Научная статья УДК 34
https://doi.org/10.24412/2414-3995-2022-3-240-245 NIION: 2015-0066-3/22-366 MOSURED: 77/27-011-2022-03-565
Конституционно-правовое регулирование прав и свобод человека и гражданина в законодательстве Швеции
Дмитрий Олегович Усанов1, Шамиль Магомедович Нурадинов2, Сергей Леонидович Нечай3
1 2 3 Московский университет МВД России имени В.Я. Кикотя, Москва, Россия
1 mitya.usanov@gmail.com
3 s.l.nechay@gmail.com
Аннотация. Анализируются особенности конституционного регулирования правого статуса личности в законодательстве Швеции. Осуществлена классификация основных прав и свобод человека и гражданина в соответствии с конституционным законодательством. Оценивается роль имплементации норм международного и европейского права в шведское законодательство в рамках рассматриваемой темы.
Ключевые слова: Конституция Швеции, права и свободы человека и гражданина в скандинавской правовой системе, конституционно-правовой статус личности, имплементация норм международного и европейского права в шведское законодательство
Для цитирования: Усанов Д. О., Нурадинов Ш. М., Нечай С. Л. Конституционно-правовое регулирование прав и свобод человека и гражданина в законодательстве Швеции // Вестник экономической безопасности. 2022. № 3. С. 240-245. https://doi.org/10.24412/2414-3995-2022-3-240-245.
Original article
Constitutional and legal regulation of the rights and freedoms of man and citizen in the legislation of Sweden
Dmitry O. Usanov1, Shamil M. Nuradinov2, Sergey L. Nechay3
1 2 3 Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of Russia named after V. Ya. Kikot', Moscow, Russia
1 mitya.usanov@gmail.com
3 s.l.nechay@gmail.com
Abstract. The features of the constitutional regulation of the legal status of a person in Swedish legislation are analyzed. The classification of the fundamental rights and freedoms of man and citizen in accordance with the constitutional legislation has been carried out. The role of the implementation of the norms of international and European law in Swedish legislation is assessed within the framework of the topic under consideration.
Keywords: Constitution of Sweden, rights and freedoms of man and citizen in the Scandinavian legal system, constitutional and legal status of the individual, implementation of international and European law in Swedish legislation
For citation: Usanov D. O., Nuradinov Sh. M., Nechay S. L. Constitutional and legal regulation of the rights and freedoms of man and citizen in the legislation of Sweden. Bulletin of economic security. 2022;(3):240-5. (In Russ.). https://doi.org/10.24412/2414-3995-2022-3-240-245.
В настоящее время Швеция относится к высокоразвитым демократическим государствам и отличается высоким уровнем экономической и политической жизни, а также правовой культуры. Парламентская демократия обеспечивает стабильность государ© Усанов Д. О., Нурадинов Ш. М., Нечай С. Л., 2022
ственно-политического режима. При этом актуальной проблемой для Швеции является проблема безопасности населения, связанная как с ростом терроризма и насильственного экстремизма, так и с развитием организованной преступности. Сложившаяся си-
туация определяет как необходимость расширения правомочий полиции, так и потребность в совершенствовании всей правовой системы государства, ядро которой составляет уникальное конституционное законодательство.
Скандинавский конституционализм детерминируется через комплекс национальных конституционно-правовых моделей, среди которых особое место отводится шведскому конституционализму.
Особенностью конституционно-правового развития Швеции во второй половине XX в. стало проведение конституционной реформы 1963-1974 гг., завершившейся принятием серии конституционных законов (1969 и 1974 гг.) и заложивших основу конституции Шведского королевства 1974 г. Это были новые редакции «Акта о форме правления» и «Акта о риксдаге» [1]. В настоящее время Конституция Швеции - это четыре фундаментальных нормативных правовых акта: Акт о форме правления 1974 г.; Акт о престолонаследии 1810 г.; Акт о свободе печати 1949 г.; Акт о свободе слова1991 г.
В настоящее время «Акт о риксдаге» (Riksdagslagen) (1974 г.) утратил статус конституционного (фундаментального) закона, но по юридической силе занимает промежуточное положение между фундаментальным и обычным законом.
Обращение к тексту конституционных законов Шведского королевства позволяет предметно рассмотреть комплекс прав и свобод человека и гражданина, фундаментом которой являются несколько конституционных принципов.
Развитие Швеции как демократического правового государства способствовало закреплению в конституционных законах положения о государственной и общественной защите интересов, прав и свобод отдельного человека, означающего, что «государственная власть должна осуществляться с уважением к достоинству всех людей вообще и к свободе и достоинству каждого человека. Личное, экономическое и культурное благосостояние личности должно быть основной целью деятельности государства» (Акт о форме правления, глава 1, § 1). Данное положение раскрывалось через утверждение, что государственные институты должны развивать идеалы демократии в качестве руководящих принципов во всех секторах общества и защищать приватную жизнь индивида, а также бороться с дискриминацией лиц по расовому, национальному, религиозному признакам, а также не ограничивать в правах слабо защищенные группы (детей, лиц с ограниченными возможностями, представителей меньшинств).
В шведской модели прав человека найден разумный баланс между интересами государства, общества и индивида, что выглядит наиболее обоснованным в условиях распространения терроризма
и возрастания угрозы национальной безопасности Швеции.
Определение в конституционных актах Швеции значительного перечня прав является показателем стремления законодателя максимально полно их гарантировать. Термин «гарантирует» применяется только в некоторых случаях. Так, в соответствии § 1 гл. 2 Акта о форме правления, государство гарантирует каждому члену соблюдение свободы мнений, что означает незыблемость таких прав, как свобода информации, вероисповедания, собраний, демонстраций и свободу выражения мнений.
Одновременно конституция Швеции устанавливает запрет на произвольное ограничение прав и свобод. Конституция Швеции отдельно оговаривает возможность ограничения ряда прав и свобод, когда государство может урезать свободу выражения мнений, информации, а также право на открытое судебное разбирательство (гл. 2 Акта о форме правления). Однако любые ограничения соответствуют духу демократического режима, существующего в скандинавских странах. В частности, подобные меры не препятствуют свободному формированию общественного мнения. В шведских правовых исследованиях подчеркивается, что «цель ограничений прав и свобод должна быть четко определена в статуте, ограничивающем конституционное право».
Фундаментальной гарантией является судебная защита прав и свобод, предусматривающей осуществление судом обязательной проверки случаев задержания или ареста лица, подозреваемого в осуществлении преступного деяния. Принудительное заключение лица под стражу также является основанием для незамедлительного рассмотрения дела в суде. Конституция также предписывает обязательность открытости судебных процессов (§ 11 гл. 2 Акта о форме правления).
Шведское государство гарантирует населению защиту от какого-либо принуждения, конкретизированного в конституционном положении о запрете на принуждение жителя государства раскрывать свои политические, религиозные и иные взгляды, принимать участие в публичным мероприятиях помимо собственной воли «в целях формирования мнения или в целях выражения иных мнений, либо защищен от принуждения принадлежать к политическому объединению, религиозному обществу или иному объединению» (§ 1 гл. 1 Акта о форме правления).
Конституционный принцип гарантированности прав и свобод означает также существование целой системы органов государственной власти, обеспечивающих незыблемость прав личности в Швеции. Так, Актом о форме правления (§ 6 гл. 13) и Актом о риксдаге (§ 2-3 гл. 13), предусмотрено избрание риксда-
гом четырех парламентских омбудсменов, контролирующих применение законов и других нормативных актов в общественной деятельности.
Особой гарантией прав и свобод является существование правоохранительной системы, важным элементом которой является шведская полиция. Действия полиции и иных правоохранительных органов исходят из конституционного принципа законности или верховенства права, предусматривающего обязательную проверку в суде примененного принуждения в отношении задержанного лица. Верховенство права - одно из ключевых положений Акта о форме правления (§ 9-11 гл. 2). Конституция предусматривает, что лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности за несовершенное деяние (§ 10 гл. 2 Акта о правлении).
Таким образом, к конституционным принципам, на которых базируется правовой статус человека и гражданина Швеции, следует отнести: во-первых, принцип защиты государством и обществом интересов, прав и свобод каждой личности; во-вторых, ответственность личности перед государством и обществом; в-третьих, принцип гарантированности прав и свобод; в-четвертых, принцип верховенства права. Данные принципы следует дополнить принципами равноправия и равенства, признающимися в качестве основополагающих большинством конституций демократических государств. Проведенный анализ конституционных положений, представляющих базис правового статуса личности в Швеции, дает возможность рассмотреть содержание конституционных прав и свобод.
Основная классификация, принятая за основу в шведском конституционном праве, означает выделение в системе конституционных прав этого государства абсолютных прав и свободы, ограничение которых невозможно ни в каком случае; относительных прав и свобод, в отношении которых допускаются некоторые ограничения со стороны законодателя; прав и свобод со слабой конституционной защитой, ограничение которых не требует отдельной правовой процедуры.
К первой группе относятся двенадцать прав и свобод, которые можно характеризовать с позиций российского конституционного права как гражданские и политические права. В частности, приоритет национальный законодатель отдает свободе в сфере исповедания религии, правам на защиту от внешних вмешательств, нарушающих свободу мысли (в шведском варианте - раскрывать взгляды на религию, политику, культуру), свободу собраний, свободу объединений (запрещается принудительное вхождение в состав любого общественного объединения). В категорию фундаментальных прав входит гарантии защиты от нарушения личных и политических прав, но не регла-
ментирует сами эти права, помещенные в категорию относительных прав.
К относительным правам оказались отнесены также несколько политических свобод - на информацию, собраний и демонстраций, союзов. Государство обеспечивает также свободу информации; свободу собраний; свободу демонстраций; свободу союзов. В эту же группу прав оказалось включено и право на открытое судебное разбирательство.
Конституция Швеции закрепляет права и свободы личности, отдельно выделяя круг вопросов, по которым иностранцы уравниваются в правах с гражданами, что позволяет условно выделить еще одну классификацию, предусматривающую разделение прав и свобод по отношению к шведскому государству. В соответствии с § 25 гл. 2 Акта о форме правления не допускается ограничение иностранцев «в свободе выражения мнений, свобода информации, свобода собраний; свободе демонстрации, свободе ассоциации; защите от принуждения выражения мнения; защите от физических нарушений; защите от лишения свободы; в праве на лишение свободы, кроме лишения свободы из-за преступного деяния или по подозрению в совершении преступления». На мигрантов распространяется действие права на публичное судебное разбирательство; права авторов, художников и фотографов на их работы; права торговли или практики профессии; права на свободу исследований. Эта категория населения подлежит защите от нарушений на основании положения, что никакие ограничения не могут быть наложены по политическим, религиозных, культурным соображениям. Однако, обоснование данной классификации требует основательной аргументации, что не позволяет рассматривать ее в качестве приоритетной в условиях интернационализации конституционно-правового статуса личности в Швеции, предполагающей разработку и принятие антидискриминационного законодательства [2].
Таким образом, в основу подходов к классификации прав и свобод, принятых в шведском конституционном праве, положены два основных критерия: во-первых, право государства ограничивать конституционные права и свободы; во-вторых, форма выражения правовой нормы. Представленные классификации отражают плюралистичность зарубежного конституционного права, стремящегося примирить международные стандарты и национальные интересы в сфере прав человека.
В тексте шведской конституции нормы, закрепляющие эти политические права объединены в свободу мнений, представляющую особый институт в шведском конституционализме, фундаментом которого выступает свобода высказываний, закрепленная в Законе о свободе печати и Основном законе выражения мнений.
В свою очередь, свобода высказываний представляет собой конструкцией, состоящей из свободы средств массовой информации и самой свободы высказываний. Право без дискриминации выражать мнения в периодической печати дополняется возможностью оглашать официальные документы, мысли и мнения, но с учетом ограничений, содержащихся в Законе о защите прав личности и общественной безопасности. Кроме того, граждане могут публиковать печатные произведения, а также передавать в средства массовой информации сведения, если это не запрещено законом. Надзор за соблюдением данного права осуществляют канцлер юстиции и прокурор, которые могут принять решение о предварительном аресте, запрещающем распространение печатного издания и его конфискацию. Судебный контроль за соблюдение свободы печати возложен на специальный суд по делам о свободе печати, включающем жюри присяжных из девяти членов (§ 2 гл. 12 Акта о свободе печати).
Свобода высказываний является близкой по содержанию к традиционной свободе слова. В соответствии с § 1 гл. 1 «Основного закона о свободе высказываний» означает право каждого члена шведского общества публично высказывать по разным вопросам в средствах массовой информации.
Особенностью конституционного законодательства Швеции является дополнение политических прав запретами возможного нарушения таковых со стороны государства. В частности, § 3 гл. 1 Акта о форме правления, «без согласия гражданина не допускается внесение во всеобщий реестр сведений о его политических взглядах». Данное положение направлено на предупреждение угроз со стороны государства демократическим правам и свободам.
Таким образом, политические права и свободы нашли закрепление во многих параграфах конституции Швеции. Их соблюдение всеми субъектами конституционно-правовых отношений представляется необходимым условием существования шведского демократического правового государства. В свою очередь государство оказывает широкую поддержку гражданскому обществу, заботясь о всех общественных объединениях, отвечающих потребность существующей шведской демократии [3]. Подобная политика способствует укреплению доверия населения к государственным органам и одновременно формированию высокого уровня ответственности самого государства.
В значительной степени созданию благоприятного имиджа шведского государства благоприятствует активная социальная политика, в основе которой лежит идеология государства всеобщего благоденствия, направленная на полное раскрытие потенциала нации [4] через достижение гражданского согласия и соци-
ального консенсуса на основе взаимных экономических интересов, участия граждан не только в выработке государственной политики, но и в ее практической реализации. В литературе обосновывается мнение, что достижением шведской государственности стало созданное по инициативе правящей социал-демократической парии социальное страхование. Реализация идеологии государства всеобщего благоденствия привела к установлению в Швеции самобытного политического режима, отразившегося как в конституции, так и в политике государства.
Итак, в конституционном законодательстве Швеции не регламентируются отдельно право на труд, право на социальное обеспечение, право на отдых и многие иные социально-экономические права. Это объясняется тем, что правоотношения в социально-экономической сфере, в основном, регулируются обыкновенными законами. Так, в 1994 г. принят Закон о государственной занятости (Public Employment Act) [5], в 1992 г. опубликован и получил законную силу Акт о высшем образовании (Higher Education Act), получивший новую редакцию в 2013 г. [6]. Сложившаяся ситуация, характеризующаяся слабой конституционной регламентацией социальных прав, критично оценивается в шведской правовой науке, отмечающей слабую сторону национального конституционализма, уступающего по влиянию на социальную сферу муниципальной власти [7].
Нам представляется логичным и другое объяснение: сравнительно небольшой объем данных прав, закрепленных в главе 1 Акта о форме правления, компенсируется за счет стандартов, содержащихся в конвенциональных нормах, признанных Швецией. В частности, Швеция была одним из первых государств, ратифицировавших Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966 г. (это произошло в 1971 г.). Ратификация Европейской социальной хартии (1996 г.) была проведена парламентом в мае 1998 г. Следует подчеркнуть, что Швеция, начиная с 1966 г., ратифицировала большинство международно-правовых актов и в целом оказалась тесно включена в европейский конституционный проект [8].
Конвенция (ЕКПЧ) получила законную силу внутри Швеции в 1953 г., а с 1 января 1995 года включена в законодательство Швеции. Этому процессу предшествовало активное обсуждение вопроса: должна ли Конвенция стать частью Конституции или обыкновенного закона? Выбор был остановлен на обыкновенном законе, но при этом Конвенция получила особый статус. В соответствии с § 19 гл. 1 Акта о форме правления, «никакой закон или иное положение не могут быть приняты, если противоречат обязательствам Швеции в рамках Европейской конвенции о защите прав и основных свобод».
Отметим, что имплементация норм международного и европейского права в шведское законодательство является сложным процессом. Вступление Швеции ЕС в 1995 г. потребовало некоторых изменений в ее внутренней правовой культуре. В зарубежных исследованиях отмечается, что закрепление в качестве императива прав человека предъявляет особые требования к судам и представителям юридического сообщества [9].
Сделаем вывод, что конституционные права и свободы составляют фундамент правовой доктрины Швеции. На их закрепление влияют как национальная (скандинавская) правовая традиция, так и активная имплементация международно-правовых норм во внутригосударственное право. Демократическое государственно-правовое развитие Швеции со второй половины XX века привело к созданию уникальной системы конституционных прав и свобод, отличающейся рядом особенностей.
Список источников
1. The Constitution of Sweden the Fundamental Laws and the Riksdag Act With an introduction by Magnus Isberg. Sveriges Riksdag, Stockholm. 2016. P. 16-17.
2. Закон о дискриминации (Discrimination Act) [электронный ресурс] // Официальный сайт Правительства Швеции / URL: http://www.government. se/information-material/2015/09/discrimination-act-2008567/ (дата обращения: 15.12.2021).
3. Трэгорд Л., Вамстад Ю. Структурирующая сила государства// Родина. 2010. № 10. С. 66.
4. Сравнительное правоведение: национальные правовые системы. Правовые системы Западной Европы / Г. Н. Андреева, О. В. Белоусова, И. С. Власов и др. ; под ред. В. И. Лафитского. М. : ИЗиСП, КОНТРАКТ, 2012. Т. 2. С. 657.
5. Lag (1994:260) om offentlig anstallning// URL: http://www.notisum.se/rnp/sls/lag/19940260.htm (дата обращения: 12.12.2021).
6. The Swedish Higher Education Act// URL: https ://www.uhr.se/en/start/laws-and-regulations/Laws-and-regulations/The-Swedish-Higher-Education-Act/ (дата обращения: 12.12.2021).
7. Nystrom B., Erlandsson L. Constitutional law as an instrument for social protection in Sweden?//
The Right to Social Security in the Constitutions of the World : Broadening the moral and legal space for social protection. ed. / Alexandre Egorov ; Marcin Wujczyk. Geneva : ILO, 2016. P. 286.
8. Bernitz U. The European Constitutional Project and the Swedish Constitution // Scandinavian Studies In Law. 2007. Vol. 52. P. 50-63.
9. Ortwein II B. M. The Swedish Legal System: An Introduction. Indiana International & Comparative Law Review. Vol 13, No 2 (2003). P. 445.
References
1. The Constitution of Sweden the Fundamental Laws and the Riksdag Act.With an introduction by Magnus Isberg. Sveriges Riksdag, Stockholm. 2016. P. 16-17.
2. Discrimination Act (2008:567) [electronic resource] // Official website of the Government of Sweden / URL: http://www.government.se/information-material/2015/09/discrimination-act-2008567/ (accessed: 15.06.2016).
3. Tragord L., Vamstad Y. Structuring power of the state // Homeland. 2010. No. 10. P. 66.
4. Comparative Law: National Legal Systems. Legal systems of Western Europe / G. N. Andreeva, O. V. Belousova, I. S. Vlasov and others ; ed. V. I. Lafitsky. M. : IZiSP, KONTRAKT, 2012. T. 2. P. 657.
5. Lag (1994:260) om offentlig anställning// URL: http://www.notisum.se/rnp/sls/lag/19940260.htm (accessed: 23.06.2016).
6. The Swedish Higher Education Act // URL: https://www.uhr.se/en/start/laws-and-regulations/Laws-and-regulations/The-Swedish-Higher-Education-Act/ (accessed: 23.06.2016).
7. Nyström B., Erlandsson L. Constitutional law as an instrument for social protection in Sweden?// The Right to Social Security in the Constitutions of the World : Broadening the moral and legal space for social protection. ed. / Alexandre Egorov ; Marcin Wujczyk. Geneva : ILO, 2016. P. 286.
8. Bernitz U. The European Constitutional Project and the Swedish Constitution // Scandinavian Studies In Law. 2007. Vol. 52. P. 50-63.
9. Ortwein II B. M. The Swedish Legal System: An Introduction. Indiana International & Comparative Law Review. Vol 13, No 2 (2003). P. 445.
Информация об авторах
Д. О. Усанов - соискатель кафедры конституционного и муниципального права Московского университета МВД России имени В.Я. Кикотя;
Ш. М. Нурадинов - профессор кафедры конституционного и муниципального права Московского университета МВД России имени В.Я. Кикотя, доктор юридических наук, профессор, заслуженный сотрудник органов внутренних дел Российской Федерации;
С. Л. Нечай - старший преподаватель кафедры конституционного и муниципального права Московского университета МВД России имени В.Я. Кикотя, кандидат исторических наук.
Information about the authors
D. O. Usanov - Applicant of the Department of of the Constitutional and Municipal Law of the Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of Russia named after V.Ya. Kikot';
Sh. M. Nuradinov - Professor of the Department of Constitutional and Municipal Law of the Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of Russia named after V.Ya. Kikot', Doctor of Legal Sciences, Professor, Honored Employee of the Internal Affairs Bodies of the Russian Federation;
S. L. Nechay - Senior Lecturer of the Department of the Constitutional and Municipal Law of the Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of Russia named after V.Ya. Kikot', Candidate of Historical Sciences.
Вклад авторов: все авторы сделали эквивалентный вклад в подготовку публикации. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Contribution of the authors: the authors contributed equally to this article. The authors declare no conflicts of interests.
Статья поступила в редакцию 10.04.2022; одобрена после рецензирования 23.06.2022; принята к публикации 08.08.2022.
The article was submitted 10.04.2022; approved after reviewing 23.06.2022; accepted for publication 08.08.2022.
Национальная безопасность. Под ред. Н. Д. Эриашвили, О. А. Мироновой, К. К. Гасанова. Учебник. 2-е изд., перераб. и доп. 271 с. Гриф НИИ образования и науки. Гриф МУМЦ «Профессиональный учебник». Гриф МНИЦ Судебной экспертизы и исследований.
В учебнике учитываются все направления политики государства, национальные приоритеты и интересы, отражаемые в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года, законодательстве и иных нормативных актах. Исследуются вопросы теории и организации безопасности государства, общества, личности.
Раскрываются особенности государственного регулирования в экономической, военной, информационной, общественной, экологической сферах безопасности. Рассматривается зарубежный опыт конституционного обеспечения национальной безопасности в ряде зарубежных стран.
Для студентов юридических и экономических вузов, осуществляющих подготовку студентов (курсантов) по специальности «Экономическая безопасность», а также аспирантов (адъюнктов) и преподавателей.
Национальная
безопасность
КЛАССИЧЕСКИЙ УЧЕБНИК
ВТОРОЕ ИЗДАНИЕ