Научная статья на тему 'Каритивное деепричастие в коми-зырянском и коми-пермяцком языках: сходство и различие'

Каритивное деепричастие в коми-зырянском и коми-пермяцком языках: сходство и различие Текст научной статьи по специальности «Языкознание»

CC BY
63
13
Поделиться
Журнал
Вестник угроведения
ВАК
Область наук
Ключевые слова
КОМИ-ЗЫРЯНСКИЙ ЯЗЫК / КОМИ-ПЕРМЯЦКИЙ ЯЗЫК / КАРИТИВНОЕ ДЕЕПРИЧАСТИЕ / КОНВЕРБ / АДВЕРБИАЛИЗАЦИЯ / KOMI-ZYRYAN LANGUAGE / KOMI-PERMYAK LANGUAGE / CARITIVE GERUND / NEGATIVE CONVERB / ADVERBIALISATION

Аннотация научной статьи по языкознанию, автор научной работы — Некрасова О.И.

В статье сравниваются формальные и функциональные особенности каритивных деепричастий (негативных конвербов) с формой на -тöг коми-зырянского и комипермяцкого языков. В отличие от деепричастий удмуртского и коми-зырянского языков, которые подробно изучены, инфинитные глагольные формы коми-пермяцкого языка остаются недостаточно исследованными. Сравнительный анализ каритивов всех пермских языков позволит проследить особенности развития рассматриваемой глагольной формы.Несмотря на общее происхождение и сходные черты, негативные деепричастия комизырянского и коми-пермяцкого языков, образованные при помощи абессивного показателя тöг, в процессе самостоятельного развития языков выработали отличительные черты. В работах исследователей уже были зафиксированы инновационные процессы в системе образования негативных форм.Выявляются особенности персонального маркирования каритивных деепричастий в коми языках. В коми-зырянском языке функционируют неопределенные и определенные каритивные деепричастия, в коми-пермяцком персональное маркирование каритивных деепричастий, как показывает материал, утрачено.Различия наблюдаются в образовании деепричастных конструкций, в коми-пермяцком языке отсутствуют абсолютные обороты с выраженным субъектом, в коми-зырянском субъект абсолютного оборота может иметь форму номинатива, адессива либо инструменталя. Коми-пермяцкие отрицательные деепричастия не могут определяться адъективами.В коми-пермяцком языке активно употребление одиночных, нераспространенных деепричастий, в ряде случаев каритивы демонстрируют скорее наречный характер, включены в процесс адвербиализации. Переход деепричастий в наречия наблюдается также в коми-зырянском языке.

Negative converbs in the Komi-Zyryan and the Komi-Permian languages: similarities and differences

This article presents a comparative analysis of the formal and functional features of the Komi-Zyryan and the Komi-Permian caritive gerunds (negative converbs, adverbial participles) with form -tög. Еру Udmurt and Komi-Zyryan gerunds were studied quite well, but the system of infinite verbal forms of the Permian-Komi language remains unexplored. Through comparative analysis of negative converbs (gerunds) of all Permic languages we can observe the features of development of the considered verb forms.In spite of common origin and similar characteristics, the Komi-Zyryan and Komi-Permian negative adverbial participles have developed distinctive features in the process of self-development of the languages. Researchers have already fixed innovative processes in the system of the formation of negative forms.As a result we have identified characteristics of personal marking of caritive adverbial participles in the Komi languages. In the Komi-Zyryan language indefinite and definite caritive gerunds function; in the Komi-Permian language, as the material shows, personal marking of the caritive gerunds has been lost.We can observe the differences in the formation of gerund constructions. There are no absolute gerund constructions with explicit subject in the Komi-Permian language; in the Komi-Zyryan lan-guage a subject of the converb can have a form of nominative, adessive (genitive) or instrumental case. The Komi-Permian negative gerunds cannot be determined by adjective.In the Komi-Permian language use of single, unexpanded gerunds is popular; in some cases negative gerunds are adverbial in nature, they are included in the process of adverbialisation and have similar features with the Komi-Zyryan negative converbs.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Каритивное деепричастие в коми-зырянском и коми-пермяцком языках: сходство и различие»

УДК 811.511.132

О. И. Некрасова

Каритивное деепричастие в коми-зырянском и коми-пермяцком языках:

сходство и различие

Аннотация. В статье сравниваются формальные и функциональные особенности кари-тивных деепричастий (негативных конвербов) с формой на -тог коми-зырянского и коми-пермяцкого языков. В отличие от деепричастий удмуртского и коми-зырянского языков, которые подробно изучены, инфинитные глагольные формы коми-пермяцкого языка остаются недостаточно исследованными. Сравнительный анализ каритивов всех пермских языков позволит проследить особенности развития рассматриваемой глагольной формы.

Несмотря на общее происхождение и сходные черты, негативные деепричастия коми-зырянского и коми-пермяцкого языков, образованные при помощи абессивного показателя -тог, в процессе самостоятельного развития языков выработали отличительные черты. В работах исследователей уже были зафиксированы инновационные процессы в системе образования негативных форм.

Выявляются особенности персонального маркирования каритивных деепричастий в коми языках. В коми-зырянском языке функционируют неопределенные и определенные кари-тивные деепричастия, в коми-пермяцком персональное маркирование каритивных деепричастий, как показывает материал, утрачено.

Различия наблюдаются в образовании деепричастных конструкций, в коми-пермяцком языке отсутствуют абсолютные обороты с выраженным субъектом, в коми-зырянском субъект абсолютного оборота может иметь форму номинатива, адессива либо инструменталя. Коми-пермяцкие отрицательные деепричастия не могут определяться адъективами.

В коми-пермяцком языке активно употребление одиночных, нераспространенных деепричастий, в ряде случаев каритивы демонстрируют скорее наречный характер, включены в процесс адвербиализации. Переход деепричастий в наречия наблюдается также в коми-зырянском языке.

Ключевые слова: коми-зырянский язык, коми-пермяцкий язык, каритивное деепричастие, конверб, адвербиализация.

O. I. Nekrasova

Negative converbs in the Komi-Zyryan and the Komi-Permian languages:

similarities and differences

Abstract. This article presents a comparative analysis of the formal and functional features of the Komi-Zyryan and the Komi-Permian caritive gerunds (negative converbs, adverbial participles) with form -tog. Еру Udmurt and Komi-Zyryan gerunds were studied quite well, but the system of infinite verbal forms of the Permian-Komi language remains unexplored. Through comparative analysis of negative converbs (gerunds) of all Permic languages we can observe the features of development of the considered verb forms.

In spite of common origin and similar characteristics, the Komi-Zyryan and Komi-Permian negative adverbial participles have developed distinctive features in the process of self-development of the languages. Researchers have already fixed innovative processes in the system of the formation of negative forms.

As a result we have identified characteristics of personal marking of caritive adverbial participles in the Komi languages. In the Komi-Zyryan language indefinite and definite caritive gerunds function; in the Komi-Permian language, as the material shows, personal marking of the caritive gerunds has been lost.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

We can observe the differences in the formation of gerund constructions. There are no absolute gerund constructions with explicit subject in the Komi-Permian language; in the Komi-Zyryan lan-

guage a subject of the converb can have a form of nominative, adessive (genitive) or instrumental case. The Komi-Permian negative gerunds cannot be determined by adjective.

In the Komi-Permian language use of single, unexpanded gerunds is popular; in some cases negative gerunds are adverbial in nature, they are included in the process of adverbialisation and have similar features with the Komi-Zyryan negative converbs.

Key words: Komi-Zyryan language, Komi-Permyak language, caritive gerund, negative converb, adverbialisation.

В пермских языках абессивные (кари-тивные, негативные) показатели, кроме именных, связываются с глагольными основами и считаются маркерами глагольных форм - деепричастий (или конвербов) со значением отсутствия, отрицания действия. Исследователи считают, что морфологический маркер абессива в пермских языках по своему происхождению относится к финно-пермскому периоду и состоит из двух компонентов: коаффикс *-£У генетически восходит к уральскому каритивному суффиксу *-pt(V) > фин.-уг.*й(У), а коаффикс ^ представляет собой лативный суффикс Сохранение данного коаффикса в ауслаутной позиции можно объяснить, скорее всего, его дистинктивной функцией [1, 11]. Согласно А. Хэмэри, абессив именных и глагольных форм можно рассматривать в качестве консервативной категории, его формы и функции в значительной степени схожи в ряде уральских языков. Однако есть определенные черты, характерные для пермских языков, которые указывают на то, что эта категория не остается абсолютно неизменной в близкородственных языках, коми и удмуртском [2, 37-38]. Исследование А. Хэмэри, касающееся формальных и функциональных особенностей глагольных абессивов, охватывает коми-зырянский и удмуртский языки [2, 64-81], не затрагивая коми-пермяцкого материала. Учитывая, что коми-зырянские и коми-пермяцкие языковые особенности окончательно сложились к ХГУ-ХУ вв. [3, 26], в системах коми-пермяцких и коми-пермяцких деепричастий наблюдаются определенные отличия, объясняемые как историческими причинами, так и сильным влиянием контактирующего русского языка [4, 143].

В статье в сравнительном аспекте рассматриваются семантические, синтаксические, функциональные особенности кари-тивных деепричастий коми-пермяцкого и коми-зырянского языков с привлечением в

ряде случаев данных удмуртского языка, что позволит проследить развитие данной инфинитной формы в пермских языках. Материал извлекался из диалектных, фольклорных источников, произведений художественной литературы.

Образование и употребление негативных конвербов в удмуртском и коми-зырянском языках носит достаточно активный, продуктивный характер [5, 15; 6, 54; 2, 65], в коми-пермяцком языке, согласно исследователям, их образование ограничено, деепричастия на -тог образуются не от всех глаголов [3, 282; 7, 125; 8, 119; 9, 107], в системе отрицательных форм имеют место инновационные процессы: в современном коми-пермяцком зафиксировано появление каритивной формы деепричастий на -омон с отрицательной частицей (приставкой) не, возникшее под влиянием русского языка: не тэрмасьомон 'не торопясь' = тэрмасьтог «тж» [10, 184; 11, 74-75]. В коми-зырянском языке, в свою очередь, появились формы -тогъя, -тога, -тогмоз [12, 387].

Отрицательные деепричастия коми языков, как и удмуртского, сохраняют общее значение отрицательного действия (отсутствия добавочного действия) и глагольные категории вида и залога: кп. мыдзтог «не уставая» и мыдзлытог «[иногда] не уставая», вороттог «не трогая» и воротчытог «не двигаясь, не шевелясь»; кз. восьтлытог «не открывая» и восьтышттог «не открывая (немного), не приоткрывая»; не тяготеют к какому-либо времени: отсутствие добавочного действия может мыслиться и в прошедшем, и в будущем, и в настоящем; сохраняют глагольное управление и могут иметь при себе обстоятельства:

кп. синнэссо вывлань лэбтывтог ая швыркнитю-берготчис модоро [13, 235] «Не поднимая глаз кверху, он резко свернул в другую сторону»;

кз. лэчыд войтов полялю вынсо кыподлытог «Резкий северный ветер дул, не поднимая силу».

Как и в русском языке, «деепричастия с отрицанием в разной степени отдалены от системы глагола и приближены к классу оп-ределительно-качественных наречий. Но точно определять степень отдаленности от глагола для многих деепричастий, употребленных с частицей «не», нелегко, а в ряде случаев, по-видимому, и нельзя [14, 20], у ряда деепричастий коми-пермяцкого языка можно наблюдать ослабление глагольного значения и усиление наречного, процесс адвербиализации проходит и в коми-зырянском языке [15, 425], отметим наиболее частотные адвербиализо-ванные деепричастия:

кп. видзчисьтог «внезапно, неожиданно», ср. видзчисьны «ждать, подождать, ожидать», ороттог «постоянно, беспрерывно, не прерываясь», ср. оротны «обрывать, оборвать; оторвать», казявтог 1) незаметно; 2) неожиданно, ср. казявны 1) заметить, подметить; 2) догадаться, сообразить, воротчытог 'неподвижно (не двигаясь)'; дугдывтог, дугдытог «не останавливаясь, не переставая; беспрерывно, неуклонно», ср. дугдывны, дугдыны «прекращать, прекратить, перестать»; думайттог «не думая», жалейттог «не жалея», «безжалостно», ср. жалейтны «жалеть, пожалеть; чувствовать жалость; 2) жалеть, пожалеть, беречь», повтог «бесстрашно», ср. повны 1) бояться, пугаться; 2) смущаться, теряться, робеть; тшоктытог «без спроса», «без принуждения», ср. тшоктыны 1) просить, попросить; велеть, приказать; 2) заставлять, заставить, вынудить, принудить; тшоктытог уджавны работать без принуждения; 3) разрешать, разрешить, позволить', шоччисьтог «не отдыхая, без «передышки», ср. шоччисьны отдохнуть, передохнуть', шысеттог «не откликаясь, не отзываясь, не издавая звука», т.е. тихо, беззвучно, ср. шы сетны «откликнуться», юасьтог «без расспросов, не спрашивая разрешения, без спроса», ср. юасьны 1) [кое о чём] порасспрашивать, порасспросить; 2) [ненадолго] отпрашиваться, отпроситься';

кз. виччысьтог, тодлытог «неожиданно», дугдывтог «непрерывно», мудзлытог «неустанно», казявтог «незаметно», косйытог «не-

охотно, нехотя», тэрмасьтог «неторопливо, не торопясь» и т. д.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Среди признаков перехода из одной части речи (глагол) в другую (наречие) следует отметить отсутствие пояснительных слов (одиночное употребление), функцию обстоятельства образа действия, изменение сочетаемости, например, в языках встречаются схожие сочетания с образованиями на -тог с адвербиальным управлением (да-тив при лексемах кп., кз. казявтог «неожиданно», кз. виччысьтог «неожиданно»):

кп. <...> талун Лёха, ась кытчодз и ас-лыс казявтог, видзсьыштю сы вылын син-нэзнас невночка дыржык ни <...> [13, 219] «сегодня Лёха, пусть пока и незаметно для себя, подольше задержал на ней свой взгляд»;

кз. аслыс казявтог сшо от чабралю жо лавровой лист [16, 357] «Незаметно для себя она сейчас тоже мяла в руках лавровый лист»;

кз. Мирослава Юрьевна вештю видзодлассо Мариналань, код выло сшос зэв досада босьто, и аслыс виччысьтог думнас кутю кевмысьны: «Енмой, тэ ко эм, воч сiдз: <...>!» [17, 37] «Мирослава Юрьевна перевела взгляд в сторону Марины, на которую она была раздосадована, и неожиданно для себя мысленно стала молиться: «Боже, если ты есть, сделай так ...<...>».

Мотивирующие деепричастия не исчезают из языка, но преимущество в частотности употребления, особенно в коми-пермяцком языке, может принадлежать деепричастным наречиям, например:

кп. жалейттог асьсо жалейттог уджав-ны «работать, не жалея себя» [18, 139];

шондшс жалейттог козьналiс муысло ассис югорресо, <...> [19] «Солнце не жалея (т.е. щедро) дарило земле свои лучи»;

кузь годдэз <...> жалейттог мургыльтомась спина коскасо <.> [20, 106] «Годы безжалостно согнули его спину». Кп., кз. казявтог:

кп. срокыс казявтог чулалас, и старик мынтом пондас корны [21, 172] «Срок незаметно прошел, и старик стал требовать оплаты»;

кп. <...> и бригадир, кыдз коммунист, депутат, порисьжык ёрт, оз вермы мунны сэтшомсо казявтог [22] «<...> и бригадир,

как коммунист, депутат, старший товарищ, не может пройти, не заметив этого»;

кз. лунся югыдыс пышйис кыдзко казявтог [23, 164] «Дневной свет ускользнул как-то незаметно»;

кз. югд^он миян основной вынным (2-од рота да мукодъяс) воис Сойва ю доро да, белойясладорсянь ни оти мортос казявтог, кутiс сибодчыны Сойвалань [24, 93] «На рассвете наши основные силы (2 рота и другие) подошли к реке Сойве и, не заметив ни одного человека со стороны белых, стали приближаться к Сойве»; Пемыд войын некодон казявтог белойяс вооны пароход выло [25, 135] «Темной ночью, никем не замеченные (букв. никем не заметив), белые проходят на пароход». Кп. видзчисьтог, кз. виччысьтог: кп. и иньыслюь сёян видзчисьтог мушс [26] «И жена, не дожидаясь еды, ушла»;

кп. - Тэ мый, бытьто кужан? - ответсо видзчисьтог одзлань горотчис <...> [27] «Ты что, умеешь что ли? - крикнул, не дожидаясь ответа».

Кп. од шя не виноватось, что погод-дяыс видзчисьтог шонтiс бор <...> [27] «Они ведь не виноваты, что погода неожиданно потеплела»;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

кз. сэсся аслас юалом выло воча кыв виччысьтог збоя кавшасис Митрук Васьлы пидзос выло <...> [28, 68] «Затем, не дожидаясь ответа на свой вопрос, смело вскарабкался на колени Митрук Вася <...>».

Различия каритивных деепричастий коми языков можно наблюдать в области употребления посессивного суффиксов, представленных в таблице, с присоединением которых неопределенные деепричастия становят-

ся определенными. Персональные маркеры (Рх) Px2sg и Px3sg при деепричастиях, кроме указания на субъект, могут применяться для эмфатизации, топикализации, обозначения действия, уже известного из предыдущего обсуждения [2, 76]. По данным нашего корпуса примеров, употреблению Рх с коми-зырянскими каритивными деепричастиями, кроме Рх^, можно противопоставить практически полное отсутствие Рх при коми-пермяцких негативных конвербах. Не все исследователи фиксируют притяжательные формы коми-пермяцких деепричастий на -тог, например, Н. А. Рогов, относящий формы с с -тог к наречиям [29, 79], и авторы учебника «Коми-пермяцкий язык» 1962 г. (автор главы А. С. Гантман) ограничиваются неопределенной формой. Данные по притяжательным формам негативных конвербов противоречивы: И.И. Майшев с каритивами приводит только два определенных суффикса -ыт (Px2sg.) и -ыс (Px3sg.) [30, 60], А. С. Кривощекова-Гантман дает парадигму притяжательных форм деепричастий [31, 614-615], которая сближает материал по притяжательным формам коми-пермяцких конвербов с удмуртским: кп. узь-тогь-я-т «не спав ты», удм. шедьты-тэк-а-д «не найдя ты». Согласно П. Н. Перевощикову, в удмуртском языке весьма редко встречается употребление деепричастий на -тэк в комбинации инессивного падежного суффикса и лично-притяжательного аффикса, например: Туннэ коттэ тырымон шедьтытэкад колыны эн ветлы «Если сегодня не найдешь (букв. сегодня не найдя ты), достаточно поесть, спать не ходи» [6, 51].

Таблица. Притяжательные формы каритивных деепричастий коми-пермяцкого и коми-

зырянского языков

Коми-пермяцкий Коми-зырянский

(по данным А. С. Кривощековой-Гантман) (по данным Е. А.Цыпанова)

Px1sg. узьтогь-ям 'не спав я' -

Px2sg. узьтогь-ят 'не спав ты' узьтог-ыд

'не спав ты'

Px3sg. узьтогь-яс узьтог-ыс'

'не спав он (она)' не спав он (она)'

Px1pl. узьтогь-яным узьтог-ным

'не спав мы' 'не спав мы'

Px2pl. узьтогь-яныт узьтог-ныд

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

'не спав вы' 'не спав вы'

Px3pl. узьтогь-яныс узьтог-ныс

'не спав они' 'не спав они'

Опираясь на материалы, извлеченные из различных коми-пермяцких источников, мы можем констатировать, что в современном коми-пермяцком языке функционируют неопределенные каритивные деепричастия.

Выступая в обстоятельственной роли, деепричастия в коми языках выражают различные обстоятельственные значения: образа действия, условия, причины, например: кп. кинко мунома, коккесо лэбтавтог, кыскома ншо муыс вылот [32, 94] «Кто-то прошел, не поднимая ног, волочил их по земле»;

кп. гораныс йылюь нем баитны -гортог сюсо он быдты, няньсо он сёй [33, 122] «Нечего говорить о пахоте - без вспашки (букв. не вспахав) хлеба не вырастишь, не поешь»;

кз. кор вольсьыд чомйыд одйо на кодзалас бито куттогыд [34, 214] «Шалаш из оленьих шкур быстро выстынет без поддержания огня (букв. не поддерживая огонь)».

В коми-зырянском и коми-пермяцком языках может реализоваться атрибутивная функция каритивов - определение существительных, представляющих имена действия:

кз. <.> лунтыръя личмунтог, лолышттог уджаломысь миянлы мынто восьом гривен [35, 13] «платит за полнодневный напряженный труд без передышки (букв. за работу целый день не расслабляясь, не передохнув) восемь гривен»;

кз. мортыс ко куйло, сы борся коло дозьор, сщзко, сетой колана инвалидносьт да сьом босьттог отсог [36, 6] «Если человек лежачий, за ним нужен уход, значит, дайте инвалидность и бесплатную помощь (букв. помощь не беря деньги)»;

кз. <...> шойччытог удж «непрерывный труд (букв. не прерываясь)» [2, 73];

кп. сюсо ороттог нямраломсянь чуннез вугмоны [37, 30] «от беспрестанного (букв. не переставая) перетирания зерен пальцы потеряли чувствительность»;

кп. а мый понда? Только аслас мыдзтог уджалом понда [22] «А из-за чего? Только из-за своей неустанной работы (букв. не уставая работы)».

В удмуртском, коми-зырянском языках с глаголами кольны (удм. кыльыны 'остаться, оставаться', овны, удм. улыны

'жить, быть, существовать') деепричастие на -тог может быть элементом сказуемого [38, 138; 39, 128; 2, 52, 73-75 и др.]. В. М. Лудыкова в коми-зырянском выделяет составное глагольное сказуемое с деепричастием на -тог, в котором у деепричастия утрачивается значение сопутствующего, добавочного действия, сказуемое выражает действие в отрицательном плане [39, 127-129], В. С. Суханова отмечает, что в таких случаях образование на -тог имеет семантику, близкую к именам прилагательным: Государственной добра оз позь разодны сьорт пасьта да кольны кылодтог 'Государственное добро нельзя разбрасывать по речной долине и оставлять не-сплавленным' [5, 16], в коми-пермяцком языке такие конструкции также распространены, например:

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

кп. уна аслас векын ая иньнас сёйтог олю, уна йозын удж лэбтю [21, 102] «Часто на своем веку в женах она не ела (букв. жила не евши), много в людях трудилась»;

кп. и кыдз овло арнас колхозын, вундытог кольччисо ыббес [33, 208] «И как бывает осенью в колхозе, поля остались нескошенными (букв. не скосив)».

Если вспомогательный глагол стоит в отрицательной форме, то конструкция с двойным отрицанием имеет утвердительное значение, указывает на категорическое утверждение [12, 388-389; 39, 128]. В коми-пермяцком языке конструкции двойного отрицания в сказуемом нам удалось зафиксировать только со вспомогательным глаголом кольны, например:

кп. човпан ыжда муторсо гортог эг кольо [33, 167] «Кусок земли размером с каравай вспахали (букв. не оставили не вспахав)».

Нам не встретились конструкции с глаголом овны в отрицательной форме, как в коми-зырянском, например:

кз. ме, дерт, сеттог ог ов «Я, конечно, отдам (букв. не проживу не отдав)».

Сходные конструкции двойного отрица-ниия с глаголом овны в коми-зырянском и коми-пермяцком языках функционируют лишь при наличии в составе конструкции модальной составляющей - глагола вермыны 'мочь' в отрицательной форме, например:

кп. а морт ая юасьтог оз вермы овны [40, 194] «А человек она (такой, что) жить не может без расспросов (букв. не расспрашивая)»;

кз. сэсся и эскытогыд мортыд оз вермы овны [41, 162] «А потом, и человек без веры-то (букв. не веря-то) не может жить».

Конструкции двойного отрицания, образуемые деепричастием и модальным глаголом вермыны 'мочь', имеют значение категорического утверждения, развиты в коми-пермяцком и в коми-зырянском:

кп. оз вермы гор0тыштт0г. Кыдз терпи-тан, к0р мортыс серал0 отирыс олан выв^? [42, 86] «Не может не крикнуть (букв. не крикнув). Как стерпишь, если человек насмехается над жизнью людей»;

кз. дзор в0рыс шыасьтог оз вермы -Пыр шувг0, шувг0, т0ла кор, А каля лэб0, к0ть оз тэрм0д Дзик некод сш0с асъядор [43, 32] «Седой лес обязательно подаст голос (букв. не может не подав) - Всё шумит и шумит, когда ветрено, А чайка летит, хотя абсолютно никто ее не торопит поутру».

В коми-пермяцком языке встречается безличные конструкции деепричастия с модальными глаголами ковны «надо, нужно, необходимо» со значением нежелательного действия, туйны «годиться» в отрицательной форме со значением необходимости выполнения действия:

кп. дружинникыс керис колана удж. Но... Кыдзк0 кол0 видзсьыны, тышкасьтог бы кол0 «Дружинник правильно поступил. Но... Нужно как-то удерживаться, не нужно бы драться (букв. не дерясь, без драки бы нужно)» [42, 187];

кп. - г0р0мс0 пинявтог оз туй видз-ны, - баитiс ая, к0р сыл0 висьталiсö, что кол0 г0рыштны быд0с, а сыб0рын в0лись пинявны [26] «- Вспаханное поле не следует держать (оставлять) без боронования (букв. не боронив), - проговорил он <...>», т.е поле следует проборонить.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

В языках схожи модели предложений с двойным отрицанием «Ger. -т0г + имя с временным значением + кз. кольны, кп. чу-лавны «пройти, миновать» в отрицательной форме»:

кз. б0рдт0г лун оз коль [44, 81] «Без слез (букв. не плача) дня не проходит»;

кп. <...> лун эз понды чулавны видчытог [45, 8] «<...> дня не стало проходить без ругани (букв. не ругаясь)».

О различиях в области синтаксиса деепричастий двух языков кратко упоминается в грамматике коми-пермяцкого языка [3, 15-16]: «В коми-зырянском деепричастия, образованные посредством суффикса -тог, могут создавать особые обороты, не свойственные коми-пермяцкому языку, например: Узис сшо некутшом вотъяс аддзывтог «Спала она, не видя никакие сны»; Ош некод тодлытог позьд пышйыны «Теперь, пока никто не знает, можно бежать», следовательно, можно говорить о том, что деепричастия на -тог в коми языках обладают различными сочетательными возможностями. В пермских языках субъект деепричастия на -тог абсолютного оборота может выражаться по-разному: в удмуртском языке сохраняет стабильность форма номинатива субъекта [2, 71], в коми-зырянском субъект может быть выражен существительным или местоимением в форме номинатива (Nom.), адессива (Adess.) или инст-рументаля (Instr.), на него может указывать посессивный суффикс (Px):

кз. некод (Nom.) тодлытог найо петюны бор <...> [46, 60] «Они вышли обратно так, что никто не знал (букв. никто не зная)»;

кз. ош визулыс, некодон (Instr.) торкавтог, бара кутас вочны ассьыс уджсо [47, 36] «Теперь течение, никем не пресекаемое (букв. никем не пресекая), снова будет делать свою работу»;

кз. <...> урокъясто велодтогыд тай ис-лавны косйин мунны, а батьыд някортю юрсито...[48, 8] «не выучив уроков (PX2sg) (ты) хотел уйти кататься, а отец оттаскал тебя за волосы».

А. Хэмэри зафиксировала активизацию адессивной формы существительного или местоимения в роли субъекта деепричастия [2, 71], а Г. А. Некрасова отмечает, что в коми языке в большинстве случаев адес-сивной формой оформляется субъект одушевленный [49, 48]. В коми-пермяцком языке отсутствуют абсолютные обороты каритивных деепричастий с выраженным субъектом. В ситуациях разносубъектности субъект деепричастия не выражен, имеет

характер субъекта односоставного предложения либо определяется по контексту:

кп. но Дёма вежорто и сшо, что уджавтог велотчомыс оз пет [50, 66] «Но Дёма понимает и то, что без работы (букв. не работая) учебы не получится».

Деепричастия коми-зырянского языка, в том числе и каритивные, в отличие от коми-пермяцких (и удмуртских), могут определяться адъективами:

кз. волю почо да висьталю, мый асъя сёйтогыс оз на лэдз найос [34, 26] «Приходила бабушка и заявила, что без утренней еды (букв. утром не поев) их не отпустит»;

кз. <...> сытог эсько, сылон мудрой веськодлытог, став оломыс дзикодз выло сувтю [47, 652] «<...> без него бы, без его мудрого руководства, вся жизнь бы остановилась»;

кз. дзолюкос некор эз моритлы кузь туйыс. Сутки чож пошти некутшом шойччытог зэлодлывлю салямкасо [51] «Дзолюка долгий путь никогда не утомлял.

Целые сутки почти без никакого отдыха обычно тянул оленью упряжь».

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Таким образом, следует отметить как сходство, так и различие каритивных деепричастий коми-пермяцкого и коми-зырянского языков. Сходство сохраняется в семантике каритивных деепричастий коми языков, в синтаксических характеристиках: обстоятельственной и комплементарной (т.е. как часть сказуемого) функциях, в качестве атрибута в коми-пермяцком языке отрицательные деепричастия употребляются реже, чем в коми-зырянском. Различия наблюдаются в сфере употребления определенно-притяжательных суффиксов и сочетательных возможностях конвербов, особенно в субъектных конструкциях. Следует отметить также процессы адвербиализации каритивных деепричастий в коми языках, в коми-пермяцком языке каритивные деепричастные наречия проявляют большую активность, чем каритивные деепричастия.

Сокращения

кз. - коми-зырянский язык, кп. - коми-пермяцкий язык, фин.-уг.- финно-угорский праязык, Рх - посессивный суффикс,

PxlSg - посессивный суффикс 1 лица единственного числа, Px2Sg - посессивный суффикс 2 лица единственного числа, Px3Sg - посессивный суффикс 3 лица единственного числа, Pxl Pl - посессивный суффикс 1 лица множественного числа, Px2Pl - посессивный суффикс 2 лица множественного числа, Px3Pl - посессивный суффикс 3 лица множественного числа.

Литература

1. Кондратьева, Н. В. К вопросу происхождения абессивного суффикса в удмуртском языке [Текст] / Н. В. Кондратьева // Ежегодник финно-угорских исследований. - 2011. - Вып. 2. - С. 7-14.

2. Hamari, A. The abessive in the Permic languages = Абессив в пермских языках [Текст] / А. Hamari // JSFOu. - Helsinki, 2011. - 93. - Pp. 37-84.

3. Коми-пермяцкий язык: введение, фонетика, лексика и морфология : учеб. для высших учебных заведений [Текст] / Под ред. и при соавт. проф. В. И. Лыткина. - Кудымкар: Коми-пермяцкое кн. изд-во, 1962. - 340 с.

4. Цыпанов, Е. А. История и проблемы исследования деепричастий в коми языке [Текст] / Е. А. Цыпанов // Динамические процессы в системах пермских языков. - 2011. - Вып. 68. - С. 130-145.

5. Суханова, В. С. Деепричастные наречия в коми языке: автореф. дис... канд. филол. наук / [Текст] / В. С. Суханов. - Петрозаводск, 1951. - 26 с.

6. Перевощиков, П. Н. Деепричастия и деепричастные конструкции в удмуртском языке [Текст] / П. Н. Перевощиков. - Ижевск: Удм. кн. изд-во, 1959. - 328 с.

7. Баталова, Р. М. Унифицированное описание диалектов уральских языков. 1: Оньковский диалект коми-пермяцкого языка [Текст] / Р. М. Баталова. - Москва ; Гамбург : Mitteilungen der Societas Uralo-Altaica. Heft 11, 1990. - 205 с.

8. Баталова, Р. М. Унифицированное описание диалектов уральских языков. 6: Нижнеиньвенский диалект коми-пермяцкого языка [Текст] / Р. М. Баталова. - Гамбург : Mitteilungen der Societas Uralo-Altaica. Heft 16, 1995. - 197 с.

9. Баталова, Р. М. Унифицированное описание диалектов уральских языков. 8: Кудымкарско-иньвенский диалект коми-пермяцкого языка [Текст] / Р. М. Баталова. - Москва ; Гронинген : Mitteilungen der Societas Uralo-Altaica. Heft 23, 2002. -168 с.

10. Грибанов, С. Ф. Коми кыв грамматика. Первой часть. Фонетика да морфология. Небытса ш0р0т да ш0р0т школа понда вел0тчан книга = Грамматика коми языка. Фонетика и морфология. Учебник для неполных средних и средних школ [Текст] / С. Ф. Грибанов. - Кудымкар : Комипермгиз, 1940. - 223 с.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

11. Цыпанов, Е. А. Перым-коми гиж0д кыв = Коми-пермяцкий литературный язык [Текст] / Е. А. Цыпанов. - Сыктывкар : Пролог, 1999. - 178 с.

12. Цыпанов, Е. А. Ногакыв = Деепричастие [Текст] / Е. А. Цыпанов // 0шя коми кыв. Морфология = Современный коми язык. Морфология. - Сыктывкар : Коми кн. изд-во, 2000. - С. 344-404.

13. Фадеев, Т. П. Лёха [Текст] / Т. П. Фадеев // Пармашн шыэз: Б0рй0м коми-пермяцшй проза = Звуки Пармы: Избранная коми-пермяцкая проза. - Кудымкар : Коми-Пермяцк0й кн. изд-во, 1997. - С. 214-238.

14. Шигуров, В. В. Типология употребления атрибутивных форм русского глагола в условиях отрицания действия : автореф. дис....докт. филол. наук [Текст] / Шигуров В. В. - Санкт-Петербург, 1994. -39 с.

15. Федюнева, Г. В. Урчитан = Наречие [Текст] / Г.В. Федюнева // 0тя коми кыв. Морфология = Современный коми язык. Морфология. - Сыктывкар : Коми неб0г лэдзанш, 2000. - С. 404-434.

16. Юхнин, В. Тундраса бияс. Куим юк0на роман = Огни тундры. Роман в трех частях [Текст] / В. Юхнин. - Сыктывкар : Коми кн. изд-во, 1984. - 472 с.

17. Ануфриева, А. З. Майбыр = Счастливая [Текст] / А. З. Ануфриева // Майбыр: повестьяс, вись-тъяс, салдатл0н письм0яс = Счастливая: повести, рассказы, солдатские письма. - Сыктывкар : Коми кн. изд-во, 1989. - С. 3-49.

18. Баталова, Р. М. Коми-пермяцко-русский словарь [Текст] / Р. М. Баталова, А. С. Кривощекова-Гантман. - М. : Русский язык, 1985. - 624 с.

19. Канюков, В. И. Смев морт = Смельчак [Текст] / В. И. Канюков // Канюков, В.И. 0кт0м проза. Вись-тъяс = Избранная проза. Рассказы. - 1994. - Режим доступа : http://www.studfiles.ru/preview/3562386/page:7 (дата обращения: 6.06.2016).

20. Минин, И. А. Посок = Посох [Текст] / И. А. Минин // Пармал0н шыэз: Б0рй0м коми-пермяцк0й проза = Звуки Пармы: Избранная коми-пермяцкая проза. - Кудымкар : Коми-Пермяцк0й кн. изд-во, 1997. - С. 106-110.

21. Олас0 да в0лас0: коми-пермяцк0й сказкаэз, легендаэз, преданнёэз, сказзэз, быличкаэз, вись-тассэз = Жили-были: коми-пермяцкие сказки, легенды, предания, былички, рассказы [Текст]. - Т. I. -Кудымкар : Пермское кн. изд-во, 1990. - 368 с.

22. Канюков, В. И. Олан и 0тш лун = Жизнь и один день [Текст] / В. И. Канюков // Иньва: лите-ратурно-художественн0й сборник. - Кудымкар : Пермск0й книжн0й издательство, 1971. - С. 32-39.

23. Тарабукин, А. Туйын = В дороге [Текст] / А. Тарабукин // Дзиръя 0шинь дорын: висьтъяс, повесть = У створчатого окна. - Сыктывкар : Коми кн. изд-во, 1993. - С. 162-166.

24. Елькин, А. Шошка сиктса доброволецъяс: казьтыл0м = Добровольцы села Шошки: ворспо-минание [Текст] / А. Елькин // Би пыр мун0м вояс = Огненные годы. - Сыктывкар : Коми кн. изд-во, 1957. - С. 89-96.

25. Мезенцев, А. П. Посни партизанск0й отрядъясысь - регуляршй красн0й часть: казьтыл0м = Из партизанских отрядов - регулярная красная часть: воспоминание [Текст] / А. П. Мезенцев // Би пыр мун0м вояс = Огненнные годы. - Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1957. - С. 129-138.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

26. Канюков, В. И. Терентий Меркурьевич [Текст] / В. И. Канюков // Миян крайын = В нашем краю. - Кудымкар : Комипермгиз, 1949. - С. 11-34.

27. Фадеев, Т. П. Адззисьлытодз, Марина! = До свидания, Марина [Электронный ресурс] / Т. П. Фадеев. - Кудымкар, 1984. - Режим доступа : http://www.studfiles.ru/preview/3562383/page:35/ (дата обращения: 6.06.2016).

28. Ануфриева, А. З. Марина [Текст] / А. З. Ануфриева // Майбыр: повестьяс, висьтъяс, салдатлон письмояс = Счастливая: повести, рассказы, солдатские письма. - Сыктывкар : Коми кн изд-во, 1989. - С. 50-75.

29. Рогов, Н. А. Опыт грамматики пермяцкаго языка [Текст] / Н. А. Рогов. - СПб. : Типография Императорской Академии наук, 1860. - 166 с.

30. Майшев, И. И. Грамматика коми-пермяцкого языка [Текст] / И. И. Майшев. - М. ; Л. : Изд-во АН СССР, 1940. - 83 с.

31. Баталова, Р. М. Краткий грамматический очерк коми-пермяцкого языка [Текст] / Р. М. Баталова, А. С. Кривощекова-Гантман // Коми-пермяцко-русский словарь. - М. : Русский язык, 1985. - С. 596-621.

32. Минин, И. А. Комолой чёрт = Комолый черт [Текст] / И. А. Минин // Пармалон шыэз: Борйом коми-пермяцкой проза = проза = Звуки Пармы: Избранная коми-пермяцкая проза. - Кудымкар : Коми-Пермяцкой кн. изд-во, 1997. - С. 93-97.

33. Федосеев, С. А. Кусом биэз: Повестттез = Потухшие огни: повести на коми-пермяцком языке [Текст] / С. А. Федосеев. - Кудымкар : Перм. кн. изд-во, Коми-перм. отд., 1991. - 300 с.

34. Юшков, Г. А. Нёль небого отувтом гижод чукор Т. 1: Бива. Чугра. = Собрание сочитений в четырех томах [Текст] / Г. А. Юшков. - Т. 1: Огниво. Чугра. - Сыктывкар : Коми кн. изд-во, 2001. - 688 с.

35. Варыш, Чераньяс, гутъяс = Пауки, мухи [Текст] / Варыш // Вой тов шувгом = Под шум северного ветра: Сборник. - Сыктывкар : Коми нига лэдзанш, 1921. - 21 с.

36. Макарова, Е. Чеччы да уджав = Вставай и работай [Электронный ресурс] / Е. Макарова // Ко-мипресс - информационный портал Республики Коми | СМИ РЕСПУБЛИКИ КОМИ | Коми му = Земля Коми, 12.11.2015. - Режим доступа : http://komipress.ru/smi/issue.php?id=1139621&doc_year=2016 (дата обращения: 6.06.2016).

37. Фадеев, Т. П. Прошинаын тулыс [Электронный ресурс] / Т. П. Фадеев // Пармаын асыв = Утро в парме, 1974. - Режим доступа : http://www.studfiles.rU/preview/3562383/page:35/ (дата обращения: 6.06.2016).

38. Бубрих, Д. В. Грамматика литературного коми языка [Текст] / Д. В. Бубрих. - Ленинград : Изд-во ЛГУ, 1949. - 207 с.

39. Лудыкова, В. М. Глагол в предложении коми языка: монография [Текст] / В. М. Лудыкова. -Сыктывкар : Изд-во Сыктывкарского ун-та, 2012. - 239 с.

40. Климов, В. В. Би керись = Добывающий огонь [Текст] / В. В. Климов // Пармалон шыэз: Борйом коми-пермяцкой проза = Звуки Пармы: избранная коми-пермяцкая проза. - Кудымкар: Коми-Пермяцкой кн. изд-во, 1997. - С. 184-197.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

41. Белых, И. Эм ко конко Медыджыдыс... = Есть ли где-то самый старший...[Текст] / И. Белых // Комтом кока челядьдырой!: висьтъяс = Босоногое детство!: рассказы. - Сыктывкар : «Коми му» газет редакция, 2012. - С. 160-164.

42. Федосеев, С. А. Счастье ас киын = Счастье в своих руках: повесть на коми-пермяцком языке [Текст] / С. А. Федосеев. - Кудымкар : Перм. кн. изд-во, Коми-перм. отд., 1978. - 104 с.

43. Попов, В. А. Печора весьтп лэбо каля = Над Печорой летит чайка [Текст] / В. А. Попов // Гы борся гы: кывбуръяс, поэмаяс = Волна за волной: стихотворения, поэмы. - Сыктывкар : Коми книжной издательство, 1984. - С. 31-33.

44. Безносикова, Л. М. Удорский диалект коми языка [Текст] / В. А. Сорвачева, Л. М. Безносико-ва. - М. : Наука, 1990. - 283 с.

45. Лихачев, М. Виль туйот = По новому пути [Текст] / М. Лихачев // Пармалон шыэз: Борйом коми-пермяцкой проза = Звуки Пармы: Избранная коми-пермяцкая проза. - Кудымкар : Коми-Пермяцкой кн. изд-во, 1997. - С. 7-46.

46. Чисталёв, В. Шог асыв. Вартысь Ёгор. Трипан Вась. Оти... дас куим миллион лыдысь = Печальное утро. Молотильщик Егор. Трипан Вась. Один из тринадцати миллионов [Текст] / В. Чиста-лев // Ытва дырйи: Коми висьт 20-30-од воясо = В половодье: Коми рассказ 20-30 годов. - Сыктывкар : Коми кн. изд-во, 1987. - С. 38-63.

47. Торопов, И. Г. Отувтом гижодъяс = Собрание сочинений [Текст] / И. Г. Торопов. - Т. 1. -Сыктывкар : Коми книжное изд-во, 2003. - 736 с.

48. Безносиков, В. И. Дружба [Текст] / В. И. Безносиков // Дружба йылысь висьтъяс = Рассказы о дружбе. - Сыктывкар : Коми кн. изд-во, 1961. - С. 3-11.

49. Некрасова, Г. А. Вежлог перым кывъясын: пертас, вежортас, артманног: Велодчан небог = Падеж в пермских языках: форма, значение, образование [Текст] / Г. А. Некрасова. - Сыктывкар : Изд-во СГУ, 2004. - 118 с.

50. Шадрин, И. Дёма [Текст] / И. Шадрин // Пармалон шыэз: Борйом коми-пермяцкой проза = Звуки Пармы: Избранная коми-пермяцкая проза. - Кудымкар : Коми-Пермяцкой кн. изд-во, 1997. - С. 46-86.

51. Рочев, Е. Дзолюк = Малыш [Электронный ресурс] / Е. Рочев. - Режим доступа : http://www.fmnougoria.ru/logos/proza/2234 (дата обращения: 7.06. 2016).

References

1. Kondratyeva N. V. K voprosu proishozhdenija abessivnogo suffiksa v udmurtskom jazyke [On Etymology of Abessive Suffix in the Udmurt language]. Ezhegodnikfinno-ugorskih issledovanij [Yearbook of Finno-Ugric Studies], 2011, no. 2, pp. 7-14.

2. Hamari A. The abessive in the Permic languages = Abessiv v permskih jazykah. JSFOu. Helsinki, 2011.93.pp. 37-84.

3. Komi-permjackij jazyk: vvedenie, fonetika, leksika i morfologija [The Komi-Permian language: introduction, phonetics, vocabulary and morphology]. Kudymkar: Komi-permjackoe kn. Publ., 1962. 340 p.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

4. Tsypanov E. A. Istorija i problemy issledovanija deeprichastij v komi jazyke [History and problems of the study of gerunds in the Komi language]. Dinamicheskie processy v sistemah permskih jazykov [Dynamic processes in the Permian languages], 2011, no. 68, pp. 130-145.

5. Sukhanova V. S. Deeprichastnye narechija v komi jazyke: avtoref. dis ... kand. flol. nauk [The participial adverbs in the Komi language]. Petrozavodsk, 1951. 26 p.

6. Perevoshhikov P. N. Deeprichastija i deeprichastnye konstrukcii v udmurtskom jazyke [Gerunds and gerund constructions in Udmurt language]. Izhevsk: Udm. kn. izd-vo Publ., 1959. 328 p.

7. Batalova R. M. Unificirovannoe opisanie dialektov ural'skih jazykov. On'kovskij dialekt komi-permjackogo jazyka [Unified description of dialects of the Uralic languages. Oni dialect of the Komi-Permian language]. Moscow - Gamburg: Mitteilungen der Societas Uralo-Altaica Publ. Heft 11, 1990. 205 p.

8. Batalova R. M. Unificirovannoe opisanie dialektov ural'skih jazykov. Nizhnein'venskij dialekt komi-permjackogo jazyka [Unified description of dialects of the Uralic languages. Low Inva dialect of the Komi-Permian language]. Gamburg: Mitteilungen der Societas Uralo-Altaica Publ., Heft 16, 1995. 197 p.

9. Batalova R. M. Unificirovannoe opisanie dialektov ural'skih jazykov. Kudymkarsko-in'venskij dialekt komi-permjackogo jazyka [Unified description of dialects of the Uralic languages. Kudymkar Inva dialect of the Komi-Permian language]. Moscow - Groningen: Mitteilungen der Societas Uralo-Altaica Publ. Heft 23, 2002.168 p.

10. Gribanov S. F. Komi kyv grammatika. Pervoj chast'. Fonetika da morfologija = Grammatika komi jazyka. Fonetika i morfologija [Komi kyv grammatika. Pervoj chast'. Fonetika da morfologija = Grammar of the Komi language. Part one. Phonetics and morphology]. Kudymkar: Komipermgiz Publ., 1940. 223 p.

11. Tsypanov E. A. Perym-komi gizhod kyv = Komi-permjackij literaturnyj jazyk [Perym-komi gizhod kyv = Komi-Permyak literary language]. Syktyvkar: Prolog Publ. 1999. 178 p.

12. Tsypanov E. A. Nogakyv = Dejeprichastie [Nogakyv = Gerund]. Onija komi kyv. Morfologija = Sovremennyj komi jazyk. Morfologija [Onija komi kyv. Morfologija = The modern Komi language. Morphology]. Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., 2000. pp. 344-404.

13. Fadeev T. P. Ljoha [Lyokha]. Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackoj proza = Zvuki Parmy: Izbrannaja komi-permjackaja proza [Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackoj proza = The sounds of parma: elected Komi-Permian prose]. Kudymkar: Komi-Permjackoj kn. izd-vo Publ., 1997. pp. 214-238.

14. Shigurov V. V. Tipologija upotreblenija atributivnyh form russkogo glagola v uslovijah otricanija dejstvija: avtoref. dis. ...dokt. filol. nauk [Typology of the use of attributive forms of the Russian verb in conditions of denial action]. Saint-Petersburg, 1994. 39 p.

15. Fedyuneva G. V. Urchitan = Narechie [Urchitan = Adverb]. Onija komi kyv. Morfologija = Sovremennyj komi jazyk. Morfologija [Onija komi kyv. Morfologija = The modern Komi language. Morphology]. Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., 2000. pp. 404-434.

16. Yukhnin V. Tundrasa bijas = Ogni tundry [Tundrasa bijas = The lights of the tundra]. Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., 1984. 472 p.

17. Anufrieva A. Z.Majbyr = Schastlivaja [Majbyr = Happy]. Anufrieva A.Z.Majbyr:povestjas, vis'tjas, saldatlon pis'mojas = Schastlivaja: povesti, rasskazy, soldatskie pis'ma [Majbyr: povest'jas, vis'tjas, saldatlon pis'mojas = Happy: novels, stories, soldier's letters]. Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., 1989. pp. 3-49.

18. Batalova R. M., Krivoshhekova-Gantman A. S. Komi-permjacko-russkij slovar' [Komi-Permyak-Russian dictionary]. Moscow: Russkij jazyk Publ., 1985. 624 p.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

19. Kanyukov V. I. Smev mort = Smel'chak [Smev mort = A brave man]. Kanjukov, V. I. Oktomproza. Vis'tjas = Izbrannaja proza. Rasskazy. [Oktom proza. Vis'tjas = Selected prose. Stories]. 1994. (In Russ.) Available at: http://www.studfiles.ru/preview/3562386/page:7 (accessed June 6, 2016).

20. Minin I. A. Posok = Posoh [Posok = Staff]. Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackojproza = Zvuki Parmy: Izbrannaja komi-permjackaja proza [Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackoj proza = The sounds of еру parma: elected Komi-Permian prose]. Kudymkar: Komi-Permjackoj kn. izd-vo Publ., 1997. pp. 106-110.

21. Olaso da volaso: komi-permjackoj skazkajez, legendajez, predannjojez, skazzjez, bylichkajez, vis'tassjez = Zhili-byli: komi-permjackie skazki, legendy, predanija, bylichki, rasskazy [Olaso da volaso: komi-permjackoj skazkajez, legendajez, predannjojez, skazzjez, bylichkajez, vis'tassjez = Lived: Permian Komi tales, legends, stories, tales, little stories, novels]. Kudymkar: Permskoe kn. izd-vo Publ., 1990. Vol. I. 368 p.

22. Kanyukov V. I. Olan i otik lun = Zhizn' i odin den' [Olan i otik lun = Life and one day]. In'va: literaturno-hudozhestvennoj sbornik [Inva: literary collection]. Kudymkar: Komi-Permjackoj kn. izd-vo Publ., 1971. pp. 32-39.

23. Tarabukin A. Tujyn = V doroge [Tujyn = On the way]. Dzirja oshin' doryn: vis'tjas, povest' = U stvorchatogo okna [Dzirja oshin' doryn: vis'tjas, povest' = At the window with sash: a novel]. Syktyvkar: Komi knizhnoj izdatel'stvo Publ., 1993. pp. 162-166.

24. Elkin A. Shoshka siktsa dobrovolecjas: kaz'tylom = Dobrovol'cy sela Shoshki: vorspominanie [Shoshka siktsa dobrovolecjas: kaz'tylom = Volunteers of Shoshka: remembrance]. Bi pyr munom vojas = Ognennye gody [Bi pyr munom vojas = Fire years]. Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., 1957. pp. 89-96.

25. Mezentsev A. P. Posni partizanskoj otrjadjasys'- reguljarnoj krasnoj chast': kaz'tylom = Iz partizanskih otrjadov - reguljarnaja krasnaja chast': vospominanie [Posni partizanskoj otrjadjasys' -reguljarnoj krasnoj chast': kaz'tylom = From small guerrilla groups to the regular red military units: a memoir]. Bi pyr munom vojas = Ognennnye gody [Bi pyr munom vojas = Fire years]. Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., 1957. pp. 129-138.

26. Kanyukov V. I. Terentij Merkur'evich [Terentij Merkur'evich]. Mijan krajyn = V nashem kraju [Mijan krajyn = In our region]. Kudymkar: Komipermgiz Publ., 1949. pp. 11-34.

27. Fadeev T. P. Adzzis'lytodz, Marina! = Do svidanija, Marina [Adzzis'lytodz, Marina! = Bye, Marina!]. Kudymkar, 1984. (In Russ.) Available at: http://www.studfiles.ru/preview/3562383/page:35/ (accessed June 6, 2016).

28. Anufrieva A. Z. Marina [Marina]. Anufrieva A.Z. Majbyr: povestjas, vis'tjas, saldatlonpis'mojas = Schastlivaja: povesti, rasskazy, soldatskie pis'ma [Majbyr: povest'jas, vis'tjas, saldatlon pis'mojas = Happy: novels, stories, soldiers' letters]. Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., 1989. pp. 50-75.

29. Rogov N. A. Opyt grammatiki permjackago jazyka [Experience of grammar of the Permian language]. Saint-Petersburg: Tipografija Imperatorskoj Akademii nauk Publ., 1860. 166 p.

30. Mayshev I. I. Grammatika komi-permjackogo jazyka [Grammar of the Komi-Permyak language]. Leningrad: Izd-vo AN SSSR Publ., 1940. 83 p.

31. Krivoshhekova-Gantman A.S. Kratkij grammaticheskij ocherk komi-permjackogo jazyka [Brief grammatical sketch of the Permian Komi language]. Komi-permjacko-russkij slovar' [Komi-Permyak-Russian dictionary]. Moscow: Russkij jazyk Publ., 1985. pp. 596-621.

32. Minin I. A. Komoloj chjort = Komolyj chert [Komoloj chjort = Hornless devil]. Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackoj proza = proza = Zvuki Parmy: Izbrannaja komi-permjackaja proza [Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackoj proza = The sounds of the parma: selected Komi-Permian prose]. Kudymkar: Komi-Permjackoj kn. izd-vo Publ., 1997. pp. 93-97.

33. Fedoseev S. A. Kusom bijez = Potuhshie ogni [Kusom bijez = Lights going out]. Kudymkar: Perm. kn. izd-vo Publ., 1991. 300 p.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

34. Yushkov G. A. Biva. Chugra. = Ognivo. Chugra [Biva. Chugra. = Flint. Chugra] Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., 2001. 688 p.

35. Varysh Cheranjas, gutjas = Pauki, muhi [Cheran'jas, gutjas = Spiders, flies]. Voj tov shuvgom = Pod shum severnogo vetra: Sbornik [Voj tov shuvgom = The sound of the North wind: a Collection]. Syktyvkar: Komi niga ljedzanin Publ., 1921. 21 p.

36. Makarova E. Chechchy da udzhav = Vstavaj i rabotaj [Chechchy da udzhav = Get Up and work]. Komipress - informacionnyj portal Respubliki Komi [Komipress - information portal of the Republic of Komi]. SMI RESPUBLIKI KOMI [Media of the Republic of the KOMI].| Komi mu = Zemlja Komi [Komi mu = the Land of the Komi], on 12.11.2015. Available at: http://komipress.ru/smi/issue.php?id=1139621&doc_year=2016 (accessed June 6, 2016).

37. Fadeev T. P. Proshinayn tulys = Vesna v Proshine [Proshinayn tulys = Spring is in the Proshina]. Parmayn asyv = Utro v parme [Parmayn asyv = Morning in the parma]. 1974. Available at: http://www.studfiles.ru/preview/3562383/page:35/ (accessed June 6, 2016).

38. Bubrikh D. V. Grammatika literaturnogo komi jazyka [Grammar of the Literary Komi language]. Leningrad: Izd-vo LGU Publ., 1949. 207 p.

39. Ludykova V. M. Glagol v predlozhenii komi jazyka [The verb in the sentence in the Komi language]. Syktyvkar: Izd-vo Syktyvkarskogo un-ta Publ., 2012. 239 p.

40. Klimov V. V. Bi kens' = Dobyvajushhij ogon' [Bi keris' = Manufacturer of fire]. Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackoj proza = Zvuki Parmy: Izbrannaja komi-permjackaja proza [Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackoj proza = The sounds of the parma: selected Komi-Permian prose]. Kudymkar: Komi-Permjackoj kn. izd-vo Publ., 1997. pp. 184-197.

41. Belykh I. Jem ko konko Medydzhydys... = Est' li gde-to samyj starshij...[Jem ko konko Medydzhydys... = Is there somewhere the elder]. Belyh I. Komtom koka cheljad'dyroj!: vis'tjas = Bosonogoe detstvo!: rasskazy [Komtom koka cheljad'dyroj!: vis'tjas = Barefoot childhood: stories]. Syktyvkar: "Komi mu" gazet redakcija Publ., 2012. pp. 160-164.

42. Fedoseev S. A. Schast'e as kiyn = Schast'e v svoih rukah: povest' [Schast'e as kiyn = Happiness in own hands]. Kudymkar: Perm. kn. izd-vo Publ., 1978. 104 p.

43. Popov V. A. Pechora ves'tti ljebo kalja = NadPechoroj letit chajka [Pechora ves'tti ljebo kalja = Seagull flying over the Pechora]. Gy borsja gy: kyvburjas, pojemajas = Volna za volnoj: stihotvorenija, pojemy [Gy borsja gy: kyvburjas, pojemajas = Wave after wave: poetry]. Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., 1984. pp. 31-33.

44. Sorvacheva V. A., Beznosikova L. M. Udorskij dialekt komi jazyka [The Udora dialect of the Komi language]. Moscow: Nauka Publ., 1990. 283 p.

45. Likhachev M. Vil' tujot = Po novomu puti [Vil' tujot = On a new path]. Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackoj proza = Zvuki Parmy: Izbrannaja komi-permjackaja proza [Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackoj proza = The sounds of the parma: selected Komi-Permian prose]. Kudymkar: Komi-Permjackoj kn. izd-vo Publ., 1997. pp. 7-46.

46. Chistalyov V. Shog asyv. Vartys' Jogor. Tripan Vas'. Oti... das kuim million lydys' = Pechal'noe utro. Molotil'shhik Egor. Tripan Vas'. Odin iz chisla trinadcati millionov [Shog asyv. Vartys' Jogor. Tripan Vas'. Oti. das kuim million lydys' = Sad morning. The Thresher Egor. Tripan Vas'. One of the thirteen million.]. Ytva dyrji = V polovod'e [Ytva dyrji = In the flood]. Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., 1987. pp. 38-63.

47. Toropov I. G. Otuvtom gizhodjas = Sobranie sochinenij [Otuvtom gizhodjas = Collected works]. Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., Vol. 1. 2003. 736 p.

48. Beznosikov V. I. Druzhba [Friendship]. Beznosikov V. I. Druzhba jylys'vis'tjas = Rasskazy o druzhbe [Druzhba jylys' vis'tjas = Stories about friendship]. Syktyvkar: Komi kn. izd-vo Publ., 1961. pp. 3-11.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

49. Nekrasova G. A. Vezhlog perym kyvjasyn: pertas, vezhortas, artmannog: Velodchan nebog = Padezh v permskih jazykah: forma, znachenie, obrazovanie [Vezhlog perym kyvjasyn: pertas, vezhortas, artmannog: Velodchan nebog = A case in the Perm languages: the form, meaning, formation]. Syktyvkar: Izd-vo Syktyvkarskogo un-ta Publ., 2004. 118 p.

50. Shadrin I. Djoma [Dema]. Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackoj proza = Zvuki Parmy: Izbrannaja komi-permjackaja proza [Parmalon shyjez: Borjom komi-permjackoj proza = The sounds of the parma: selected Komi-Permian prose]. Kudymkar: Komi-Permjackoj kn. izd-vo Publ., 1997. pp. 46-86.

51. Rochev E. Dzoljuk = Malysh [Dzoljuk = Baby]. Available at: http://www.finnougoria.ru/logos/proza/2234 (accessed June 7, 2016).