ЭКОНОМИЧЕСКИЕ НАУКИ
К ВОПРОСУ РАЗВИТИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В СТРАНАХ ПОСТСОВЕТСКОГО ПРОСТРАНСТВА Исмаилова Л.Г. Email: Ismayilova1171@scientifictext.ru
Исмаилова Лала Гамлет - кандидат экономических наук, доцент, кафедра экономики промышленности и менеджмента, Азербайджанский государственный университет нефти и промышленности, г. Баку, Азербайджанская Республика
Аннотация: в статье представлены основные направления и аспекты развития предпринимательства в странах постсоветского пространства. В исследовании рассматриваются и анализируются масштабы и условия предпринимательства в ряде стран постсоветского пространства, таких как Республика Беларусь, Республика Грузия и Республика Казахстан. В частности, рассматриваются некоторые аспекты, содействующие развитию предпринимательской деятельности в вышеуказанных странах, повышению предпринимательской активности, исследуются и анализируются данные на основе докладов Всемирного банка, ряда других мировых мониторинговых групп, характеризующие такие важные переменные, влияющие на развитие предпринимательства, как степень предпринимательской активности, плотность вхождения в бизнес, установленный уровень владения бизнесом, индекс мотивации и ряд других.
Ключевые слова: предпринимательство, предпринимательская активность, постсоветское пространство, экономическое развитие.
ON THE QUESTION OF ENTREPRENEURSHIP DEVELOPMENT IN THE COUNTRIES OF THE POST-SOVIET SPACE Ismayilova L.H.
Ismayilova Lala Hamlet - PhD in Economics, Associate Professor, DEPARTMENT OF ECONOMICS OF INDUSTRY AND MANAGEMENT, AZERBAIJAN STATE UNIVERSITY OF OIL AND INDUSTRY, BAKU, REPUBLIC OF AZERBAIJAN
Abstract: the article presents the main directions and aspects of the development of entrepreneurship in the post-Soviet countries. The study examines and analyzes the scale and conditions of entrepreneurship in a number ofpost-Soviet countries, such as the Republic of Belarus, the Republic of Georgia and the Republic of Kazakhstan. In particular, it considers some aspects that contribute to the development of entrepreneurial activity in the above countries, increase entrepreneurial activity, studies and analyzes data based on the reports of the World Bank, a number of other world monitoring groups, characterizing such important variables that affect the development of entrepreneurship as the degree of entrepreneurial activity, density of entry into business, established level of business ownership, motivation index and a number of others.
Keywords: entrepreneurship, entrepreneurial activity, post-soviet space, economic development.
УДК 339
Несомненно, что невозможно полноценное экономическое развитие страны без свободной рыночной экономики, без развития предпринимательство во всех сферах деятельности, без повышения предпринимательской активности.
Развитие предпринимательства способствует экономическому развитию всего государства, повышает темпы экономического роста, формирует и определяет качество и структуру валового национального продукта, и в конечном итоге увеличивает благосостояние общества в целом. Следует также отметить, что развитие
31
предпринимательства повышает имидж страны в мировом экономическом пространстве, так как отвечает тенденциям происходящих в мире хозяйственных экономических процессов, учитывая роль мелких и средних предприятий в развитии малого и среднего бизнеса во всех отраслях экономики. Рассмотрим некоторые аспекты развития предпринимательства и повышения предпринимательской активности стран постсоветского пространства, с учетом специфики развития каждой из рассматриваемых стран.
Поскольку в Советском Союзе практически не существовало предпринимательства, эмпирически следует отметить, что все страны СНГ после распада СССР имели одинаковую слабую институциональную инфраструктуру, особенно в области предпринимательства и рыночного капитализма в целом. После распада Союза и раннего формирования рыночного капитализма в постсоветских странах многое изменилось [1].
Для современного этапа развития стран постсоветского пространства характерны геополитические сдвиги, в частности, стремясь к переменам, «новые демократии», в частности, Грузия, проводят широкомасштабные реформы, направленные на повышение эффективности механизмов государственной политики и управления для обеспечения экономического благополучия; некоторые меры включают борьбу с коррупцией, бюрократизмом и пересмотром законодательства с целью приведения его в соответствие с современными международными стандартами. Углубленное сотрудничество с Европейским союзом было определено в качестве первоочередной задачи для новых правительств; были подписаны соглашения об ассоциации с этой организацией, что создало правовую основу для более тесной политической и экономической европейской интеграции.
Огромное количество исследований связывает предпринимательство с экономическим развитием; считается, что содействие предпринимательству особенно важно для стран, которые переходят от командной экономики к рыночному капитализму. В литературе предлагается несколько классификаций предпринимателей; широко используемая классификация различает две основные категории: необходимость и возможность предпринимательства [2].
Различие между ними является существенным, поскольку не все предприниматели мотивируют экономический рост. Предприниматели по необходимости определяются как лица, которые ведут бизнес из-за финансовой необходимости и из-за отсутствия других возможностей трудоустройства. Напротив, предприниматели, создающие новые возможности, создают новые предприятия, признавая ценные возможности рынка и способствуя повышению экономического развития в целом. Неудивительно, что предпринимательство по необходимости чаще наблюдается в развивающихся странах, где экономические условия, как правило, тяжелее [3].
В свою очередь, предпринимательство по возможности преобладает в экономически развитых странах, в частности, там предприниматели сталкиваются со значительно меньшим количеством институциональных ограничений при желании начать и развивать предпринимательскую деятельность. Распространенность предпринимателей по необходимости указывает на то, что предпринимательская среда в стране носит ограничительный характер, поскольку многие люди, вероятно, сталкиваются с систематическими препятствиями, которые мешают им формализовать свою деловую деятельность. Кроме того, в то время как предприниматели, движимые необходимостью, вероятно, будут тратить большую часть своего дохода на свои личные жизненные потребности, предприниматели, имеющие возможность, как правило, реинвестируют свои доходы обратно в бизнес, что мотивирует экономический рост [2]. Возможности предпринимателей наиболее мотивированы в рамках хорошо развитой формальной институциональной среды, характеризующейся соответствующей правовой системой и благоприятным для бизнеса регулированием.
Итак, рассмотрим определенные переменные, характеризующие степень предпринимательской активности в ряде стран постсоветского пространства, в частности в Грузии, Казахстане и Белоруси. В своем докладе «Ведение бизнеса: предпринимательство » Всемирный банк измеряет степень предпринимательской активности с помощью единого
32
измерителя «Плотность входа в бизнес». [4] Эта переменная показывает скорость, с которой новые фирмы регистрируются в данной стране на 1000 человек трудоспособного возраста в год.
Данные этого исследования по ряду стран следующие: по Грузии сообщается об 8,37 фирмы на 1000 человек; в Казахстане плотность нового бизнеса оценивается в 2,24, в то время как в Беларуси результат ниже чем 1. Результат Грузии выделяется не только по сравнению с Беларусью и Казахстаном, но и с остальным миром: страна занимает пятое место в полном рейтинге, демонстрируя более высокие темпы создания нового бизнеса, чем все страны с развитой экономикой ОЭСР, за исключением Дании и Чили. Статистика по Беларуси и Казахстану в целом соответствует схеме, наблюдаемой в остальных постсоветских республиках, кроме России; (Армения - 1,74, Кыргызская Республика - 1,27, Украина - 1,54, Узбекистан - 1,01). Фактически, Казахстану удается показать немного лучший результат по сравнению с остальными странами СНГ (кроме Грузии и России).
Рассмотрим более подробно показатели других исследований по Грузии и Казахстану соответственно.
В глобальном мониторинге предпринимательства со стороны GEM сообщается о исследовании ряда аспектов предпринимательства, по основными категориям, которые отображают степень предпринимательской активности, в частности «Общая предпринимательская активность на ранней стадии» и «Установленный уровень владения бизнесом» [5].
Категория «Общая предпринимательская активность на ранней стадии» отражает предпринимательский потенциал страны, так как охватывает как начинающих предпринимателей, так и тех, кто отчитываются как собственники бизнеса. Напротив, в рамках измерения «Установленный уровень владения бизнесом» учитываются только владельцы бизнеса, осуществляющие предпринимательскую деятельность более 42 месяцев. Переменные рассчитаны в процентном соотношении населения трудоспособного возраста.
Две другие наиболее важные категории в исследовании GEM включают «Уровень воспринимаемых возможностей», который обозначает долю населения трудоспособного возраста, которая видит хорошие возможности для начала бизнеса в той области, где они живут, и «Индекс мотивации», который отображает долю потенциальных предпринимателей и предпринимателей по необходимости среди всех респондентов «Общая предпринимательская активность на ранней стадии» (в частности, путем деления процента предпринимателей по возможности на процент предпринимателей по необходимости, следовательно, чем выше, тем лучше) [5].
Для категории «Общая начальная предпринимательская активность» результаты Казахстана превышают результаты Грузии: для Казахстана значения составляют 11,32% и 10,15% населения в 2017 и 2016 годах соответственно, тогда как для Грузии этот показатель составляет 8,58% (2016). Противоположное наблюдается в переменных, указывающих «Установленный уровень владения бизнесом»: Грузия показывает большее количество существующих предпринимателей, которые сообщают о себе как владельцы бизнеса, -8,60% населения (2016 г.), в то время как на Казахстан приходится гораздо меньшие доли за оба года участия с незначительным улучшением - 2,40% (2016 г.) и 2,41% (2017 г.). Несмотря на то, что результат Грузии соответствует среднему мировому значению для ее категории (низкий доход - 8,05%), Казахстан значительно ниже среднего мирового значения для категории, в которую он помещен (средний доход - 8,50%).Далее следует отметить, что 50,42% (2017 г.) казахстанских респондентов сообщают о том, что они видят возможности на рынке в соответствии с категорией «Воспринимаемых возможностей», в то время как об этом говорят только 29,51% грузинских респондентов. Что касается «Индекса мотивации», Грузия сообщает о сравнительно худшем результате: 0,70 (2016 г.) в Грузии против 0,80 (2016 г.) и 1,78 (2017 г.) в Казахстане. Результат Казахстана также отличается улучшением при сравнении 2016 и 2017 годов. Это существенное улучшение, однако, не отразилось на изменении доли населения, которое идентифицируется как фактические владельцы бизнеса за тот же период (изменение на 0,1% с 2016 по 2017 год) [5].
Далее рассмотрим показатели эффективности регулирования предпринимательской деятельности. Измерение эффективности регулирования, охватывающее целый ряд правительственных учреждений, направлено на изучение текущего состояния официальных учреждений в исследуемых странах. Исследование эффективности регулирования предпринимательства позволяет сделать определенные выводы из ряда источников, к ним относятся уже упомянутые GEM и Doing Business, а также два индекса, которые конкретно отражают формальный институциональный ландшафт, а именно: индексы экономической свободы Института Фрейзера и Фонда экономической свободы наследия.
Положение с правами собственности и состояние общей правовой системы, классифицируемые в рамках официальных институтов, всегда выделяются как основополагающие для продуктивного развития предпринимательства, в свою очередь, неопределенные права собственности и слабые правовые системы значительно увеличивают риски для предпринимателей, часто заставляя их отказаться от идеи открытия своего бизнеса.
Результаты индекса экономической свободы Института Фрейзера (2016) указывают на значительное преимущество Грузии в области положения прав собственности и состояния правовой системы: в то время как Грузия получила оценку 6,31 (из 10), в Беларуси и Казахстане данные оценки составляют 5,53 и 5,45 соответственно. Результат Грузии самый высокий по странам постсоветского пространства, он ближе к показателям таких стран, как Литва (6,50) и Южная Корея (6,39). Между тем, баллы по Беларуси и Казахстану ближе к показателям в остальных странах СНГ (например, Армения - 5,81, Таджикистан 5,12) [6].
Индекс экономической свободы, представленный Фондом «Наследие» (2019), оценивает права собственности в рамках категории «Верховенство закона». Грузия снова находится на первом месте: 65,9 против 59,3 в Казахстане и 55,2 в Беларуси. В докладе, реформы и действия, проводимые Грузией характеризуются значительной эффективностью, в связи с чем достигнуто значительное улучшение положения в вышеуказанных областях [7].
Свобода бизнеса, согласно определению государственного регулирования, является важным формальным институтом, который напрямую влияет на перспективы предпринимателей в данной стране.
Несомненно, что регулирование бизнеса определяет кодифицированную основу для свободы бизнеса, выступает в качестве формального института, который напрямую влияет на перспективы предпринимателей в данной стране и дает возможность ведения предпринимательской деятельности в рамках определенных стимулов и ограничений, играет решающую роль в мотивации предпринимателей, что способствует экономическому развитию страны.
Индекс экономической свободы Института Фрейзера (2016) отражает усилия государств создавать благоприятные условия для ведения бизнеса (переменная «Регулирование»). Грузия возглавляет эту категорию, набрав 8,49 балла; Казахстан и Беларусь, 7,54 и 6,38 соответственно. Результат Грузии приближает ее к результатам таких высокоразвитых стран, как Швейцария и США, в то же время результат Казахстана, хотя и слабее, чем у Грузии, по-прежнему выше всех других стран СНГ; результат Беларуси, сопоставим с остальными странами СНГ [6].
Экономический индекс Фонда наследия (2019) обобщает свою оценку качества деловой политики, в частности, касающейся открытия, работы и закрытия предприятия, в рамках его переменной «Свобода бизнеса». Грузия снова стоит на первом месте: 85,8 балла против 75 у Беларуси и 73,9 у Казахстана. В комментарии описывается, что Грузия «поддерживает сильный импульс в либерализации экономической деятельности»; также упоминаются усилия Казахстана по реформированию, но отмечается, что имеется «еще много возможностей» для улучшения. Наконец, в Беларуси отмечается некоторый прогресс относительно приведения предпринимательского законодательства в соответствие с современными стандартами, но в комментарии отмечается, что, пока правительство Беларуси продолжает доминировать в экономике страны с ее многочисленными государственными предприятиями, положение будет улучшаться довольно медленно [7].
34
Всемирный банк в своем исследовании «Ведение бизнеса: предпринимательство» отражает общее качество нормативной деятельности в рамках рейтинга «Легкость ведения бизнеса» [4].
В 2019 году Грузия заняла 6-е место в мире, набрав 83,28 из 100 баллов, а Казахстан и Беларусь - на 28-м (77,89) и 37-м (75,77) соответственно. В базе данных также сообщается о легкости открытия бизнеса именно по качеству регулирования: в 2019 году Грузия заняла 2-е место в мире с почти идеальным баллом 99,34; Беларусь и Казахстан оказались менее благоприятными, продемонстрировав аналогичную картину с результатами рейтинга «Легкость ведения бизнеса», заняв 29-е (93,39) и 36-е (92,96) места соответственно [4].
Категория GEM «Правительственная политика: налоги и бюрократия» указывает на способность налоговой и деловой политики обеспечивать предпринимательскую деятельность, на основании заявлений самих предпринимателей. По оценкам результат Грузии, 3,87 (из 5) (2016 г.) является самым высоким зарегистрированным результатом в последних рейтингах GEM. Казахстанские респонденты более умеренны в своих ответах, но все же сообщают о сравнительно впечатляющем балле 2,76 (2018) (для сравнения, в самых последних данных Германия находится на 2,63, Литва - 2,46, Россия - 2,05). Кроме того, в своей категории «Государственные программы» GEM сообщает о качестве государственных программ, направленных на содействие предпринимательству. Оценка Грузии снова превышает рейтинг Казахстана - 3,22 (2016 г.) против 2,79 (2018 г.), что указывает на более высокую степень удовлетворенности государственными программами в Грузии [5].
Таким образом, можно сделать вывод, что современная Грузия широко признана за активные реформы, направленные на повышение экономического благополучия страны. Эффективные правительственные программы страны способствовали улучшению экономики во многих сферах: улучшилось финансовое состояние, безработица находится на 15-летнем минимуме, а реальный доход на душу населения почти утроился по сравнению с двумя десятилетиями назад. Деловая среда в Грузии характеризуется как открытая и гостеприимная, свободная от коррупции; Всемирный банк прогнозирует, что реальный ВВП Грузии будет расти в среднем на 4,9% в год с 2020 по 2021 год. Для сравнения, за тот же период реальный ВВП Казахстана, как ожидается, будет расти в среднем на 3,2% в год; та же статистика по Беларуси прогнозируется на уровне 1,25%.
Несомненно, что формальные институты напрямую влияют на возможности предпринимательства в стране, поскольку они структурируют формальные условия, в частности, деловую среду, в которой должны работать предприниматели. Государственная политика в отношении бизнеса в целом и предпринимательства, в частности, составляет фактор, который формирует формальные институты в их отношении к предпринимательству.
Список литературы / References
1. Агеев А.И., Гратчев М.В. и Хисрич Р.Д. Предпринимательство в Советском Союзе и постсоциалистической России. Экономика малого бизнеса. Том 7. Выпуск 5, 1995. С. 365-376.
2. Fuentelsaz L., Gonzalez C., Maicas J.P. and Montero J. Как разные формальные институты влияют на возможности и необходимость предпринимательства. BRQ Business Research. Том 18. Выпуск 4, 2015. С. 246-258.
3. Baumol W.J. Предпринимательство: продуктивное, непродуктивное и разрушительное. Журнал политической экономии. Том 90. Выпуск 5. Часть 1, 1990. С. 893-921.
4. Всемирный банк. Ведение бизнеса: предпринимательство. Группа Всемирного банка, 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.doingbusiness.org/en/data/exploretopics/entrepreneurship/ (дата обращения: 20.06.2020).
5. GEM. Предпринимательское поведение и отношения / предпринимательские рамочные условия. Глобальный мониторинг предпринимательства, 2019. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.gemconsortium.org/data/ (дата обращения: 20.06.2020).
6. Институт Фрейзера. Рейтинг экономической свободы 2016. Институт Фрейзера, 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.fraserinstitute.org/economic- freedom / map? Geozone = world & page = map & year = 2016/ (дата обращения: 20.06.2020).
7. Фонд наследия. Индекс экономической свободы за 2019 год. Фонд наследия. 2019. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.heritage.org/index/ranking/ (дата обращения: 22.06.2020).