Научная статья на тему 'К 200-летию со дня рождения Н. И. Пирогова. Женский труд на войне (сообщение III). Участие слушательниц женских врачебных курсов в военных действиях. Софья Ивановна Больбот'

К 200-летию со дня рождения Н. И. Пирогова. Женский труд на войне (сообщение III). Участие слушательниц женских врачебных курсов в военных действиях. Софья Ивановна Больбот Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
304
75
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ИСТОРИЯ МЕДИЦИНЫ / Н. И. ПИРОГОВ / РУССКО-ТУРЕЦКАЯ ВОЙНА 1877-1878 ГГ. / ЖЕНЩИНЫ-ВРАЧИ / СОФЬЯ БОЛЬБОТ

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Шмидт Андрей Александрович, Абашин Виктор Григорьевич, Цвелев Юрий Владимирович

В статье представлены данные о первых отечественных женщинахврачах и хирургах-слушательницах Женских врачебных курсов принимавших непосредственное участие в оказании медицинской помощи раненым и больным в русско-турецкой войне 1877-1878 гг.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Шмидт Андрей Александрович, Абашин Виктор Григорьевич, Цвелев Юрий Владимирович

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «К 200-летию со дня рождения Н. И. Пирогова. Женский труд на войне (сообщение III). Участие слушательниц женских врачебных курсов в военных действиях. Софья Ивановна Больбот»

ИЗ ИСТОРИИ МЕДИЦИНЫ

© А. А. Шмидт, В. Г. Абашин,

ю. В. Цвелев

Военно-медицинская академия, кафедра акушерства и гинекологии им. А. Я. Крассовского, Санкт-Петербург

К 200-лЕТИю со дня рождения

Н. И. ПИРОГОВА

ЖЕНСКИй ТРУД НА войне (СООБЩЕНИЕ III)

участие слушательниц женских врачебных курсов в военных действиях. софья Ивановна больбот

УДК: 613.67:614.252:92

Рис. 1. Софья Ивановна Больбот

■ В статье представлены данные

о первых отечественных женщинах-врачах и хирургах-слушательницах Женских врачебных курсов — принимавших непосредственное участие в оказании медицинской помощи раненым и больным в русско-турецкой войне 1877-1878 гг.

■ Ключевые слова: история медицины; Н. И. Пирогов; русско-турецкая война 1877-1878 гг.; женщины-врачи; Софья Больбот.

Появление частной помощи в виде женщин-врачей и хирургов на театре войны еще слишком ново, чтобы судить о нем. Слышанное мною о деятельности этой категории женской помощи свидетельствует только, что отдельные личности оказываются, и тут, вполне достойными своего призвания.

Н. И. Пирогов (1879)

В 60-е годы XIX столетия в связи с изменившимися социально-экономическими условиями и оживлением общественной жизни среди русских женщин усилилась тяга к самостоятельному труду и получению высшего образования. В этом справедливом стремлении к равноправию женщины встречали поддержку лучших людей эпохи, в том числе и Н. И. Пирогова. Заслуга в том, что женщинам России были предоставлены в медицине равные права с мужчинами раньше, чем в Европе, принадлежит прежде всего Пирогову [1]. Он всегда считал, что «...женщины должны занять место в обществе, более отвечающее их человеческому достоинству и их умственным способностям» [4]. Первый же его реальный шаг к решению женского вопроса — привлечение сестер милосердия на фронт — дал блестящий результат, неоспоримый для всех здравомыслящих людей. В 1861 г. в статье «Университетский вопрос» Н. И. Пирогов сетовал на то, что двери университетов закрыты перед женщинами. У него не было никаких сомнений в том, что женщинам надо открыть доступ в высшие учебные заведения. Эту мысль, высказанную им в 1856 г. в труде «Вопросы жизни», Н. И. Пирогов последовательно развивал. В противовес ретроградам от науки он утверждал, что женщины не только обладают одинаковыми с мужчинами способностями к знанию, но наделены, кроме того, «высшей способностью к чувствованию», а впоследствии этого «.им (т. е. женщинам. — авт.) следовало бы стоять ступенью выше, чем мужчины». После долгих хлопот в 1872 г. при Петербургской медико-хирургической академии были открыты Женские врачебные курсы «для подготовки ученых акушерок», фактически превратившиеся в первый женский медицинский факультет, просуществовавший 15 лет и давший за десять выпусков около 600 женщин-врачей. Именно из числа слушательниц первого выпуска этих курсов вышли первые женщины — военно-полевые хирурги [1].

Во второй половине XIX столетия усилилась борьба славянских народов на Балканах (болгар, сербов, и др.) за свое освобождение от турецкого владычества. Особенно борьба обо-

оригинальные исследования

119

стрилась в 70-е годы хК века и приняла характер подлинных военных действий. Освободительная война славянских народов вызывала патриотическое сочувствие русской общественности, вылившееся в активную помощь военному ведомству и русскому обществу попечения о больных и раненых воинах, в медицинской обеспеченности вооруженных сил России и стран, борющихся за свою независимость.

Память о подвигах сестер милосердия, участниц Крымской войны, не потеряла еще своей остроты и свежести, когда в апреле 1877 г. Россия вступила в очередную войну с Турцией и передовые русские полки в июне начали переправляться через Дунай. Пример предшественниц горячо обсуждался слушательницами Женских врачебных курсов, которым в то время предстояло держать первые выпускные экзамены. Пятый год их обучения отводился практическому акушерству, занятиям в клиниках женских, детских, глазных и ушных болезней, изучению нервных и психических заболеваний, освоению методов ларингоскопии, электротерапии, а также упражнению в оперативной практике в госпиталях и хирургических клиниках [7].

Общество попечения о раненых и больных воинах, получившее вскоре название Российского Общества Красного Креста (РОКК), приступило к организации и формированию полевых лечебных учреждений и санитарных отрядов, предназначенных к отправке на театр военных действий. Многие врачи и студенты-медики заявили о своем желании поступить на службу в Общество и отправиться в Дунайскую армию. Такое же стремление проявили и слушательницы Женских врачебных курсов. В мае 1877 г. разрешение принимать слушательниц на службу было получено лишь для выпускного курса. Право отбора выпускниц для направления в отряды и госпитали, формируемые РОКК, было предоставлено почетной инспектрисе М. Г. Ермоловой. Каждая из них подала личное прошение на имя главного военно-медицинского инспектора. При этом подчеркивалось, что слушательницы не считаются мобилизованными, а отправляются в качестве добровольцев, получая отпуск до выпускных экзаменов, которые должны были начаться во второй половине октября.

Патриотический порыв слушательниц был поддержан полевым военно-медицинским инспектором В. И. Приселковым и одним из организаторов курсов главным военно-медицинским инспектором Н. И. Козловым. Инициатива привлечь выпускниц к работе в качестве ординаторов полевых госпиталей принадлежала В. И. Приселкову. Он обратился с таким предложением к главноу-полномоченному РОКК князю В. А. Черкасскому,

но получил отказ, объясненный якобы отсутствием денежных средств у Общества. В действительности же князь В. А. Черкасский не скрывал своего мнения о том, что присутствие женщин неизбежно отрицательно скажется на работе в лечебных учреждениях, приведет к нарушению порядка и дисциплины среди медицинских работников. Не удовлетворенный ответом В. А. Черкасского и не разделявший его предубеждений, В. И. Приселков обратился к начальнику полевого штаба Дунайской армии генерал-адъютанту А. А. Непокойчицкому, после вмешательства которого В. А. Черкасский разрешил допустить слушательниц к уходу за ранеными в госпиталях системы РОКК [6].

В конце мая 1877 г. в Дунайскую армию была направлена первая группа слушательниц выпускного V курса: Анна Новоспасская, Павла Быстроумова, Глафира Моравская, Евгения Маркова и Юлия Курвуазье. В связи с этим главный военно-медицинский инспектор Н. И. Козлов обратился к полевому инспектору В. И. Приселкову с письмом, в котором просил оказать внимание слушательницам, в первый раз выступающим на таком ответственном общественном поприще. Он просил покровительствовать их стремлению посвятить свои труды рациональному уходу за ранеными и больными. Всего в армию было командировано 40 слушательниц V курса в качестве врачей и 12 — с IV курса в качестве фельдшеров. Вместе с тем было дано распоряжение распределить их по госпиталям, где работали высококвалифицированные хирурги Н. В. Склифосовский, И. О. Корженевский, И. И. Насилов и С. М. Янович-Чаинский. Эти-то хирурги и принимали непосредственное участие в руководстве молодыми врачами и в обучении их [1]. К этому же времени относится телеграмма профессора Н. В. Склифосовского главному военно-медицинскому инспектору Н. И. Козлову с просьбой командировать в военно-временный госпиталь № 51, находившийся в Галаце, пять слушательниц Женских врачебных курсов. Н. И. Козлов удовлетворил его просьбу и в начале августа группа слушательниц выехала на театр военных действий [6].

Слушательницы Женских врачебных курсов своим самоотверженным, героическим трудом заслужили самые восторженные отзывы медицинского начальства, профессоров и врачей, под руководством которых им пришлось работать, — В. И. Приселкова, П. А. Рихтера, Н. С. Абазы, Н. В. Склифосовского, Э. Бергмана, И. О. Корженевского, Э. А. Юнге, И. И. Насилова и др. Не имея официально утвержденного круга обязанностей, они не отказывались ни от какой работы: помогали в перевязках и операциях, выполняли функции ординаторов, фельдшеров, сестер милосердия, а порой и санитаров, ухаживали

за ранеными и больными, несли дежурства, следили за порядком, занимались хозяйственными делами, работали в аптеках, порой полностью заменяли врачей [6].

Не сразу, конечно, женщины-врачи завоевали доверие солдат. Вначале они принимали их за «барышень» или сестер милосердия, так как видели в военных госпиталях только женщин-сестер. Но очень скоро солдаты убедились в том, что это не «барышни», а врачи, причем врачи заботливые и внимательные, и с тех пор авторитет молодых врачей-женщин был признан. «Докториссы скоро освоились с делом и скоро же сделались самыми ревностными, исполнительными и полезными ординаторами, как пришлось выслушать не один раз и не от одного главного госпитального врача. Основательность диагностических приемов, осмысленность в показаниях, в назначении средств — все это утверждено свидетельствами врачей, работавших вместе и главных врачей, под наблюдением коих вообще шли госпитальные занятия. Общий голос за то, что женщины, получившие специальное образование, опытно вместе с тем показали и свои способности и умения приложить к делу приобретенные ими познания и что не может быть уже речи о невозможности для них медицинского образования и врачебной практики» [2].

Иногда врачи-мужчины опасались поручать женщинам самостоятельное исполнение обязанностей хирургов-ординаторов, однако и эти опасения, как правило, оказывались напрасными. Одна из слушательниц, София Бестужева, в своем отчете пишет, что врачи относились по-товарищески, сестры милосердия становились добрыми друзьями и хорошими помощниками, а больные полностью ей доверяли. В военновременном госпитале № 47 работали Надежда Бентле, Елена Соловьева, Вера Матвеева и Надежда Остроградская, в период боев они выезжали из госпиталей на перевязочные пункты дивизий, оказывая помощь под огнем. Все окружающие единодушно отмечали их исключительную добросовестность, душевное отношение к раненым и личную скромность [1]. «Указывалось некоторыми противниками женского медицинского образования на то, что барышни едва ли способны к хирургической врачебной практике благодаря нервозности, слабости и пр. Но опыт и в этом отношении стал на стороне женщин. Хирургия им также была доступна и операции серьезные производились в хирургии... ими с таким же хладнокровием, уменьем и успехом, как и мужчинами». Из многих свидетельств приведем одно из практики 47 военновременного госпиталя: «Состоявшими при нем женщинами-врачами было произведено много операций, как то: г-жа

Бантле произвела ампутацию бедра и экзартику-ляцию всех пальцев. Соловьева ампутацию бедра в верхней трети, Матвеева резекцию локтя, ампутацию голени, плеча, операцию Лисфранка, Остроградская — ампутацию голени». В других госпиталях, где находились на службе женщины-врачи, и на перевязочных пунктах они оказали достаточные познания в хирургии. Все то, что отличало русскую женщину в прошлую войну, — ее сердечность в отношении к несчастным, ее гуманность, ее забвение себя ради других, при самой высокой скромности, — все это отличало женщину-врача, нередко ставившуюся и сестрой милосердия и фельдшерицей, т. е. и лицом предписывающим и вместе исполнителем предписаний. Все те прекрасные отзывы, которые даны о сестрах, столько же относятся и к женщинам-врачам. К ним должны быть еще присоединены мнения, основанные на их специальном деле, в качестве госпитальных ординаторов» [2].

Под руководством профессора Н. В. Скли-фосовского работали в качестве ординаторов студентки Е. С. Васильева и Н. П. Яновская. По отзыву профессора, они выполняли все его поручения лучше, чем находившиеся при нем врачи-мужчины. Студентки принимали больных и раненых, осуществляли их сортировку, устанавливали диагноз, выписывали назначения, организовывали уход и надзор за лечением. Студентка С. И. Бестужева работала в госпиталях в Зимнице, а затем в Тырнове, где обслуживала 18 юрт по 12 больных в каждой. Позже ее перевели в Систово для ухода за терапевтическими больными, а затем направили в эвакуационную команду для перевозки больных и раненых по водным путям. На каждом участке работы она полностью оправдывала оказанное ей доверие, несмотря на физическую усталость и многие другие неудобства. «Недостаток медицинских сил, — пишет участница войны Н. В. Драгневич, — вынуждал работать с неимоверным напряжением по пятнадцать-восемнадцать часов в сутки». Бывали периоды, когда приходилось работать чуть ли не круглые сутки. Студентка Н. Н. Остроградская в письме от 11 сентября 1877 г. сообщила: «Поезда ежедневно (по три поезда) увозят у нас каждым по 500-600 больных и раненых, и все-таки у нас не только палатки полны, но и все пространство между палатками — везде лежат, сидят, стоят.» [6].

Выпускница курсов Варвара Степановна Некрасова стала жертвой врачебного долга. Работая в госпитале инфекционных больных, она не только лечила и ухаживала за больными, но и вела научную работу, непосредственно обследуя больного и изучая секционный материал, являясь одновременно корреспондентом журнала «Русские ведомости». В своем дневнике она

очень наглядно отразила условия, в которых находились раненые: «Многие раненые лежали не в палатках, а просто под навесом. Чтобы попасть туда (под навес), нужно изогнуться в три дуги и там уже ползать на коленях от одного раненого к другому, осматривая и перевязывая их раны. За сутки приходится осмотреть от 30 до 50 раненых, к тому же выползаешь из-под навеса вся обсыпана насекомыми». При уходе за больными она заразилась сыпным тифом и умерла 27/ХП.1877 г. Хоронили ее со всеми воинскими почестями. На ее могиле в Систове поставлен памятник с надписью на болгарском и русских языках: «Больше сия любви никто же не иметь, да кто душу свою положит задруги своя»; («Никто не достоин большей любви, чем отдавший жизнь за своих ближних») [5].

Среди слушательниц Женских врачебных курсов, отмеченных медалями, находилась и Бронислава Пашкевич, единственная женщина-врач, служившая на Кавказском фронте и рекомендованная С. П. Боткиным. С большой стойкостью переносила она исключительно трудные условия походной жизни при передвижении Эриванского отряда к крепости Эрзерум. Во время боев она исполняла обязанности врача, фельдшера и санитара. Отправив однажды раненых в Гасан-Кале, она сумела приехать туда еще до прибытия транспорта и заранее приготовить раненым помещение, питание и чай. При уходе за ранеными Б. Пашкевич проявляла особую душевную теплоту, отличалась искусством наложения повязок. Солдаты неоднократно выражали сожаление, что в Кавказской армии находится лишь одна женщина-врач.

Яркую память о себе оставила выпускница Софья Ивановна Больбот, которую можно считать одной из первых в России женщин-полевых хирургов [1, 5]. Она родилась в 1850 г. в Вытегре. Ей удалось выполнить свою заветную мечту — поступить на только что открытые в 1872 г. Женские врачебные курсы. В 1876 г. она добровольно уезжает на фронт сербско-турецкой войны, после чего едет учиться в Венский университет. Оттуда на имя главного военно-медицинского инспектора она направляет заявление следующего содержания. «Имевши возможность пополнить знания, приобретенные на медицинских курсах усиленными занятиями по хирургии, клинической и оперативной, в Венском университете и приобретя некоторую опытность в уходе и лечении раненых 4-месячным пребыванием в Сербии, честь имею покорнейше просить оказать Ваше содействие в назначении меня членом санитарного отряда профессора Бергмана или в какой-либо другой отряд по благоусмотрению вашего Превосходительства.

Слушательница женских врачебных курсов 5-го года Софья Больбот. 1877 г. 2 (14) июня» [6].

Получив разрешение, она 1/УШ 1877 г. выезжает из Петербурга в армию в распоряжение главно-уполномоченного Красного креста П. А. Рихтера и по прибытии в Бухарест назначается в военно-временный госпиталь № 57 в местечке Зимница, где руководящим хирургом был профессор Э. Бергман. Молодому врачу сразу же была поручена большая хирургическая палата, в которой находилось 28 тяжелораненых, преимущественно с повреждениями суставов и бедер. Ей пришлось произвести незамедлительно самостоятельно три больших оперции по жизненным показаниям. В течение месяцев напряженной работы в этом госпитале С. И. Больбот приходилось выезжать в составе передовой группы в деревню Тученицы, чтобы помочь перевязочному пункту 16-й пехотной дивизии. Там за четверо суток непрерывной работы С. И. Больбот выполнила несколько крупных ампутаций, резекций и других хирургических вмешательств и наложений гипсовых повязок, а также перевязок большому числу раненых. «Я слышал, — писал Н. И. Пирогов, — что под руководством проф. Бергмана одна женщина-хирург производила с большой ловкостью и знанием дела ампутации на перевязочном пункте. Сам же я имел случай, при посещении военно-временного госпиталя в Зимнице № 57, видеть, при перевязке раненых одну женщину-хирурга; она сама следила за лечением порученных ее уходу раненых и сообщила мне весьма дельно и отчетливо свои замечания о ходе ран и лечения, не оставив желать ничего лучшего» [3]. Когда начинают разворачиваться боевые операции под крепостью Плевна, С. И. Больбот отправляется 6/х 1877 г. на позиции Плевненского отряда осадной артиллерии и исполняет тяжелые обязанности младшего врача. После падения Плевны ей поручают оказывать помощь в госпитале, где было сконцентрировано до 5000 агрессивно настроенных пленных турок. С. И. Больбот и другие врачи относились к военнопленным в высшей степени внимательно и гуманно, и перед выпиской турки выразили врачам благодарность в своем адресе. Через трое суток, в течение которых, не считаясь с усталостью, С. И. Больбот производит обработку большого количества раненых, ее назначают ассистентом заведующего операционным отделением плевненских госпиталей — доктора Ф. Б. Гейденрейха. Она вновь приступает к большим операциям и ведет три хирургические палаты. Так она работает до 9/1 1878 г., после чего находящиеся на ее попечении раненые были переданы румынским врачам, а Софью Ивановну прикомандировали к военновременному госпита-

лю № 69 в Адрианополе. Оттуда в марте ее отзывают в Петербург.

Самоотверженная деятельность женщин военно-полевых хирургов получает положительную оценку военно-медицинского руководства. Полевой инспектор В. И. Приселков 6/XII 1877 г. в официальном докладе петербургскому начальству высоко оценивает работу слушательниц Женских врачебных курсов на перевязочных пунктах, в санитарных поездах и военно-временных госпиталях действующей армии. В отношении же двух врачей — С. И. Больбот и В. П. Матвеевой — в именном списке, приложенном В. И. Приселковым к донесению, стоит оценка — «с особенным отличием» («cum eximia laude»). Такой отзыв инспектора весьма показателен, потому что далеко не все медицинское начальство поддерживало получение женщинами врачебного образования и тем более было сторонником использования женщин-врачей на фронте. Однако должным образом подвиг женщин-хирургов оценен не был. Хотя они и были представлены к награждению орденами, но правительство их удостоило лишь медалями. Так, С. И. Больбот, представленная к двум орденам за боевые заслуги («с мечами»), получила золотую медаль «За усердие» на Георгиевской ленте и бронзовую медаль на Анненской ленте.

О последующей деятельности С. И. Больбот имеются лишь такие отрывочные сведения. Вскоре после окончания войны и получения временного свидетельства о сдаче экзаменов (врачебные дипломы окончившим курсы стали выдаваться много позже) она уехала в Сибирь и поселилась в Томске. Там она продолжала врачебную практику, пользуясь всеобщим уважением. С. И. Больбот стала первой женщиной-врачом и первой женщиной-хирургом в Сибири. К этому периоду относится ее печатная работа, опубликованная в «Военно-медицинском журнале» под заглавием «Случай замечательной аневризмы подключичной артерии. Опыт применения электричества» (Военно-медицинский журнал, 1881. ч. 142. № 3. — С. 67-76). После работы в Томске С. И. Больбот, по семейным обстоятельствам, с перерывами служила земским врачом в разных губерниях России, занимаясь одновременно и хирургической практикой. О сделанных ею операциях появлялись заметки в газетах. Она продолжала интересоваться вопросами высшего женского образования, участвовала в сборе средств для Женского медицинского института, посещала пироговские съезды врачей. Скончалась Софья Ивановна Больбот в 1918 г. [5].

Высокие отзывы, по сообщению участника войны доктора П. А. Илинского [2], давали мно-

гие главные врачи военновременных госпиталей и председатели эвакуационных комиссий, в которых работали женщины-врачи. «Я каюсь, говорил мне один из уполномоченных "Красного Креста", я был до этой войны заклятым врагом всех этих женских курсов, всех женских университетов; мне казалось, что все это стремление к высшему образованию прикрывает собой только стремление к синим очкам да к стриженым волосам, и что все подобные учреждения являются только рассадником распущенности нравов. Но теперь, когда я увидел на деле этих молодых девушек, этих студенток, я совершенно изменил свой взгляд и отношусь к ним с полным уважением. Я знаю теперь, что они горячо любят Россию, потому что, не любя, они не могли бы работать так, как они работают [2]. Это не мешало, однако, высшему военному начальству еще долгое время отрицательно относиться к привлечению женщин-врачей к работе в военных учреждениях.

Докладывая 18 февраля 1878 г. начальнику штаба действующей армии о результатах деятельности слушательниц Женских врачебных курсов Н. И. Козлов подчеркивал: «С самого начала кампании при неимоверном рвении и сознательном понимании дела, они выказали себя с самой лучшей стороны и доставленною ими хирургическою и терапевтическою помощью в госпиталях вполне оправдали в этом первом опыте ожидания медицинского начальства... Самоотверженная работа женских ординаторов среди опасностей и лишений, среди тифозной болезненности, жертвою которой была не одна из них, обратила на себя общее внимание, и как первый пример применения женского труда в военном деле заслуживает отличия и поощрения».

Таким образом, первый опыт приложения врачебных знаний женщинами, получившими образование в России на женских курсах, был приобретен в русско-турецкую войну. «Благодаря горячему участию и вниманию лиц, на глазах которых шло женское медицинское образование, слушательницы, окончившие курс медицинских наук, получили возможность трудиться и работать на войне в военновременных госпиталях и даже на перевязочных пунктах. Опыт этот тем более должен иметь значение, что им решительно поколеблены, по мнению компетентных лиц, некоторые отжившие воззрения на высшее общее и специальное образование женщин — на этот серьезный и самый общественный вопрос. Некоторые, правда, допускали возможность образования, но не видели практического приложения специальных познаний, утверждая, что опыт укажет несостоятельность теоретических воззрений на труд женщины как врача, и заранее как бы предвидели,

что сама жизнь разрушит иллюзии, как обзывались мероприятия по женскому высшему и специальному образованию... Что же сказал опыт?.. Какие результаты его и к каким заключениям можно прийти из этого опыта?..» — спрашивает П. А. Илинский. И дает следующий ответ, которым характеризует женщин-врачей как прекрасных и скромных тружениц, работавших наравне с мужчинами сообразно степени их познания и образования. «Здесь уже не один уход за ранеными, который был в руках сестры милосердия, но и специальная врачебная и хирургическая помощь. Здесь уже, кроме тех действий, которые неразрывно связаны с обязанностями сестры, вступают иные, принадлежащие только врачам и хирургам. Женщина становится ординатором госпитальных палат наравне с прочими врачами мужчинами, становится самостоятельным деятелем на этом поле. Она так же оперирует, диагносцирует и лечит. Следовательно все отзывы, без исключения самые благоприятные о самоотверженной и полезнейшей деятельности врачей в прошлую войну, относятся также и к женщинам-врачам, составлявшим часть всего врачебного персонала» [2].

щей армии в 1877-1878 гг. — СПб., 1879. — Ч. 1. — С. 38-39.

4. Пирогов Н. И. Письмо к Э. Ф. Раден от 27/11.1876 г. // Сочинения. Т. 1. — Киев, 1910. — С. 705.

5. ЧерноваН. Е. Исторические вехи формирования и развития родовспоможения в Кыргызстане. — Бишкек, 2008. — С. 34-39.

6. Шабунин А. В. Женские врачебные курсы при Медико-хирургической академии и Николаевском военном госпитале. — СПб., 1997. — 68 с.

7. Шибков А. А. Женщины России в медицинской школе и на войне. — Л., 1957.

Статья представлена Э. К. Айламазяном, ГУ НИИ акушерства и гинекологии им. Д. О. Отта,

Санкт-Петербург

woman's work in the war (the 3rd message) participation of female-listeners of medical courses in military operations. sofja ivanovna bolbot

A.A. Shmidt, V.G. Abashin, Y. V. Tzvelev

Литература

1. ГеселевичА. М. Первые русские женщины военно-полевые хирурги // Сов. здравоохр. — 1954. — № 2. — С. 44-50.

2. Илинский П. А. Русские женщины в войну 1877-1878 гг. — СПб., 1879. — 177 с.

3. Пирогов Н. И. Военно-врачебное дело и частная помощь на театре войны в Болгарии в тылу действую-

■ Summary: The article contains the facts of the first domestic women-doctors and surgeons- listeners of female medical courses — taking direct part in rendering of medical aid by the wounded man and patients in Russian-Turkish war 1877-1878.

■ Key words: history of medicine; N. I. Pirogov; the Russian-Turkish war 1877-1878 yy; female-doctors; Sofjja Bolbot.

■ Адреса авторов для переписки-

Шмидт Андрей Александрович — к.м.н., преподаватель. Кафедра акушерства и гинекологии Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова.

194044, Россия, Санкт-Петербург, ул. Клиническая, 4. E-mail: rdwma@deti-spb.ru

Абашин Виктор Григорьевич — д. м. н., профессор, начальник кафедры акушерства и гинекологии Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова.

194044, Россия, Санкт-Петербург, ул. Клиническая, 4. E-mail: rdwma@deti-spb.ru

\Цвелев Юрий Владимирович\ — академик Российской академии естественных наук, д. м. н., профессор.

Кафедра акушерства и гинекологии Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова.

194044, Россия, Санкт-Петербург, ул. Клиническая, 4. E-mail: rdwma@deti-spb.ru

Shmidt Andrey Alexandrovich — the candidate of medical sciences, the assistant.

Obstetrics and Gynecology department of Medical-Military Academy named after S. M. Kirov.

194044 Russia, St. Petersburg, Klinicheskaya st., 4. E-mail: rdwma@deti-spb.ru

Abashin Viktor Grigorjevich — MD, professor, chief of department of obstetrics and gynecology of medical-military academy named after S. M. Kirov.

194044 Russia, St. Petersburg, Klinicheskaya st., 4. E-mail: rdwma@deti-spb.ru

Tsvelyov Yuriy Vladimirovich — member of RANS, MD, PhD, professor. Obstetrics and Gynecology department of Medical-Military Academy named after S. M. Kirov.

194044 Russia, St. Petersburg, Klinicheskaya st., 4. E-mail: rdwma@deti-spb.ru

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.