией, назвал Украину среди

22

приоритетных партнёров Германии на постсоветском пространстве . Затем, во время визита Л. Д. Кучмы в ФРГ в июле 1995 г., немецкий лидер заявил, что отношения между двумя странами должны были перейти на новый уровень, и дал обещание

23

увеличить помощь Германии украинскому государству посредством евроструктур .

Постепенная трансформация взглядов на Украину отражалась и на общеевропейском уровне. 22 ноября 1996 г. Еврокомиссия представила на

рассмотрение Европарламента План действий по Украине. С позиции еврокомиссаров следовало продолжить поддерживать украинское государство на пути демократических преобразований, но давать украинскому руководству однозначный ответ по поводу места Украины в Европе было преждевременно. Однако подчеркивалось, что вопрос столь близкого к границам ЕС и важного с точки зрения торговли и безопасности государства следовало поставить на обсуждение в рамках единой внешней политики и политики безопасности, чему должен был послужить вышеназванный план24.

Сам План действий для Украины представляется довольно оптимистичным документом. Так, во вступительном слове говорилось: «Европейский союз

приветствует стремление Украины к сближению с Европой и намеревается, в рамках европейской архитектуры, установленной Копенгагенским европейским советом, развивать партнерские отношения с Украиной. В этом контексте Сообщество и его государства-члены подписали Соглашение о партнерстве и сотрудничестве и приняли общую стратегию трансформации и интеграции Украины в европейское пространство»25.

В целом концепция Плана действий по Украине вторила положениям Общей позиции 1994 г. В документе предполагалось развивать шесть направлений оказания помощи украинскому государству. К ним относились: поддержка экономической реформы в Украине и трансформации украинского общества, введение Украины в европейскую систему безопасности и расширение регионального сотрудничества, углубление договорных отношений и реформа энергетического сектора. Однако, по нашему мнению, в сравнении с Общей позицией новый документ носил более конкретный характер: в нём содержался проработанный механизм осуществления предложенных мероприятий. Так, в Плане действий предусматривалось увеличение количества политических контактов всех уровней, включая проведение многосторонних встреч; расширение политического диалога по вопросам безопасности и выработка совместных с Украиной ориентиров в сфере международных отношений на основе общих интересов; углубление контактов с ЗЕС и взаимодействия в рамках ОБСЕ для постепенной интеграции Украины в европейскую систему безопасности26.

6 декабря 1996 г. План действий по Украине был одобрен Советом министров ЕС. Однако положительную оценку Европарламента данный документ получил только весной 1998 г., после вступления в силу Соглашения о партнёрстве и сотрудничестве между ЕС и Украиной. В Резолюции Европарламента говорилось, что он «приветствует План действий для Украины» и «полагает, что ЕС, в тесной кооперации с ОБСЕ и Советом Европы, должен продолжить поддерживать демократический процесс в

27

Украине» . Европарламент призвал Украину и Европейский союз максимально использовать все возможности, которые предоставляло Соглашение о партнёрстве и сотрудничестве, чтобы сблизить стороны как в политическом, так и в экономическом отношении.

Однако даже к концу 1990-х гг. Единая внешняя политика и политика безопасности ЕС, в том числе в отношении Украины, была далека от «единой политики единого актора»28. Кроме того, Европейский союз представлял собой крайне динамичное межгосударственное объединение, вследствие чего от претендента на вступление в ЕС требовалось гораздо больше усилий, чем для членства в любой другой

организации29.

Таким образом, План действий по Украине 1996 г. являлся концептуальнополитическим фундаментом для всех направлений взаимодействия Евросоюза с независимой Украиной и, более того, для его расширения и углубления. Он действительно констатировал, что Украина была включена в сферу интересов европейской внешней политики как самостоятельный субъект. Помимо того, данный документ содержал разъяснение статей Соглашения о партнёрстве и сотрудничестве, которое, как отмечалось ранее, представляло для европейской стороны реальный механизм реализации собственных экономических интересов. Поэтому лишь частично можно разделить точку зрения, что План действий не был направлен на достижение

30

конкретных результатов , подтверждением чему служит дальнейшее развитие

31

отношений Украины и Евросоюза .

В то же время, по нашему разумению, украинскому истеблишменту не следовало преувеличивать значение Плана действий по Украине, в том числе рассматривая его как первый этап европейской интеграции государства. Данный документ намечал для Украины пути реформирования для приближения к европейским стандартам. Однако, во-первых, в нём не оговаривались ни сроки, ни формы, ни даже возможность вступления Украины в Европейский союз. Как отмечала по итогам Венского саммита 1998 г. ежедневная газета «Европолитика», несмотря на некоторые успехи, большую часть длительного пути осуществления структурных реформ Украине только предстояло преодолеть32.

Во-вторых, в Плане отразились все колебания европейских политиков касательно определения места Украины в Европе. Так, один из творцов единой европейской политики 1990-х гг., Ж. Делор однозначно писал, что у России нет необходимости становиться членом Европейского союза, чтобы «чувствовать себя на

33

европейском континенте как дома» . Но Украина в размышлениях политика упоминалась как государство, заслуживающее внимания и близкое Европе в культурном и историческом отношении и в то же время ставящее её перед вечным выбором между европейскими ценностями и целесообразным политическим реализмом34.

Таким образом, можно констатировать, что после распада СССР единая Европа не имела конкретной политической линии в отношении новообразованных государств, в том числе Украины, и по инерции продолжала ориентироваться на Россию как основного игрока в данном регионе. Однако дальнейшее развитие ситуации, в частности, снятие ряда украино-европейских противоречий и углубление координации в сфере внешней политики ЕС, потребовало от общеевропейских структур формулировки дальнейших путей развития отношений с украинским государством. Следствием этого стало появление Общей позиции по Украине 1994 г., а затем принятие Плана действий по Украине в 1996 г., причем в последнем предусматривались реальные механизмы воплощения намеченных ранее направлений взаимодействия. Однако, несмотря на вышесказанное, в Плане действий по-прежнему отражались сомнения европейских политиков касательно возможности присоединения Украины к общеевропейским структурам.

В целом, на протяжении 1990-х гг. общеевропейский подход в отношении Украины значительно эволюционировал: от фактического отсутствия конкретных

взглядов и пренебрежения развитием отношений с новым государством Европейский союз к концу 1990-х гг. пришёл к решению о необходимости принятия Общей стратегии по Украине. По нашему убеждению, политический концепт единой Европы в отношении Украины со второй половины 1990-х гг. состоял именно в признании этого государства как важного партнёра на постсоветском пространстве наряду с Россией. Однако он не содержал в себе конкретного намерения на вовлечение Украины в общеевропейские структуры, что, на наш взгляд, прослеживается в «украинской» политике Европейского союза и сегодня.

1 Отношения Европейского союза с Беларусью и Украиной (1994-1997 гг.) / колл. авт.: Д. В. Кацы и др. СПб.: Надежда, 1998. 48 с.

2 Тодоров I. Я. Європейська і євроатлантична інтеграція України: загальнонаціональний та регіональний виміри (1991 - 2004 рр.): автореф. дисс. ... докт. іст. наук. Донецк, 2007. 38 с.

3 Van Ham P. Ukraine, Russia and European Security: ImpHcations for Western Роїісу // Chaillot Papers. 1994. № 13. 50 p.

4 Cameron F. The foreign and security poHcy of the European Union: past, present and future. Sheffield: Sheffield academic press, 1999. 158 p.

5 Kuzio T., Moroney J. Ukraine and the West: Moving from Stability to Strategy Engagement // European Security. Vol. 10. № 2. London: Frank Cass, 2001. P. 111-126.

6 Declaration by the European Council on the International Role of the European Community (The Rhodes Declaration), Rhodes, 3 December 1988 // European foreign poHcy: key documents / ed. by Christopher Hill, Karen E. Smith in association with the Secretariat of the European Parliament. London: Routledge, 2000. 479 p. P. 149-151.

7 Declaration by the European Council on developments in the Soviet Union, Maastricht, 10 December 1991 // European Community News. December 11, 1991. P. 5-6.

8 Заявление «двенадцати» о будущем статусе России и других бывших советских республик. Брюссель - Гаага, 23 декабря 1991 г. // Дипломатический вестник. 1992. № 1. С. 4849.

9 Pond E. Rebirth of Europe. 2nd ed. Washington, D.C.: The Bookings institution, 2002. 331 p. P. 67.

10 Missiroli A. The EU and its changing neighborhood: stabilization, integration and partnership // European Union foreign and security policy: towards a neighborhood strategy / ed.by Roland Dannreuther. London: Routledge, 2004. 230 p. P. 12-13.

11 ТАСИС - учреждённая Европейским сообществом в 1991 г. программа предоставления технической помощи экономической реформе и восстановлению двенадцати бывших республик СССР и Монголии.

12 Зленко А. М. Дипломатия и политика. Украина в процессе динамичных геополитических перемен. Харьков: Фолио, 2004. 559 с. С. 60.

13 О проблемах налаживания экономических связей Европейского Сообщества и СССР

см.: Смайтер Э. Россия и Европейский Союз: история и перспективы сотрудничества (заметки европейского эксперта, 2000) // Кафедра права Европейского Союза, Центр права Европейского Союза. Московская государственная юридическая академия [сайт]. URL:

http://eulaw.edu.ru/documents/articles/rus_es_perspect.htm (дата обращения: 22.02.2011).

14 Alexandrova O. Ukraine and Western Europe // Ukraine in the World. Studies in International Relations and Security Structure of Newly Independent State / ed. by Lubomir A. Hajda. Cambridge: Cambridge University Press, 1998. 362 p. P. 147.

15 Кучма Л. Д. Україна відкрита для співробітництва: Виступ Президента України Л.Д.Кучми перед представниками дипломататичного корпусу 22 липня 1994 року // Урядовий кур'єр. 1994. 26 липня. С. 1 - 3.

16 Договор о Европейском союзе от 7 февраля 1992 года // Кафедра права Европейского Союза, Центр права Европейского союза. Московская государственная юридическая академия

[сайт]. URL: http://eulaw.edu.rU/documents/legislation/uchred_docs/evr_soiuz_nice.htm#razd_5

(дата обращения: 22.02.2011).

17 Van Ham P. Указ. соч. P. 26.

18 Common Position of 28 November 1994 defined by the Council on the basis of Article J.2 of

the Treaty on European Union on the objectives and priorities of the European Union towards Ukraine // EUR-Lex: Access to European Union law [site]. URL: http://eur-

lex.europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=CELEX:31994E0779:EN:HTML (дата обращения:

17.02.2011).

19 Ibid.

20 Cameron F. Указ. соч. P. 95-96.

21 Opinion of the Economic and Social Committee on relations between the European Union and Russia, Ukraine and Belarus// EUR-Lex: Access to European Union law [site]. URL: http://eur-lex.europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=CELEX:51995IE0055:EN :HTML (дата обращения:

19.02.2011).

22 Фрольцов В. В. Политика ФРГ в отношении Украины в 1994-1998 гг.: основные

тенденции // Журнал международного права и международных отношений. 2006. № 1 // Развитие: Международное общественное объединение по научно-исследовательским и

информационно-образовательным программам [сайт]. URL:

http://www.evolutio.info/index.php?option=com_content&task=view&id=983&Itemid=215 (дата обращения: 12.03.2011).

23 Pikhovshek V. Ukraine - Germany: waiting for «insights». 1998. June 1 // Policy

Documentation Centre [site]. URL: http://pdc.ceu.hu/archive/00001352/ (дата обращения:

03.03.2011).

24 Communication from the Commission to the Council: Action Plan for Ukraine. Luxembourg: Office for Official Publications of European Communities, 1996. 55 p. P.5.

25 Action Plan for Ukraine of 20 November 1996// Communication from the Commission to the Council: Action Plan for Ukraine. Luxembourg: Office for Official Publications of European Communities, 1996. 55 p. P. 9 - 25.

26 Ibid.

27 Resolution of the European Parliament on the Commission communication to the Council on an Action

Plan for Ukraine (C0M(96)0593 C4-0103/97)// EUR-Lex: Access to European Union law [site]. URL: http://eur-lex.europa.eu/LexUriServ/LexUriServ.do?uri=CELEX:51998IP0059(01):EN:HTML (дата обращения:

17.02.2011).

28 Zagorski A. EU Policies towards Russia, Ukraine, Moldova and Belarus // Occasional Paper Series of Geneva Centre for Security Policies. 2002. № 35. P. 3-14.

29 Kuzio T., Moroney J. Указ. соч. P. 111-126.

30 Отношения Европейского союза с Беларусью и Украиной (1994 - 1997 гг.). Указ. соч.

С. 33.

31 11-12 декабря 1998 г. на Венском саммите Европейского союза было принято решение о разработке Совместной стратегии ЕС в отношении Украины, что в соответствии со ст. 13 Договора о Европейском союзе свидетельствовало о переходе Украины в сферу важных общих интересов государств-членов ЕС.

32 EU/Ukraine: How Rigorous Should the West be with Ukraine? // EUROPOLITICS: The European Affairs Daily [site]. URL: http://www.europolitics.info/eu-ukraine-how-rigorous-should-the-west-be-with-ukraine-artr156611-44.htm (дата обращения: 17.02.2011).

33 Delors J. Reuniting Europe: Our Historic Mission. Aspen Institute: Wallenberg Lecture.

1999. 14 November // Notre Europe [site]. URL: http://www.notre-

europe.eu/en/editorials/publication/reuniting-europe-our-historic-mission (дата обращения:

17.02.2011).

34 Ibid.