Научная статья на тему 'Историческая трилогия Елены Чудиновой: уроки для детей и взрослых'

Историческая трилогия Елены Чудиновой: уроки для детей и взрослых Текст научной статьи по специальности «Литература. Литературоведение. Устное народное творчество»

CC BY
97
53
Поделиться
Ключевые слова
Е. Чудинова / историческая проза / историософия / современная литература / социальная мифология / декабристы / французская революция / христианство / фэнтези.

Аннотация научной статьи по литературе, литературоведению и устному народному творчеству, автор научной работы — Никольский Евгений Владимирович

В статье рассматривается историческая трилогия Елены Чудиновой (романы «Ларец», «Лилея» и «Декабрь без Рождества»); отмечается стремление автора к развенчанию исторических мифов и отстаиванию правды о прошлом ради сохранения христианства в будущем; оценивается педагогический потенциал произведений.

Похожие темы научных работ по литературе, литературоведению и устному народному творчеству , автор научной работы — Никольский Евгений Владимирович,

Текст научной работы на тему «Историческая трилогия Елены Чудиновой: уроки для детей и взрослых»

Никольский Е.В.

Историческая трилогия Елены Чудиновой: уроки для детей и взрослых

В статье рассматривается историческая трилогия Елены Чудиновой (романы «Ларец», «Лилея» и «Декабрь без Рождества»); отмечается стремление автора к развенчанию исторических мифов и отстаиванию правды о прошлом ради сохранения христианства в будущем; оценивается педагогический потенциал произведений.

Ключевые слова: Е. Чудинова, историческая проза, историософия, современная литература, социальная мифология, декабристы, французская революция, христианство, фэнтези.

Имя Елены Чудиновой известно широкому кругу русских и европейских читателей. Прежде всего, писательница известна как автор антиутопии «Мечеть Парижской Богоматери» - романа, развенчивающего либеральные мифы о нашем светлом будущем.

Елена Петровна Чудинова родилась в Москве, младшая дочь известных палеонтологов П.К. Чудинова и И.И. Чудиновой, урождённой Смышляевой. По обеим линиям семья её имеет северные русские корни. «Сколько меня ни скреби, а татарина не найдёшь, - шутит писатель. - Разве что полусказочного предка-варяга. Я пошла в него: люблю память былых сражений, Вагнера, Балтийское море и вообще все холодные солёные просторы. Люблю Атлантический океан. Всё время ввязываюсь в большие драки, хотя в частной жизни нрав у меня мягкий и уступчивый».Особенную любовь писатель питает ко Франции. Там у нее есть свой читатель, который ей верит. По ее собственному признанию, она волк-одиночка и вовсе не тяготится такой участью. В своих интервью Елена Чудинова указывала на схожесть ситуаций в России и во Франции, при этом особо отмечала, что мародеры и там и у нас пытаются отнять последнее - историю. Во Франции, например, находящейся в плену политкорректности, нельзя говорить о Наполеоне, о Робеспьере, о том, чем на самом деле была французская революция.

Отвечая на вопрос, как ей живется в России в XXI веке, и какую проблему она считает наиболее важной, писатель отметила, что постаралась ответить на эти вопросы в интернет-публикациях и в вышедших в 20082009 годах сборниках публицистики: «Похищение Европы: исламизация и капкан толерантности» и «Время разбрасывать камни: избранные статьи о современной культуре». Автор прямо высказывает мысль, что основная проблема современности - исламская экспансия в Европе и в России, которую в отличие от евразийцев она считает европейской страной, стоящей на основах христианства. Поэтому в недалеком будущем неминуем крах либерализма, повлекший предательство правительств каждой европейской страны по отношению к своим народам.

125

По мнению Е.П. Чудиновой, очень важно правильно понимать отношения между различными событиями истории и чувствовать связь с тем, что происходило в ней в предшествующие десятилетия и столетия. Революция 1917 года и последующие за ней трагические события XX века привели к тому, что у многих русских людей просто-напросто разорвана связь со своей историей, нет даже элементарных знаний о том, чем жили их предки, что было для них дорого, что составляло основные жизненные ценности. Одна из целей Чудиновой - помочь своему читателю преодолеть эти разрывы. Для этого нужно, как считает писательница, следует изложить базовые моменты российской истории так, чтобы это было интересно и увлекательно читать молодым людям, - формулирует она свою задачу. И, продолжая разговор о целях, добавляет: «Уврачевать зияющие раны нашей самоидентификации».

Елена Петровна, ставящая всегда на первое место отстаивание правды, создала замечательную трилогию (романы «Ларец», «Лилея» и «Декабрь без Рождества»), посвященную прошлому России и Европы, где старые идеологические мифы подвергнуты обоснованной критике. В частной беседе с автором этих строк, Е.П. Чудинова отметила, что трилогия - это любовно выпествованные произведения, которые можно поэтично сравнить с тонкими кружевами, произведения, где особое внимание уделено слову (нужно сказать, что Елена Петровна очень ответственно подходит к языку своих героев XVIII-XIX веков) и развитию сюжетных линий.

Действие презентуемых романов охватывает 41 год, с 1784 по 1825, времена, как для России, так и для Европы тревожные. В романе «Ларец» 12-летняя Нелли Сабурова вместе с двумя своими подругами - цыганкой Катей и дворовой девчонкой Парашей, неожиданно оказывается вовлеченной в борьбу с оккультистами из масонских лож и демоническими силами, их вдохновляющими. Приключения девочек, их борьба с одним из проявлений сатаны поистине захватывают душу. Книга заставляет задуматься о связи человека и Бога. Она показывает приход человека к Богу. Читая о приключениях Нелли, главной героини трилогии, мы познаём тайну взаимоотношений человека с Богом. Первая часть трилогии «Ларец» - занимательный роман с интересным сюжетом и вызывающими симпатию героями. Много интересных, старинных обычаев. Особенно хочется отметить благоговейное отношение автора к православию. У Нелли (и двух ее верных подруг) свой враг - таинственный господин Венедиктов, а у автора -свой. Это - царь Иван Грозный. Писатель полемизирует с сегодняшней «модой» на фигуру этого исторического деятеля. Повествование яркое и образное. Каждый герой обладает своим характером. Подругам откроются тайны страшного XVI века, времен Ивана Грозного. События этого жуткого времени тайно продолжаются в просвещенном XVIII столетии. Действие развивается в дворянских усадьбах и монастырях, на большой дороге и на постоялых дворах, в маленьких городах и в Санкт-Петербурге, в последнем же - во время большого наводнения.

126

В семье юной аристократки Нелли-Елены Сабуровой, ведущей жизнь провинциальных помещиков, - трагедия: в Петербурге из-за сомнительного карточного долга заканчивает жизнь самоубийством брат девушки. Такова завязка этого произведения. Нелли Сабурова вместе со своей служанкой Парашей и дочерью цыганского барона Катей на свой страх и риск отправляются в далекий Петербург - разобраться в обстоятельствах гибели брата, а заодно - в причинах странного интереса не менее странного господина Венедиктова к родовым драгоценностям Сабуровых... И желание это поведет их долгим путем, на котором будут страшные тайны времен Ивана Грозного и его отца, происки инфернальных сил, и наконец - темный след, идущий от просвещенного XVIII столетия ко временам Финикии и Карфагена. Героиням предстоит пережить наводнение в северной столице, встретиться с загадочным священником, раскаявшимися чернокнижниками и самым настоящим демоном. И даже побывать в таинственном Беловодье (пожалуй, главы о нем - самые неожиданные в романе, отдадим должное автору). Подругам пришлось пуститься в опасное путешествие на целый год. Вместе с молодым французом Филиппом де Роскофом и православным пресвитером, отцом Модестом, экзорцистом и мудрым советчиком, девочки побывали даже в скрытой от сторонних глаз цитадели тайного священнического ордена, что на протяжение столетий тайно борется с вольными каменщиками и опричниками. Многие тайны довелось им узнать - даже причину злодеяний кровавого царя Ивана Грозного. Враг Божьей правды и отчаянных подруг будет в финале романа разбит. Написан роман достаточно хорошим языком и весьма увлекательно. Язык стилизован под «осьмнадцатое столетье» вполне качественно, что, без сомнения, добавляет исторического колорита, а все приключения героев замысловаты и поучительны. Что же до претензий по поводу вольного обращения с историческими фактами - кто этим не грешил?

Роман «Лилея» является непосредственным продолжением романа «Ларец». Минуло десять лет после истории с ларцом. Подруги детства выросли, и каждой - своя судьба. Нелли - теперь уже Елена Сабурова - вышла замуж за верного друга Филиппа де Роскофа, девочка Параша превратилась в уважаемую ведунью Прасковью, а цыганка Катя канула в российских просторах. Елене приходится воспитывать сразу двоих - собственного маленького сына Платона и брата Романа. Но размеренная жизнь семьи в одночасье превращается в кошмар: Филипп отравлен, а Роман исчез. Следы преступников ведут в охваченную революционным безумием Францию, и именно туда отправляются три бесстрашные подруги восстанавливать справедливость и бороться за свое счастье. Нелли попадает в объятый революцией безумный Париж, а затем - в Бретань, к шуанам, поднявшим белоснежное знамя с королевской лилией. Сюжет двигает легенда, связующая короля-крестоносца Людовика Святого с . Москвой.

Из поколения в поколение русско-французская семья Сабуровых и де Роскоф беззаветно служит кресту и короне. У Сабуровых и Росковых (как

127

стали называться французские эмигранты на новой родине) есть свои, тайные, способы воздействия на происходящее. Среди героев романа - инквизиторы и крестоносцы, иезуиты и основатели III Отделения. Романы Чудиновой тесно связаны с историей России, а также неразделимы с христианством.

В частной беседе Е.П. Чудинова сказала, что в одном из московских костелов рассказывали легенду о том, что до революции 1917 года в нем якобы хранились мощи святого короля Людовика. Позже они были утрачены, но старожилы показывали место, где они пребывали раньше. Когда во Франции грянула революция, члены семьи, о которой рассказывается в трилогии Чудиновой, из верности идеалам доблести и чести спасли эти мощи и привезли их в Москву.

В «Лилее» пред изумлённым взором читателя проходят жуткие картины якобинского Парижа, а затем Бретани - восставшей против осатаневших республиканских богоборцев. Сильное, не позволяющее остаться равнодушным, впечатление производят образы роялистов - французских «белогвардейцев», ведущих неравную борьбу за Христову веру и законного короля...

Итак, героини повзрослели, их приключения становятся более опасными, ибо против них теперь не только демонические силы, но и целое государство, охваченное кровавым безумием, - революционная Франция. Ужасные события вынуждают Нелли покинуть умирающего мужа и устремиться на почти безнадежные поиски похищенного брата Романа...

Какой урок должны вынести читатели из трагических событий французской революции, о чем так настойчиво предупреждает автор, чем грозят нам далекие события? Что же хочет донести нам Елена Чудинова через свою книгу? Книга «Лилея», собственно, как и другие книги автора, призывает нас пересмотреть свои взгляды на христианство. Взглянуть на него как на великий дар человечеству, столь неразумно растрачиваемый и теряемый в погоне за двуликой свободой, неравенством и братством.

Роман «Декабрь без Рождества», завершающий трилогию о роде Сабуровых, начатую в «Ларце» и «Лилее», был написан в 2010 году. В нем читателей ждет новая встреча с полюбившимися героями: Еленой Сабуровой, Филиппом де Роскофом, отцом Модестом, Прасковьей Морван. События романа происходят в 20-е годы XIX века - в период до, во время и после восстания декабристов 1825 года. Автор предлагает свою, совершенно иную, точку зрения на происходящее событие и его последствия, вызывая читателя на дискуссию по поводу действительной роли декабристов в истории России.

Декабристам «не повезло» дважды. При царе их подвергли репрессиям, а при большевиках посмертно реабилитировали и возвели на пьедестал, навязав высокородным бунтарям сомнительную роль волхвов, принесших первые дары революционности к яслям кудрявого младенца-антихриста, известного под именем Ильича. Романтическая интеллигенция

128

любила дворянских диссидентов за их жертвенность, стильные гусарские ментики и дружбу с Пушкиным, но и корила за неуклюжую стратегию, робость на допросах и пламя, которое возгорелось из искр 1825 года («Ах, декабристы! Не будите Герцена! / Нельзя в России никого будить»). Ну а граждане, чуждые романтики, относились к Пестелю или Каховскому примерно так же, как сейчас многие относятся к Прохорову или Ходорковскому - с раздраженным недоумением: молодые, богатые, успешные, и какого черта им еще было надо?

Впрочем, Елена Чудинова убеждена, что декабристов и сегодня перехваливают, а достоинства их противников замалчивают. И если бы, упаси Боже, мятеж окончился удачей, над Россией взошла бы не звезда пленительного счастья, но масонская пентаграмма. Со школьной скамьи мы помним, что декабристы - это благородные мужественные люди, друзья Пушкина, доблестные герои 1812 года, которых невежественный Николай I «загнал в Сибирь». На чьей стороне наши симпатии, пояснять вряд ли нужно. А в историческом романе Елены Чудиновой все наоборот. Те самые декабристы, которые в нашем понимании и в истории предстают только с хорошей стороны, и стали главным «антигероем» повествования Чудиновой. Автор в резкой форме разоблачает декабристов, бросая вызов учебникам. «В этом романе главный враг мой - декабристы, и созданный в советскую эпоху миф о том, что они были альтруистами, благородными и красивыми героями», - говорит сама Елена Чудинова.

Кровавый ужас революции мог прийти в Россию на столетие раньше, и пришел бы, когда б не оболганные уже при жизни герои юной российской контрразведки. Нетрудно угадать, что новые представители Сабуровых и Росковых встанут в их ряды. Но это единственная в книге явная разгадка. Какую роль сыграл в зловещих таганрогских событиях печально известный граф Аракчеев? Что связывало этого тирана с «прогрессивным» Пестелем? Какие силы стояли за спинами декабристов? Елена Чудинова ищет ответ на эти вопросы.

По мнению автора романа «Декабрь без Рождества», война 1812 года явилась прямым следствием Великой французской революции. «Кто принес беду в Россию? - вопрошала она. - Те, кто позабыл о долге и чести, кто предал государя и вывел солдат на мятеж. Я бросаю перчатку декабристам, -заявила автор. - Мои истинные герои - те, кто делал все возможное, чтобы спасти царскую семью и самого государя». При этом она добавила, что далека от того, что сумеет развеять миф о декабристах, сложившийся в общественном сознании, подчеркнув, что ее медийные возможности столь скромны, что не идут ни в какое сравнение с тем, чем обладает либеральная пресса. Но первый шаг сделан.

В романе «Декабрь без Рождества» главные герои - Роман Сабуров и Платон Росков - должны помешать заговорщикам-декабристам и предотвратить смерть императора и его семьи. «Это всего лишь первая художественная попытка восстановить справедливость, - говорит автор. - Я всей

129

душой презираю их - тех, кто знал о недавних ужасах французской революции, но желал и чуть не смог на целых сто лет раньше ввергнуть в революционный кошмар Россию».

Итак, наступил грозный и трагический 1825 год. Роман Сабуров и Платон Росков, каждый по-своему, верно служат государю. Александр Первый собирается в тайный вояж на юг, но уже сжимается вокруг невидимое кольцо заговора. Император обречен. Он умирает в Таганроге, и теперь у Сабурова и Роскова только одна цель: уберечь царскую семью от уничтожения, не дать заговорщикам осуществить свои дьявольские планы по разрушению Российской Империи. В произведении автору удалось, казалось бы, невозможное. Ведь здесь переплетается все: приключения, фантастика, история и захватывающий сюжет. А главное - это, наверное, самая шокирующая на сегодняшний день теория о декабристах-мятежниках самой Елены Чудиновой. Еще до катастрофы 1917 года все смешалось в нашем понимании истории. Ярлык «тирана» был прочно прилеплен к образу императора Николая I. Но правда ли это? Декабристы - родные дети Марата и Робеспьера и родные отцы Ленина и Троцкого. Имеет по мысли автора книги своего предтечу и Сталин - это Наполеон Бонапарт, вынудивший французов поклоняться человеку, поклоняться кумиру. Однако автор противостоит и идее слепого охранительства, власти ради власти. Что должно измениться, чтобы мы вновь обрели то, что было у наших предков -возможность сделать выбор не между двумя разновидностями зла, но между Добром и злом? Елена Чудинова дает свой ответ на этот вопрос, предоставляя читателю согласиться, либо вступить в спор.

В произведении война 1812 года предстанет не страницей из учебника истории, а русской бедой, искалечившей судьбы персонажей. Еще один вопрос, занимающий автора,- безбожный и безнравственный бонапартизм, кощунственно затронувший в XIX веке даже российское общество. В чем причины мифологизации злобного карлика, не сумевшего, в конце концов, удержать от распада даже собственную неладно скроенную и некрепко сшитую «Империю»? В девальвации веры Христовой, в опоре на стадное чувство, в эксплуатации поклонения вождю. «Вольные каменщики» для Чудиновой - напасть пострашнее мора и глада. Ведь масоны только с виду «безобидные книгочеи». А на самом деле «там, где они, рано или поздно вспыхивают революции. И льется кровь тех, кто помазан предстоять за свой народ пред престолом Всевышнего. Кровь Стюартов и кровь Бурбонов пролилась. Теперь им нужна кровь Романовых». Таким образом, проясняется, отчего в мятежном Петербурге оказался приезжий немец с секретным перстнем, «масон высочайших посвящений», и для чего, собственно, затеян бунт - «ради ритуального убийства» августейшей фамилии... В книге венценосную семью защитит лично автор - то есть придуманные ею чудо-богатыри Росков и Сабуров.

Как публика воспримет столь смелый поступок писательницы, пока сложно сказать. Однако проблема, которую затрагивает Елена Чудинова,

130

актуальна как никогда. Невольно проводится параллель с сегодняшними Россией и Украиной, митингующими и несогласными. Писательница только выдвигает свою теорию происходящего, а судить, как, впрочем, и всегда, читателям. В целом Елена Петровна Чудинова предстает пред читательским взором как интересная, хотя небесспорная (преимущественно для конформистов) писательница, публицист с яркими оценками современной жизни, как у нас, так и на Западе.

Селеменева М.В.

«Московский текст» в творчестве Р. Сенчина

В статье рассматривается поэтика «московского текста» русской литературы XXI века на примере прозы Романа Сенчина. Отмечается снижение статуса традиционных сакральных локусов «московского текста» в пользу новых урбанистических образов, лишенных историко-культурной значимости, отказ от ряда традиционных мифологем (женщина-город, жертва огня) в пользу новых художественных практик (изображение Москвы как локуса карьеры, мира офисов, семиотически пустого пространства). Подробно проанализирована художественная концепция героя Сенчина - обывателя, равнодушного ко всему, что не составляет сферы его личного благополучия, и приравненного к тени полноценной личности.

Ключевые слова: «московский текст», историко-культурные локусы, тема повседневности, мотив пустоты, мотив унификации, локус карьеры, герои-неудачники, мотив брака-сшибки, мотив опрокинутого дома.

Москва как тема и текст русской литературы к середине второго десятилетия XXI века имеет обширную библиографию и признанную специалистами систему культурных кодов (Москва как «женщина-город» по контрасту с воплощением мужского начала в Петербурге, как жертва огня, как воплощение соборности, как обитель православия, или город «сорока со-роков», как реализация «мысли семейной» и т.п.). «Московский текст» русской литературы 2000-2010-х годов вобрал в себя как традиционные элементы столичного локального текста, так и семиотические приметы новейшего времени. Москва в прозе Р. Сенчина, С. Шаргунова, А. Иличев-ского, О. Славниковой, Вл. Маканина, Евг. Гришковца, Д. Липскерова, В. Пелевина выглядит то концентратом национальной идентичности, то абсолютно космополитичным пространством, соединившим приметы разных культур, то символом державы, то аналогом иностранного посольства на территории страны. Смену семиотической парадигмы «московского текста» в литературе XXI века А. П. Люсый точно описал как превращение Москвы в «эпицентр капитализации государства с присущими для этапа первоначального накопления капитала реалиями, новой и характерной для времени мифологией, с новой системой присущих периоду глобализации кодов культуры» [3, с. 175]. Процесс кодификации новых столичных реа-

131