Научная статья на тему 'Концепт «время» в топонимической картине мира поликультурного региона'

Концепт «время» в топонимической картине мира поликультурного региона Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
148
21
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
топоним / концепт / топонимическая картина мира / концептосфера / языковое сознание / toponym / concept / toponymic picture of the world / conceptosphere / language consciousness

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Ковлакас Елена Федоровна

В рамках когнитивной лингвистики рассматриваются межкультурные связи в топонимике исследуемых регионов. Изучение топонимии через призму когнитивной лингвистики позволяет увидеть, как мыслил народ во время освоения новых земель. В топонимической картине мира «время» объективирует концепт «пространство», формируя основную структуру. Человеческое сознание фиксирует неразрывную триаду «пространство-время-движение», отражающую взаимодействие человека с этими фундаментальными категориями. Такая взаимосвязь признается универсальной. Исследуются концепты, закрепляющие внешние объекты и играющие важную роль в социальной деятельности, что способствуют межкультурному общению. Исследование нацелено на всестороннее исследование концепта «время», отраженного в географических названиях Республики Адыгея и Краснодарского региона.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

The Time Concept in the Toponimic Picture of the World Multicultural Region

Within the framework of cognitive linguistics, intercultural relations in the toponymy of the studied regions are considered. The study of toponymy through the prism of cognitive linguistics allows you to see how people thought during the development of new lands. In the toponymic picture of the world, «time» objectifies the concept of «space», forming the basic structure. Human consciousness captures the inseparable triad of space-time-motion, refl ecting human interaction with these fundamental categories. This relationship is recognized as universal. Concepts are explored that reinforce external objects and play an important role in social activities that contribute to intercultural communication. The study is aimed at a comprehensive study of the concept of «time», refl ected in the geographical names of the Republic of Adygea and the Krasnodar region

Текст научной работы на тему «Концепт «время» в топонимической картине мира поликультурного региона»

ЛИНГВОКУЛЬТУРЫ КАК ОБЬЕКТ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ И ОСВОЕНИЯ

LINGUOCULTURES AS AN OBJECT OF INTERACTION AND MASTERING

Научная статья

УДК 81.373.2

doi: 10.18522/2072-0181-2025-122-108-114

КОНЦЕПТ «ВРЕМЯ» В ТОПОНИМИЧЕСКОЙ КАРТИНЕ МИРА ПОЛИКУЛЬТУРНОГО РЕГИОНА

Елена Федоровна Ковлакас

Новороссийский институт (филиал) Московского гуманитарно-экономического университета, г. Новороссийск, Россия, [email protected], https://orcid.org/-0000-0003-0655-3952

Аннотация. В рамках когнитивной лингвистики рассматриваются межкультурные связи в топонимике исследуемых регионов. Изучение топонимии через призму когнитивной лингвистики позволяет увидеть, как мыслил народ во время освоения новых земель. В топонимической картине мира «время» объективирует концепт «пространство», формируя основную структуру. Человеческое сознание фиксирует неразрывную триаду «пространство-время-движение», отражающую взаимодействие человека с этими фундаментальными категориями. Такая взаимосвязь признается универсальной. Исследуются концепты, закрепляющие внешние объекты и играющие важную роль в социальной деятельности, что способствуют межкультурному общению.

Исследование нацелено на всестороннее исследование концепта «время», отраженного в географических названиях Республики Адыгея и Краснодарского региона.

Ключевые слова: топоним, концепт, топонимическая картина мира, концептосфера, языковое сознание

Благодарности: автор благодарит Адыгейский государственный университет за поддержку в проведении исследования.

Для цитирования: Ковлакас Е.Ф. Концепт «время» в топонимической картине мира поликультурного региона // Научная мысль Кавказа. 2025. № 2. С. 108-114.

doi: 10.18522/2072-0181-2025-122-108-114

THE TIME CONCEPT IN THE TOPONIMIC PICTURE OF THE WORLD MULTICULTURAL REGION

Elena F. Kovlakas

Novorossiysk Institute (branch) of the Moscow Humanitarian and Economic University,Novorossiysk, Russia, [email protected], https://orcid.org/-0000-0003-0655-3952

Abstract. Within the framework of cognitive linguistics, intercultural relations in the toponymy of the studied regions are considered. The study of toponymy through the prism of cognitive linguistics allows you to see how people thought during the development of new lands. In the toponymic picture of the world, «time» objectifies the concept of «space», forming the basic structure. Human consciousness captures the inseparable triad of space-time-motion, reflecting human interaction with these fundamental categories. This relationship is recognized as universal. Concepts are explored that reinforce external objects and play an important role in social activities that contribute to intercultural communication.

© Ковлакас Е.Ф., 2025

The study is aimed at a comprehensive study of the concept of «time», reflected in the geographical names of the Republic of Adygea and the Krasnodar region.

Key words: toponym, concept, toponymic picture of the world, conceptosphere, language consciousness

Acknowledgments: The author thanks Adygeya State University for supporting the research.

For citation: Kovlakas E.F. The Time Concept in the Toponimic Picture of the World Multicultural Region. Naucnaá mysl'Kavkaza. 2025. No. 2. P. 108-114.

doi: 10.18522/2072-0181-2025-122-108-114

Original article

Многие исследователи, изучающие происхождение географических наименований, сталкиваются с серьезными трудностями при определении их этимологии, как отмечает Э. Мурзаев. Географические особенности часто дублируются у объектов, расположенных в разных локациях, поэтому опора исключительно на них недостаточна для полноценного анализа. Тем не менее, учёные отмечают системную природу этих названий - топонимы, отражающие географическую реальность, формируют целостную структурированную систему [1].

Изучение топонимов, по мнению И.В. Подольской, зачастую может приводить к отсутствию конкретной информационной ценности. Первоначальное намерение при присвоении топонима может быть искажено в процессе интерпретации его значения воспринимающей стороной [2]. Изучая географические названия многонационального района, важно принимать во внимание, как общественно-культурные факторы воздействуют на речевые особенности представителей этноса, создающего топонимы [3].

По мнению Н.К. Фролова, топонимы, объединенные в лексико-семантическое поле, отражают определенные идеологические основания, возникшие под воздействием менталитета. Ученый разработал собственную типологию семантических значений географических наименований, демонстрирующую эту связь между культурным мышлением и пространственной номинацией: «1) топонимы, выражающие социальные мотивы; 2) топонимы, выражающие предостерегающие и профилактические мотивы (предупреждения, суеверия); 3) топонимы, отражающие церковно-религиозные мотивы; 4) топонимы, выражающие эстетические мотивы; 5) топонимы, содержащие мемориальные мотивы; и 6) топонимы, содержащие идеологические мотивы современной эпохи» [4, с. 90].

При изучении системы географических названий ключевым моментом, согласно концепции И.Ю. Карпенко, выступает не происхождение наименований, а их актуальная топони-

мическая семантика. Этот тезис имеет фундаментальное значение для нашего исследования, подчеркивая приоритет текущего функционального значения над историческими корнями топонимов [5]. А.В. Суперанская в своих исследованиях расширяет традиционное понимание топонимической системы, включая психологический аспект: географические названия выступают отражением коллективного мышления людей, совместно проживающих и трудящихся на определенной территории [6].

В.А. Маслова утверждает, что уникальность мировоззрения определенной нации формируется не столько набором универсальных понятий, сколько специфическими взаимосвязями между этими концептами, характерными исключительно для данного народа. Именно эти особые соотношения создают фундамент для национально-специфичного восприятия и интерпретации окружающей действительности [7, с. 74-75].

Исследование показывает культуроспе-цифичность понятий, отражающих взаимное восприятие между разными народами. При этом концепты времени и пространства, хотя и приобретают этнические особенности в понятийной системе, сохраняют способность описывать временные и пространственные характеристики различных территорий. Как указывает Н.Д. Арутюнова, временное восприятие неразрывно связано с линейной темпоральностью, в которой «точка присутствия» разделяет прошлое и будущее, одновременно объединяя их через настоящее в целостную систему [8, с. 688].

Феномен, который кажется нам интуитивно понятным, полон противоречий и трудно поддаётся объяснению, - это время. Именно так описывает его А. Д. Шмелёв, указывая на тесную связь этого загадочного явления с человеком и подчёркивая важность данного концепта [9]. Представление о времени, согласно А.Я. Гуре-вичу, неразрывно связано с культурной принадлежностью индивида. В сознании людей формируется особый образ мира, своеобразная система

координат, через которую воспринимается реальность. Эта модель мира создаётся благодаря взаимосвязи пространственных и временных представлений, характерных для конкретной культуры [10].

Концепция времени в языковом восприятии часто переплетается с идеей жизненного пути. Сознание человека структурирует временной поток через три ключевых измерения: минувшее, текущее и грядущее. В.А. Маслова подчеркивает особую значимость концепта «время», утверждая, что именно через его призму мы интерпретируем окружающую реальность. По ее мнению, это наиболее сложный и фундаментальный концепт, служащий основой для осмысления всего, что доступно человеческому пониманию и толкованию [7, с. 77].

Цель статьи - выявить специфику топонимики поликультурого региона. Задача исследования - через призму когнитивной лингвистики проанализировать топонимические значения концепта «Время» на территории Республики Адыгея и Краснодарского края. Для изучения свойств географических объектов исследуемого региона был выбран, как наиболее эффективный инструмент, описательный метод лингвистического анализа.

Наше исследование начиналось с систематизации значений по Толковым словарям и завершилось классификацией внутри выявленной концептосферы, что позволило полноценно описать топонимические аспекты концепта «время». Картографический метод выступил дополнительным инструментом анализа - мы активно использовали карты Республики Адыгея и Краснодарского края [11], стремясь не только выявить топонимические проявления временного концепта, но и предложить их толкование с опорой на культурно-исторические данные региона. Топонимический словарь К.Х. Меретукова послужил ключевым источником этимологических данных [12].

Д.Н. Ушаков в своем «Толковом словаре» отразил восемь различных смысловых вариантов концепта «время». Понятие охватывает широкий спектр значений: от фундаментальной категории существования наряду с пространством до обыденного понимания как свободных часов или досуга. Эпоха, период, благоприятный момент, хронологическая последовательность дней и столетий, сезонные изменения - всё это входит в семантическое поле лексемы «время». Важно отметить социальный контекст создания Словаря: общественные трансформации существенно

повлияли как на язык, так и на мировоззрение русскоговорящего населения, что нашло отражение в представленных Д.Н. Ушаковым лекси-ко-семантических вариантах этого многогранного понятия [13].

Словарь С.И. Ожегова дополняет лексическое значение слова «Время»: «пора, година, срок, подходящая, удобная пора, досуг» [14]. Словарь В.И. Даля дополняет значение лексемы «время» смысловыми и понятийными связями, которые закрепляют в сознании идеи, культурные смыслы, давая возможность представить языковую картину мира в расширенном концептуальном плане: «проходящий, кратковременный период, приходящее состояние, непостоянство, изменчивость» [15].

Следует отметить, что лексема «время», значения которой представлены в Толковых словарях развёрнутой цепочкой: лексема -> лекси-ко-семантический вариант (ЛСВ) -> семы -> эволюция понятия -> культурные логосхемы ->. Речевая деятельность основывается на глубинных механизмах смыслообразования, где знаковая система служит лишь верхушкой айсберга. За словами скрывается богатый комплекс ассоциаций, включающий не только прямые лексические значения, но и архетипические образы коллективного бессознательного, а также интертекстуальные связи. Этот свернутый в знаках потенциал, преимущественно имплицитно присутствующий в речи, создает фундамент для интерпретации высказываний и непрерывного наращивания смысловых пластов.

Изучение топонимического ландшафта многонационального пространства Республики Адыгея и Краснодарского края позволило выявить общие временные маркеры, отраженные во всех лексикографических источниках. Эти территории, ранее составлявшие единую административную единицу, характеризуются богатой историей межэтнического взаимодействия. С XVIII столетия, когда началось интенсивное освоение региона, местная географическая номенклатура формировалась под воздействием различных языковых систем, аккумулируя в себе элементы кросс-культурного восприятия действительности. Миграционные волны, непрерывно трансформировавшие этническую картину региона, способствовали созданию уникальной топонимической концептосферы, в которой запечатлелись временные представления разных народов.

Исследуемый нами топонимический концепт «время» формирует в языковом сознании

наиболее универсальные категории, находящиеся в бинарных оппозициях: длительность/быстротечность; момент/период; изменяемостью/ безмерность; постоянство/изменчивость; благоденствие/непостоянство.

В ходе нашего анализа вербальных проявлений концепта «время» в топонимике, мы обнаружили, что время воспринимается людьми абстрактно, не как осязаемый феномен. Мы можем судить о нем только косвенно, через определенные маркеры, которые фиксируют семантическое содержание этого понятия. Топонимический концепт «время» раскрывается через две ключевые смысловые области: первая связывает время с временными состояниями - прошлым, настоящим и будущим, а вторая устанавливает связь между временем и движением (рис. 1).

Концепт «время» позволяет нам структурировать пространство, где первая смысловая область определяется как триада «прошлое -настоящее - будущее». Оппозиция «старый-новый» выступает ключевыми признаками-компонентами в данной концептосфере. Этот дуализм отражает линейную природу временного восприятия, характеризующегося последовательным развертыванием событий и действий во временном континууме. Например, «ст. Старо-мышастовская - ст. Новомышастовская; ст. Паш-ковская - ст. Новопашковская». Противопоставление «старый/новый» проявляется не повсеместно, а лишь фрагментарно - в гидронимах и оронимах, хотя данная оппозиция обычно более свойственна названиям населённых пунктов: «р. Кубань - рукав Старая Кубань; р. Хадажка -р. Старая Хадажка» [11].

Следующий признак концепта «время», закрепляющий прошлое/настоящее/будущее, это первый / второй (редко третий): «р. Первая Понура - р. Вторая Понура; р.1-я Кочеты - 2-я Кочеты - 3-я Кочеты» [11].

Из настоящего или будущего можно вести обратный отсчет к прошлому, измеряя эту величину через время. Человек научился лучше ориентироваться в незнакомом пространстве благодаря числовым обозначениям рек и появлению новых поселений. При номинативном процессе элементы «первый» и «старый» не являлись первоначальными. Когда возникал новый объект номинации, прежний объект еще не имел маркировки «старый». Соотносительный ряд удалось сбалансировать путем добавления этого признака-компонента. Следует уточнить, что в некоторых топонимах компонент «старый» употребляется без соотношения с компонентом

«новый». Например, «ст. Новодеревянковская -ст. Стародеревянковская; ст. Платнировская -ст. Новоплатнировская; Усть-Лабинск - ст. Ново-лабинская» [11].

ВРЕМЯ ДВИЖЕНИЕ ПРОШЛОЕ НАСТОЯЩЕЕ БУДУЗЕЕ

ВРЕЛ1Я ДВИЖЕНИЕ

СТАРЫЙ новый 1 Й 2 Й ВЕРХНИЙ НИЖНИЙ

Рис. 1. Смысловые зоны концепта «Время»

При изучении географических названий Адыгеи и Краснодарского региона мы обнаружили интересную закономерность - номинацию по числовому принципу. Топонимы нередко выстраиваются в последовательные числовые ряды, используя порядковые числительные. Такой подход к именованию особенно типичен для мировоззрения, основанного на мифологических и религиозных представлениях. Примечательно, что числовые обозначения появлялись преимущественно там, где пространственные объекты визуально казались идентичными и требовали дополнительной дифференциации. Например, «хут. Ея 1- хут. Ея 2; с. 1-я Гунайка - с. 2-я Гу-найка - с. 3-я Гунайка» [11].

Небольшое количество названий представлено топонимами, в которых первый член ряда не является маркированным. Например, «хут. Бейсужек - хут. 2-й Бейсужек; хут. Ея 1- хут. Ея 2 - хут. Ейский» [11].

В результате объединения категорий времени и пространства (верхний/нижний, первый/ второй) мы наблюдаем расширение концептуального поля «время». Одним из смысловых аспектов концепта, который мы определили, является восприятие времени как движения. Происходит значительное сужение пространства - вместо создания нового названия для объекта реальности просто отмечается его временная траектория передвижения. Например, «хут. Адагум -

хут. Верхний Адагум; с. Верхняя Беранда - с. Нижняя Беранда; пос. Верхняя Кобза - пос. Нижняя Кобза» [16, с. 211].

Память о людях, оставивших след в культурном и историческом наследии народностей, увековечена в географических названиях. Хотя человеческая жизнь скоротечна, благодаря памяти человек способен преодолеть временные ограничения. В рассматриваемом регионе понимание времени трансформируется, приобретая более глубокое значение - «время как жизненная траектория, движение по временному континууму».

Время/Движение/Память репрезентируют следующие смысловые группы топонимов:

1. Топонимы, закрепившие имена легендарных адыгов: «г. Хадыженск (от имени Хиди-жа), с. Хамышки (имя Химши)» [16, с. 157].

2. Топонимы, закрепившие память об основателях родов: «ст. Гостагаевская (родовая фамилия), пос. Дагомыс (адыгская родовая фамилия), ст. Даховская (родовая фамилия Дахо-вы)» [15, с. 243].

3. Топонимы, сохранившие имена известных личностей: «с. Архипо-Осиповка (рядовой Архип Осип); ст. Анастасиевская (княжна Анастасия); ст. Бриньковская (в честь генерала Бринько) [15, с. 157].

4. Топонимы, зафиксировавшие память о культурно-историческом прошлом, о племенах, населявших территорию Краснодарского края и Республики Адыгея: «г. Ассара - „ассы" - племя аланов, предков осетин, пос. Адлер - причерноморское племя аредба, ст. Абадзехская - племя «абадзехов» [15, с. 148].

5. Топонимы, аккумулирующие Память о прежних местах поселения, память о своей прошлой Родине: «ст. Михайловская - с. Ново-михайловское; ст. Новолеушковская - ст. Ста-ролеушковская [15, с. 148].

Линейность времени проявляется на фоне постоянно эволюционирующего содержания топонимов, которые вбирают в себя новые смысловые оттенки, характерные для конкретных исторических периодов. В данных обстоятельствах ключевой проблемой становится выбор методологии для аналитического исследования географических наименований и механизмов распознавания заключенной в них информации (рис. 2). В поликультурном регионе топонимы хранят в себе духовное наследие как создавших их народов, так и тех, кто их воспринял. Кумулятивная функция топонимов сберегает эти знания. Любой топоним неизбежно отражает две

культурные плоскости: ту, где он возник, и ту, где был принят и адаптирован.

Рис. 2. Концептосфера линейного времени

Переселенцы, прибывая в другие места, нередко сохраняли названия прежних поселений, что указывает на темпоральный аспект в топонимии. Этот феномен согласуется с теорией В.П. Нерознака, который отмечал, что дихотомия «новый-старый» в составных географических наименованиях является индикатором последовательных миграционных потоков на неосвоенные территории [17, с. 179].

По мнению Н.О. Сегал, «....в русской языковой картине мира концепт "Время" обладает широким семантико-прагматическим потенциалом, что подтверждается высокой частотностью реализующих данный концепт конструкций, а также широким коннотативным спектром» [18, с. 97].

Согласно концепции Н.Д. Арутюновой, хотя в человеческом организме отсутствует специфический орган для восприятия временных процессов, индивидуумы всё же наделены внутренней способностью ощущать течение времени [8, с. 52]. Значимость категории «время» в человеческом восприятии можно определить через призму смыслового поля время/движение. По справедливому замечанию В.И. Карасика, язык отражает ценностные ориентиры людей: то, что имеет множественное обозначение через топонимическую плотность, свидетельствует о фундаментальной роли этих элементов в жизни человека [19].

Топонимы скрывают в себе ценностную картину мира, которую можно воссоздать через призму концепта «время». Соотношение образов внешних предметов и внутренних субъективных процессов происходит благодаря времени, ключевой форме человеческого самосознания. Смысловое поле концепта «время» расширяется за счет трансформации таких концептов, как «память» и «жизненный путь», что обогащает его семантическую структуру.

В ходе исследования нами выявлена специфика концепта «время», которая ярко проявляется в топонимической системе изучаемой тер-

ритории. Топонимы, отражающие данный концепт, фиксируют этапы освоения региона, что приводит к пересечению семантических полей, таких как пространство (верхний/нижний, 1-й/2-й) и «движение» (прошлое/настоящее/будущее, старый/новый). Концептуальная структура времени находит выражение через такие семантические категории, как историческое прошлое, почтительное отношение и исторические эпохи. При этом в географических названиях закрепляется оптимистичное стремление к прогрессивному освоению пространства, результатом чего становится взаимопроникновение смысловых компонентов «благосостояние» и «будущее». На основе проведенного анализа удалось установить закономерности концептуализации мульти-культурной территории и раскрыть культурную семантику исследуемого региона.

Концепт «время» в топонимике исследуемого региона проявляется особым образом. Линейная природа времени отражается через разнообразные топонимические конструкции. Исторические этапы освоения региона фиксируются в топонимах, что нередко порождает смысловое слияние, например, зоны «движение» и «настоящее/прошлое» пересекаются. Интересно, что в топонимах, отражающих временной аспект, прослеживается желание оптимизировать пространственное освоение, из-за чего смысловые категории «благоденствие» и «будущее» могут накладываться друг на друга.

Список источников

1. Мурзаев Э. Очерки топонимики. М.: Мысль, 1974. 382 с.

2. Подольская И.В. Какую информацию несет топоним // Принципы топонимики. М.: Наука, 1964. 151 с.

3. Воробьева И.А. Русская топонимия средней части бассейна Оби. Томск: Изд-во Томского университета, 1973. 247 с.

4. Фролов Н.К. Отражение понятий духовной культуры в региональной системе русской топонимии // Материалы по русско-славянскому языкознанию: Лексические и лексико-грамматические исследования. Воронеж: Изд-во Воронежского государственного университета, 1984. С. 90-94.

5. Карпенко ЮА. О синхронической топонимике // Принципы топонимики. М.: Наука, 1964. 151с. С. 34.

6. Суперанская А.В. Теория и методика определения топоформанта / Теория и методика ономастических исследований. М.: URSS ЛКИ, 2007. С. 240-249.

7. Маслова В.А. Введение в когнитивную лингвистики. М.: Наука., 2002 296 с.

8. Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. М.: Языки русской культуры, 1999. 896 с.

9. Шмелёв А.Д. Русский язык и внеязыковая действительность. М.: Языки славянской культуры, 2002. 496 с.

10. Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. М.: Искусство, 1984. 349 с. С. 19.

11. Карта Краснодарского края и Республики Адыгея. [Электронный ресурс]. URL: https://www. google.ru/maps/d/viewer?mid=1UpVVxXR_qL1oH edCPK6ejyhCPGQ&hl=ru&ll=45.0910905748606 3%2C39.09194027805919&z=7 (дата обращения 05.05.2025).

12. Меретуков К.Х. Адыгейский топонимический словарь 3-е изд. доп. Майкоп: Качество, 2003. 423 с.

13. Ушаков Д.Н. Большой толковый словарь русского языка. М.: Дом Славянской книги, 2008. 959 с. [Электронный ресурс]. URL: https://search.rsl.ru/ ru/record/01003496179

14. Ожегов С.И. Словарь русского языка. Москва : Русский язык, 1986. 797 с. С. 89.

15. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4 т. Москва : Русский язык, 1994. 699с.

16. Ковлакас Е.Ф. Особенности формирования топонимической картины мира: лексико-прагмати-ческий и этнокультурный аспекты: Дисс. ... д-ра филол. наук. Краснодар: Кубанский государственный университет, 2009. 350 с.

17. Нерознак В.П. Перенесенная топонимия Западной Сибири // Восточно-славянская ономастика. М.: Наука, 1079. С. 179-183.

18. Сегал Н.А. Концепт «время» в современной лин-гвокультуре: способы вербализации в лексико-семантической системе русского языка // Учёные записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского» в серии «Филология. Социальные коммуникации». 2014. Т. 27. № 1. Ч. 2. С. 93-98.

19. Карасик В. И. Языковой круг: личность, концепт, дискурс. Волгоград: Перемена, 2002. 477 с.

References

1. Murzaev E. Toponymic essays. Moscow, Mysl, 1974. 382 p. (In Russ.).

2. Podolskaya I.V. What Information Does a Toponym Contain. In: Principles of Toponymy. Moscow, Nau-ka, 1964. 151 p. (In Russ.).

3. Vorobyova I. A. Russian Toponymy of the Middle Part of the Ob River Basin. Tomsk, Tomsk University Press, 1973. 247 p. (In Russ.).

4. Frolov N.C. Reflection of the Concepts of Spiritual Culture in the Regional System of Russian Toponymy. Materials on Russian-Slavic linguistics: Lexical and lexical-grammatical studies. Voronezh, Voronezh State University Press, 1984. P. 90-94.

5. Karpenko Yu.A. On Synchronic Toponymy. Principles of Toponymy. Moscow, Nauka, 1964. 151 p. P. 34. (In Russ.).

6. Superanskaya A.V. Theory and Methodology of Topoformant Determination. Theory and Methodology of Onomastic Research. Moscow, URSS LKI,

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2007. P. 240-249. (In Russ.).

7. Maslova V.A. Introduction to Cognitive Linguistics. Moscow, Nauka, 2002. 296 p. (In Russ.).

8. Harutyunova N.D. The Language and Peace of Man. Moscow, Languages of Russian Culture, 1999. 896 p. (In Russ. ).

9. Shmelyov A.D. Russian Language and Non-Language Reality. Moscow, 2002. 496 p. (In Russ.).

10. Gurevich A.Ya. Categories of Medieval Culture. Moscow, Iskusstvo, 1984. 349 p. P. 19. (In Russ.).

11. Map of the Krasnodar Territory and the Republic of Adygea. Available at: https://www.google.ru/maps/d7 viewer?mid=1UpVVxXR_qL1oHedCPK6ejyhCPG Q&hl=ru&ll=45.09109057486063%2C39.0919402 7805919&z=7 (accessed May 05, 2025). (In Russ.).

12. Meretukov K.Kh. Adyghe Toponymic Dictionary. 3rd ed. Maykop, Kachestvo, 2003. 423 p. (In Russ.).

13. Ushakov D.N. Great Explanatory Dictionary of the Russian Language. Moscow, House of Slavic Books,

2008. 959 p. (In Russ.).

14. Ozhegov S.I. Dictionary of the Russian Language. Moscow, Russkiy Yazyk, 1986. 797 p. P. 89. (In Russ.).

15. Dal VI. Explanatory Dictionary of the Living Great Russian Language. In 4 vols. Moscow, Russkiy Yazyk, 1994. 699 p. (In Russ.).

16. Kovlakas E.F. Features of formation of toponymic picture of the world: lexical-pragmatic and ethnocul-tural aspects: D.Sc. Dissertation in Philology. Krasnodar, 2009. 350 p. (In Russ.).

17. Neroznak VP. Transferred Toponymy of Western Siberia. In: East Slavic Onomastics. Moscow, Nauka, 1979. P. 179-183. (In Russ.).

18. Segal N.A. The Concept of "Time" in Modern Linguistic Culture: Methods of Verbalization in the Lex-ico-Semantic System of the Russian Language. Scientific Notes of Taurida National University named after V.I. Vernadsky, Series "Philology. Social Communications". 2014. Vol. 27. No. 1. Part 2. P. 93-98. (In Russ. ).

19. Karasik V.I. Language Circle: Personality, Concept, Discourse. Volgograd, Peremena, 2002. 477 p. (In Russ. ).

Шифр специальности: 5.9.8. Теоретическая, прикладная и сравнительно-сопоставительная лингвистика.

Информация об авторе

Е. Ф. Ковлакас - кандидат филологических наук, доцент кафедры таможенного дела и международных отношений.

Information about the author

Elena F. Kovlaras - Ph.D. in Philology, Associate Professor in the Department of Customs and International Relations.

Статья поступила в редакцию 27.05.2025; одобрена после рецензирования 08.06.2025; принята к публикации 11.06.2025.

The article was submitted 27.05.2025; approved after reviewing 08.06.2025; accepted for publication 11.06.2025.

Научная статья УДК 811.35

аок 10.18522/2072-0181-2025-122-114-121

ОБРАЩЕНИЯ В РЕЧИ АДЫГСКОЙ (КАБАРДИНО-ЧЕРКЕССКОЙ) ДИАСПОРЫ В ТУРЦИИ И В КАБАРДИНО-ЧЕРКЕССКОМ ЯЗЫКЕ МЕТРОПОЛИИ: СТЕПЕНЬ СОХРАНЕНИЯ И ОСОБЕННОСТИ

Марита Мухамедовна Абазова

Институт гуманитарных исследований - филиал Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Федеральный научный центр «Кабардино-Балкарский научный центр

© Абазова М.М., 2025

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.