УДК 908
И. Н. Иноземцев
коллективизация и колхозное строительство в селе кера нижнеломовского района в довоенные годы1
Аннотация. Рассматривается ход коллективизации и особенности колхозного строительства в селе Ке-ра Нижнеломовского района. Проведен анализ производственной активности колхоза «Комсомолец» в довоенные годы.
Ключевые слова: коллективизация, крестьянство, колхоз, машинно-тракторная станция, село Кера, производительность труда, растениеводство, урожайность, животноводство.
Масштабной аграрной реформой, изменившей весь ход развития отечественного аграрного сектора, стала коллективизация, которая должна была создать все условия для эффективной перекачки средств из деревни на нужды индустриализации.
Проблема коллективизации долгое время не рассматривалась пензенскими историками. Из числа первых публикаций, фрагментарно затрагивающих данную тему, особый интерес представляют брошюра И. Г. Булатова [1], статьи И. М. Сплюхина [2], а также общие работы по истории Пензенской области и областной партийной организации [3].
Усилившийся с начала 1990-х гг. интерес исследователей к рассматриваемой тематике нашел отражение в работах В. В. Кондрашина [4], Г. Ф. Винокурова [5], В. Г. Гриша-кова [6], Е. И. Саляева [7]. Итогом многолетнего фундаментального исследования В. А. Власова, О. В. Степановой и А. В. Тишкиной стали статьи и монографии, посвященные проблемам раскулачивания и выселения пензенских крестьян в период коллективизации [8].
Таким образом, новым прогрессивным шагом в разработке проблемы коллективизации и колхозного строительства в Пензенском крае может стать применение микроисторического подхода, дающего возможность перейти от частных выводов и выявления причинно-следственных связей к концептуальной проработке вопроса.
Создание в январе 1931 г. в с. Кера Нижнеломовского района (с 27 января 1935 г. -в составе Голицынского района) колхоза «Комсомолец» происходило в русле мощного коллективизационного процесса, начавшегося на Средней Волге осенью 1930 г. [9]. Жители с. Кера, большинство из которых происходили из сословия государственных крестьян и по уровню жизни были скорее середняками, не стремились расставаться со своей собственностью и с большой предосторожностью отнеслись к колхозной форме организации производства. В связи с этим показатели коллективизации зимы-весны 1931 г. оставалась достаточно низкими: по данным сводки от 20 мая 1931 г., в колхоз «Комсомолец» вступило лишь 18 % хозяйств [10].
Одной из задач коллективизации являлась борьба с кулачеством. После выхода в свет специального постановления Политбюро «О кулаках» от 20 февраля 1931 г. началась новая волна раскулачивания и выселения, которая, как правило, производилась на основе списков лишенных избирательных прав [11, с. 39]. С 1 января по 2 октября 1931 г. из Нижнеломовского района были выселены 451 человек. В их числе оказался керский торговец бакалеей П. Г. Богатов [12].
1 Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта «Формирование и развитие локальных сообществ в российской истории (на примере с. Кера Нижнеломовского района)» № 18-39-00016.
Коллективизация расколола деревню на два враждующих лагеря: с одной стороны -лица, недовольные советской властью, с другой - сельские активисты и представители местной администрации. Частыми и массовыми явлениями стали нападения на сторонников власти, поджоги их домов и административных зданий. В частности, в 1933 г. бандой Огнева в с. Кере убит сотрудник НКВД А. М. Веденяпин [13, Л. 6 об.].
Отмечены и открытые массовые вооруженные выступления крестьян против колхозов и власти. Так, 15-16 июня 1931 г. в Кере, где коллективизация составила лишь 18-23 %, произошло антиколхозное выступление крестьян-единоличников.
Из доклада секретаря Нижнеломовского райкома Чернышёвой, введенного в научный оборот краеведом Е. И. Саляевым, становится известно, что 15 июля 1931 г. единоличники приступили к уборке ржи на своих посевах, отошедших колхозу. Просьбы местных органов власти о прекращении косьбы выполнить отказались и в тот же день направились толпой в 500-700 человек к зданию сельсовета с требованиями о проведении собрания, но им было отказано. 16 июля единоличники продолжили уборку. Тогда из уездного центра прибыли представители власти: начальник райотдела ОГПУ Иванов, начальник РУМ, начальник Голицынской волостной милиции А. В. Ждановский, члены РИКа и десять вооруженных коммунистов. После требований коммунистов о прекращении уборки единоличники пришли на собрание. Во время его проведения на машине в поле были отправлены колхозники. Узнавшие об этом единоличники, вооружившись сельхозорудиями, перегородили дорогу машине и устроили баррикаду из плетней. Они стали бросать камни в подошедший отряд, и, по заверениям Чернышёвой, даже произвели два выстрела. После двух предупредительных выстрелов в воздух со стороны отряда крестьяне разбежались.
В ходе столкновения была убита местная жительница, ранен коммунист и пять единоличников. Расследование по делу началось 16 июля, более десяти человек предстали перед судом. Но уже 17 июля единоличники вновь продолжили уборку [14].
Однако, несмотря на прямое сопротивление жителей, к 1933 г. коллективизация в с. Кера, как и на всей территории современной Пензенской области, в основном завершилась. Средневолжское крестьянство в короткий срок было вовлечено в колхозы, и создание колхозного сектора в районах сплошной коллективизации прошло значительно быстрее, чем в целом по стране [11, с. 53-54]. Главными производителями сельскохозяйственной продукции в регионе стали колхозы. Насильственная коллективизация существенно подорвала материальную базу сельскохозяйственного производства, в результате чего снизалась урожайность зерновых культур и произошел развал животноводства. Колхозы не смогли сразу дать государству необходимое количество продукции, не ущемляя при этом интересов крестьянства [15, с. 367].
В 1932 г. из числа 14 колхозов, обслуживаемых Голицынской машинно-тракторной станцией (МТС) (создана в начале 1932 г. [9]) на территории восьми сельсоветов, по количеству живой тягловой силы «Комсомолец» находился на четвертом месте, имея в хозяйстве 148 рабочих лошадей [16, л. 8-9 об.]. Такой уровень энерговооруженности позволил колхозу к 1 сентября 1932 г. выполнить план уборки зерновых культур на 49 % (1 049, 51 ц). При этом всего по сельсовету из плана в 7 272 ц выполнено 46 % (3 357 ц). По Голицынской МТС план (34 524 ц) был выполнен на 39 % (11 345, 43 ц). Таким образом, результаты уборочной кампании в керском колхозе были несколько выше средних показателей по МТС [17].
В 1932-1933 гг. в Поволжье и ряде других регионов разразился сильный голод, ставший следствием политики коллективизации и непомерных хлебозаготовок. Пензенские колхозы, несмотря на все издержки, вырастили в 1932 г. урожай, достаточный, чтобы прокормить колхозников и не допустить голода [15, с. 367].
Несмотря на то что результатом коллективизации пензенской деревни стал упадок ее экономики, разрушения производительных сил, которое бы неминуемо привело к массовому голоду, в исследуемом районе не произошло. Причины этого, на наш взгляд, следует искать в умелом стимулировании производительности труда колхозников со стороны руководства МТС и колхозов.
Так, 1934 г. был отмечен попытками создать благоприятные условия для организации работы колхозников и тем самым вовлечь в производство большее количество рабочей силы. Например, за счет создания 41 яслей на 950 детей и семи детских площадок в производство было вовлечено значительное количество трудоспособных женщин. В отдельных хозяйствах именно женский труд позволил повысить показатели урожайности [18].
Постановлением Нижнеломовского райкома ВКП (б) и политотделов МТС агрономам было поручено к 10 октября 1934 г. организовать в 15 колхозах (включая колхоз «Комсомолец»), агроучастках, райзо и МТС избы-лаборатории с целью сбора статистической информации и учета результатов опыта применения различных способов ведения хозяйства [19].
С 1929 г. для повышения производительности труда в хозяйствах повсеместно применялась практика проведения социалистических соревнований. В 1934 г. завхоз колхоза «Комсомолец» П. Ермолаев организовал соцсоревнования среди возчиков зерна и оказал помощь в выполнении хлебопоставок колхозам «Новый труд», «Путь к социализму» и « Красная звезда» [19].
Подтверждением эффективности вышеперечисленных методов является тот факт, что к 26 сентября 1934 г. колхозы Голицынской МТС выполнили план хлебопоставок на 100 % (сдано государству 34 568,46 ц). Однако по причине плохой обработки почвы и потерь при уборке урожайность не превышала 6 ц с гектара, в связи с чем годовые показатели работы керского колхоза оказались ниже, чем в 1933 г. [9].
Во второй половине 1930-х гг. основным направлением хозяйственной деятельности колхоза продолжало оставаться полеводство. Акт на вечное пользование землей в размере 3 703 га был получен 20 апреля 1936 г. [20, л. 48 об., 49.]. При этом используемый колхозом земельный фонд составлял 3 407 га, из которых в 1936 г. 77,4 % (2 638 га) было задействовано под пашню, 6,7 % (229 га) - сенокосы, 5,1 % (174 га) - усадьбы колхоза и колхозников [21, л. 49 об.]. В 1939 г. на 6,5 % (172 га) увеличивается площадь запашки, сенокосы - на 22,2 % (61 га), пастбища - на 238 % (86 га) [22, л. 157].
На протяжении всей второй пятилетки ключевое место в структуре посевных площадей колхоза занимали зерновые культуры, в частности озимая рожь, принесшая колхозу в 1935 г. наибольший доход в растениеводстве - 15 118 руб. Чуть меньшая посевная площадь отводилась под овес (в 1935 г. получен доход в 14 905 руб.) [22, л. 7 об., 8.]. В 1935-1939 гг. стабильно засеивалось не менее 437 га данной культуры.
Среди технических культур лидировала конопля, посевы которой стабильно увеличивались и в 1939 г. составили 139 га [21, л. 155 об.]. Наблюдался также рост площадей возделывания бобовых культур, а из овощных в отдельные годы выращивалась лишь капуста. Площадь посаженного картофеля не превышала 21 га, а в 1937 г. посадка и вовсе не производилась [23, л. 88 об.].
Наибольшие показатели урожайности зерновых были достигнуты в 1937 г., когда с одного гектара смогли получить 9,4 ц ржи, 11 ц озимой и 10,9 ц яровой пшеницы, 12 ц овса [23, л. 88 об.]. Резко повысилась урожайность конопли, составившая 4-12 ц с гектара [23, л. 114 об., 115]. Однако в последующие годы отмечен достаточно низкий уровень урожайности всех культур. В последний предвоенный 1940-й год колхоз выполнил план хлебозаготовок лишь на 46,7 % [9].
Малыми темпами в хозяйстве развивалась отрасль животноводства. Во второй половине 1930-х гг. колхоз специализировался на племенном свиноводстве, доходы от которого в 1935 г. составили 3 316 руб., а поголовье на построенной свино-товарной ферме (СТФ) выросло за год в 4,5 раза [22, л. 9]. Почти в два раза по сравнению 1935 г. увеличилось количество лошадей, составившее к началу 1936 г. 208 голов [20, л. 50].
В состоянии стагнации находилось разведение крупного рогатого скота. Так, во второй половине 1930-х гг. поголовье крупного рогатого скота (КРС) составляло по годам: 1935 г. - 3 [22, л. 9] , 1936 г. -12 [20, л. 50], 1937 г. - 4 [23, л. 90], 1938 г. - 3 [23, л. 90], 1939 г. -10 [21, л. 157], 1940 г. - 23 [21, л. 157]. А средний годовой надой молока в 1935 г. на трех коров, имевшихся в колхозе, оказался равен 700 л [22, л. 9]. За счет существующей пасеки в колхозе было налажено производство меда, а с 1937 г. получило распространение овцеводство.
На протяжении второй половины 1930-х гг. степень механизации сельхоз производства оставалась незначительной. К тому же машины со временем приходили в негодность, а новых поступлений не наблюдалось [20-23].
Развивались некоторые виды промышленного производства. Колхоз частично обеспечивал себя отдельными видами строительных материалов. Уже в 1936 г. в колхозе был небольшой кирпичный завод, который за год произвел 61 800 шт. обожженного кирпича. Работали кузница и шорная [20, л. 51]. Высокие показатели производительности демонстрировала водяная мельница (339 ц за год), дававшая колхозу стабильный доход [23, л. 3, 3 об.].
Одним из показателей прогресса хозяйства можно считать развитие колхозной инфраструктуры и увеличение числа хозяйственных построек: к концу второй пятилетки в эксплуатацию были введены два зернохранилища вместимостью 650 т, три типовые конюшни на 67 голов, семь приспособленных конюшен на 55 голов, коровник и свинарник [23, л. 116].
Наблюдался небольшой отток жителей из села, связанный, по всей видимости, с мероприятиями по вербовке отходников на промышленные предприятия. Если в 1936 г. в колхоз входило 434 крестьянских двора (947 трудоспособных жителей, организованных в семь полеводческих бригад) [22, л. 7], то уже к 1939 г. их число сократилось на 5,9 % и составило 408 дворов (978 трудоспособных) [24, л. 236 об.].
Коллективизация и перекачка рабочей силы в промышленный сектор негативным образом отразились на развитии социума локального сообщества. Именно в 1930-е гг. рост численности населения сменился постепенным сокращением. Так, к 1939 г. число жителей уменьшилось по сравнению с 1926 г. на 16,7 %, составив 1 519 человек [25, с. 591].
Итак, коллективизация все-таки позволила создать социальную базу для развития агросектора, высвободить часть рабочей силы для промышленной сферы и повысить производительность труда. Новая форма ведения сельскохозяйственной деятельности еще находилось на начальных этапах своего развития и остро нуждалась в государственной поддержке, которая была ничтожно мала или вовсе отсутствовала. Увеличение объемов производства достигалось не только благодаря созданной системе принуждения, но и за счет использования методов повышения личной заинтересованности колхозников.
Несмотря на отмеченные в колхозе «Комсомолец» низкую организацию и дисциплину труда, к концу второй пятилетки наблюдался некоторый рост показателей производственной активности. Однако в силу недостаточной механизации основным фактором производства по-прежнему оставался человеческий труд. Колхозам требовалась значительная государственная поддержка, а также мирные условия развития.
Библиографический список
1. Булатов, И. Г. Пензенская партийная организация в период наступления социализма по всему фронту. Создание колхозного строя (1929-1932 гг.) / И. Г. Булатов. - Пенза, 1960. - 47 с.
2. Сплюхин, И. М. К истории коллективизации сельского хозяйства в Пензенском крае / И. М. Сплюхин // Краеведческие записки. Вып. 1. - Пенза, 1963. - С. 137-159.
3. Из истории организационно-хозяйственного укрепления колхозов и совхозов в Пензенском крае (1932-1969 гг.) // Краеведческие записки. Вып. 2. - Пенза, 1970.
4. Путь в полвека: Пензенская область за 50 лет советской власти / под ред. П. Д. Селиванова. - Саратов; Пенза, 1967. - 368 с.
5. Очерки истории Пензенской партийной организации КПСС / под ред. Г. В. Мясникова. -Саратов; Пенза, 1983. - 503 с.
6. Кондрашин, В. В. Голод 1932-1933 гг. в российской деревне / В. В. Кондрашин. - Пенза, 2003. - 366 с.
7. Кондрашин, В. В. Голод 1932-1933 годов. Трагедия российской деревни / В. В. Конд-рашин. - Москва, 2008. - 520 с.
8. Кондрашин, В. В. Хлебозаготовительная политика в годы первой пятилетки и ее результаты (1929-1934 гг.) / В.В. Кондрашин. - Москва, 2014. - 375 с.
9. Винокуров, Г. Ф. К вопросу сокращения сельского населения на рубеже 1920-1930-х гг. Переписка писателя Ф. В. Гладкова как исторический источник / Г. Ф. Винокуров // Новые страницы истории Отчества : межвуз. сб. науч. тр. - Пенза, 1992. - С. 128-143.
10. Боевые штабы по раскулачиванию / Г. Ф. Винокуров // Страницы истории Отчества : межвуз. сб. науч. тр. - Пенза, 1996.
11. Гришаков, В. Г. Жертвы «Великого перелома» в Каменском районе 1924-1953 гг. / В. Г. Гришаков. - Пенза, 2010. - 232 с.
12. Саляев, Е. И. Земля и люди: крестьянский вопрос: пензенская деревня с 1861 года до начала XXI века. Кн. 2: Пензенская деревня в 1928-1984 гг. / Е. И. Саляев. - Москва : Юриспруденция, 2014. - 828 с.
13. Саляев, Е. И. Как подчиняли деревню / Е. И. Саляев // Куранты-Маяк. - 2013. - № 55, 58, 64.
14. Власов, В. А. Коллективизация и раскулачивание в Пензенском крае / В. А. Власов, О. В. Степанова, А. В. Тишкина. - Пенза : ПГПУ им. В. Г. Белинского, 2009. - 499 с.
15. Власов, В. А. Выселение раскулаченных крестьян Пензенского края / В. А. Власов, А. В. Тишкина // Известия ПГПУ им. В. Г. Белинского. Гуманитарные науки. - 2011. - № 23.
16. Власов, В. А. «Великий перелом» в пензенской деревне / В. А. Власов, А. В. Тишкина. -Пенза : ПГУ; ГУМНИЦ, 2013. - 148 с.
17. Клохтунов, И. И. Кера: краткая хроника событий по истории села: машинная рукопись (хранится в краеведческом музее МБОУ СОШ с. Голицыно) / И. И. Клохтунов. - Голицыно, 1992.
18. На переломе. - 1931. - № 22. - 20 мая / Фонд краеведческого музея МБОУ СОШ с. Голи-
цыно.
19. Власов, В. А. «Великий перелом» в пензенской деревне / В. А. Власов, А. В. Тишкина. -Пенза : ПГУ; ГУМНИЦ, 2013. - 148 с.
20. Саляев, Е. И. Как подчиняли деревню. Свидетельства очевидцев / Е. И. Саляев // Куранты-Маяк. - 2013. - 8 декабря.
21. ГАПО. Ф. п-2564. Оп. 1. Д. 53.
22. Саляев, Е. И. Как подчиняли деревню. Свидетельства очевидцев / Е. И. Саляев // Куран-ты-Маяк. - 2013. - 19 августа.
23. Пензенский край в истории и культуре России : монография / под ред. О. А. Суховой. -Пенза : Изд-во ПГУ, 2014. - 526 с.
24. ГАПО. Ф. р-644. Оп. 1. Д. 8.
25. ГАПО. Ф. р-644. Оп. 1. Д. 2. без указания номеров листов.
26. Москвина, Е. Поднялась активность женщин / Е. Москвина // За зажиточного колхозника. - 1934. - № 26. - 7 ноября.
27. Клохтунов, И. И. Статья без названия / И. И. Клохтунов // За зажиточного колхозника. -1934. - № 20. - 20 октября.
28. ГАПО. Ф. р-2744. Оп. 1. Д. 2.
29. ГАПО. Ф. р-2744. Оп. 1. Д. 6.
30. ГАПО. Ф. р-2744. Оп. 1. Д. 1.
31. ГАПО. Ф. р-2744. Оп. 1. Д. 3.
32. ГАПО. Ф. р-2744. Оп. 1. Д. 5.
33. Полубояров, М. С. Весь Пензенский край. Историко-топографическое описание Пензенской области / М. С. Полубояров. - Москва : САМ полиграфист, 2016. - 816 с.
Иноземцев Иван Николаевич, магистрант, Пензенский государственный университет. E-mail: Kerskij@mail.ru
Образец цитирования:
Иноземцев И. Н. Коллективизация и колхозное строительство в селе Кера Нижнеломовского района в довоенные годы // Вестник Пензенского государственного университета. - 2019. - № 3 (27). - С. 8-13.