Главный принцип радонобезопасного строительства заключается в том, что все решения должны приниматься на основе и в соответствии с представительными исходными данными о радиологической характеристике территории застройки. В комплекс таких данных должны входить результаты измерений активности 13п в почвенном и наружном воздухе, а также скорости эксхаляции радона из почвы. Суть противорадо-новой защиты зданий - препятствовать поступлению 13п в помещения. Необходимость удалять его из помещений свидетельствует о неудовлетворительном решении защитных мероприятий.
Средства противорадоновой защиты подразделяются на пассивные и активные. Первые являются элементами ограждающих конструкций здания и не требуют управления и обслуживания в процессе эксплуатации; вторые - включают энергопотребляющее оборудование для регулирования давления воздуха, его принудительной вентиляции или очистки. Грамотно выполненная пассивная защита, не уступая по эффективности активной, обходится при строительстве и эксплуатации дешевле и поэтому более предпочтительна. Как правило, высокую эффективную защиту можно достичь только при комплексном и оптимальном для данного объекта решении многих задач.
В заключение необходимо отметить, что с увеличением поглощенной дозы накапливаются остаточные радиационные повреждения, кото-
рые служат основой для формирования отдаленных последствий облучения. Соматические нарушения могут проявиться в форме апласти-ческих и гипопластических изменений функциональных структур органов, склеротических процессов, а также снижением устойчивости организма к воздействию неблагоприятных факторов внешней среды, ослаблением репродуктивной функции организма, развитием доброкачественных и злокачественных опухолей, преждевременной смертью.
ЛИТЕРАТУРА
l.Chemical and Engineering News, 1986, v.64, p.19. 2.New Scientist, 1987, v.113, p.33. 3.Recommendation of the International Commission of Radiological Protection. ICRP Publ. 60. - Annals of the ICRP. Oxford: Pergamon Press 1991, v.21, p.201. 4.Sevc J. et al. A survey of the Czechoslovak follow-up of lung cancer mortality in uranium miners. - Health Physics, 1993, v.64, p.355. 5.Sources, effect and risks of ionizing radiation. UN Scientist Committee on the Effects of Atomic Radiation. Report. NY: United Nations, 988.
SUMMARY
Air pollution with radon and means of protection D.Zaredinov
The article presents data concerning Rn role as a polluting factor of air and discusses the effectiv-ity of protecting means. The author on the own experience emphasis a high effective protection can be achieved only through complex and optimal for a given object solution of many tasks.
Поступила 15.10.2002
К фармакокинетике пролонгированного препарата альфа-интерферона
А. Форлано, М. Лучиа, И. Милова, Ф. Эминзаде
Департамент фармакологии и токсикологии, Университет г. Бари, Италия
Во всем мире для лечения хронического гепатитов В и С уже на протяжении более, чем 15 лет широко используются натуральные и, особенно, рекомбинантные препараты альфа-ин-терферонов (ИфН) (4).
Несмотря на высокую эффективность этих препаратов, их недостатком пациенты, абсолютное большинство которых получает лечение вне стационара, считают необходимость делать инъекции этих препаратов несколько раз в неделю, что создает дополнительные неудобства и отражается на качестве жизни больных. Именно это подтолкнуло фармацевтические компании к разработке пролонгированных препара-
тов рекомбинантных ИфН (п-ИфН). Так, согласно рекомендации изготовителя, одного из таких (пэгилизированных) препаратов, его достаточно парентерально вводить лишь раз в неделю (1). При этом, высказывается мнение о том, что применение таких препаратов может оказаться даже более эффективным, чем использование ранее применявшихся прежних препаратов ИфН (2, 3). Между тем, в литературе имеются многочисленные данные о том, что в значительной части случаев, применяя эти препа-раты не удается достичь желаемого терапевтического результата.
В связи с изложенным и полагая, что одной
из причин недостаточно высокой эффективности может оказаться недостаточная длительность периода поддержания необходимой концентрации в плазме крови действующего начала препарата, связанная с более редким введением препарата мы провели небольшое кли-нико-фармакокинетическое исследование.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. Исследование проведено на 6 мужчинах в возрасте от 31 до 39 лет больных хроническим вирусным гепатитом С (ХГС), а также на 4 здоровых мужчинах-волонтерах в возрасте от 25 до 33 лет. Больные ХГС имели умеренно повышенную активность аланин-аминотрансферазы и гамма-глутамил-транспеп-тидазы и нормальный уровень билирубина в крови. После клинико-лабораторного обследования всем больным было рекомендовано лечение препаратами ИНФ. До настоящего исследования препаратов ИФН они не получали.
Вовлеченные в исследование лица были объединены в две группы, по 3 больных ХГС и 2 волонтера в каждой. Лицам, находившимся в составе 1-й группы однократно подкожно ввели препарат ПЭГ-альфа-2Ь-ИФН (пегинтрон) в дозе 1 мг/кг массы тела и спустя неделю повторно в такой же дозе. Лицам из 2-й группы подкожно в 1, 3 и 5 дни недели на протяжение 2 недель вводили препарат альфа-2Ь-ИФН (интрон А) в дозе 5 МЕ. Через 3, 6, 12 и 24 часа после введения, а затем через каждые сутки на протяжении недели в одно и то же время суток, определяли концентрацию альфа-ИФН в сыворотке крови. Уровень ИФН в сыворотке крови определяли с помощью теста ELISA, используя со-отвествующий набор реактивов для иммуно-ферментного определения альфа-ИНФ.
РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ. После введения п-ИфН концентрация ИФН в сыворотке достигала пика спустя 18 часов и сохранялась на протяжении 36 часов - далее уровень ИФН снижался и через 48 часов составлял менее трети максимального. Далее его уровень продолжал снижаться и через 72 часа и в последующем определялся на уровне нормального значения концентрации ИФН у человека.
В то же время, после первого введения интрона А, уровнь ИФН в сыворотке крови достигал максимального спустя 6 часов и сохранялся относительно стабильным на протяжении последующих 12 часов, после чего концентрация постепенно медленно падала, достигая минимума спустя 36 часов. Через 48 часов после инъекции и в последующем уровень ИФН в крови соответствовал нормальной концентрации ИФН у здорового человека. Аналогичные изменения были отмечены и после 2 и 3 инъекций интрона А.
Надо отметить, что конфигурации кривых, отражающих изменение концентрации ИФН при введении пегинтрона и интрона А у больных ХГС и здоровых лиц не имели между собой существенных отличий.
Таким образом, 2 инъекции интрона А, произведенные через день, обеспечивали сохранение уровня ИфH в крови более продолжительное время, нежели однократное введение пегинтрона. Интервал, в течение которого уровень ИфH в крови был ниже терапевтического при двух инъекциях за 3 дня составлял лишь порядка 12-18 часов. При использовании пе-гинтрона в режиме "одна инъекция в неделю", терапевтический уровень ИфH в крови поддерживался не более 72 часов.
Теоретически можно допустить, что продолжительность периода "низкой концентрации" продолжается еще 12 часов. Но и тогда общее время нахождения введенного ИфН не превышает 96 часов, т.е. 3,5 суток. В этом случае при соблюдении режима "одна инъекция в неделю", на протяжении второй половины недели парен-тально введенный ИфН в крови будет отсутствовать. Иначе говоря, рекомендованный в режим введения пегинтрона "одна инъекция в неделю", по-видимому, не позволяет поддерживать необходимый уровень ИфH в крови более чем 3 суток и не обеспечивает циркуляцию ИфH в крови на протяжении всей недели. Между тем, этого удается добиться используя интрон А в традиционном режиме: 3 инъекции в неделю. Очевидно, что данный пролонгированный препарат ИфH не может обеспечить должную фармакокинети-ку и вопрос о целесообразности его применения в рекомендуемом режиме не может считаться решенным окончательно.
Возможно, что однократный режим введения будет приемлем при использовании других пролонгированных препаратов Иф^ отличающихся более продожительным периодом полувыведения.
Мы полагаем, что применение пегинтрона для лечения больных ХГС должно проводиться с учетом особенностей его фармакокинетики. Судя по полученным нами результатам, целесообразно изменить рекомендуемый режим его использования и вводить его, дважды в неделю, что позволит обеспечить фармакокинетику, сходную с таковой при введении обычных препаратов трижды в неделю.
ЛИТЕРАТУРА
1.Lamb M.,Marks I., Wynohradnyk L. Peginterferon alpha-2a. Abst. Ann. Meet.Amer.Ass.Study liver diseases. Dallas, 2001, p.75. 2. Manns M., McHutchinson J. Gordon S. Peginterferon alpha-2a plus ribavirin compared with interferon alpha-2b plus ribavirin for initial treatment of chronic hepatitis C. - Lancet, 2001, v.358, p.958-965. 3.Pockros P., Carithers R., Desmond P. Evaluation of two doses of peginterferon alpha-2a for the treatment of chronic hepatitis C. -Abstr. 41-st ICAAC. Chicago, 2001, p.311. 4.Poynard T., Marcelin J., Lee S. et al. Randomized trial interferon alpha-2b plus ribavirin for treatment of chronic infection with hepatitis C virus.- Lancet, 1998, v.352, p.1426-1432.
З1
SUMMARY
Concerning pharmacokinetics of
pegilated intereferon-alpha
A.Forlano, M.Lucia, I.Milova, F.Eminzade
Authors of the paper demonstrated that PEG-interferon injected once per week at chronic hepatitis C patients was not be able to keep of the
interferon-alpha2b concentration in the blood plasma at needable level for 6 days. Its application regime had to change according real pharmacokinetics of the drug.
Поступила 22.12.2002
Электромиографическое обследование у пациентов с зубными имплантными протезами
А. Д. Алиев, С. Какунас
Клиника Питтсбургского университета, США
Остеоинтегрированные импланты зубов обеспечивают удерживание съемных и фиксированных зубных протезов. Однако, такое удерживание влияет на сенсорную функцию полости рта (значительное снижение проприцептив-ной чувствительности) и моторные функции жевательного аппарата (увеличение окклюзион-ных сил и эффективности жевания) (4).
Для оценки функций жевательной системы у человека используется электромиография (ЭМГ) жевательных мышц. ЭМГ исследования показывают, что удаление задних зубов ощутимо воздействует на функцию жевательной и лицевой мускулатуры.
Анализ мышечной активности у пациентов, потерявших в результате удалений задний зубной ряд, и имеющих полные верхние и нижние зубные протезы показал, что в течение первого полугодия ношения зубного протеза, средняя биоэлектрическая активность мышц во время сжатия близка к ее уровню, перед удалением зубов.
Сила прикуса у пациентов, полностью утративших все зубы, примерно, в 5-6 раз меньше таковой у пациентов с естественным зубным рядом (2, 3). В то же время, у пациентов с импла-нтными протезами величина силы прикуса существенно повышается (1). Кроме того, у пациентов, лишенных зубов, но впоследствии, получивших зубы путем восстановления имплантными протезами, отмечается увеличение порога осевой и латеральной нагрузки, по сравнению с пациентами с естественным зубным рядом. Некоторые авторы считают, что факторы, ответственные за кусание и жевание и окклюзионное восприятие у пациентов, восстановленных имп-лантными протезами, находятся в пределах мышц и что существуют отношения между окклю-зионными факторами и деятельностью мышц.
Целью данного исследования явился ана-
лиз отношения между уравненным распределением сил прикуса и непосредственным эффектом, оцениваемым по биоэлектрической активности передней и задней височной и жевательной мышц при 3 состояниях нижней челюсти: состоянии отдыха, состоянии максимального сжатия и состоянии первого контакта между зубами.
Для исследования были отобраны 10 пациентов с отсутствующим зубным рядом. В исследование включались те пациенты, которые отвечали следующим критериям: 1) удовлетворительное состояние их зубных протезов; 2) отсутствие подвижности крепления импланта и связанных имплантых компонентов; 3) удержание и стабильность зубных протезов; 4) отсутствие ок-клюзионной дисгармонии; и 5) отсутствие воспаления или патологических повреждений слизистой оболочки полости рта.
У 9 пациентов зубы были восстановлены обычным верхнечелюстным зубным протезом, у 1 пациента - фиксированным-съемным верхнечелюстным зубным протезом, поддерживаемым и удерживаемым 7 внутрикостными имплантами. Все 10 пациентов были восстановлены нижнечелюстными имплант-поддерживаемыми протезами. 7 пациентов имели по 4 имплантных крепления, шинированных пластинкой. 2 пациента имели по 3 имплантных крепления, шинированных пластинкой, а 1 пациент имел основной имплант.
Все зубные протезы были сделаны на протяжение 1996-2000 гг. и были клинически приемлемыми относительно адекватного удержания, стабильности и отсутствия больших окклюзион-ных несоответствий. Пациенты, представленные для этого исследования не имели зубов до того как их зубы были восстановлены имплантыми протезами.
В исследовании использовалась диагностическая система K6-1 "Myo-Tronics Inc." (США)