Научная статья на тему 'История строительства Нерчинской Успенской церкви в документах государственного архива Забайкальского края'

История строительства Нерчинской Успенской церкви в документах государственного архива Забайкальского края Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
170
16
Поделиться
Ключевые слова
МОНАСТЫРСКИЙ КАМЕННЫЙ УСПЕНСКИЙ ХРАМ / ИСТОРИКО-АРХИТЕКТУРНЫЙ ПАМЯТНИК ЗАБАЙКАЛЬЯ / ШЕДЕВР КУЛЬТОВОГО ЗОДЧЕСТВА СИБИРИ НАЧАЛА XVIII ВЕКА / ИСХОДНЫЙ ОБРАЗЕЦ

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Бушуева Елена Сергеевна

В статье на основе анализа новых архивных источников, выявленных в фондах Государственного архива Забайкальского края, называется имя зодчего, возводившего Нерчинскую Успенскую церковь, прослеживается ее архитектурно-конструктивная связь с двумя шедеврами сибирского шатрового зодчества Верхотурским Троицким и Иркутским Богоявленским соборами, что позволило вписать ее в общий контекст православного храмового строительства Сибири.

The history of construction of Nerchinsk Uspensky church in documents of the state archive of Zabaykalsky territory

In article on the basis of the analysis of new archival sources, which were revealed in funds of the State archive of Zabaykalsky territory, the name of the architect, who erected Nerchinsk Uspensky church, is called, its architectural and constructive relation with two masterpieces of the Siberian tent architecture Verkhotursk Troitsky and Irkutsk Bogoyavlensky is traced that has allowed to enter it in the general context of Orthodox temple construction in Siberia.

Текст научной работы на тему «История строительства Нерчинской Успенской церкви в документах государственного архива Забайкальского края»

10. ГАРБ. Ф.П. - 36. On. 1. Д. 276. Л. 23-25.

11. Дылыков Ю. Славный путь комсомола Бурятии. Улан-Удэ, 1964. С. 23.

12. Зензинов В.М. Беспризорные. Париж: Современные записки, 1929.

13. Из истории ОСОАВИАХИМ-ДОСААФ-РОСТО // Режим доступа: http://www.sport-buryatia.ru/istoriva/istoriva-v-burvatii/164-iz-istorii-osoaviaxim-dosaaf-rosto.html

14. Иминохоев А.М. История повседневности и динамика качества жизни населения Верхнеудинска // Улан-Удэ в 1920-1930-е гг.: автореф. дис.... канд. ист. наук. Улан-Удэ, 2009.

15. История Бурятии. Т. 3. Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2011.

16. Куликова И.С. Заветные тетради А.М. Коллонтай//Вопросы истории КПСС. - 1989. -№ 8.

17. Наследники Октября: сб. очерков. Улан-Удэ: Бурят, кн. изд-во, 1988.

18. Российская оборонная: энциклопед. сб. - М.: Магистер-ПРО, 2002.

19. Федченко К. Бурятский кавдивизион. Режим доступа: http://vif2ne.ru/nvk/forum/arhprint/295562.

20. Шагдуров Ю.П. Государство и религиозные конфессии Бурятии в 1920-1930-е гг. // Исследования по истории Сибири, Центральной и Восточной Азии. Улан-Удэ, 1998. Вып. 1. С. 80.

Соболева Анастасия Николаевна, аспирант ИМБТ СО РАН. 670047, г. Улан-Удэ, ул. Сахьяновой, 6. E-mail: soboleva03 88@mail.ru

Soboleva Anastasiya Nikolaevna, postgraduate student, IMBT SB RAS. 670047, Ulan-Ude, Sakhyanova str., 6. E-mail: soboleva03 88@mail.ru

УДК 372.48 (2)

© E.C. Бушуева

История строительства Нерчинской Успенской церкви в документах Государственного архива Забайкальского края

В статье на основе анализа новых архивных источников, выявленных в фондах Государственного архива Забайкальского края, называется имя зодчего, возводившего Нерчинскую Успенскую церковь, прослеживается ее архитектурноконструктивная связь с двумя шедеврами сибирского шатрового зодчества - Верхотурским Троицким и Иркутским Богоявленским соборами, что позволило вписать ее в общий контекст православного храмового строительства Сибири.

Ключевые слова: монастырский каменный Успенский храм, историко-архитектурный памятник Забайкалья, шедевр культового зодчества Сибири начала XVIII века, исходный образец.

E.S. Bushuyeva

The history of construction of Nerchinsk Uspensky church in documents of the state archive of Zabaykalsky territory

In article on the basis of the analysis of new archival sources, which were revealed in funds of the State archive of Zabaykalsky territory, the name of the architect, who erected Nerchinsk Uspensky church, is called, its architectural and constructive relation with two masterpieces of the Siberian tent architecture - Verkhotursk Troitsky and Irkutsk Bogoyavlensky is traced that has allowed to enter it in the general context of Orthodox temple construction in Siberia.

Keywords: monastic stone Uspensky temple, historical and architectural monument of Transbaikalia, masterpiece of cult architecture of Siberia of the early 18th century, initial sample.

360 лет назад казаки во главе с десятником Максимом Уразовым «поставили на южном берегу р. Шилки против устья реки Нерчи» первое на Даурской земле зимовье [1]. Именно с этого момента - 8 ноября 1653 г. - принято вести начало отсчета истории героического освоения территории Забайкалья и присоединения ее к Российскому государству. В 1708 году, спустя пятьдесят пять лет, на месте некогда первого тынового острога [2] состоялось торжественное открытие Нерчинского мужского монастыря и закладки в нем первого, от Байкала до берегов Тихого океана, каменного православного храма. Небольшая холодная церковь во имя Успения Пресвятой Богородицы, возведенная в 1712 г., стала центральным зданием монастырского ар-

хитектурного ансамбля и его главным украшением.

В многочисленных научных исследованиях и краеведческих статьях, посвященных русско-китайским международным и торговым отношениям, специфике освоения земель за Байкалом, по Амуру и побережью Тихого океана, упоминается Нерчинск. В то же время среди большого числа разного рода публикаций, затрагивающих те или иные стороны жизни Забайкальского края, не имеется работ по истории Нерчинского Ново-Успенского мужского монастыря, его месте и значимости в историко-культурном наследии Сибири, нет работ и об историко-архитектурных особенностях первого каменного культового сооружения самого уда-

Бушуева Е.С. История строительства Нерчинской Успенской церкви в документах Государственного архива Забайкаль-ского края___________________________________________________________________________________________________________

ленного восточного форпоста России. Отсутствие внимания к разработке данной проблемы можно объяснить проводимой до недавнего времени государственной политикой, а также недостаточной разработкой источниковедческой базы.

На фоне всесторонней изученности монастырских обителей Западного Забайкалья [3] Нерчинский Успенский монастырь не привлек к себе такого внимания, о нем можно встретить лишь краткие упоминания, содержащие неточности и ошибочные суждения [4]. Вследствие этого целью статьи стало, основываясь на материале не опубликованных ранее документов из фондов архива Забайкальского края, обосновать историческую и культурную значимость Нерчинской Успенской церкви - главного храма Ново-Успенского мужского монастыря, показать ее взаимосвязь с двумя шедеврами культового зодчества Сибири - Верхотурским Троицким и Иркутским Богоявленским соборами.

Среди сохранившихся в Государственном архиве Забайкальского края исторических документов был найден уникальный по своей значимости фрагмент «порядного договора» на строительство каменной церкви во имя Успения Пресвятой Богородицы Нерчинского Ново-Успенского мужского монастыря за 1708 год [5]. В нем Никита Титов, сын Варламовых, главный устроитель Успенской обители, обвинял подрядчика каменного дела подмастерья «ярославца Василия Степанова сына Горяева со товарищи» [6] в неисполнении договора, «а поряд его Никиты с Василием со товарищи от той церковной колокольни от дела составлял 2.600 рублей» [7]. Следовательно, «порядная запись» являлась своего рода регулятором отношений между заказчиком и строительной артелью, где были оговорены все характеристики будущего объекта, а также сроки, стоимость работ и специфика расчета. Найденный документ интересен и тем, что в нем имелось указание на руководителей строительных работ - первого в Даурской земле профессионального зодчего «подмастерья каменных дел Василия Степановича Гаряева» и начальствующего в строительной артели конного казака Конана Георгиевича Юдина [7, л. 140].

Обнаруженный факт позволил опровергнуть широко распространенное мнение о том, что «Успенскую церковь строили московские мас-тера-профессионалы, присланные Петром I из Москвы» [8]. Из архивных материалов стало известно, что первым зодчим Нерчинска был соликамский мастер, выходец из Ярославля, с богатым практическим опытом, приобретенным

им на возведении ныне признанного шедевра мировой архитектуры - Верхотурского Свято-Троицкого собора.

Выявленная взаимосвязь позволила не согласиться с замечанием Н.П. Крадина, что «при всей общности с зодчеством Московской Руси Успенская церковь не имеет аналогов в сибирской архитектуре этого времени» [2, с. 79-87], и в ходе тщательного сопоставления элементов декора оконных и дверных проемов, конструктивных решений шатровых колоколен, объемнопространственных композиций двух каменных храмов доказать, что именно Троицкий собор из Верхотурья был взят мастером-руководителем за исходный образец для монастырской каменной Успенской церкви. Вместе с тем избранный исходный образец был преобразован зодчим в соответствии с замыслами и требованиями заказчиков - нерчинских казаков, основную массу которых составляли новгородцы и псковичи. Им были понятны и близки идейно-художественные решения древнерусского стиля церквей Ярославля, Нижнего Новгорода, Пскова, Соликамска, Устюга Великого, покоряющих своим аскетизмом и мужественностью. Воспитанные на архитектуре пятикупольных соборов, они внесли в отдаленные земли Даурии традиции северного русского зодчества. Поэтому именно запросы и требования служилого казачества Нерчинска, вместе с их финансовыми возможностями, стали определяющими в выборе архитектурного стиля каменной Успенской церкви, чем серьезно ограничивали творческую независимость приглашенного ими зодчего. На это указывают следующие выдержки из «порядного договора» об особенностях расчетов со строителями: «в отдаче денег от церковной колокольни дела подмастерьям Василию Горяеву да Конану Юдину с пожитков Никиты Варламовых товаром и платьем и деньгами по временным келейным распискам. Всего 170 рублей» [7, л. 140], и далее «расписка в отдаче денег от церковного колокольного дела подмастерьям, которые деньги присланы из Скита Сибирского государства от поклонников. Всего 200 р.» [7, л. 141]. Встречаются и такие виды расчетов: «строители взяли у Федора Лоншакова три постава камок пяти-ланных да постав байбереку за ту же каменную церковную работу, за октябрь месяц» [7, л. 140].

Вышеприведенные цитаты убедительно доказывают, что дорогостоящий каменный Успенский храм строился служилым казачеством Нерчинска исключительно на свои деньги, без какой-либо помощи со стороны государства, чем резко ограничивалась возможность использова-

ния архитектурных изысков в декорировании внешнего облика храма. Вследствие этого не совсем точным будет вывод, сделанный Н.П. Крадиным: «Хотя Успенская церковь и построена в начале XVIII века, весь композиционный строй и внешний облик этого сооружения позволяют сделать вывод об их значительном отставании от своего времени» [2, с. 79-87]. Во-первых, каменный храм, возведенный на самом дальнем юго-восточном рубеже Российской империи, уже сам по себе был уникальным явлением; во-вторых, характер архитектурной формы, стиля и декоративных элементов Успенской церкви соответствовал культурным воззрениям ее заказчиков, воплощая в камне их отвагу и товарищескую взаимопомощь, житейскую непритязательность и толерантность, народную смекалку и память о казацкой вольнице. Зодчий Василий Гаряев, исполняя заказ нерчинских казаков, возвел Успенскую церковь в традиционном древнерусском стиле с пятиглавым завершением, принадлежащим к типу русских трапезных церквей на подклети с продольно-осевой композиционной структурой построения объемов, но привнес в ее оформление нечто новое - дробный барочный декор. Как известно, барочность декора в сочетании с асимметрией общей композиции церкви, проявляющейся в разном масштабе ее частей: шатровой колокольне, трапезной, самого здания церкви и алтаря, а также неодинаковом оформлении наличников оконных проемов южного и северного фасадов, в стилевом отношении соответствует строгановскому барокко. Исходя из вышесказанного, становится очевидным, что объемно-пространственная композиция Успенской церкви не могла относиться к стилю «нарышкинского барокко, который иногда «называют московским барокко» [9]. Не случайно выдающиеся отечественные историки архитектуры и искусства В.И. Пиляв-ский, Т.А. Славина, А.А. Тац, Ю.С. Ушаков, Г.В. Зарушкевич, Ю.Р Савельев особо подчеркивали ведущую роль заказчика: «термин «ба-

рокко» не совсем точно отражает характер русской архитектуры, а названия «строгановское» или «нарышкинское» относятся к заказчикам, определяя своеобразие школ» [10], а значит, и стиля возводимого ими культового сооружения.

Каменный Успенский храм строился не просто каменщиками из народа, а опытным зодчим с артелью - «ярославцем Василием Степановым, сыном Гаряевым со товарищами» [7, л. 139]. В практике того времени зодчие приезжали на выполнение заказа со своими артелями - сложившимися группами первоклассных специалистов в разных областях строительного дела. В ходе работы с архивными документами было установлено, что именно этот зодчий руководил завершением строительства всего Успенского храмового комплекса, в процессе которого воплотил в жизнь свой проект декорирования фасадов здания церкви и каменной шатровой колокольни.

В процессе сравнения шатровых колоколен трех каменных храмов: Верхотурского Троицкого собора, Нерчинской Успенской церкви и Иркутского Богоявленского собора, который, по утверждению исследователей архитектуры В.В. Скопина, О.Н. Бесединой, Б.И. Оглы, являлся прямым преемником Троицкого собора из Верхотурья [11], где впоследствии трудился Василий Гаряев, стало очевидным их конструктивное сходство.

Данный факт позволил сравнить Нерчинскую Успенскую церковь с небольшой, но чрезвычайно ценной жемчужиной в ожерелье первых каменных культовых сооружений православия на земле Сибирской. Ко всему прочему, стало очевидным, что Успенская церковь - это неведомое до сегодняшнего дня звено в цепи историкоархитектурных памятников шатрового зодчества, возводимых по окраинам формирующейся Российской империи, памятников, свидетельствующих о красоте и самобытности стиля строгановского барокко.

Литература

1. ГАЗК. Ф. Р-2676. Оп.1. Д.74. Л. 8 об.

2. Крадин Н.П. Памятники архитектуры Нерчинска ХУШ-ХЕХ вв. // Архитектурное наследство: город и его застройка / под ред. О.Х. Халпахчьяна. - М.: Стройиздат, 1985. № 33. С. 79-87.

3. Дроботушенко Е.В. Православные монастыри Забайкалья во второй половине XIX - начале XX в.: автореф. дис. ... канд. ист. наук. - Улан-Удэ: Изд-во Бурятский госуниверситет, 2001. - 21 с.; Таваненко А.В. Посольский Спасо-Преображенский монастырь: краткий исторический очерк. - Улан-Удэ: Бурят, кн. изд-во, 2002. - 24 с.: ил.; Шмулевич ММ. Троицко-Савский монастырь. - Улан-Удэ, 1982. - 56 с.; Минерт Л.К. Памятники архитектуры Бурятии. - Новосибирск: Наука, 1983.-С.21.

4. Дроботушенко Е.В. Православные монастыри Забайкалья во второй половине XIX - начале XX в.: автореф. дис. ... канд. ист. наук. - Улан-Удэ: Изд-во БГУ, 2001. - 21 с.; Православное Забайкалье: учеб. пособие. - Чита: Экспресс-изд-во, 2004. - 274 с.; Петряев Е.Д. Исследователи и литераторы старого Забайкалья: очерк из истории культуры края. - Чита: Чи-

тинское кн. изд-во, 1954. -255 с.; Православная энциклопедия Забайкалья. - Чита, 2001.

5. ГАЗК. Ф. 282. On. 1. Д. 7. Л. 130.

6. В договоре подряда за 1708 год и расписках в отдаче денег «за каменную церковную колокольню» Нерчинского мужского монастыре значится подмастерье каменных дел Василий Горяев, в то время как в списках строителей Верхотурского Троицкого собора и Иркутского Богоявленского собора он же записан как Василий Гаряев.

7. ГАЗК. Ф. 282. Оп.1. Д. 7. Л. 139.

8. Кулеш В.И. Спаси и сохрани // Забайкалье: наука, культура, жизнь. 2003. № 3 (7) июнь. - С. 44-45; Затирко А. Всем миром! На спасение 300-летней церкви // АиФ: регион, приложение «Забайкалье». 2012. № 17 (771). С. 12; Комиссарова Л. Храм нашей надежды: мифы и тайны села Калинине // АиФ: регион, приложение «Забайкалье. 2012. № 23 (782). 6-12 июня. С. 13.

9. Крадин Н.П. Памятники архитектуры Нерчинска XVIII-XIX вв. // Архитектурное наследство: город и его застройка / под ред. О.Х. Халпахчьяна. - М.: Стройиздат, 1985. № 33. С. 79-87; Кулеш В.И. Спаси и сохрани // Забайкалье: наука, культура, жизнь. 2003. №3 (7) июнь. С. 44-45; Крадин Н.П. Нерчинск // Памятники Отечества: альманах Всерос. обгц-ва охраны памятников истории и культуры. 1984. №1 (9). С.50-57.

10. История русской архитектуры: учебник для вузов / В.И. Пилявский и др. - 2-е изд., перераб. и доп. - СПб.: Стройиздат, 1994. С. 288-289.

11. Беседина О.Н. Памятники истории и архитектуры Иркутска: культовое зодчество. Препринт. - Новосибирск, 1990. -69 с.; Оглы Б.И. Особенности архитектуры городов Восточной Сибири во второй половине XVIII - начале XIX в. // Сибирские города XVII - нач. XXв. -Новосибирск: Наука, 1981. -С. 196-222.

Бушуева Елена Сергеевна, соискатель кафедры истории Отечества Бурятского государственного универститета. 670000, г. Улан-Удэ, ул. Смолина 24 а.

Bushuyeva Elena Sergeevna, competitor for candidate degree, department of homeland history, Buryat State University. 670000, Ulan-Ude, Smolin str., 24 a.

УДК 338.48 (571.54)

© ДД. Васильева Приоритеты развития туристической деятельности в Республике Бурятия

В статье автор дает оценку потенциалу развития туризма в Республике Бурятия. Основным направлением для продвижения туристического продукта предлагается экологический и этнический туризм.

Ключевые слова: кластер «туризм», рекреационный потенциал, конкурентноспособность туристических продуктов, экологический туризм, культурно-познавательный туризм, этнотуризм.

D.D. Vasilieva

Priorities of tourism activity development in the Republic of Buryatia

In the article the author gives an estimation for tourism development potential in the Republic of Buryatia. Ecological and ethnic tourism are proposed as a reference direction for tourism product promotion.

Keywords: tourism cluster, recreational potential, competitive availability of tourism product, ecological tourism, cultural and informative tourism, ethnic tourism.

Туристическая отрасль занимает третье место в мире по объему доходов, уступая лишь нефтедобывающей промышленности и автомобилестроению. Туризм составляет 5% ВНП. 30% мирового экспорта услуг и 1/12 трудовых вакансий, однако значение туризма зачастую недооценивается рукодителями государств. В то же время Россия, являясь самой большой по территории страной на планете и обладая огромным разнообразием интереснейших мест природного и культурного наследия, находится на 59-м месте по реализации туристического потенциала. Среди пятерки лидеров в этом списке Франция, США, Китай, Испания, Италия. Даже небольшая Швеция привлекает все больше и больше туристов с каждым годом и уже уверенно занимает 9-е место в мире по посещению.

По оценке Всемирной туристической организации, Россия может ежегодно принимать около 70 млн туристов, это при том, что на сегодняшний день страну посещает немногим более 2 млн иностранцев [1]. Причины такого отставания заключаются, прежде всего, в устаревшей и дорогой гостиничной сети, неразвитой транспортной инфраструктуре, низком качестве сервиса, усложненной системе получения виз, политической обстановке в стране, высоком уровне преступности. Однако это не единственные причины отставания России в сфере туризма. Вернемся к примеру со Швецией как стране, близкой по климатическим параметрам и также делающей ставку на развитие преимущественно экологического туризма. Помимо того, что Швеция обладает прекрасной материально-технической