Научная статья на тему 'Идеология этнонациональных движений финно-угров: значение идейных конструктов для этнической элиты'

Идеология этнонациональных движений финно-угров: значение идейных конструктов для этнической элиты Текст научной статьи по специальности «Политологические науки»

CC BY
235
57
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ЭТНИЧЕСКАЯ ЭЛИТА / "ФИННО-УГОРСКИЙ МИР" / НАЦИОНАЛИЗМ / ETHNIC ELITE / FINNO-UGRIC COMMUNITY / NATIONALISM

Аннотация научной статьи по политологическим наукам, автор научной работы — Чарина Анна Михайловна

Охарактеризована идеология этнонациональных движений финно-угров и определена роль этноэлиты как творца этой идеологии. Указывается, что интересы элиты определяют содержание основных положений идеологии и сам характер ее эволюции.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по политологическим наукам , автор научной работы — Чарина Анна Михайловна

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Ideology of Finno-Ugric Ethno-National Movements: Significance of Ideological Constructs for Ethnic Elite

The article characterizes the ideology of Finno-Ugric ethno-national movements and defines the role of ethnic elite as the maker of this ideology. It is pointed out that the interests of the elite determine the substance of major ideology provisions and the very nature of its evolution.

Текст научной работы на тему «Идеология этнонациональных движений финно-угров: значение идейных конструктов для этнической элиты»

7. Опросы «Интернет в России / Россия в Интернете». Выпуск 23. Весна 2008. URL: http:// bd.fom.ru/report/cat/smi/smi_int/int0S02.

8. Аналитики предсказали взрывной рост Рунета. URL: http://lenta.ru/news/2008/02/0S/runet.

9. Иванов В. Об особенностях реализации функции социального управления // Интернет и российское общество: сб. статей. М., 2002.

10. Тихонова С.В. Коммуникационная революция сегодня: информация и сеть // Полис. 2007. № 3.

A.M. Charina Ideology of Finno-Ugric Ethno-National Movements: Significance of Ideological Constructs for Ethnic Elite

The article characterizes the ideology of Finno-Ugric ethno-national movements and defines the role of ethnic elite as the maker of this ideology. It is pointed out that the interests of the elite determine the substance of major ideology provisions and the very nature of its evolution.

Key words and word-combinations: ethnic elite, Finno-Ugric community, nationalism.

Охарактеризована идеология эт-нонациональных движений финно-угров и определена роль этноэлиты как творца этой идеологии. Указывается, что интересы элиты определяют содержание основных положений идеологии и сам характер ее эволюции.

Ключевые слова и словосочетания: этническая элита, «финно-угорский мир», национализм.

УДК 323.1 (470)

ББК 66.3

А.М. Чарина

ИДЕОЛОГИЯ ЭТНОНАЦИОНАЛЬНЫХ ДВИЖЕНИЙ ФИННО-УГРОВ: ЗНАЧЕНИЕ

ИДЕЙНЫХ КОНСТРУКТОВ ДЛЯ ЭТНИЧЕСКОЙ ЭЛИТЫ

огика развитая этнонациональных движений и этнических элит часто не совпадает с логикой политического развития страны и потребностями этнических сообществ, которых эти элиты пытаются представлять. Чтобы понять, как это произошло, представляется необходимым на примере движений финно-угорских народов России и их идеологических позиций оценить политическую эволюцию этнонациональных элит, рассмотреть пути политической трансформации эт-нонационального движения.

Этнонационапьные по своей природе общественные движения финно-угорских народов в Российской Федерации интересны тем, что представляют собой своеобразный «этно-политический полигон». В их политической деятельности отражаются тенденции глобализации и регионализма, этничности и гражданственности, эксплуатации политических мифов и объективной обусловленности сложными социально-экономическими реалиями.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Сегодня есть основания говорить о некоем новом этапе развития этнонациональных движений финно-угров и формировании нового содержания их эт-нонациональной идеологии. На наш взгляд, анализ политического опыта этих движений, исследование идейных и организационных установок их лидеров могут быть весьма полезны как для научных теоретических дискуссий, так и для практики социального управления.

Современный этнический национализм, который является идеологическим «оружием» финно-угорского движения в России, трудно классифицировать однозначно. Он мало изучен российскими и зарубежными учеными и не являлся предметом специального рассмотрения; лишь некоторые аспекты этой темы затронуты в ряде исследований [1, 2]. В связи с этим следует рассмотреть этнополитические процессы в «финно-угорских» регионах Российской Федерации, определить роли этнических элит в формировании региональной этнона-циональной политики, представить идеологии этнонациональных движений в развитии дискурса «этнические элиты и местный национализм».

На начальном этапе формирования этнонациональных движений финно-угров Российской Федерации (рубеж 1980-1990-х годов) их идеология формировалась на принципах этнического национализма. Центральное место было отведено идее «этнического самоопределения»: этнические группы должны самоопределяться (выступать в качестве самостоятельного политического актора) в условиях полиэтнического (в подавляющем большинстве случаев) состава населения той или иной территории. Тем самым этничность как идентифицирующий признак прямо противопоставлялась гражданству и гражданским идеалам [3].

Этническое самоопределение, в частности, предполагало, что представители титульных (подразумевалось - финно-угорских) этнических групп будут наделены особыми политическими правами:

- должности глав регионов могут занимать только лица «коренной национальности» или как минимум лица, владеющие языком титульной этнической группы;

- даются гарантии институциализированного представительства финно-угорских народов в парламентах «финно-угорских» регионов России: должна быть создана «палата коренного народа», куда могут избираться только депутаты, принадлежащие к титульному (коми, марийцы, удмурты, мордва, карелы) этническому сообществу; при этом предлагалось, что представители титульной группы могут быть избраны и во вторую палату парламента.

Этническая идентичность дополнялась территориально-политической: в частности, предполагалось введение республиканского гражданства, которое могут получить лишь лица с определенным цензом оседлости. В этом случае, как и в случае с выборами в региональные парламенты, предполагалось поражение в правах граждан России, не связанных с конкретной территорией длительным сроком проживания на ней. Выдвигались и другие идеи, призванные политизировать этничность.

Идеология этнического национализма должна была обеспечить политическое доминирование этнических элит в так называемых финно-угорских регионах России. Но достичь этого не удалось, поскольку реализация идей этничес-

кого национализма требовала не просто отказа от принципов демократии, но предполагала коренное перераспределение политической власти, для чего у этнических элит просто не имелось ресурсов.

В современных условиях названные идеи уже не воспроизводятся, и центральное место в идеологии угро-финских общественно-политических движений занял другой проект, ориентированный на формирование некоей новой идентичности, - «Финно-угорский мир». Идеологи этнонациональных движений неоднократно заявляли о необходимости «воссоздания» такого мира, а сегодня утверждают, что финно-угорский мир стал реальностью.

Важно выяснить, в чем состоит причина усиливающегося внимания этнона-циональных лидеров к идеологической конструкции «Финно-угорский мир». Представляется, что это связано с очевидным кризисом старых идей и самих этнонациональных движений, который признается многими активистами этих движений [4].

По нашему мнению, идейный кризис был неизбежен и во многом оказался спровоцирован самими лидерами. Он связан с двумя принципиальными ошибками в политической деятельности и идеологии движений:

1) идеология и политическая практика этнонациональных движений вольно или невольно противопоставляла интересы титульного населения интересам доминантного большинства населения «финно-угорских регионов»;

2) выработка решений и политической линии была монополизирована ограниченными группами активистов, которые не стремились к демократизации норм партийной жизни и к вовлечению в орбиту этнонациональных движений широких слоев населения, хотя сами они, как правило, выступали от имени своих этносов. В результате эти движения не получили поддержки и среди собственных народов.

Кризис собственно самих движений породил и кризис финно-угорских идентичностей в России. Недолгий период роста общественного интереса к этнической культуре, усилившегося стремления молодежи к идентификации себя как представителей тех этнических общностей, к которым принадлежали их предки, вновь сменился стремлением к интеграции в доминантное большинство. Свидетельством тому стали и результаты переписи населения 2002 г., показавшие значительное снижение численности практически всех финно-угорских народов (напомним, в вопросе национальной самоидентификации в ходе переписи действовало «заявительное» право гражданина).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Более того, перепись показала еще одну очень важную тенденцию - усиление процессов фрагментации среди финно-угорских народов. Значительные части представителей финно-угорских народов сегодня определяют свою этническую принадлежность не с помощью общеэтнических определителей, а с помощью локальных этнонимов. Очень значительная часть северных коми называет себя коми-ижемцами, большие группы мордвы предпочитают использовать этнонимы эрзя и мокша, существенная часть марийцев сознательно называет себя горными или луговыми марийцами, а не просто марийцами. При этом данные явления - не просто следствие важных культурных сдвигов, за ними стоят и определенные политические явления, которые связаны с ослабле-

нием идей этнического национализма и усилением микронационализмов. К примеру, эрзянские радикалы заявляют, что «мордва - это миф» и не существует единого мордовского народа, а есть два самостоятельных народа - эрзя и мокша [5].

Следуя обозначившейся тенденции и логике, этнонациональные лидеры озвучили идею, что на территории Мордовии надо создать два округа - эрзянский и мокшанский, в каждом из которых этническая элита двух субэтничес-ких подразделений мордвы получит свою долю власти. Лидеры ассоциации «Изьватас», представляющие интересы самой северной группы коми (ижем-цев), недовольные недостаточным вниманием лидеров общекоми-движения к положению этой части коми-народа, заявляют, что ижемцы есть особая группа, а некоторые даже называют их отдельным народом. Главное требование лидеров «Изьватас» - придать ижемцам статус коренного малочисленного народа Севера и предоставить им соответствующие преференции.

«Общеэтнические» лидеры и «общеэтнические» организации под воздействием меняющихся общественных настроений, общих политических процессов, происходящих в стране, и в результате нарастающей критики снизу и усиливающихся микронационализмов стали терять свое политическое влияние, им стала угрожать политическая изоляция. Выход из складывающейся ситуации был найден в консолидирующем финно-угорские этносы конструкте «Финноугорский мир». О необходимости «воссоздания» такого мира было заявлено еще на первом международном конгрессе финно-угорских народов, который состоялся в 1992 г. в Сыктывкаре.

Суть идеи состоит в том, что финно-угорские народы должны сформировать некое единое культурное (и политическое) пространство, основанием чему служит якобы некогда существовавшая культурная близость этносов. В случае с финно-угорскими народами России декларирование их языкового, исторического и культурного родства, конструирование на этой основе новой идентичности - «Финно-угорский мир» - по сути своей есть попытка расширения группы солидарности и поиск внешних ресурсов для сохранения слабеющих политических позиций титульных этносов в национально-территориальных субъектах Российской Федерации. Особенно это связано со стремлением подвергающихся давлению снизу (со стороны титульного населения) и сверху (со стороны федеральной политического руководства) этнических элит усилить свои позиции.

Идея «Финно-угорского мира» созвучна другим паннационалистическим идеям и по своей сути является одной из форм идеологии политизированной идентичности. В ряду паннационалистических концептов находятся идеи панславизма, панарабизма, пангерманизма, пантюркизма, сионизма и другие. «Объектом лояльности в этом случае выступает не нация, а некая «сверхнация», точнее - паннациональное сообщество» [6, с. 262]. Как отмечает В. Малахов, большинство паннационалистических движений остались не только политически неоформленными, но и идеологически расплывчатыми.

В организационном плане идея единого финно-угорского пространства («Финно-угорского мира») ушла дальше, ибо при поддержке официальных

властей Финляндии, Венгрии, Эстонии, федеральных и региональных российских властей в национальных субъектах Федерации отдельные этнонациональ-ные организации и движения смогли консолидироваться. Они регулярно согласуют свои позиции в рамках Всемирных конгрессов финно-угорских народов, а оперативное руководство осуществляется Консультативным комитетом финноугорских народов, который является исполнительным органом конгрессов. В политическом плане международное финно-угорское движение претендует на то, чтобы стать неправительственной организацией, интегрированной в структуры Организации Объединенных Наций. Сегодня эти претензии отчасти реализованы, поскольку при ООН создан Форум коренных народов, в котором финно-угорское движение имеет своих представителей.

Отметим, что в последние годы трактовки идеи «Финно-угорского мира», даваемые российскими и зарубежными заинтересованными сторонами достаточно заметно различаются: для отечественных акторов конструкт приобрел преимущественно утилитарный общественно-политический характер «для внутреннего употребления», тогда как для заграничных акторов он актуализируется главным образом в культурно-языковом аспекте. Так, в Финляндии постоянно подчеркивается, что российские финно-угры - это к1е!1зики!а1зе(, то есть родственники только по языку и не более, а для «внутреннего» (по отношению к Финляндии) пользования была предназначена другая идея - культурного единства с Западом («мы на 75% европейцы и только на 25% культурно близки с некоторыми восточными родственниками»). Такой подход заметен в отдельных деталях: например, если прежде финно-угорские коллекции в финляндских исторических музеях были в центре внимания, являлись жемчужинами экспозиции, то теперь они размещаются наряду с коллекциями из Африки, Океании.

В то же время по ряду причин полной «деполитизации» идеи «Финноугорского мира» зарубежными участниками не происходит. Тем же финнам все же приходится говорить о своих «восточных родственниках», поскольку весь «финский фольклор» записан в Карелии, а карелианизм был основой финского романтизма, в значительной мере сформировавшего финское национальное самосознание. Таким образом, идея «Финно-угорского мира» превращается из некоего культурного символа в очевидный идейно-политический конструкт, который используется как инструмент идеологического и политического влияния.

Безусловно, такие масштабные идентичности, как «Финно-угорский мир» могут быть достаточно ясны только узкому слою этнической элиты, и именно она получает некие реальные политические дивиденды от эксплуатации подобных идей. Более того, подобного рода проекты создаются главным образом для того, чтобы этнические элиты, у которых достаточно ограниченные ресурсы для политического соревнования на местном уровне, получили внешнюю поддержку и усилили свое политическое влияние в собственных регионах. Внешние акторы также используют этот проект в своих интересах, которые меняются во времени и связаны либо с межгосудароственным сотрудничеством, либо с попытками использовать конструкт как средство политического давления на власти соседнего государства, что уже неоднократно имело место [4].

Названный идеологический продукт в значительной мере ориентирован не на массового «потребителя», а на конкурирующие элитные группы. Он должен усилить символическую значимость этнических элит, но для повседневной жизни имеет весьма ограниченное значение. Отсюда очевидно, что массовой поддержки данные идеи получить не могут, и, следовательно, активность этнона-циональных организаций будет все больше сосредоточиваться на локальном уровне. Очевидно также, что идеология этнонациональных движений финно-угров так и не приобрела гражданской направленности и ориентирована главным образом на интересы этнических элит.

Библиографический список

1. Кирдяшов А. О национализме в Республике Мордовия // Финно-угорский мир: история и современность: мат-лы II Всерос. конф. финно-угроведов. Саранск, 2000.

2. Taagapera R. The Finno-Ugric Republics and the Russian State. N.Y., 1999.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

3. Шабаев Ю.П. Идеология национальных движений финно-угорских народов России и ее восприятие общественным мнением // Этнографическое обозрение. 1998. № 3.

4. Шабаев Ю.П., Чарина А.М. Региональные этноэлиты в политическом процессе (финноугорское движение: становление, эволюция, идеология, политические лидеры). Сыктывкар, 2008.

5. Шабаев Ю.П. Новые идентичности у финно-угров как политические инструменты // Этнографическое обозрение. 2006. № 1.

6. Малахов В. С. Национализм как политическая идеология. М., 2005.

T.V. Karmaeva

The Development of Youth Civic Engagement in Germany: Contemporary Experience for Russia

The development of civic engagement forms and methods among young people in Germany are studied. Civic engagement development programs are analyzed.

Key words and word-combinations: youth civic engagement, forms and methods of civic engagement development, civic engagement development programs.

Автором рассматриваются формы и методы развития гражданской активности молодежи в Германии. Анализируются программы развития гражданской активности.

Ключевые слова и словосочетания: гражданская активность молодежи, формы и методы развития гражданской активности, программы развития гражданской активности.

УДК 316.42:65 ББК 60.54

Т.В. Кармаева

РАЗВИТИЕ ГРАЖДАНСКОЙ АКТИВНОСТИ МОЛОДЕЖИ В ГЕРМАНИИ:

СОВРЕМЕННЫЙ ОПЫТ ДЛЯ РОССИИ

I I роблема развития гражданской активности молодежи в настоящее время особенно актуальна как в России, так и в Европе. Ее решение является одним из приоритетов молодежной политики в Европейском Союзе: 25 ноября 2003 г. Совет ЕС в качестве одного из ключевых стратегических вопросов определил развитие гражданской активности молодежи [1, с. 295]. За прошедшее

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.