Конклюдентные действия в дистанционных договорах: аналогия в интересах
потребителя или предпринимателя?
Conclusive actions when concluding distance contracts: is the analogy in the interests of the
consumer or the entrepreneur?
Кряжевских Е.В.
Студентка 2 курса магистратуры юридического института ФГБОУ ВО «Вятский государственный университет»
Россия, Киров e-mail: oven_mouse96@mail.ru
Kryazhevskikh E. V.
Student of the 2nd year of Master's Degree « Vyatka State University» Russia, Kirov e-mail: oven_mouse96@mail.ru
Научный руководитель: Татаринова Е.П.
Кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права и процесса юридического института ФГБОУ ВО «Вятский государственный университет»
Россия, Киров e-mail: ep_tatarinova@vyatsu. ru
Scientific supervisor: Tatarinova E.P.
Candidate of Legal Sciences, Associate Professor of the Department of Civil Law and Process of the Law Institute of the Federal State Budgetary Educational Institution of Higher Education « Vyatka State University» Russia, Kirov e-mail: ep_tatarinova@vyatsu. ru
Аннотация.
Автор рассматривает особенности применения аналогии закона при вынесении решений о заключении договоров с помощью конклюдентных действий в дистанционном порядке. Анализируя судебную практику и доктринальные источники, автор приходит к выводу что недостаточное законодательное регулирование электронных договоров нарушает права потребителей.
Annotation.
The author examines the peculiarities of the application of the analogy of the law when making decisions on the conclusion of contracts by means of implicative actions in a remote manner. Analyzing judicial practice and doctrinal sources, the author comes to the conclusion that insufficient legislative regulation of electronic contracts often violates the rights of consumers.
Ключевые слова: сделка, договорное право, заключение договора, конклюдентные действия, оферта, акцепт, молчание, дистанционный договор, электронный договор, электронная подпись.
Key words: transaction, contract law, conclusion of a contract, implicative actions, offer, acceptance, silence, distance contract, electronic contract, electronic signature.
В результате цифровизации экономических процессов в нашем обществе широкое распространение получили электронные договоры, заключаемые дистанционным путем с помощью конклюдентных действий. Однако недостаточное законодательное регулирование данных правоотношений, уклонение предпринимателей от предоставления всего объема информации об особенностях заключения договоров в сети Интернет, а также
распространенное заблуждение потребителей о недостаточности формализации договоров, заключенных с помощью конклюдентных действий, и следовательно отсутствие, на их взгляд, надлежащих правовых последствий, приводит к тотальному нарушению их прав и законных интересов [4, с. 25]. В связи с этим, целью данного исследования является выявление способов предотвращения данных злоупотреблений.
Прежде чем перейти к анализу судебной практики, возникает необходимость анализа самого понятия конклюдентных действий и иных особенностей заключения дистанционных договоров. Совершение конклюдентных действий значительно упрощает процесс вступления в гражданские правоотношения, поскольку избавляет участников таких отношений от необходимости документального закрепления достигнутых договоренностей, чем существенно экономит временные, материальные и иные ресурсы. Несмотря на то что законодательно закрепленной дефиниции «конклюдентные действия» на сегодняшний день не имеется, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) допускают возможность заключения договора определенным поведением лица, из которого «явствует его воля совершить сделку» (п. 2 ст. 158 ГК РФ).
Большой юридический словарь, по мнению автора настоящей статьи, содержит развернутое и вполне достаточное для практического использования в сфере гражданского права определение рассматриваемой категории. Термин «конклюдентный» имеет латинское происхождение и буквально переводится как «заключать, делать выводы» [2, с. 240]. Кратко содержание данного понятия можно свести к следующему: конклюдентные действия - это воля лица, выраженная в его поведении, из которого очевидно намерение заключить сделку. Из указанного определения следует, что для квалификации действий в качестве конклюдентных обязательно наличие двух признаков - намерения и волеизъявления. При этом важную роль играет однозначность и бесспорность намерения. Способы же и формы изъявления воли могут быть различными. Далее в статье будут рассмотрены возможные варианты заключения договоров посредством совершения конклюдентных действий.
Предложение о заключении договора, содержащее все его существенные условия и адресованное конкретному лицу или ограниченному кругу лиц, именуется офертой. В случае, если оферта адресована кругу лиц, которых изначально невозможно индивидуализировать и любой желающий вправе ее принять, она будет называться публичной (ст. 435, 437 ГК РФ).
Оферта может принимать самые различные формы. К примеру, публичной офертой признаются практически все предложения в сети Интернет, будь то изображение и описание товара (даже если не указана его стоимость) или какой-либо сервис, предоставляющий право на использование результатов интеллектуальной деятельности путем присоединения к его условиям (открытая лицензия) [5, с.57]. Исключением является лишь рекламное сообщение, которое часто можно опознать по оговорке «данное предложение не является публичной офертой» [3, с. 59].
Наличие в общественном месте кофе автомата или гардероба также выступает примером публичной оферты, но в форме конклюдентного действия. В свою очередь покупка кофе или сдача вещей в гардероб считается конклюдентным акцептом (принятием оферты) и означает согласие на заключение договора купли-продажи или хранения. Договор, заключенный таким способом, приравнивается к совершенному в устной форме. Направленное на электронную почту письмо или подписанный оферентом договор, например, страхования является письменной конклюдентной офертой. Его особенность заключается в том, что акцептовать такой вид оферты допустимо не только письменно (путем направления ответного согласия или подписанного договора), но и совершением конклюдентных действий во исполнение условий договора (если иное не предусмотрено законом или не указано в оферте). При акцепте письменной оферты письменная форма договора считается соблюденной (п. 3 ст. 434 ГК РФ).
Так, арендодателем ООО «Гарант» в адрес арендатора ООО «Агроторг» был направлен проект договора аренды нежилого помещения, который последним, в свою очередь, подписан и направлен на государственную регистрацию. Истец ООО «Гарант» считает договор незаключенным и просит признать обременение в виде аренды нежилого помещения отсутствующим, так как не получил в установленный договором срок акцепт от ответчика. По выводам суда спорный договор является заключенным вследствие принятия ООО «Агроторг» оферты в пределах указанного в ней срока путем совершения конклюдентных действий, направленных на исполнение принятых на себя обязательств. Следовательно, правовых оснований для признания зарегистрированного обременения отсутствующим не имеется. Таким образом, если для оферента необходимо получить акцепт (в приведенном случае - подписанный экземпляр договора аренды), то необходимо указать данное существенное условие в оферте (иначе говоря, прописать его в договоре).
Заключение дистанционного договора также возможно путем совершения сторонами встречных конклюдентных действий. Стороны достигают соглашения в переговорах и, минуя стадию документирования договоренностей, сразу приступают к исполнению условий сделки. К примеру, заказчик осуществляет оплату товара, а поставщик совершает его отгрузку. В приведенном примере дистанционного договора отсутствует какого-либо рода оферта (письменная или устная). Имеют место фактически сложившиеся договорные отношения, породившие взаимные обязательства [6, с. 433].
Данный способ дистанционного взаимодействия сторон представляется привлекательным и охотно применяется на практике. При этом договор, заключенный взаимными конклюдентными действиями, часто становятся предметом разбирательства в суде. В случае возникновения разногласий или невыполнения одной из сторон своих обязательств, договор, заключенный встречными конклюдентными действиями, имеет больше рисков и трудностей для доказывания, нежели оформленный в простой письменной форме.
По общему правилу отклонение от установленной законом простой письменной формы сделки не влечет недействительность конклюдентного договора. При этом стоит помнить о таком последствии несоблюдения письменной формы сделки как невозможность привлечения для участия в деле свидетелей (п. 1 ст. 162 ГК РФ). Остается также открытым вопрос об отнесении данного способа заключения договора к устной форме сделки [7, с. 188].
Чтобы конклюдентный договор считался заключенным, необходимо доказать факт существования договорных отношений какими-либо документами. Это может быть первичная документация, подтверждающая встречное исполнение обязательств, или нотариально заверенная переписка, содержащая согласование условий сделки. Например, истцу (перевозчику) отказано в удовлетворении требований о признании транспортного заказа к рамочному договору на перевозку грузов незаключенным. Факт заключения спорного договора путем совершения сторонами конклюдентных действий документально подтверждается предоставленными доказательствами: транспортной накладной, товарной накладной, письменным ответом истца о принятии транспортного заказа, претензией истца о признании транспортного заказа незаключенным, направленной в ответ на претензию ответчика (заказчика) о возмещении стоимости утраченного груза.
Молчание - феномен, вызывающий наибольшие споры о признании его конклюдентным выражением воли лица на заключение дистанционного договора. По общему правилу молчание в гражданском праве не является акцептом и не означает согласия лица принять обязательство, являя собой принцип автономии воли субъектов гражданского права (п. 2 ст. 1 ГК РФ). Имеется ограниченный перечень случаев при которых молчание может считаться согласием на заключение сделки: если оно предусмотрено законом или соглашением сторон, вытекает из обычая или прежних деловых отношений (п. 3 ст. 158, п. 2 ст. 438 ГК РФ). В противовес конклюдентным действиям, проявляющимся в активном поведении акцептанта, молчание выражается в
отсутствии действий, то есть является бездействием. В отличие от активно-конклюдентного акцепта бездействие в целях заключения сделки А.Г. Карапетов называет «пассивно-конклюдентным акцептом в форме молчания» [1, с.73].
Молчание является коммуникативным актом, поскольку оно без слов способствует установлению коммуникации. При отсутствии языковых средств выражения молчание обладает определенной целью, намерением и мотивом, а также имеет адресата и оказывает на него воздействие. Следовательно, молчание можно отнести к подвиду конклюдентного действия, которое содержит определенную информацию [3, с. 60].
Однако, чтобы понять какое значение и смысл имеет молчание в каждом конкретном случае необходимо знать контекст его использования. Таким образом, молчание приобретает юридическую силу только при наличии следующих условий: 1) общие представления у оферента и акцептанта о значении молчания; 2) намеренное и осознанное использование молчания акцептантом; 3) осведомленность оферента о характере молчания. К примеру, договор перевозки, приведенный ранее в качестве примера, содержит положение, согласно которому в случае, если перевозчик в течение трех часов после направления заказчиком транспортного заказа не подтверждает его принятие и не присылает отказ, транспортный заказ считается принятым на указанных в нем условиях.
В указанном случае договор нормирует пассивное поведение в виде молчания, придает ему сделочное значение, рассматривает как акцепт. Следовательно, по аналогии с активно-конклюдентным акцептом письменной оферты в указанном случае письменную форму договора можно считать соблюденной. Общим между всеми вышеприведенными способами заключения сделок, совершенных посредством конклюдентных действий, является отсутствие личного контакта и непосредственного взаимодействия сторон при заключении договора. В связи со спецификой конклюдентных действий их достаточно сложно универсально «встроить» в существующую законодательную классификацию сделок. В зависимости от ситуации, используемых способов и средств, сделки, совершенные путем выражения согласия, могут приравниваться к устным или письменным. Однако более целесообразным видится их выделение в отдельную самостоятельную разновидность дистанционной формы сделки.
Подводя итог вышесказанному, можно сформулировать следующий вывод: получившее широкое распространение применение аналогии в судебных решениях к дистанционным договорам, при возникающих спорах о факте их заключения с помощью конклюдентных действий, а также при определении момента возникновения взаимных прав и обязанностей сторон, не всегда способствует достаточной защите прав и законных интересов потребителей. Данный факт вызывает необходимость детального закрепления на законодательном уровне не только дистанционной торговли, а самой разновидности сделок в сети Интернет, под которые подпадает более широкий перечень встречающихся потребительских договоров.
Список используемой литературы:
1. Договорное право (общая часть): постатейный комментарий к статьям 420 - 453 Гражданского кодекса Российской Федерации / А.К. Байрамкулов, О.А. Беляева, А.А. Громов и др.; отв. ред. А.Г. Карапетов. Москва: М-Логос, 2020. 1425 с. // СПС КонсультантПлюс.
2. Додонов В. Н., Ермаков В. Д., Крылова М. А. и др. Большой юридический словарь. М.:790 с. 2001.
3. Зайнутдинова Елизавета Владимировна Заранее выраженное согласие на исполнение обязательства в электронной торговле // Сибирский юридический вестник. 2020. №1 (88). С 56-62
4. Никишина В.В., Татаринова Е.П. Защита прав потребителей и лицензионный договор в сети «Интернет» // Юрист. 2022. № 11. С. 21-26.
5. Татаринова Е. П., Пчелин И.А. Либерализация цифровых прав авторов: благо или бремя? // Российская юстиция. 2020. № 4. С. 57-60.
6. Татьянкина Д.А. СИск-этар соглашения: к вопросу о нормативно-правовом регулировании // Скиф. Вопросы студенческой науки. 2022. № 12 (76). С. 431-435.
7. Якимова Е.С. Молчание и конклюдентные действия как способ выражения согласия на совершение
сделки // Образование и право. 2015. №1-2. С.187-191