УДК 343.812 ББК 67.409.021 Р85
Аннотация: в статье рассмотрены история и особенности функционирования частных тюрем в зарубежных странах, возможности создания данного института в России, а также изложены некоторыенаправ-ления частно-государственногопартнерства в УИС.
Ключевые слова: частные тюрьмы, оптимизация расходов на заключенных, частно-государственное партнерство в уголовно-исполнительнойсистеме.
СЕРГЕЙ ГЕННАДЬЕВИЧ РУКОСУЕВ*, АНДРЕЙ АНАТОЛЬЕВИЧ НИКИФОРОВ**
КВОПРОСУ ОБ ИНСТИТУТЕ ЧАСТНЫХ ТЮРЕМ
S.G. RUKOSUEV*, A.A. NIKIFOROV**
PRIVATE PRISONS
Annotation: the article deals with historical aspect and present functioning of private prisons abroad, private prisons management in Russia and also some directions of the private and state partnership in Prison system.
Key words: private prisons, optimization of prison expenses, private and state partnership in penal system.
В мировой практике одним из возможных инструментов повышения качества исполнения наказаний и оптимизации расходов на пенитенциарную систему признан институт частных тюрем. В рамках начавшегося кардинального реформирования уголовно-исполнительной системы (УИС) считаем важным исследовать прогрессивный зарубежный опыт и возможность его внедрения в России.
Частные тюрьмы на основании контракта с федеральным органом исполнительной власти, выполняющим правоприменительные функции, осуществляют содержание осужденных. Государство, в свою очередь, оплачивает каждый человеко-день. Предпосылки создания частных тюрем в каждой стране были разные: если в Англии, США, Швеции они явились результатом эволюционного развития пенитенциарной системы и доверия общественности, то в Венгрии появление такого тюремного института всецело связано с проблемами государственного финан -сирования пенитенциарных учреждений.
Современная история частных тюрем началась в феврале 1983 г. в США, когда венчурная компания Massey Burch Investmentполучила от властей штата Теннесси контракт на приватизацию тюрьмы Hamilton County. В 1984 г. Corrections Corporation of America ССА), созданная инвесторами Massey Burch, получила в управление уже все тюрьмы штата за 200 млн долл. Постепенно CCA распространила дея-
тельность и на другие штаты, а в 1994 г. созда-
* Кандидат педагогических наук, заместитель начальника академии по тылу (Академия ФСИН России).
E-mail: sergej-ru@yandex.ru.
** Аспирант кафедры финансов (Санкт-Петербургскийгосударственныйуниверситет экономики и финансов). E-mail: nikan@newmail.ru.
Уголовно-исполнительное право
Уголовно-исполнительное право
ла подразделение для перевозки заключенных -TransCor America Уже к 1998 г. CCA контролировала более 50 % тюремного бизнеса США. Сейчас ССА, на которую работает почти 17,5 тыс. служащих, имеет 46 собственных тюрем в 14 штатах и является оператором еще 21 госучреждения, занятого исполнением наказаний. С 1986 г. акции CCA участвуют в торгах на Нью-Йоркской фондовой бирже, где капитализация корпорации оценивается в 2,26 млрд долл. Чистый доход CCA вырос с 50,1 млн долл. в 2005 г. до 155 млн долл. в 2009 г., что продемонстрировало перспективность «бизнеса на наказаниях»1.
Стоимость человеко-дня колеблется в пределах от 25 до 60 долл. - в зависимости от типа учреждения и степени его заполненности. Чем больше заключенных в тюрьме, тем меньшую плату корпорация требует за каждого новичка. Если, например, у штата слишком много заключенных, которых негде разместить, власти нанимают брокера, который подбирает подходящий вариант размещения по минимальной цене. Брокеры получают комиссионные- 2,50-5,50 долл. с каждого человеко-дня. Исследования показали, что с 1999 по 2004 год органам власти удалось сэкономить около 15 млн долл. на использовании частных тюрем. Экономия только на строительстве составила 15-25 %, на содержании осужденных - 10-15 %2. В целом в США около 20 частных компаний содержат под стражей в 27 штатах примерно 100 тыс. осужденных (или 4,4 % от их общей численности). Оплачивая строительство, ремонт тюрем и содержание заключенных, бизнес использует дешевый труд осужденных.
Еще один очень важный финансовый аспект функционирования частных тюрем. Тюремная индустрия США производит 100 % всех военных касок, форменных ремней и портупей, бронежилетов, идентификационных карт, рубашек, брюк, палаток, рюкзаков и фляжек. Помимо военного снаряжения и обмундирования, здесь изготавливают 98 % произведенных для рынка монтажных инструментов, 46 % пуленепробиваемых жилетов, 36 % бытовой техники, 30 % наушников, микрофонов, мегафонов и 21 % офисной мебели, а также авиационное и медицинское оборудование и многое другое. Для производителей это очень выгодно: ни забастовок, ни оплаты страховки от безработицы, отпусков и отгулов. Все работники заняты полное время, никогда не опаздывают.
Однако есть и обратная сторона медали. Частный наем заключенных провоцирует стремление сажать людей в тюрьму. Корпоративные
держатели акций, которые делают деньги на труде заключенных, лоббируют приговоры к более длительным срокам, чтобы обеспечить себя рабочей силой3. Компании успешно зарабатывают, в частности, на «экспорте и импорте» заключенных, переводимых из перенаселенных тюрем в бедные округа. В трех штатах -Нью-Йорке, Иллинойсе и Луизиане - действуют законодательные запреты на использование частного бизнеса в пенитенциарной системе.
Великобритания стала первой европейской страной, где власти привлекли частный бизнес к делу содержания осужденных В Европе по сравнению с Америкой эта практика запоздала почти на десять лет: первая частная мужская тюрьма Wolds в Йоркшире вместимостью около 400 осужденных была открыта в 1992 г. В настоящее время в Англии, Шотландии и Уэльсе действуют 12 частных тюрем. Лидер британского тюремного рынка - компания G4S: в 2009 г. ее чистый доход составил 219,2 млн фунтов, а капитализация на Лондонской фондовой бирже в конце мая 2010 г. достигла 3,67 млрд фунтов.
Помимо США и Великобритании, по нескольку частных тюрем действует в Австралии, Канаде, Швеции. Во Франции с 1990-х годов существуют тюрьмы со смешанным частно-государственным управлением: здания строят и обслуживают частные подрядчики, но контроль над осужденными и их жизнеобеспечение государство оставило за собой. В Бразилии в 1999 г. избран промежуточный вариант между моделями США и Франции: внешнюю охрану тюрем осуществляют правительственные подразделения, а за внутренним порядком следит частная компания. В Бразилии частники управляют 17 тюрьмами, в которых содержится 2 % всех заключенных. С начала 2000-х годов в ряде стран (Болгария, Венгрия, Чехия) на уровне правительств обсуждается вопрос о создании частных тюрем. Активно развивается тюремный бизнес в странах Балтии: в Эстонии с 2008 г. действуют две частные тюрьмы; утвержденный правительством Латвии план развития тюремной системы предполагает строительство до 2014 г. восьми новых тюрем с привлечением частного капитала.
В России впервые идея частных тюрем была обнародована еще в 2004 г. Минэкономразвития рассматривало частные тюрьмы как форму частно-государственного партнерства, которая позволит государству продвинуться по пути гуманизации, а бизнесу - заработать. Им жестко оппонировал Минюст России: с его точки зрения в частных тюрьмах будет больше зло-
употреблений, чем в государственных, поскольку предприниматели будутзаинтересованы выжимать из заключенных как можно больше прибыли и оставлять их в своем распоряжении как можно дольше4.
Спор сторонников и противников данного вида учреждений, занимающихся исполнением наказаний, не утихает с момента появления первых частных тюрем. Аргументы защитников частного сектора касаются в главном практической стороны дела: считается, что частные тюрьмы более рентабельны, тратят на каждого заключенного меньше казенных денег и поэтому выгодны налогоплательщику, у них более современные и удобные здания, благодаря конкуренции условия содержания заключенных улучшаются, а затраты на исполнение приговоров становятся меньше. Словом, тюремный бизнес подчиняется тем же законам, что и любой другой, а государство и в этой сфере показало свою неконкурентоспособность.
Противники «приватизации правосудия» апеллируют в основном к морали: когда государство перепоручает свои функции материально заинтересованным «субподрядчикам», представления о справедливости разрушаются. Как любое предприятие, действующее в условиях рынка, тюрьма стремится получить максимум прибыли, поэтому экономит на всем. Разумеется, тюрьмы заключают с государством контракт, в котором оговариваются предоставляемые услуги, однако проверить выполнение положений контракта в закрытом заведении довольно сложно. Есть и другие неприятные побочные эффекты приватизации. Город, рассчитывающий поправить дела с помощью новой тюрьмы, будет делать все возможное, чтобы ее заселить, а государству рано или поздно придется считаться с этим желанием и подгонять под него законодательство и судебную практику5. Важен также кадровый вопрос: все кандидаты на службу в правоохранительные органы (в том числе во ФСИН России) проходят специальную проверку и психологическое тестирование. Частные корпорации могут и упростить прием. Острый вопрос - о применении данными структурами оружия и спецсредств.
Тем не менее практику частных тюрем в целом можно считать успешной. Благодаря конкуренции себестоимость содержания заключенного снижается, а государственные тюрьмы вынуждены проводить работу по улучшению содержания спецконтингента и совершенствовать финансовый механизм. Тюремная индустрия заняла столь прочное место в мировой экономи-
ке, что вряд ли сейчас кто-то будет ратовать за ликвидацию частных тюрем. По нашему мнению, при решении этого вопроса необходима жесткая гарантия обеспечения наряду с положительным финансовым результатом безусловного выполнения исправительного элемента наказания. Частные тюрьмы в лице их владельцев не заинтересованы в том, чтобы заключенный быстрее исправился и вышел на свободу, так как его тюремный срок определяет размер их дохода. Если инвесторы и придут, то исключительно за дешевыми рабочими руками, а при таком подходе отслеживать права заключенных и качество процесса ресоциализации будет действительно сложно.
Как показывает анализ, преждевременно говорить о широкой практике создания частных тюрем в России, но использовать потенциал предпринимательских структур для наиболее эффективной организации труда и профессионального обучения осужденных с целью их ресоциализации необходимо. Применение механизма частно-государственного партнерства при организации труда осужденных в учреждениях УИС имеет несомненные как социальные, так и экономические преимущества. Во-первых, частный партнер сможет более эффективно организовать трудовую деятельность осужденных, ибо будеториентироваться на выпуск конкурентоспособной продукции, задействовав максимальное количество трудовых ресурсов. Он также свободен в выборе подходов к организации производства и выработке административно-управленческих решений. Во-вторых, он может самостоятельно решать все финансовые вопросы и, в отличие от учреждений УИС, не связан жесткими положениями бюджетного законодательства. В-третьих, работа осужденного у частного работодателя психологически приближает его к работе в условиях свободы, что становится важным фактором ресоциализации и последующей адаптации к нормальной жизни и работе после осво-бождения6.
Однако для развития частно-государственного партнерства в системе ФСИН России государство в лице органов исполнительной власти должно создать условия, благоприятные для привлечения коммерческих структур в эту сферу деятельности, например льготное налогообложение, обеспечение приоритетного размещения госзаказов, предоставление нормативного бюджетного финансирования. Кроме того, потребуется детальная разработка правовых и организационных основ взаимодействия орга-
Уголовно-исполнительное право
Уголовно-исполнительное право
нов и учреждений УИС с частным сектором ния уголовно-исполнительного законодатель-
экономики, возможно, в виде специальной про- ства по привлечению осужденных к труду и их
граммы развития частно-государственного дальнейшему трудоустройству, но и, безуслов-
партнерства в УИС. Данная программа не толь- но, будет способствовать результативности ре-
ко позволит эффективно выполнять требова- шения задач УИС в целом.
1 См.: Дранкина Е., Долгополов А. Закрытая экономическаязона // Деньги. 2010. № 21 (776).
2 Blumstein J.F., Cohen M.A., Seth S. Do government agencies respond to market pressures? Evidence private prisons. URL: http://www. globalresearch.ca
3 Pelaez V. The prison industry in the United States: big business or a new form of slavery? URL: http:// www.globalresearch. ca
4 См.: Дранкина Е., Долгополов А. Указ соч.
5 См.: Тюрьма с коммерческимуклоном // Коммерсантъ. 2000. № 22.
6 См.: Скрячев А.М., Баринов А.В., Гудков А.И. Частно-государственноепартнерство в системе трудовой адаптации осужденных// Вестн. Владимир, юрид. ин-та. 2009. № 3. С. 27-33.