Научная статья на тему 'Из опыта Сеймового представительства в Великом княжестве Литовском и Речи Посполитой'

Из опыта Сеймового представительства в Великом княжестве Литовском и Речи Посполитой Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
2157
315
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ВЕЛИКОЕ КНЯЖЕСТВО ЛИТОВСКОЕ / РЕЧЬ ПОСПОЛИТАЯ / ПАРЛАМЕНТАРИЗМ / СЕЙМЫ / СЕЙМИКИ / ОРГАНЫ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ / ВЕЛИКЕ КНЯЗіВСТВО ЛИТОВСЬКЕ / РіЧ ПОСПОЛИТА / СЕЙМИ / ОРГАНИ МіСЦЕВОГО САМОВРЯДУВАННЯ / GRAND DUCHY OF LITHUANIA / RZECZPOSPOLITA / PARLIAMENTARISM / DIETS / SEJMIK / LOCAL GOVERNMENTS

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Ермолаев В. Н.

Сеймовый опыт представительства в Великом княжестве Литовском и Речи Посполитой положил начало отечественному опыту парламентаризма, который украинские феодалы и шляхта осваивали в течение почти двухсот лет. И сегодня сеймовая реформа 1565-1566 гг. представляет значительный научный интерес в плане усовершенствования процедуры законотворчества, кодификации права и т.п.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

THE EXPERIENCE OF THE SEJM REPRESENTATION IN THE GRAND DUCHY OF LITHUANIA AND POLAND

Seymovoy experience representing the Grand Duchy of Lithuania and the Commonwealth Parliamentary started domestic experience, which for almost two years, Ukrainian nobles and gentry. Considerable scientific interest and today represents Seymovoy Reform 1565-1566 GG on the improvement of legislative procedure, codification and the like.

Текст научной работы на тему «Из опыта Сеймового представительства в Великом княжестве Литовском и Речи Посполитой»

УДК 340.15 (477)

В. Н. Ермолаев,

д-р юрид. наук, профессор Национальный университет «Юридическая академия Украины имени Ярослава Мудрого», г. Харьков

ИЗ ОПЫТА СЕЙМОВОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА В ВЕЛИКОМ КНЯЖЕСТВЕ ЛИТОВСКОМ И

РЕЧИ ПОСПОЛИТОЙ

Сеймовый опыт представительства в Великом княжестве Литовском и Речи Посполитой положил начало отечественному опыту парламентаризма, который украинские феодалы и шляхта осваивали в течение почти двухсот лет. И сегодня сеймовая реформа 1565-1566 гг. представляет значительный научный интерес в плане усовершенствования процедуры законотворчества, кодификации права и т.п.

Ключевые слова: Великое княжество Литовское, Речь Посполитая, парламентаризм, сеймы, сеймики, органы местного самоуправления.

История отечественного парламентаризма основывается на значительном опыте представительства в сеймах, сеймиках и органах местного самоуправления Великого княжества Литовского и Речи Посполитой, изучение которой современные исследователи практически только начинают. Данная проблематика, в частности, освещалась в нашей монографии, вышедшей в свет в 2005 г. [10]. К ней обращались В. Григорьев при исследовании истоков сословно-представительной системы власти и процесса ее внедрения на украинских землях в составе Великого княжества Литовского (XV - XVI вв.) [7], Г. Папакин, систематизировавший историю государственных учреждений Украины с IX до начала XX в., в том числе и учреждений Великого княжества Литовского и Речи Посполитой на украинских землях (XI -XVIII вв.) [18], а также О. Винниченко, изучавший историю сеймиков в Речи Посполитой [5; 7; 18].

В XIV в., захватив фактически без борьбы значительную часть Белоруссии и Украины (почти половину земель Киевской Руси) и воспользовавшись благосклонностью местного населения, что было вызвано, прежде всего, изгнанием литовскими князьями татар из Украины, Великое княжество Литовское (далее - ВКЛ) стало одним из самых больших государств Европы, которое по своей площади соперничало даже с Польшей и Московской Русью. Восприняв государственную организацию Киевской Руси, основы христианства, украинско-белорусский язык, уважая местную культуру и обычаи, литовские князья заявляли: «Мы старины не тронем, но и новшеств не вводим» [4]. Сохранив автономию русских земель, литовский князь, по словам летописца, «вошел в приязнь» с местными феодалами, закрепленную традиционным «рядом» [28]. Достигнув своих целей, литовские князья уже не останавливались перед введением «новшеств».

Как свидетельствуют летописи, уже в середине XIII в. при великих литовских князьях существовал боярский совет, который был, как и в Древней Руси, совещательным органом. Сначала это был совет господ и служилых литовских и жмойтских бояр. Но после того как литовская и русская знать ВКЛ на съезде в Вильно единодушно избрала в 1430 г. преемником Витовта князя Свидригайла, в совет вошли и русские князья и бояре (согласно Никифоровской летописи, «и князи руськыи и боляре посадили князя Свидригайла на великое княжение на руское» [20]). И хотя Свидригайло в скором времени потерпел поражение, привилегией 1432 г. православные феодалы и шляхта были приравнены в правах к католикам. Теперь в грамотах великих князей литовских неизменно появляется формулировка: «Мы, порадившися с нашими князем и паны, с нашою верною радою».

С расширением состава Паны-рады изменяются ее полномочия и правовой статус. После смерти в 1492 г. Казимира IV магнаты избрали великим князем литовским его сына Александра. «Великий князь Литовский, Русский и Жмойтский и инех» обнародовал привилегию, в которой обещал лишь совместно с Паны-радами отменять изданные вместе с ней законы, направлять послов в иностранные государства и т. п. [16]. Совет стал постоянно действующим исполнительно-распорядительным, контролирующим и судебным органом. Его правовой статус как высочайшего (после князя) органа государственной власти ВКЛ с определенными составом и компетенцией был закреплен привилегией 1506 г. С тех пор великий князь издавал законы и распоряжения, выносил «приговоры» лишь по согласованию Паны-радой [1, с. 21, 22, 102112, 144-151]. В соответствии с Литовским уставом 1529 г. великий князь обязывался «панов рад ни в чом не понижати», «все уфалы старые держати, а новые с паны радами прибавляти» [23, с. 18-20]. Совет исполнял роль королевского суда, выносил приговоры по жалобам шляхты и мещан о нарушении феодальных землевладений и т.п., которые затем утверждались королем. Таким образом, важнейшие государственные дела Совет решал вместе с князем, а в случае его отсутствия - самостоятельно. Но если мнения Паны-рады и великого князя не совпадали, тот подчинялся Раде.

Съезды «всех князей и панов рад, як духовных, так и свецских, и всех врядников земских и дворных» по избранию великого князя стали назваться сеймами. Первое упоминание о сейме в Литовской и Жмойтской хронике датировано 1309 г. Возможно, они собирались и раньше. Так, были избраны великими князьями Тройден, его сын Витень, позже - Ягайло «при згромаженню панов и бояр литовских и руских» [20, с. 63, 65]. Совет господ и бояр собирал сеймы также по насущным проблемам внешней безопасности, унии с Польшей. Например, вопросы, связанные с противлением части литовских и русских феодалов Кревской унии, наступлением польских магнатов, обсуждались сеймами 1446, 1448, 1453, 1464, 1468 гг. и др. [20, с. 87, 88]. Эти сеймы до 1448 г. еще не имели представительного характера и, по сути, являлись съездами расширенного состава Паны-рады.

С середины XV в. расширенные сеймы Паны-рады приобретают более выразительный и унормированный представительный характер. Связано это с формированием и функционированием нижнего звена сеймов - земских, а с 1565 г. - и уездных сеймиков. По летописным свидетельствам, в первой половине XV в. земские сеймы уже принимали активное участие в государственной жизни. Так, на сейме в Луцке 1438 г. присутствовали король Польши и великие князья литовские Витовт и Ягайла [20, с. 8]. Позже великие князья направляли на местные сеймы своих представителей или передавали письменные послания, которые определяли предмет обсуждения.

Необходимость укрепления централизации государства послужили толчком к расширению представительства земских сеймиков в общегосударственных сеймах ВКЛ, а необходимость обороны и ведения войны с татарами и Московией за русские земли, сбор связанных с ними податей требовали широкого привлечения шляхты к государственной и военной службе, получения согласия знати на уплату податей и сборов. К тому же литовская и русская знать добивались получения прав, которыми владела польская шляхта. Поэтому литовская и русская шляхта и составляла большую часть сеймов уже с начала XVI в. Впервые на Виленском сейме 1507 г. введение «серебщини из людей» состоялось при активном участии литовской и русской шляхты, которая «зволила» дать ее. После Виленского сейма 1519-1520 гг. полный состав сеймов сложился окончательно [16, с. 108]. Теперь сеймы стали называться «большими», «вальными» (общими), как и в Польше.

Тем не менее, многочисленность сеймов и отсутствие в них необходимого представительства сказывалось на решениях сеймов. Так, Берестейский сейм 1511 г. вследствие отсутствия многих крупных землевладельцев не приступил к рассмотрению вопроса о земской обороне, а постановление Виленского сейма 1552 г. о налоге, принятое без надлежащего участия шляхты, вызвало ее протест на следующем сейме [15]. Если на сейме не были достаточно полно представлены земли (воеводства), последние нередко уклонялись от выполнения его решений.

Таким образом, в ВКЛ назревала сеймовая реформа, которая в конце концов была проведена в 15651566 гг. По мнению автора, она была вызвана тремя основными причинами: а) необходимостью усиления централизации управления государством, укрепления единства власти и территорий, привлечения шляхты к принятию государственных решений и законодательных актов, а это, в свою очередь, требовало усовершенствования механизма и порядка работы сейма и законодательного процесса; б) необходимостью приближения органов государственной власти и управления ВКЛ к органам Польского королевства накануне Люблянской унии 1569 г., создания единого государства - Речи Посполитой. Раздел на воеводства и уезды позволил выстроить нижнее звено вальных сеймов - уездные сеймики. Начиная с 1512 г. от уездов стали избирать двух земян. Тем не менее, как считал М. Ф. Владимирский-Буданов, из 29 последующих сеймов и вплоть до 1566 г. лишь 14 имели правильное уездное представительство [6]; в) сложные условия изнурительной войны с Московским государством требовали расширения и закрепления правового статуса наиболее многочисленного шляхетского сословия, повышения его роли в государственной и общественной жизни, обороне страны. Суть сеймовой реформы 1565-1566 гг. сводилась к следующему.

Во-первых, Венской привилегией 1565 г. и Уставом 1566 г. (разд. 3, арт. 5) предполагался созыв, за четыре недели до вального сейма, уездных сеймиков, на которых местная шляхта избирала бы на сейм по два своих посла. Итак, сеймики становились представительными сословными органами отдельных земель, а сеймы - сословий, «сейму належачими» всех земель ВКЛ [24, с. 11-13, 45]. Так вводился в действие принцип мажоритарности с целью обеспечения представительства в сейме, а после Люблянской унии 1569 г. - в Коронном трибунале [2, с. 214].

Во-вторых, Устав четко определял состав и компетенцию уездных сеймиков: на них «мають зъезджатися тые воеводове и каштелянове врядники земские, потомуж князове панове шляхта того же повету и воеводства, а намовляти о тых речах и потребах земских...» [24]. В разделе 4 Устава «О судьях и судах» закреплялось право «княжат, панове рады нашей, также рыцарства и шляхти вси» избирать на таких съездах по четыре кандидата «на судейство, подсудство и писарство» из шляхты уезда, из которых правитель определял трех на земское правительство [24]. Относительно «почтивостей шляхетських», то они не подлежали суду ни одного из Паны-рады, замковому или земскому уездному суду, а лишь суду хозяина «с порадою Панов рад наших» [24].

В-третьих, важным нововведением в Уставе было положение о подготовке на уездных сеймиках единых решений по повестке дня сейма, который созывался: избранных послов «послати их на сойм, ознайомившы и вручившы то все им, о чом водле листов наших господарских, и теж во всех потребах, радити, намовляти и становити мають, даючи їм моць на том таковом вальном сойме поступовати и кончыти тые и иные припалые речы водле часу и потребы» [24]. Такая новелла устанавливала полномочия сеймикових послов и должна была способствовать подготовке общегосударственных решений с учетом потребностей и мнения представителей всех земель княжества. Таким образом, сеймики становились фундаментом общегосударственного парламента.

В-четвертых, инициатива созыва вальных сеймов определялась отдельным арт. 6 Устава «О сойму вальном», который предусматривал «за радою рад наших ... або за прозбою рыцерства, складати сеймы вальные... завжды, коли колко того будеть потреба» [24]. О времени, месте созыва и повестке дня сейма предполагалось за «порадою рад наших того ж панства складати листи от лица великого князя». Итак, устанавливался четкий порядок созыва сейма и определялись субъекты законодательной инициативы.

В-пятых, новый Устав (арт. 5) устанавливал «месца и воты» на вальный сейм для «князей, панов, маршалков и иных всих урядников земских и дворных подле старого обычаю» «и послов земских». Речь шла фактически об образовании двух палат: Паны-рады и послов земских (Посольская палата). После Люблянской унии палата Паны-рады стала называться Сенатом и обе палаты созывались одновременно, как в Польском королевстве.

В-шестых, решающей новеллой в Уставе 1566 г. был арт. 12 «О держанье старих устав, а новых без сейма вального не устанавливать» [24, с. 48]. В соответствии с ним, право издавать законы принадлежало к исключительной компетенции вального сейма. Это была значительная уступка «шляхте-рыцарству». Таким образом, вследствие реформы общегосударственный сейм трансформировался в парламентский сословнопредставительный законодательный орган, состав которого отражал интересы членов правительства, крупных землевладельцев и знати, возросшую политическую роль последней в государстве. Хроника Литовская называет три состава вальных сеймов - «панове коронныи, литовские и русские» [20, с. 117].

Компетенция сеймов. Как уже отмечалось, важным и одним из основных полномочий сеймов с самого начала было избрание великого князя. Во избежание угрозы государству в случае его смерти, елекционные сеймы избирали и преемника великого князя, который обладал преемственным правом на великокняжеский престол. Согласно Хронике Литовской, это происходило на сеймах 1492, 1506, 1522 и 1529 гг. [20, с. 95, 107].

Кроме того, важным и давним полномочием ординарных литовско-русских сеймов были вопросы войны и мира, борьбы с Московским царством за русские земли, организации народного ополчения. Как свидетельствует Хроника Литовская 1328 г., «забегаючи шкодам и небезпеченству от немцев», «зложили сейм там же в Вильни зо всеми паны и бояри» [20, с. 42].

Такие вопросы, как избрание великого князя, принятие законов, объявление войны, созыв ополчения (посполитого движения), установление налогов, контроль взаимоотношений с другими государствами, принадлежали к исключительной компетенции сейма. Устав 1566 г. (разд. 2, арт. 2) предусматривал, что ни великий князь, ни Паны-рады не имели права начинать войну или устанавливать новые налоги без согласия на то сейма. Это было свидетельством возрастания роли сейма в государственном механизме ВКЛ. Налоги устанавливались на вальном сейме, но в случае острой необходимости их повышения - на уездных сеймиках [15].

На литовско-русских сеймах неоднократно поднимался и обсуждался вопрос о польско-литовской унии, которая после 1385 г. довольно часто упразднялась и возобновлялась. И лишь 1 июля 1569 г. на объединенном польско-литовском сейме в Люблине польская и литовская стороны, после торжественной присяги, заключили соглашение о новой унии и образовании единого государства - Речи Посполитой. Отныне высочайшая власть в ней принадлежала общегосударственному польско-литовскому вальному сейму. Таким образом, объединение сеймов и его палат закрепляло не только значимость вального сейма, но и привилегированное положение консолидированной знати.

Согласно Люблянской унии, на вальный сейм Речи Посполитой прибывало 170 земских и уездных послов, в том числе 48 от Литвы. Посольская палата стала представительством исключительно шляхты воеводств. Духовенство было представлено епископами лишь в Сенате. Конституционная доктрина провозглашала: сейм состоит из трех «сеймовых сословий» - короля, Сената и посольской палаты. Король в Сенате, таким образом, становился частью шляхетского сейма и во время его заседаний был только главой Сената. В его состав входили высшие предводители объединенного государства (воеводы, каштеляны, епископы), пожизненно исполнявшие свои функции [27, с. 162, 163].

Вальный сейм обладал исключительным правом на издание законодательных актов. Эта компетенция основывалась на предыдущем законодательном сеймовом опыте Литвы и Польши. Конституции (Ustawy) и законы содержали как новые постановления в сфере публичного права, так и подтверждавшие или вносившие поправки в старые. Попытки кодификации в Польском королевстве

предпринимались неоднократно, но она так и не была доведена до конца. Более плодотворной кодификация оказалась в ВКЛ. Стремление юридически закрепить права и привилегии господствующих сословий государства, основ общественного и государственного порядка, судебно-административной практики отразилось в Судебнике 1468 г., проекте Устава, основные положения которого рассматривались на сеймах, начиная с 1514 г. Виленский сейм 1528-1529 гг. утвердил окончательную редакцию І Литовского устава. Таким образом, в правовом развитии ВКЛ со второй половины XV в. происходят существенные изменения: обычное право постепенно уступает писаному, а затем - кодифицированному.

В 40-х гг. XVI в. по инициативе шляхетской части сейма Великого княжества Литовского была образована комиссия по дальнейшей работе над Уставом и дополнений к нему. Виленский сейм 1551 г. утвердил комиссию, состоящую их 10 человек (пять католиков и пять православных), в состав которой вошли «радники маршалкові, урядники земські, хорунжі та інші особи роду шляхетського, доктори прав чужоземних», которые составили проект нового устава [13, с. 187, 188]. Берестейский сейм 1566 г. на основе предыдущего Устава, законодательных новелл предыдущих лет и предложений сеймовой комиссии утвердил ІІ Литовский устав. По уровню кодификационной техники, своему содержанию и объему он значительно превосходил предыдущий. Именно в 60-е гг. XVI в. законодательная деятельность вального сейма достигла высочайшего развития. Литовский устав служил основой украинского законодательства до конца XVIII в. Работа по кодификации права продолжалась и после подписания Люблянской унии, которая завершилась принятием III Литовского устава 1588 г. Сохранилось его несколько списков на староукраинском (русском) языке [22, с. 69-76].

Кроме законодательных и учредительных вальные сеймы осуществляли и судебные функции (сеймовый суд), унаследованные от старинного веча и Паны-рады. На рассмотрение великого князя и сейма поступало, как правило, много спорных дел и жалоб. Лишь создание земских судов, в компетенцию которых входило рассмотрение всех гражданских дел, сократило поток судебных дел в вальные сеймы. Как утверждают польские исследователи, с конца XVI в. управление Речью Посполитой сосредоточивается в сейме и объем его компетенции продолжал возрастать. Усилился контроль сейма над королем и министрами. На важнейшие должности король мог назначать лишь на сейме [3, с. 106, 107]. Польское государство по форме государственного правления превратилась в шляхетскую республику - Речь Посполитую [8, с. 326].

Процедура вального сейма. Определенных сроков созыва сейма сначала не существовало. Они созывались по инициативе великого князя, Паны-рады или шляхты. Продолжительность сессий сейма зависела от повестки дня, вынесенной на сейм. Их процедура определялась и прошлой практикой. Например, в ВКЛ Берестейский сейм длился с начала мая 1511 г. по начало апреля 1512 г., Виленский - с декабря 1513 г. по март 1514 г., Берестейский 1566 г. - с конца апреля по август. Королевской конституцией 1572 г. определялось, что обычный сейм не может длиться более шести недель (как в Польше), а экстраординарный - не более двух недель. Продолжение заседаний (пролонгация) требовало согласия всех послов [3, с. 210].

Сейм созывался с помощью «сеймовых писем» короля, в которых сообщалось время, место собрания и предмет обсуждения. Уставом 1588 г. определялся точный порядок их рассылки: сенаторам, воеводам и старостам «вручат возным в их дома», шляхте - в гродський суд. «Для сведения же всем вообще обнародовать оные извещения в огородах и местечках наших на торгах, в приходских церквях и копии с оных прибить по всем тем местам» [24, с. 125, 126].

Местом проведения заседаний сейма в Литовско-русском государстве был Вильно, но в случае военной угрозы или обсуждения вопросов, связанных с унией, сеймы проходили в Бересте или Гродно, а после Люблянской унии - в Варшаве. Коронационные сеймы проходили в Кракове. Постепенно отрабатывалось «звичаєве право сеймов» [9, с. 118]. Что касается процедурных вопросов, Устав 1588 г. предусматривал (разд. 3, арт. 8), что за две недели до генерального сейма сенаторы и послы земские могли проводить собственный съезд в Слониме, где обсуждались наказы от всех земель и уездов [24, с. 135, 136]. По выработанной еще в XI в. процедуре, на общем заседании сейма вначале выслушивались предложения великого князя (короля), затем они обсуждались на собраниях послов земель с учетом их интересов и привилегий, а после - на заседаниях в палатах, «лавицах» - Паны-радах и «круге» рыцарства - шляхты. Отдельно совещалось и духовенство [15, с. 158].

Обычно в работе сейма ВКЛ принимал участие и великий князь, если он находился в Литве, а не в Польше. Вначале заседания сейма рассматривалось так называемое королевское предложение, которое содержало окончательный вариант повестки дня, порядок и форму обсуждения вопросов. Ее положения были отработаны в специальных документах сейма, в частности тех, которые определяли повестку дня тайных совещаний. Этим правительство пыталось избегнуть огласки острых вопросов по политическим проблемам, особенно если речь шла о казацко-крестьянских восстаниях.

Как правило, сначала рассматривались дела, отложенные на предыдущем сейме. По важнейшим вопросам собирались специальные комиссии, которые готовили их для обсуждения [26, с. 39]. Последние пять дней работы вального сейма посвящались утверждению его решений. Для принятия постановлений

сейма требовалось необходимое представительство всех земель государства. Отсутствие или неполное представительство той или иной земли приводило, как уже указывалось, к тому, что принятые решения фактически теряли свою обязательную силу. Так, постановлением Городенского сейма 1566-1567 гг. «Об организации сеймованья и меры против опоздывания к началу сейма его членов» была принята регламентная норма, невыгодная для тех, кто опоздал на сейм: Паны-рады лишались «права голоса» на столько заседаний, на сколько они опоздали, другие - на все заседания. Кроме того, те, кто с «обоего стану» опаздывал, не могли выступать против решений сейма, принятых в их отсутствие. На «неприбылых» накладывался штраф: на Паны-рады - «5 коп. грошей, на біскупів, воєвод і каштелянів - по 2 копи грошей» [14, с. 406-408].

Самой влиятельной частью вального сейма Речи Посполитой была шляхетская палата послов. Поскольку каждый делегат получал инструкцию от провинциальных сеймов, от которой он не мог отступить, а принятая процедура голосования требовала единодушия послов, принятие единодушного решения становилось очень трудным делом. Здесь действовал принцип «ІіЬегит veto». Это давало каждому депутату сейма право накладывать вето на принятое решение, если оно противоречило полученной им инструкции, и провозглашать «№e poswalam» (не разрешаю) [25].

На заседаниях сейма не голосовали, а поочередно высказывали свое мнение («вотум»). На этой основе король или от его имени канцлер формулировали общую мысль - «конклюзию» (заключение). Заключение короля не обсуждалось, но, как правило, совпадало с мнением большинства. Окончательные постановления сейма готовились и принимались на общих заседаниях Сената и палаты послов. Голосование происходило в определенной последовательности: сначала голосовали господа радные, а затем остальные согласно «местца и воты». В соответствии с регламентными статьями Устава 1566 г. (разд. З, арт. 5), «вси в раде посполитой местца и воты свои будуть мети способом звычаю стародавного, а послове земские местца и воты свое мають мети водле порадку нижей написанного». Речь идет о представительстве, местах, порядке выступлений и голосовании шляхты на сейме. Так, в 1566 г. великий князь рассматривал спор между послами волынскими и тиунами жмудськими о том, «хто бы з них первей в раде посполитой на соймах вальных вотовати мел» На сейме 1568 г. волынские послы снова просили восстановить сеймовый обычай, по которому они голосовали раньше послов жмудських [15, с. 151].

Обращают на себя внимание толерантные взаимоотношения великого князя ВКЛ, а позже - короля Речи Посполитой не только с Паны-радами, сенаторами, но и шляхетским составом сейма. Документов, подтверждавших случаи возникавших в этих взаимоотношениях недоразумений, претензий или споров, нет. Однако сохранился значительный массив свидетельств - постановлений сейма ВКЛ, переписки, привилегий великого князя «шляхте-рыцарям», «обивателям» земель, его ответов на «просьбы», заявленные на сеймах. Почтительный характер взаимоотношений особенно характерен для ответов великого князя на запросы и прошения шляхетских послов первой половины Х'УГ в. [12, с. 59-68, 94-99]. Таким образом, великие князья литовские придерживались обычного права украинских земель, были верны своим обещаниям «не рушити старини», «все уфалы старые держати, а новые с паны радами прибавляти», закрепления на практике и в Литовских уставах статей «О свободах шляхты», «О вольностях шляхетских». Это способствовало конструктивной работе сеймов, выполнению послами инструкций, полученных от земских и уездных сеймиков, укреплению социального мира и консолидации в государстве.

По Уставу 1588 г. (разд. З арт. 9) послы сейма по окончании сейма и возвращении домой были обязаны «всех жителей каждого повета обстоятельно уведомить» о работе и постановлениях сейма, а также о своем участии в законотворчестве. «Все же, что на сейме постановлено и утверждено, имеют послы письменно за печатью нашею каждый в свой повет представить, а для хранения в судовые земские книги вносить и для ведома о том в книги гродские вписать» [24, с. 137, 138].

В отличие от польского вального сейма, шляхта ВКЛ З0 - 40-х гг. XVI в. еще не имела таких преимуществ в законодательных инициативах, как Паны-рады. И уже на Новгородском сейме 15З8 г., Берестейском 1544 г. шляхта активно выступила с законодательными инициативами, подавала петиции и т.п., приняла активное участие в подготовке II Литовского устава и добивалась установления юридического равенства с Паны-радами и магнатами, чтобы сделать правосудие более доступным и равным для правящих сословий.

И все же с образованием Речи Посполитой роль Сената в составе вального сейма значительно повысилась, поскольку Сенат объединял всех высших должностных лиц - воевод, кастелянов, католических епископов Польши и Литвы. В начале XVII в. насчитывалось 140 сенаторов, которые назначались пожизненно. Постановления (конституции) сейма обнародовались от лица короля с обязательным указанием на то, что они приняты с согласия Сената. За королем и сенаторами оставалось также право на окончательную редакцию текста закона перед его обнародованием. Таким образом, Сенат рассматривал самые важные общегосударственные вопросы, а также контролировал законодательную работу нижней палаты [26, с. 39].

Когда король отсутствовал на сейме, он поддерживал тесную связь с Паны-радами ВКЛ посредством специальных послов и переписки. Как свидетельствуют «Книги публичных дел», в письмах

короля поднимались вопросы относительно предлагаемых решений, содержались рекомендации и просьбы («господар король его милости велел...», «казал»). В ответах на них «Панове рада казали вашое милости молвити...» содержались встречные просьбы, ответы на запросы короля, информация о заседаниях сейма и т.п.. Королевские ответы оформлялись как артикулы, т.е. они были обязательны для исполнения (как правило, их было от 20 до 40), а из сейма поступали на утверждение решения и постановления. В случае противоречий или подготовки важнейших постановлений (например, о земской обороне) для их обсуждения и утверждения сейм отзывал короля из Польши [1, с. 14-42, 42-58, 396-402].

В конце XVI в. развитие органов шляхетского представительства в Речи Посполитой, так или иначе связанных с мнением большинства, претерпело изменений. Принцип Hberum veto все больше тормозил принятие на сейме общих согласованных постановлений. Возросшая роль шляхетских досеймових уездных сеймиков, инструкции послам, которые становились все более подробными и категоричными, приобретали форму обязательных приказов. Иногда на сеймах применялась смягченная форма Hbemm veto, когда посол заявлял sіsto actrntatem, что требовало прерывания заседаний сейма для согласования спорных вопросов. Однако все чаще следствием безрезультатности сейма было то, что ни одно из его решений не набирало обязательной силы. От посла, который своим veto срывал работу сейма, не требовалось никакого обоснования. Начиная с 1582 г. в течение 180 лет были распущены или сорваны 53 сейма, которые не приняли решений (почти 40 % всех сеймов) [3, с. 211, 213]. Как подсчитал М. С. Грушевский, с 1652 г. по 1764 г. из 55 созванных сеймов только 7 не было сорвано. В результате «парламентарна, а з нею взагалі державна машина зупиняється» [8, с. 325], что влекло за собой усиление политического бессилия Речи Посполитой. Одной из важнейших гарантий сейма стала неприкосновенность послов во время его работы.

И последнее. В Литовско-русском государстве русский язык (фактически украинско-белорусский) оставалась официальным языком. Тем не менее, на Правобережье и Западной Украине к середине XVII в. в административно-судебной практике польский язык постепенно вытеснил украинский. По сеймовому постановлению 1647 г. украинский язык уже не был обязательным для выписок из книг местных и городских судов. Продолжался процесс активной полонизации украинской шляхты.

Таким образом, по своей компетенции, составу, представительству и процедуре общегосударственные сеймы в Великом княжестве Литовском и Речи Посполитой стали настоящим законодательным органом - парламентом, где набирались парламентского опыта и украинские магнаты и шляхта.

Список литературы: І. Архив Юго-Западной России. - [Ч. II. Т. 1 : Постановления дворянських провинциальных сеймов в Юго-Западной России]. - К. : Комиссия для разбора древних актов, 1859. - 641 с. 2. Бальцер О. К истории общественногосударственного строя Польши / О. Бальцер. - М. : Юрид. лит., 1982. - 214 с. 3. БардахЮ. История государства и права Польши : підруч. / Ю. Бардах, Б. Леснородский, М. Пиерчак. - М. : Юрид. лит., 1980. - 559 с. 4. Ващук Д. «Абыхмо деръжали ихъ подле права ихъ земъли». (Населення Київщини та Волині і великокнязівська влада в ХV-ХVI в.) : моногр. / Д. Ващук. - К. : й-т історії України НАН України, 2009. - 320 с. 5. Винниченко О. Сеймики Речі Посполитої у світлі сеймових поборових універсалів (1587-1632) I О. Винниченко // Вісн. Львів. ун-ту: серія істор. - 2010. - Вип. 45 - С. 332-339. б. Владимирський-БудановМ. Ф. Рада Великого князівства Литовського / М. Ф. Владимирський-Буданов. - [Т. IV.] - К. : ЗапСЕВ, 1926. - 456 с. 7. Григор'євВ. Витоки станово-представницької системи влади та процес її запровадження на українських землях Великого князівства Литовського ^V - ХVI ст.) / В. Григор’єв // Укр. істор. зб. - 2002. - Вип. 5. - К. : й-т історії України, 2003. - С. 55-70. S. ГрушевськийМ. С. кторія України-Руси / М. С. Грушевський. - [Т. V. Суспільно - політичний і церковний устрій і відносин в українсько-руських землях XIV-XVII віків] / М. С. Грушевський. - К.: Наук. думка, 1994. - 326 с. 9. ДорошенкоД. Нарис історії України / Д. Дорошенко. - [Т. 1.] - К. : Варшава, 1932. -762 c. І0. Єрмолаєв В. М. Вищі представницькі органи влади в Україні (історико-правове дослідження) / В. М. Єрмолаєв - Х. : Право, 2005. - 272 с. ІІ. Жарин М. История Польши / М. Жарин, Я. Жарин. - Варшава : Науч. изд-во ПВН, 1995. - 380 с. І2. Законодательные акты Великого княжества Литовского. ХV ^VI вв. - Л. : Гос. соц.-экон. изд-во, 1936. - 156 с. ІЗ. кторія держави і права України : підруч. : у 2 т. - Т. 1. - 647 с. І4. Литовская метрика. Отдел первый-второй. - [Ч. З : Книги публичных дел. Т. 1]. - Юрьев, 1914. - 570 с. І5. Максимейко Н. А. Сеймы Литовско-Русского государства до Люблинской унии 1569 г. / Н. А. Максимейко. - Х. : Тип. Дарре, 1902.

- 263 с. І6. Малиновский И. Рада Великого княжества Литовского. - [Ч. III. - Вып. 22] / И. Малиновский. - Томск : Правовая тип., 1912.

- 108 с. І7. Никифорская летопись. - М. : ПСРЛ, 1980. - 35 с. І8. Папакін Г. кторія державних установ України: Урядуючі інституції та державні установи Х!Х - початку ХХ в. : лекції / Г. Папакін. - К. : НАН України. й-т історії України. Нац. академія керівн. кадрів культури і мистецтва, 2010. - 243 с. І9. Пашуто В. Т. Образование Литовського государства / В. Т. Пашуто. - М. : Академия наук СССР, 1959. - 536 с. 20. Полное собрание русских летописей. - Т. 32, 35. - М. : ПСРЛ, 1975. - 230 с. 22. РауделюнасВ. Українські списки древнього Литовського статуту / В. Рауделюнас. - К. : Архіви України, 1973. - № 4. - 280 с. 23. Статут Великого княжества Литовского 1529 года. - М.: Академия наук БССР, 1960. - 253 с. 24. Статут Великого княжества Литовского 1566 года. - М.: Изд-во БГУ, 1960. - 116 с. 25. Страхов М. М. кторія держави і права зарубіжних країн : підруч. / М. М. Страхов. - 2-е вид., перероб. та доповн. - К. : Центр учбової л-ри, 2003. - 713 с. 26. Український парламентаризм: минуле і сучасне. - К. : НАН України, 1999. - 217 с. 27. Хрестоматія з історії держави і права України. - Т. 1. - К. : й Юре, 1997. - 463 с. 2S. Хроника Литовская и Жмойтская // Пол. собр. русск. летописей. - Т. 32. - М. : Наука, 1975. - 560 с.

З ДОСВІДУ СЕЙМОВОГО ПРЕДСТАВНИЦТВА У ВЕЛИКОМУ КНЯЗІВСТВІ ЛИТОВСЬКОМУ І

РЕЧІ ПОСПОЛИТІЙ

Єрмолаєв В. М.

Сеймовий досвід представництва у Великому князівстві Литовському і Речі Посполитій започаткував вітчизняний досвід парламентаризму, який опановували впродовж майже двохсот років

українські феодали і шляхта. І сьогодні значний науковий інтерес являє сеймова реформа 1565-1566 рр. У плані вдосконалення процедури законотворення, кодифікації права тощо.

Ключові слова: Велике Князівство Литовське, Річ Посполита, парламентаризм, сейми, сеймики, органи місцевого самоврядування

THE EXPERIENCE OF THE SEJM REPRESENTATION IN THE GRAND DUCHY OF LITHUANIA AND POLAND

Yermolayev V. M.

Seymovoy experience representing the Grand Duchy of Lithuania and the Commonwealth Parliamentary started domestic experience, which for almost two years, Ukrainian nobles and gentry. Considerable scientific interest and today represents Seymovoy Reform 1565-1566 GG on the improvement of legislative procedure, codification and the like.

Key words: Grand Duchy of Lithuania, Rzeczpospolita, parliamentarism, Diets, Sejmik, local governments.

Поступила в редакцію 06.04.2012 г.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.