From history of development of museological thought of architecture monuments as objects of cultural heritage
Mishakova Oksana Eduardovna, FGBOU VPO «East Siberian state academy of culture and arts», candidate of historical sciences, associate professor, head of the department of Museum technologies and protection of heritage
E-mail: oksana_mishakova@mail.ru
Mikhaleva Ksenia Aleksandrovna, graduate student of chair of Museum technologies and protection of heritage
E-mail: ksenia.mihaleva@mail.ru
From history of development of museological thought of architecture monuments as objects of cultural heritage
Abstract: Within this article the muzeologicheskikh ofworks about architecture monuments as objects of cultural heritage which represent unique value is brought the short historiographic review of the main. The concept — “an architecture monument" started being formed in the XIX century and now is in studying at many researchers dealing with a problem of preservation of monuments.
Keywords: cultural heritage; architecture monuments, muzeografiya, pamyatnikovedeniye.
Мишакова Оксана Эдуардовна, ФГБОУВПО «Восточно-Сибирская государственная академия культуры и искусств», кандидат исторических наук, доцент, заведующий кафедрой Музейных технологий и охраны наследия
E-mail: oksana_mishakova@mail.ru
Михалева Ксения Александровна, аспирант кафедры Музейных технологий и охраны наследия
E-mail: ksenia.mihaleva@mail.ru
Из истории развития музееведческой мысли о памятниках архитектуры как объектах культурного наследия
Аннотация: В рамках данной статьи приводится краткий историографический обзор основных музеоло-гических работ о памятниках архитектуры как объектах культурного наследия, которые представляют собой уникальную ценность. Понятие — «памятник архитектуры» начало формироваться в XIX в. и в настоящее время находится в изучении у многих исследователей, занимающихся проблемой сохранения памятников.
Ключевые слова: культурное наследие; памятники архитектуры, музеография, памятниковедение.
История развития музееведческой и памятникоохранительной мысли в целом в России как особая исследовательская проблема остается практически неизученной в отечественной литературе. Необходимость ее выделения и последующего создания современной концепции истории музееведческой мысли диктуется потребностями музеологии и памятниковедения как научных дисциплин и проблемами их дальнейшего развития.
За более чем 300-летний период памятникоохранительной деятельности в России накоплен богатейший практический опыт развития научно-исследовательской, экскурсионной, реставрационной деятельности, издано значительное количество работ по истории, теории и методологии
памятниковедения. Памятникоохранительная деятельность в России становится объектом исследования ученых лишь во второй половине XIX в. с развитием науки, культуры, искусств. В настоящее время материалы по истории охраны наследия публикуются в специальной научной литературе, в специализированных периодических изданиях, в учебной литературе по музеологии и охране памятников, в трудах по истории России [16; 14; 15; 8; 2; 7; 13]. Несмотря на имеющиеся работы о памятниках архитектуры как объектах культурного наследия, историография данного вопроса до последнего времени не являлось предметом специального исследования. Развернуто, комплексно, на основе привлечения широкого круга источников, этот вопрос не решался. До сих пор нет
27
Section 4. History and archaeology
полной исследовательской работы, отражающей музеефикацию недвижимых объектов наследия в целом, памятников архитектуры в частности.
Культурное наследие — это богатство народа, его культурный потенциал, накопленный временем. Обеспечить сохранность культурных ценностей, в том числе памятников архитектуры — одна из главных задач государства и общества.
Объекты культурного наследия (памятники истории и культуры) народов Российской Федерации представляют собой уникальную ценность для всего многонационального народа Российской Федерации и являются неотъемлемой частью всемирного культурного наследия [11]. Рассматриваемые нами памятники архитектуры, входят в категорию объектов наследия, которые рассматриваются как произведения архитектурно-строительного искусства определенных исторических периодов. Различия в величине, масштабе и значении памятников архитектуры обусловливают их широкое разнообразие. Это — отдельные здания и сооружения или их части, сохранившие целостность своих форм, ансамбли зданий и сооружений, созданные как по единому замыслу, так и сложившиеся в течение нескольких исторических периодов, здания и ансамбли в природном окружении, а также чисто ландшафтные, садово-парковые ансамбли. Памятниками архитектуры, как представителями градостроительного искусства могут быть отдельные фрагменты города (застройка улицы, площади, квартала), или его значительной части (историческое ядро, центр) или весь город. При этом каждое в отдельности здание или сооружение могут не представлять собой архитектурной ценности, но, в совокупности друг с другом, благодаря единству и целостности застройки, являться памятником. Наибольшее число сохранившихся памятников архитектуры составляют культовые постройки. Это объясняется не только тем, что на их возведение тратилось больше средств, сил и привлекались лучшие мастера, но и тем значением, которое имела церковь в жизни общества. Данная особая категория памятников, всегда была на особом счету и у общества, и у государства.
Ограничиваясь объемом данной статьи, авторы пытаются остановиться на ключевых теоретических разработках в музеологии о памятниках архитектуры.
Первые опубликованные указы о памятниках в целом в России относятся к XVIII в. — периоду правления Петра I. Именно с этим именем в дальнейшем будет связана деятельность по организации первых музеев, формированию профильных коллекций и т. д.
Несмотря на отсутствие указов об охране памятников, существовало негласное мнение, что разрушать какую-либо древность (икону, храм, надгробие, курган и т. п.) нельзя. В допетровскую эпоху, как и в XVIII в., понятие «памятник» еще не сформировалось, и главным нравственным импульсом сохранения старины была религия. Древности, ставшие религиозными святынями, почитали и оберегали.
Интерес к памятникам старины продолжается в эпоху правления Анны Иоанновны. В годы ее правления был обнародован ряд указов, имеющих отношение к ценным предметам того времени, например Сенатский указ «О присылке в Императорскую Палату из присутственных мест примечательных вещей», опубликованный в 1732 г. В данном документе говорится о том, что имеющуюся в Москве и ее окрестностях «ку-риозную серебряную братину» под роспись в целях сохранности отдавать в Мастерскую палату. В 1736 г. императрица издала специальный именной указ, оберг-егермеймтеру Волынскому, согласно которому предметы, находящиеся в Москве, а именно: мундштуки, узды, седла, оружие, отдать «с надлежащей описью» на сохранение в Оружейную палату [10, 128].
В 1869 г. в России возникает «Проект положения об охране памятников». В нем памятники делятся на следующие группы: памятники архитектуры (здания, насыпи, валы, курганы); памятники письменные (рукописи, старопечатные книги); памятники живописи (иконы, стенопись); памятники ваяния, резьбы, изделий из золота, серебра, меди и железа.
В 1877 г. понятие памятник было закреплено документом, получившим название «Проект правил о сохранении исторических памятников». Окончательно оно вошло в употребление после Октябрьской революции 1917 г., что подтверждается рядом декретов.
Многочисленные утраты уникальных архитектурных объектов, в связи с начавшейся Великой Отечественной Войной (1941-1945 гг.) привели к созданию постановления Совета министров РСФСР от 22 мая 1947 г. «Об охране памятников архитектуры» [13].
Само понятие — «памятник архитектуры» формируется во второй половине XIX в., изначально названное как «памятник зодчества», что происходит в контексте важнейших художественных процессов, а именно в процессе поиска национального архитектурного стиля. Памятниками архитектуры были признаны объекты, построенные до 1725 г. Они рассматривались не только как источники информации об историческом прошлом, но и как архитектурнохудожественные произведения. В пореформенной
28
From history of development of museological thought of architecture monuments as objects of cultural heritage
России для изучения архитектурных памятников создавались архитектурно-художественные общества (Московское и Петербургское архитектурные общества, Петербургское общество архитекторов-ху-дожников, Общество защиты и сохранения в России памятников искусства и старины), предметом изучения которых были постройки XVIII - XIX вв.
Многочисленные утраты уникальных архитектурных объектов, среди которых большинство составляли культовые памятники, вызвали к жизни важный законодательный документ — Постановление Совета министров РСФСР от 22 мая 1947 г. «Об охране памятников архитектуры» [13]. В данном постановлении под памятниками архитектуры понимались гражданские и культовые здания, кремли, крепости, дворцы, усадьбы, парки, руины и остатки древних архитектурных сооружений, триумфальные арки, мосты, надгробные памятники, мавзолеи и пр., а также связанные с ними произведения монументальной живописи, скульптуры, прикладного и садово-паркового искусства. Памятники архитектуры считаются материальными свидетельствами прошлого, признаваемые обществом ценностью вследствие выдающихся или редких форм, своеобразия планировки, исторических или технологических традиций, поддержания преемственности качества жизни, типологическая группа памятников истории и культуры.
В СССР понятие «памятники архитектуры» сформировалось во второй половине 1930-х гг., заменив предшествующие: памятники старины, зодчества. Официально памятники архитектуры впервые были названы так в упомянутом Постановлении Совета министров РСФСР от 22 мая 1947 г. «Об охране памятников архитектуры».
В положении об охране памятников культуры под памятниками архитектуры понимаются гражданские и культовые здания, кремли, крепости, дворцы, усадьбы, парки, руины и остатки древних архитектурных сооружений, триумфальные арки, мосты, надгробные памятники, мавзолеи и пр., а также связанные с ними произведения монументальной живописи, скульптуры, прикладного и садово-паркового искусства [3].
По закону СССР «Об охране памятников истории и культуры» (1976 г.) к «памятникам архитектуры» относятся: архитектурные ансамбли и комплексы, исторические центры населенных пунктов, кремли, кварталы, площади, улицы, фрагменты древней планировки и застройки городов, сел и деревень [4].
Зарубежными авторами данный вопрос, начал рассматриваться в эпоху Просвещения. В работе Марека
Крейчи находим, что идеи государственной охраны памятников в Центральной Европе зародились в конце XVII в. [6, 70]. В 1850 г. в Европе была создана Императорская Центральная Комиссия по охране памятников (далее ИЦК), которая долгое время являлась ведущей организацией в решении вопросов, связанных с охраной памятников. В 1918 г., после распада Австро-Венгерской империи, она была преобразована в Центральный художественный совет Австрийской республики. Деятельность сотрудников ИЦК, которые на практике проводили охранные мероприятия, направленные на сохранение памятников, используя меры административного воздействия, автор статьи проследил по опубликованным трудам ИЦК и ее ежегодным отчетам, где печатались краткие сведения о деятельности за год, протоколы заседаний комиссии, архивные материалы и статьи по вопросам изучения и реставрации памятников архитектуры. Кроме того, данным исследователем были отработаны рукописные и фотографические документы, хранящиеся сегодня в архиве венского Центрального художественного совета, которые по его мнению содержат, как правило, более детальную информацию [6, 69-74].
Перемены во всех сторонах жизни государства и российского общества, произошедшие в начале 1990-х гг., открыли новый этап и в развитии музейного дела и его теории. В последующие годы ослабевает жесткая централизация руководства памятникоохранительной деятельностью. В ходе уничтожения идеологического гнета возрастает значение общественной инициативы в деле по сохранению и трансляции объектов наследия. В это время активизируется исследовательская деятельность не только профессионального музейного сообщества, но и других специалистов, занимающихся проблемами выявления, изучения, сохранения и использования памятников. Многим малоизученным вопросам, оставленным за границами методологии советской науки, стали уделять большее внимание. Возобновились и активизировались исследования на местах — в провинции, в том числе в Сибири. Заметными стали не только количественные, но и качественные изменения в историографии музейного дела и охраны памятников.
В силу особенностей памятникоохранительной работы, в последнее время наметилась тенденция разработки концепций, которые в большей степени носят прикладной характер и касаются всех сторон процесса музеефикации объектов наследия — реви-тализации [9], реновации [17, 156-158], ревалоризации [17, 157].
29
Section 4. History and archaeology
Из представленных ниже работ видно, что каждый исследователь в дискуссионном поле предлагает свою методику по выявлению, изучению и сохранению памятников архитектуры с целью эстетизации и популяризации историко-культурного наследия для последующих поколений.
Например, видный ученый в области памятниковедения П. В. Боярский вывел следующее определение памятника: «памятниками истории и культуры называется совокупность материальных объектов и памятных мест, составляющих условно-непрерывный ряд, отражающий все стороны исторического развития человеческого общества в системе биосферы» [1].
Другой теоретик и практик в области музейного дела и охраны наследия М. Е. Каулен в своей монографии утверждает, что памятники архитектуры — наиболее часто встречающиеся в настоящее время объекты музеефикации. Музеефикация памятника архитектуры и градостроительства неразрывно связана с его реставрацией. Сложившийся сегодня в международной практике основной принцип реставрации был сформулирован в так называемой Венецианской хартии резолюции II Международного конгресса архитекторов и технических специалистов по историческим памятникам, состоявшегося в Венеции в 1964 г. Он провозглашает приоритет подлинности, определяет цель реставрации как охрану дошедшего до нас памятника и выявление его исторической и эстетической ценности с одновременным его укреплением [5, 52-53].
А. М. Кулемзин говорит о методике выявления, учета и изучения памятников. Чтобы использовать памятник в тех или иных целях, его, прежде всего, необходимо выявить. Процесс выявления памятников в свою очередь состоит из нескольких стадий, такие как предварительное изучение имеющихся материалов, о памятниках той местности, где предполагается их выявление. Затем следует полевое обследование. Это главный, обязательный и непременный этап работы. Конечной стадией считается камеральная
обработка материалов. На данной стадии происходит научная обработка полевых материалов в стационарных условиях. Учет является одной из главных задач в работе с памятниками и включает следующие виды деятельности: определение исторической или художественной ценности, фиксацию, составление учетных документов, ведение государственного реестра. Учет состоит из двух этапов: составление списка (реестра) памятников и составление учетной документации. Как утверждает автор, до тех пор, пока памятники не будут изучены, информацию, заключенную в них, мы не сможем использовать в науке, образовании, популяризации историко-культурных знаний, а также в музейной и памятникоохранительской деятельности. Непременным и главным условием при изучении памятника является исследование самого памятника-подлинника, а не подобного ему, типичного или его реконструкции [8, 50-65].
Таким образом, оценивая всю совокупность представленных выше работ можно говорить о том, что изучение памятников архитектуры как объектов культурного наследия в разное время было неоднозначным и диктовалось реалиями времени, зависело от конъюнктуры и идеологии, определяло и соответствующее к ним отношение.
Для постсоветской историографии по представленному вопросу характерны активизация и значительное расширение тематики исследования, выявление и изучение новых аспектов теории и методологических основ изучения и использования памятников архитектуры.
В настоящее время у исследователей имеется достаточный объем разнообразных по типологии источников для изучения истории памятников архитектуры. Их разнообразие, дает возможность получить полное представление о развитии памятников архитектуры, как объектов культурного наследия. Но, несмотря на доступность источниковой базы, большинство из них практически не введено в научный оборот.
Список литературы:
1. Боярский П. В. Подход к описанию пространства культуры//Памятник и современность: Вопросы освоения историко-культурного наследия: сб. науч. тр.
2. Боярский П. В. Теоретические основы памятниковедения: Постановка проблемы. Перспективы развития памятниковедения//Памятниковедение: Теория, методология, практика/под ред. П. В. Боярского. - М., -1986. - с. 126-127.
3. ГАИО (Государственный архив Иркутской области). - Ф. Р.-3161. - Оп. 1. - Д.1. - Л.51.
4. Законы и право. - [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://zaki.ru/pagesnew.php?id=1851 (дата обращения 17.11.2013).
30
Galicia-Volyn land in the first quarter of the XIV century
5. Каулен М. Е. Музеефикация историко-культурного наследия России. - М.: Этерна, - 2012. - с. 52-53.
6. Крейчи М. Охрана памятников как этический императив: Макс Джорвак и становление системы охраны памятников в Центральной Европе//Вопросы музеологии. - СПб. - 2011. - № 2. - с. 69-74.
7. Кулемзин А. М. Охрана памятников в России [Текст]: (спецкурс). - Томск, - 1999. - с. 5-24.
8. Кулемзин А. М. Охрана памятников в России как историко-культурное явление [Текст]/А. М. Кулемзин. -Кемерово, - 2001.
9. Куликова И. Ю., Щербакова А. Н., Куцепаленко С. И. Ревитализация городских территорий. - [Электронный ресурс]. - Режим доступа: ^р://^№тегизпаика.сот/(дата обращения 27.10.2013).
10. Музееведческая мысль в России XVIII - XX веков: Сборник документов и материалов//отв. ред. Э. А. Шу-лепова. - М.: Этерна, - 2010. - с. 128.
11. Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации: Закон от 25 июня 2002 года N 73-ФЗ: принят Гос. Думой 24 мая 2002 г.: одобрен Советом Федерации 14 июня 2002 г. //ГАРАНТ. - [Электронный ресурс]: информ.-правовое обеспечение. - Режим доступа: www.garant.ru (дата обращения: 24.03.2012 г.).
12. Памятники архитектуры в дореволюционной России/под ред. А. С. Щенкова. - М., - 2002.
13. Полякова М. А. Охрана культурного наследия России: уч. пособие для вузов. - М.: Дрофа, - 2005.
14. Разгон А. М. Охрана исторических памятников в дореволюционной России (1861-1917)//История музейного дела в СССР. - М., - 1957.
15. Разгон А. М. Охрана исторических памятников в России (XVIII - первая половина XIX в.)//Очерки истории музейного дела в СССР. - М., - 1971.
16. Рудаков В. Охрана памятников старины//Исторический вестник. - 1912. - Т. 124, июль.
17. Чугунова А. В. Реконструкция памятников культурного наследия как направление современной музейной архитектуры//Вестник СПбГУКИ. № 1 (10) март. - 2012. - с. 156-158.
Mozgovoi Sergei Grigorievich, Far Eastern Federal University, Assistant professor E-male: Mozgovoi.sergej2012@yandex.ru
Galicia-Volyn land in the first quarter of the XIV century
Abstract: The article studies various peculiarities of the South-Western Russia development in the context of the Eastern Europe geopolitical development. Here we marked some phenomena that are important for the subsequent fate of the Eastern Europe region.
Keywords: meta margin, endemic margin, total margin, expansion.
Мозговой Сергей Григорьевич, Дальневосточный Федеральный университет, доцент E-male: Mozgovoi.sergej2012@yandex.ru
Галицко-Волынская земля в первой четверти XIV века
Аннотация: В статье исследуются различные особенности развития Юго-Западной Руси в контексте геополитического развития Восточной Европы. Обозначены некоторые явления, важные для последующей судьбы восточноевропейского региона.
Ключевые слова: метаполе, эндемическое поле, тотальное поле, экспансия.
Начало XIV столетия обозначило новый этап развития не только Галицко-Волынской земли, но и всего региона Восточной Европы, от Балтийского до Черного морей, с севера на юг, и от границ германских государств до восточных пределов Золотой Орды, с запада на
восток. Данный регион допустимо определять в качестве метаполя, или пространства осваиваемого одновременно несколькими странами, государствами [1, 13, 25].
Галицко-Волынская земля в рассматриваемый период стала средоточием некоторых геополитических,
31