УДК 342 ББК 67
ИНСТИТУТ ОТЗЫВА ПУБЛИЧНЫХ ДОЛЖНОСТНЫХ ЛИЦ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ
ВЛАДИМИР ИВАНОВИЧ ЧЕРВОНЮК,
профессор кафедры конституционного и муниципального права Московского университета МВД России имени В.Я. Кикотя, доктор юридических наук, профессор
E-mail: v.chervonyuk@yandex.ru
Научная специальность 12.00.02 — конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН
Аннотация. Доказывается преимущество нового подхода к определению оснований отзыва публичных должностных лиц местного самоуправления. Таковым предлагается считать: во-первых, утрату выборным публичным должностным лицом доверия перед избирателями (населением); во-вторых, любое из предусмотренных законом оснований удаления в отставку главы муниципального образования, применяемое в тех случаях, когда представительный орган местного самоуправления по каким-либо причинам не применяет указанные в законе санкции. Вторая группа оснований является субсидарной по отношению к утрате доверия, которое хотя и не является единственным основанием отзыва, тем не менее выступает в качестве приоритетного.Утрата доверия возможна вследствие не только противоправных действий (решений) публичного должностного лица, но и при иных формах его неправового поведения, приобретших публично значимый характер и, в силу этого, порождающих неблагоприятные социально-правовые последствия. Применение данного основания не обременено преюдицией — судебным подтверждением факта неправового поведения, оно может быть зафиксировано как судебным решением, так и в иной юридической форме, в том числе посредством различных форм непосредственного осуществления населением местного самоуправления. Нормативное содержание (фактический состав) утраты доверия определяется с учетом трех критериев: а) специально-юридического, б) социально-экономического и в) этико-психологического, или репутационно-го, каждому из которых соответствуют группы действий соответственно специально-юридического, социально-экономического и профессионально-этического (репутационного) характера.
Ключевые слова: Хартия местного самоуправления, отзыв выборных публичных должностных лиц, основания отзыва, утрата доверия, юридические условия квалификации утраты доверия
Abstract. The article proves the advantage of the new approach to the determination of grounds for recall of public officials of local government. It's supposed to be: firstly, the loss of the elected public official confidence of the constituency (population), and secondly, any of the statutory grounds for the head of the municipality dismissal, which are used in cases when the representative body of local self-government doesn't impose the sanctions, mentioned in the law, for any reason. The second group of reasons is a subsidiary one to the confidence loss, which is not the only ground for recall; nevertheless it's a priority one. A loss of confidence is possible not only as a result of illegal acts (decisions) of a public official, but also in other forms of unlawful behavior, acquired a significant public character and, therefore, produced adverse effects. The use of this ground is not burdened with prejudice — judicial confirmation of the fact of unlawful behavior, it can be fixed as the court decision, and as another legal form, including different forms of direct participation of the population in the local government actions. The normative content (the actual structure) of the confidence loss is determined by taking into account three criteria: a specially-legal, socio-economic, ethical and psychological or reputation, each of which correspond to the special action group, respectively, of the legal, socio-economic and professional ethics (reputation) character.
Keywords: European Charter of Local Self-Government, recall of elected public officials, grounds for recall, loss of confidence, legal conditions of qualification of confidence loss.
Фундаментальные правовые положения, касающиеся учреждения института отзыва публичных должностных лиц1, определены Хартией местного самоуправления (п. 3 ст. 7), Конституцией РФ (ст. 3, 32, 132), правовыми позициями Конституционного Суда РФ, положениями Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (ст. 24, п. 9 ч. 6 ст. 36). В сравнении с ранее действовавшим Федеральным законом от 28 августа 1995 г. № 154-ФЗ, который определял отзыв в качестве необязательной меры ответственности Федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ придал отзыву выборных должностных лиц местного самоуправления юридически обязательную форму: подчеркнуто императивный характер отзыва Закон определяет уже самим названием статьи 24 «Голосование по отзыву...» (справедливости ради, заметим, что данная норма сформулирована уже в 2002 году под влиянием постановления Конституционного Суда РФ от 2 апреля 2002 года № 7-П). Безусловно, заслуживает внимания и конструкция самого института, представленная в упомянутой статье Закона: а) императивно определен порядок инициирования отзыва (ч. 1 ст. 24); б) обязывающая норма (правда, используемый оператор модальности в ней «вправе принимать.» не соответствует характеру позитивного обязывания как способа правового регулирования) содержит установление относительно конкретизации института отзыва в законах субъектов Федерации; бланкетная норма определяет основания отзыва (ч. 2 ст. 24), а равно случаи неприменения отзыва (ч. 2.1 ст. 24); в) императивно определен порядок обнародования итогов голосования (ч. 7 ст. 24)2.
Таким образом, новации анализируемого Закона действительно существенно, по сравнению с ранее действовавшим порядком правового регулирования, усилили формально-юридический контекст института отзыва. Однако если оценивать данный институт с точки зрения социологии конституционного права — его применимость в реальной конституционной практике, — то юридические установления не выглядят столь убедительно. Отдавая должно федеральному законодателю в конструировании института отзыва, следует обратить внимание на обстоятельство принципиальной важности: в реаль-
ной практике, как показывает анализ проблемы, отзыв или не находит применения, или применяется эпизодически.
Даже самый общий взгляд на проблему конституционной ответственности глав муниципальных образований указывает на то, что предпочтение отдается усовершенствованному механизму отрешения главы муниципального образования от должности и введенному Федеральным законом от 07.05.2009 № 90-ФЗ механизму удаления в отставку. Однако такой подход не соответствует природе местного самоуправления, базовым положениям Хартии местного самоуправления (п. 2 ст. 3), а равно Конституции РФ, сформулированным в статьях 3, 12, 32, 130, 132). В частности, согласно части 1 статьи 130 Основного закона страны «местное самоуправление в Российской Федерации обеспечивает самостоятельное решение населением вопросов местного значения.», а в соответствии с частью 2 этой же статьи 130 местное самоуправление осуществляется гражданами путем референдума, выборов, других форм прямого волеизъявления.». Уточним: «другие формы прямого волеизъявления» конкретизированы в главе 5 «Формы непосредственного осуществления населением местного самоуправления и участия населения в осуществлении местного самоуправления» (ст. 22—33) Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ. В этой же связи принципиально важно положение статьи 133 Конституции РФ (закрепляющей перечень основных конституционных гарантий местного самоуправления) о том, что «местное самоуправление в Российской Федерации гарантируется. запретом на ограничение прав местного самоуправления.».
Следовательно, приведенные конституционные императивы во взаимосвязи с положениями частей 2 и 3 Конституции РФ, равно как и тем обстоятельством, что в числе иных мер ответственности выборных публичных должностных лиц отзыв поставлен Федеральным законом от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ на первое место указывают на то, что отзыв выборного публичного должностного лица является важным конституционно-правовым механизмом, обеспечивающим защиту публичных интересов; посредством отзыва граждане в период между выборами могут властно воздействовать на избранных ими представителей в случае существенного
нарушения последними публичных интересов3. Органы местного самоуправления и представленные в их составе публичные должностные лица решают вопросы, обеспечивающие удовлетворение жизненно важных повседневных потребностей человека. От эффективности их работы непосредственно зависит степень комфортности среды обитания человека. Это ставит каждого жителя в очевидную зависимость от деятельности органов местного самоуправления (Е.С. Шугрина). Поэтому именно на этом уровне власти крайне важна реализация идей и принципов прямой демократии. Непосредственная реализация народом своей власти органически присуща местному самоуправлению, без прямого народовластия оно не может существовать. Право отзыва депутата избирателями является одним из средств контроля избирателей за осуществлением публичным должностным лицом своих полномочий, закрепленных законодательством.
Отмеченное, а также то обстоятельство, что право отзыва не может быть использовано для ограничения самостоятельности и инициативы, создания препятствий его законной деятельности, оно используется в случаях, когда невозможны либо исчерпаны иные средства обеспечения деятельности публичного должностного лица, соответствующей закону, вынуждают оценивать качество юридической конструкции голосования по отзыву публичного должностного лица, содержащейся в статье 24 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-Ф3. В соответствии с этим, как представляется, следует оценивать качество самой этой конструкции4.
Как отмечалось, отдельные признаки понятия отзыва федеральный законодатель структурно «встроил» в часть 1 ст. 24: «Голосование по отзыву депутата, члена выборного органа местного самоуправления, выборного должностного лица местного самоуправления проводится по инициативе населения в порядке, установленном федеральным законом и принимаемым в соответствии с ним законом субъекта Российской Федерации для проведения местного референдума, с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Федеральным законом»5. Очевидно, что определенность данной нормы а вместе с этим и конституционный смысл отзыва существенно усилился бы в случае, если
анализируемая норма приобрела характер дефинитивного установления6.
В этой связи представляется предпочтительным законодательно, в тексте части 1 статьи 24 закрепить следующее определение: отзыв выборных публичных должностных лиц представляет собой принудительное досрочное прекращение их мандата путем непосредственного волеизъявления (решения) той части избирателей, которая правомочна наделять данным мандатом7.
Преимущества такого подхода очевидны. Они указывают: а) на квалификацию отзыва в качестве меры конституционной ответственности; б) на зависимость прекращения полномочий выборного публичного должностного лица от воли местного сообщества (части избирателей); в) устраняют неопределенность закона в части определения количества избирателей, необходимого для признания юридической силы принятого на голосовании решения об отзыве.
Несомненно, положительным является закрепление в части 2 анализируемой статьи оснований отзыва. Согласно абз. 1 части 2 ст. 24 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-Ф3 «основания для отзыва депутата, члена выборного органа местного самоуправления, выборного должностного лица местного самоуправления и процедура отзыва указанных лиц устанавливаются уставом муниципального образования».
Достоинства приведенного установления:
(1) устраняется дискреция региональных органов государственной власти в вопросе установления обстоятельств, наступление которых влечет прекращение полномочий публичного должностного лица;
(2) хотя и с технико-юридическими погрешностями, федеральный законодатель все же закрепляет обязывающую муниципальные власти норму относительно закрепления в нормативном тексте устава обстоятельств, исключительно с которыми может быть связано досрочное прекращение полномочий публичного должностного лица.
В то же время обнаруживается и главное упущение конструкции всего института отзыва, текстуально содержащееся в абз. 2 части 1 ст. 24: по замыслу законодателя основания отзыва могут быть связаны с двумя юридическими свойствами: во-первых, действия публичного должностного лица должны иметь
противоправный характер и, во-вторых, нужна пре-юдиция — судебное удостоверение таких противоправных действий. Таким образом, содержащаяся в данной же норме оговорка о том, что основанием рассматриваются только такие противоправные действия (решения), которые подтверждены судебным решением, вступившим в законную силу, как представляются в значительной мере нивелируют ценность данного вида конституционной ответственности. Как известно, особенность конституционной ответственности в том, что в отличие от т.н. криминальных форм юридической ответственности ее объективная сторона далеко не всегда сопряжена с правонарушением; для нее специфична не презумпция невиновности, а, напротив, презумпция вины и др.8. Отсюда вопрос о том, насколько анализируемая законодательная конструкция согласуется с конституционными реалиями остается открытым.
Принципиально важно и другое. Во-первых, если следовать буквальному смыслу нормы абз. 2 части 1 ст. 24, то может возникнуть парадоксальная ситуация: за любое привлечение к административной ответственности, к примеру, главы муниципального образования к ответственности, в случае если он замещает должность главы местной администрации, он может быть отозван избирателями. И, напротив, систематические действия, противоречащие интересам, имеющим местное значение, не являются основанием для отзыва. Значит, если выборное должностное лицо совершает неэффективные действия, скажем, по управлению муниципальным имуществом, принимает решения, которые явно противоречат интересам местного сообщества, при этом имеет место грубое или систематическое нарушение прав и свобод граждан, документально удостоверенное, то это еще не будет выступать юридическим фактом, с которыми закон связывает возбуждение процедуры отзыва.
Во-вторых, законодатель не учитывает того док-тринального положения, что конституционная ответственность может наступать не только за противоправные деяния, решения, но и такие, которые не образуют состава правонарушения. Следовательно, в данном случае имеет место криминализация конституционной ответственности, а вместе с этим и неоправданное сужение нормативного содержания оснований применения механизма отзыва.
В-третьих, в том случае если имеет место подтверждение факта совершения конкретных противоправных решений или действий (бездействия) в судебном порядке, вряд ли целесообразно с материально-финансовой точки зрения применять столь затратную меру конституционно-правовой ответственности к выборному должностному лицу местного самоуправления. Более простым в этом случае оказалось бы, к примеру, удаление главы муниципального образования в отставку и даже его отрешение от должности. Что касается депутатов представительных органов власти, то к ним применение такой меры возможно, поскольку голосование в одномандатном избирательном округе в данном случае больших материальных трат не влечет за собой.
В-четвертых, проведенный контент-анализ показывает, что уставы муниципальных образований либо полностью воспроизводят положения частей 1 и 2 ст. 24 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ9 или же применительно к отзыву глав муниципальных образований включают в них положения, содержащиеся в статье 74.1 этого же Закона и являющиеся основаниями для применения иной меры конституционной ответственности — удаления в отставку10. Значит данный институт не просто конкурирует с институтом отзыва главы муниципального образования, но и законодательно наделен существенными преимуществами. Симптоматично поэтому, что в современных условиях отмечаются эпизодические случаи отзыва выборных публичных должностных лиц, что не отвечает природе форм непосредственного участия населения в управлении делами общества на низовом уровне власти и не согласуется с природой действительного народовластия. Соответственно появление в законодательстве новых видов конституционной ответственности — отрешения от должности, удаления в отставку — не может заменить данного механизма воздействия граждан на властные структуры муниципального уровня.
Представляется, что и законодателю, и правоприменительной практике должны быть предложены методологически новые (инновационные) ориентиры относительно оснований отзыва публичных должностных лиц местного самоуправления, не пересекающиеся с уже имеющимися формами конституционной ответственности, и в наибольшей
степени соответствующие положения Хартии местного самоуправления и конституционным императивам организации местного самоуправления относительно сбалансированного решения комплекса взаимосвязанных задач: защиты таких конституционно-правовых ценностей, как стабильность и непрерывность функционирования публичной власти, осуществляемой в том числе выборными органами и выборными должностными лицами местного самоуправления; обеспечения эффективного управления территориями и обеспечения в их границах конституционных порядков; максимально возможное удовлетворение интересов населения муниципальных образований и др.
В этой связи, думается, что используемый в законодательной практике подход к определению оснований таких видов конституционной ответственности глав муниципальных образований и местных администраций, как отрешение от должности и удаление в отставку, не целесообразно механически заимствовать при конструировании оснований отзыва выборных публичных должностных лиц местного самоуправления. Представляется, что в отличие от указанных видов ответственности правовым основанием отзыва следует признать: во-первых, утрату выборным публичным должностным лицом доверия перед избирателями (населением); во-вторых, любое из предусмотренных ст. 74.1 Федерального закона № 131-Ф3 (в ред. Федерального закона от 07.05.2009 № 90-ФЗ)11 оснований удаления в отставку, применяемое для отзыва в тех случаях, когда представительный орган местного самоуправления по каким-либо мотивам не применяет указанные в ст. 74.1 санкции. Таким образом, вторая группа оснований является своего рода субсидарной по отношению к утрате доверия, которое хотя и не является единственным основанием отзыва, тем не менее выступает в качестве приоритетного основания.
Распространенный в специальной литературе подход, согласно которому «термин «доверие» носит неправовой характер»; формула «утрата доверия» носит общий характер и не конкретизирует причины данной утраты», отсюда «названные причины определяет само население в ходе голосования по отзыву» не представляется убедительным12. Задача теоретической юриспруденции как раз и заключается в том, чтобы формулу «утрата доверия»
перевести на язык права, т.е. придать ей юридическую форму.
Изучение проблемы позволяет сформулировать следующий вывод: главная особенность утраты доверия как основания отзыва заключается в том, что: (1) утрата доверия возможна вследствие не только противоправных действий (решений) публичного должностного лица, но и при иных формах неправового поведения; утрата доверия, таким образом, предполагает неправовое поведение публичного должностного лица, приобретшего публично значимый характер и, в силу этого, порождающего неблагоприятные правовые последствия (2) применение данного основания не обременено преюдицией — судебным подтверждением факта неправомерного поведения; неправовое поведение публичного должностного лица может быть зафиксировано как судебным решением, так и в иной юридической форме.
Представляется, что под утратой доверия как основанием отзыва следует понимать общую неудовлетворенность избирателей деятельностью выборного публичного должностного лица, обусловленную такими причинами, как неэффективное использование властных ресурсов для достижения целей управления, т.е. неиспользование вытекающих из должностного статуса прав и неисполнение служебных обязанностей, или систематическое уклонение от осуществления своих обязанностей, предусмотренное уставом муниципального образования, уклонение от отчетов перед избирателями, рассмотрения их обращений. Это также отрицательная оценка результатов деятельности главы муниципального образования хотя бы двумя фракциями (депутатскими объединениями) в представительном органе местного самоуправления, сформулированная по результатам ежегодного отчета главы муниципального образования.
Как представляется, для определения нормативного содержания (фактического состава) утраты доверия применимы три следующих критерия: во-первых, специально-юридический, связанный с юридической оценкой действий (решений) выборного публичного должностного лица и наступившими в результате последствиями, затрагивающих права и интересы как отдельных граждан, так и местного сообщества (или избирателей в границах опреде-
ленного округа); во-вторых, социально-экономический, обусловленный степенью рациональности, или эффективности поведения публичного должностного лица, его профессиональной способностью (компетенционной культурой) распоряжения организационно-материальными ресурсами в интересах местного сообщества и территории; для депутата — это характер использования им правовых рычагов в целях социально-экономического развития территории и реализации социальных, экономических и культурных прав избирателей; в-третьих, этико-психологический, или репутационный, обусловленный нравственно-психологической составляющей поведения публичного должностного лица. В этом смысле совершение действий, порочащих звание публичного должностного лица (корпоративного кодекса чести) также является основанием для отзыва.
Каждому из этих критериев соответствуют группы действий соответственно специально-юридического, социально-экономического и профессионально-этического (репутационного) характера. Все такого рода деяния (действия, бездействие, решения) имеют публично значимый характер, могут приобретать ту или иную юридическую форму и вследствие этого квалифицируются в качестве основания для досрочного прекращения полномочий публичного должностного лица путем его отзыва.
Юридически значимый, публично-правовой характер подобные действия приобретают в силу должностного положения носителя этих действий. Признание их достаточными для квалификации в качестве оснований отзыва предполагает привлечение различных, предусмотренных Конституцией РФ и Федеральным законом от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ, конституционно-правовых форм. Следовательно, наряду с основанием отзыва необходимо различать его юридические условия, соблюдение которых гарантирует конституционность отзыва.
Юридические условия применения отзыва многообразны, охватываются нормативным содержанием главы 5 Федерального закона № 131-ФЗ и предполагают ряд закрепленных в ней конституционно-правовых форм непосредственного осуществления населением местного самоуправления. Значит, приобретшее публично значимый характер неправовое поведение главы муниципального образования или
депутата представительного органа муниципального образования должно получить публичную оценку населения муниципального образования (избирательного округа) посредством: а) предварительного обсуждения данного вопроса на собрании граждан или на конференции граждан (собрании делегатов) и принятия на них специального обращения (ст. 29, 30); б) путем проведения опроса среди населения муниципального образования (избирателей округа) и обнародования его результатов (ст. 31); в) посредством других форм непосредственного осуществления населением местного самоуправления и участия в его осуществлении: обсуждение проблемы в СМИ; непосредственное обращение граждан и их объединений в суды о возбуждении административного производства в отношении решений действий (бездействий) органов местного самоуправления и их публичных должностных в соответствии с частями 1 и 2 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства РФ либо инициирования обращений в суды по этому же поводу органов государственной власти, Уполномоченных по правам человека в РФ и в субъекте Федерации, иных органов, организаций и лиц, а также прокурора) с административными исковыми заявлениями (часть 4 ст. 218 КАС РФ). Эти предварительные решения должны иметь преюдициальное значение, точно так же как и судебные решения. Приоритет одному из этих условий должен определять инициатор отзыва на основе прямого указания на то в муниципальном правовом акте. С этим обстоятельством должна быть связана возможность возбуждения вопроса относительно отзыва выборного должностного лица местного самоуправления.
На действенность института отзыва, кроме собственно юридических характеристик, т.е. его качества, оказывают существенное влияние и факторы метаюридического свойства. Среди них наиболее значимое, если не сказать решающее, влияние оказывает тип (вид) избирательной системы, применяемой при проведении выборов депутатов представительных органов местного самоуправления. Так, согласно части 2.1. ст. 24 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ (часть 2.1 введена Федеральным законом от 20.03.2011 № 38-ФЗ) в случае, если все депутатские мандаты или часть депутатских мандатов в представительном органе муни-
ципального образования замещаются депутатами, избранными в составе списков кандидатов, выдвинутых избирательными объединениями, отзыв депутата не применяется13.
Не представляется убедительной в этой связи и позиция Конституционного Суда РФ, представленная в Определении от 1 июня 2010 года № 830-О-О. Рассматривая вопрос о возможности применения на выборах в представительные органы муниципального образования первого созыва вновь образованных муниципальных образований вместо мажоритарной избирательной системы полностью пропорциональной избирательной системы Конституционный Суд РФ в упомянутом Определении от 1 июня 2010 года № 830-О-О не признал такое регулирование нарушением конституционных прав граждан избирать и быть избранными в представительные органы местного самоуправления14.
Несмотря на внесенные в статью 23 Федерального закона № 131-ФЗ в марте 2011 года поправки, согласно которым не менее половины депутатских мандатов в избираемом на муниципальных выборах представительном органе муниципального района, городского округа с численностью 20 и более депутатов распределяются в соответствии с законодательством о выборах между списками кандидатов, выдвинутыми политическими партиями (их региональными отделениями или иными структурными подразделениями), пропорционально, проблему нельзя считать полностью решенной15. Если учесть императивное положение Хартии местного самоуправления о том, что «осуществление публичных полномочий, как правило, должно преимущественно возлагаться на органы власти, наиболее близкие к гражданам» (части 3 статьи 4), то обстоятельство, что политические партии не могут учреждаться на местном уровне, то можно с достаточной долей вероятности предположить, что применяемая на муниципальном уровне пропорциональная система представительства не способствует формированию органов «наиболее близких к гражданам»; равно как и то, что отсутствие возможности местного сообщества при необходимости использовать механизм отзыва к отдельным депутатам ослабляет контроль институтов гражданского общества над публичной властью и выборными публичными должностными лицами.
1 Действующее конституционное законодательство, равно как и законодательство о местном самоуправлении, не использует объединяющего всех наделенных властными полномочиями субъектов права в данной сфере термина «публичные должностные лица местного самоуправления», предпочитая этому посредством применения т.н. казуального способа конструирования норм права (в отличие от абстрактного) перечисление всех занятых в сфере местного самоуправления такого рода субъектов. В частности, ст. 71 Федерального закона № 131-ФЭ (в ред. Федерального закона от 27.12.2009 № 365-ФЗ) обозначается, как «ответственность органов местного самоуправления, депутатов, членов выборных органов местного самоуправления, выборных должностных лиц местного самоуправления перед населением». Мы же будем исходить в данной публикации из обоснованного в конституционно-правовой доктрине термина «публичные должностные лица» (см. об этом: Червонюк В. И. Публичные власти и публичные должностные лица как субъект ответственности в современных конституционных системах // Вестник Московского университета МВД России Вестник Московского университета МВД России. 2010. № 10. С. 41—51).
2 См.: Собрание законодательства РФ. 2003. № 40. Ст. 3822.
3 АлехичеваА.В. Правовое регулирование института отзыва депутата, должностного лица // Журнал российского права. 2006. № 8. С. 144; СизыхЮ.А. Отдельные аспекты целесообразности использования оценочных понятий в процедуре отзыва высшего должностного лица субъекта Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2014. № 6.
4 Характер и объем публикации не позволяет нам обратиться к анализу фундаментальных общетеоретических концептов «юридическая конструкция» и «качество закона», использование основных концептуальных характеристик этих феноменов будет заимствовано из работ: Червонюк В.И. : Структура права: закономерности формирования и развития (в девяти выпусках). Выпуск девятый. Юридические конструкции как компонент структуры права и способ правового мышления (в трех частях). Часть третья. Юридические конструкции как структурообразующий компонент права и способ законодательствования // Вестник Московского университета МВД России. 2014. № 7. С. 106—111; Он же: Качество закона: современная концепция и проблемы демократизации // Юридическая техника. 2014. № 8. С. 488—503.
5 Цитируемая часть ст. 24 Закона с технико-юридической точки зрения изложена не корректно. Последние одиннадцать слов в предложении законодательного текста оказываются излишними, по своему смыслу относятся не к голосованию по отзыву, а к голосованию населения по вопросам изменения и преобразования границ муниципального образования; соответственно эта часть законодательного текста структурно и текстуально полностью охватывается содержанием части 5 статьи 24, т.е. воспроизводится данным установлением.
6 На недопустимость неопределенных оснований отзыва всенародно избранных лиц указывает позиция Конституционного Суда РФ, выраженная в Постановлении Конституционного Суда от 02.04.02 № 7-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений Закона Красноярского края «О порядке отзыва депутата представительного органа местного самоуправления» и Закона Корякского автономного округа «О порядке отзыва депутата представительного органа местного самоуправления, выборного должностного лица местного самоуправления в Корякском автономном округе», пунктом 2 которого признаются не соответствующими Конституции РФ положения указанных законов, поскольку они допускают применение отзыва вне связи с конкретными решениями или действиями (бездействием), которые могут быть подтверждены или опровергнуты в судебном порядке (см.: Вестник Конституционного Суда РФ. 2002. № 8).
7 Такое понимание фундаментального понятия согласуется с ранее уже предложенным подходом (см.: ВиноградовВ.А. Понятие и особенности конституционно-правовой ответственности: проблемы России, опыт зарубежных стран. М., 2003. С. 96).
ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ
8 См.: Червонюк В.И. Современная концепция конституционной ответственности // Конституционное и муниципальное право. 2010. № 11.С. 8—13.
9 См., напр.: Устав городского округа Домодедово Московской области (в ред. решений Совета депутатов городского округа Домодедово МО от 05.10.2006 № 331/63, от 20.04.2007 № 1-4/12, от 14.12.2007 № 1-4/69, от 28.08.2009 № 1-4/212, от 16.07.2010 № 1-4/303, от 04.02.2011 № 1-4/358, от 20.10.2011 № 1-4/402, от 08.11.2012 № 1-4/490, от 22.08.2013 № 1-4/532, от 25.07.2014 № 1-4/603, от 27.04.2015 № 1-4/652).
10 См., напр.: Устав муниципального образования «Городское поселение им. Воровского Ногинского муниципального района Московской области» (в ред. решений Совета депутатов городского поселения им. Воровского Ногинского муници-
пального района МО от 23.04.2009 № 32/2009-рс, от 30.12.2009 № 82/2009-рс, от 03.06.2010 № 46/2010-рс, от 01.11.2010 № 79/2010-рс, от 11.08.2014 № 53/2014-рс, от 23.04.2015 № 10/2015-рс).
11 См.: Собрание законодательства РФ. 2009. № 19. Ст. 2280.
12 Кокотов А.Н., Саломаткин А.С. Муниципальное право: Учебник. 2-е изд., перераб и доп. М.: Юристъ, 2007. С. 321.
13 См.: Собрание законодательства РФ. 2011. № 17. Ст. 2310.
14 См.: Вестник Конституционного Суда РФ. 2010. № 3.
15 Считается позитивным то обстоятельство, что согласно положениям частей 6—8 статьи 35 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ представительные органы с числом депутатов менее 20 человек действуют в основном в городских и сельских поселениях.
УДК 347.1 ББК 67.404
К ВОПРОСУ ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ТРАНСПОРТНОГО СРЕДСТВА КАК ОБЪЕКТА ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА
ЛЮДМИЛА НИКОЛАЕВНА МЕНЯЙЛО,
доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин Белгородского юридического института МВД России имени И.Д. Путилина
(Бел ЮИ МВД России имени И.Д. Путилина), кандидат педагогических наук
E-mail: m.lyudmila.78@mail.ru; ИРИНА ВИКТОРОВНА ТИЩЕНКО,
старший преподаватель кафедры гражданско-правовых дисциплин Белгородского юридического института МВД России имени И.Д. Путилина
(Бел ЮИ МВД России имени И.Д. Путилина), кандидат юридических наук
E-mail: tishhenkirina@ya.ru; ЮЛИЯ АЛЕКСАНДРОВНА ИВАНОВА, доцент кафедры гражданского и трудового права гражданского процесса Московского университета МВД России имени В.Я. Кикотя, кандидат юридических наук
E-mail: julia-ivanova-77@yandex.ru
Научная специальность 12.00.03 — гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН
Аннотация. Проводится анализ понятия транспортного средства с точки зрения действующего законодательства. Авторы приводят различные взгляды на данное определения, связывая его с источником повышенной опасности. В статье предпринята попытка дать собственное определения транспортного средства с гражданско-правовой точки зрения, а также выделить его признаки как источника повышенной опасности.
Ключевые слова: транспортное средство, источник повышенной опасности, объект гражданского права.
Abstract. In this article the analysis of the concept vehicles from the point of view of existing legislation. The authors present different views on this definition, linking it to a source of danger. In article attempt to give their own definition of vehicle from a civil law point of view, as well as to highlight its characteristics as a source of increased danger.
Keywords: the vehicle, a source of increased danger, the object of civil law.
С позиции гражданского законодательства — ся к движимому имуществу, а с точки зрения деликт-транспортное средство (автомобиль) всегда относил- ного права — к источнику повышенной опасности.