Т.А. Сюткина
Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН Ленинский проспект, 32а, Москва, 119991 E-mail: syuttaya@gmail.com
ИСКУССТВЕННАЯ ДЕФОРМАЦИЯ ЧЕРЕПА У АБОРИГЕННОГО НАСЕЛЕНИЯ ДОКОЛУМБОВОЙ КУБЫ
Рассматривается феномен искусственной деформации черепа, практиковавшейся коренным населением Кубы до его столкновения с европейской цивилизацией (VIII-XV вв. н.э). Предпринята попытка охарактеризовать деформированные черепа, сравнить их с недеформированной краниологической серией из того же региона и поставить вопрос о возможных территориальных различиях в способах деформации между населением Кубы и соседнего острова Гаити. В статье делаются выводы о значительном разнообразии деформированной серии и роли индивидуальных различий, а также о возможном существовании территориальной изменчивости в технике наложения деформирующего аппарата.
Ключевые слова: палеоантропология, искусственная деформация черепа, Антильские острова, антропология Кубы, таино, сибонеи.
DOI: 10.20874/2071-0437-2018-43-4-136-146
Введение
Практика искусственной деформации черепа некогда была широко распространена во всем мире, дожив в некоторых отдаленных местах до середины XX в. В настоящее время эта яркая культурная традиция нигде не зафиксирована и, оставшаяся в прошлом, представляет особенный интерес для палеоантропологического изучения.
Т.Д. Стюарт [Stewart, 1950] выделял три центра бытования практики искусственной деформации черепа в Америке — карибское и тихоокеанское побережья и Патагония. Первые свидетельства искусственной деформации черепа на континенте относятся к IV тыс. до н.э.: у носителей культуры Вальдивия на южном побережье Эквадора и в Чили среди носителей культуры чин-чорро [Munizaga, 1987, р. 119]. Скорее всего, в Новый Свет традиция попала из Старого, хотя не исключено, что происхождение каждого типа деформации нужно рассматривать отдельно.
Карибский ареал (по Стюарту) характеризуется в целом распространением одного, лобно-затылочного (табулярного) косого, типа деформации. Это один из трех типов, выделяемых в рамках классификации Х. Имбеллони [Dembo, Imbelloni, 1938] — классика изучения искусственной деформации в Америке, чья терминология используется в абсолютном большинстве публикаций на эту тему. Другие два типа — это табулярная и кольцевая деформации. По Имбеллони, табулярная деформация производилась при помощи дощечек, фиксируемых на голове ребенка или специальной жесткой колыбели. Однако впоследствии эта система подвергалась объективной критике (см., напр.: [Weiss, 1958]) из-за ошибочности отождествления способа и формы деформации, и за табулярной закрепилось более корректное название лобно-затылочной деформации. В общих чертах можно сказать, что при косой лобно-затылочной деформации оси наклона лобной и затылочной костей примерно параллельны друг другу и лоб резко уходит назад, а при прямой форме затылок более или менее перпендикулярен франкфуртской горизонтали. Кольцевая деформация производилась при помощи тугой круговой повязки, сужающей и «вытягивающей» черепную коробку назад.
Происхождение искусственной деформации черепа на Антильских островах традиционно связывают с саладоидными группами — производителями керамики одноименного стиля, названного так по археологическому памятнику Саладеро в Венесуэле. Саладоиды общепризнанно считаются предками антильских земледельцев, практиковавших деформацию, однако не существует палеоантропологических материалов, представленных черепами с деформацией, найденных в ассоциации с саладоидным инвентарным комплексом. Это оставляет пространство для альтернативных гипотез, одна из которых была выдвинута пуэрториканским археологом и антропологом Э. Креспо Торресом [Crespo Torres, 2010]. По его мнению, практику деформа-
ции на островах следует связывать не с саладоидами, а с синхронной им группой иммигрантов-земледельцев из Южной Америки, называемой уэкоидами, носителями культурного комплекса ля Уэка.
Теоретически нельзя исключать и вероятность того, что искусственная деформация черепа была заимствована жителями Антильских островов у майя Мезоамерики, где эта традиция больше чем на тысячелетие старше, чем в Карибском регионе [Tiesler, 2010, р. 291; Romano, 1974]. Однако пока вопрос о происхождении там деформации приходится оставить открытым из-за недостатка палеоантропологических материалов.
Целью настоящей работы является изучение деформированных черепов коренного индейского населения Кубы, в разное время найденных на территории острова и составляющих остеологические коллекции нескольких кубинских музеев. Для того чтобы охарактеризовать изменения, происходящие с черепной коробкой в результате деформации, было проведено сравнение деформированной серии с недеформированной. Это также позволило сравнить изменчивость внутри каждой из групп. Кроме того, присутствие в деформированной серии четырех индивидов из Доминиканской Республики позволили поставить вопрос о территориальной дифференциации форм модифицированных черепных коробок.
Население, не практиковавшее искусственную деформацию черепа, является более древним и носит собирательное название «сибонеи». Мезолитическая культура сибонеев существовала на острове примерно со II тыс. до н.э. до самого контакта с европейцами, памятники этой культуры встречаются по всему острову, с востока до запада. К тому моменту, как Колумб со спутниками прибыли на Кубу, некоторое количество их еще проживало на западе острова, в нынешней провинции Пинар-дель-Рио. Сибонеи вели охотничье-собирательский образ жизни, не производили керамику, но по крайней мере некоторые их группы практиковали земледелие в зачаточном виде [Chinique de Armas et al., 2015].
Об этом населении достоверно известно немного, название «сибонеи» является условным, как условна и целостность этого населения — и археологически [Izquierdo Díaz, 2015], и морфологически [Сюткина, 2017]. Объединяет сибонеев в первую очередь признак отсутствия следов искусственной деформации черепа на найденных костных останках.
К XVIII в. н.э. с о. Гаити на Кубу перебрались аравакоязычные земледельческие группы таино — именно это население оставило деформированные черепа, исследуемые в данной работе. Таино, потомки саладоидов из долины Ориноко в Южной Америке, практиковали поголовную искусственную деформацию черепа лобно-затылочного косого типа по классификации Имбеллони. Вероятно, они захватили остров, вытеснив охотников-собирателей на самый запад, и именно их встретили на острове европейцы [Torres Etayo, 2006, р. 33-36].
Материалы и методы
Итак, палеоантропологические материалы остаются фактически единственным доступным источником, позволяющим получить знания о практике искусственной деформации. В нашем распоряжении оказались материалы коллекции Антропологического музея Монтане в Гаване, несколько индивидов из других музеев, находящихся в городах Матансас, Баракоа и Сантьяго, и индивидуальные краниометрические данные, опубликованные В.В. Гинзбургом [1967] и В.П. Алексеевым [1986]. Все они происходят с территории Кубы, за исключением четырех индивидов (трех — мужского пола и одного — женского), хранящихся также в музее Монтане, но имеющих доминиканское происхождение. Всего было проанализировано 38 деформированных черепов (из них 34 с Кубы и 4 из Доминиканы) и 35 недеформированных.
Обе серии являются сборными — они состоят из материалов, происходящих из разных районов острова, собранных в разное время c конца XIX в. зачастую не профессиональными археологами, а любителями или даже просто местными жителями, исследующими пещеры в поисках гуано. Отсюда проистекает главная археологическая трагедия кубинских материалов — большинство из них полностью деконтекстуализировано и для них известен лишь примерный район происхождения. Так, например, значительная часть черепов таино, хранящихся в музее Монтане, происходит из Маиси — небольшой области на самом востоке острова. Скорее всего, они вошли в состав коллекции в результате исследований американского археолога М. Хар-рингтона в начале XX в., однако несомненно это в отношении лишь некоторых из них. К счастью, в последнее время все меняется к лучшему, и находки из раскопок сибонейского памятника Канимар Абахо, проводимых Институтом антропологии АН Кубы, Провинциальным музеем
Матансас и музеем Монтане Университета Гаваны, тщательно документируются, однако пока таких материалов меньшинство.
Отсутствие археологического контекста и радиоуглеродных дат для большей части находок является серьезным ограничением при работе с костными останками с этой территории. Другая сложность — для культуры таино неизвестны недеформированные черепа, т.е. невозможно произвести сравнение деформированных и соответствующих физиологической норме индивидов из одной и той же популяции и достоверно выяснить, каким образом деформация влияет на морфологию черепа. Однако имеющиеся материалы позволяют охарактеризовать деформированные черепа, сравнить внутригрупповую изменчивость в каждой серии, поставить вопрос о территориальной дифференциации.
Характеристики мозгового отдела черепа изучались при помощи следующих краниометрических признаков: продольный, поперечный и высотный диаметры черепа, длина основания черепа, наименьшая и наибольшая ширина лба, ширина основания черепа, ширина затылка, хорды и дуги лобной, теменной и затылочной костей и соответствующие указатели, высота изгиба лба и затылка и угол наклона лба от назиона и от глабеллы, измеряемый при помещении черепа в штатив Моллисона. Все признаки измерялись в соответствии с рекомендациями отечественной краниометрической школы, сформулированными в методическом пособии В.П. Алексеева и Г.Ф. Дебеца [1964]. Статистический анализ и построение графиков выполнены в программе RStudio [RStudio Team, 2015].
Результаты
В таблицах 1 и 2 приведены основные статистические показатели для двух исследованных групп (для мужской и женской их половин соответственно). Сравнивая непосредственно значения признаков, можно отметить, что черепа таино устойчиво превосходят черепа сибонеев по широтным размерам и уступают последним по длине и высоте, имеют значительно более плоскую лобную и более короткие теменные кости. Как уже говорилось, эти отличия могут в некоторой степени объясняться естественной разницей между двумя популяциями, однако, поскольку значения ряда признаков в серии таино выходят за верхние границы очень больших значений [Алексеев, Дебец, 1964, с. 114-127], полагаем, что искусственная деформация сыграла существенную роль в появлении этих отличий. Более интересным представляется следующее наблюдение: в абсолютном большинстве случаев показатели вариации — стандартное отклонение и общий размах значений в серии таино превосходят таковые в серии сибонеев. Это особенно показательно потому, что деформированная серия представлена индивидами почти наверняка единой популяции, в то время как о сибонеях этого сказать нельзя — единственным надежным объединяющим их признаком является как раз отсутствие деформации. Следовательно, результат влияния деформирующего аппарата на череп мог значительно варьироваться, порождая каждый раз уникальную форму.
В целом черепа таино характеризуются средней длины очень широкой и очень низкой черепной коробкой, т.е. по пропорциям они гипербрахикранные, ортокранные и тапейнокранные. Средней ширины лоб очень уплощен и резко уходит назад, иногда на нем видны резко выраженные следы воздействия давящей повязки, накладывавшейся на лоб индивида в детском возрасте. Высота изгиба лба очень мала, ее значение существенно ниже нижней границы категории самых малых значений. Затылок при этом, наоборот, имеет высоту изгиба несколько большую. У черепов таино широкие затылки и очень широкое основание (эта особенность серии, скорее всего, не связана с деформацией).
Черепа сибонеев в среднем характеризуются мезокранией, по высотно-продольному указателю черепа гипсикранные, по высотно-поперечному — акрокранные. Причиной тому служит в среднем достаточно большой высотный диаметр (входит в категорию средних в мировом масштабе, приближается к большим) при малых продольном и поперечном диаметрах. Наименьшая и наибольшая ширина лба малые, лобно-поперечный указатель относится к категории средних. Указатель изгиба лба большой, теменной и затылочной костей — средний. В категорию средних входит также абсолютный размер ширины затылка.
Сравнение деформированной и недеформированной серий с применением непараметрического критерия Манна — Уитни выявило значимые статистические различия по следующим использующимся в исследовании признакам: поперечный диаметр, высотный диаметр, наименьшая и наибольшая ширина лба, ширина основания черепа, ширина затылка, теменная дуга
и теменная хорда, указатель изгиба лба, высота изгиба лба, угол профиля лба от назиона и от глабеллы (табл. 3). Результаты одинаковые для мужских и женских серий за единственным исключением: по высоте черепа наблюдаются различия между деформированными и недефор-мированными черепами только в мужской серии. Таким образом, статистическая проверка подтверждает сделанный ранее вывод, что деформированные черепа отличаются значительным увеличением широтных размеров, длиной теменной кости и изгибом — лобной.
Таблица 1
Основные статистические показатели в сериях таино и сибонеев. Мужские черепа
Table 1
Main statistics for the Тато and ^boney male samples
Признак Группа n mean sd median min max range
1. Продольный диаметр Gboney 20 172,4 5,9 172 162 188 26
Тaíno 23 171,8 5,5 171 165 183 18
8. Поперечный диаметр Gboney 17 134,3 3,4 134 129 141 12
Тaíno 23 154,3 5,5 154 144 166 22
17. Высотный диаметр Gboney 15 134,5 5,2 134 126 144 18
Тaíno 18 125,9 5,1 127 116 134 18
5. Длина основания черепа Gboney 15 97,6 3,0 98 93 103 10
Тaíno 18 97,2 4,2 96,5 92 107 15
9. Наименьшая ширина лба Gboney 21 92,6 5,3 92 84 103 19
Тaíno 21 96,2 3,5 96 85 102 17
10. Наибольшая ширина лба Gboney 20 110,8 5,8 112,5 95 118 23
Тaíno 21 121,7 6,1 121 114 141 27
11. Ширина основания черепа Gboney 17 123 4,2 123 114 131 17
Тaíno 22 135,5 4,2 136 127 143 16
12. Ширина затылка Gboney 18 105,2 5,0 104,5 99 115 16
Тaíno 22 113,6 5,7 113 105 133 28
26. Лобная дуга Gboney 24 119,4 5,7 118,5 111 134 23
Тaíno 25 117,7 5,9 117 107 132 25
27. Теменная дуга Gboney 20 126 5,6 125,5 118 138 20
Тaíno 25 108,9 9,6 110 85 127 42
28. Затылочная дуга Gboney 19 110,2 7,4 111 99 129 30
Тaíno 20 113,2 10,9 114,5 87 136 49
29. Лобная хорда Gboney 24 107,1 4,9 106,5 99 120 21
Тaíno 25 109,5 5,2 108 101 125 24
30. Теменная хорда Gboney 20 110,7 4,0 111,5 102 116 14
Тaíno 25 97 7,3 98 80 107 27
31. Затылочная хорда Gboney 19 94,7 4,0 95 88 102 14
Тaíno 20 97,5 7,3 97 81 111 30
29/26. Указатель изгиба лба Gboney 24 89,7 2,4 89,7 80,2 92,2 12
Тaíno 25 93 1,8 93,5 89,3 96,4 7,1
30/27. Указатель изгиба темени Gboney 20 87,9 2,1 87,8 83,3 91,9 8,6
Тaíno 25 89,2 3,2 89,5 81,1 94,2 13,1
31/28. Указатель изгиба затылка Gboney 19 86,1 3,2 86,5 75,2 89,2 14
Тaíno 20 86,4 4,2 85,7 76,1 93,1 17
виЬ.ЫБ. Высота изгиба лба Gboney 23 21,6 2,3 21,2 17,4 25,5 8,1
Тaíno 25 15,4 3,2 15,3 11 21,5 10,5
Высота изгиба затылка Gboney 17 24,4 2,9 24 21 32,6 11,6
Тaíno 19 24,6 4,7 24,4 16,5 37,7 21,2
32. Угол профиля лба от назиона Gboney 15 81,8 3,9 82 76 88 12
Тaíno 16 67,6 6,2 67 57 81 24
ОМ/РИ. Угол профиля лба от глабеллы Gboney 15 76,3 3,3 76 72 83 11
Тaíno 16 58,0 6,5 57 49 72 23
Для анализа главных компонент были выбраны те признаки (исключая указатели), которые лучше всего диффенциируют серии либо не сказываются принципиально на численности анализируемой серии, т.е. не содержащие большого количества пропущенных значений: поперечный диаметр, хорды и дуги костей свода черепа, высота изгиба лба, угол наклона лба от назиона. Таким образом, было рассмотрено 28 деформированных и недеформированных индивидов мужского пола (по 14 в каждой серии). Первые две главные компоненты вместе объясняют 78 % общей изменчивости: ГК1 отвечает преимущественно за ширину черепа, длину теменных костей и в некоторой степени — угол наклона лобной кости, ГК2 — за хорду и дугу затылочной кости (табл. 4).
Таблица 2
Основные статистические показатели в сериях таино и сибонеев. Женские черепа
Table 2
Main statistics for the Taino and Oiboney female samples
Признак Группа n mean sd median min max range
1. Продольный диаметр Oiboney 8 165,6 6,6 163 159 178 19
Taino 13 162,6 6,5 162 155 178 23
8. Поперечный диаметр Oiboney 9 129,7 4,2 130 120 135 15
Taino 13 147,3 6,3 149 135 160 25
17. Высотный диаметр Oiboney 6 126,3 4,8 126 120 135 15
Taino 11 122,9 3,3 123 116,5 127,5 11
5. Длина основания черепа Oiboney 6 91,6 3,9 91,5 87 98 11
Taino 11 91,7 2,5 92,5 88 95 7
9. Наименьшая ширина лба Oiboney 8 86,5 4,6 87 81 95 14
Taino 13 93,8 4,5 94 87 100 13
10. Наибольшая ширина лба Oiboney 9 105,9 3,9 106 98 113 15
Taino 11 117,7 5,7 116 110 128 18
11. Ширина основания черепа Oiboney 9 115,7 3,2 116 110 121 11
Taino 11 129,8 3,8 132 123 134 11
12. Ширина затылка Oiboney 9 101,1 4,3 101 96 110 14
Taino 13 108,7 4,3 110 101 116 15
26. Лобная дуга Oiboney 9 115,3 4,9 115 111 127 16
Taino 11 114,0 3,1 114 109 119 10
27. Теменная дуга Oiboney 10 120,1 4,4 120,5 113 129 16
Taino 12 106,5 8,4 105,5 95 118 23
28. Затылочная дуга Oiboney 6 107,7 3,0 107,5 104 113 9
Taino 13 109,0 6,5 110 98 117 19
29. Лобная хорда Oiboney 10 103,6 2,9 103,5 100 109 9
Taino 11 105,0 3,2 105 99 111 12
30. Теменная хорда Oiboney 10 105,5 4,9 106,5 99 116 17
Taino 12 95,2 6,0 93,5 87 106 19
31. Затылочная хорда Oiboney 6 93,2 2,5 93,5 89 96 7
Taino 13 92,8 3,9 93 87 101 14
29/26. Указатель изгиба лба Oiboney 9 89,4 2,7 89,7 82,7 91,9 9,2
Taino 11 92,1 2,7 92 86,1 95,7 9,6
30/27. Указатель изгиба темени Oiboney 10 87,8 1,4 87,8 84,9 89,9 5
Taino 12 89,6 3,8 89,8 79,7 94,8 15,1
31/28. Указатель изгиба затылка Oiboney 6 86,6 2,6 87 82,4 89,6 7,2
Taino 13 85,3 3,8 85,5 80,2 91 10,8
ЗиЬ.ЫБ. Высота изгиба лба Oiboney 9 21,4 0,8 21,1 20,2 22,8 2,6
Taino 11 16,1 3,8 17,1 10,2 23,7 13,5
Высота изгиба затылка Oiboney 6 22,0 4,4 20,6 17 27,6 10,6
Taino 13 23,1 3,9 22 17,2 29,4 12,2
32. Угол профиля лба от назиона Oiboney 8 84,8 5,0 84 79 96 17
Taino 11 70,1 7,3 72 60 85 25
ЭМ/РИ. Угол профиля лба от глабеллы Oiboney 8 78,8 5,4 77,5 73 91 18
Taino 11 62,6 7,9 62 51 80 29
30-
20-
19
10-
o
Q_
o-
Ш
тощ
non-deformed deformed
PC1
Рис. 1. Анализ деформированной и недеформированной мужских серий методом главных компонент: non-deformed — недеформированная серия, сибонеи; deformed — деформированная серия, таино. Fig. 1. PCA of the deformed and non-deformed samples: non-deformed — Oiboneys; deformed — Taino.
В результате очевидны два кластера, один из которых точно соответствует деформированным черепам, а другой — недеформированным (рис. 1). При этом недеформированные демонстрируют существенное единство, слегка разделяясь на две группы по второй компоненте, т.е., вероятно, несколько различаясь строением затылочной кости. Придавать этому выводу большое значение вряд ли стоит, так как при большей численности анализируемых индивидов образовавшийся на графике хиатус, вполне вероятно, был бы заполнен. Совсем другой смысл имеет широкий разлет деформированных индивидов по левой части графика: он со всей определенностью указывает на значительную вариативность деформированных черепов по сравнению с черепами, соответствующими физиологической норме. Таким образом, анализ главных компонент позволяет проиллюстрировать обозначенный выше вывод, что деформированные черепа отличаются значительной вариативностью.
Таблица 3
Сравнение черепов таино и сибонеев при помощи непараметрического критерия Манна — Уитни (знаком «*» отмечены значения меньше 0,01)
Table 3
Results of the Mann — Whitney U-test for the Тaino and ^boney crania (P-values less than 0,01 marked with «*»)
Statistic P. value Statistic P. value
M F
1. Продольный диаметр 209 0,617 36,5 0,275
8. Поперечный диаметр 391 0,000* 116,5 0,000*
17. Высотный диаметр 33 0,000* 18 0,143
5. Длина основания черепа 113 0,434 37,5 0,686
9. Наименьшая ширина лба 332,5 0,005* 90,5 0,006*
10. Наибольшая ширина лба 402,5 0,000* 96 0,000*
11. Ширина основания черепа 367,5 0,000* 99 0,000*
12. Ширина затылка 346,5 0,000* 105,5 0,002*
26. Лобная дуга 251,5 0,336 43,5 0,674
27. Теменная дуга 27 0,000* 8,5 0,001*
28. Затылочная дуга 239 0,172 45,5 0,596
29. Лобная хорда 385,5 0,088 70 0,303
30. Теменная хорда 15 0,000* 11 0,001*
31. Затылочная хорда 251,5 0,086 34,5 0,724
29/26. Указатель изгиба лба 539 0,000* 80 0,023*
30/27. Указатель изгиба темени 325,5 0,087 93,5 0,029*
31/28. Указатель изгиба затылка 179 0,768 32,5 0,599
ЗиЬ.ЫБ. Высота изгиба лба 42,5 0,000* 9 0,002*
Высота изгиба затылка 171,5 0,763 46,5 0,539
32. Угол профиля лба от назиона 8,5 0,000* 5,5 0,002*
ЭМ/РИ. Угол профиля лба от глабеллы 1 0,000* 6 0,002*
Таблица 4
Анализ деформированной и недеформированной мужских серий методом главных компонент. Нагрузки на признаки
Table 4
PCA of the deformed and non-deformed samples. Loadings
PC1 PC2
8. Поперечный диаметр -0,49 0,11
26. Лобная дуга 0,08 -0,15
27. Теменная дуга 0,56 0,02
28. Затылочная дуга -0,18 -0,76
29. Лобная хорда -0,02 -0,15
30. Теменная хорда 0,44 -0,08
31. Затылочная хорда -0,12 -0,54
ЗиЬ.ЫБ. Высота изгиба лба 0,18 -0,05
32. Угол профиля лба 0,40 -0,24
Для выявления возможных территориальных отличий были проанализированы только мужские черепа таино с Кубы и из Доминиканы. Признаки были выбраны таким образом, чтобы доминиканские черепа обязательно вошли в анализ, несмотря на их неидеальную сохранность. В результате серия была проанализирована по следующим признакам: поперечный диаметр, хорды и дуги мозговой коробки, высота изгиба лба и высота изгиба затылка. Самыми значимы-
ми как по первой, так и по второй компоненте оказались нагрузки на дуги и хорды теменной и затылочной костей (табл. 5). Результат (рис. 2) кажется достаточно любопытным: доминиканские индивиды располагаются на графике так близко друг к другу, что практически сливаются в одну точку. Почти так же близко к ним расположены два кубинских черепа из Баракоа — самой восточной точки острова, находящейся менее чем в 100 км от о. Гаити. Однако в выборке есть и другие индивиды из Баракоа: номера 3, 14, 19, 20 также происходят из этой местности, и они не демонстрируют единства ни с доминиканскими черепами, ни между собой. К сожалению, мы не располагаем никакой дополнительной археологической информацией об этих материалах, поэтому не имеем возможности судить о причинах близкого сходства между этими пятью индивидами. Тем не менее с определенной долей уверенности можно предположить территориальные различия в практике наложения деформирующего аппарата.
Таблица 5
Анализ деформированной мужской серии. Нагрузки на признаки
Table 5
PCA of the deformed male sample. Loadings
PC1 PC2
8. Поперечный диаметр 0,07 0,15
26. Лобная дуга -0,04 -0,07
27. Теменная дуга -0,54 -0,52
28. Затылочная дуга 0,64 -0,55
29. Лобная хорда 0,04 0,02
30. Теменная хорда -0,31 -0,52
31. Затылочная хорда 0,38 -0,19
Sub.NB. Высота изгиба лба -0,09 -0,17
Высота изгиба затылка 0,21 -0,24
Рис. 2. Анализ деформированной мужской серии методом главных компонент. Fig. 2. PCA of the deformed male sample.
Рис. 3. Указатели изгиба лобной, теменной и затылочной костей в деформированной
и недеформированной сериях: non-deformed — недеформированная серия, сибонеи; deformed — деформированная серия, таино. Fig. 3. Frontal, parietal and occipital bones curvature indices in the deformed and non-deformed samples:
non-deformed — Gboneys; deformed — Тaino.
В приведенных выше анализах главных компонент игнорировались значения указателей изгиба костей черепного свода, поэтому они рассматриваются отдельно. Сравнивая деформированную и недеформированную серии (только мужские черепа) по этим показателям, можно видеть, что максимальные различия между сериями наблюдаются по указателю лобной кости (рис. З). Распределение значений указателей изгиба теменной и затылочной костей подтверждают уже зафиксированную закономерность: размах этих показателей в деформированной серии так велик, что полностью включает в себя размах значений в недеформированной серии.
Обсуждение и заключение
Итак, изучение доступных палеоантропологических материалов позволяет сделать следующие выводы:
1. Деформированная серия характеризуется значительно большим разнообразием по сравнению с более разнородными генетически, но недеформированными черепами
2. Важнейшая роль в дифференциации деформированной и недеформированной серий отводится длине теменных костей (характеризуемой хордой и дугой), изгибу лобной кости, а также всем широтным признакам: поперечному диаметру, ширине затылка, наибольшей и наименьшей ширине лба
3. Прослеживается особая схожесть доминиканских черепов между собой по форме на общем фоне деформированной кубинско-доминиканской серии
Таким образом, палеоантропологический материал как источник сведений о практике искусственной деформации черепа на Антильских островах помогает к уже известной из исторических источников информации добавить некоторые новые заключения. Ценность его несколько умаляется тем фактом, что до сих пор неизвестны останки индивидов, которые относились бы к той же популяции таино, однако не подвергались бы практике искусственной деформации. Прямое сравнение тех и других позволило бы точно установить, какое влияние на морфологию черепа, в том числе лицевого скелета, оказывает встречающийся именно на этой территории способ деформации, как это было сделано для многих народов Южной Америки (см., напр.: [Cocilovo, 1975]).
В связи с вышесказанным приходится в качестве сравнительного материала использовать неродственные таино группы сибонеев — охотничье-собирательских племен, у которых практика деформации черепа отсутствовала. Такое сравнение не позволяет нам судить о непосредственном влиянии деформирующего аппарата на строение черепа, однако не бесплодно. Например, вывод о значительно большем разнообразии деформированной серии тем более интересен, что черепа сибонеев на самом деле необязательно принадлежат даже одной популяции, в то время как деформированные черепа принадлежат таино — населению более позднему и значительно лучше изученному, для которого единое происхождение считается фактом установленным.
Следовательно, несмотря на единую технику применения деформирующего аппарата, индивидуальные различия были неминуемы. Если верить единственному письменному источнику, свидетельствующему о технике деформации, созданному уже в постколумбову эпоху на одном из Малых Антильских островов (Jean-Baptiste Le Blond. Voyage aux Antilles: d'île en île, de la Martinique à Trinidad (1767-177З). Цит. по: [Duijvenbode, 2014]), деформирующий аппарат применялся непродолжительное время — это может объяснять причину, по которой на некоторых черепах деформация оставляет значительно более слабые следы, чем на других.
При таком разнообразии не должны вызывать удивление и некоторые отклоняющиеся формы, побуждающие исследователей видеть в них результат деформации другого типа, созданной при помощи другой техники. Таков случай отличного черепа из Хауко, Баракоа, дата и археологический контекст для которого неизвестны; в литературе он описывается как череп с лобно-затылочной прямой деформацией [Rivero de la Calle, 1960]. Другой известный индивид из той же области деформирован по обычному стандарту, и Риверо де ля Калье считает, что вертикальный скос деформированной затылочной кости является случайностью, результатом неверного наложения деформирующего аппарата. Зачастую речь идет о непрерывной изменчивости между формами, которые можно отнести как к типу лобно-затылочной прямой, так и лобно-затылочной косой деформации.
Наконец, вероятные различия между кубинскими и доминиканскими черепами свидетельствуют, что, несмотря на визуально одинаковые типы деформации на двух островах, традиции
осуществления этой операции как таковой могли немного разниться. На это указывает тот факт, что территориальная изменчивость в данном случае перекрывает индивидуальную. Однако этот вывод был сделан на очень небольшом объеме материалов, поэтому дальнейшее развитие этой темы следует отложить до появления большего количества данных по краниологии населения о. Гаити.
В заключение следует сказать, что возможности палеоантропологического материала для изучения практики искусственной деформации черепа на Антильских островах этим не исчерпаны, однако для получения новых данных требуются расширение материальной базы исследования (в первую очередь за счет находок с других островов), уточнение археологического контекста, а также усовершенствование техник изучения костных останков.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
Алексеев В.П., Дебец Г.Ф. Краниометрия: Методика антропологических исследований. М.: Наука, 1964. 127 с.
Алексеев В.П. К краниологической характеристике аборигенного населения Кубы // Археология Кубы. Новосибирск: Наука, 1986. С. 15-22.
Гинзбург В.В. Антропологическая характеристика древних аборигенов Кубы // СМАЭ. 1967. Т. XXIV. С. 180-278.
Сюткина Т.А. Краниометрическая характеристика древнего населения Кубы докерамической культуры // ЭО. 2017. № 4. С. 65-82.
Cocilovo J.A. Estudio de dos factores que influencian la morfología craneana en una colección andina: Е1 sexo y la deformación artificial // Revista del Instituto de Antropología. 1975. Т. 3. № 2. P. 197-212.
Crespo-Torres E.F. Ancient Bones Tell Stories // Tibes: People, Power, and Ritual at the Center of the Cosmos. University of Alabama Press, 2010. P. 191.
Dacal Moure R., Rivero de La Calle M. Arqueología aborigen de Cuba. Bogotá: Gente Nueva, 1984.
Dembo A., Imbelloni J. Deformaciones intencionales del cuerpo humano de carácter étnico. Buenos Aires: Editori Nova, 1938. Т. 3. 348 p.
Duijvenbode A. Forming identities: An overview of intentional cranial modification in the Caribbean // Proceedings of the XXIV Congress of the International Association for Caribbean Archaeology. 2014. P. 39-51.
Herrera Fritot R. Arquetipos zoomorfos en las Antillas Mayores. La Habana, 1952. 14 p.
Hofman C. et al. Stage of encounters: Мigration, mobility and interaction in the pre-colonial and early colonial Caribbean // World Archaeology. 2014. Т. 46. № 4. P. 590-609.
Hofman C.L., Hoogland M.L.P., Gijn A.L. Crossing Disciplinary Boundaries and National Borders. New Methods and Techniques in the Study of Archaeological Materials from the Caribbeam // Crossing the Borders: New Methods and Techniques in the Study of Archaeological Materials from the Caribbean. University of Alabama Press, 2008. P. 1-16.
Izquierdo Díaz G. Arqueología de Cuba: La comunidad pretribal temprana. ASPHA, 2015.
Keegan W.F. Modeling dispersal in the prehistoric West Indies // World Archaeology. 1995. Т. 26. № 3. P. 400-420.
Keegan W.F. West Indian archaeology. 1. Overview and foragers // Journal of Archaeol. Research. 1994. Т. 2. № 3. P. 255-284.
Keegan W.F., Rodríguez Ramos R. Archaic origins of the Classic Tainos // Proceedings of the XXIst Congress of the International Association for Caribbean Archaeology. Trinidad-Tobago, 2007. P. 211-217.
Munizaga J.R. Deformación craneana intencional en América // Revista Chilena de Antropología. 1987. № 6. P. 113-147.
Rivero de La Calle M. Las culturas aborígenes de Cuba. La Habana: Editora universitaria, 1966. 194 p.
Rivero de la Calle M. Deformación Craneana en los Aborigenes de Cuba. Estudio Comparativo // VIe Congrès International des Sciences Anthropologiques et ethnologiques. Paris, 30 juillet. 1960. Т. 1. P. 252-260.
Rouse I. Migrations in prehistory: Inferring population movement from cultural remains. Yale University Press, 1986. 216 p.
RStudio Team. RStudio: Integrated Development for R // RStudio, Inc., Boston, MA, 2016. [Электрон. ресурс]. URL: http://www.rstudio.com.
Stewart T.D. Deformity, trephining, and mutilation in South American Indian skeletal remains // Handbook of South American Indians. 1950. Т. 6. P. 43-48.
Torres Etayo D. Taínos: Mitos y realidades de un pueblo sin rostro. México: Editorial Asesor Pedagógico, 2006. 119 p.
Weiss P. Osteología cultural: Prácticas cefálicas. Universidad Nacional Mayor de San Marcos, 1958. Т. 1. 276 p.
Wilson S.M. The archaeology of the Caribbean. Cambridge University Press, 2007. 209 p.
ТА. Syutkina
N.N. Miklukho-Maklay Institute of Ethnology and Anthropology of RAS Leninskiy Prospect, 32а, Moscow, 119991, Russian Federation
E-mail: syuttaya@gmail.com
ARTIFICIAL CRANIAL DEFORMATION AMONG THE ABORIGINAL POPULATION
OF PRE-COLUMBIAN CUBA
Artificial cranial deformation has been practiced by indigenous peoples at various times in different parts of the world. In pre-Columbian Cuba, it is believed to have been practiced by the pottery-making agricultural groups called Taino. These people, who spoke the Arawak language, started to inhabit the island around 800 AD. According to the dominant theory, the practice was imported to the region from the Orinoco river valley by the Saladoid pottery makers. However, some authors ascribe this role to the Huecoid groups. Since any written record of the practice is virtually absent, a study of known paleoanthropological materials can be of crucial importance. In this paper, we set out to compare two samples of pre-Columbian crania belonging to the pre-ceramic population, who did not apply the practice of deforming their newborns' heads (Ciboney), with those belonging to the pottery making agriculturalists (Taino), who did use such a practice. The crania under study, originating from Cuba and the Dominican Republic, mainly feature the frontal occipital oblique type of deformation. The intra-group variation in the deformed group is found to be much higher. This suggests that, despite the presumably standard deforming procedure, individual variations were inevitable. Taking the variations into account, somewhat unusual shapes, which cannot be unequivocally labelled as frontal occipital oblique, should be treated as a result of this diversity. The specific features that differentiate the deformed samples from the non-deformed ones are found to be the length of the parietal bones, the curvature of the frontal bone and the width of the crania. However, we cannot conclude that the deformations are wholly responsible for these differences. Another result of the study consists in the differences found between the crania from Cuba and the Dominican Republic, which point to a possible variation in deformation techniques. However, this firm conclusion cannot be drawn until additional materials from other Antillean islands become available.
Key words: paleoanthropology, artificial cranial deformation, Antilles, Cuban anthropology, Taino, Ciboney.
DOI: 10.20874/2071-0437-2018-43-4-136-146
REFERENCES
Alekseev V.P. (1986). On craniological characteristic of the aboriginal population of Cuba. Arkheologiia Kuby, Novosibirsk: Nauka, 15-22.
Alekseev V.P., Debets G.F. (1964). Craniometry: Methods of anthropological studies, Moscow: Nauka.
Cocilovo J. A. (1975). Estudio de dos factores que influencian la morfología craneana en una colección andina: El sexo y la deformación artificial. Revista del Instituto de Antropología, 3(2), 197-212.
Crespo-Torres E.F. (2010). Ancient Bones Tell Stories. Tibes: People, Power, and Ritual at the Center of the Cosmos, University of Alabama Press.
Dacal Moure R., Rivero de La Calle M. (1984). Arqueología aborigen de Cuba, Bogotá: Gente Nueva.
Dembo A., Imbelloni J. (1938). Deformaciones intencionales del cuerpo humano de carácter étnico, 3, Buenos Aires: Editori Nova.
Duijvenbode A. (2014). Forming identities: An overview of intentional cranial modification in the Caribbean. Proceedings of the XXIV Congress of the International Association for Caribbean Archaeology, 39-51.
Ginzburg V.V. (1967). Anthropological characteristic of ancient Cuban aborigenes. Sbornik Muzeia antro-pologii i etnografii AN SSSR, XXIV, 180-278.
Herrera Fritot R. (1952). Arquetipos zoomorfos en las Antillas Mayores, La Habana.
Hofman C. et al. (2014). Stage of encounters: Migration, mobility and interaction in the pre-colonial and early colonial Caribbean. World Archaeology, 46(4), 590-609.
Hofman C.L., Hoogland M.L.P., Gijn A.L. (2008). Crossing Disciplinary Boundaries and National Borders. New Methods and Techniques in the Study of Archaeological Materials from the Caribbeam. Crossing the Borders: New Methods and Techniques in the Study of Archaeological Materials from the Caribbean, University of Alabama Press, 1-16.
Izquierdo Díaz G. (2015). Arqueología de Cuba: La comunidad pretribal temprana, Buenos Aires: ASPHA.
Keegan W.F., Rodríguez Ramos R. (2007). Archaic origins of the Classic Tainos. Proceedings of the XXIst Congress of the International Association for Caribbean Archaeology, Trinidad-Tobago, 211-217.
Keegan W.F. (1995). Modeling dispersal in the prehistoric West Indies. World Archaeology, 26(3), 400-420.
Keegan W.F. (1994). West Indian archaeology. 1. Overview and foragers. Journal of Archaeological Research, 2(3), 255-284.
Munizaga J.R. (1987). Deformación craneana intencional en América. Revista Chilena de Antropología, (6), 113-147.
Rivero de la Calle M. (1960). Deformación Craneana en los Aborigenes de Cuba. Estudio Comparativo. VIe Congrès International des Sciences Anthropologiques et ethnologiques, (1), Paris, 252-260.
Rivero de La Calle M. (1966). Las culturas aborígenes de Cuba, La Habana: Editora universitaria.
Rouse I. (1986). Migrations in prehistory: Inferring population movement from cultural remains, Yale University Press.
Siutkina T.A. (2017). A craniometric study of the ancient preceramic population of Cuba. Etnograficheskoe obozrenie, (4), 65-82.
Stewart T.D. (1950). Deformity, trephining, and mutilation in South American Indian skeletal remains. Handbook of South American Indians, (6), 43-48.
Torres Etayo D. (2006). Tainos: Мitos y realidades de un pueblo sin rostro, México: Editorial Asesor Pedagógico.
Weiss P. (1958). Osteología cultural: Prácticas cefálicas, 1, Universidad Nacional Mayor de San Marcos.
Wilson S.M. (2007). The archaeology of the Caribbean, Cambridge University Press.