6. Kruglyakova V.A. Konceptualizaciya vrascheniya v ispanskom i russkom yazykah. Cuadernos de rusistica española. Granada, 2010; № 6; 29 - 54.
7. Kruglyakova V. A., Rahilina E.V. Glagoly vrascheniya: leksicheskaya tipologiya. Available at: http://www.dialog-21.ru/digests/dialog2010/ materials/html/38.htm
8. Hakassko-russkij slovar= Hakas-orys sostik. Novosibirsk: Nauka, 2006.
Статья поступила в редакцию 24.04.16
УДК 821.161.1
Arguyanova F.K., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, Karachay-Cherkessia State University n.a. U. D. Aliev
(Karachaevsk, Russia), E-mail: batalova.vika@mail.ru
«ABAZA RIDERS» BY M. CHIKATUEV: GENRE AND STYLISTIC FEATURES. The article is dedicated to «Abaza Riders» written by M. Chikatuev, the researcher's objective is to study genre and stylistic particular features. The research presents one of the urgent problems of the national literature - a problem of general nature in literatures of the Abkhaz-Adyghe peoples. The author of the paper considers lyrical and philosophical poems in the book by M. Chikatuev. The work contains a folklore-ethnographic information, which is based on individual poems, united by a single concept, a generalized artistic image and a personality of the writer.
Key words: composite feature, author's comprehension, plot outline, new written literature, poem, folklore.
Ф.К. Аргуянова, канд. филол. наук, доц., Карачаево-Черкесский государственный университет им. У.Д. Алиева,
г. Карачаевск, Е-mail: batalova.vika@mail.ru
КНИГА М. ЧИКАТУЕВА «АБАЗИНСКИЕ ВСАДНИКИ»: ЖАНРОВЫЕ И СТИЛЕВЫЕ ОСОБЕННОСТИ
Статья посвящена одной из актуальных проблем национального литературоведения - проблеме жанрообразования в литературах абхазско-адыгских народов. Автор делает вывод о том, что в жанровом отношении книгу М. Чикатуева «Абазинские всадники» следует признать лирико-философской поэмой, оснащённой фольклорно-этнографической информацией, в основе которой лежат отдельные стихи, объединённые единым замыслом, обобщённым художественным образом.
Ключевые слова: композиционная особенность, авторское осмысление, сюжетная канва, новописьменная литература, поэма, фольклор.
Книга маленьких поэм М. Чикатуева «Абазинские всадники» (1969 г.) стала значительным явлением абазинской поэзии конца 70-х годов XX в. После выхода на страницах периодической печати разгорелась острая дискуссия вокруг книги. Высказывались диаметрально противоположные мнения об отдельных произведениях, вошедших в книгу. С тех пор прошло уже более 30 лет, но книга выдержала испытание временем, доказав, что прогноз поэта о грядущих политических и социально-экономических потрясениях оказался верным. Рождение человека, вступление его в активную и осознанную жизнь - вот хронологический отрезок человеческого бытия, который охватывает книга «Абазинские всадники». Отсюда и её главная тема - физическое и нравственное становление человека. Композиционная особенность (книга состоит из «маленьких поэм», как определяет жанр поэт) не помешала автору быть компактным и последовательным в раскрытии своей темы.
Книга «Абазинские всадники» не только поэтическая, но и фольклорно-этнографическая. Эта особенность книги М. Чикатуева «Абазинские всадники» отмечена в работах исследователей абазинской национальной литературы В. Тугова, К. Баталова, Л. Алакаевой. Поэт, опираясь на фольклорно-этнографический материал, делает выводы, даёт оценки окружающей его действительности, при этом он в каждом конкретном случае выводит общечеловеческий мотив. Следовательно, использование фоль-клорно-этнографического материала для поэта не самоцель, а фон, на котором он, используя реалии национальной жизни, приходит к индивидуально-поэтическому видению конкретных общечеловеческих проблем. Так, в книге представлены национальные игры: кьым (волчок, юла), къвалы (альчик), ч1апщара (игра у постели больного с переломами костей), тшкъач1вах (прятки) и другие. Поэт не просто восстанавливает древние народные игры, что само по себе важно. Он видит в каждой из них остро современный смысл. При этом поэт с умыслом воспроизводит каждую игру до мелких деталей, поскольку их знание необходимо не только сегодняшнему, но и последующим поколениям. Возьмём, к примеру, игру «Ч1апщара», являющуюся общим компонентом в этнографии всех абхазско-адыгских народов. Казалось бы, ничего особенного: собираются друзья - односельчане к больному и сторожат его, балагурят, чтобы он забывал свою физическую боль, хотя бы на время их присутствия. Это было традицией народа с давних пор, рождённой в результате отсутствия всякой квалифицированной медицинской помощи больному. Всякое традиционное есть и национальное, национально-особенное.
Диалектика не отрицает и борьбу. «Борются друг с другом наши годы, борются друг с другом дела наши (стихотворение «Песня борьбы»), возвышают они (годы) всё хорошее и опускают всё плохое вниз», - отметил сам поэт. Обратимся к стихотворению «Загадка». Острое несогласие во время дискуссии вокруг книги, о чём было сказано выше, адресовалось к этому отрывку:
- На собрании временами и аплодировали: Джалпи становится начальником сегодня. Джалпи сам есть никто,
Но у него большие родственные связи:
Захочет - выстрелит из пушки,
Захочет - выстрелит из воздушного пистолета.
Похожих на него у нас немало,
Куда бы ни пошёл - встретятся они...
Не имея головы, становятся головой (начальником).
И преграждают нам наш путь. (Перевод подстрочный)
Тут же хочется привести и другой литературный материал, близкий, если не подобный этому:
- В гостинице у моря много лет
Всем отвечали: «мест свободных нет!» Ты мог грозить, просить и унижаться, Но если ты не мог при этом догадаться, Что нужно ж «дать»! С тридцаткою
расстаться!
Ты оставался «дикарём».
(С. Михалков. «В разгар сезона»)
Можно ли сказать, что администратор из стихотворения С. Михалкова и Джалпи из «Загадки» М. Чикатуева в те, постсоветские годы, были не существовавшие в жизни персонажи? Они существовали, но типические ли они были? - это другое дело. Нет, ибо типическое всегда есть общественный идеал. Но при этом не следует забывать, что всякое типическое в свою очередь есть результат роста нетипического. Отсюда и вывод: с нетипическим нужно бороться всем и в первую очередь - литературе. К этому призывают поэт и общечеловеческие идеалы народа.
К разряду «опасных» рецензенты книги М. Чикатуева «Абазинские всадники» относили и стихотворение «Асах1втаква» (сах1вта - учащийся медресе), будто оно могло оказать дурное влияние на подрастающее поколение. Вот они, строки корана, цитировавшиеся рецензентами: - Алохума, Шалигаля
Мухамад!
Уагля
Агля
Мухамадин Уашахбихи Уасалям!
Боясь религиозного влияния на подрастающее поколение, оппоненты поэта не хотели понимать, что коран - выдающийся литературный памятник и его надо воспринимать в его культурном аспекте. Это в первую очередь. Во-вторых, следовало уловить позицию поэта, с иронией относящегося к излагаемому факту. Подтверждением этому - несколько раз переоформленный корановский текст:
- Ал-ло-хума...
- Прекратите!...
- Шалигаля...
- Зат-книтесь...
- Мухамад...
- Мы дошли...
- Уашахбихи...
- До нашего учителя!
Обыгрывая текст корана, автор не забывает и своего седого учителя, убеждавшего детей в ненужности их шалостей. И в знак доброго воспоминания о нём, он (поэт) обращается к своим школьным товарищам:
- Товарищи! Давайте нашему седому учителю
Сядем и напишем тёплое письмо...
Да, трогательное лирическое заключение «опасного» стиха. С этим стихотворением перекликается и стихотворение «Сабо Ян Янович», в котором поэт не менее трогательно, с большою любовью и душевной теплотой говорит о своём учителе, ибо он, Ян Янович, первым познакомил его с бессмертными творениями великого Пушкина, с чудной «Сказкой о попе и о работнике его Балде».
Начиная с 60-х годов, абазинская литература успешно продолжает осваивать традиции устного народного творчества, заложенные ещё основоположником национальной литературы Татлустаном Табуловым. В поэтическом эпосе, созданном П. Цековым, К. Джегутановым, Б. Тхайцуховым, Ш. Физиковым, Д. Лагучевым, М. Чикатуевым и др. чётко просматриваются формы и пути использования народного фольклора в индивидуальном творчестве [1 - 2]. Одним из таких путей выделяется путь внедрения фольклорного материала в сюжетную канву литературного произведения. Примером могут служить стихотворения «Балабот1», «Наш холм», в которых мы встречаемся со сказочными сюжетами, герои которых борются с айныжами и другими мифическими существами. В мифологии абазин, как и
Библиографический список
других народов, присутствуют так называемые тератологические типы - алмасты, шайтан, джынн, уыд и другие. В «Абазинских всадниках» М. Чикатуева мы встречаемся и с этими персонажами, сопровождавшими детство многих поколений. Они воспринимались как силы зла, как сверхъестественные силы, которым противостоял человек и всегда одерживал победу.
Учитывая, что в рамках небольшой статьи мы не имеем возможности останавливаться на других произведениях, вошедших в книгу «Абазинские всадники», хочется выделить следующее:
1. Книга «Абазинские всадники» М. Чикатуева является логически завершённым произведением, хотя развитие сюжета и обрывается на периоде совершеннолетия героев, когда абазинские всадники, обобщённый образ всего произведения, возмужавшие физически и нравственно, отправились в путь с песней:
- Мужеству песни петь мы будем,
Уничтожая (изживая) плохие дела.
Мы во имя человечности оседлали
коней,
Оседлали коней мы для больших дел!
(перевод подстрочный)
2. В жанровом отношении книгу М. Чикатуева «Абазинские всадники» следует признать лирико-философской поэмой, оснащённой фольклорно-этнографической информацией, в основе которой лежат отдельные стихи, объединённые единым замыслом, обобщённым художественным образом и личностью автора.
3. Каждое стихотворение, вошедшее в структуру поэмы, является самостоятельным произведением, имеющим логически завершённый сюжет.
4. П.Чекалов, известный специалист по абазинскому стихосложению, изучавший метрическую характеристику стихов, вошедших в «Абазинские всадники», даёт их метрические показатели и делает заключение, что «основными метрами, используемыми М.Чикатуевым в своих произведениях, является хорей, тактовик и ямб (перечисление - в порядке убывания частотности)» [3, с. 44].
5. Своей книгой поэт М. Чикатуев ещё раз доказал, что он был и остаётся новатором в национальной поэзии абазин. Он находится в поисках путей внедрения опыта русской и мировой художественной классики в абазинскую поэзию, не теряя при этом фольклорно-художественные ценности своего народа.
Сказанное выше о поэме М. Чикатуева «Абазинские всадники» ещё раз подтверждает мысль Г. Ломидзе [4], что, если на первоначальной стадии зависимость письменной литературы от фольклора весьма заметна, то в дальнейшем эта связь становится всё более сложной, разветвлённой, эстетически преобразованной.
1. Алакаева Л.Н. Жанр поэмы в абазинской литературе. Автореферат диссертации ... кандидата филологических наук. Майкоп, 1997.
2. Баталов К.А. Становление жанра поэмы в абазинской литературе. Современные аспекты изучения литератур народов Северного Кавказа. Карачаевск, 1992.
3. Чекалов П.И. Абазинское стихосложение: истоки и становление. Ставрополь, 2000.
4. Ломидзе Г.И. Методологические вопросы изучения взаимосвязей и взаимообогащения советских литератур. Пути развития советской многонациональной литературы. Москва, 1967.
References
1. Alakaeva L.N. Zhanrpo'emy v abazinskoj literature. Avtoreferat dissertacii ... kandidata filologicheskih nauk. Majkop, 1997.
2. Batalov K.A. Stanovlenie zhanra po'emy v abazinskoj literature. Sovremennye aspekty izucheniya literatur narodov Severnogo Kavkaza. Karachaevsk, 1992.
3. Chekalov P.I. Abazinskoe stihoslozhenie: istoki i stanovlenie. Stavropol', 2000.
4. Lomidze G.I. Metodologicheskie voprosy izucheniya vzaimosvyazej i vzaimoobogascheniya sovetskih literatur. Puti razvitiya sovetskoj mnogonacional'nojliteratury. Moskva, 1967.
Статья поступила в редакцию 30.05.16
УДК 81. 42
Volkova A.A., Cand. of Sciences (Philology), researcher, Exploratory Research Laboratory, National Research Tomsk State
University (Tomsk, Russia), E-mail: volknas@mail.ru
IMPLEMENTATION OF COMMUNICATIVE TACTICS OF DISCUSSION WITHIN RADIO DISCOURSE: «DIALOGUE OF CULTURES». Speech communication is a strategic process, which means the use of random (unconscious) or intentional selection of linguistic and extra-linguistic means used by the author to influence the recipient. Communicative strategy for understanding takes a priority in the implementation of the general strategy of influence. This strategy is aimed at ensuring author of adequate perception and understanding of the text. In terms of speech planning, a modern radio text containing words and phrases of foreign origin is the special scientific interest. Communicative tactics of discussion aimed at the disclosure of the foreign language inclusions meaning