Научная статья на тему 'Иностранные источники «Синопсиса Киевского»'

Иностранные источники «Синопсиса Киевского» Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
83
50
Поделиться
Ключевые слова
"СИНОПСИС КИЕВСКИЙ" / ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК / ТЕКСТОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ / "SYNOPSIS KIEVSKIY"

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Сычева Мария Борисовна

Предмет исследования история создания первой печатной книги по отечественной истории -«Синопсиса Киевского». В результате проведенного текстологического анализа автор статьи приходит к выводу о характере использования при создании «Синопсиса Киевского» целого ряда иностранных источников, подтверждая тезис о том, что хроника М. Стрыйковского главный его источник. 167 Доказывается также факт непосредственного обращения автора «Синопсиса Киевского» к сочинениям Д.Ботера, М. Бельского, А.Гваньини.The subject of the study is the history of creating of the first printed book about the history of our country-Synopsis Kievskiy. As a result of the textual analysis the author comes to the conclusion that a whole number of foreign sources was used in creating of Sуnopsis. It was corroborated that the main source was the chronicle of Striykowskie. It was also proved that the author of Sуnopsis directly used the material of the compositions of Giovanni Botero, Martin Belskiy, Alexander Gvanini.

Текст научной работы на тему «Иностранные источники «Синопсиса Киевского»»

УДК 94(47+57) "15-16"(093.2)

М. Б. Сычева

ИНОСТРАННЫЕ ИСТОЧНИКИ «СИНОПСИСА КИЕВСКОГО»

«Синопсис Киевский»—одно из наиболее известных исторических произведений XVII в. Благодаря переизданиям и доступной форме изложения «Синопсис» получил широкое распространение и завоевал популярность у читателей. Неоднократно использовался он и для создания других исторических и литературных произведений. Но в качестве первоисточника он нередко вызывал критику: слишком много в нем обнаруживалось искажений и несоответствий летописям. Источник появления искажений усматривали в использовании автором «Синопсиса» иностранных сочинений, в частности польских хроник, которые, судя по ссылкам, широко привлекались при создании «Синопсиса». Среди своих иностранных источников «Синопсис» называет такие сочинения, как произведения М. Стрыйковского, Д. Ботера, М. Бельского, Я.Длугоша, М. Меховского, А. Гваниньи, Ц. Барония. Современные исследователи не склонны безусловно доверять этому списку авторов, считая, что круг использованных автором «Синопсиса» иностранных источников более скромен [5. С. 290-291; 3. С. 23; 9. С. 54]. Насколько справедливы эти утверждения?

Чаще всего автор «Синопсиса» ссылается на хронику М. Стрыйковского «Kronika Polska, Litewska, Zmodzka y wszystkiey Rusi». Исследователи согласны с этим и подтверждают факт непосредственного обращения автора «Синопсиса» к хронике польского историка. Почему именно хронике Стрыйковского автор «Синопсиса» более всего доверял и почему чаще всего ссылался на этот источник? Исследователи высказывали следующие мнения на этот счет. С. Л. Пештич отметил, что «использовать готовый и обработанный материал по русской истории польского автора было доступнее и проще, чем производить самостоятельные изыскания» [5. С. 288]. Хроника Стрыйковского — одно из первых иностранных произведений, где сведения по истории Древней Руси выделены в отдельный блок, а не разбросаны среди других сообщений. Этот блок охватывает период от Кия, Щека и Хорива до Ярополка Владимировича Мономаха включительно. Соответствующие сведения представлены в четвертой, пятой и частично шестой книгах хроники (всего в хронике Стрыйковского их 25). Кроме того, следует отметить и такие черты указанного сочинения, как аполитичность: на страницах хроники Стрыйковского фигурируют различные народы (литовцы, поляки, руссы, пруссы и др.), но автор относится к ним достаточно ровно, не отдавая предпочтения кому-то одному.

Каким же образом автор «Синопсиса» использовал сочинение? Для того чтобы определить это, нужно вспомнить, что же его интересовало и какой была основная тема «Синопсиса». Слово «синопсис» в переводе с греческого языка означает «краткое сочинение», «краткий рассказ». Тем не менее, несмотря на краткость, сжатость изложе-

© М. Б. Сычева, 2009

ния, здесь четко просматривается позиция автора. Как уже неоднократно указывалось в исторической литературе, главным героем «Синопсиса» является Киев: его судьба, политический статус — столица «киевского самодержавства», княжество, воеводство и возвращение в «российское самодержавство». В связи с этим автора «Синопсиса» интересуют также правители Киева на всем протяжении его истории. Судьба Киева тесно переплетается и с судьбой православной церкви и, в частности, Киево-Печерской Лавры. Таким образом, хроника Стрыйковского смогла предоставить достаточно материала, который был использован при создании «Синопсиса». Причем автор «Синопсиса» заимствует не просто отдельные фактические материалы, но и «саму манеру, подчас и схему изложения» Стрыйковского, на что уже обращал внимание А. И. Рогов, исследователь хроники Стрыйковского [7. С. 301-302]. Под манерой и методом А. И. Рогов понимал следующее: аналогичные пропуски летописных фактов в «Синопсисе» и у Стрыйковского; приведение различных свидетельств об одних и тех же событиях; пространные стихотворные и полубеллетристические описания сражений. Перечень Рогова относительно использования автором «Синопсиса» хроники Стрыйковского можно продолжить. Как показывает сравнение, это не просто заимствование метода, манеры и отдельных фактических материалов по определенному принципу. Материалы, заимствованные у Стрыйковского, составили канву, основу «Синопсиса», которую автор «Синопсиса» дополнил сведениями из других источников, прежде всего летописных, важных для его сочинения, но отсутствующих у Стрыйковского. Дополняет автор «Синопсиса» Стрыйковского прежде всего именами, материалами, связанными с религией (и языческой, и христианской), топографическими указаниями (связанными с Киевом и Киевской землей). Таким образом, хроника Стрыйковского стала не просто одним из источников «Синопсиса», а основным его источником. Поэтому совершенно справедливо утверждение С.Л.Пештича, оценившего роль хроники Стрыйковского при создании «Синопсиса» как «путеводителя по русской истории» [5. С. 289].

Теперь уточним, как автор «Синопсиса» использовал материалы Стрыйковского. Можно выделить следующие варианты: цитаты и пересказ материалов хроники своими словами. По многим идеологически и политически важным вопросам «Синопсис» говорит именно словами Стрыйковского. Заимствует он и хронологию Стрыйковского за исключением нескольких случаев.

Особого внимания заслуживает блок, посвященный Владимиру Святославичу. Правление этого князя любопытно не только тем, что он наиболее интересен автору «Синопсиса», но и в логике рассматриваемой нами темы — использования хроники Стрыйковского при написании этого произведения. Как мы уже отмечали, автор «Синопсиса» либо напрямую цитирует Стрыйковского, либо передает его материал своими словами. В случае с Владимиром Святославовичем «Синопсис», несмотря на наличие у Стрыйковского необходимого материала, в ряде случаев предпочитает черпать информацию из других источников. Например, когда он говорит о семье князя Владимира, то предпочитает вариант Густынской летописи и Жития князя Владимира: там указано большее количество жен и детей [8. С. 47; 18. С. 132-133; 6. С. 38; 1. С. 94]1. Но особенно поправляет автор «Синопсиса» Стрыйковского в рассказе о крещении князя и Руси. Сообщая о приходе различных послов к князю, «Синопсис» не следует за Стрыйковским в рассказе о греческих послах. Согласно Стрыйковскому, сначала киевляне побывали в Константинополе, и лишь потом оттуда приезжает посольство, чтобы познакомить Владимира с православием. «Синопсис» берет вариант летописей: сначала греческие

1 Житие князя Владимира, помещенное в качестве приложения к книге «Выклад о церкви и церковных речах». Унев, 1670.

послы прибывают в Киев, и лишь после этого посольство отправляется в Византию [18. С. 135-136; 8. С. 54-55]. Не соглашается автор «Синопсиса» и с местом, где было совершено крещение: не Днепр, а река Почайна [18. С. 140; 8. С. 64]2. Автор «Синопсиса» корректирует Стрыйковского и при описании обряда крещения: у Стрыйковского тех, кого крестили, обливали водой и каждой группе крещенных давали особое имя; в «Синопсисе» (согласно православному канону) тех, кого крестили, погружали в воду, и каждому, а не группе людей, давали имя [8. С. 64]; [18. С. 140]. Иной вариант предпочитает автор «Синопсиса» при описании распространения православия в русских землях, а точнее, при описании назначения в разные города церковных иерархов. Приводит он его в формулировке Густынской летописи или Жития князя Владимира, хотя в хронике Стрыйковского есть соответствующее сообщение [8. С. 71-72; 18. С. 132; 6. С. 45; 4. С. 106-107].

Какие «ошибки» «Синопсиса» происходят из хроники Стрыйковского, а какие привнесены самим автором? У Стрыйковского «Синопсис» позаимствовал следующие сообщения: 1) год основания Киева — 431 [18. С. 396; 8. С. 17]; 2) варяги по происхождению славяне [8. С. 20; 18. С. 116-117]; 3) город Хорива стали называть позднее Вышгород [18. С. 115; 8. С. 17]; 4) у Кия, Щека и Хорива были гетманы Радим, Вятко и Дулеп [18. С. 115; 8. С. 17]; 5) Аскольд и Дир — потомки Кия, Щека и Хорива [18. С. 115; 8. С. 18]; 6) Новгородский князь Гостомысл (летописи называют его старейшиной) [18. С. 117;

8. С. 19-20]; 7) Ольга — правнучка Гостомыслова [18. С. 121; 8. С. 25]; 8) печенеги приходят на Киев с той стороны, где Литва и Жмудь [18. С. 126; 8. С. 34]; 9) Рогволд и Рогнеда — псковские князья [18. С. 130-131; 8. С. 39]; 10) перенесение столицы из Киева во Владимир при Владимире Святославиче [18. С. 132; 8. С. 57, 71]; 11) закладка Владимиром двух храмов в Киеве — св. Спаса и св. Василия [18. С. 141; 8. С. 69] (летописи указывают только один из них); 12) Золотые ворота в Киеве были повреждены при Ярославе [18. С. 173; 8. С. 79] (согласно летописям — при сыне Ярослава Изяславе, при Ярославе только построены); 13) Ярославичи и их родственник—«брат»—полоцкий князь Вышеслав Брячиславович [18. С. 180; 8. С. 18] (летописи называют его Всесла-вом Брячиславичем и о таком близком родстве, которое указывает Стрыйковский, не знают); 14) Ярославичи и их междуусобицы: когда автор «Синопсиса» приводит двойное развитие событий [18. С. 185-192; 8. С. 82-86]; 15) происхождение царских регалий из Крыма [18. С. 210-211; 8. С. 88-89]; 16) пленение Ярополка Владимировича поляками [18. С. 212-220; 8. С. 93-94];17) князь Игорь —сын черниговского князя Всеволода Олеговича [18. С. 221; 8. С. 95] (по летописям — брат).

Заимствует автор «Синопсиса» из хроники Стрыйковского и хронологию за исключением двух случаев: автор «Синопсиса» прибегает к иному источнику при описании событий середины XII в., в частности, при указании дат смертей князей Изяслава Мсти-славича и Юрия Долгорукого [18. С. 224, 226; 8. С. 95-96].

В «Синопсисе» есть ряд сведений, которые, судя по всему, являются либо самодеятельностью автора, либо заимствованы не из иностранных источников: основание княгиней Ольгой церкви святого Николы [8. С. 23, 33]; Святослав Игоревич при получении дани от византийцев берет не только оружие, но и паволоки [8. С. 36]; место, куда бежит Ярополк от Владимира, —город Городень на Суле [8. С. 40] (летописи называют Роден на Роси); путается автор «Синопсиса» и в вопросе, при каком константинопольском патриархе крестился Владимир Святославич: при Фотии, Сергие, Николе Хризоверхе [8. С. 35, 58, 63, 68, 71], Владимир везет мощи святых, одним из которых

2Почайну в качестве места крещения киевлян указывает Житие князя Владимира [4. С. 103, 284— 298].

является св. Агафаггел [8. С. 63]3 (летописи вместо него указывают св. Тита или св. Фифа).

Что касается ссылок на Стрыйковского в «Синопсисе», то они совпадают за исключением несколько случаев. Первое несовпадение обнаруживается при рассказе о семье Владимира Святославича. «Синопсис» ссылается здесь на Стрыйковского. У польского хрониста действительно имеется соответствующий материал, но «Синопсис» это сообщение приводит в формулировке Густынской летописи или Жития князя Владимира (ссылки на летопись в данном случае нет) [18. С. 132-133; 8. С. 47; 6. С. 38]. Второе несовпадение — в рассказе о происхождении царских регалий. «Синопсис» приводит две версии. Одну из них он действительно берет у Стрыйковского — о происхождении царских регалий из Крыма. Вторая, та, которую знают и русские летописи, — о присылке регалий из Византии. В данном случае «Синопсис» тоже ссылается на Стрыйковско-го, хотя у польского хрониста этого материала нет. Само сообщение позаимствовано в Густынской летописи [8. С. 89-92; 18. С. 210-211; 6. С. 74-75]. Возможно, что не у Стрыйковского (несмотря на указание ссылки) позаимствовал «Синопсис» и легенду об «освобождении Белгорода кисилем», так как здесь слишком много несоответствий и дополнений по сравнению со Стрыйковским [8. С. 49-50; 18. С. 133; 6. С. 47].

Как обстоит дело с другими иностранными авторами, чьи имена приводит автор «Синопсиса» на страницах своего сочинения: использовал ли он их в своем сочинении или просто позаимствовал ссылки у Стрыйковского и в Густынской летописи, в чем сходится большая часть исследователей?

При составлении глав «О трехъ частехъ света» автор «Синопсиса», судя по ссылкам, воспользовался произведением итальянского писателя-гуманиста Джованни Бо-тера, автора сочинений по истории, географии, юриспруденции, урбанистике. В данном случае был использован краткий географический обзор «Ье ге1айош ишуегеаИ», который был достаточно популярен и неоднократно переиздавался еще при жизни автора. Позднее эта книга была переведена на польский язык и напечатана в 1611 г. А. Ю. Мыцык предположил, что автор «Синопсиса» мог воспользоваться при работе над указанными главами как раз этим польским изданием [3. С. 23]. Хотелось бы согласиться с этим предположением, тем более, что на польское издание указывает сам автор «Синопсиса». В главе, посвященной Африке, автор «Синопсиса» объясняет происхождение слова «Африка» и указывает, что в переводе с «польского» оно обозначает «отвертая, отворенная»; у самого Ботера, сочинение которого было напечатано на итальянском языке, нет указания на язык, с которого дается перевод [12. С. 5]. Поэтому можно предположить, что автор «Синопсиса» воспользовался в данном случае именно польским изданием книги.

Всего один раз среди своих источников «Синопсис» упоминает сочинение Мартина Бельского «Кгошка wssytkiego 8-та1а». Ссылка на него приводится в главе «О народе сарматскомъ и о наречии его»[8. С. 8]. Эта единственная ссылка, по видимому, не привлекла внимание исследователей к этому сочинению, тем более, что соответствующие ссылки на Бельского и соответствующие материалы есть и в основных источниках «Синопсиса» — хронике Стрыйковского и Густынской летописи, и можно предположить, что материал вместе со ссылками автор «Синопсиса» позаимствовал из какого-то из этих источников. Но, как показывает сравнение, это не так. У Стрыйковкого автор «Синопсиса» мог позаимствовать только часть текста, в которой рассказывается о происхождении слова «сарматы» [18. С. 93; 8. С. 9]. Ее он дословно повторяет со слов

3Имя этого святого приводит также Житие князя Владимира [4. С. 102].

Бельского [11. С. 230]. Но в первой части этой главы, где речь идет о Сарматии как о географическом понятии, оно трактуется иначе, чем у Стрыйковского. Автор «Синопсиса» сообщает, что существуют две Сарматии — Европейская и Азиатская, каждую из которых населяли определенные народы, соответственно европейские и азиатские [8. С. 8-9]. Стрыйковский тоже знает подобную версию. Но в отличие от своих предшественников, согласных с мнением Бельского, Стрыйковский считал, что Сарматия как географическое понятие — единая территория: сначала ее населяли скифы и татары, затем пришли славенороссийские народы и вытеснили их оттуда [18. С. 2б1—2б2]. Соответственно эту часть главы автор «Синопсиса» позаимствовал не у Стрыйковского.

Автор Густынской летописи согласен с Бельским, но формулирует сам материал несколько иначе, чем в «Синопсисе» и у Бельского. Поэтому обращает на себя внимание схожесть вариантов хроники Бельского и Синопсиса.

«Синопсис»: Єавромацїи или Caрмaцiи, страна ест вся в той же Европп тре-теи части свпта жрє6ія Афетова: обаче сугуба ест едина скифска идеже нынп сидятъ скифи или татаре, вторая идеже Мwсквa, Русь, Пыляки, Литва, Прусы и прочии ілбитают. Caвромaци прозвася греческ wт нaрwдa имуща подобіе ехидных ли ящурчих очес; ибо ехидна гречески сабротъ, а окw wммa нарицается. Облаче толиким страннымъ наречиемъ неконечнп естество очесъ, но паче страхъ и мужество wтвa-го нaрwдa сармацкогіл изъобразуется: зане прежде вся земля wтсихъ трепеташе [8. С. 8—9].

Хроника Мартина Бельского: Sauromaciej krdind jest wssytka w Europie trze-cycey ctesci swiata . . . Jest tez dwoya Sauromacia / jedna Scitiyska w ktorej Tatarowye Zawolczcy albo Aziaticcy: druga Europska / w ktorey my sie dzimy / Moskwa /Rus /Litwa/ Prussacy/ Pomorzanye /Waiassy /Gotty/ Alani y Tatarowye . . . Przeznane yest po Grecku Saurmdcia od ludzi z Jasscszorczemi oczyma / bo Sauros po Grecku Jassczorka / om ma oko. Moze sie tez rozymyec od strdszliych ludzi bo przed tymi luddmi wssytka zyemya drzaia. . . »» (Єавромация, страна есть в Европе третьей части света. . . Есть две Єавроматии — одна скифская, в которой татары заволжские или азиатские, другая европейская, в которой мы, москва, русь, литва, пруссы, поморжане, валахи, готы, аланы и татары. . . прозванные по-гречески сарматами от людей с глазами ящерицы, так как “са-урос” по-гречески “ящерица”, а “ом ма” — “глаз”. Можно также предположить, что от страшливых людей, ибо перед теми людьми вся земля дражала. . . ) [11. С. 230].

Густынская летопись: ... двп суть Єармации: едина Асъсийская, а другая наша Европъская. Ассийская Єармация, за рпкою московскою Дономъ. . . Другая Єар-мация Европъская, на ней же нарды христианские живутъ. Вопервыхъ по сей стране Дону от запада Москва, Русь, Литва, Пруссы, Ляхи, Поморяне, Гофи . . . Аляне, Волохи и Татары... Грецы их для тиранства Caвромaты нарицаху, си есть родъ со ехидними очима, понеже SaPpoc значить ехидну, а ы^а — око. . . [б. С. 15—1б, 27].

Таким образом, есть основания предположить, что в данном случае автор «Синопсиса» напрямую обратился к хронике Бельского либо воспринял этот материал через другой источник, цитирующий указанное сочинение, но в любом случае — вне зависимости от Густынской летописи и хроники Стрыйковского. Скорее всего, при составлении «Синопсиса» вряд ли привлекались хроники Я. Длугоша, М. Меховского и Ц. Барония. Все ссылки на Длугоша и Меховского были заимствованы через хронику Стрыйковского. «Синопсис» повторяет также формулировки ссылок Стрыйковского. Но встречаются

и ошибки. Описывая военные походы князя Святослава Игоревича, «Синопсис» приводит на полях ссылку на хронику Длугоша, указывая также книгу, главу и лист его сочинения, откуда мог бы быть позаимствован материал, но эти данные относятся не к сочинению Длугоша (как указывает «Синопсис»), а к хронике Меховского [8. С. 34; 17. С. 24], имя которого приводит Стрыйковский с соответствующей ссылкой, но опускает «Синопсис». Ошибка, по-видимому, объясняется заимствованием ссылки через другие источники. Кроме того, рассказывая об Аскольде и Дире, в частности, утверждая, что они потомки князя Кия, автор «Синопсиса» пишет, что их как наследников знает только один летописец — Стрыйковский, но в этом же качестве их указывают также Длугош и Меховский [8. С. 18; 18. С. 115; 17. С. б]. Любопытно, что в этом вопросе сам Стрый-ковский ссылается на сочинения Длугоша, Меховского и Кромера ( Мартин Кромер знает имена Аскольда и Дира, но о том, кем они приходились Кию, ничего не говорит). Автор «Синопсиса» по какой-то причине предпочел в данном случае ссылки на этих авторов опустить.

Гораздо чаще «Синопсис» ссылается на сочинение М. Кромера «De regine et rebus gestis polonorum libri XXX». Многие ссылки на этого автора находят аналогии либо у Стрыйковского, либо в Густынской летописи, но также имеются несоответствия в ссылках. Рассказывая о крещении россов до Владимира Святославича автор «Синопсиса» приводит рассказ о доказательстве истинности православной веры чудом — положением в огонь Евангелия, которое, находясь в огне, не сгорало. Здесь автор «Синопсиса» приводит ссылку на Кромера, но сам Кромер подобного сообщения не знает. Материал и ссылку на Кромера автор «Синопсиса» мог позаимствовать в Густынской летописи. Но в этой летописи указанная ссылка относиться не к сюжету о Евангелии, а к предыдущему сообщению — сообщению о крещении славян при патриархе Фотии и императоре Василии Македоняне, которое действительно имеется в хронике Кромера [б. С. 41—42; 1б. С. 43; 8. С. б7].

Одну ссылку на Кромера автор «Синопсиса», возможно, поставил сам: в рассказе о семье Владимира Святославича, там, где среди детей князя упоминается его дочь Мария, ставшая женой польского короля Казимира Первого. Само сообщение, судя по формулировке, было позаимствовано либо из Густынской летописи, либо из Жития князя Владимира, но они ссылок на источники не приводят. Сам автор «Синопсиса» здесь ссылается на сочинения М. Кромера и А. Гваньини. Возможно, эти ссылки автор «Синопсиса» позаимствовал все же из Густынской летописи, но из другого сообщения, где рассказывается более подробно об обстоятельствах брака Марии и Казимира [8. С. 47; б. С. 75], хотя само сообщение о браке в «Синопсисе» не приводится. Во всяком случае, факты ссылок без приведения самого сообщения в «Синопсисе» встречаются и раньше. В главе « О казарахъ» «Синопсис» сообщает об этом народе только, то что он был побежден князем Святославом и указывает две ссылки на Стрыйковского. Одна из ссылок действительно относится к этому сообщению. Вторая ссылка тоже относится к сообщению о казарах (рассказ о том, что несколько славянских племен платили дань казарам) [8. С. 13; 18. С. 11б, 12б], хотя самого сообщения в «Синопсисе» нет.

Столь же сложно обстоит дело и с использованием хроники А. Гваньини. Помимо указанного выше сообщения о браке дочери князя Владимира Марии и польского короля Казимира стоит обратить внимание еще на две ссылки. Во-первых, это сообщение о крещении киевских гор апостолом Андреем. Рассказ достаточно популярный и неоднократно приводившийся в различных сочинениях. Автор «Синопсиса» также включает его в свое произведение и добавляет ссылки на Нестора летописца «в первой части летописи» и на хронику Гваньини. Густынская летопись и Житие князя Влади-

мира имеют в своем составе это сообщение, но ссылок не дают [8. С. 15, 66; 6. С. 39; 4. С. 95]. У Стрыйковского этого сообщения нет. Можно предположить, что в данном случае ссылку на хронику Гваньини автор «Синопсиса» сделал сам. Но стоит обратить внимание еще на один источник — Киево-Печерские Патерики XVII в.: они приводят это сообщение со ссылками, аналогичными «Синопсису» [15. С. 11; 2. С. 3]. Здесь любопытна формулировка ссылки на летопись: и Патерики, и «Синопсис» указывают на то, что сообщение находится в первой части летописи. В других случаях, ссылаясь на летописи, «Синопсис» таких подробностей не указывает.

Еще одна ссылка на Гваньини вызывает вопросы. Эту ссылку автор «Синопсиса» ставит, когда рассказывает о боге Перуне: он ссылается на разделы хроники о Польше и Москве. Но в хронике Гваньини о Перуне сообщается только в части о Москве [8. С. 42; 13. С. 82об.-83; 14. С. 485], раздел о Польше его не упоминает.

Трижды автор «Синопсиса» ссылается на сочинение Ц. Барония — его двенадцатитомный труд «Лппаїев ессІевіавйсі». Первые две ссылки автор «Синопсиса» приводит в главе о пяти крещениях Руси. Первой ссылкой он сопровождает сообщение о втором крещении, там, где рассказывается о приобщении славянских народов к христианству посредством учителей христианской веры — Кирилла и Мефодия. В «Синопсисе» это краткое сообщение, очень похожее на то, что приводится в Житии князя Владимира, составленном на Украине в XVII в. [8. С. 67; 4. С. 96]. У Барония соответствующий материал рассеян по разным главам его сочинения и передан в другой формулировке. Таким образом, это сообщение вряд ли было напрямую заимствовано у Барония. Но стоит отметить, что Житие князя Владимира в отличие от «Синопсиса» не приводит ссылки на Барония. Следующая ссылка поставлена в «Синопсисе» в рассказе четвертом крещении — крещении княгини Ольги. Сообщение «Синопсиса» по формулировке гораздо ближе к соответствующим сообщениям Киево-Печерских Патериков [2. С. 3; 15. С. 13] и вышеупомянутому Житию князя Владимира [4. С. 97], нежели к сообщению Барония. Кроме того, в «Синопсисе» и у Барония имеется одно фактическое отличие — год, когда княгиня крестилась: Бароний указывает 958 г. [10. С. 867], «Синопсис» — 955 г. [8. С. 68]. В связи с сообщениями о крещениях стоит отметить еще один факт: третьим крещением автор «Синопсиса» называет крещение славян после чуда с Евангелием, пятым — крещение князя Владимира. Оба эти сообщения встречаются у Барония, но автор «Синопсиса» ссылками их не отмечает [8. С. 68-69; 10. Т. 10. С. 698; Т. 11. С. 43].

Гораздо сложнее обстоит дело с последней ссылкой, которая используется в сообщении о присылке Владимиру Мономаху царских регалий. Самого сообщения у Барония нет. К свидетельству Барония автор «Синопсиса» прибегает, по-видимому, в вопросе о том, кто именно прислал киевскому князю эти дары, Константин Мономах или Алексей Комнин. По Баронию, которому известны соответствующие даты, он сопоставляет годы правления этих людей. Автор «Синопсиса» едва ли не первый, кто пытается ответить на этот вопрос: до него летописи указывали либо одного, либо другого императора. Причем ссылку на Барония автор «Синопсиса» помещает не на полях, как в предыдущих случаях, а в текст «по Баронишеву свидетельству». Даты правления этих византийских императоров со ссылкой на Барония приводит и Густынская летопись, но в иной формулировке нежели «Синопсис» [8. С. 92; 10. Т. 11. С. 186, 283, 717; 6. С. 53-54]. Но как поступил в данном случае автор «Синопсиса» — обратился непосредственно к Ба-ронию или позаимствовал эту информацию через какой-то другой источник — сказать сложно.

Таким образом, при создании «Синопсиса» его автором были использованы сочине-

ния М. Стрыйковского, Д. Ботера, М. Бельского. Не совсем ясно использование хроник М. Кромера и А.Гваньини (для написания «Синопсиса» они, скорее всего, вряд ли привлекались, а если и были использованы автором «Синопсиса», то только для постановки ссылок), скорее всего, самостоятельно автором «Синопсиса» не привлекались сочинения Я.Длугоша, М. Меховского, Ц. Барония.

Используемая литература

1. Житие князя Владимира, помещенное в качестве приложения к книге «Выклад о церкви и церковных речах». Унев, 1670.

2. Киево-Печерский патерик. Киев, 1661.

3. Мыцык Ю. А. Украинские летописи XVII века. Днепропетровск, 1978.

4. Перетц В. Н. Исследования и материалы по истории старинной украинской литературы XVI-XVIII веков. М.; Л., 1962.

5. Пештич С. Л. «Синопсис» как историческое произведение // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы. 1958. Т. XV. С. 284-298.

6. Полное собрание Русских летописей. Т. 40. Густынская летопись. СПб., 2003.

7. Рогов А. И. Русско-польские культурные связи в эпоху Возрождения. М., 1966.

8. Синопсис. Киев, 1674.

9. Чистякова Е. В., Богданов А. П. «Да будет потомкам явлено... ». М., 1988.

10. Baronio C. Annales ecclesiastici. T. 10. Roma, 1603; Т. 11. Roma, 1604.

11. Bielski M. Kronika wssytkiego swiata. KrakOw, 1554.

12. Вotero G. Le relationi universali. Venetia, 1599.

13. Gwagnin А. Kronika Sarmacyey Europskiey. Spirae, 1581.

14. Gwagnin А. Kronika Sarmacyey Europskiey. Krakow, 1611.

15. Кossov S. «Paterikon». Kijowie, 1635.

16. Kromer M. Mitnachtische Volkern Historien in welcher viler Nationen als namlich der polen-der slauen . .. Basileae, 1562.

17. Mathiae de Miechovia Chronica Polonarum ,a prima propagatione et ortu Polonorum usque ad annum ... // Pistorius j Polonicae historiae corpus. Т. 2. Basiliae 1582.

18. Stryjkowski M. Kronika Polska, Litewska, Zmodzka y wszystkiey Rusi. Konigsberg, 1582.