УДК 78.072
В. Н. Юнусова
К ПРОБЛЕМЕ ИССЛЕДОВАНИЯ МУЗЫКАЛЬНЫХ КУЛЬТУР ШЕЛКОВОГО ПУТИ
современной науке установилась четко выделенная пара культурных традиций Восток-Запад, взаимодействие которых изучается целым рядом наук: историей, философией, искусствоведением, культурологией, лингвистикой и др. Сформировалась определенная методология, подходы к исследованию данного феномена, который затмил собой не менее важную проблему взаимодействий культур Востока в разных региональных, исторических и культурных общностях. Среди них выделяется феномен Шелкового пути, создавший уникальную базу для взаимодействия музыкальных культур огромного региона: от Китая и Индии до Ближнего Востока, в определенные периоды включавший северокавказский регион Российской Федерации.
Музыка представляется одним из наиболее сложных объектов исследования. Тесно связанная с картиной мира, она проникает во все сферы жизни этноса и представляет интерес не только для искусствоведов. Как способ звуковой коммуникации и мощное средство невербального психологического воздействия она издавна применялась в военных целях и была предметом пристального внимания со стороны государства, входила составной частью в его военно-полити-ческую доктрину (Государственный гимн, военные оркестры). Истоки такого отношения к музыке следует искать в древнейших религиозных действах и мистериях, где она присутствовала в синкретическом единстве с пантомимой, пластикой, танцем, словом и др. факторами. Широко известный тезис о том, что музыка понятна всем и не
© В. Н. Юнусова, 2016
нуждается в переводе, не более чем красивое заблуждение.
Музыка это звуковой текст, который, по словам Ю. М. Лотмана, «всегда есть текст на данном языке» [10, с. 79]. Закономерности музыкальных языков разных культур исследованы гораздо менее подробно, чем языки разговорные или письменные. Еще сложнее обстоит дело с исследованием музыки давно ушедших эпох, ее язык для нас закодирован и с трудом поддается расшифровке. Ее изучение осуществляется по косвенным данным, памятникам иконографии, литературы, археологии и т. д. И полностью восстановить облик ушедшей музыки, подобно тому, как можно восстановить утраченное архитектурное сооружение, невозможно. Все это необходимо учитывать, исследуя проблему взаимодействия музыкальных культур Шелкового пути. Они охватывают огромный культурный комплекс, соединяющий четыре музыкально-культурных региона мира: Дальний Восток, НентРальную Азию, Средний и Ближний Восток.
Рассмотрением подобных межрегиональных музыкально-культурных, взаимодействий занимался в свое время известный российский ученый и композитор, основатель Московской школы музыкальной культурологии, профессор Московской консерватории Дж. К. Михайлов (1938-1995), с которым мне довелось работать в течение нескольких лет. Он выдвигал идею периодического образования под влиянием разных экономических языковых, георегиональных, исторических факторов своеобразной сети музыкально-культурных традиций. Саму музыкально-культурную традицию (MKT) ученый трактовал как систему,
В
в которой взаимодействуют необходимые для ее жизнеобеспечения составляющие: «1) фонд музыкальных текстов (или свод клише-стереотипов, посредством которых эти тексты могут быть построены), а также средства его сохранения; 2) правила, служащие общим руководством для построения музыкального текста и кодекс критериев оценки этих текстов; 3) музыкантов-специалистов (включая их отбор, музыкальную подготовку и содержание); 4) специфические формы акта звуковой реализации и организации аудитории; 5) материальное обеспечение процесса музицирования (<...> создание искусственной акустической среды, изготовление музыкальных инструментов)» и сама сердцевина MKT - «конкретные жанры, типы музицирования, виды ансамбля» [11, с. 7]. Все это ученый любил называть асафьевским термином «музыкальное хозяйство».
Представляется, что исследование межрегиональных музыкально-культурных взаимодействий Шелкового пути должно основываться на системном подходе. В настоящее время складываются условия для изучения этой проблемы. В период 1992-2010 годов, после распада СССР молодые государства Центральной Азии, Закавказья, сосредоточились на исследовании своих национальных музыкальных культур, в том числе в историческом аспекте. Одной из насущных задач этого периода стал выход на мировую музыкальную сцену. В последние 10 лет стал проявляться вектор Восток-Восток, который был основным во взаимодействии музыкальных культур Шелкового пути. Данный вектор показывает, что понятие Восток, слишком широко трактуется с позиций пары: Восток-За-пад. Между тем, культуры Востока, в том числе музыкальные, многообразны, и проблемы их взаимодействия столь же сложны и актуальны, как и вхождение в мировую культуру.
Можно выделить несколько типов взаимодействия музыкальных культур Востока, проявляющихся и на территории Шелкового пути: заимствование, ассимиляция, синтез, параллельное функциони-
рование. Они проявляются во всех составляющих музыкально-культурной традиции, и, на мой взгляд, ярче видны в традиционной культуре, которая демонстрирует устойчивость сложившихся типов музицирования, музыкальных инструментов, институтов подготовки музыкантов и мн. др. Она и сегодня сохраняет следы былых культурных взаимодействий, которые прослеживаются в области музыкального инструментария, технологий изготовления музыкальных инструментов, в области музыкальной терминологии и др. По этим следам можно изучать процессы взаимодействия музыкальных культур Шелкового пути. Следует отметить ряд факторов, препятствующих проведению широкомасштабных исследований в этой области:
- Географические и временные масштабы Шелкового пути требуют обязательной координации усилий специалистов разных областей знания: филологов, историков, этнографов, искусствоведов, музыковедов.
- Культуры столь широкого региона изучены не одинаково подробно, что затрудняет их сравнительный анализ.
- Существует определенная разница научных позиций и взглядов представителей региональных школ музыкознания, что также мешает полноценному диалогу в данной области.
Однако, несмотря на эти причины, уже созданы работы, в которых затрагиваются проблемы влияния Шелкового пути на культуры: Китая, Согдианы, юга России. В области музыки назову исследования Г. Бадмаевой [2], Е. Карелиной [9], М. Есиповой [7], X. Ихтисамо-ва [8], И. Вызго-Ивановой [5], А. Дёмина [6], М. Петруниной [12] и других ученых, а также фундаментальное исследование казахского этномузыковеда С. Утегалиевой «Звуковой мир музыки тюркских народов» [13], диссертацию китайского исследователя Ван Дон Мэй «Великий шелковый путь в истории китайской музыкальной культуры» [4]. Отмечу также интересную статью казахской исследовательницы Т. Алибакиевой «Памятники материальной культуры
шелковых путей и музыкальная хроника Центральной Азии об уйгурском музыкальном искусстве» [1] и другие. Они показывают перспективность дальнейших работ в данной области.
В рамках Шелкового пути мы встречаем пример взаимодействия музыкальных культур, порожденных разными типами хозяйственной деятельности: кочевыми и оседлыми. Они разнятся среди прочего природно-географическими особенностями и порожденной ими звуковой средой, которая оказывает прямое воздействие на формирование звуковых идеалов (термин Ф. Бозе) - определяющего фактора для музыкальной культуры этноса и региона. С этой стороны исследованы только отдельные культуры, музыка Шелкового пути в целом пока не изучалась [13, 17-56].
Устойчивую общность традиций можно констатировать в среде придворного профессионального музицирования, особенности которого зафиксированы в многочисленных иконографических памятниках, трактатной традиции, литературных памятниках. Каждый из этих аспектов, а также вся система музыкально-культурных традиций стран Шелкового пути в разные периоды его существования нуждается в специальном исследовании.
Интересную и перспективную область исследования музыкально-культурных взаимодействий дает этноорганология. Музыкальный инструмент, выступающий одновременно как предмет декора-тивно-прикладного искусства, звучащее орудие, хранитель музыкальной информации, способ ее фиксации, открывает некоторые каналы обмена музыкальными традициями регионов от Китая через Центральную Азию далее на Средний Восток и обратный процесс. Великий Шелковый путь, очевидно, сыграл немалую роль в миграции многих музыкальных инструментов, например, в Китай иранского сантура и его центральноазиат-ской разновидности - чанга. Китайский аналог (янъ-цинь) сохранил кварто-квин-товый строй, хотя на нем исполняется музыка с иной ладовой системой (анге-митонной пентатоникой). Вероятно, что
через Великий Шелковый путь попал в Индию арабский парный барабан таб-ла, играющий значительную роль в классической музыке рагсангит. Широко известны факты миграции музыкальных инструментов из Индии через Средний Восток в арабский мир (пути формирования восточной разновидности арабского уда), миграция на Ближний Восток цент-ральноазиатского танбура и др.
По Шелковому пути осуществлялась не только перевозка музыкальных инструментов, но и происходили процессы обмена технологиями их изготовления, техническими приспособлениями, с помощью которых изготавливались музыкальные инструменты. В этом случае часто заимствовали линейные меры. Они, как правило, были едиными для других видов деятельности: ковроткачества, изготовления тканей и пр. В начале прошлого века известный российский этно-музыковед В. М. Беляев (1888-1968), работы которого не утратили актуальности в наши дни, указывал, что «...изучение народных инструментов предполагает необходимость изучения народных линейных мер» [3, с. 10]. Такие обмеры, по его мнению, дают богатый музыкально-исто-рический материал. Он, в частности, писал: «Меры эти: локоть, фут, пядь, ширина пальцев руки и др. в разные времена и у разных народов подвергались официальному упорядочению по различным принципам, и осуществление при постройке музыкального инструмента тех, а не иных мер может дать в руки исследователю верную нить для определения происхождения инструмента в отношении территории и эпохи» [3, с. 8].
Он отмечал, к примеру, единые линейные меры ширины туркменских шелковых тканей и туркменского тюйдюка, указывал на китайские меры узбекского ная, изготовляемого по масштабу китайского водяного фута (276 мм) [3, с. 53]. Он придавал большое значение этой линейной мере, которая распространена также на Кавказе (где она сочетается с античными и египетскими, что исторически обусловлено и говорит о давних межкультурных взаимодействиях реги-
она). В. М. Беляев справедливо считал китайские меры новейшими по отношению к древним местным естественным мерам [3, с. 10]. Можно предположить, что Шелковый путь сыграл значительную роль в распространении этой линейной меры на территории Центральной Азии и Кавказа. Возможно, речь идет о заимствовании не только технологии, но и самого инструмента.
Находясь на стажировке в Китае в 2000 году, я заметила сходство китайской поперечной флейты ди (дицзы. -ф, ®-Т) с центральноазиатским наем. Позже нашла подтверждение у В. М. Беляева, который писал: «Узбекский деревянный най интересен еще и в том отношении, что он является точной копией китайской поперечной флейты, распространенной в Китае, Японии, Индо-Китае, в Кашгаре и пришедшей в Узбекистан, несомненно, через Кашгар» [3, с. 55]. Для подтверждения своей гипотезы ученый приводит сравнительную таблицу 6 флейт из этих регионов, находящихся в музейных коллекциях России. Он также отмечает, что на деревянном нае остался орнамент, имитирующий завязанные шелковыми нитями китайские и японские инструменты, и этот орнамент «выдает» происхождение современной разновидности нал [3, с. 55]. Практическим подтверждением этой гипотезы может служить и тот факт, что на подобной же вьетнамской флейте из моей личной коллекции легко играли в начале 1990-х годов таджикские исполнители на нае.
Среди китайских ученых существует гипотеза об обратном заимствовании из Центральной Азии во времена правления императора У Ди (140-87 г. до н. э.) династии Хань. Однако исследователь Цзо Чжэньгуань, ссылаясь на данные китайских археологов, приводит факты существования такой флейты за полвека до путешествия посла Чжан Цяня в Центральную Азию [14, с. 199]. Можно предположить, что процесс миграций этого инструмента происходил неоднократно в том и другом направлении. Впрочем, в этой и других исторических загадках еще предстоит разобраться ученым.
Помимо научных работ в наше время создаются творческие международные культурные проекты, ставящие целью возрождение и создание новых музыкальных взаимосвязей в рамках Шелкового пути. Назову, к примеру, проект "Silk Road Journeys" известного виолончелиста Йо-Йо-Ма, объединившего в конце 1990-х начале 2000-х годов в "Silk Road Ensemble" музыкантов, играющих на традиционных инструментах от арабских стран до Индии и Китая, исполнявших как старинную, так и современную музыку стран Шелкового пути. Результатом их работы стал, в частности, CD "Silk Road Journeys: when Strangers Meet", выпущенный фирмой Sony.
В Беркли (США) в настоящее время функционирует историко-образователь-ный центр "Silk Road house"1, в концертных программах которого выступают музыканты из стран Шелкового пути, и в работе которого активное участие принимают известный российский этно-музыковед доктор искусствоведения И. И. Земцовский (директор-основатель Silk Road house) и его супруга кандидат искусствоведения казахская исследовательница Алма Кунанбаева.
Музыкальные традиции Шелкового пути в последние два десятилетия все чаще становятся предметом обсуждения на Международных научных конференциях, к примеру, I Международного симпозиума «Музыка тюркского мира» (1994, Алматы); Международной научно-практической конференции «Традиционные музыкальные культуры народов Центральной Азии» (2009, Алматы); Международной научной конференции с участием ICTM (Международный совет по традиционной музыке при ЮНЕСКО) «Музыка народов мира: проблемы изучения» (2015, Москва) и др. Сегодняшняя конференция, собравшая ученых-этному-зыкологов разных стран, еще раз показывает необходимость комплексного подхода к исследованию культур Шелкового пути, актуальность этих проблем не только для истории, но и для межкультурного взаимодействия в современном мире.
1 См. подробно: www.silkroadhouse.org
Литература
1.Алибакиева Т. Памятники материальной культуры шелковых путей и музыкальная хроника Центральной Азии об уйгурском музыкальном искусстве // Музыка тюркского мира. Материалы Первого Международного симпозиума. - Алматы: Дайк-Пресс, 2009. -С. 16-24.
2. Бадмаева Г. Ю. Традиционная музыка калмыков в контексте культур Центральной Азии: Автореф. дис. ... канд. искусствоведения. - М.: Московская гос. консерватория, 2001. - 14 с.
3.Беляев В. М. Руководство для обмера народных музыкальных инструментов. - М.: Гос. муз. изд-во, 1931. - 63 с.
4. Ван Дон Мэй. Великий шелковый путь в истории китайской музыкальной культуры: дис. ... канд. иск. / Российский институт истории искусств. - СПб., 2004. - 154 с.
5. Вызго-Иванова И. О сравнительно-историческом изучении музыкального фольклора Средней Азии и Казахстана // Музыка и музыканты братских народов Советского Союза: сб. ст. / под ред. С. Л. Гинзбурга. - Л.: Музыка, 1972. - С. 154-161.
6. Дёмин А. Г. Музыкальный инструментарий монголов в эпоху великой империи (XIII-XIV вв.). Уч. пособие. - Улан-Удэ: ИПК ВСГАКИ, 2000.- 45 с.
7. Есипова М. К вопросу о генезисе горлового пения и обертонового музицирования // Тезисы научных докладов V Международного этному-зыкологического симпозиума «Хоомей (горловое пение) - феномен культуры народов Центральной Азии» (25-27 июня 2008 г., г. Кызыл) / МНЦ «Хоомей». - Кызыл, 2008. -С. 73-81.
8. Ихтисамов X. К проблеме сравнительного изучения двухголосного гортанного пения и ин-
струментальной музыки у тюркских и монгольских народов // Народные музыкальные инструменты и инструментальная музыка: Сб. ст. и материалов. В 2-х ч. / под общ. ред. Е. В. Гиппиуса. - М.: Сов. композитор, 1988. -Ч. II. - С. 197-216.
9. Карелина Е. К. История тувинской музыки от падения династии Цин и до наших дней: исследование / Московская гос. консерватория им. П. И. Чайковского; науч. ред. док. иск. В. Н. Юнусова. - М.: Композитор, 2009. - 522 с.
10. Лотман Ю. М. К современному понятию текста // Лотман Ю. М. Статьи по семиотике культуры и искусства. - СПб.: Гуманитарное агентство «Академический проект»:, 2002. -С. 79-83.
11. Михайлов Дж. К проблеме теории музыкально-культурной традиции // Музыкальные традиции стран Азии и Африки. Сб. науч. трудов. / ответ, ред. Т. Э. Цытович / М.: Московская государственная консерватория им. П. И. Чайковского, 1986. - С. 3-20.
12. Петрунина М. В. Историко-теоретические проблемы пентатоники в китайской музыке // Музыка народов Центральной Азии: Традиционные музыкальные культуры народов Центральной Азии / Мат-лы Междунар. науч,-практ. конференции (Алматы, 5-7 мая 2009). - Алматы, 2009. - С. 95-103.
13. Утегалиева С. И. Звуковой мир музыки тюркских народов: теория, история, практика (на материале инструментальных традиций Центральной Азии). - М.: Композитор, 2013. - 525 с.
14. Цзо Чженьгуань. Ди //Энциклопедия. Музыкальные инструменты. - М.: Дека-ВС, 2008. - С. 199
References
1.Alibakieva T. Pamjatniki material'noj kul'tury shjolkovyh putej i muzykal'naja hronika Central'noj Azii ob ujgurskom muzykal'nom iskusstve [Monuments of Silk roads material culture and musical chronicles of Central Asia on Uygur musical art] Muzyka tjurkskogo mira. Materialy Pervogo Mezhdunarodnogo simpoziuma [Music of the Turk world. Papers of the First International Symposium]. Almaty. Dajk-Press, 2009, pp. 16-24.
2.Badmaeva G. Ju. Tradicionnaja muzyka kalmykov v kontekste kul'tur Central'noj Azii [Traditional Kalmyk music in the context of Central Asia cultures]. Phd thesis in Arts History, Moscow: Moskovskaja gos. Konservatorija, 2001, 14 p.
3.Beljaev V. M. Rukovodstvo dlja obmera narodnyh muzykal'nyh instrumentov [Instruction on measuring folk musical instruments] Moscow: Gosudarstvennoe muzykal'noe izdatel'stvo 1931, 63 p.
4. Van Don Mjej. Velikij shjolkovyj put' v istorii kitajskoj muzykal'noj kul'tury [Great Silk Road in the history of Chinese musical culture] phd thesis in Arts History, spb.: Rossijskij institut istorii iskusstv, 2004, 154 p.
5. Vyzgo-Ivanova I. 0 sravnitel'no-istoricheskom izuchenii muzykal'nogo fol'k-lora Srednej Azii i Kazahstana [On comparative-historical study of musical folklore of Central Asia and Kazakhstan] Muzyka i muzykanty bratskih narodov Sovet-skogo Sojuza [Music and
musicians of fellow peoples of the Soviet Union], Collection of articles, ed. By S. L. Ginzburga. Leningrad: Muzyka, 1972, pp. 154-161.
6. Djomin A. G. Muzykal'nyj instrumentarij mongolov v jepohu velikoj imperii (XIII-XIV w.) [Musical instruments of Mongols at the age of the Great Empire (the XIII-XIV centuries)]. Textbook, Ulan-Ude: IPK VSGAKI, 2000, 45 p.
7. Esipova M. K voprosu o genezise gorlovogo penija i obertonovogo muzicirovanija [On the genesis of throat singing and overtone music making] Tezisy nauchnyh dokladov V-go Mezhdunarodnogo jetnomuzykologicheskogo simpo-ziuma «Hoomej (gorlovoe penie) — fenomen kul'tury narodov Central'noj Azii» (25-27 ijunja 2008 g., g. Kyzyl) [Theses of scientific reportsof the V International Ethnomusicological symposium 'Hoomei (throat singing), the phenomenon of the Central Asia peoples' culture' (25-27 June 2008, town of Kyzyl)]. Kyzyl: MNC «Hoomej», 2008, pp.73-81.
8. Ihtisamov H. K probleme sravnitel'nogo izuchenija dvuhgolosnogo gortannogo penija i instrumental'noj muzyki u tjurkskih i mongol'skih narodov [On the problem of comparative study of dual voice throat singing and instrumental music of Turk and Mongol peoples] Narodnye muzykal'nye instrumenty i instrumental'naja muzyka: Sb.st. I materialov. V 2-h ch. [Folk musical instruments and instrumental music: Coll. Papers and materials in 2 parts]. Ed. By E.V. Gippius. Moscow: Sov. Kompozitor, 1988, Part E, pp. 197-216.
9. Karelina E.K. Istorija tuvinskoj muzyki ot padenija dinastii Cin i do nashih dnej: issledovanie [History of music of Tuva from the fall of Qing dynasty until present time: research] Moskovskaja gos. Konservatorija im. P. I. Chajkovskogo; Science editor V. N.
Iunusova, Doctor of Arts. Moscow: Kompozitor, 2009, 522 p.
10. Lotman Ju. M. K sovremennomu ponjatiju teksta [On the modern understanding of text] Lotman Ju.M. Stat'i po semio-tike kul'tury i iskusstva [Yu. Lotman Article on semiotics of culture and art]. Spb.: Gumanitarnoe agentstvo «Akademicheskij proekt», 2002, pp. 79-83.
11. Mihajlov Dzh. K probleme teorii muzykal'no-kul'turnoj tradicii [On the problem of the musical tradition theory] Muzykal'-nye tradicii stran Azii i Afriki. Sb. Nauch. Trudov [Musical traditions of Asian and African countries. Collection of papers]. Ed. By T. E. Tsytovich, Moscow: Moskovskaja gosudarstvennaja konservatorija im. P.I.Chajkovskogo, 1986, pp. 3-20.
12. Petrunina M. V. Istoriko-teoreticheskie problemy pentatoniki v kitajskoj muzyke [Historical and theoretical problem of pentatonic in Chinese music] Muzyka narodov Central'noj Azii: Tradicionnye muzykal'nye kul'tury narodov Central'noj Azii / Mat-ly Mezhdunar. Nauch-prakt. Konferencii (Almaty, 5-7 maja 2009) [Music of Central Asia peoples: Traditional musical cultures of the people of Central Asia. Papers of international conference (Almaty, 5-7 May 2009)]. Almaty, 2009, pp. 95-103.
13. Utegalieva S.I. Zvukovoj mir muzyki tjurkskih narodov: teorija, istorija, prak-tika (na materiale instrumental'nyh tradicij Central'noj Azii) [Sound world of Turk peoples' music: theory, history, practice]. Moscow: Izdatel'stvo «Kompozitor», 2013, 525 p.
14. Czo Chzhen'guan'. Di // Jenciklopedija. Muzykal'nye instrumenty [Encyclopedia. Musical instruments]. Moscow: Deka-BC, 2008, p. 199
К проблеме исследования музыкальных культур Шелкового пути
В статье рассматриваются проблемы исследования музыки Шелкового пути, как уникальной культурной общности прошлого, оставившей следы в виде памятников, литературных источников, музыкальных инструментов. Основным подходом к исследованию выдвигается пара Восток-Восток, не менее актуальная для данного региона мира, чем известная Восток-Запад. Теория музыкально-культурной традиции Дж. Михайлова представляется наиболее адекватным методом исследования заявленной проблематики. Фор-
On the problem of research of the Silk Road musical cultures
In the article problems of research of music of the Silk Road, as the unique cultural community of the past that left traces in the form of monuments, references, musical instruments, are considered. The main approach to the research is the East-East couple, equally relevant for this region of the world if compared with the known East-West one. The theory of musical and cultural tradition of J. Mikhaylov is considered the most adequate method to research the declared perspective. Forms of cultural contact, assimilation, loan, and parallel
мы культурного контакта, ассимиляции, заимствования, параллельного существования рассмотрены как варианты взаимодействия музыкальных культур Шелкового пути. В статье анализируются объективные трудности изучения музыки региона: огромные географические и временные масштабы Шелкового пути, требующие координации специалистов разных областей знания, не равная степень изученности музыкальных культур, разница научных позиций региональных школ музыкознания. Этноорганология, изучающая музыкальные инструменты с разных позиций, рассмотрена в качестве одной из приоритетных отраслей исследования данных проблем.
Линейные меры музыкальных инструментов несут следы их происхождения, помогающие выяснить происхождение и регион распространения данного инструмента. На примере центральноазиатской флейты ная и китайской дицзы рассматривается процесс многократной миграции музыкального инструмента в регионе Шелкового пути, который обретает в наши дни актуальность.
Ключевые слова: Шелковый путь, музыкально-культурная традиция, взаимодействие, музыкальные инструменты, памятники, системный подход, В. М. Беляев, Дж. К. Михайлов, Восток-Восток, этноорганология.
existence are considered as options of interaction of musical cultures of the Silk Road. In the article the following objective difficulties of studying the music of the region are analyzed: huge geographical and temporary scales of the Silk Road demanding coordination of experts of different areas of knowledge, unequal degree of musical cultures study, difference in scientific positions of regional musicology schools. Ethno-organology studying musical instruments from different points is considered as one of priority branches of research of these problems.
Linear measures of musical instruments bear traces of their origin, helping to find out the origin and the distribution region of an Instrument. On the example of a Central Asian Nye flute and the Chinese Di zi, the process of repeated migration of a musical instrument in the region of the Silk Road that finds relevance today is considered.
Keywords: Silk Road, musical and cultural tradition, interaction, musical instruments, monuments, system approach, V. M. Belyaev, J. K. Mikhaylov, East-East, Ethno-organology.
Юнусова Виолетта Николаевна - доктор искусствоведения, профессор кафедры истории зарубежной музыки Московской государственной консерватории им. П. И. Чайковского.
E-mail: violetta_yunusov@mail.ru
Violetta Yunusova (Iunusova) - Doctor of Arts, Professor of the Foreign Music History department at the Moscow State Conservatory named after P. I. Tchaikovsky. E-mail: violetta_yunusov@mail.ru