Научная статья на тему 'К проблеме происхождения памятников смольнинской культуры в Приморье'

К проблеме происхождения памятников смольнинской культуры в Приморье Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
243
96
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ПРИМОРЬЕ / ЭПОХА СРЕДНЕВЕКОВЬЯ / СМОЛЬНИНСКАЯ КУЛЬТУРА / КЕРАМИКА / КОРЕЙСКИЙ ПОЛУОСТРОВ / ПЕРИОД РАННЕГО ЖЕЛЕЗНОГО ВЕКА / ПЕРИОД ТРОЕЦАРСТВИЯ

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Жущиховская И. С.

Рассматриваются материалы по проблеме происхождения памятников смольнинской археологической культуры, открытых недавно в юго-восточном и центральном Приморье и датируемых эпохой средневековья. Ближайшие аналогии гончарной традиции данных памятников обнаруживаются в корейском керамическом производстве во временных рамках от рубежа н.э. до конца периода Троецарствия (VII в.).

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «К проблеме происхождения памятников смольнинской культуры в Приморье»

Вестник ДВО РАН. 2009. № 5

УДК 930. 26 И.С.ЖУЩИХОВСКАЯ

К проблеме происхождения памятников смольнинской культуры в Приморье

Рассматриваются материалы по проблеме происхождения памятников смольнинской археологической культуры, открытых недавно в юго-восточном и центральном Приморье и датируемых эпохой средневековья. Ближайшие аналогии гончарной традиции данных памятников обнаруживаются в корейском керамическом производстве во временных рамках от рубежа н.э. до конца пер-иода Троецарствия (VII в.).

Ключевые слова: Приморье, эпоха средневековья, смольнинская культура, керамика, Корейский полуостров, период раннего железного века, период Троецарствия.

On the problem of origin of Smol’ninskaya culture in Primorye. I.S.ZHUSHCHIKHOVSKAYA (Institute of History, Archaeology and Ethnography of Peoples of Far East, FEB RAS, Vladivostok).

The paper is focused on the problem of origin of sites of Smol’ninskaya archaeological culture discovered recently in the Primorye region and dated to Medieval epoch. Close analogies of pottery-making traditions of Smol’ninskaya culture can be found in the pottery-making of Korea peninsular within the period from the new era border to the end of Three Kingdoms period.

Key words: Primorye, Medieval epoch, Smol’ninskaya culture, pottery, Korea peninsular, period of Early Iron Age, Three Kingdoms period.

Одним из наиболее примечательных событий для специалистов по средневековой археологии Приморья явилось открытие памятников, представляющих новую культурную традицию - смольнинскую, или, по другой версии, николаевскую1. Ареал памятников, как он очерчивается сегодня, охватывает долины рек Арсеньевка, Партизанская, верховья р. Уссури в центральном и юго-восточном Приморье (рис. 1) [2, 4, 6, 13, 15]. На ряде местонахождений - Стеклянухинском, Николаевском городищах и др. - проведены подъемные сборы. Систематические раскопки пока велись только на Смольнинском городище в долине р. Арсеньевка. Предварительная датировка, сделанная в основном по некоторым особенностям фортификационных сооружений, относит его и подобные ему памятники к IX-XI вв. [6, 11, 12]. Наиболее представительной и яркой категорией артефактов на них является керамическая посуда. Именно этот материал позволил выделить новую, ранее не известную культурную традицию в средневековом гончарстве юга Дальнего Востока России [2, 4, 6].

Открытие и исследование археологических памятников смольнинского типа поставили вопрос об их происхождении и месте в этнокультурной истории средневекового Приморья. Сегодня наметились два подхода к его решению. Первый оперирует летописными источниками и сопоставляет их с данными археологии. В.Шавкуновым предложена интересная гипотеза о соответствии ареала смольнинской культуры древней местности Елань, куда примерно на рубеже X-XI вв. переселилась из северных районов Корейского

ЖУЩИХОВСКАЯ Ирина Сергеевна - доктор исторических наук, главный научный научный сотрудник (Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН, Владивосток).

Е-шай: irinazh@mail.primorye.ru

1 В данной статье автор оперирует термином «культура» применительно к памятникам смольнинской группы, или смольнинской культурной традиции. Основанием для этого служат яркое своеобразие археологического материала и достаточно компактный ареал памятников.

полуострова часть чжурчжэнь-ских племен. Это население и его культура рассматриваются как непосредственные предшественники на территории Приморья знаменитой Золотой империи чжурчжэней (см. [13]).

Второй подход сконцентрирует внимание на гончарной традиции памятников смольнинского типа [4]. Предлагаемая вниманию читателей статья написана в рамках данного подхода, продолжает тему поиска культурных истоков смольнинского гончарства и происхождения данной группы памятников. Задача нашего исследования - определить наиболее характерные признаки смольнин-ской керамики и идентифицировать их ближайшие аналогии в гончарных традициях сопредельных районов Дальнего Востока. Это позволит наметить географические и культурные координаты, перспективные для дальнейшей Рис. 1. Карта памятников смольнинской культуры разработки поставленной про-

блемы.

По результатам стратиграфических и планиграфических наблюдений при раскопках на Смольнинском городище сделано заключение о композитном характере керамического комплекса, включающем две основные группы. Их детальный анализ дан в опубликованной ранее серии статей [4-6], здесь мы лишь кратко повторим его основные позиции.

Первая группа - это изделия, изготовленные кольцевым налепом в сочетании с обработкой на медленном круге и приемом выбивки (выколачивания). Ведущий морфологический тип - сосуд с четкой, выразительной профилировкой стенок, хорошо выделенной горловиной, выпуклыми плечиками и объемным, почти сферическим туловом. В большинстве случаев нижняя часть емкости имеет характерный скругленный контур: дно и стенки образуют плавную дугообразную линию, границы донного уплощения выражены слабо (рис. 2). Другая отличительная особенность керамики - отпечатки колотушки или лопаточки, которыми выбивались стенки для придания тулову округлой формы. Отпечатки, имеющие чаще всего ячеистый, или «вафельный», рисунок, покрывают стенки сосуда от устья до самого дна. В редких случаях встречается «елочный» рисунок из наклонных прямых бороздок. Обычно следы выбивки видны отчетливо, но иногда они преднамеренно затерты на отдельных участках стенок. Сосуды декорированы прочерченными горизонтальными линиями, чаще всего в зоне плечиков. В цветовой гамме керамики преобладают серый, черно-серый, черный тона, что является результатом обжига в восстановительном режиме или использования приема дымления. Часть образцов имеет обычную для окислительного обжига светлую окраску теплых тонов: оранжево-желтую, желто-бурую, и т.п. Температура обжига 800-900°С. Серия фрагментов является очевидным браком этого процесса. Покоробленная, вспученная поверхность, сильно спеченный черепок, металлизация на отдельных участках являются результатом резкого неконтролируемого подъема

температуры выше 1000°С. Керамика с такими дефектами указывает на местный характер производства посуды: процесс происходил здесь же, на городище, или в непосредственной близости. Это также свидетельствует о достаточных технических возможностях обжигательных устройств, способных достигать высоких температур.

Вторая группа керамики - изделия, изготовленные кольцевым налепом без использования круга и техники выбивки. По технологическим, морфологическим и декоративным характеристикам эта керамика близка гончарной традиции мохэской культуры юга Дальнего Востока 1У-Х вв. Небольшая часть образцов позволяет предполагать присутствие элементов гончарной традиции ольгинской культуры развитого железного века Приморья У-УШ вв. [5]. В количественном отношении вторая группа керамики заметно уступает первой.

Подобный композитный состав керамических комплексов, включающий изделия, сформованные с помощью гончарного круга, обожженные с использованием восстановительного режима и дымления, и посуду, изготовленную вручную, прошедшую термообработку в обычном окислительном режиме, хорошо известен для приморских памятников государства Бохай (698-926 гг.). Круговая керамика интерпретируется как продукт ремесленного гончарства, лепная посуда соответствует домашнему производству. При этом лепная керамика бохайских памятников, как и вторая группа керамики Смольнинского городища, имеет ярко выраженные черты мохэской гончарной традиции [3].

В контексте нашего исследования наибольший интерес представляет керамика первой группы, точнее ее специфические черты: сочетание признаков ручной кольцевой формовки, обработки на круге и выбивки, скругленный контур нижней части тулова и присутствие отпечатков колотушки на поверхности сосудов от устья до дна. Именно этот материал послужил тем маркером, по которому памятники смольнинского типа были идентифицированы как особая культурная общность периода средневековья, отличная от памятников государства Бохай и Золотой империи чжурчжэней ХП-ХШ вв. [4, 6]. Пожалуй, самым ярким, если не сказать экзотичным, из вышеперечисленных признаков является необычная для древнего гончарства юга Дальнего Востока России форма тулова с округлой нижней частью. Остановимся на этом подробнее.

В гончарстве культур Приморья и Приамурья начиная с эпохи неолита всегда доминировала модель емкости с плоским устойчивым дном, приспособленным для размещения на горизонтальной поверхности. В настоящее время известно лишь несколько случаев появления в этих районах керамики с округлым дном. В Приморье наиболее ранние факты знакомства с посудой такого рода относятся к эпохе неолита и датируются рубежом У1-У тыс. до н.э. Сосуды с узким скругленным неустойчивым дном найдены на археологических памятниках юго-западного побережья зал. Петра Великого [11]. В бассейне Нижнего Амура круглодонная керамика впервые появляется во II тыс. до н.э. как результат миграций населения из районов Восточной Сибири [10]. Можно предполагать распространение этой традиции к устью Амура и далее на Сахалин в I тыс. до н.э.-1 тыс. н.э. [12].

Тенденция к круглодонности, присущая керамике смольнинской культуры, составляет очевидный контраст с абсолютным господством плоскодонной посуды на бохайских и чжурчжэньских памятниках средневековья в Приморье. Отметим также, что и в местных культурах I тыс. до н.э.-первой половины I тыс. н.э., предшествующих эпохе средневековья, нет аналогий сосудам с округлым контуром дна. И последнее: весьма необычно выглядят круглодонные сосуды в сочетании с признаками ремесленного гончарства, что отличает смольнинскую керамику первой группы. Круглодонность посуды - черта по своей природе архаичная, характерная для неремесленных, «до-круговых» форм керамического производства. Получить сосуд с округлым дном можно, используя формовку на шаблоне либо прием выбивки [7], тогда как технологический процесс работы на гончарном круге ориентирован исключительно на изготовление плоскодонных сосудов. Все эти замечания подводят к мысли о том, что именно круглодонная модель керамической емкости должна

быть «отправной точкой» в поисках культурных корней гончарства смольнинской культуры Приморья. Для культурной идентификации с методической точки зрения выбор такого признака, как оформление дна, также целесообразен. По мнению специалистов в области древнего и традиционного гончарства, именно характер оформления донной части сосудов относится к наиболее консервативным, потому служит надежным индикаторам этнокультурного своеобразия традиций керамического производства [1]. Используя термин «оформление», мы имеем в виду не только контур донной части емкости, но и образующие его технологические приемы.

Среди соседних территорий Дальнего Востока только п-ов Корея дает пример длительной автохтонной традиции изготовления керамической посуды с округлым дном. В эпоху неолита, начиная с VI тыс. до н.э., сосуды с широким округлым, узким скругленным или острым дном характерны для памятников центральных и южных районов полуострова, тогда как керамика северных районов была в основном плоскодонной [19, р. 13-17; 20, р. 25-27]. Характерная особенность неолитических круглодонных емкостей - низкое расположение максимального диаметра тулова (экватора), что создает впечатление приземистого, «тяжелого» контура. На памятниках бронзового века южных и центральных районов особую группу керамики составляют краснолощеные сосуды с узким горлом, объемным туловом, низкой линией экватора и округлым дном. Отдельные примеры круглодонных емкостей известны и для памятников бронзового века северных районов [18, р. 123-125, 151-153; 19, р. 19-23; 20, р. 39].

В конце I тыс. до н.э.-начале новой эры, в период раннего железного века, который интерпретируется как время, когда закладываются основы государственности на п-ове Корея, в гончарстве, как и в материальной культуре в целом, происходят существенные изменения, появляются новые черты. В частности, получает широкое распространение технология изготовления сероглиняной керамической посуды. Эти сосуды, сформованные из хорошо отмученной массы, обжигались в особых условиях - при температуре около 1000°С в восстановительном режиме, что обусловило их серую окраску. Часто эти изделия имеют снаружи на стенках следы обработки выбивкой - отпечатки резного рисунка на поверхности колотушки. Как полагают исследователи, технология производства серой, обработанной выбивкой, керамики пришла на п-ове Корея из соседнего Китая, где была весьма популярна в период Хань (II в. до н.э.-П в. н.э.) [18, р. 179-180; 19, р. 25-27]. Прием выбивки с помощью резной либо обмотанной тканью колотушки использовался в Китае для изготовления керамики и ранее, в период «Весны и Осени» (722-481 гг. до н.э.) [21].

Одним из основных типов сероглиняной посуды из корейских памятников раннего железного века была емкость с четкой профилировкой контура, хорошо выделенной горловиной, выпуклыми плечиками и объемным туловом. Отношение высоты горловины к высоте тулова у таких сосудов составляет 0,12-0,3, а диаметра горловины к максимальному диаметру тулова - 0,5-0,6. Донная часть сосудов, также обработанная выбивкой, часто имела плавный скругленный контур без отчетливо обозначенного уплощения (рис. 3). Эта особенность связывает керамику раннего железного века Кореи с гончарными традициями более раннего времени. Помимо посуды серого цвета, изготовленной на достаточно высоком технико-технологическом уровне, в керамических комплексах раннего железного века Кореи присутствуют и сосуды более архаичного облика, с груботекстурной формовочной массой, обожженные в обычном окислительном режиме [19, р. 25-27].

Гончарство Кореи периода Троецарствия (300-668 гг.)1 представлено огромным видовым разнообразием керамической посуды: тарной, столовой, кухонной, ритуальной. Технико-технологические и морфологические характеристики керамики ранних государств

1 Сегодня нет общепринятого в исторической науке мнения относительно датировки начала периода Троецарствия, в нашей статье она дана по монографии: Nelson S.M. Archaeology of Korea, Cambridge, 1993. Хотя термин «Троецарствие» относится в первую очередь к государствам Силла, Пэкче и Когурё, в этих же временных рамках рассматривается и государственное образование Кая на крайнем юге п-ва Корея.

Пэкче, Силла, Когурё, а также политического образования Кая свидетельствуют о заметном прогрессе в этой производственной отрасли, развитии ремесленной специализации. Осваивается прием вытягивания сосудов на гончарном круге, широко распространяются обжигательные печи тоннельного типа, позволяющие развивать температуру 1100°С. Интересным направлением дизайна керамических сосудов была имитация внешнего облика металлических изделий, требовавшая от гончаров высокого профессионального мастерства [18, р. 257; 19, р. 29; 20, р. 79].

Наряду с новациями существовала и определенная преемственность со стандартами керамического производства предшествующего времени. Это касается, в частности, изготовленных с помощью выбивки сосудов с округлым дном. На памятниках Пэкче, Силла и Кая, локализованных в южной и центральной частях полуострова, подобные изделия встречаются наряду с плоскодонной посудой различных форм [18, р. 222, 223, 238; 20, р. 29-35, 79-87, 91]. Особенно выразительно представлена традиция круглодонной керамики в археологических комплексах Пэкче. Судя по опубликованным материалам, сосуды своей формой и пропорциями повторяли более ранние образцы [9, с. 74, 75, 91-105]. Для этих изделий характерны объемное, часто сферическое тулово, четко выделенная горловина с отогнутым наружу венчиком, округлая линия дна (рис. 4). Стенки обработаны сплошной выбивкой от венчика до дна. Рисунок выбивки - рубчатый линейный или ячеистый «вафельный». Согласно наблюдениям автора, в музейных коллекциях керамики Пэкче присутствуют сосуды как «восстановительной» серой окраски, так и обычной «окислительной» гаммы - желтые, оранжево-бурые1.

О широком распространении техники выбивки в гончарстве Пэкче свидетельствуют многочисленные находки керамических «наковален». Это предметы грибообразной формы длиной в среднем 5-10 см. Диаметр округлой, слегка выпуклой «шляпки» 5-7 см. «Ножка» - основание наковальни - имеет цилиндрические очертания и удобна для захвата пальцами [9, с. 80, 81]. «Наковальни» подобной формы, но более крупного размера используются сегодня в традиционном гончарстве Восточной Азии. Так, в Китае процесс изготовления высоких тарных сосудов, издавна наиболее популярных керамических контейнеров в сельских районах, включает обработку стенок сформованного изделия выбивкой с помощью «наковальни» и лопаточки. Гончар левой рукой приставляет «наковальню» выпуклой стороной к внутренней поверхности глиняной емкости, а правой ударяет снаружи по этому участку стенки лопаточкой с резным узором на рабочей плоскости. Последовательными ударами обрабатывается вся внешняя поверхность сосуда [8]. Очевидно, и в раннесредневековом гончарстве Кореи для выбивки стенок сосудов использовались «наковальни» и лопаточки. Последние, вероятно, были деревянными, имели на рабочей стороне резной узор из прямых линий либо «вафельный» рисунок. Выбивкой обрабатывались не только стенки сосуда до дна, но и само дно, приобретавшее округлый контур [9, с. 79, 83]. Насколько можно судить по материалам, представленным в музейных экспозициях, керамика Пэкче изготавливалась способом, сочетавшим кольцевой налеп, обработку на медленном круге и выбивку. Наиболее отчетливые признаки использования вращающего механизма несут верхние части сосудов - венчик, горловина, плечики. Выбивка же позволяла добиться необходимой объемности, сферичности тулова. Подчеркнем, что сосуды либо вовсе не имеют орнаментального декора, либо орнаментированы предельно просто - поясками из горизонтальных прочерченных линий. Любопытным свидетельством того, что круглодонная посуда имела довольно широкое распространение в повседневной жизни населения Пэкче, служат массовые находки на археологических памятниках специальных керамических подставок под сосуды (рис. 5), которые позволяли фиксировать емкость в устойчивом положении [9, с. 82, 83].

1 Здесь и далее автор ссылается на коллекции керамики в экспозициях Национального музея Кореи (г. Сеул) и Национального музея Пуё (г. Пуё).

Рис. 2. Смольнинская культура Приморья. Керамика Рис. 4. Керамика государства Пэкче, Корея. Круг-

первой группы: сосуд с округлым дном (графическая лодонный сосуд со следами выбивки на стенках

модель)

[9, с. Тб]

Рис. 3. Керамика из поселения раннего железного века Daegok-ri, Корея. Слева - круглодонный сосуд со следами выбивки на стенках [20, р. 24, fig. 10]

Рис. 5. Керамика государства Пэкче, Корея. Нижняя часть круглодонного сосуда на подставках [9, с. 83]

Технология изготовления «сероглиняной» круговой керамики распространилась из южных районов п-ва Корея на соседний Японский архипелаг, положив начало производству местной посуды «суэки» [19, р. 29; 20, р. 79]. Изделия «суэки», своей технологией, морфологией и декором подражающие продукции корейских гончаров, особенно характерны для поздних памятников периода Кофун на о-ве Хонсю, датируемых У-УГ вв. Среди обширного ассортимента этой посуды обращают на себя внимание сосуды со сферическим туловом, округлыми доньями, следами выбивки на стенках [16, с. 266]. Круглодонные сероглиняные сосуды со стенками, покрытыми сплошной выбивкой, были известны даже на памятниках культуры сацумон, существовавшей на о-ве Хоккайдо и севере о-ва Хонсю в УП-ХШ вв. [17, р. 36, 37]. На фоне обычной для сацумон лепной грубоватой плоскодонной керамики с геометрическим орнаментом данные изделия выглядят чужеродной инвазией. Появление этой необычной керамики на севере Японского архипелага также можно рассматривать в контексте общего процесса контактов между островным и материковым населением и распространением своего рода моды на сероглиняные круглодонные сосуды.

Северную часть п-ва Корея в период Троецарствия занимало государство Когурё, для гончарства которого не характерно сколько-нибудь выразительного присутствия модели керамической емкости с округлым либо подчеркнуто узким дном. Донья сосудов достаточно широкие, четко выделены структурно. Нет также данных об использовании сплошной - от устья до дна - выбивки стенок сосудов, хотя в принципе этот прием был известен местным гончарам. Исследователи видят в формах и технологических стандартах гончарства Когурё прототипы более поздней традиционной корейской посуды «онгги» [20, р. 47-49].

В период «Севера и Юга» (668-935 гг.), когда государство Силла объединило под своей властью Пэкче и Когурё, культуры активно взаимодействовали и взаимообогащались, появились новые тенденции в ремесленном производстве. Гончарство Кореи этого времени характеризуется ярким своеобразием, сочетанием традиций и новаций. В частности, успешно начинает практиковаться технология изготовления глазурованной посуды, получает дальнейшее развитие техника формовки на круге. Ассортимент керамических изделий включает как уже известные ранее, так и новые формы. Посуда серого и черно-серого цвета, с плотным «каменным» черепком продолжает оставаться наиболее массовой категорией продукции. В технологическом арсенале гончарства популярный прием выбивки используется не только для моделирования контура стенок, но и для декора керамических сосудов. Аккуратные оттиски штампа с «вафельным» или линейным рисунком образуют узкие горизонтальные пояски либо иные несложные композиции. Все известные морфологические типы посуды имеют плоское устойчивое и довольно широкое относительно диаметра тулова дно [20, р. 52-74]. В этом смысле гончарство данного периода обнаруживает более отчетливую близость с традициями керамики Когурё, нежели с гончарством других государств Троецарствия.

В последующие периоды истории Кореи и корейского гончарства абсолютно доминировала модель плоскодонной керамической емкости. Круглодонные сосуды практически полностью ушли из стандартного набора форм как обычной керамической продукции, так и фарфоровых изделий. Прием выбивки использовал для изготовления традиционной корейской глазурованной посуды «онгги» вплоть до начала ХХ в. В производстве этой категории керамики наиболее устойчивы архаичные черты: ручная формовка кольцевым налепом сочетается с моделированием на круге и выбивкой [20, р. 105, 106].

Рассмотренные материалы позволяют сделать некоторые важные замечания о появлении в Приморье в эпоху средневековья традиции круглодонной керамики и происхождении памятников смольнинской культуры.

Сопоставление ареалов круглодонной и плоскодонной керамики п-ова Корея разного времени дает возможность говорить о региональном характере такого признака, как

моделирование контура дна. Круглодонная или близкая к таковой модель керамической емкости устойчиво бытовала в южных и частично центральных районах полуострова с неолитического времени по период Троецарствия включительно. Северные районы являлись зоной, где явно доминировала модель плоскодонного сосуда. Достаточно определенно вырисовываются хронологические рамки традиции изготовления сероглиняной керамики с обработанными выбивкой стенками и округлым дном: приблизительно от рубежа нашей эры до второй половины VII в., т.е. до конца Троецарствия. Именно эта керамика по своим основным характеристикам обнаруживает сходство с посудой первой группы Смольнин-ского городища и других подобных памятников Приморья. Сходство, как можно видеть, касается не только технологии формовки и обжига, но и морфологических стандартов, а также декора изделий. Таким образом, в качестве территории, где следует искать вероятные культурные корни смольнинской гончарной традиции и новой группы памятников эпохи средневековья Приморья, предлагается рассматривать п-ов Корея, а именно его центральные и южные районы. Наряду с Японским архипелагом Приморье попадает в зону распространения корейских ремесленных стандартов изготовления сероглиняной посуды. Однако если на о-ве Хонсю в V-VI вв. керамика «суэки», инспирированная материковым влиянием, была представлена широким видовым составом, то смольнинское гончарство отличалось значительным единообразием ассортимента продукции.

Каковы были пути проникновения новой культурной традиции в Приморье? Учитывая то обстоятельство, что материалы Смольнинского городища однозначно указывают на местный характер производства керамики первой группы, мы склоняемся к версии о миграции, или диффузии, населения. По-видимому, технология изготовления сероглиняных, обработанных выбивкой сосудов с округлыми доньями пришла в Приморье из районов п-ова Корея вместе с ее носителями - гончарами-ремесленниками. Композитный характер керамического комплекса Смольнинского городища указывает на вероятность тесных контактов между разными группами населения: представителями местной культурной общности мохэ и новым (пришлым) населением. При этом, судя по количественному соотношению обеих групп керамики, в гончарстве явно доминировала более технологически развитая традиция переселенцев.

Особого обсуждения требует вопрос о времени существования в Приморье памятников смольнинского типа. Предложенная ранее датировка в рамках IX-XI вв. вступает в некоторое противоречие с фактами, касающимися истории средневекового гончарства Кореи. Керамический комплекс Смольнинского городища хорошо соотносится с гончарными традициями раннего железного века и периода Троецарствия примерно от рубежа н.э. до середины VII в., когда на «пике популярности» были круглодонные сероглиняные сосуды с обработанными выбивкой стенками. Если памятники смольнинской культуры, как предполагается, связаны с перемещением населения из районов п-ова Корея, то эти события вряд ли происходили позднее VII-VIII вв. Новое население принесло с собой привычные стандарты ремесленного гончарства и продолжало их практиковать в течение некоторого времени. В пользу более ранней датировки памятников смольнинского типа может свидетельствовать также присутствие в группе лепной керамики Смольнинского городища наряду с посудой мохэского типа небольшого количества фрагментов с элементами гончарной традиции ольгинской культуры V-VIII вв. Видимо, следует с осторожностью относиться к датированию нижней границы этого памятника и смольнинской культуры временем позднее VIII в.

Согласно наблюдениям стратиграфии, пока неизвестны случаи, когда слой смольнин-ской культуры перекрывался бы слоем бохайской культуры. Между тем на ряде памятников (городища Николаевское в Партизанском районе, Стеклянухинское в Шкотовском районе, Чугуевское в Чугуевском районе) зафиксирована вертикальная последовательность слоев смольнинской культуры и культуры чжурчжэней XII-XIII вв. [13]. По характеристикам керамических комплексов и по конструктивным особенностям жилищ смольнинская

культура проявляет заметно большее сходство с бохайской культурой, нежели с культурой приморских чжурчжэней [6, 14]. Нельзя исключать возможность того, что смольнинцы и бохайцы в течение какого-то времени сосуществовали на территории Приморья.

Таким образом, рассмотрение проблемы происхождения смольнинской культуры в ракурсе традиций керамического производства позволило поставить вопрос о миграции, или диффузии, населения и гончарной технологии с п-ова Корея в Приморье в раннем средневековье. Для дальнейшей детализации этой рабочей гипотезы недостаточно только археологических свидетельств. Необходимо комплексное исследование с использованием исторических материалов, летописных и иных источников.

ЛИТЕРАТУРА

1. Бобринский А.А. Гончарство Восточной Европы. М.: Наука, 271 с.

2. Гельман Е.И. Керамика чжурчжэней Приморья // Россия и АТР. 2006. № 1. С. 93-104.

3. Дьякова О.В. Происхождение, формирование и развитие средневековых культур Дальнего Востока: Ч. 3. Владивосток: Дальнаука, 1993. 408 с.

4. Жущиховская И.С., Шавкунов В.Э. Керамический комплекс Смольнинского городища в Приморье: новая культурная традиция // Рос. археология. 2009. № 1. С. 53-63.

5. Жущиховская И.С. Лепная керамика Смольнинского городища (к вопросу о культурной интерпретации памятника) // Тихоокеанская Россия в истории российской и восточноазиатских цивилизаций. V Крушановские чтения. Т. 1. Владивосток: Дальнаука, 2008. С. 18-28.

6. Жущиховская И.С., Шавкунов В.Э. Новая культурная традиция в средневековом гончарстве Приморья // Вестн. ДВО РАН. 2006. № 2. С. 97-108.

7. Жущиховская И.С. Технология формовки на шаблоне в древнем гончарстве Дальнего Востока России // Археол. вести. 2005. № 12. С. 62-70.

8. Жущиховская И.С. Традиционное гончарство Китая // Вестн. ДВО РАН. 2002. № 1. С. 85-96.

9. Ким Чонг Мон, Ли Бенг Хо. Артефакты и ремесла в государстве Пэкче. Пуё: Е-Мэк, 2006. 167 с. Кор. яз.

10. Медведев В.Е. Академик А.П.Окладников и неолит Нижнего Приамурья: развитие идей // Проблемы археологии и палеоэкологии Северной, Восточной и Центральной Азии. Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2003. С. 164-171.

11. Морева О.Л., Попов А.Н. Культурная принадлежность остродонной керамики Бойсмана-2 // Проблемы археологии и палеоэкологии Северной, Восточной и Центральной Азии. Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2003. С. 176-179.

12. Федорчук В. Д. Археологические комплексы северного побережья залива Терпения с круглодонной керамикой, орнаментированной жемчужинами // Okhotsk Culture Formation, Metamorphosis and Ending. The Proceedings of Japan and Russian Cooperative Symposium. Sapporo: Hokkaido Univ. Museum Рress. P. 44^7. Англ. и рус. яз.

13. Шавкунов В.Э. Елань эпохи чжурчжэней // Вестн. ДВО РАН. 2007. № 5. С. 57-64.

14. Шавкунов В.Э. Жилище Смольнинского городища // Россия и АТР. 2005. № 2. С. 104-107.

15. Шавкунов В.Э., Гельман Е.И. Многослойный памятник Ауровское городище // Тр. Ин-та истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН. Т. 11. Владивосток: Дальнаука, 2002. С. 75-108.

16. Aikens C.M., Higuchi T. Prehistory of Japan. N.Y.: Academic Рress, 1982. 354 р.

17. Hirokawa D., Mino H., Kaiho M., Yamada G. Catalogue of Special Exhibition «A Quest After Ancient History -Satsumon Culture» in Historical Museum of Hokkaido. Sapporo: Historical Museum of Hokkaido Рress, 1997. 63 p.

18. Nelson S.M. Archaeology of Korea. Cambridge: Cambridge Univ. Рress, 1993. 307 p.

19. Rha S. Pottery. Korean Traditional Handicrafts. Seoul: National Museum of Korea Рress, 2006. 151 p.

20. The Daegu National Museum / ed. G.K.Gwon. Daegu: Daegu National Museum Рress, 2001. 168 p.

21. Yang Zhaoxi, Yang Zhaoxiong, Wu Shaoxiang et al. Technology and Physical Properties of Ancient Ceramics from the Site of the Spring and Autumn Period in Yingang // The Proceedings of ISAC’02. Shanghai: Shanghai Institute of Ceramics Рress, 2002. P. 56-62.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.