Научная статья на тему 'Индия: будет ли третья волна исламского терроризма?'

Индия: будет ли третья волна исламского терроризма? Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
116
23
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Индия: будет ли третья волна исламского терроризма?»

Кирилл Лихачев,

политолог (Санкт-Петербургский государственный университет) ИНДИЯ: БУДЕТ ЛИ ТРЕТЬЯ ВОЛНА ИСЛАМСКОГО ТЕРРОРИЗМА?

В первое десятилетие XXI в. характер деятельности в Индии исламских экстремистских организаций претерпел значительные изменения. В известной степени это объясняется общей эволюцией феномена международного терроризма. Наряду с действиями, направленными против представителей индийской армии и полиции, увеличилось число нападений на мирных жителей, а также атак на правительственные здания. В 2000-е годы исламские террористы предприняли ряд попыток парализовать жизнь различных индийских городов путем взрывов или нападений на государственные объекты. Участились и случаи нападений на храмы и святые места, причем принадлежащие как индуистам, так и мусульманам - членам умеренной части общины, не желающим поддерживать джихад.

Сегодня границы терроризма в стране расширяются. Можно выделить два периода, или волны, наибольшей активности исламистов в Северо-Западной Индии в последнее десятилетие: начало 2001 - осень 2003 и лето 2005 - осень 2008 г. Снижение активности экстремистов с конца 2003 по середину 2005 г. объясняется временным прекращением поддержки террористических группировок на территории Индии со стороны Пакистана. Наиболее активные исламистские организации, как изначально кашмирские, так и пакистанские, в составе Объединенного совета джихада (ОСД) имели штаб-квартиры в Пакистане либо были связаны с пакистанскими радикальными группировками, координацию деятельности которых осуществляет Межведомственная разведка Пакистана (МР).

В 2000 г. правительство Индии отозвалось на мирные инициативы кашмирской террористической организации Хизб уль-Муджахидин и в 2000-2001 гг. форсировало переговоры с оппозицией, потребовавшей обязательного участия Пакистана на всех стадиях переговоров. Однако в это же время возросла активность другой па-кистанско-кашмирской экстремистской группировки - Лашкар-и-Таиба (ЛиТ), совершившей несколько серьезных терактов не только в Джамму и Кашмире, но и в Дели (нападение на Красный форт). Данное обстоятельство вынудило правительство Индии в мае 2001 г. снять действовавший с ноября 2000 г. мораторий на ведение боевых операций в ДиК. События 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке стали

серьезным фактором усиления противодействия терроризму во всем мире. Нажим администрации США на пакистанское руководство с целью вынудить его прекратить сотрудничество с «Талибаном» изменил позицию Исламабада. Однако подрывная деятельность МР Пакистана на территории Индии не прекратилась. Уже 1 октября 2001 г. был осуществлен крупный теракт в Законодательном собрании штата Джамму и Кашмир: при взрыве заминированного автомобиля погибли 38 человек. Следующим шагом террористов стало нападение 13 декабря 2001 г. боевиков ЛиТ на Индийский парламент в Нью-Дели, во время которого погибли 13 человек, причем последствия могли бы быть значительно хуже, так как в автомобиле террористов нашли около 30 кг гексогена и ящики с ручными гранатами. Нападение на Индийский парламент привело к обострению отношений между государствами. Индийское правительство официально обвинило Исламабад в поддержке террористов на индийской территории. Только вмешательство США смогло предотвратить новую вспышку конфликта между двумя ядерными державами.

Однако исламский экстремизм в Индии имел не только кашмирское направление. 27 марта 2002 г. около г. Годхра в штате Гуджарат террористами был остановлен и подожжен поезд, в котором заживо сгорели 57 индусов, возвращавшихся из г. Айодхъя. Теракт произошел в результате противостояния между мусульманами и индийскими националистами «в память» о разрушении в 1992 г. мечети Бабура в Айодхъе и начале строительства на ее месте храма Рамы. Своеобразным катализатором для экстремистов в марте 2002 г. стал съезд примерно 15 тыс. индусов, собравшихся в течение недели, предшествовавшей теракту. Показательно, что только в 2009 г. специальная правительственная комиссия опубликовала 1000-страничный доклад об этих событиях. Среди жертв пожара были как активисты националистической индуистской организации Вшива хинду паришад (ВХП), так и просто паломники с детьми. Уже в марте в столице штата Гуджарат г. Ахмедабаде при попустительстве (если не по указанию) местных лидеров Бхаратия джаната парти (БДП) и руководителей праворадикальных ВХП и Раштрийя сваямсевак сангх (РСС) начались погромы в мусульманских кварталах. За несколько дней насилие распространилось и на сельскую местность. В результате при полном бездействии полиции и официальных властей штата уже в первые дни погромов погибли более 850 человек (по неофициальным данным - свыше 2 тыс.), большинство из которых были мусульманами.

На этом фоне весьма неоднозначным шагом центрального правительства стало принятие 28 марта 2002 г. Акта о борьбе с террористической деятельностью (АБТД), согласно которому стало возможным задерживать предполагаемых участников теракта сроком до 180 дней без предъявления обвинения. По индийским уголовным законам человек, сделавший признание в полиции, может отказаться от них в суде. Однако если подозреваемый задерживался по АБТД, отказаться от признаний он не имел права. Следует отметить, что в случае с поджогом поезда эти правила применялись только в отношении мусульман и не коснулись погромщиков-индусов. Безусловно, подобные двойные стандарты при осуществлении правосудия способствуют остроте и долгосрочности конфессиональных конфликтов.

В начале 2000-х годов на первый план террористической деятельности в Северо-Западной Индии выходит Лашкар-и-Таиба. Как и большинство других экстремистских кашмирских организаций, ЛиТ была образована при поддержке пакистанской МР. Деятельность организации предусматривала нападения на правительственные организации и убийства «неверных». В 2000-2002 гг. более 50 человек были убиты по дороге в священную пещеру Шивы в Джамму и Кашмире, хотя весь путь (около 400 км) патрулировался мобильными военными отрядами. Другой крупной акцией ЛиТ стало нападение в сентябре 2002 г. на храм в г. Гандинагаре (штат Гуджарат), в результате которого погибли 29 человек. Ситуация в Джамму и Кашмире заметно ухудшилась после убийства 14 мая 2002 г. - предположительно боевиками ЛиТ - 35 членов семей военнослужащих, расквартированных в долине Джамму; это событие вызвало сильный резонанс в армейских подразделениях по всему штату. В таких условиях в сентябре-октябре 2002 г. проходили выборы в парламент ДиК. Кашмирские экстремисты пытались сорвать голосование, в частности путем использования происламских СМИ для пропаганды антииндуистских настроений. При этом некоторые издания («Шринагар таймс», «Дей-ли Афтаб» и «Альсафа»), осуждавшие деятельность террористов, под угрозой физической расправы вынуждены были закрыться на время выборов. Акции кашмирских исламистов привлекли к себе внимание во всем мире. Под давлением мировой общественности и прежде всего США, а также из-за собственных внутренних проблем (конфликт с радикальными мусульманскими лидерами, покушения, осуществляемые местными экстремистскими группировками) президент Пакистана Первез Мушарраф приостановил поддержку террористических организаций, действовавших на территории Индии. В результате к осени 2003 г. спала первая волна терроризма. Победившая в мае 2004 г.

на выборах в Индийский парламент коалиция Индийского национального конгресса (ИНК) и Объединенного прогрессивного альянса (ОПА) выполнила свои предвыборные обещания: отменила крайне непопулярный АБТД и приступила к переговорам с Пакистаном, в результате которых 6 января 2004 г. в рамках Ассоциации регионального сотрудничества Южной Азии (СААРК) была подписана Исламабадская декларация, включавшая в себя пункты, касавшиеся совместной борьбы Индии и Пакистана с терроризмом.

Однако генерал Мушарраф не смог преодолеть традиционное для Пакистана представление о том, что прекращение поддержки исламских террористов в Индии означает фактическое поражение Пакистана в борьбе за Кашмир. Именно поэтому «борьба» пакистанского правительства с терроризмом свелась к давлению на второстепенные экстремистские группировки. При этом власти игнорировали процесс подготовки потенциальных террористов в духовных семинариях-медресе и военных лагерях на территории Пакистана. Таким образом, убийства военных и мирных жителей-индийцев продолжались. 5 июля 2005 г. индийской полицией была предотвращена попытка нападения боевиков организации Джаиш-и-Мухаммад (ДиМ) на индуистский храм в г. Айодхъя, а взрыв, в результате которого погибли 10 человек, устроенный ЛиТ в конце того же месяца в Джанпурском экспрессе на территории штата Уттар-Прадеш, свидетельствовал о начале новой волны экстремизма. Еще один масштабный теракт произошел 25 августа 2005 г. в Мумбаи. Начиненные взрывчаткой автомобили были взорваны сначала на площади около центрального рынка и городского храма, а затем неподалеку от отеля «Тадж-Махал» (жертвами стали 46 человек).

Теракт, осуществленный 29 октября 2005 г. в Дели (погибли более 70 человек), стал крупнейшим за первые несколько лет нынешнего века. Ответственность за взрывы взяла на себя ранее неизвестная Исламская революционная группа (Ислами-и-Килаби Махаз - ИКМ), созданная, как выяснилось, в 1996 г., но до недавнего времени никак себя не проявлявшая. В конце 2005 г. произошло нападение на Индийский институт науки в г. Бангалоре на юге страны. Не стал спокойнее и 2006 г.: три взрыва в Варанаси (штат Уттар-Прадеш) в марте привели к гибели 21 человека. Ответственность за теракт взяла на себя бангладешская экстремистская организация Харкат-уль-Джихади-аль-Ислами (ХуДИ). (До этого наиболее крупные теракты в основном совершались пакистанскими группировками.) Существуют две связанные между собой группы ХуДИ - в Индии и в Бангладеш. В индийских СМИ для их обозначения, как правило, используется одна

аббревиатура, поэтому для ясности бангладешскую группу называют ХуДИ-Б.

В 2006 г. подтвердилась выявленная ранее информация о сотрудничестве между МР Пакистана и Главным управлением военной разведки Бангладеш (ГУВР). Делийский полицейский спецназ арестовал агента МР, который провел несколько лет в Бангладеш, где готовил специальные группы боевиков. По индийским данным, к 2006 г. на территории Индии насчитывалось более 250 бангладешских и пакистанских террористических групп. В 20052006 гг., помимо наиболее опасных Лашкар-и-Таиба и Джаиш-и-Мухаммад, активизировалась одна из кашмирских экстремистских организаций - Харкот-уль-Муджахидин, оказавшая большую помощь афганскому «Талибану» в его противостоянии США в 2002 г.. Так, в ночь на 1 мая 2006 г. в районах Дода и Удхампур (Джамму и Кашмир) были убиты 35 деревенских жителей-индусов.

Но самый кровавый теракт 2006 г. произошел в июле в Мумбаи, где мощные взрывы в междугородных поездах привели к гибели более чем 200 и ранениям более чем 600 человек. Индийские власти обвинили в организации теракта МР Пакистана, ЛиТ, а также местную группировку Исламское движение студентов Индии (ИДСИ). Надо сказать, что заметно активизировавшейся делийской полиции удавалось арестовывать все больше боевиков - членов различных группировок (ДиМ, ЛиТ и др). В 2005 г. при задержании были убиты 19 боевиков и 14 арестованы; в 2006 г. из двух десятков арестованных боевиков 17 оказались членами ЛиТ. Несмотря на заметный подъем террористической деятельности, официальный диалог между Индией и Пакистаном не прекратился, а 17 сентября 2006 г., после встречи президентов двух стран, было официально объявлено о формировании Совместного механизма по противодействию терроризму (СМИТ), после чего террористическая деятельность на территории Индии на некоторое время снизилась.

Теперь главной целью экстремистов стал срыв мирного процесса. Следующий крупный теракт произошел в феврале 2007 г. в Джамму и Кашмире: в результате взрывов в экспрессе Самджхаута (индо-пакистанский «поезд дружбы») погибли 66 человек. Предполагается, что акция была осуществлена боевиками ЛиТ, так как за несколько дней до теракта идеолог организации Абдул Рахман Макки заявил о недопустимости строительства Индией в ущерб Пакистану дамбы на р. Ченнаб (использование водных ресурсов Кашмира регулируется так назывемым Водным соглашением 1960 г. и остается давнишним предметом спора между двумя странами). Необычным

можно считать южное направление террористической деятельности. Так, 25 августа 2007 г. два взрыва (погибли 44 человека), совершенных, как предполагается, группировками ХуДИ-Б и ЛиТ, произошли в Хайдерабаде - крупном промышленном центре страны. Возможно, террористы пытались таким образом спровоцировать столкновения в городе, где доля мусульманского населения превышает 40% общего числа жителей.

В ноябре 2007 г. взрывы произошли сразу в трех городах штата Уттар-Прадеш - Лакнау, Варанаси и Файзабад. В этот раз вместо трудоемкого с точки зрения производства и использования гексогена был применен нитрат аммония, уступающий гексогену во взрывной силе, но в сочетании с металлическими предметами (болтами и др.), позволяющий усилить поражающий эффект. Причем компоненты для данного вида взрывчатки можно прибрести легально, так как нитрат аммония используется в качестве удобрения. В 2006-2007 гг. штат Уттар-Прадеш вышел на 2-е место после Джамму и Кашмира по масштабам террористической деятельности на его территории. Индийское разведывательное бюро (ИРБ) опубликовало информацию о 23 террористических группировках в штате Уттар-Прадеш. В последние годы в штате регулярно происходят нападения боевиков на казармы и полицейские участки, на суды и адвокатские конторы. Представляется, что Уттар-Прадеш - самый густонаселенный штат Индии с 80% индуистского населения - стал новой ареной деятельности исламских экстремистов.

В 2000-2007 гг. был совершен целый ряд нападений на различные храмы (как индуистские, так и мусульманские) в северозападных штатах Индии. Большая часть этих атак была осуществлена террористами ЛиТ или ДиМ, в некоторых случаях - ХуДИ-Б. Целью экстремистов являлось достижение максимального уровня людских потерь в священных для индуистов местах. 13 мая 2008 г. в Джайпуре (штат Раджастхан) в результате шести взрывов в людных местах погибли более 60 человек. В этот раз была использована смесь гексоге-на и нитрата аммония. Ответственность за теракт взяла на себя ранее неизвестная группировка Индийские муджахеды (ИМ). В письме, направленном ее лидерами в ИРБ, сообщалось, что цель терактов - подрыв основанной на туризме экономики Раджастхана и наказание мусульман, не поддерживающих джихад. Индийская разведка, изучив полученную информацию, пришла к выводу, что ИМ - новая группировка, созданная из бывших боевиков Исламского движения студентов Индии и ХуДИ-Б, поставивших своей целью превзойти актив-

ность таких крупных группировок, как ЛиТ и ДиМ. Позже стало известно, что теракт действительно был проведен ИДСИ.

Один из лидеров БДП, Мухтар Аббас Акви, обвинил премьер-министра Индии Манмохана Сингха и возглавляемый им Объединенный прогрессивный альянс в проведении недопустимо мягкой политики по отношению к террористам. Действительно, террористическая деятельность на фоне непрекращающихся контактов между Дели и Исламабадом не могла не вызвать недовольства оппозиции менее чем за год до парламентских выборов 2009 г. Однако давление оппозиции и некоторых СМИ не повлияло на курс правительства в отношениях с Пакистаном. К концу 2000-х годов отчетливо проявилась новая тенденция в деятельности террористов: стремление парализовать жизнь того или иного крупного города путем осуществления не отдельных акций, а серии одновременных взрывов и нападений. Так, в июле 2008 г. взрывы произошли в самых людных местах Ахмедабада и Бенгалуру (штат Гуджарат). Взрывные устройства были снабжены специальными электронными взрывателями, ранее применявшимися во время терактов в Индонезии и на Филиппинах. ИДСИ и другие группы стали налаживать контакты с террористами Юго-Восточной Азии. Уход в 2008 г. с поста президента Пакистана П. Мушаррафа привел к дестабилизации политической обстановки как в самом Пакистане, так и в Кашмире. В частности, летом 2008 г. в ДиК было совершено более 30 нападений боевиков на подразделения индийской армии.

В сентябре 2008 г. пять взрывов произошли в Нью-Дели (более 20 убитых): самодельные бомбы из нитрата аммония срабатывали на центральных рынках и площадях. Группировка Индийские муджахе-ды опять взяла на себя ответственность, причем в отправленном ею на новостные каналы телевидения сообщении подчеркивалось, что ЛиТ, которую также считали причастной к взрывам, не имеет к ним никакого отношения. Учитывая масштабы деятельности ИМ, индийские эксперты высказали предположение, что наряду с традиционными целями любого теракта организация преследовала цели саморекламы и повышения своей значимости в глазах потенциальных спонсоров. Известно, что ЛиТ и ДиМ поддерживаются не только «Аль-Каидой», «Талибаном» и пакистанской разведкой, но и частично финансируются Саудовской Аравией. В связи с этим стремление ИМ потеснить ЛиТ и ДиМ может иметь целью и изменение направления финансовых потоков. В 2009 г. в специальном докладе делийской полиции указывалось, что Индийские муджахеды - это не организация, а сеть из трех самостоятельных групп, действующих в

разных штатах, причем в Гуджарате ИМ является членом ИДСИ; в Уттар-Прадеше это группа радикальных исламистов, связанных с ХуДИ-Б, а в Мумбаи экстремисты ИМ тесно сотрудничают с местным преступным синдикатом. Отчасти успех терактов в Индии объясняется несогласованностью между различными спецслужбами страны в борьбе с экстремизмом.

Несовершенство системы безопасности стало особенно очевидным в связи с терактом в Мумбаи в ноябре 2008 г., когда тщательно спланированная акция группы из десяти террористов действительно парализовала огромный город. Во время 60-часового вооруженного противостояния боевиков Лашкар-и-Таиба и армейских подразделений погибли 164 человека, в том числе 26 иностранных граждан. При этом, пользуясь современными средствами связи (ОРЯ8-навигаторы, сотовые телефоны, рации и пр.), террористы получали указания извне. Пакистан официально признал, что теракт планировался и готовился на его территории. Негативная оценка мировым сообществом роли Пакистана в теракте вынудила Исламабад направить основные силы на борьбу с терроризмом внутри страны и ограничить поддержку экстремистов на территории Индии. Таким образом, вторая террористическая волна, поднявшаяся летом 2005 г., пошла на спад. В феврале 2010 г., после периода некоторого затишья, новый крупный теракт в г. Пуна (штат Махараштра) на запале страны привел к гибели девяти человек. Ответственность за него взяла на себя неизвестная ранее группировка Лашкар-и-Таиба аль-Алами, которая, возможно, является новой ячейкой ЛиТ в Индии. Главной целью террористов стал срыв объявленного в начале февраля возобновления индийско-пакистанских контактов на государственном уровне.

В конце июня 2010 г. в Исламабаде на встрече министров внутренних дел Ассоциации регионального сотрудничества стран Южной Азии впервые после теракта в Мумбае состоялась встреча глав этих ведомств Индии и Пакистана П. Чидамбарама и Р. Малика. Они обсудили возможности развития сотрудничества между правоохранительными ведомствами двух стран в борьбе против трансграничного терроризма. Вместе с тем тревожным представляется то обстоятельство, что за наиболее масштабными терактами последнего десятилетия стоят местные индийские группировки - Индийские муджахеды и Исламское движение студентов Индии, связанные, как и наиболее крупные кашмирские террористические организации, с пакистанской разведкой. Предотвращение новой волны терроризма исламских экстремистов в Индии во многом зависит от того, насколько Исламабаду

удастся обуздать те силы в военных структурах Пакистана, которые поощряют их действия.

«Азия и Африка сегодня», М., 2010 г., № 10, с. 18-22.

Ирина Мохова, кандидат политических наук ВО ФРАНЦИИ ПРИНЯТ ЗАКОН О ЗАПРЕТЕ НА «СОКРЫТИЕ ЛИЦА» МУСУЛЬМАНКАМИ

В русском языке для обозначения различных предметов женской мусульманской одежды распространены следующие термины: пикай - мусульманский женский головной платок, плотно закрывающий лицо от взглядов посторонних мужчин, чадра - чадор (турецк.) -легкое покрывало, надеваемое женщиной при выходе из дома и закрывающее ее с головы до ног, и паранджа - ферендже (перс.) - халат с длинными ложными рукавами и закрывающей лицо сеткой из конского волоса. В арабской среде речь идет о различных видах хиджаба (женского мусульманского покрывала) - просторной, необлегающей одежды, всегда закрывающей волосы, запястья рук, щиколотки ног и частично лицо. То, против чего выступает французская общественность, называется «бурка (бырга)» и оставляет открытыми только глаза. Характерно, что в большинстве арабских стран этот вид хид-жаба, отнюдь не самый распространенный тип женского мусульманского покрывала, обычно называют «никаб», термин «бурка» более распространен в странах Аравийского полуострова (где этим словом также указывают колпачок для охотничьих птиц) и частично в странах Магриба. Среди всех видов хиджаба - это самый строгий тип покрывала, свидетельствующий об определенном уровне религиозности семьи.

Данные о численности женщин носящих бурку, или паранджу, во Франции, разнятся. Служба общей информации МВД называет цифру в 2 тыс. женщин, а по сведениям департамента полиции, также занимающегося сбором информации внутри страны, таких женщин всего 367. Последняя цифра, вероятно, занижена и не отражает реального положения. По утверждению мэра одного из пригородов Лиона, женщин в полностью скрывающем одеянии значительно больше на одном только рынке в лионском предместье. С другой стороны, даже если носящих бурку около 2 тыс., принятый закон коснется крайне незначительных по численности социальных групп. Инициаторы закона - правительство и парламент-

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.