Научная статья на тему 'Китайская провинция синьцзян в советско-китайских отношениях (1930-1940-е годы)'

Китайская провинция синьцзян в советско-китайских отношениях (1930-1940-е годы) Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
1310
273
Поделиться

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Мировицкая Раиса Анатольевна

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Китайская провинция синьцзян в советско-китайских отношениях (1930-1940-е годы)»

ИСТОРИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КИТАЯ

Р. А. Мировицкая'

КИТАЙСКАЯ ПРОВИНЦИЯ СИНЬЦЗЯН В СОВЕТСКО-КИТАЙСКИХ ОТНОШЕНИЯХ (1930—1940-е годы)

Китайская провинция Синьцзян, обладающая огромными размерами в 1,5 млн кв. км, в начале 30-х годов XX в. имела протяженную пограничную линию с СССР. В многонациональном Синьцзяне (60 % населения — уйгуры, 40 % — китайцы, казахи, монголы и др.) постоянно тлели межэтнические конфликты, создавались сепаратные мусульманские национальные государства, наиболее крупные из которых существовали в 1871—1881 гг., 1931—1933 гг. и с октября 1944 г. по октябрь 1945 г. Восставшие, как правило, обращались за поддержкой к России и впоследствии — к СССР. Эти восстания и конфликты находили определенную поддержку у Москвы1.

Итак, в 1930-е годы после вторжения Японии в Маньчжурию в 1931 г. и создания на китайской территории государства Маньчжоу-го, стало очевидным стремление Японии распро-

* Мировицкая Раиса Анатольевна, к. и. н., в. н. с. Центра изучения и прогнозирования российско-китайских отношений ИДВ РАН.

странить свое влияние на Запад Китая — в провинции Жэхэ, Чахар, Суйюань, Синьцзы. Руководство СССР еще задолго до широкомасштабного нападения Японии на Китай приняло ряд принципиальных политических решений по китайской проблеме (на случай японо-китайской или японо-советской войны, ибо в Москве не исключался и такой вариант развития событий). Эти решения следует рассматривать как реальную поддержку китайскому государству в отражении японской агрессии на континенте. Советские внешнеполитические инициативы диктовались целесообразностью поддержки китайского государства в стабилизации внутриполитической обстановки, поскольку только через стабильность Китай мог обеспечить свое будущее. Во-первых, речь шла об оказании содействия двум крупнейшим китайским политическим партиям — правящей партии Гоминьдан и оппозиционной Китайской Коммунистической партии — в прекращении междоусобной борьбы и объединении усилий в борьбе с японской агрессией. Данная проблема могла быть решена только при участии СССР. Начало реализации данного проекта — выступление представителя Коминтерна Ван Мина на VII Конгрессе Коминтерна в Москве (1935 г.). При обсуждении вопроса о переброске войск КПК из глубинных районов Китая к границам, близким позициям японской армии на территории страны, рассматривалось несколько вариантов передислокации. По инициативе Коминтерна и Москвы маршрут перемещения войск к границам Синьцзяна был признан нецелесообразным, поскольку концентрация войск могла бы обострить обстановку в этой провинции, что в свою очередь затруднило бы поставки советской помощи антияпонским силам.

Во-вторых, что касается самого Синьцзяна, то в июле—августе 1933 г. вопрос о роли этой китайской провинции в советско-китайских отношениях обсуждался в Политбюро ЦК ВКП(б) с привлечением приглашенных советских консульских сотрудников , работавших в Синьцзяне.

Напомним, что в 1929 г. после известного конфликта на КВЖД правительство Китайской Республики (КР) (Нанкинское правительство) направило в Синьцзян телеграмму с указа-

нием отозвать все пять китайских консульств на территории Средней Азии и Казахстана. Советское правительство и власти Синьцзяна проигнорировали данное распоряжение, и консульства продолжали функционировать на территории СССР и в китайской пров. Синьцзян2.

С 1933 г. Синьцзяном управлял генерал-губернатор Шэн Шицай, проводивший курс на сближение с СССР. СССР в 1930-е годы предоставил провинции значительную финансово-экономическую и военную помощь, на территории Синьцзяна действовали 8 советских консульств, сотни советских советников и специалистов. Несколько раз в провинцию направлялись части Красной Армии, помогавшие местным властям подавлять мятежи.

Руководители советского правительства неоднократно подчеркивали, что рассматривают провинцию как неотъемлемую часть Китая.

Главной геополитической задачей советской политики в Синьцзяне было не допустить возможность создания на территории провинции второго Маньчжоу-го.

В августе 1933 г. на специальном заседании ПБ ЦК ВКП(б) обсуждался вопрос о Синьцзяне. Единогласно (после обстоятельного обсуждения) было принято Постановление о работе в Синьцзяне, первый пункт которого гласил: «Считать неприемлемым поддерживать лозунги и политику отделения Синьцзяна от Китая». Одновременно было принято Постановление ПБ ЦК ВКП(б) о развитии экономических, торговых и других связей СССР с Синьцзяном3. В развитие директив Москвы заместитель наркома по иностранным делам Г.Я. Сокольников сообщил полпреду СССР в Китае Д.В. Богомолову о приоритетах внешней политики СССР: «Мы будем проводить твердую линию на сохранение суверенитета Китая в Синьцзяне и ни в коем случае не будем поддерживать какие-либо сепаратистские движения в Китае». Далее подчеркивалось: «Наши экономические интересы в Синьцзяне очень значительны (Синьцзян занимал 3-е место в торговле СССР на Востоке, после Монголии и Персии. — P.M.), что соответствует экономическим интересам самого Синьцзяна, для которого СССР в силу географического положения Синь-

цзяна при данном развитии путей сообщения почти единственный рынок сбыта продукции провинции»4.

Немаловажное значение для развития советско-китайских отношений в Синьцзяне имели контакты руководителей СССР — И.В. Сталина, К.Е. Ворошилова, В.М. Молотова с генерал-губернатором Синьцзяна Шэн Шицаем в 1934—1938 гг.5 Советские инициативы отвечали государственным интересам и СССР, и Китая.

Важнейшей задачей политики СССР в Синьцзяне, как отмечалось, было сохранение провинции в составе КР. Оказывая огромное влияние в 1930-е годы на внутриполитическую ситуацию в Синьцзяне, СССР, тем не менее, не предпринимал попытки «советизации» этой китайской провинции6. Советское руководство продолжало подчеркивать, что рассматривает Синьцзян как неотъемлемую часть китайского государства. Чан Кайши в общем одобрял стратегию СССР на взаимодействие с Китаем. Но правительство КР, в том числе и сам Чан Кайши, было обеспокоено весьма активной деятельностью СССР в Синьцзяне, однако это не мешало значительному улучшению советско-китайских отношений в силу нарастания угрозы СССР и Китаю со стороны Японии и благодаря проведению Москвой общего курса на помощь китайскому государству в сохранении обстановки внутриполитической стабильности. Одним из важнейших результатов советско-китайских контактов на синьцзянском направлении стала совместная постройка шоссейной дороги от советской границы до Ланьчжоу, по которой с осени 1937 г. в Китай стала доставляться советская военно-техническая помощь. Синьцзян стал важным реципиентом советской помощи в годы, предшествовавшие широкомасштабной японо-китайской войне.

После начала советско-германской войны и больших количественных потерь Советской армии на советско-германском фронте последовало обострение советско-синьцзянских отношений. Чан Кайши в беседе с послом СССР в Китае А.С. Панюшкиным 9 июня 1942 г. счел нужным заявить, что «по делам Синьцзяна Советскому правительству следует обращаться непосредственно к Центральному правительству Китая, а не к про-

винциальному правительству Синьцзяна»7. Чан Кайши вернулся к данной теме 16 июля 1942 г. в беседе с советским послом, состоявшейся по инициативе А.С. Панюшкина. Чан Кайши сообщил послу, что он очень надеется на то, что Советское правительство будет в дальнейшем обращаться по всем вопросам Синьцзяна непосредственно к Центральному правительству Китая, а не к провинциальным властям, во избежание повторений всевозможный недоразумений .

Первые решения Москвы о военныгх поставках Китаю быши приняты и реализованы еще до подписания советско-китайского договора 1937 г. Далее СССР предоставил Китаю льготные кредиты, и в счет этих кредитов осуществлялись поставки оружия и различной военной техники для 20 китайских дивизий. Военные грузы до советско-китайской границы следовали по советским железным дорогам и далее автотранспортом по специально сооруженной в короткие сроки шоссейной дороге. Только за период с октября 1937 г. до середины февраля 1939 г. под перевозку грузов для Китая бышо занято более 5640 товарный вагонов, а на автомобильном тракте через Синьцзян — более 5200 советских грузовыгх автомашин. Свыше 4000 советских специалистов — автотехников, шоферов, автодорожников, специалистов других специальностей обеспечивали военные поставки Китаю.

Синьцзян на определенном этапе стал также центром сборки советской боевой техники, следовавшей по маршруту Алма-Ата — Урумчи — Хами. С сентября 1937 г. по июнь 1941 г. в Китай бышо направлено более 1235 самолетов, 1600 орудий и др. С конца 1937 г. в районе станции Домна (Забайкалье) начал формироваться скоростной бомбардировочный авиационный полк, вооруженный средними бомбардировщиками «СБ». Перед направлением в Китай летчики, радисты, стрелки и др. проходили большую предполетную тренировку. Танковые части направлялись через Монголию в Ланьчжоу (Алма-Ата, Урумчи, Ланьчжоу). В Ланьчжоу была организована служба ПВО для прикрытия столицы пров. Ганьсу от налетов японцев.

1 декабря 1937 г. первые советские военные самолеты произвели посадку в Нанкине и вступили в бой с японцами. Со-

ветские летчики приняли на себя главный удар японских воздушных армий, в боях было уничтожено более сотни японских самолетов. С мая по декабрь 1938 г. было сбито более 80 самолетов, уничтожено 70 военных транспортных и военных судов. Были потери и с советской стороны, свыше 200 советских летчиков погибли смертью храбрых в Китае.

В 1938 г. состоялись визиты в Москву Сунь Фо, председателя Законодательного юаня КР и посла КР в СССР Ян Цзэ, в ходе которых были подписаны два первых соглашения о предоставлении Китаю двух кредитов по 50 млн долл. каждый на цели закупки техники и оборудования. Подписание соглашения о втором кредите в июле 1938 г. состоялось через три недели после начала Японией вооруженных провокаций у озера Хасан. Не исключено, что таким путем Япония выразила свое отношение к советской помощи Китаю. Всего же советские кредиты Китаю достигли суммы 450 млрд долл.

До начала войны Японии против Китая в 1937 г. Чан Кайши заявлял, что Китай в силу своей слабости будет вынужден перейти к сценарию затяжной войны в случае невступления в войну крупнейших держав мира.

В 1938 г. в письме И.В. Сталину Чан Кайши выступил с предложением направить советские войска в Китай, а в августе 1938 г. — подписать секретный политический договор между странами, который по содержанию фактически был бы пактом о взаимопомощи, но без обязательства СССР вступить в войну с Японией (в развитие Устной декларации, согласованной СССР и КР в августе 1937 г.). Советское руководство посчитало, что дополнительные договоренности не нужны ни Китаю, ни СССР. Одна из главных задач советской дипломатии (на первом этапе войны) и освободительного движения в Китае была решена: Китай не капитулировал. 1 ноября 1938 г. Чан Кайши обратился к нации с призывом продолжать войну сопротивления. 25 августа и 4 сентября 1939 г. Чан Кайши вновь поднимал вопрос о подписании между СССР и КР пакта о взаимопомощи.

Главным фактором, под воздействием которого складывались и развивались советско-китайские отношения с 1937 г., была война, развязанная Японией против Китая. Советский

Союз оказывал помощь китайскому государству не только из чувства дружбы к китайскому народу и солидарности с ним, но и потому, как отмечалось выше, что милитаристская Япония угрожала безопасности СССР, советскому Дальнему Востоку. Одним из факторов, затруднявших реализацию плана нападения Японии на СССР, была японо-китайская война (так считали в Москве). Советский Союз был заинтересован в укреплении обороноспособности КР.

Другим фактором, влиявшим на развитие советско-китайских отношений, явилась деятельность Компартии Китая. Оба эти фактора оказывали на советско-китайские отношения и положительное, и отрицательное воздействие. Деятельность КПК, располагавшей собственными вооруженными силами, была полезна для развития советско-китайских отношений, так как являлась определенным противовесом тем силам в ГМД, которые были склонны к сговору с Японией, и служила противовесом усилению США в Китае в годы войны. Советское руководство ориентировало КПК на сотрудничество с ГМД в борьбе за национальную независимость китайского государства. Однако руководство КПК рассчитывало, что оно может активизировать борьбу за захват власти в стране, даже не ожидая завершения японо-китайской войны, что осложняло советско-китайские отношения.

Находившийся в Москве в 1938 г. Сунь Фо передал И.В. Сталину просьбу Чан Кайши расширить масштабы советской помощи. И.В. Сталин заявил, как и в ноябре 1937 г. в беседе с Ян Цзэ, что «мы поможем Вам всем, чем сможем». При этом он сформулировал два условия, которые смогут обеспечить Китаю победу в войне: создание его собственной военной промышленности и политическое единство страны. Одним из важнейших направлений советской политики в Китае было формирование условий для прекращения гражданской войны и создание единого фронта в войне с Японией, что и было зафиксировано в Решении ЦК КПК от 23 августа 1937 г.

В СССР держали на контроле и «синьцзянскую» проблему.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Советский Союз готов был внести свой вклад и в сооружение на китайской земле (в Синьцзяне) самолетосборочного и

нефтеперерабатывающего заводов как этапа реализации программы создания национальной промышленной базы в Китае. Решение о строительстве завода мощностью 300 истребителей в год было принято в Москве 14 октября 1939 г.

К началу 1939 г. в Китай было направлено до 5000 советских военных специалистов, инструкторов, летчиков-добровольцев. Для планирования военных операций в Китай была откомандирована специальная группа военных советников, к концу 1939 г. она насчитывала 75 человек. Среди них были такие известные советские военачальники, как В.И. Чуйков, П.С. Рыбалко, А.И. Черепанов и другие. Многие советские воины погибли в боях с японскими захватчиками.

Активная помощь СССР Китайской Республике, как известно, вызвала обострение советско-японских отношений. События на Хасане (1938 г.), а затем на Халхин-Голе (1939 г.) стали знаковыми событиями в этом процессе. В то же время успехи советской армии на Хасане и Халхин-Голе явились поддержкой китайскому народу в его борьбе против Японии.

В конце 1938 г. Чан Кайши обратился к советскому правительству с просьбой направить в Китай в качестве главного военного советника маршала В.К.Блюхера, который был советником Чан Кайши в годы Северного похода НРА (1926—1927 гг.). Чан Кайши заявил советскому полпреду, что направление в Китай В.К. Блюхера было бы равносильно направлению в Китай 100 000 войск Красной Армии (СССР). 9 января 1940 г. Чан Кайши обратился к СССР с просьбой о выделении ему постоянного советника по политическим вопросам.

11 августа 1939 г. уполномоченные правительств СССР и КР подписали протокол о строительстве в Урумчи (Синьцзян) самолетосборочного завода, что ознаменовало собой начало реализации проекта развития национальной экономики в Китае. 1 октября 1940 г. предприятие частично вступило в строй. В основном сооружение завода было завершено к февралю 1941 г. К моменту подписания акта об окончательном (полном) завершении строительства (5 июня 1942 г.), производительность предприятия достигла цифры в 450 самолетов в год.

В сентябре 1939 г. по предложению правительства КР была создана советско-китайская авиакомпания «Хами-Ата». 9 сентября 1939 г. между Главным управлением воздушного флота СССР и Министерством коммуникаций КР было подписано соответствующее соглашение сроком на 10 лет. Совместные советско-китайские предприятия, в их числе и «Хами-Ата», действовали на паритетных началах. В авиакомпании «Хами-Ата» все техническое обслуживание авиалиний (самолетный парк, летный состав, навигационная служба, снабжение горючим и т. д.) обеспечивалось советской стороной. Функционирование авиалиний имело большое значение и для китайской, и для советской сторон. Самолетами доставлялось оружие и осуществлялись другие важные стратегические поставки в Китай, а в СССР следовали товары гражданского назначения и важные для оборонной промышленности вольфрам, олово и др.

17 января 1940 г. правительство Китайской Республики обратилось к советскому правительству с просьбой направить в Китай для работы в 1940 г. дополнительно военных советников разных родов войск. В 1941—1943 гг. советско-китайские отношения несколько охладились, что было связано с сокращением советской военной помощи Китаю и взаимной торговли. Москва из-за тяжелого положения на советско-германском фронте уже не была в состоянии поддерживать прежний уровень военных поставок. Чан Кайши опасался быстрой победы Германии на восточном фронте и неизбежного усиления Японии на Дальнем Востоке.

К 1943 г. политическое влияние и физическое присутствие СССР в Синьцзяне резко сократилось. Советская сторона вынуждена была проявить инициативу и отозвать из Синьцзяна своих советников, преподавателей, инструкторов, инженеров, а

^ 9

также вывести кавалерийский полк.

В начале 1943 г. руководство КР возобновило шаги по углублению советско-китайских отношений, выступило с инициативой обмена делегациями на уровне министров иностранных дел10. В Чунцине в начале января 1943 г. между советским послом А.С. Панюшкиным и китайским экс-послом в Москве Шао Лицзы состоялась беседа, в ходе которой Шао Лицзы со-

общил советскому послу, что было бы совсем неплохо, если бы кто-либо из важных представителей китайского правительства посетил СССР.

В июне 1944 г., учитывая кардинальные изменения на фронтах Второй мировой войны и рост силы и влияния Советского Союза, правительство Чан Кайши приняло решение начать переговоры с Москвой по всем аспектам китайско-советских отношений. Одновременно и советское руководство поставило задачу нормализации отношений с Китаем, официально пригласив китайскую правительственную делегацию во главе с премьер-министром Китая Сун Цзывэнем в Москву. Советская дипломатия предполагала заключить договор о взаимном ненападении сроком на 10—20 лет, установить военное сотрудничество с КР, разрешить проблему Синьцзяна и др. Переговоры начались в Москве в июне 1945 г. уже после окончания Великой Отечественной войны.

Завершая небольшой экскурс в историю советско-китайских отношений времен Второй мировой войны, необходимо подчеркнуть, что современное российско-китайское стратегическое взаимодействие развивается не только с учетом текущих реалий и потребностей, но и благодаря огромному историческому опыту этих отношений. Позитивные «наработки» плодотворного межгосударственного сотрудничества прошлых лет, особенно в кризисные и для Китая, и для СССР годы войны, помогут избежать многих «подводных камней» и препятствий в развитии партнерства наших двух стран в настоящее время.

Примечания

1 См.: Воскресенский А.Д. Россия и Китай: теория и история межгосударственных отношений. Гл. 5. М. 1999. С. 211—213; Бармин В.А. Синьцзян в советско-китайских отношениях. 1941—1949 гг. Барнаул, 1999. С.Г. Лузянин пишет: «Анализируя причины эволюции советской политики в Синьцзяне в 1944—1945 гг., необходимо отметить, что советское руководство, поддерживая мусульманских повстанцев, изначально не ставило цель создания на территории Синьцзяна отдельного от Китая государства. В Москве прекрасно понимали, что существование подобного государства

будет иметь не только антикитайскую, но и антироссийскую направленность, а также будет дестабилизировать ситуацию в регионе. По большому счету у СССР имелось по крайней мере три стопроцентных исторических шанса оторвать Синьцзян от Китая — в 1925—1927 гг. во время китайской революции; в 1931—1933 гг. в ходе мусульманского восстания в Синьцзяне против Китая; и в 1944—1945 гг. в годы Восточно-Туркестанской республики. Однако ни в первом, ни во втором, ни в третьем случае СССР этого не сделал. Это обстоятельство подтверждает доминирование во внешней стратегии Москвы в то время общегосударственных геополитических интересов, направленных на сохранение единства и целостности Китая, а также стабильности в советской Центральной Азии и сопредельных СССР территориях» (Новая и новейшая история. 1999. № 4).

В России по вопросам советско-китайских отношений в Синьцзяне (в конце XX и начале XXI вв.) опубликованы книги и статьи А.Д. Воскресенского (1999), Ю.М. Галеновича (1992), А.М. Дедовского (1999 и 2006), С.Г. Лузянина (1999), Л.С. Переломова (2005), Ю.А. Сидорова (200б), Р.А. Мировицкой (2006) и др.

2 См.: Воскресенский АД. Указ. соч. С. 212; Галенович Ю.М. «Белые пятна» и «болевые точки» в истории советско-китайских отношений. СССР и КНР (1949—1991 гг.). Т. 2. Кн. 1. С. 106—107.

3 См.: РКО в XX в. Т. III. См. также текст Директив в: Проблемы Дальнего Востока. 2007. № 4. С. 106—107. (РГаСпИ. Ф. 17. Оп. 166. Д. 502. Л. 1—7).

4 Там же. В п. 9 Директив подчеркивалось: «предложить заинтересованным ведомствам (РВСР, ОГПУ, НКИД) уделить особое внимание наблюдению и изучению планов англичан и японцев в части Синьцзяна».

5 См.: РКО в XX в. Т. III. ПДВ. 2007. № 4. С. 106—113.

6 См.: РКО в XX в. Т. IV. Кн. 1. Д. 516, 517, 518.

7 См.: РКО в XX в. Т. IV. Кн. 1. Д. 517. См. также: Д. 518.

8 См.: там же. Л. 704.

9 Воскресенский А.Д. Указ. соч. С. 218.

10 1943 г. — год международного признания Китая. Именно в 1943 г. США и Великобритания отказались от экстерриториальности своих прав в КР. СССР 31 мая 1924 г. подписал соглашение с КР на принципах равенства. В 1943 г. произошли и другие важные для Китая события в его международной политике. КР приняла участие во всех международных конференциях как великая держава.