Научная статья на тему 'Холокост в Ровно: резня в лесу Сосенки ноября 1941 г. (часть II)'

Холокост в Ровно: резня в лесу Сосенки ноября 1941 г. (часть II) Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
4734
246
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
СЛОВАХОЛОКОСТ НА ВОСТОКЕ / ВОСТОЧНАЯ ЕВРОПА / РОВНО / НАЦИСТСКАЯ ОККУПАЦИЯ / КОЛЛАБОРА-ЦИОНИСТЫ / ЕВРЕЙСКИЕ ЖЕРТВЫ / МАССОВЫЕ ЗАХОРОНЕНИЯ / СВИДЕТЕЛЬСТВА ГЕНОЦИДА

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Бурдс Джеффри

Во второй (завершающей) части1 русской журнальной публикации проанали-зировано поведение массовых убийц и обобщены сведения о последствиях рас-стрела евреев в Ровно в ноябре 1941г. и судьбах примерно 30 выживших. Вза-ключительном разделе автор приводит историю Исаака Башевиса Зингера и прослеживает «эхо» событий в Ровно. Как вспоминал позднее один из выживших, «то, что случилось 7ноября [1941года], навсегда останется в сердцах и памяти тех, кто уцелел». Это зверство преследовало и палачей, ижертв, иочевидцев трагедии. Оно и до сих пор преследует детей и внуков всех участников тех событий.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Холокост в Ровно: резня в лесу Сосенки ноября 1941 г. (часть II)»

УДК 94(477).084.8:343.337 ББК 63.3(2Укр)622,6 Б 91

Джеффри Бурдс

ХОЛОКОСТ В РОВНО: РЕЗНЯ В ЛЕСУ СОСЕНКИ НОЯБРЯ 1941 г. (ЧАСТЬ II)

АННОТАЦИЯ

Во второй (завершающей) части1 русской журнальной публикации проанализировано поведение массовых убийц и обобщены сведения о последствиях расстрела евреев в Ровно в ноябре 1941 г. и судьбах примерно 30 выживших. В заключительном разделе автор приводит историю Исаака Башевиса Зингера и прослеживает «эхо» событий в Ровно.Как вспоминал позднее один из выживших, «то, что случилось 7 ноября [1941 года], навсегда останется в сердцах и памяти тех, кто уцелел». Это зверство преследовало и палачей, и жертв, и очевидцев трагедии. Оно и до сих пор преследует детей и внуков всех участников тех событий.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА

Холокост на Востоке; Восточная Европа; Ровно; нацистская оккупация; коллаборационисты; еврейские жертвы; массовые захоронения; свидетельства геноцида.

ОБЫКНОВЕННЫЕ ЛЮДИ? ПРЕСТУПНИКИ В ЛЕСУ СОСЕНКИ

ЭСТОНСКИЙ Volksdeutsche Эдмунд Густав Аунапу, 31-летний полицейский роты Ostland, четвертой роты 320-го полицейского батальона, а позже резервного 33-го полицейского батальона, был охранником во время массовой акции в Ровно в ноябре 1941 года2. В сентябре 1941 года Аунапу с его отделением направили в Ровно. После его поимки, 20 ноября 1946 года он был допрошен советскими военными органами. Воспоминания Аунапу о массовых убийствах в лесу Сосенки хорошо соотносятся с воспоминаниями местных очевидцев; "В восемь часов вечера [6 ноября 1941 года] нас вывезли из города на машинах и приказали организовать охранение вокруг города так, чтобы никто не смог войти в город или его покинуть. Мы дежурили до пяти часов утра следующего дня. В пять часов подъехало несколько машин, они забрали нас и отвезли к казармам нашего батальона, который располагался на западном краю го— 35 —

рода Ровно". На следующее же утро, сразу после завтрака, 320-й полицейский батальон сперва перевезли на грузовиках к Кафедральной площади, где он охранял периметр в то время, как там собиралось около 23 500 ровенских евреев. Позже солдат 320-го полицейского батальона вывезли в лес Сосенки, где они посменно чередовались, охраняя периметр вокруг места казни, либо принимая участие в расстрелах3. "Расстрелы продолжались в течение двух дней. Как только рвы заполнились трупами, нас сменили другие подразделения из нашего батальона. 320-й полицейский батальон занимался расстрелами. Когда в последнюю ночь я был на дежурстве, я прошел мимо места, где производились расстрелы, и увидел множество могил с непогребенными трупами. Перед расстрелом все жертвы разделись". На третий день подразделение Аунапу дежурило во время того, как советские военнопленные раскидывали грунт с целью скрыть массовые захоронения4.

Один из пятнадцати подсудимых, осужденных в 1946 году на суде над военными преступниками в Киеве, сержант Борис фон Драхенфельс, также оставил собственное свидетельство очевидца о ровенской резне5. Эстонский Volksdeutsche в Ostlandkompanie, Драхенфельс был Wachtmeister, т.е. сержантом роты 320-го полицейского батальона, который играл основную роль в расстрелах в Сосенках6. Из пятнадцати ответчиков, судимых в Киеве в 1946 году, Драхенфельс был лишь одним из троих, приговоренных к каторжным работам вместо казни7.

В расшифровках стенограммы своего допроса Драхенфельс описал мас-S совое убийство следующим образом: "Крики тысяч людей были слышны издалека... Они стояли в окружении множества полицейских и ожидали своей участи... Полицейские отводили группы людей ко рвам, где они раздевались. Специальные части СД и полицейские нашего батальона выстреливали им в затылок. Взрослых заставляли ложиться во рвы и расстреливали, в то время как детей отрывали от матерей и застреливали. Большинство стрелков были пьяными... Люди молили о пощаде, матери умоляли нас пощадить их детей»8.

За участие в ровенской резне Драхенфельс был приговорен в Киеве к пятнадцати годам каторжных работ в советском трудовом лагере в Воркуте9.

После того как рвы заполнились несколькими слоями тел, последние несколько тысяч жертв были убиты на поверхности земли в открытом поле, прилегающем к основному месту казни. Советский командир партизан Терентий Новак наблюдал из близлежащего леса следующее; "Солдаты и офицеры СД ворошили на влажной земле тела мертвых, застреливая из пистолетов либо закалывая раненых штыками. Падал мокрый снег, ужасающее поле смерти было залито кровью. Розовые потоки воды, смешавшейся с человеческой кровью, струились вниз к дороге"10.

Другим свидетелем событий был немецкий солдат Макс Вайхарт. В ноябре 1941 года Вайхарта дислоцировали в Ровно. Из окна своего кабинета Вайхарт мог наблюдать за тем, как на площади Грабника собралось более двадцати тысяч евреев. Под давлением коллег-офицеров Вайхарт посетил место казни в лесу Сосенки, где своими глазами видел массовое убийство

еврейских мужчин, женщин и детей и даже фотографировал место действия. Его особенно преследовало воспоминание об "одной молодой матери, [которая] держала своего младенца на руках. Они застрелили ее и просто закопали младенца заживо". После непосредственного наблюдения событий ровенской резни Вайхарт перенес нервный срыв и вскоре после этого был признан негодным к исполнению воинских обязанностей11.

В 1960-х годах, в показании под присягой у следователя по немецким военным преступлениям, механик буквопечатающего телеграфного аппарата Кибак из Einsatzgruppe C подтвердил подробности ужасающих описаний, предоставленных жертвами и свидетелями: "В Ровно я должен был участвовать в первом расстреле... Каждый член расстрельной команды должен был застрелить одного человека. Нам дали инструкцию целиться в голову с расстояния примерно десяти метров. На сегодняшний день я уже не могу сказать, кто отдавал приказ стрелять. В любом случае это был штабной офицер. На расстрелах присутствовало довольно много штабных офицеров. Приказом стрелять было; "Готов стрелять, целься, пли!" Люди, которые были застрелены, затем падали в могилу. Меня самого определили в расстрельную команду; однако я смог выстрелить лишь около пяти раз. Мне стало нехорошо, я ощущал себя как будто во сне. Впоследствии надо мною смеялись, потому что я больше не мог стрелять. Рядовой либо младший капрал Вермахта, я не знаю, из какого подразделения, забрал у меня карабин, пошел и занял мое место в расстрельной команде.

Я отошел и встал на расстоянии около пятидесяти метров от расстрельной команды. Было очевидно, что я был не в состоянии продолжать стрелять. Нервное S напряжение было слишком сильным для меня. Когда меня спрашивают, получил ли я выговор за свой отказ, должен сказать, что такого не было"12.

Фридрих Бергман был одним из трех-четырех членов своего подразделения, которые добровольно вызвались убивать евреев в Ровно. Он принимал участие в расстреле трех колонн евреев — мужчин, женщин, детей, включая младенцев, — приблизительно по сто человек в колонне. Затем, согласно его свидетельским показаниям, Бергмана одолела тошнота, и, "не в силах больше выносить запаха крови", он возвратился к себе в казарму13.

Курт Кадик родился в 1908 году в Хельсинки (Финляндия) в семье немецкого инженера, специалиста по телеграфным технологиям. С 1916 по 1918 год Кадик обучался в русской гимназии. После революции в России его семья в 1918 году переехала в Ригу (Латвия). С 1931 по 1941 год Кадик работал в рижском Почтово-сберегательном банке. В 1941 году, во время советской аннексии Латвии14, Кадик был одним из нескольких тысяч прибалтийских Volksdeutsche, которым, в соответствии с пактом Молотова-Риббентропа, было разрешено переселиться в Германию. В то время Кадику был тридцать один год, и, как многие другие из его поколения, он был зачислен в специальную немецкую полицейскую школу для резервистов. В 1941 году его мобилизовали в специальное латышское полицейское формирование, 33-й полицейский батальон15.

Вскоре после своего прибытия в Ровно латышский полицейский батальон (33-й ПБ) был использован в Aktion против ровенских евреев. 6 ноября, за день до Aktion, командир его формирования, первый лейтенант Линке, сообщил, что на следующий день ровенские евреи должны были быть "переселены". Не было никакого упоминания, что евреи будут расстреляны.

Изначально 33-й полицейский батальон был ответственен за обеспечение безопасности главных дорог на входе и выходе из Ровно. Особая инструкция состояла в том, чтобы "ловить всех беглых евреев". Их особо предупредили не применять чрезмерную силу в отношении евреев, вероятно, чтобы избежать бунта, который бы негативно сказался на организации казни. Каждому члену формирования выдали карабин 98 и тридцать пять патронов к нему.

Кадик вспоминал, что в первую ночь Aktion не было никаких инцидентов и его формирование сменили рано утром восьмого ноября. Около полудня восьмого ноября Кадик и десять его однополчан отправились на северо-восток, чтобы своими глазами увидеть операцию по массовому уничтожению в лесу Сосенки. В сентябре 1960 года он давал показания следователям в Главном управлении судебных властей по расследованию военных преступлений национал-социалистов. Кадик в ярчайших подробностях вспоминал то, свидетелем чего стал: "Мы пошли к одной из уводивших из города дорог, которая вела к месту казни. Дорога шла из Ровно на северо-восток. Когда мы достигли этой дороги, то увидели длинную процессию медленно идущих и волочащих ноги евреев. У большинства евреев из ручной клади с собой было что-то одно. Больных и хилых S евреев перевозили на телегах, запряженных лошадьми. Я видел мужчин, женщин, детей и стариков. Теперь наша задача состояла в том, чтобы заблокировать дорогу с обеих сторон с целью помешать любым попыткам сбежать. На моей позиции попыток побега не было.

По мере того как длинная вереница евреев продвигалась вперед, вместе с ней шли войска заграждения. Где-то через три-четыре километра вереница свернула направо к поднимающейся выше холмистой и лесистой местности. Я шел в начале колонны. Возле самой дороги я увидел примерно шесть-семь приготовленных траншей. Мы должны были сформировать двойной кордон вокруг этих траншей и участка земли подальше. Я был в составе внутреннего кордона.

Затем евреев повели, а точнее, погнали на большой участок открытой местности. Здесь я должен отметить, что как только я увидел траншеи, то понял, что евреев собирались расстрелять. Евреи также об этом знали. Отныне никто больше не поверил бы в переселение. Прежде чем евреев согнали на оцепленный нами участок открытой местности, я помню, что они должны были сдать свои ценности. Для этой цели стояло несколько столов с сидящими за ними людьми в коричневой униформе. Не успели первые евреи прибыть на открытый участок, как охранник заставил их идти к траншеям. Перед этим евреи должны были раздеться догола.

Расстрелы начались незамедлительно. Я стоял на расстоянии приблизительно семидесяти метров от траншеи. Перед этим я изучил одну из траншей вблизи. Траншея была примерно четыре-пять метров в глубину, около десяти метров длиной и восемь метров в ширину. Со своей заградительной позиции я мог наблюдать,

как евреев колоннами по четверо сгоняли с участка открытой местности. Они =

должны были подняться на склон и попасть оттуда в траншеи. С одной стороны ¡3

траншеи были более пологими для того, чтобы евреи могли сползать вниз. Рас- ^

стрелы начались в районе обеда (примерно в 13:00-14:00). Со своей заградительной -

позиции я мог лишь видеть, как евреи исчезали в траншеях, и вскоре после этого -

я слышал пистолетные выстрелы. ю

Через некоторое время траншея заполнилась, и с того места, где я находился, ? я мог наблюдать, как евреи должны были ложиться поверх других трупов, а затем | стрелки убивали их выстрелом в затылок. Они продолжали расстреливать, пока не § стемнело, и к этому времени четыре или пять траншей были доверху полны тру- ^ пов. По моей оценке, на участке открытой местности все еще оставалось прибли- "

CQ

зительно шесть тысяч евреев. Этих евреев оставили. Отныне меня и мою группу | освободили от обязанностей по охранению, и мы вернулись в нашу казарму в Ровно.

Другие солдаты полицейского батальона, а также 320-й полицейский батальон, °

оставались на месте казни в течение ночи. Украинские вооруженные формирования £

также были дислоцированы на месте казни с целью охранения. У меня сложилось ™

впечатление, что члены украинской милиции гнали евреев вперед с особой жесто- |

костью. §

X

На следующий день, в соответствии с приказом, я со своей группой снова от- ............

правился на место казни. Я прибыл туда приблизительно в 16:00. Я увидел, что и все траншеи уже были доверху заполнены трупами. На участке открытой мест- & ности оставалось около тысячи евреев. Командир моего подразделения дал тогда ^ мне особое распоряжение охранять изъятые у евреев деньги. Деньги находились в S двух огромных чемоданах, которые оставили открытыми. Деньги были исклю- ^ чительно бумажными деньгами в различной валюте. Украинские боевики должны были искать в снятой евреями одежде драгоценности и деньги. Они помещали бумажные деньги в чемоданы, которые я охранял, а золото и драгоценности передавали на столы, за которыми сидели немцы в коричневой униформе. Насколько я помню, было три-четыре стола, занятые тремя-четырьмя людьми в коричневой униформе. Я отчетливо видел, как "коричневые партийные люди" чрезвычайно интересовались ювелирными изделиями и драгоценностями. Поскольку, как я уже говорил, все траншеи были доверху заполнены трупами, оставшаяся тысяча евреев была расстреляна на участке открытой местности. В этот день погода была по-зимнему холодная. Шел снег с дождем. Земля была очень мягкой. Я видел, как евреи должны были лечь в грязь лицом вниз, а затем их расстреливали. В каждой колонне было приблизительно двадцать евреев. Стрелки проходили мимо хвоста [колонны] и стреляли в жертв. На участке открытой местности евреи также должны были ложиться голыми поверх уже расстрелянных евреев. Их убивали таким же образом.

Незадолго до наступления темноты все евреи были убиты. По моему мнению, в этом Aktion было убито около 18 тысяч евреев. Спустя два дня после Aktion члены моего полицейского батальона несли ночную сторожевую службу у массовых захоронений. Я также стоял там одну ночь. В наши обязанности входило не подпускать к захоронениям расхитителей могил. Из могил все еще доносились стоны некоторых

= жертв. Еще я видел, как из могилы высунулась рука и начала двигаться. Очевидно, ¡3 что некоторые жертвы были все еще живы. Это было ужасное зрелище"16.

Каким бы сложным ни было совершение личных и грязных убийств - бесчисленных незнакомцев, психологическое напряжение проявлялось го- раздо сильнее у преступников, знавших своих жертв. Украинская полиция,

с

ю по всей видимости, перенесла основное бремя участия в расстрельных ко-

5 мандах в масштабных Aktionen осени 1941 года. К примеру, в Бабьем Яре было ! 1500 стрелков: 300 из них были этническими немцами (из Германии и стран § Балтии), а 1200 — этническими украинцами17.

В то время как немецкие стрелки, видимо, могли выбирать, принимать

" или нет участие в массовых убийствах, подобная свобода, очевидно, была не-

CQ

| доступна для гораздо более многочисленных членов украинской милиции18.

I, Выживший еврей из Ровно, Батиа Залуска, свидетельствовал, что «несколько

° украинских палачей побросали оружие и побежали к ямам. Их командир прокричал

CQ

£ им вслед; "Что с вами такое, любители евреев, приказ есть приказ?" Затем он от™ дал приказ их расстрелять, и они были уничтожены и сброшены в яму", бок о бок | со своими еврейскими жертвами»19.

§ Украинские полицейские вспомогательные войска, в составе

............ Schutzmannschaft, сформированном по приказу Гиммлера 26 июля 1941 года,

и играли основную роль в резне в лесу Сосенки20. Почему местные украинцы

6 сотрудничали с целью уничтожения местных евреев? В ходе дачи показали ний офицерам разведки США бывший агент Украинского отдела немецкого S Абвера (военная разведка) в польском Кракове отмечал значительные преимущества службы: "Каждый, работавший на украинский отдел [Абвера III, или немецкой военной разведки] в Кракове, получал красивую, полностью меблированную квартиру с двумя комнатами, включая телефон и радио. Тем, кто размещался за пределами города, в областях, также предоставляли квартиры, либо небольшие дома с телефонами и радио.

Сотрудники, выполнявшие свои обязанности в Кракове, в дополнение к продуктовым карточкам немецкой еды также получали особые партии товаров, включая виски, сигареты, одежду, еду и т.п. В областях каждый «Meldekopf» [немецкий агент] расценивался как официальный переводчик для Zollkommissariat [немецкая таможня] и получал такие же продовольственные наборы [как у немецкого] чиновника, которые выдавались всем работникам государственной службы.

Кроме того, каждый работник получал стабильную оплату в пределах 300500 злотых, счет на текущие расходы и дополнительные вознаграждения за донесения, размер которых варьировался в зависимости от степени их важности. Некоторые ценные донесения приносили до двух тысяч злотых. Украинские отделы в Кракове, равно как в областях, были снабжены явочными квартирами, где допрашивали подозрительных лиц"21.

Работа обеспечивала контакты, а контакты обеспечивали возможности. Жительница Львова, этническая украинка, в 1944 году давала показания представителю Чрезвычайной государственной комиссии. Когда ее спросили про ее квартиру, которая до войны принадлежала евреям, она поначалу

изобразила неведение. В конце концов она призналась, что была уборщицей в Главном управлении Гестапо22.

Помимо материальных преимуществ и вознаграждений, существовали другие привилегии для коллаборационистов: "В дополнение к официальным удостоверениям личности (legitimacia) каждый работник снабжался документами, разрешающими ему прогуливаться по городу либо округу ночью (в то время обычным гражданам не разрешалось гулять по ночам после определенного времени), кататься в немецких железнодорожных вагонах, а также пропусками, позволявшими свободно въезжать на территорию Рейха и протекторатов"23.

Многочисленные наблюдатели отмечали, что полицейские-коллаборационисты не только не скрывали своих ролей в убийствах, но часто хвастали своими злоупотреблениями. Леонид Рейн писал: "Преступники сами часто открыто говорили о "чистках гетто" и не стыдились в подробностях описывать все злодеяния, которые они совершали во время Aktionen. Так, начальник полиции Несвижа в состоянии алкогольного опьянения рассказал жителям деревни Снов о своем участии в резне евреев в июне 1943 года в Барановичах, и как во время резни он лично сбрасывал евреев с балконов второго и третьего этажей"24. Почему полицейские-коллаборационисты хвастались? Рейн добавлял: "Местные чиновники были первыми, кому была выгодна конфискация еврейской собственности. После Aktionen местные полицейские заходили в гетто в поисках спрятавшихся евреев, что давало им возможность грабить еврейские дома. Так, в показаниях, предоставленных советским следователям после войны, бывший Gemeindebürgermeister Корсаковичей Константин Мозолевский сообщал, S что полицейские, участвовавшие в резне борисовских евреев, возвращались с "ча- ^ сами и другими предметами, которые они получали в качестве вознаграждения из имущества казненных евреев"25.

Будучи советским партизаном и скрываясь в часовой ремонтной мастерской в оккупированном немцами Ровно, еврей Наум Кон вспоминал, что «некоторые из украинских полицейских носили по три-четыре штуки наручных часов на каждой руке, и я знал происхождение тех часов, как они были "получены"»26. Отнюдь не скрывая происхождения своих богатств, полицейские открыто хвастались тем, каким образом они им достались. "Вошли два младших [украинских] полицейских с часами в несколько рядов на руках и завели разговор со старшим полицейским. Они объясняли, каким образом добыли каждые из тех часов. Это было то еще объяснение — оно превратилось в порочное хвастовство злодеяниями против невинных евреев, и злодеяния те были настолько жестокими, что заставили мои волосы встать дыбом. Одно дело — смерть, но садистская пытка — это другое, и те украинские полицейские хвастались медленными, мучительными и ужасными смертями, которые они специально задумали для "своих" евреев"21.

Наибольшее понимание мотиваций украинских полицейских в резне в Ровно было продемонстрировано в необычайном свидетельстве этнического поляка Юрека Новаковски, который в то время проживал в доме номер три по Замкнутой улице, расположенном непосредственно напротив Кафедраль-

= ной площади: "Сам я не могу подробно рассказать вам о том, что произошло ¡3 в Сосенках, так как я этого не видел. Но люди, принимавшие участие в расстрелах, рассказали мне об этом. Сева Маевский, 1921 года рождения, радиотехник по

- профессии, сотрудничал с Гестапо, а позже работал в Информационном отделе

- (Verbingdungsstab) немецкой контрразведки; и Георг Дацюк, этнический украи-ю нец28, работавший переводчиком в Schutzpolitzei, а позже в украинско-немецком СД

ГС

5 (Sicherheitsdienst), немецкой службе безопасности.

! Дацюк рассказал мне, что поначалу ему было "неудобно" стрелять в беззащит-

§ ных людей, которые к тому же лежали голыми на земле лицом вниз. Среди тех, которых он, Дацюк, застрелил, было несколько его знакомых еврейских девушек, " с которыми он встречался ранее на вечеринках, с некоторыми он даже учился в

CQ

| школе. Но, сказал Дацюк, он должен был застрелить даже их. Это была норма, I, продолжал Дацюк, с целью привить вкус к крови, к убийству. Полицейский постар-° ше, я не помню сейчас его имени, показал ему на примере, как это делать, а затем £ Дацюк открыл огонь сам; стрелять в затылки, а затем сбрасывать тела в яму. ™ Они не расстреливали детей, не хотели расходовать пули, а вместо этого просто | швыряли их в яму живыми. Я пережил [ужасы], сказал Дацюк, с которыми никогда § не сталкивался даже Нерон29.

........................Маевский хвастался, что после массовых расстрелов в Сосенках он набрал

и столько золотых часов, монет, браслетов и других изделий, что ему хватило на

6 всю оставшуюся жизнь30.

^ Сергей Лещук, около тридцати пяти лет, проживавший в Ровно, также при-

S нимал участие в расстрелах евреев»31.

Чая Мусман была потрясена до слез, когда впервые прочитала данное показание под присягой своего возлюбленного Юрека Новаковски. Почему? Потому что Георгий Дацюк был их другом, а девушки, убитые Дацю-ком, были близкими подругами из их общего круга, учащимися ее десятого класса еврейской женской гимназии32. До Чаи дошли слухи, что кто-то из их компании был одним из стрелков, но она не знала, что это был Дацюк, пока впервые не прочитала этот документ в 2004 году. Она помнила его таким порядочным, чутким человеком. И мысль о том, что Дацюка превратили в чудовищного преступника, который с такой безнаказанностью убил их друзей, несомненно, причиняла ей глубочайшую боль.

Это — печальная правда, что иногда бывшие друзья становились чудовищными преступниками. Другой выживший рассказал такую историю. Из-за их благосостояния осенью 1939 года Советы заставили семью Лидии Эй-хенхольц переехать из Ровно в Дубно (на расстояние более ста километров). В то время Эйхенхольц было шестнадцать лет. Она с печалью вспоминала сына украинского католического священника по имени Нестор, который стал весьма дружелюбен в советский период: "Я видела Нестора каждый день до июня сорок первого. После немецкого вторжения на территорию восточной Польши, я слышала, что Нестор присоединился к петлюровской бригаде... Нестор предал всех своих еврейских друзей. Он исчез в 1945 году, больше его никогда не видели"33. В июле 1941 года ее отца, дедушку и всех мужчин из ее семьи забрала украинская

милиция. Их расстреляли и сбросили в близлежащий ров. Среди стрелков был ее довоенный друг Нестор.

В архивах украинской вспомогательной полиции (НМэро^е1) во Львове имеются 54 заявления о вступлении в ряды украинской полиции, все они датированы августом 1941 года. Каждое включает прошение о разрешении присоединиться к полиции, в котором большинство обещало "достойно и добросовестно выполнять все приказы". Каждый заявитель также предоставлял краткую автобиографию с указанием даты и места рождения, профессии, воинской обязанности и остальной относящейся к делу информации, которая часто включала в себя причины желания вступить в ряды немецкой оккупационной полиции. Все 5334 заявления были от этнических украинцев, а 45 заявителей (85 процентов) отмечали, что присоединились к украинской народной милиции, как только немцы вторглись на территорию Советского Союза. Почти все служили в польской армии в 1930-х годах, и не было никого из Львова. Большинство было в возрасте 30-35 лет, и не было никого старше сорока. Некоторые указывали членство в Организации украинских националистов (ОУН), кое-кто даже отбывал тюремные сроки при поляках за украинскую националистическую деятельность, и все демонстрировали явные признаки украинской националистической солидарности, подписываясь, к примеру, как "украинец Толопко Мыхайло", либо указывая, что они вступили в ряды, "чтобы отомстить евреям и полякам"35. Очевидно, что немецкие власти проверяли свою коллаборационистскую полицию на склонность к геноциду, и наибольшее количество готовых к этому людей было в рядах украинских националистов. ^

Помимо националистических настроений, четким фактором, воздействующим на принятие решений о вступлении в ряды коллаборационистской полиции, также являлся оппортунизм. Безусловно, политическая экономика геноцида помогла мотивировать преступников. Йитжак Арад описал основные принципы Холокоста как экономического преступления. "Во-первых, все жилые помещения и их содержимое, оставленные сотнями тысяч евреев, которые бежали от приближающейся немецкой армии или были эвакуированы восточнее, в глубь территории Советского Союза. Во-вторых, сотни тысяч квартир (и их содержимое), прежде принадлежавших евреям, которые были выселены и отправлены к местам казней либо в гетто в качестве промежуточного этапа на пути к их истреблению. В-третьих, все личное имущество, валюта и ценности, украденные у жертв на местах, где они были убиты"36. Жительница Ровно, 43-летняя этническая полячка Эмилия Раблинска, вспоминала: "Одежду людей, которых расстреляли, перевезли в фургонах на чердаки административных зданий города, в сараи и т.д. Ее постирали, отсортировали, а затем распределили среди немцев, которые отослали эти вещи домой в Германию"37. Все это являлось неотъемлемой частью экономической эксплуатации Украины, когда трофеи геноцида делились между местными жителями, а также немецкими солдатами и администрацией Рейха. Так было задумано, что гибель евреев была экономически выгодна всем остальным.

= Помимо золотых часов, немецкий оккупационный режим предлагал по-.0

¡3 лицейским и коллаборационистам другие многочисленные поощрения. По

^ состоянию на 1944 год, немецкие оккупационные власти предлагали целых

5 двадцать литров водки и пять тысяч злотых за каждого схваченного мест-~ ными жителями еврея. Заручение поддержкой местных украинцев влекло ю за собой определенные расходы. В Трохимброде, деревне к северо-востоку от ° Луцка с преобладающим еврейским населением, "половина зданий уже была Ü разобрана шакалящими украинцами, которые унесли все, даже стены и полы"38. о "В то время почти невозможно было достать соль, поэтому немцы возна-

6 граждали каждого христианина, который убивал еврея либо приводил его и живым, половиной килограмма соли"39. В результате во время войны точно | так же существенно выросли затраты евреев, стремящихся избежать поимке ки40. К зиме 1943 года стоимость фальшивых документов во Львове достигала

о

g 25 тысяч злотых41. В 1943 году капсула со смертельным ядом в Кракове стоила DL 10 тысяч злотых42.

ш

и Помимо экономических возможностей и антисемитской идеологии,

| основной составляющей массовых убийств также являлся алкоголь. Го-х воря об Einsatzgruppen, Рауль Гильберг отмечал, что, как правило, "время

............ от времени у людей случались нервные срывы", и "в некоторых подразделени-

ч ях использование алкоголя стало обычной практикой"43. Психиатр Роберт ш Джей Лифтон обнаружил, что у членов Einsatzgruppen наблюдалось очень £ большое количество случаев "тяжелых тревожных расстройств, кошмаров, | тремора и многочисленных жалоб на физическое состояние", всех симптомов 4 посттравматического стресса44. Рудольф Гесс вспоминал: "Многие члены Einsatzkommandos, не в силах больше нести на себе бремя кровавых злодеяний, совершили самоубийства. Некоторые даже сошли с ума. Большинство членов этих Kommandos, выполняя свою ужасную работу, были вынуждены полагаться на алкоголь"45. Солдаты, остановившиеся у Казимира Брыша в деревне Кравчица под Львовом, несли ответственность за зверства в районе Львова. Позднее Брыш вспоминал: "Каждый день они напивались, а когда я спросил, где они достали водку, они ответили; «Нам дают водку, и это нас полностью устраивает. Мы должны пить"»46. Леонид Рейн подтверждал, что "многие [стрелки]... во время казней были пьяными"47.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Массовые казни всегда сопровождались большими торжествами для полицейских, принимавших участие в расстрелах. Как отмечал историк Юрген Маттеус, "частые призывы Гиммлера к празднествам после казней позволяли его людям укреплять связи, расслабляться и поддерживать подобие нормальности"48. Все это подпадало под рубрику управления "душевной гигиеной" солдат: "Командиры батальонов и рот должны принимать особые меры по ослаблению напряжения для душевного здоровья участников подобных действий. Впечатления от прошедшего дня должны быть вытеснены вечеринками. Кроме того, солдатам необходимо постоянно читать лекции о необходимости мер, вызванных политической ситуацией"49.

РАССКАЗЫ ВЫЖИВШИХ В РОВНО =

.0

На следующий день после массовых убийств в лесу Сосенки отряд советских ¡3 партизан под командованием Новака развесил печатные свидетельства кровавой расправы поверх изначальных немецких постановлений, обязывавших ев- -реев собраться на площади Грабника. Новак прогуливался по улицам и наблю- -дал, как потрясенные местные жители — в основном, украинцы и этнические ю поляки — читали свидетельства друг другу вслух и по их щекам текли слезы50. ?

В течение последующих дней и недель несколько небольших групп |

оставшихся в живых евреев вновь появились в Ровно. Они отчаянно искали §

информацию о родных, обращаясь за поддержкой к соседям и друзьям-не- ^

евреям. Они приносили с собой ужасающие свидетельства резни, и посте- "

Ш

пенно эта информация просачивалась повсюду среди остального сообщества. |

В своих опубликованных мемуарах Чая Мусман оставила трогательное свидетельство героических усилий ее друга-поляка Юрека Новаковски по °

Ш

спасению ее лучшей подруги Лии Бодкиер (она же Кристина Новаковска) от £ верной смерти: «Рассказывая историю о евреях из моего уничтоженного города, ™ я также хочу сказать о моем друге, молодом поляке Юреке Новаковски. Он оказался | настоящим человеком, Человеком с большой буквы. Моей подруге Лие не удалось §

эвакуироваться [летом 1941 года], и она осталась в Ровно. Как и все остальные евреи ............

города, в ноябре 1941 года Лия с родителями и младшей сестрой Миной отправилась и на [площадь] Грабника. Оттуда немцы повели их небольшими группами [пешком] & к лесу под названием Сосенки, где их расстреляли. Когда группа Лии и ее родителей ^ подошла к Сосенкам, они услышали выстрелы, и отец [Лии] приказал своим жене и дочерям бежать. Лия помчалась на [соседнее] поле. Охранники открыли по ней огонь, но, к счастью, никто не стал ее преследовать. Лия подбежала к стогу сена, забралась внутрь и спряталась там до наступления темноты.

Той ночью она отправилась к дому украинских крестьян, которые ее впустили, накормили и дали ей новую одежду. На ней были изящный плащ и платье; Лия отдала их хозяевам и взяла взамен крестьянскую одежду, в которой возвратилась в город, в свой пустой дом.

Дома она никого не нашла — родители, сестра, все ее соседи были убиты. Она была одна на вымершей улице51.

Спустя несколько дней Юрек Новаковски нашел ее и забрал к себе домой, где прятал на чердаке [дома номер три по Замкнутой улице]»52.

Позднее Кристина Новаковска вспоминала, что украинские полицейские, следившие за евреями по пути к лесу Сосенки, стояли примерно через каждые сто метров, так что на самом деле убежать из колонны было достаточно легко. Украинский полицейский мог сделать несколько выстрелов, пока вы бежали, но не мог покинуть свой пост53.

3. ИТОГИ: ПОСЛЕДСТВИЯ РОВЕНСКОЙ РЕЗНИ

Уничтожение евреев имело самые тяжелые последствия для Ровно как процветавшего культурного центра. Еврейский партизан Авраам Лыдовский

= вернулся в Ровно в феврале 1944 года. Его взору открылся до боли знакомый, .0

¡3 но и практически неузнаваемый город: «По улицам довольно прохаживались русские и поляки, одетые в лучшие вещи евреев, из некогда еврейских домов теперь

- доносился смех новых жильцов. Мы немыми тенями проходили по улицам города,

- пытаясь углядеть хоть одного еврея, но не встретили ни одного»54.

ю Один из выживших, Авраам Киршнер, вспоминал, как оставшиеся оби-

? татели еврейского района Ровно узнавали о трагической судьбе, постигшей | их родных в лесу Сосенки: «Те из нас, кто остался в городе, встречали людей, § рассказавших о той страшной ночи, о том, что в лесу лежат тела тысяч убитых.

Во рвах, среди мертвецов, были и все еще живые люди, но которые медленно зады" хались от придавивших их тел.

Ш

| На третий день [после трагедии] тринадцать из нас одолжили машины и

I, без нарукавных повязок отправились в лес. То, что мы увидели, было сущим адом.

° Тысячи тел во рвах уже начинали чернеть. В одной куче лежали сотни советских

Ш

£ паспортов, в другом месте мы нашли чей-то брошенный башмак и останки тел. ™ Я не нашел свою семью, но увидел мою подругу — ей исполнилось 17, какой красивой | она была! Она лежала рядом с родителями, пуля попала ей в щеку. § Потом мы видели, как убитых хоронили. Немцы привели советских военно............ пленных и велели им привязывать к лошадям по нескольку тел, так лошади и во-

и локли их до могил. Всего могил было 12, каждая по 12-20 метров в длину и метров & 10 в глубину. Пленных, которые в этом участвовали, потом тоже убили, чтобы не ^ оставлять свидетелей чудовищного преступления. Землю распахали плугом, чтобы скрыть все следы, так что никто не узнал бы, какое зверство совершилось здесь»55.

Один немецкий офицер сфотографировал тела евреев, которые даже не помещались в могилы. Эту фотографию потом забрал у него в 1944 году ро-венский еврей Ипполит Ситовский. Она до сих пор хранится в одном из засекреченных московских архивов. Это единственная фотография места, где были убиты тысячи людей в лесу Сосенки.

Авраам Киршнер не только посетил лес Сосенки вскоре после резни, в самом Ровно он видел, как торговали изъятым у евреев имуществом.

«На следующий день после казни в канцелярию городского главы, занятую немецким командованием, отправились 600 запряженных лошадьми повозок, перевозивших оставшееся на площади имущество убитых. Я видел, как вещи везли по улицам, как их разгружали. Сортировать скарб приказали еврейкам — женам и дочерям убитых. Позже они рассказывали, что на одежде часто оставалась кровь — такие вещи немцы велели выбрасывать или разрешали раздавать евреям. Оставшееся отправили в синагогу, которую превратили в склад награбленного.

Затем немцы и украинцы принялись грабить и разорять дома убитых, найденное отдавали самим немцам и тем, кто занял административные здания. Большую часть потом отправили в Германию. Конечно, как и в других городах, все меха пришлось сдать. Угнанные автомобили и мотоциклы накрывали постельным бельем»56.

Инженер Моше Гильденман добавил: «Украинцы, как саранча, набросились на дома евреев, они разоряли их и тащили любые ценности. Что нельзя было уне-

сти в руках, то грузили на запряженные лошадьми телеги — туда сваливали ме- =

бель, крупные вещи, посуду — все, что только можно было забрать. Все украинское ¡3

население города, бедные и богатые, образованные и простые участвовали в этом 3D

безобразии. Всего нескольким евреям удалось спрятаться в подвалах, на чердаках, -

по углам и щелям, но украинцы выдавали немцам их укрытия, чтобы те могли -

убить, изничтожить их. Особенно охотно это делали, если можно было получить ю

за «службу» вознаграждение»57. S

Тогда только 18-летней Блуме Дойтч удалось сбежать с Aktion в Сосенках |

и укрыться в чешской деревушке. Они с отцом вернулись в Ровно спустя §

несколько дней: «Город казался нам каким-то чужим. Не могу описать Ровно, ^

который я увидела. Евреев не осталось, город стенал. Дома были разрушены либо "

CQ

проданы немцами. То тут, то там украинцы тащили мебель и вещи — собствен- | ность евреев, а большие немецкие грузовики вывозили то, что еще оставалось в их домах. От такого зрелища слезы наворачивались на глаза, колени подкашивались. °

CQ

Наш дом оказался в черте гетто. Оно протянулось от Пониетовской [Понятов- £ ской] улицы, от железной дороги, и до конца улицы Воли. Сюда согнали 4000-5000 ™ евреев, избежавших бойни. Так мы попали в гетто, но могли расстаться с жизнью | в любой момент. Люди были сломлены и подавлены, скорбели по убитым близким §

и жалели, что не разделили их участь. Зачем теперь было жить? Обитатели гет- ............

то походили на ходячих мертвецов, потерявших надежду, отчаявшихся и ждущих и смерти»58. &

За резней в Сосенках последовали масштабные мероприятия, направ- ^ ленные на уничтожение оставшихся евреев Ровно, которые еще не попали S в гетто. Сорокалетняя Мария Демчишина, украинка по происхождению, ^ вспоминала: «После массового расстрела немцы усилили патрулирование города, и выживших евреев хватали прямо на улицах, отправляя на специальных машинах на Белую улицу [в тюрьму Гестапо]». Интересно отметить, что Демчишина заходила в гости к другу, жившему напротив тюрьмы на Белой улице, — и с ужасом наблюдала за творившимся там из окна его квартиры.

«Однажды прямо на моих глазах произошла страшная сцена. На улице появились два грузовика, забитые людьми. Немцы начали выводить людей из машин, строили по пять в ряд. Когда все вышли, им приказали полностью раздеться и прыгать в яму, выкопанную заранее. Люди не хотели идти, некоторые плакали и просили сжалиться, но никакого милосердия от немцев не дождались. Любого, кто пытался оказать сопротивление или отказывался спускаться в яму, солдаты били прикладами и расстреливали [на месте]. Тем, кто оказался в яме, было приказано лечь лицом вниз, и тогда немцы расстреляли и их. Всего было убито около 60 человек, привезенных на этих двух грузовиках. Когда все было кончено, немцы слегка забросали ямы землей и уехали»59.

Эти слова подтверждаются и рассказом сестер Либерман: «На следующий день [после бойни] евреев, остановленных на улице, расстреливали на месте»60.

Восемнадцатилетней Лие Бодкиер удалось избежать гибели в лесу Сосенки. В первые дни она была потрясена и напугана, но смогла добраться до родительского дома в Ровно. На двери стояла официальная печать рейха,

= соседи с подозрением разглядывали ее, пока девушка топталась на крыльце, .0

¡3 пытаясь понять, что же делать дальше. Проходившему мимо офицеру захотелось помочь симпатичной девушке, и он сам просто снял печать, пропу-

- ская ее в дом. В последующие несколько недель Лия продала большую часть

- мебели и другого имущества семьи, чтобы раздобыть пропитание. В конце

с

ю концов она нашла приют в доме очень набожной польской католички пани

гс

5 Остаповичовой, богатой вдовы, жившей в собственном доме. К тому же Лие ! помогала соседка Лидка Высоцкая, этнически русская девушка, с которой они § подружились еще до войны и которая была лишь немногим старше ее самой.

Вскоре Юрек Новаковски стал часто навещать Лию. С ним они приду-с мали план, как Лие спрятаться «на арийской стороне» под вымышленным

CQ

| именем, а позже им пожениться. Двое друзей, Лидка Высоцкая и Колька Тры-сичов, юный радикал, чья сестра Лена за время войны смогла нажить неко-° торое состояние благодаря черному рынку, согласились подписать вместе с

CQ

£ Юреком фальшивую бумагу: «Мы, нижеподписавшиеся, подтверждаем, что по™ дательница документа — беженка из Кутно по имени Кристина Брониевская, дочь | Йозефа Яника, родилась 3 июля 1922 года в Кутно. Все документы, удостоверяющие § личность, сгорели при пожаре в доме». Этот документ видел и официально заве............ рил нотариус, так что Лия превратилась в полячку. Потом Юрек Новаковски

и убедил католического священника крестить ее и записать под именем Кри-

6 стины Брониевской. Священник также направил молодых людей к другому ^ польскому католическому пастору, чей приход располагался неподалеку от S Житина, где пара венчалась 30 декабря 1941 года.

^ Изначально мать Юрека приняла невестку-еврейку в штыки и категори-

чески отказалась пускать молодых жить в свой дом в центре Ровно. Возможно, это решение оказалось для супругов спасительным, поскольку маловероятно, что им удалось бы сохранить тайну в городе, где многие хорошо знали Лию Бодкиер. В результате пара перебралась в съемную комнату в Здолбунове, что в 12 километрах к югу от Ровно. Там Юрек нашел работу в торговой компании Zentralhandelsgesellschaft Ost GmbH, которая занималась переброской провизии между фронтом и тылом. Юрек Новаковски вспоминал: «Работа в структуре, которая была связана с торговлей продуктами, была очень кстати, поскольку благодаря связям мне удавалось доставать кое-что и для дома. /.,,/Мука служила отличным средством обмена, и я ею торговал. Благодаря этим моим занятиям мы могли достать другие необходимые для выживания продукты. /.,,/ Таким образом первый период оккупации мы пережили относительно благополучно и даже смогли помогать семье и друзьям. С одеждой и обувью приходилось хуже, их мы себе позволить не могли»61. 10 октября 1942 года Кристина родила сына Ежи Новаковски.

Юрек Новаковски описывал их жизнь беглецов в Здолбунове и Ровно следующим образом: «Мы с Кристиной пытались вести себя как можно более естественно и не отстранялись от участия в общественной жизни, поскольку иначе мы могли бы вызвать подозрения. Так что Кристина ходила к портнихе, чтобы та сшила ей платье или скроила пальто. Мы ходили с сыном гулять в ближайший парк, ходили в гости. Время от времени я выпивал с друзьями. Там же можно было

узнать немало важных новостей об оккупации. Рутина и домашние дела давали возможность на время забыть о ежедневно нависавшей над нами опасности. Она все еще существовала в значительной мере. Отряды немецкой полиции совместно с украинскими полицаями и венгерскими армейскими патрулями ходили по домам, устраивали обыски, останавливали людей на улицах, отправляли молодых людей на принудительные работы в Германии. Украинские националисты тоже представляли угрозу; в близлежащих деревнях они жестоко расправлялись с поляками. Опасность несли пересуды и сплетни наших соседей-поляков, иногда до нас доходили слухи о людях, которые укрывали евреев62.

Коротко говоря, семья жила в постоянном страхе раскрытия и разоблачения. «Ходили слухи, что немцам доносили о евреях, скрывающихся даже на нашей улице»63. Только за первый год молодая семья переезжала четыре раза, постоянно избегая глаз подозрительных соседей. Юрек писал в мемуарах: «В этих заметках я осознанно не описываю убийства, казни и виселицы на улицах, которые часто видел во время оккупации»64. «Внешность Кристины вполне могла сойти за арийскую, особенно когда она надевала на голову платок. У нее также было безупречное [польское] произношение, [в котором совершенно не слышался еврейский акцент]. Она всегда вела себя очень уверенно, ничуть не смущалась, ругалась с соседями, что, конечно, исключало любые подозрения. Многие польские антисемиты доверяли ей настолько, что спокойно делились с ней своей ненавистью к евреям. И тем не менее повседневная жизнь оставалась напряженной. В домах то и дело проходили обыски, а по всему городу украинские националисты вырезали польские семьи»65.

К 1943 году на Волыни появилась и другая проблема: чтобы чувствовать себя в безопасности, уже недостаточно было просто не быть евреем, опасно ^ было иметь даже польские корни, поскольку фанатичные украинские националисты — бандеровцы — все чаще нападали на уроженцев Польши. В 1944 году украинские националисты убили старшую сестру Юрека, Мару-сю, когда та вышла купить продуктов для сотрудников на работе66. Здолбунов был освобожден Красной армией 3 февраля 1944 года, и семья вернулась в Ровно. Город потом еще несколько месяцев подвергался бомбардировкам, так что 80% Ровно сравняло с землей немецкими бомбами.

По сравнению со всем остальным, этот период, наверное, был самым тяжелым для семьи за всю войну. В июне 1944 года Юрека Новаковски призвали на партизанскую службу в отряд, подчинявшийся Сидору Ковпаку, выдающемуся советскому партизанскому командиру. С военной службы Юрек демобилизовался в декабре 1944 года с серьезной травмой правого глаза. В конце июня 1945 года все семейство Новаковски переехало в Польшу, город Бытом в Силезском воеводстве67.

ФОРМИРОВАНИЕ И ЛИКВИДАЦИЯ РОВЕНСКОГО ГЕТТО

После 9 ноября 1941 года в городе осталась примерно четверть всех евреев, живших в Ровно до войны, т.е. около 7000-8000. Сразу же после расстрела в Сосенках жилье и собственность всех евреев были конфискованы, а остав-

= шиеся евреи города, получившие разрешения на работу, были переселены .0

¡3 вместе с максимум тремя ближайшими членами семьи в только что устроенное еврейское гетто, специально созданное в северо-западной части Ровно

L

- недалеко от тюрьмы Гестапо на Белой улице. Авраам Киршнер вспоминал:

- «На следующий день, когда я пришел на работу, я вдруг понял, что не хочу ни раю ботать, ни жить после потери самых дорогих мне людей. Когда арбейтсляйтер

ГС

5 [начальник] пришел и увидел, что мы просто стоим, каждый погруженный в свои ! мысли, он сказал, что участь, постигшая наших родителей, уготована и нам.

§ Через несколько дней в Ровно стали обустраивать еврейский район. Всех остав-

шихся евреев (8000) согнали на несколько самых бедных улиц, и мы поняли, что и " нам не избежать смерти. Поскольку бежать было некуда, мысли о самоубийстве

CQ

| стали бродить в наших умах. Некоторые начали вооружаться пистолетами и

I, гранатами, оставшимися от советских солдат, другие же приступили к рытью

° подземных убежищ68.

£ Уверенный в неизбежности смерти и в том, что это — только вопрос вре-

™ мени, Киршнер вскоре сбежал из ровенского гетто и до конца войны скры-

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

° вался в Клеване.

о

§ В июле 1942 года большая часть из оставшегося в Ровно еврейского на............ селения была отправлена за 70 километров от города — в Костополь и Про-

и хуров, где была убита в череде менее крупных Aktionen69. 13 июля 1942-го

6 немецкий инженер Герман Грэбе, работавший на компанию Jung A.G., рас-^ положенную неподалеку от Здолбунова, лично наблюдал расформирование S ровенского гетто: «Вечером того дня я отправился в Ровно и встретился с Фрицем Эйнспорном перед домом на Банхоффштрассе, где жили евреи, работавшие на мою фирму. Где-то в начале одиннадцатого часа гетто окружило большое подразделение СС и примерно в три раза большее число сотрудников украинской милиции. Потом туда привезли несколько прожекторов, установили по периметру гетто и включили свет. Если двери и окна оказывались заперты, а обитатели домов не открывали на стук, бойцы СС и милиционеры разбивали окна, выламывали двери палками и ломами и входили в дома. Людей вытаскивали на улицы в чем они были, не имело значения, были ли они одеты или их подняли с кроватей. Поскольку большинство евреев отказывались выходить из домов и пытались сопротивляться, СС и милиционеры применяли силу. В конце концов они одерживали верх и выгоняли людей на улицы ударами кнутов, пинками и тычками прикладов. Жителей выселяли с такой поспешностью, что в некоторых случаях маленькие дети оставались лежать в кроватках. На улицах женщины кричали, разыскивая детей, а дети — пытаясь найти родителей. Это ничуть не мешало офицерам СС вести людей по улице, заставлять их бежать трусцой и бить. Так продолжалось, пока колонна не добралась до уже ждавшего их товарного поезда. Вагон заполняли за вагоном, и крики женщин и детей, щелчки кнутов и автоматные выстрелы оглушали и долго не затихали.

Поскольку несколько семей или групп людей забаррикадировались в особенно крепких домах, где двери не поддавались палкам и ломам, немцы решили применить ручные гранаты. Гетто располагалось неподалеку от железнодорожных путей

Ровно, те, кто были помоложе, попытались перебраться через пути и неглубокую речку, чтобы вырваться с территории гетто. Пригородные места не освещались электрическими фонарями, поэтому место было решено осветить сигнальными ракетами. Всю ночь побитые и израненные люди шли по освещенным улицам под лай собак. Женщины несли на руках мертвых детей, тащили и волочили за руки и за ноги мертвых родителей по дороге к поезду. Снова и снова по гетто прокатывались эхом крики «Открыть дверь!», «Открыть дверь!».

Около шести часов утра я ненадолго вышел из дома, а Эйнспорн и еще несколько немецких рабочих остались внутри, они только вернулись. Мне казалось, что главная опасность миновала, и я решил, что большой беды не будет. Вскоре после моего ухода в дом 5 по Банхоффштрассе ворвались украинские милиционеры и вытащили оттуда семерых евреев, отправив на место общего сбора в гетто. Вернувшись, я смог помешать отправке еще нескольких. Потом я отправился на площадь в гетто выручать первых семь пленников. На улице, по которой я шел, лежали десятки тел — погибшие были всех возрастов, обоих полов. Двери домов были открыты нараспашку, окна разбиты. Обрывки одежды, обувь, чулки, куртки, шапки, шляпы, плащи и прочее валялись прямо на дороге. На углу дома лежал ребенок, ему не было еще и года, с проломленным черепом. Кровь и мозги остались на стене дома, растеклись вокруг тельца. На младенце не было ничего, кроме одной рубашонки. Командир, майор СС Путц, расхаживал взад-вперед по ряду из 80-100 мужчин-евреев, жавшихся к земле. В руке он держал тяжелый собачий хлыст. Я подошел к нему, показал письменное разрешение за подписью штабляйтера [начальника отдела кадров] Бека и потребовал вернуть семерых рабочих, которых я узнал среди затравленных людей. Доктор Путц пришел в ярость из-за решения Бека, и ничто не могло ^ его убедить освободить семерых. Он движением руки очертил квадрат и сказал, что любой, кто сюда попадает, больше отсюда не выходит. Хоть он и был зол на Бека, он разрешил забрать людей из дома 5 на Банхоффштрассе и из Ровно самое позднее до 8 часов. Уходя от доктора Путца, я заметил украинскую деревенскую телегу, запряженную двумя лошадьми. В повозке лежали мертвые с уже одеревеневшими конечностями. По обе стороны торчали руки и ноги. Телега двигалась к товарняку. Потом я забрал 74 запертых в доме рабочих в Здолбунов.

Через несколько дней после 13 июля 1942 года окружной комиссар Здолбунова Георг Маршал созвал собрание начальников компаний, смотрителей станций, руководителей Организации Тодта и сообщил им, что все компании и пр. должны немедленно подготовиться к «переселению» евреев, причем сделать это чуть ли не немедленно. Он объяснил это погромом в Ровно, где были ликвидированы все евреи, т.е. расстреляны под Костполем»70.

В первую ночь, когда только начался разгром ровенского гетто, Барбара Барац с дочерью сумели выбраться и спрятаться на квартире друга их семьи Якова Сухенко. Барац с нескрываемым отвращением вспоминала, что, пока они оплакивали жестокое уничтожение оставшихся евреев, немецкие соседи Сухенко устраивали праздничную вечеринку: «В то время [как мы слышали крики евреев], в квартире немки шумно праздновали, я слышала музыку, слышала,

как они танцевали»71.

= Ровенское гетто было ликвидировано в последнюю Aktion в августе

¡3 1942 года. «В 11 вечера украинские полицаи и личный состав немецкой армии окружили гетто, вывели всех евреев, погрузили их в вагоны и вывезли в неизвестном - направлении. Небольшая группа евреев сбежала в другие города по арийским доку- ментам, некоторые — в другие гетто»72. Опечатанный поезд направлялся к ю расположенным неподалеку местам расстрела или к другим гетто, которые

с

5 тоже были ликвидированы в последующих операциях.

! Следователи сопровождали евреев Ровно в последнем пути и вели учет

§ их последовательной ликвидации в августе и сентябре 1942 года. 25 августа 1942 года немецкие подразделения и украинские милиционеры расстреляли " около 3000 человек в Березне73. После казни специальная группа из восьми

CQ

| немецких полицейских и нескольких местных членов украинской мили-I, ции обратились к местному населению с просьбой выдать оставшихся евре-° ев: «Любой, кто хочет получить килограмм соли и полкилограмма сахара, должен £ выдать евреев»74.

™ 25 сентября 1942 года в деревне Александрия под Ровно несколько

| местных жителей-украинцев видели, как два грузовика привезли совет-§ ских военнопленных копать большую яму примерно в полукилометре от

............ железнодорожного моста, на местном поле75. В ту ночь прибыли отряды

и украинской милиции из Тучина, Клеваня и Костополя76. Потом деревню

6 окружили военные и милиционеры. В ту ночь многие евреи попытались s бежать, опасаясь за свою жизнь, но большинство из них были застрелены S милиционерами, перекрывшими все пути. На следующий день 43-летний

украинский плотник Иван Морозик пошел посмотреть на Aktion — расстрел евреев.

«На следующий день они собрали всех евреев на площади и начали отбирать ценные вещи: кольца, часы, браслеты. Я тогда хотел пойти копать картошку, но у меня не было лопаты, так что меня задержали и повезли с остальными. Нас всех привезли в сторону Святского леса,, на поле. Всем, у кого были лопаты, и мне в том числе, было приказано отойти в заросли. Когда мы отошли, между нами и ямой встали охранники. Потом они разделили мужчин и женщин, женщинам велели раздеться догола. Одна еврейка, Чехман, забилась в истерике, умоляя дать ей проститься с мужем, но немец только сильно ее ударил.

Когда все женщины разделись, им велели спуститься в яму, и те, кто стояли близко, включая меня, слышали плач женщин и детей и выстрелы автоматов-пулеметов. Потом настала очередь мужчин раздеваться. Трое еврейских мальчиков должны были ходить между ними и собираться все, что находили в карманах, потом мужчин тоже заставили спуститься в яму.

Потом немцы приказали нам закапывать [мертвых], и мы уже закончили и только начали расходиться, когда привезли еще двадцать евреев, и нам приказали остаться. Когда [эти последние евреи] начали раздеваться, я дал деру в лес и по оврагу добрался до дома племянника, который жил там неподалеку»77.

Пятидесятитрехлетняя вдова Агафья Ковальчук добавляла: «После массового расстрела [украинская милиция] начала проводить обыски в квартирах [в ев— 52 -

рейском гетто], а потом прочесывала леса в поисках спрятавшихся. Им удалось =

.0

поймать примерно сотню человек, которых затем отвели на реку Горынь и там ¡3 расстреляли»78. Ковальчук указала имена некоторых местных членов Украинской народной милиции, участвовавших в бойне, в их числе были: на- -чальник милиции Павел Гаврилюк, его заместители Александр Онищук и -

с

Павел Семенюк, а также Александр Остапович, Юрий Моркуп и многие дру- ю

гие79. Рассказывают, что Онищук славился особой жестокостью. Ковальчук ?

утверждала, что своими глазами видела, как он схватил пожилого еврея и |

потребовал: «Давай сюда золото!» — но у того золота не оказалось, и тогда Они- §

щук схватил старика за бороду и оторвал ее вместе с кожей, а потом вырезал ^

крест на лбу у еврея80. В октябре в деревне Старомыльск под Здолбуновом в "

CQ

местном овраге были расстреляны 1700 евреев81. |

Начиная с этого дня, Ровно и близлежащие окрестности были официально обозначены как Judenfrei, т.е. свободные от евреев. В следующие семь °

m

месяцев продолжалась ликвидация других гетто на всей территории рейхс- £ комиссариата «Украина», так что к окончанию операции в апреле 1943 года ™ большая часть Украины была официально объявлена «свободной от евреев». °

с о

ПРИЗРАКИ ЕВРЕЕВ, "ПАРЯЩИЕ В СУМЕРЕЧНОМ МИРЕ"

и Ч

В рассказе Исаака Башевиса Зингера «Свадьба в Браунсвилле» к доктору Со- & ломону Марголину является дух его прежней любви Рейцель, которую нем- ^ цы расстреляли со всей семьей в Польше. Доктор не может ничего понять. S И в рассказе Башевиса Зингера есть такие строки: «Очевидно, Рейцель и сама не ^ понимает того, что с ней произошло. Он слышал о таких случаях, — как это называется? — парение в сумеречном мире. Астральное тело, отделяясь от физического, находится в состоянии полусознания и, не имея возможности достичь своих целей, цепляется за фантазии и прошлое»82. Выжившего Марголина съедает чувство вины. «Если хочешь знать, то полагаю, что мы и на самом деле тогда умерли. Нас истребили, стерли с лица земли. Даже уцелевшие носят смерть в своих сердцах». «Он страдал от ипохондрии, а страх смерти преследовал его даже во сне». И все же он каким-то образом сумел найти в своем сердце место для мира, не отпустить призрак погибшей возлюбленной.

Трагическая судьба евреев Ровно преследовала и до сих пор преследует немногих выживших и их потомков. Как и многие другие евреи Ровно, Меир Оксман избежал Холокоста в Ровно только потому, что был арестован в 1940 году и провел войну в советском лагере в Сибири. После отступления вместе с советскими войсками в июне 1941-го он был вскоре арестован за сионизм. Во время войны до Оксмана доходили слухи о том, что все евреи Ровно погибли. Оксман рассказывал, что, когда ему изредка доводилось встретить в лагере земляков из Ровно, они «оплакивали судьбы наших братьев, сердца обливались кровью, мы жаждали мести». Больше всего на свете Меир Оксман желал возмездия. Вскоре после окончания войны он вернулся домой. «Повсюду, куда ни глянь, оставались следы разрушения и осквернения. Я прибыл на ровенский

= вокзал и увидел перед собой город, который как будто пострадал от землетрясения. ¡3 С землей сравняли целые районы, и только остовы домов и груды развалин говорили о том, что здесь произошло. Я ходил по улицам, смотрел на людей и не увидел ни

- одного еврея»83.

- Меир Розенбойм всю немецкую оккупацию прятался с семьей в доме ю сочувствующего выходца из Чехии. Даже после того, как один украинский

с

? знакомый выдал его украинскому полицейскому, он сумел избежать ареста | и полтора года скрываться в землянке, спрятанной под стогом сена непода-

Ф «->84

^ леку от чешской деревни84.

В отличие от большинства евреев, Кристина Новаковски так никогда и " не вернула себе прежнее еврейское имя Лии Бодкиер, которое носила до

Ш

| войны. Возможно, в ее душе Лия умерла вместе со всей семьей холодным I, ноябрьским днем 1941 года, и потом только переродилась в польку Кристи° ну Новаковски, так и оставшись ею до конца дней. Возможно, это связано с

Ш

£ тем, что 10 октября 1942 года в Здолбунове у них с Юреком родился сын Ежи, ™ а боясь антисемитизма в Польше, она и после войны решила скрывать ев-| рейское происхождение. В семейных фотоальбомах Новаковски сохранилось § немало снимков Кристины Новаковски. Есть там и несколько ее довоенных

............ фотографий, но на каждом снимке Лии Бодкиер ее собственной рукой имя

и исправлено на «Кристину Новаковски».

& В 1960 году Кристина Новаковски решилась посетить семейный дом Бод-

^ киеров в Ровно. Ей удалось отыскать сам дом, где они жили, и поговорить со многими бывшими соседями, как немногочисленными выжившими евреями, так и неевреями. Она прошла по их квартирам, вспоминая свое прошлое, и взгляд Кристины Новаковски задерживался на семейной мебели Бодкие-ров, растащенной из ее отчего дома еще в 1941 году85. Неожиданные приветы из похороненного прошлого поразили ее до глубины души.

Юрек и Кристина Новаковски развелись в 1956 году. Кристина в конце концов иммигрировала в Швейцарию, где устроилась работать библиотекарем в Цюрихе. Ее сын Ежи писал: «Она постоянно использовала имя, которое получила в войну, — Кристина, думаю, так она продолжала защищать и меня. Мне кажется, что страхи военного времени все еще живы в ней. И все же чем старше она становится, тем больше возвращается к еврейским корням. Она присоединилась к общине и выбрала кладбище в Цюрихе, где завещала себя похоронить. На могильной плите написаны оба ее имени, а также имена родителей и сестры»86.

ПРИЗРАКИ ЕВРЕЕВ И ГНЕТУЩАЯ ПУСТОТА

День — для живых, ночь — для мертвых.

[Старинная польская пословица]

Все места, где творились жестокие преступления, имеют особое значение для будущих поколений. Но в случае с Ровно вскоре после войны было приложено немало усилий, чтобы «изгладить из памяти» мысль о том, что под

одним из крупнейших в стране городов, всего в какой-нибудь сотне метров =

.0

от главного шоссе, ведущего в Киев, захоронены 23 500 жертв расстрела. Пер- ¡3

вые скромные памятники, поставленные сразу после войны, давно забыты, ^

а многие были еще и разрушены воинствующими антисемитами. В следую- ^

щие 46 лет советской власти место официально предали забвению, а лесные ~

заросли поглотили могилы. Памятные мероприятия начинали и вскоре за- ю

брасывали. °

Астрофизики посвящают всю жизнь изучению того, что невидимо глазу. 1

Никто никогда не видел границы Вселенной, но астрофизики сумели ма- о

тематически доказать их существование. Никто никогда не видел черных &

дыр, но астрофизики могут вычислить их существование по тому эффекту, ^

который они оказывают на соседние звезды. |

^ <Ь

Точно также современная Украина — это страна, в которой об истории ^ ведутся споры, место, где многие либо отрицают Холокост на территории § Украины, либо преуменьшают его значение для истории страны. Слово «Хо- ^ локост» на Украине чаще употребляется в отношении Голодомора — голода и 1932-1933 годов, который, по мнению многих украинцев, был прямым след- | ствием сталинской политики «геноцида», направленной против украинцев. х

Память о судьбе украинских евреев во время войны оказалась в значитель- ............

ной степени похороненной вместе с погибшими. ч

И все же, несмотря на многолетнюю решимость украинцев сквозь паль- ш цы смотреть на собственную историю, существуют объективные исторические свидетельства, которые не дают о себе забыть. Р. Клифтон Спарго от- | метил, что «сама природа заключает в себе следы жестокости, поскольку была не 4 только ее свидетелем и в прямом смысле — местом преступления, лес как будто и сам помнит о зверствах, здесь происходивших»87. В первые 20 лет постсоветской истории Украины открытие массовых захоронений стало обычным делом, а украинские судмедэксперты оказались в сложном положении: из-за националистических веяний ответственность за открытые новые братские могилы все чаще возлагают на советские зверства, а не на нацистскую жестокость.

Культурное влияние, которое оказывает такое количество замученных и похороненных столь близко к украинским деревням, селам и городам, никогда особенно не изучалось. И, несмотря на повсеместное обилие скрытых от глаз массовых захоронений, живые постоянно проходят мимо них, как будто не замечая их следов по соседству — следов, которые красноречиво спорят с их видением прошлого страны. Советская власть систематически мешала сохранению памяти о погибших евреях, замалчивала их смерти, часто целенаправленно стремилась буквально закатать в асфальт места, где они пострадали, как и все прошлое украинских евреев в целом88. Только в 2013 году, например, администрация города Львова официально приняла решение о прекращении использования еврейских надгробий для мощения общественных дорожек89. Многое было уничтожено, и уничтожено намерен— 55 —

= но: разрушить хотели и материальные свидетельства, и память, которую они .0

о в себе несли.

га

В Бобрке, городе в 27 километрах от Львова, советские военные бульдозе-

- рами разровняли местное еврейское кладбище, а сверху построили казар-

- мы. В самом Львове был построен детский сад, для которого был исполь-

гс

ю зован песок с братской могилы в Яновском концентрационном лагере, где

с

? под песком покоились кости десятков тысяч замученных евреев. Когда в | 1945 году местность исследовала Советская государственная чрезвычайная § комиссия, советские инженеры обнаружили источающее страшный запах озеро трупного жировоска в несколько метров глубиной, которое поднялось " на поверхность из-под песка. «На летней жаре находившиеся близко к поверх-

Ш

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

| ности тела быстро перегнивали и распространяли настолько невыносимый запах, I, что подойти к могилам поближе было невозможно»90. Во время войны Боль° шую синагогу Ровно превратили в сортировочный склад для вещей, конфи-

т „

£ скованных у евреев, теперь же здесь располагается модный спортивный и ™ торговый центр «Олимп». Площадь Грабника у Покровского собора теперь | превратилась в символ городского забвения. Там нет ни одного камня, ни § одной таблички, которые бы напоминали о том, что здесь когда-то находи............ лось еврейское гетто — ведь здесь и располагался район Воля на северо-вос-

и токе города. Единственным исключением в забвении прошлого ровенских & евреев стал лес Сосенки, где в 1991 году международная еврейская органики зация воздвигла мемориал на месте расстрела. Однако сейчас все уже давно заросло и пришло в запустение, а антисемиты регулярно устраивают здесь поджоги и разграбляют могилы. На Белой улице, на месте, где стояла тюрьма Гестапо, наоборот, установлен красивый памятник, за которым постоянно ухаживают, вот только посвящен он «52 000 мужчин и женщин, погибшим здесь», и нигде не упоминается о том, что большинство из них были евреями. Отвергнутое наследие.

ЗАБЫТАЯ ИСТОРИЯ: ЕВРЕЙСКИЕ МЕСТА В РОВНО СЕГОДНЯ

Столько усилий было приложено к тому, чтобы стереть память о прошлом, но и теперь кости ровенских евреев не дают о себе забыть, останки не дают себя спрятать, как будто мертвые сами находят способы напомнить живым о неприглядной и ужасающей правде, о бесславном прошлом Украины.

Удивительно, что еврейский фольклор, столь богатый рассказами о демонах, големах и дибукках, почти ничего не рассказывает о призраках Холоко-ста91. И все же в Ровно и его окрестностях одна из самых живучих городских легенд, существующих и поныне, повествует как раз о призраках евреев, о жертвах Холокоста, которые и сейчас преследуют город. Многие верят, что советские попытки заложить плитами то место в Сосенках, где покоятся 23 000 мужчин, женщин и детей, провалились именно из-за вмешательства потусторонних сил: призраки евреев не хотели, чтобы это место предали забвению. Вот и в наше время многие рассказывают, что видели призраков

на четырехкилометровом участке дороги между Собором на площади Граб- = ника и лесом Сосенки. о

га

По всей Германии, Польше и Украине, где были жестоко убиты миллионы евреев, сложилась обширная и богатая культура призраков евреев, -которые продолжают бродить по землям своих убийц. Польский фолькло- -рист Алина Кала писала, что в польском народном сознании «потусторон- ю

ГС

ние силы охраняют священные для евреев места: синагоги, кладбища и даже те S места, где они были в прошлом»92. Под верхним слоем этих городских легенд, | замешанных на вере в сверхъестественное, лежит глубокий отпечаток по- § слевоенной народной культуры. Социолог Эйвери Ф. Гордон писал: «При- ^ зрак — это не просто мертвый или пропавший без вести человек, это социальная "

CQ

фигура, и изучение этого феномена начинается там, где тесное переплетение | истории и личностей сливается в жизнь общества. ... Прошлое часто преследует

нас помимо нашей воли, оно обладает мощной энергией и всегда — капелькой ма- °

гии, меняет нашу структуру восприятия реальности. Мы на собственном опыте £

сталкиваемся уже не с холодными фактами, а вспоминаем забытое и через это ™

меняемся сами»93. °

о

Такие призраки — это проекция незавершенного прошлого в настоя- §

щее. Одним из излюбленных еврейскими привидениями мест в совре- ............

менной Польше является Муранов, район в Варшаве, ставший еврейским и гетто, обитатели которого были полностью истреблены после Восстания & в варшавском гетто в апреле 1943 года. Это трагическое место прославили ^ бессмертные слова выжившего узника гетто Юлиана Тувима из обраще- S ния «Мы, польские евреи», написанного в 1944 году: «Мы, польские евреи... ^ [Но] вернее тогда: не "мы, польские евреи", а "мы, призраки, тени замученных и убитых братьев наших — польских евреев"... Мы, польские евреи... Мы, вечно живые — это значит те, кто погиб в гетто и лагерях, и мы, призраки, то есть те, кто из-за морей и океанов вернемся в страну и будем пугать среди руин целостью сохраненных тел и призрачностью как будто бы сохраненных душ. Мы — вновь в катакомбах, в бункерах, под мостовыми Варшавы, топающие в вони канализационной жижи, провожаемые удивленными взглядами здешних постоянных обитателей — крыс»94.

Вслед за Анри Лефевром историк Одри Молле окрестила район Варшавского гетто, ныне известный как Мурановский район Варшавы, espace vécu — место, которое есть и в реальности, и в нашем воображении95. Она обнаружила многочисленные рассказы о появлении призраков в Муранове: «Местные рассказывают, что духи не покидают Муранов со времен войны»96. Одним из мест, где они появляются чаще всего, является высотное здание, расположенное напротив Еврейского исторического института в Варшаве. Здание было построено на месте бывшей главной городской синагоги, и в нем поселился призрак раввина, который стал являться здесь с начала строительных работ в 1976 году. «Работы заняли пятнадцать лет, и молва приписывала проволочки в строительстве проклятью бывшего раввина синагоги»97. Прогуливаясь по Муранову, Моллет поняла, что каждый житель мог бы рассказать о своем рай— 57 —

оне историю, от которой мурашки бегут по коже: евреи приходят к ним в кошмарах, трясут и душат в постелях, слышатся душераздирающе крики, из ниоткуда раздаются голоса98. Такие видения рассерженных еврейских призраков до сих пор часто происходят по всей Польше по большим праздникам, таким как Г&1еп Wszystkich ^цЬуск, отмечающийся 1 ноября — католический праздник поминания усопших (День всех святых).

Вроцлав считается самым зловещим городом Польши. По замечанию британского журналиста, «когда Красная армия осадила Ворцлав в 1945-м, немецкое командование превратило город в крепость, устроив штаб командования в средневековых пыточных камерах под Партизанским холмом. Рассказывают, что в коридорах раздавались крики»". В 2009 году на этом месте был открыт популярный ночной клуб, который сейчас носит ироничное название «Провокация» и позиционируется как место, «где живые встречаются с мертвыми». Призраки жертв, замученных не то Советами, не то Германией, все еще бродят по катакомбам и улицам Одессы, общежитию Харьковского университета ... чуть ли не везде, где когда-либо евреи жили и умерли насильственной смертью во время и после Второй мировой войны. Жители Лоди рассказывают, что слышат стенания еврейских подневольных рабочих, которых немцы потом убили в последнем доме по улице Попиолы100. В деревне Горай на юго-востоке Польши, неподалеку от Люблина, местные жители часто сообщают о том, что видели на еврейском кладбище льва, которого они считают еврейским духом, охраняющим могилы. На том месте, где собрали евреев и откуда их потом депортировали осенью 1939 года, жители нередко наблюдают призрачных евреев, расхаживающих с длинными курительными трубками по улице, примыкающей к современной часовне св. Яна Непомуцкого (рядом с муниципальным культурным центром)101.

Неподалеку от Горая польская Избица, расположенная примерно в 250 километрах к западу от Ровно, во время войны стала транзитным гетто для евреев, которых отправляли на смерть в лагеря Белжец и Собибор. В результате в 1942 году евреи составляли 93% местного населения. Журналистка Малго-жата Мацьковиак описывала город так: «Десятилетиями Избица была городом, где эхо кошмаров военного времени смешивалось с присутствием потустороннего прошлого. Самым мрачным местом в Избице считается дом, ныне заброшенный, который был построен на краю братской могилы убитых евреев. "В этом доме слышались крики детей и топот ног по лестнице". Очевидцы утверждают, что видели, "как по стенам дома стекала кровь, а по ночам мы слышали детский плач. Иногда можно было услышать, как кулаком разбивали окно"»102.

О чем говорят все эти легенды о призраках евреев, сложившиеся в юго-восточной Польше и на западной Украине? Лучше всего на этот вопрос ответил Эйвери Гордон: «Преследование — это то, что должно было кончиться, но так никогда и не кончилось»103. Прошлому Холокоста украинских евреев не был положен конец. В глубокомысленном эссе «Еврейские призраки Польши» Руфь Виссе сравнивает потерю евреев для польской культуры и истории с потерей конечности: «Сегодня некоторые поляки ощущают потерю еврейского населения

как фантомную боль в конечности, которая была ампутирована, но создает не- =

приятное ощущение того, что она все еще на месте. Однако евреев больше нет»104. ¡3 Джонатан Шорш подчеркивал первостепенную важность этой ассоциации

с еврейскими демонами, с жертвами Холокоста, которые не желали упоко- -

иться: «На Границе черной дыры этой народной травмы, грань между вымыслом -и реальностью, между настоящим и прошлым стирается». «Преследование при-

ГС

зраков — это именно "тот особый случай, когда сливаются видимое и невидимое, ?

живые и мертвые, прошлое и настоящее"»105. |

Ф

о

0

и

ГРУЗ ИСТОРИИ: "ДАЖЕ УЦЕЛЕВШИЕ НОСЯТ СМЕРТЬ &

В СВОИХ СЕРДЦАХ" I

гс

1

"Я не сплю по ночам, я не могу £ спать по ночам. Меня все время наго- °

ш

няют призраки". £

Шимон Сребник, ™ ветеран гетто Лоди106 °

с

о

X

Истории о привидениях не дают покоя целым поколениям неевреев на Укра- ............

ине, создавая особые места, которые остаются священными и даже пугаю- и щими для большинства украинцев. Но куда более реальные призраки — груз & неискупленного и ужасающего прошлого — преследуют самих евреев. ^

Груз этот проявляется по-разному. После освобождения Ровно в 1944 году советскими войсками один из выживших, Эдуард Розенберг, узнал, что на ^ него, его жену и всю семью, которая была в полном составе арестована, а потом расстреляна в лесу Сосенки, донес украинец Зубков, член немецкой СД. И еще Розенберг узнал, что Зубков с семьей вслед за отрядом СД переехал в Люблин. «Это была для меня особенно важная информация, я ведь хотел выследить его [Зубкова] и отомстить за смерть моей жены и семьи, их всех расстреляли по его доносу»107. Подобную жажду возмездия десятилетиями испытывали все выжившие евреи108. Либель Гальперин, мальчик, которому удалось выкарабкаться из-под груды мертвых тел в Сосенках, вступил в партизанский отряд в 1942 году, он мечтал причинить страдания тем, кто причинил их ему и его семье: «Я воевал и мстил [за те страдания], но сердце до сих пор не спокойно»109. Читая истории, подобные той, что случилась в Ровно, мы, конечно, взываем к справедливости. Но как можно найти справедливость, превозмогающую такую невыразимую, невообразимую боль? Лоуренс Лэнгер поднял этот вопрос с особенной остротой: «Позвольте мне начать с конкретных подробностей, поскольку я убежден, что все попытки проникнуть в трагический мир Холокоста должны начинаться с несмягченного описания самых страшных преступлений того времени. Я недавно слушал рассказ выжившего в Ковенском гетто. Он говорил о так называемой КтйетакНоп, когда немцы собрали всех детей (и многих стариков) и повели их в Девятый форт на казнь. Свидетель находился в комнате, когда вошел солдат СС и потребовал у ма-

= тери отдать годовалого малыша, которого та держала на руках. Она отказалась ¡3 подчиниться, так что солдат схватил ребенка за ноги и разорвал его пополам на глазах у матери.

- Каждый раз, когда я слышу такие истории, которые, к сожалению, не единич-

- ны, но рассказывают о сотнях подобных случаев, у меня каждый раз идет мороз по ю коже, я не могу поверить, что такое возможно, отчасти из-за животного ужаса,

гс

? который испытываешь от такой истории, потому что это идет вразрез со всеми | моими представлениями о том, как можно и нужно жить. Я пытаюсь предста-§ вить, что чувствовали те, кто там находился, — мать, свидетель и убийца, но больше того — я спрашиваю себя, что можно сделать с этой информацией, как нам " вписать ее в историю, в литературу, которые больше никогда не дадут вырваться

Ш

| спонтанной злобе, скрывающейся в таких поступках? На каких скрижалях чело-I, вечества нам написать это? Как не дать человечеству забыть об этих зверствах ° и определить их как самое страшное зло, присущее всему человечеству? £ Наверное, никак. Для этого потребуются скрижали, которые как раз чело™ веческими не будут, нам придется дать определения обществу бесчеловечному в | противовес нормальному, а раз всего этого нет, мы, за неимением другого, возвра-§ щаемся к более традиционным способам выражения. Результаты могут оказать............ ся приемлемыми, но какой ценой достанется нам это послабление? Другой способ

и состоит в том, чтобы начать с принятия действительности, в которой бы не & было ни философии, ни системы воззрений, которые мы лелеем с начала времен, ^ и принятия последствий этого тяжелого решения, куда бы они нас ни завели»110.

Нас всех преследуют ужасы Холокоста, с которыми невозможно примириться из-за присущего нам ощущения ценности жизни.

С этой точки зрения, неотступное преследование как евреев, так и неевреев не зависит напрямую от Холокоста в Ровно. Дело в том, что опыт переживших этот Холокост трансформировался в более значимый опыт, который дополняется и опытом тех, кто его не пережил. Израильский писатель Амос Оз посвятил свои мемуары «Повесть о любви и тьме» своей маме, Фаине Кла-уснер, которая покончила с собой в 1952 году в возрасте 38 лет, когда сыну было всего двенадцать. Отец Фаины Клауснер до войны владел мельницей в Ровно, но в 1934 году вся семья сумела перебраться в Израиль. Несмотря на то, что она и ее семья не испытали на себе всех ужасов войны лично, Фаину потом до конца жизни преследовали ложные воспоминания о той страшной бойне в лесу Сосенки, где погибли «средь веток, птиц, грибов, кустов смородины и лесных ягод» почти 24 000 евреев. Ей не удалось убежать от предсмертных криков близких, погибших в войну. Амос Оз вспоминал: «Среди непосредственных причин, сведших маму в могилу, был груз истории, личная обида, травмы и страх перед будущим. Ее всегда терзали дурные предчувствия, может, так сказался на ней Холокост. Может, ей представлялось, что то, что случилось с евреями в ее родном городе, рано или поздно случится и здесь [в Израиле], что здесь перебьют всех. Конечно, она не делилась такими мыслями с маленьким мальчиком, разве что косвенно, через те истории и сказки, что она рассказывала, книги, которые читала, шопенгауэрское видение мира, от которого волосы вставали дыбом.

К концу 1951 года депрессия Фаины приняла угрожающие обороты. Она умерла = в отчаянии, бродя по улицам Тель-Авива в страшный ливень, по-видимому, приняв ¡3 смертельную дозу успокоительного, чтобы навсегда заглушить крики призраков Ровно»111.

Груз этот переходит с живых и мертвых в том числе и на их потомков. -Физиологи наблюдают

за тем, как он передается от поколения к поколе- ^

с

нию и как влияет на наследников, выживших в Холокосте. Груз прошло- ? го, лежащий на живых, лучше всего описал журналист из Филадельфии | Дэвид Ли Престон, и отец, и мать которого пережили Холокост. Его мать, § родом из украинской Турки, подростком пряталась всю войну в сточных ^ трубах Лемберга (Львова). Его отец был Ровенским евреем, который по- "

Ш

лучил стипендию на обучение на инженера-химика во Франции, сумел | выжить в Аушвице и Биркенау. Престон с грустью вспоминает, как трагическое прошлое, пережитое во время Холокоста, продолжало преследовать °

-1 т

и его самого в повседневной жизни: «Холокост не отпускает меня. Если я иду £ на симфонический концерт, я вижу перед собой полукруг еврейских музыкантов, ™ которых заставляли играть в Белжеце, где вместе с еще 600 000 других евре- | ев замучили моих бабушку с дедушкой. В поезде я чувствую себя своим отцом, §

которого везут в товарном вагоне в Аушвиц в окружении мертвых и еще еле ............

живых тел. Если в спортзале я иду в душ, мне кажется, что я принимаю душ и перед газовой камерой с бабушкой и дедушкой. Если приходит почтальон — для & меня он тот самый почтальон, который ждал за дверью дома в Турке, когда ^ пришли за семьей мамы, а после вошел внутрь и взял, что ему понравилось. Если я иду в лес, меня вместе с родителями папы и другими евреями Ровно ^ гонят в лес, где приказывают рыть себе могилы, перед тем как нас уложит в них автоматная очередь»112.

Для некоторых представления о Холокосте заменяют, обрамляют и предопределяют их собственную, настоящую жизнь. Менахем З. Розенсафт так изложил тяжелые воспоминания: «Многие, если не все дети и внуки тех, кто пережил Холокост, делят жизнь с призраками. В нашей жизни их не меньше, чем на кладбище. Мы носим с собой тени и эхо умирающих в мучениях, которых мы никогда не испытывали и не видели». Личным призраком Розенсафта стал его брат, которого он никогда не видел и который был убит в ночь с 3 на 4 августа 1943 года в Аушвице: «Со смерти моей матери в 1997 году он живет во мне. Я могу представить себе его лицо, попробовать представить голос, страх, охвативший его, когда захлопнулись двери газовой камеры, его последние слезы. Если я его забуду, он исчезнет.... Мы, те, кого преследует прошлое, тоже должны передать своих призраков преемникам»113.

Призраки евреев преследовали и преступников. Например, в феврале 1942 года генерал СС Эрих фон дем Бах-Зелевский вернулся домой с восточного фронта, страдая тяжелыми заболеваниями кишечника. Начальник медицинской службы СС доложил Гиммлеру, что фон дем Бах-Зелевский «страдал от галлюцинаций, вызванных расстрелами евреев, которые тот проводил лично»114. Другой случай касается генерала войск СС Карла Вольфа, который

был главнокомандующим немецкими войсками в Италии в 1945 году, а до этого руководил аппаратом Генриха Гиммлера. Историк Ричард Брейтман сообщает: «В начале 1946 года у Вольфа диагностировали паранойю, и его направили на психиатрическую экспертизу: ему мерещилось, что его преследуют еврейские демоны»115. Вольфа настолько захватили видения еврейских призраков, жаждущих отмщения за его преступления, что в феврале 1947 года его определили в психиатрическую лечебницу116.

И все же, пока некоторых не отпускают трагедии прошлого, другие ищут возможности нажиться на смерти и останках погибших евреев.

РАСХИЩЕНИЕ И ОСКВЕРНЕНИЕ МОГИЛ

Впервые внимание международной общественности к жуткой «традиции» расхищения могил на местах массовых убийств евреев во времена Второй мировой войны привлекли строки из поэмы Андрея Вознесенского «Ров»:

Тощий, как кочерга, Гамлет брал черепа и коронок выдёргивал ряд. Человек отличается от червя. Черви золото не едят. Ты куда ведёшь, ров?

¥ Ни цветов, ни сирот.

Это кладбище душ — геноцид117.

Монумент, построенный на месте кровавой расправы в 1945 году, был, очевидно, снесен при советской власти. Вспоминает Авраам Киршнер: «После окончания войны мы собрали Еврейский совет, состоявший из бывших жителей Ровно и включавший 12 человек. Мы нашли то место, раскопали каждый ров, сделали насыпи на каждой могиле, отгородили все забором. Мы делали это несколько раз, однако каждый раз наши труды сводили на нет бандеровцы [представители украинского националистического подполья, последователи С. Бандеры]. Они вырывали столбы и разрезали колючую проволоку. Они уничтожили все сделанные нами надписи, говорившие о том, что место посвящено памяти [евреев] жертв фашистов.

Весной 1944 года со всего Ровно собралась люди, раввин Штейнберг вознес молитву Кадиш и произнес речь в память о жертвах зверств гитлеровской армии»118.

Владислав Семашко также добавляет, что оставшимся жителям Ровно приходилось переделывать монумент «несколько раз, так как каждый раз кто-то уничтожал все опознавательные знаки, а мемориальные таблички осквернялись непристойными надписями»119. В июне 1991 года на том же месте был воздвигнут новый монумент в честь 50-летия со дня вторжения немецких захват-чиков120. С тех пор это место все так же притягивает грабителей могил и вандалов.

За последние двадцать лет независимости Украины в ровенских га- =

зетах регулярно встречаются статьи о так называемых «черных археоло- ¡3 гах» — грабителях могил, выкапывающих останки евреев на территории

массовых захоронений в Сосенках в поисках золота, бриллиантов и дру- -

гих ценностей121. Согласно распространенному на территории юго-восто- -

ка Польши и запада Украины поверью, на могилах евреев можно найти ю

с

огромные богатства. Польский фольклорист Алина Кала отметила в сво- ? ей хронике «безумные попытки найти спрятанные сокровища на территории | разрушенных синагог, домов, на заброшенных кладбищах и даже в лагерях смер- § ти»122. «Некоторые жители села Белжец [рядом с которым находился один ^ из лагерей смерти] разбогатели, выкапывая золотые цепочки и зубы в местах "

Ш

захоронений»123. Все эти поиски выглядят по меньшей мере иронично, учи- | тывая ситуацию в современной Украине, где массовая культура отрицает само существование еврейских останков, несмотря на то, что коварные и °

т

изворотливые оппортунисты постоянно оскверняют священные останки £ евреев с целью наживы. ™

Казимеж Выка, известный польский литературовед из Ягеллонского уни- | верситета в Кракове, выразился по этому поводу лучше всех: «Золотой зуб, §

вырванный изо рта покойника, будет кровоточить всегда, даже если никто не уз- ............

нает, откуда он»124. и

В 1946 году Моисей Мошкович, переживший Холокост житель украинско- & го города Стрый, призвал немцев признать преступления против еврейского ^ народа, в противном случае немцев всегда будут преследовать их неупокоен-ные души, не желающие быть забытыми: «Сегодня все евреи в Германии, рожденные здесь или приехавшие сюда, являются обвинителями немцев, они преследуют и будут преследовать их до тех пор, пока каждый из тысяч и миллионов немцев, принимавших личное участие в уничтожении евреев, не будет предан правосудию. Пока немцы не найдут в себе смелость признать последствия преступлений нацистов против евреев, они так и будут искать способы прогнать такого обвинителя со своей земли и осудить его как возмутителя мира и спокойствия»125.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Это заявление можно перефразировать для нашего случая: «Пока украинцы не найдут в себе смелость признать последствия преступлений украинских националистов против евреев, они так и будут искать способы прогнать такого обвинителя со своей земли и осудить его как возмутителя мира и спокойствия»126. Среди всех европейских стран Украина оказалась меньше всех способной признать свои преступления против евреев, и поэтому сегодня украинцев преследуют неупокоенные души, не желающие быть похороненными127.

Историк Омер Бартов в своем исследовании показал, как много усилий приложили украинцы, чтобы стереть еврейскую культуру из своей национальной памяти: «Призраки прошлого до сих пор свободно бродят в горах и долинах, толпятся на немощеных улицах и собираются в синагогах, превращенных в свалки мусора, и на заброшенных кладбищах, где сейчас пасется скот. Обыватели ходят среди этих руин и призраков, вспоминая об их присутствии, только когда

= очередной незнакомец задаст им нужный вопрос, и забывают о них, как только ¡3 незнакомец уйдет. Это место застыло во времени»128.

Пришло время Украине и украинцам признать свое воинственное про- шлое и позволить телам погибших евреев покоиться с миром.

о

| БИБЛИОГРАФИЯ

0

1

I Архивы

ф о о

^ Bundesarchiv-Außenstelle (BAL) [Федеральный архив Германии,

^ Людвигсбург]: Zentrale Stelle der Landesjustizverwaltungen zur Aufklarung

CQ

| nationalsozialistischer Verbrechen (ZStL) [Центральная администрация след-

Ii ственного управления по расследованию национал-социалистических пре-

° ступлений Людвигсбург].

CQ

£ Державний архiв Львiвськоí област1 (ДАЛО) [Государственный архив Львов-

™ ской области (Львов, Украина)]:

| Ф. Р-12: Команда украшско! полицi у Львовь Оп. 1. Д. 4. § Ф. Р-239: Прокуратура Львовской области Прокуратуры СССР. Оп. 2, След............ ственный отдел.

и Державний архiв Служби безпеки Украти [Государственный архив Службы

& безопасности Украины (Киев)]:

s Ф. 13 ФП. Дело 74725 (5398) Аунапу, Эдмунд Густав (Род. в 1910 г. в Эстонии,

S батальон «Ostland»).

,i| Державний архiв Рiвненськоí областi (ДАРО) [Государственный архив

Ровенской области (Ровно, Украина): Ф. Р-30. Оп. 2. Д. 83. Л. 1-124.

Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ) (Москва, Россия): Ф. Р-7021: Чрезвычайная государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков;

Ф. Р-7021. Оп. 71. Д. 1 [Свидетельства очевидцев из Ровенской области]:

(1) Елисей Данилюк (род. в 1881 г.) (Л. 32);

(2) Яков Карпук (род. в 1886 г.) (Л. 34-35);

(3) Ипполит Ситовский (род. в 1902 г.) (Л. 38-39);

(4) Казимир Новосадовски (род. в 1922 г.) (Л. 42);

(5) Протоиерей Михайло Носаль (Л. 44-45);

(6) Вера Байдан (род. в 1908 г.) (Л. 49-50);

(7) Валерьяна Маевская (род. в 1901 г.) (Л. 52);

(8) Яков Ушаков (род. в 1921 г.) (Л. 54);

(9) Нина Критовец (род. в 1894 г.) (Л. 58-59);

(10) Анна Морозовская (род. в 1893 г.) (Л. 62);

(11) M. Рыбинский (Л. 65);

(12) Иосиф Мартыновский (род. в 1903 г.) (Л. 114-116);

(13) Мария Рейзек;

(14) Емельян Стухлий;

(15) Вячеслав Мадера;

(16) Владимир Моровек;

(17) Надежда Коваржик;

(18) Анна Краживка;

(19) Севастьян Подгаюк;

(20) Владислав Кобелянский;

(21) Феодосия Мартынюк;

(22) Андрей Ковальчук;

(23) София Козак;

(24) Ольга Охота (род. в 1914 г.);

Ф. Р-7021, Оп. 71, Д. 40 [Свидетельства очевидцев из Ровенской области]:

(1) Анна Морозовска (род. в 1893 г.) (Л. 7-8);

(2) Ольга Трихлеб (род. в 1914 г.) (Л. 9-10);

(3) Эдуард Розенберг (род. в 1893 г.) (Л. 11-12);

(4) Хольм Израилевич Лернер (род. в 1902 г.) (Л. 13-14);

(5) Юрий Новаковский (Шгек ШшакошэЫ) (род. в 1918 г.) (Л. 15-16);

(6) Эмилия Раблинская (род. в 1898 г.) (Л. 17-18);

(7) Мария Демчишина (род. в 1901 г.) (Л. 19-20);

(8) Николай Воробьев (род. в 1914 г.) (Л. 21-24);

(9) Григорий Клешкань (род. в 1904 г.) (Л. 25-27);

(10) Кристина Новаковска (урожд. Лиа Бодкиер, род. в 1923 г.) (Л. 28-29);

(11) Яков Карпук (род. в 1886 г.) (Л. 30-31);

(12) Иван Федоров (род. в 1917 г.) (Л. 32-33);

(13) Мария (Ковальчук) Дмитриева (род. в 1922 г.) (Л. 34-35);

(14) Эдуард Розенберг (род. в 1893 г.) (Л. 36);

(15) Галина Борщевская (род. в 1894 г.) (Л. 37-38);

(16) Леонард Дубинский (род. в 1881 г.) (Л. 39-40);

(17) Татьяна Грицюк (род. в 1921 г.) (Л. 41-42);

(18) Евгения Казачек (род. в 1913 г.) (Л. 43-44);

(19) Анна Михель (род. в 1916 г.) (Л. 45-46);

(20) Анна Колычева (род. в 1914 г.) (Л. 47);

(21) Паулина Синякова (род. в 1912 г.) (Л. 49);

(22) Мария Ласковецкая (род. в 1897 г.) (Л. 50);

(23) Анна Колычева (род. в 1914 г.) (Л. 51);

(24) Юрий Новаковский (род. в 1918 г.) (Л. 52-53);

(25) Анна Лавренюк (род. в 1898 г.) (Л. 54);

(26) Мария (Левицкая) Марчук (род. в 1924 г.) (Л. 55);

(27) Антон Котвица (род. в 1910 г.) (Л. 56-57);

(28) Наталья Котвица (род. в 1907 г.) (Л. 58-59);

(29) Юрий Новаковский (род. в 1918 г.) (Л. 60-61). Музей Второй мировой войны (Натик, Массачусетс). Семейный архив Мусман:

= Фотография из личной коллекции Чаи Мусман.

о Национальное управление архивов и документации (NARA) (Кол-

ледж Парк, Мэриленд): 5 NARA, RG263 [NND36821], CIA Subject Files.

- Семейный архив Новаковски:

ю Jerzy Joseph Nowakowski, "Family Memoirs", оригинальная неопублико-

5 ванная рукопись на польском языке, подготовленная в Нью-Йорке с 5 по ! 28 марта 1985 года. Перевод на английский язык Тамары Новаковски. 16 пе-§ чатных страниц с одинарным интервалом;

Фотографии из различных семейных альбомов Новаковски. " Центральний державний архiв вищих оргатв влади та управлтня Украти

CQ

! (ЦДАВОВ) [Центральный государственный архив высших органов

I, власти и управления Украины (Киев, Украина)].

° Центральний державний архiв громадських об'едпань Украти (ЦДАГОУ)

CQ

£ [Центральный государственный архив общественных объединений

™ Украины (Киев, Украина)].

§ Мемориальный музей Холокоста в США (USHMM) (Вашингтон):

§ USHMM, RG-06.025, Central Archives of the Federal Security Services (former

........................KGB) of the Russian Federation records relating to war crime trials in the Soviet

U Union, 1939-1992, Section *02 Kiev,1945-1946.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

CI 1 1 1

6 Институт визуальной истории и образования фонда Шоа (Лос-s Анджелес, Калифорния, США):

S Выжившие в Ровно:

¿I Maria Berger, VHE interview code 32398 (на английском языке);

Eva Sosna Weiner, VHE interview code 22640 (на английском языке); Anna Zinkevich, VHE interview code 49463 (на русском языке); Яд ва-Шем (Иерусалим, Израиль).

Исследовательский институт идиша (YIVO) (г. Нью-Йорк, Нью-Йорк, США):

RG1258 Документы Филиппа Фридмана;

RG1871 Коллекция Нусьи Рота (содержит 172 подлинные военные листовки периода немецкой оккупации Украины, а также более 1500 оригинальных фотографий).

Zydowski Instytut Historyczny (ZIH) [Еврейский исторический институт (Варшава, Польша)]: zespól (группа) 301:

301/451 Szparberg Cypa i Rywa (Краков: 9 июня 1945 г.); 301/662 Winicer Abraham (Лодзь: 11 августа 1945 г.); 301/752 Lidowski (1942 г.);

*301/872 Adela Liberman and Inda Liberman (Лодзь: 1946 г.); *301/1190 Kirschner Abraham (Краков: 19 ноября 1945 г.); 301/2519 Jawec Lusia (Валбжих: 24 июня 1945 г.); 301/2886 Gelman Rachel (без даты); zespól 302:

302/8 [информаторы Гестапо из гетто в Кракове]; =

302/29 Perec Goldstein (Гоща: 1943 г.); ¡3

302/107 Mosze Waszczyna (Отвоцк, Валбжих: 1947-1948 гг.). ^

ОПУБЛИКОВАННЫЕ ИСТОЧНИКИ ~

vo

ГС

Arad, Yitzhak. The Einsatzgruppen Reports: Selections from the Dispatches of ° the Nazi Death Squads' Campaign Against the Jews, July 1941 — January 1943 1 (Washington, D.C.: U.S. Holocaust Museum, 1990). о

Auksmen, Meir [Oxsman, Meir]. The Survivor from a Mass Grave, в A. Avitachi, ¡y ed. Rowne; sefer zikaron (Tel Aviv: "Yalkut Wolyn," 1956), 544-545.

Barac, Barbara. Escape from Destiny: Holocaust Memoirs from Ukraine I (Melbourne, Australia: Jewish Holocaust Museum and Research Centre, 1990). ^ Doitch (Guz), Bluma. Notes of the Bloody Affair, перевод с идиша Наоми Галь, g в Rowne; sefer zikaron (Tel Aviv: "Yalkut Wolyn," 1956), 529-540. ^

Eichenholz, Lidia. Survivor's Tale (New York: iUniverse, 2004). t

Green, Sissel. Sissel's Story: A True Story of a Jewish Family's Survival from | 1880 to 1958 (Bloomington, Indiana: Trafford Publishing, 2001). x

Grees, Noah. The Way It Happened, перевод с идиша Наоми Галь // A. Avitachi, ............

ed. Rowne; sefer zikaron (Tel Aviv: "Yalkut Wolyn," 1956), 521-522. ч

Gross, Natan. Who Are You, Mr Grymek? (London and Portland: Vallentine ^ Mitchell, 1990). £

Herman, Marek. From the Alps to the Red Sea (M.P. Western Galilee, Israel: | Ghetto Fighters' Museum, 1985). 4

Hoess, R. Commandant of Auschwitz: The Autobiography of Rudolf Hoess, C. FitzGibbon, trans. (London: Weidenfeld and Nicolson, 1959).

Kaplan, Helene C. I Never Left Janowska (New York: Holocaust Library, 1989). Klee, Ernst, Willi Dressen and Volker Riess, eds. "The Good Old Days" The Holocaust as Seen by Its Perpetrators and Bystanders (New York: Konecky and Konecky, 1991).

Klein, Peter et al., eds. Die Einsatzgruppen in der besetzten Sowjetunion 1941/42. Die Tatigkeits- und Lageberichte des Chefs der Sicherheitspolizei und des SD Publikationen der Gedenk- und Bildungsstatte Haus der Wannsee-Konferenz, Band 6. (Berlin: Edition Hentrich, 1997).

Kohn, Nahum and Howard Roiter. A Voice from the Forest: Memoirs of a Jewish Partisan (New York: Holocaust Library, 1980).

Kramer, Clara and Stephen Glantz. Clara's War: One Girl's Story of Survival (New York: ECCO, 2010).

Kuron, Jacek. My First Encounters with Jews and Ukrainians // Polin: Studies in Polish Jewry Volume 14 (2001). P. 237-248.

Ledichover, Z. Rovno's End, перевод с идиша Наоми Галь, в A. Avitachi, ed. Rowne; sefer zikaron (Tel Aviv: "Yalkut Wolyn," 1956). P. 524-526.

Lewin, Kurt I. A Journey through Illusions (Santa Barbara: Fithian Press, 1994).

Lydovski, Abraham. Here Is Buried Jewish Rovno, перевод с идиша Наоми Галь, в A. Avitachi, ed. Rowne; sefer zikaron (Tel Aviv: "Yalkut Wolyn," 1956), 560-563.

Maltz, Moshe. Years of Horror—Glimpse of Hope: The Diary of a Family in Hiding (New York: Shengold Publishers, Inc., 1993).

Meed, Vladka. On Both Sides of the Wall: Memoirs from the Warsaw Ghetto (New York: Holocaust Library, 1974).

Oz, Amos. A Tale of Love and Darkness: A Memoir (Fort Washington, Pennsylvania: Harvest Books, 2005).

Pell, Joseph with Fred Rosenbaum. Taking Risks: A Jewish Youth in the Soviet Partisans and His Unlikely Life in California (Berkeley: Western Jewish History Center and RDR Books, 2004).

Preston, David Lee. A Bird in the Wind // The Philadelphia Inquirer Magazine (May 8, 1983).

Preston, David Lee. Journey to My Father's Holocaust // The Philadelphia Inquirer Magazine (April 21, 1985).

Preston, David Lee. Speaking for the Ghosts // The Philadelphia Inquirer Magazine (May 14, 1995).

Redlich, Shimon. Together and Apart in Brzezany: Poles, Jews, and Ukrainians, 1919-1945 (Bloomington: Indiana University Press, 2002).

Rosensaft, Menachem Z. Living with Ghosts of the Holocaust // The Washington Post (August 4, 2010).

Rozenboym, Meir. What I Saw with My Own Eyes, перевод с идиша Наоми S Галь, в Rowne; sefer zikaro, edited by A. Avitachi (Tel Aviv: 1956). P. 526-529. ,i| Rowne; sefer zikaro [Ровно; мемориал еврейской общине г. Ровно, Волынь],

edited by A. Avitachi (Tel Aviv: 1956).

Yoran, Shalom. The Defiant: A True Story of Escape, Survival, & Resistance (New York: St. Martin's Press, 1996).

ОПУБЛИКОВАННЫЕ ИСТОЧНИКИ НА РУССКОМ И УКРАИНСКОМ ЯЗЫКАХ

Арад, Ицках (Йитжак). Уничтожение евреев СССР в годы немецкой оккупации (1941-1944 гг.) (Иерусалим и Москва: Яд ва-Шем, 1991).

Гон, Максим, ред. Голокост на Рiвненщинi (Документи та матерiали) (Дншропетровськ: Центральний Украшський фонд кторп Голокосту, 2004).

Круглое, А. И., ред. Сборник документов и материалов об уничтожении нацистами евреев Украины в 1941-1944 годах (Киев: Институт иудаики, 2002).

Круглое, Александр. Трагедия Бабьего Яра в немецких документах (Днепропетровск: Ткума, 2011).

Мартыноеа, О. Г. и др., ред. Ровенщина в роки Велико! Вггчизняно! вшни Радянського Союзу, 1941-1945. Документы и материалы (Львiв: Каменяр, 1989).

Милякова, Л. Б., ред. Книга погромов: Погромы на Украине, в Белоруссии и европейской части России в период Гражданской войны, 1918-1922 гг. Сборник документов (Москва: РОССПЭН, 2007).

Мусман, Хая (Чая). Город мой расстрелянный (Нью-Йорк: 1994).

Носкова, А. Ф., ред. НКВД и польское подполье, 1944-1945 (По особым папкам И.В. Сталина) (Москва, 1994).

Новак, Т.Ф. Пароль знают немногие (М.: Воениздат, 1966).

Роматв О. М, Федущак I. В., Захщноукрашська трагедiя, 1941 (Львiв: Наук. т-во iм. Т. Шевченка, 2002).

Сергшчук, Володимир. Погроми в Укра!ш, 1914-1920: В1д штуч-них стереотитв до прко! правди, приховувано! в радянських арх1вах (Ки'1в: О. Тел1ги, 1998).

Шморгун, Е. и др., ред. Рiвненщина репресована, депортована, мордована, 1939-1941: матерiали громадських кторико-правових слухань у Рiвному 9 червня 1996 року ^вне: видавництво «Азалiя» Рiвненськоl оргашзацп Стлки письменниюв Укра!ни, 1997).

ЛИТЕРАТУРА

Abramson, Henry. Nachrichten aus Lemberg; lokale Elemente in der antisemitischen Ikonographie der NS-Propaganda in ukrainischer Sprache // Grenzenlose Vorurteile (Frankfurt am Main, 2002). P. 249-268.

Abramson, Henry. 'This is the Way it Was!' Textual and Iconographic Images S of Jews in the Nazi-sponsored Ukrainian Press of Distrikt Galizien / Why Didn't the Press Shout? Journalism and the Holocaust, Robert Moses Shapiro, ed. (New York: Yeshiva University Press, 2003). P. 537-556.

Adler, Nanci. The Future of the Soviet Past Remains Unpredictable: The Resurrection of Stalinist Symbols Amidst the Exhumation of Mass Graves // Europe-Asia Studies. Vol. 57, No. 8 (December 2005). P. 1093-1119.

Aly, Gotz. Hitler's Beneficiaries: Plunder, Racial War, and the Nazi Welfare State (New York: Metropolitan Books, 2006).

Anderson, Truman. The Conduct of Reprisals by the German Army of Occupation in the Southern USSR, 1941-1943, Ph.D. Dissertation (University of Chicago, 1994).

Arad, Yitzhak. The Holocaust in the Soviet Union (Lincoln: University of Nebraska Press, 2009).

Arad, Yitzhak. Plunder of Jewish Property in the Nazi-Occupied Areas of the Soviet Union / David Silberklang ed., Yad Vashem Studies Vol. 29. (Jerusalem: Keter Publishing, 2001).

Arad, Yitzhak. Belzec, Sobibor, Treblinka: The Operation Reinhard Death Camps (Bloomington: Indiana University Press, 1987).

Arico, Massimo. Polizia d'ordine e genocidio ebraico. I crimini del battaglioni tedeschi do polizia giugno 1941/settembre 1942 (2010).

Bartov, Omer. Hitler's Army (New York: Oxford University Press, 1992).

= Bartov, Omer. The Eastern Front, 1941-1945: German Troops and the Barbarisa-

.0

¡3 tion of Warfare (London: Macmillan, 1985).

^ Bartov, Omer. Erased: Vanishing Traces of Jewish Galicia in Present-Day

5 Ukraine (Princeton: Princeton University Press, 2007).

~ Benz, Wolfgang, ed. Dimension des Volkermords: Die Zahl der judischen Opfer

ю des Nationalsozialismus (Munich, 1991).

° Berkhoff, Karel C. Harvest of Despair: Life and Death in Ukraine Under Nazi

Ü Rule (Cambridge: Harvard University Press, 2004).

0 Berman, Khariton. "Do Not Forget Jewish Volyn!" // The Jewish Observer Vol. fr 16, No. 59 (August 2003).

ш Birn, Ruth Bettina. Collaboration with Nazi Germany in Eastern Europe: the

1 Case of the Estonian Security Police // Contemporary European History. Vol. 10, Issue 2 (July 2001): 181-198.

§ Breitman, Richard.The Architect of Genocide: Himmler and the Final Solution

^ (Waltham: Brandeis University Press, 1992).

и Breitman, Richard. Himmler's Police Auxiliaries in the Occupied Soviet I Territories // Simon Wiesenthal Center Annual. Vol. 7 (1990). P. 23-39. x Browning, Christopher R. Ordinary Men: Reserve Battalion 101 and the Final .......... Solution in Poland (New York: Harper Perennial, 1993).

Ü Browning, Christopher R. The Origins of the Final Solution: The Evolution of

ш Nazi Jewish Policy, September 1939 — March 1942 (Lincoln: University of Nebraska £ Press, 2004).

I Burakovskiy, A. Key Characteristics and Transformation of Jewish-Ukrainian

4 Relations during the Period of Ukraine's Independence: 1991-2008 // Nationalism and Ethnic Politics. Vol. 15, No. 1 (2009). P. 109-132.

Burds, Jeffrey. Ethnic Conflict and Minority Refugee Flight from Post-Soviet Ukraine, 1991-2001 // The International Journal of Human Rights. Vol. 12, No. 5 (December 2008). P. 689-723.

Burds, Jeffrey. Ukraine: The Meaning of Persecution // Transitions Online (Prague), May 2, 2006.

Burleigh, Michael. Ethics and Extermination: Reflections on Nazi Genocide (New York: Cambridge University Press, 1997).

Butkevich, Nickolai. Racially Motivated Attacks on the Rise [на Украине] // Transitions on Line (May 20, 2007).

Butkevich, Nickolai. Jew-Hatred is on the Rise in the Land of Pogroms // Forward. com (October 19, 2009).

Cala, Alina. The Image of the Jew in Polish Folk Culture (Jerusalem: Magnes Press, Hebrew University, 1995).

Christ, Michaela. Dynamik des Totens: Die Ermordung der Juden von Berditschew. Ukraine 1941-44 (Frankfurt am Main: Sischer Taschenbuch Verlag, 2011).

Crossland, Zoe. Of Clues and Signs: The Dead Body and Its Evidential Traces // American Anthropologist. Vol. 111, No. 1. P. 69-80.

Curilla, Wolfgang. Die deutsche Ordnungspolizei und der Holocaust im Baltikum und in Weisrusland 1941-1944 (Paderborn: Ferdinand Schoningh, 2006).

Dauber, Jeremy. Demons, Golems, and Dybbuks: Monsters of the Jewish Imagination (Nextbook, 2004).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Dean, Martin. Collaboration in the Holocaust: Crimes of the Local Police in Belorussia and Ukraine, 1941-44 (New York: St. Martin's Press, 1999).

Dean, Martin. Robbing the Jews: The Confiscation of Jewish Property in the Holocaust, 1933-1945 (Cambridge and New York: Cambridge University Press, 2008).

Dean, Martin et al. eds. The United States Holocaust Memorial Museum Encyclopedia of Camps and Ghettos, 1933-1945, Volume II: Ghettos in German-Occupied Eastern Europe (Indiana University Press and USHMM, 2012).

Dempsey, Patrick. Babi-Yar: A Catastrophe (Measham: P. A. Draigh, 2005).

Desbois, Patrick. The Holocaust by Bullets A Priest's Journey to Uncover the Truth Behind the Murder of 1.5 Million Jews (New York: Palgrave Macmillan, 2009).

Dobroszycki, Lucjan. Reptile Journalism: The Official Polish-Language Press under the Nazis, 1939-1945 (New Haven: Yale University Press, 1994).

Engelking, Barbara. Jest taki pifkny, sloneczny dzien: Losy Zydow szukajqcych ratunku na wsi polskiej 1942-1945 (Warsaw: Stowarzyszenie Centrum Badan nad Zagladq Zydow, 2011).

Epstein, Helen. Children of the Holocaust: Conversations with Sons and S Daughters of Survivors (New York: Penguin, 1988). q

Fatal-Kna'ani, Tikva. Yehudeh Rovne, 1919-1945 [Ровенские евреи в 19191945 гг.: Жизнь и смерть общины] (Jerusalem: Yad Vashem, 2012).

Gerlach, Christian. Kalkulierte Morde. Die deutsche Wirtschaft- und Vernichtungspolitik in Weisrusland 1941 bis 1944 (Hamburger Edition; Auflage: Studienausgabe, 2007).

Gilbert, Martin. The Holocaust: A History of the Jews of Europe during the Second World War (New York: Macmillan, 1985).

Gordon, Avery F. Ghostly Matters: Haunting and the Sociological Imagination University of Minnesota Press, 1997).

Grabowski, Jan. Ja tego Zyda znam: Szantazowanie Zydow w Warszawie, 19391943 (Warsaw: IfiS PAN, 2004).

Grabowski, Jan. Judenjagd. Poloanie na Zydow, 1942-1945 (Warsaw: Studium Dziejow Pewnego Powiatu, 2011); опубликовано на английском языке под названием: Hunt for the Jews: Betrayal and Murder in German-Occupied Poland (Bloomington: Indiana University Press, 2013).

Gross, Jan Tomasz. Golden Harvest: Events at the Periphery of the Holocaust (New York and London: Oxford University Press, 2012).

Gross, Jan Tomasz. Neighbors: The Destruction of the Jewish Community in Jedwabne, Poland (Princeton: Princeton University Press, 2001).

= Gross, Jan Tomasz. Revolution from Abroad: The Soviet Conquest of Poland's

¡3 Western Ukraine and Western Belorussia (Princeton: Princeton University Press,

~ 1988).

- Haberer, Erich. The German Police and Genocide in Belorussia, 1941-1944 //

- Journal of Genocide Research. Vol. 3, No. 1. P. 13-29; No. 2 (2001). P. 207-218; No. 3. J- P. 391-403.

S Headland, Ronald. Messages of Murder: A Study of the Reports of the

! Einsatzgruppen of the Security Police and the Security Service, 1941-1943 (Teaneck,

§ New Jersey: Fairleigh Dickinson University Press, 1992).

^ Heer, Hannes. How Amorality Became Normality: Reflections on the Mentality

" of German Soldiers on the Eastern Front / Hannes Heer and Klaus Naumann, eds.

m

I War of Extermination: The German Military in World War II, 1941-1944 (New York: I. Bergahn Books, 2000).

° Herzstein, Robert Edwin. Anti-Jewish Propaganda in the Orel Region of Great

CO

£ Russia, 1942-1943: The German Army and Its Russian Collaborators / Simon " Wiesenthal Center Annual. Vol. 6 (1989). P. 33-55.

| Hilberg, Raul. Destruction of the European Jews (Chicago: Quadrangle Books,

J 1960).

........................Himka, John-Paul. 'Krakivski visti" and the Jews, 1943: A Contribution to the

u History of Ukrainian-Jewish Relations // Journal of Ukrainian Studies. Vol. 21, Nos. £ 1-2 (Summer-Winter 1996). P. 81-96.

s Hirsch, Marianne and Leo Spitzer. Ghosts of Home: The Afterlife of Czernowitz

S in Jewish Memory (Los Angeles: University of California Press, 2010). ,i| Hoffman, Eva. After Such Knowledge: Where Memory of the Holocaust Ends

and History Begins (New York: PublicAffairs, 2004).

Hohne, Heinz. Der Orden unter dem Totenkopf: Die Geschichte der SS (Orbis, 2000).

Hryciuk, Grzegorz. "Gazeta Lwowska": 1941-1944 (Wroclaw: Uniwersytetu Wroclawskiego, 1992).

Huneke, Douglas K. The Moses of Rovno: The Stirring Story of Fritz Graebe, a German Christian Who Risked His Life to Lead Hundreds to Safety During the Holocaust (New York: Dodd Mead, 1985).

Katachanovski, Ivan. The Politics of Soviet and Nazi Genocides in Orange Ukraine // Europe-Asia Studies. Vol. 62, No. 6 (August 2010). P. 973-997.

Klemp, Stefan. "Nicht ermittelt" Polizeibataillone und die Nachkriegsjustiz — Ein Handbuch (Gebundene Ausgabe) (Essen: Klartext-Verlagsges, 2005).

Klier, John D. The Pogrom Tradition in Eastern Europe / Tore Bjeorgo and Rob Witte, eds. Racist Violence in Europe (New York: St. Martin's Press, 1993).

Koltunowski, Piotr. Strategia propagandy hitlerowskiej w Generalnym Gubernatorstwie na podstawie "Krakauer Zeitung" (1939-1945) (Lublin: Studium historyczno-filologiczne, 1990).

Koval, M. I. The Nazi Genocide of the Jews and the Ukrainian Population, 1941-1944 / Zvi Gitelman, ed. Bitter Legacy: Confronting the Holocaust in the USSR (Bloomington: Indiana University Press, 1997).

Krausnick, Helmut and Hans-Heinrich Wilhelm, Die Truppe der =

Weltanschauungenskrieg: Die Einsatzgruppen der Sicherheitspolizei und SD, ¡3

1938-1942 (Stuttgart, 1982). ~

Kruglov, Alexander [Aleksandr]. Jewish Losses in Ukraine / в Ray Brandon and -

Wendy Lower, eds. The Shoah in Ukraine: History, Testimony, Memorialization -

(E

(Bloomington and Indianapolis: Indiana University Press, 2008). P. 272-290. ^

(E

Kudryashov, Sergei. The Hidden Dimension: Wartime Collaboration in the S Soviet Union / John Erickson and David Dilks, eds. Barbarossa: The Axis and the | Allies (Edinburgh: Edinburgh University Press, 1994). P. 238-254. §

Kudryashov, Sergei. Russian Collaboration with the Nazis and the Holocaust / Paper presented at the International Institute for Holocaust Research at Yad "

rn

Vashem. I

Kulczycki, John J. The National Identity of the 'Natives' of Poland's 'Recovered Ц

Lands // National Identities. Vol. 3, No. 3 (2001). P. 205-219. °

ffl

Langer, Lawrence Л. Preempting the Holocaust (New Haven: Yale University £ Press, 1999). "

Liempt van, Ad. Hitler's Bounty Hunters: The Betrayal of the Jews (Oxford: | Berg Publishers, 2005). J

Lower, Wendy. Nazi Empire-Building and the Holocaust in Ukraine (Raleigh: ............

University of North Carolina Press, 2007). и

McBride, Jared. 'A Sea of Blood and Tears': Ethnicity, Identity and Survival in & Nazi Occupied Volhynia, Ukraine 1941-1944, диссертация, Калифорнийский ^ университет в Лос-Анджелесе, в 2014 году. S

Machcewicz, Pawel and Krzysztof Persaka, eds. Wokol Jedwabnego (Warsaw: Instytut Pamifci Narodowej, 2002).

MacNair, Rachel. Psychological Reverberations for the Killers: Preliminary Historical Evidence for Perpetration-Induced Traumatic Stress // Journal of Genocide Research. Vol. 3, No. 2 (2001). P. 273-282.

Mallet, Audrey. Negotiating, Contesting and Constructing Jewish Space in Postwar Muranow (M.A. Thesis: Concordia University, 2011).

Mark, James. "What Remains? Anti-Communism, Forensic Archeology, and the Retelling of the National Past in Lithuania and Romania // Past & Present. Issue 206, Suppl. 5 (2010). P. 276-300.

Matthaus, Jurgen. Controlled Escalation: Himmler's Men in the Summer of 1941 and the Holocaust in the Occupied Soviet Territories // Holocaust and Genocide Studies. Vol. 21, No. 2 (Fall 2007). P. 218-242.

Martin, Terry. The Origins of Soviet Ethnic Cleansing // The Journal of Modern History. Vol. 70, No. 4 (December 1998). P. 813-861.

Megargee, Geoffrey P. War of Annihilation: Combat and Genocide on the Eastern Front (New York: Rowman & Littlefield, 2007).

Miszczak, Marta. Opowiesci o dawnym Goraju: Goraj. Zydzi we wspomnieniach mieszkancow // NOWa Gazeta Bilgorajska. No. 39 (2006).

Moskowitz, Moses. The Germans and the Jews: Postwar Report // Commentary. Vol. 1, No. 2 (July-December, 1946). P. 7-14.

= Müller, Hans-Jurgen. The Brutalization of Warfare, Nazi Crimes, and the

>3 Wehrmacht / John Erickson and David Dilks, eds. Barbarossa: The Axis and the

ra ' '

— Allies (Edinburgh: Edinburgh University Press, 1994). P. 229-237. ^ Müller-Hillebrand, V. Das Heer. 1933-1945 (Frankfurt a/M, 1966).

- Musial, Bogdan. Kontrrevolutionare Elemente sind zu ershiessen: die ю Brutalisierung des deutsch-sowjetischen Krieges in Sommer 1941 (Berlin:

5 Propylaen, 2000).

! Paperno, Irina. Exhuming the Bodies of Soviet Terror // Representations. Vol.

§ 75 (Summer 2001). P. 89-118.

^ Parrish, Michael. The Lesser Terror: Soviet State Security, 1939-1953 (Westport:

® Praeger, 1996).

CQ

I Plavnieks, Richard. Nazi Collaborators on Trial during the Cold War: The Cases

I, against Viktors Aräjs and the Latvian Auxiliary Security Police, диссертация

° (University of North Carolina at Chapel Hill, 2013).

CQ

£ Pohl, Dieter. Anti-Jewish Pogroms in Western Ukraine — A Research Agenda

™ / Shared History-Divided Memory: Jews and Others in Soviet-Occupied Poland, § 1939-1941, edited by Eleazar Barkan, Elizabeth A. Cole, and Kai Struve (Leipzig: § Leipziger Universitatsverlag, 2007). P. 305-313.

....................Pohl, Dieter. Die Einsatgruppe C / Peter Klein, ed., Die Einsatzgruppen in der

и besetzeten Sowjetunion, 1941/42: Die Tatigkeit und Lageberichte des Chefs der

6 Sicherheitspolizei und des SD (Berlin: Druckhaus Hentrich, 1997).

s Pohl, Dieter. The Murder of Ukraine's Jews under German Military

S Administration and in the Reich Commissariat Ukraine / Ray Brandon and Wendy Lower, eds. The Shoah in Ukraine: History, Testimony, Memorialization (Bloomington and Indianapolis: Indiana University Press, 2008). P. 23-76.

Pohl, Dieter. Nationalsozialistische Judenverfolgung in Ostgalizien 1941-1944. Organisation und Durchfuhrung eines staatlichen Massenverbrechens (Munchen, 1996).

Pohl, Dieter. Schauplatz Ukraine: Der Massenmordan den Juden im Militarverwaltungsgebiet und im Reichskommissariat 1941-1943 / Ausbeutung, Vernichtung, Offentlichkeit. Studien zur nationalsozialistischen Verfolgungspolitik, edited by Norbert Frei, Sybille Steinbacher, and Bernd C. Wagner (Munich: Saur, 2000). P. 135-173.

Prusin, Alexander Victor. 'Fascist Prisoners to the Gallows!': The Holocaust and Soviet War Crimes Trials, December 1945-February 1946 // Holocaust and Genocide Studies. Vol. 17, No. 1 (Spring 2003). P. 1-30.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Quinkert, Babette. 'Hitler, der Befreier!' Zur psychologischen Kriegfuhrung gegen die Zivilbevolkerung der besetzten sowjetischen Gebiete 1941-1944 // Bulletin fur Faschismus- und Weltkriegsforschung (Heft 14, 2000). P. 57-83.

Redlich, Shimon. The Jews in the Soviet Annexed Territories, 1939-1941," Soviet Jewish Affairs. Vol. 1, No. 1 (June 1971). P. 81-90.

Reiber, Alfred J. Civil Wars in the Soviet Union // Kritika: Explorations in Russian and Eurasian History. Vol. 4, No. 1 (Winter 2003).

Remnick, David. The Spirit Level // The New Yorker (November 8, 2004).

Rhodes, Richard. Masters of Death: The SS-Einsatzgruppen and the Invention of the Holocaust (New York: Vintage Books, 2003).

Reitlinger, Gerald. The Final Solution: The Attempt to Exterminate the Jews of Europe, 1939-1945 (New York: Beechhurst Press, 1953).

Romer, Felix. Kameraden: Die Wehrmacht von innen (Munich: Piper, 2012).

Rudling, Per Anders. Organized Anti-Semitism in Contemporary Ukraine: Structure, Influence, Ideology // Canadian Slavonic Papers / Revue canadienne des slavistes. Vol. XLVIII, Nos. 1-2 (March-June 2006). P. 1-39.

Sack, John. An Eye for an Eye: The Untold Story of Jewish Revenge against Germans in 1945 (New York: Basic Books, 1993, 1995).

Sandkuhler, Thomas. Endlosung in Galizien. Der Judenmord in Ostpolen und die Rettungsinitiativen von Berthold Beitz 1941-1944 (Bonn: Dietz Nachfolger, 1996).

Schama, Simon. Landscape and Memory (New York: Alfred A. Knopf, 1995).

Schlootz, Johannes and Quinkert, Babette, eds. Deutsche Propaganda in Weissrussland: 1941-1944; eine Konfrontation von Propaganda und Wirklichkeit; Ausstellung in Berlin und Minsk (Berlin: Free University, Fachbereich Politische Wiss., 1996).

Schorsch, Jonathan. Jewish Ghosts in Germany // Jewish Social Studies. Vol. 9 (Spring-Summer 2003). P. 139-169.

Shepherd, Ben. War in the Wild East: The German Army and Soviet Partisans (Cambridge: Harvard University Press, 2004).

Siemaszko, Wladislaw and Ewa Siemaszko. Ludobojstwo dokonane przez S nacjonalistow ukrainskich na ludnosci polskiej Wolynia, в двух тт. (Warsaw: ^ Borowiecky, 2008).

Singer, Isaac Bashevis. A Wedding in Brownsville (1964), Short Friday and Other Stories (New York: Fawcett Crest, 1961-1964). P. 238-245.

Snyder, Timothy. Bloodlands: Europe Between Hitler and Stalin (New York: Basic Books, 2010).

Snyder, Timothy. The Causes of Ukrainian-Polish Ethnic Cleansing 1943 // Past & Present. No. 179 (May 2003). P. 197-234.

Snyder, Timothy. Holocaust: The Ignored Reality // New York Review of Books (July 16, 2009).

Snyder, Timothy. The Life and Death of Western Volhynian Jewry, 1921-1945 / Ray Brandon and Wendy Lower, eds. The Shoah in Ukraine: History, Testimony, Memorialization (Bloomington and Indianapolis: Indiana University Press, 2008). P. 77-113.

Snyder, Timothy. The Causes of Ukrainian-Polish Ethnic Cleansing, 1943 // Past & Present. Vol. 178 (May 2003).

Sorokina, Marina. People and Procedures: Toward a History of the Investigation of Nazi Crimes in the USSR // Kritika: Explorations in Russian and Eurasian History. Vol. 6, No. 4 (Fall 2005). P. 797-831.

Spargo, R. Clifton. The Ethics of Mourning: Grief and Responsibility in Elegiac Literature (Baltimore: The Johns Hopkins University Press, 2004)

= Spector, Shmuel. Aktion 1005: Effacing the Murder of Millions // Holocaust and

.0

¡3 Genocide Studies Vol. 5, No. 2 (1990). P. 157-173.

^ Spector, Shmuel. The Holocaust of the Volhynian Jews, 1941-1944 (Jerusalem:

^ Yad Vashem, 1990).

- Spector, Shmuel. The Jews of Volhynia and their Reaction to Extermination //

J- Yad Vashem Studies. Vol. 15 (1983). P. 159-186.

(E

5 Starman, Hannah. Generations of Trauma: Victimhood and the Perpetuation of ! Abuse in Holocaust Survivors // History and Anthropology. Vol. 17, No. 4 (December § 2006).

^ Struve, Kai. Rites of Violence? The Pogroms of Summer 1941 // Polin: Studies

® in Polish Jewry. Vol. 24 (2012). P. 257-274.

CQ

I Sword, Keith, ed. The Soviet Takeover of the Polish Eastern Provinces, 1939-41

I. (New York: St. Martin's Press, 1991).

° Sydnor, Jr., Charles W. Soldiers of Destruction: The SS-Death's Head Division,

£ 1933-1945 (Princeton: Princeton University Press, 1977-1990). ™ Tobias, Jim G. and Peter Zinke, Judische Rache an NS-Tatern (Hamburg:

| Konkret Literaturverlag, 2000).

§ Tokarska-Bakir, Joanna. Legendy o krwi, antropologia przesqdu (Warsaw: WAB, .......... 2008).

u Tumarkin, Nina. The Living and the Dead: The Rise and Fall of the Cult of World

6 War II in Russia (New York: Basic Books, 1995).

s Tyaglyy, Mikhail I. The Role of Antisemitic Doctrine in German Propaganda

S in the Crimea, 1941-1944 // Holocaust and Genocide Studies. Vol. 18, No. 3 (Winter 2004). P. 421-459.

Uziel, Daniel. Wehrmacht Propaganda Troops and the Jews // Yad Vashem Studies. Vol. 29 (2001). P. 28-63.

Verdery, Katharine. The Political Lives of Dead Bodies: Reburial and Postsocialist Change (New York: Columbia University Press, 2000).

Webber, Alex. Wroclaw, Poland's Ghost Town // The Guardian (October 30, 2009).

Wedel, Hasso von. Die Propagandatruppen der Deutschen Wehrmacht (Neckargemund: Kurt Vowinckel Verlag, 1962).

Westermann, Edward B. Hitler's Police Battalions: Enforcing Racial War in the East (Lawrence: University of Kansas Press, 2005).

Wiehn, Erharfd R. Die Schoah von Babij Jar (Konstanz: Hartung-Gorre, 1991).

Wisse, Ruth R. Poland's Jewish Ghosts // Commentary. Vol. 83, No. 1 (January 1987). P. 25-33.

Worobec, Christine. Death Ritual among Russian and Ukrainian Peasants: Linkages between the Living and the Dead / b Letters from Heaven: Popular Religion in Russia and Ukraine, edited by John-Paul Himka and Andriy Zayarnyuk (Toronto: University of Toronto, 2006). P. 13-45.

Zbikowski, Andrzej. Antysemityzm, szmalcownictwo, wspolpraca z Niemcami a stosunki polsko-zydowskie pod okupaj niemieckq / b Polacy i Zydzi pod Okupaj niemieckq, 1939-1945: Studia i materially (Warszawa: Instytut Pamifci Narodowej, 2006). P. 429-535.

ЛИТЕРАТУРА НА РУССКОМ И УКРАИНСКОМ ЯЗЫКАХ

Альтман, Илья. Жертвы ненависти: Холокост в СССР, 1941-1945 (Москва: Фонд «Ковчег», 2002).

Будник, Давид и др. Ничто не забыто: еврейские судьбы в Киеве, 1941-1943 (Konstanz: Hartung-Gorre, 1993).

Чуев С.Г. Спецслужбы Третьего Рейха (Санкт-Петербург: изд. дом «Нева», 2003).

Гиль, Самуил [Самоил Гил]. Кровь их и сегодня говорит. О катастрофе и героизме евреев в городах и местечках Украины (М.: «Фонд Жаботинский», 2005).

Гон, Максим.Голокост у захщнш Волиш // Бюлетень «Голокост i сучасшсть». Вып. 5 (сентябрь-октябрь 2002 г.); Вып. 6 (ноябрь-декабрь 2002 г.).

Гон, Максим. «Волынский узел»: Украинцы и поляки между двумя мировыми войнами // День. №. 95, 100 (2004).

Янченков, Владимир. Пятая колонна. К началу нападения Германии на СССР // Труд, № 14 (25 июня 1999 г.).

Кирсанов Н. А., Дробязко С.И. Великая Отечественная война 1941-1945 гг.: национальные и добровольческие формирования по разные стороны фронта // Отечественная история. № 6 (2001).

Клименко Олег, Ткачов Сергш. Украшщ в полщи в рейхскомiсарiатi «Украша» (Швденна Волинь): Шмецький окупацшний режим на Кременеччиш у 19411944 рр. (Харюв: Ранок-НТ, 2012).

Ковба, Жанна. Людяшсть у безодш пекла: поведшка мкцевого населення S Схщно! Галичини в роки «остаточного розв'язання еврейського питання», ^ (Кшв: Сфера, 1998).

Круглое, Александр. «Еврейская акция» в Каменец-Подольском в конце августа 1941 года в свете немецких документов // Голокост i сучасшсть: Студи в Укра!ш i свт. Том 4. № 1 (2005).

Круглов, Александр. Уничтожение евреев в г. Ровно в начале 1941 года в свете немецких документов // Голокост i сучасшсть: Студи в Укра!ш i свт. Том 11. № 1 (2012). С. 104-165.

Кудряшев, Сергей и Любовь Кудрявцева. «О всех подозрительных лицах сообщайте немедленно...» // Источник: Документы русской истории (1993). № 2. С. 89-93.

Курилишин, Костянтин и Ярослав Р. Дашкевич. Украшське життя в умовах шмецько! окупаци (1939-1944 рр.): за матерiалами украшомовно! легально! преси (Львiв: Львiвська нацюнальна наукова бiблiотека iменi В. Стефаника, 2010).

Левитас, Илья, ред. Память Бабьего Яра: Воспоминания, документы (Киев: Еврейский совет Украины, 2001).

Михальчук, Р. Ю. «Жовтень 1942-го: трагедiя мiзоцьких евре!в», http:// pruxod.ucoz.ua/publ/1-1-0-3.

Михальчук Р. Ю., Луценко М. Журнал «Украшський Хлiбороб» та концепт «жидо-большевизму» на його сторшках у рiвненський перюд видання

= ^чень — жовтень 1942 року) // Голокост i сучасшсть: Студiï в YKpaÏHÏ i свт.

¡3 Т. 11. № 1 (2012). С. 34-77.

^ Михальчук, Р. Ю. Трагедiя мiзоцьких евре'1в в контекстi голокосту на

- Рiвненщинi. http://archive.nbuv.gov.ua/portal/soc_gum/slv/2011_11/st22.pdf.

- Найман, A. Я. Юдофобия современных антиукраинских сил в Украине // ю «Еврейское наследие» (Москва). № 13 (1995).

с

S Наконечный, Владислав. Евреи и украинский коллаборационизм // Корни.

! № 29 (январь-март 2006).

§ Наконечный, Владислав. Волынь — кровавое поле войны (Тернопшь:

je «шдручники i посiбники», 2006).

® Наконечный, Владислав. Холокост на Волыни: Жертвы и память // Корни.

! № 36 (октябрь-декабрь 2007).

Ц Окороков, А.В. Особый фронт. Немецкая пропаганда на Восточном фронте

g в годы Второй мировой войны (Москва: Русский путь, 2007).

m

£ Романичев, Н.М. Сотрудничество с врагом / Кн. 4: Народ и война. Великая

™ Отечественная война, 1941-1945. Военно-исторические очерки в четырех кни-

§ гах (Москва: Наука, 1999). С. 153-167.

с о

х публикация на языке оригинала: burds j. holocaust in rovno: the massacre at sosenki

....... forest, november 1941. palgrave macmillan, 2013.

s перевод с английского дмитрия белькова.

б

s œ

-е- _

Ф

1 Часть I опубликована в «Журнале российских и восточноевропейских исторических исследований», 2017, №1(8). С. 69-110.

2 Архив Службы безопасности Украины (СБУ). Ф. 13 ФП. Д. 74725 (5398) Аунапу, Эдмунд Густав. Основная рукописная расшифровка стенограммы допроса Аунапу находится на лл. 35-40, от 20 ноября 1946 г. 3 февраля 1944 г., возле Дубно, Аунапу был захвачен в плен Красной армией. Большое спасибо Джареду МакБрайду за предоставление данного материала.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

3 Свидетельство Эдмунда Аунапу. Архив СБУ. Ф. 13 ФП. Д. 74725 (5398), Л. 36.

4 Там же. Лл. 36-37.

5 В 1946 году в Киеве сержант Борис фон Драхенфельс был приговорен к пятнадцати годам каторжных работ в Воркуте, в советском лагере для военнопленных на Дальнем Востоке. Круглов. Уничтожение евреев в г. Ровно. С. 113. Драхенфельс пережил лагеря и после войны возвратился в Германию. Его последнее опубликованное интервью состоялось в 2002 году.

6 На самом деле Драхенфельс был в составе не 320-го полицейского батальона, а так называемой Ostlandkompanie, которая являлась первой ротой 33-го полицейского батальона.

7 В то время как западногерманский прокурор в Дортмунде (Z) 45 Js 7/61 смог подтвердить имена 529 участников различных зверств немцев, они постановили, что, несмотря на высокую вероятность, доказательств участия Драхенфельса было недостаточно. AR-, Bundesarchiv Ludwigsburg, = ZStL II 204 AR-Z 48/58. Я признателен Дитеру Полю за эту информацию.

8 Мемориальный музей Холокоста США, RG-06.025, документы Центрального архива Федеральной службы безопасности (бывшего КГБ) Российской Федерации, касающиеся судов над во— 78 -

-е-

енными преступниками в Советском Союзе, 1939-1992, раздел *02 Киев, 1945-1946 (N-18762, том 11), документ 234, допрос Драхенфельса-Калюверы, В.Б. Б-Е-О от 10 декабря 1945 г. Данный отрывок цитируется в: Alexander Victor Prusin. 'Fascist Prisoners to the Gallows!': The Holocaust and Soviet War Crimes Trials, December 1945 — February 1946 // Holocaust and Genocide Studies Vol. 17, No. 1 (Spring 2003). P. 1-30.

9 После своего возвращения в Германию, Драхенфельс стал знаменитостью в Западной Германии, где у него часто брали интервью о трудностях жизни в лагерях для военнопленных немецких солдат в Советском Союзе. См.: Ihr verreckt hier bei ehrlicher Arbeit! Deutsche im Gulag 1936-1956 (Graz: Anthologie des Erinnerns, 2000); и фильм Verurteilt im Kiewer Kriegsverbrecherprozess 1946 (Dokumentation von: Christine Blum — Minkel und Bengt von zur Mühlen). Я признателен Дитеру Полю за эту информацию.

10 Новак. Пароль знают немногие. C. 119.

11 Свидетельство Роберта Томарцкиевича (Tomarczkiewicz), друга Вайхарта, подразделение снабжения, немецкая 100-я пехотная дивизия. ГАРФ, Ф. Р-7021, Оп. 148, Д. 43. Местонахождение фотографий ровенской резни неизвестно. В конце 1941 года, в Рождество, Томарцкиевич видел своего друга Вайхарта в Ровно. Я благодарен Джареду МакБрайду за предоставление этого документа.

О культуре насилия и поглощенности немцев коллекционированием ужасных фотографий на Восточном фронте см.: Dieter Pohl. Nationalsozialistische Judenverfolgung in Ostgalizien 1941-1944. Organisation und Durchführung eines staatlichen Massenverbrechens (München, 1996); и Daniel Uziel, "Wehrmacht Propaganda Troops and the Jews", Yad Vashem Studies Vol. 29 (2001). S. 28-63.

12 Цит. по: Ernst Klee, Willi Dressen and Volker Riess, eds. "The Good Old Days" The Holocaust as Seen by Its Perpetrators and Bystanders (New York: Konecky and Konecky, 1991). С. 62. [Statement of Kiebach 1.11.63: 204 AR-Z 269/60, p. 1431 f.]; и Круглов, ред. Сборник документов и материалов об уничто- ï жении нацистами евреев Украины; Spector. Holocaust of the Volhynian Jews. С. 114, добавляет: «Рвы были заранее вырыты русскими военнопленными на месте казни, расположенном в сосновом лесу. Возле рвов чиновники ровенского Gebietskommissariat деловито регистрировали имена жертв, собирали и инвентаризировали их документы и ценные вещи. Члены подразделения SD Kommando из Ровно, которые сформировали отделение Einsatzkommando 5C несколькими днями ранее, были главными преступниками. Их подразделение насчитывало

от 80 до 100 человек». Ср: Christopher R. Browning. Ordinary Men: Reserve Battalion 101 and the Final Solution in Poland (New York: Harper Perennial, 1993). P. 64-67; и Pohl. "Die Einsatzgruppe C". P. 76-77.

Освальд Руфайзен отмечал, что многие немецкие полицейские воспринимали убийство евреев как «грязную работу», в которой, по мере возможности, дозволялось не принимать участия. См.: Rein. "Local Collaboration,". С. 393.

13 Цит. по: Александр Круглов, «Уничтожение евреев в г. Ровно в начале 1941 года в свете немецких документов», Голокост i сучасшсть: Студи в Укра'гш i свт, Том 11, No. 1 (2012). C. 164-165. Также Бергман был охранником в лагере для военнопленных в Ровно. В 1959 году в Восточной Германии он был казнен за военные преступления. Круглов, «Уничтожение евреев в г. Ровно». С. 113.

14 Это авторская интерпретация преобразования Латвийской Республики в Латвийскую ССР и ее включения в состав Союза ССР в августе 1940 г. (прим. ред.).

15 33-й (резервный) полицейский батальон (нем. Reserve Polizei Bataillon 33) не был, собственно, латышским или эстонским полицейским батальоном — при том, что изначально форми-

16

ровался в основном из числа фольксдойче, репатриированных в 1939-1941 гг. из Эстонии и Латвии в рейх и на оккупированные территории Польши, а также латышских и эстонских добровольцев. Некоторые из этих фольксдойче также имели эстонские или латышские корни, но считались немцами. Батальон из жителей Прибалтики был сформирован в июле-августе 1941 г. в г. Штансдорф и Франкфурте-на Одере, состоял из трех рот: 1-я рота формировалась из фольксдойче и латышей, 2-я и 3-я роты — из эстонцев и эстоноземельцев. Изначально носил наименование полицейский батальон «Остланд» (нем. Polizei Bataillon "Ostland"), в октябре 1941 г. был переименован в 33-й резервный полицейский батальон. Предназначался для борьбы с партизанами и участия в нацистской истребительной политике на Востоке. Помимо Ро-венской трагедии 1941 г., батальон был задействован в карательных акциях и массовых расстрелах евреев на Украине и в Белоруссии (в частности, в Минске и окрестностях Слонима), а отдельная его часть — также в ликвидации Рижского гетто. С 31 марта 1943 г. личный состав батальона был приписан к Эстонскому легиону СС.

33-й (резервный) полицейский батальон из-за совпадающего номера нередко путают с 33-м эстонским охранным батальоном (нем. Schutzmannschaft Front/Wacht Bataillon 33 (estnische), сформированным в 1942 г. в двух составах (Front и Wacht), как правило, из этнических эстонцев-добровольцев. С декабря 1943 г. последний был переименован в 33-й эстонский полицейский батальон (нем. Estnische Polizei Batallion 33), что лишь усиливает путаницу в современных научных публикациях (прим. ред.).

Свидетельство Курта Кадика, солдата 33-го запасного полицейского батальона. Bundesarchiv B 162/2896, Bl. 3414-3419. Спасибо Мартину Беклеру за предоставление данных материалов и Джареду Макбрайду за помощь в сборе полной коллекции ровенских документов из Zentrale Stelle der Landesjustizverwaltungen zur Aufklärung nationalsozialistischer Verbrechen (ZStL) в Людвигсбурге (Германия).

5 17 Цит. по: Найман A. Я. Юдофобия современных антиукраинских сил в Украине // «Еврейское наследие» (Москва). № 13, 1995. Данное превалирование украинских преступников в Бабьем Яре являлось поводом для гордости ровенского политического руководителя, заместителя городского совета Ровно, В. Шкуратюка. Напротив, историк Дитер Поль настаивает, что в Бабьем Яре предположительно были десятки украинских стрелков и что основной контингент преступников был в составе немецкого подразделения Sonderkommando 4a.

18 О последующих приказах см.: Browning. Ordinary Men.

19 Spector. Holocaust of the Volhynian Jews, 114. Свидетельство Батии Залуски, NCD IP Дело 0162.с

20 Richard Breitman. The Architect of Genocide: Himmler and the Final Solution (Waltham: Brandeis University Press, 1992): 52-53.

21 Анонимный отчет бывшего агента Украинского отдела, Краков, Польша, без даты. "The Organization and Working System of the Abwehr III in G[eneral] G[ouvernment]", NARA, RG263 [NND36821], CIA Subject Files, Box 3, German Intelligence Service (Abwehr), Vol. 4: 1-10. Цитата находится на 3-й странице отчета.

22 ГА РФ. Ф. Р-7021. Оп. 67. Д. 75.

23 NARA, RG263 [NND36821], CIA Subject Files, Box 3, German Intelligence Service (Abwehr), Vol. 4: 3.

24 Rein. Local Collaboration. Р. 395.

25 Цит. по: Rein. Local Collaboration. Р. 396. О захвате еврейской собственности см.: Martin Dean. Jewish Property Seized in the Occupied Soviet Union in 1941 and 1942: The Records of the Reichshauptkasse Beutestelle // Holocaust and Genocide Studies Vol. 14, No. 1 (2000); Martin Dean. Robbing the Jews: The Confiscation of Jewish Property in the Holocaust, 1933-1945 (New York: Cambridge University Press, 2008); Dieter Pohl, The Robbery of Jewish Property in Eastern Europe

under German Occupation, 1939-1942, в Martin Dean. Constantin Goschler and Philipp Ther, eds. Robbery and Restitution: The Conflict over Jewish Property in Europe (New York: Bergahn Books, 2007). P. 68-80; и Gerard Aalders. Nazi Looting: The Plunder of Dutch Jewry during the Second World War (New York: Berg Publishers, 2004).

26 Nahum Kohn and Howard Roiter. A Voice from the Forest: Memoirs of a Jewish Partisan (New York: Holocaust Library, 1980). P. 147.

27 Kohn and Roiter. A Voice from the Forest, 147-148. Кон работал связным между советским шпионом Николаем Кузнецовым (он же лейтенант Абвера Пауль Зиберт) и Москвой. О культуре насилия и гордости злоупотреблениями в отношении евреев среди членов администрации Рейха в округе Галиция см.: ужасающие описания в Dieter Pohl. Nationalsozialistische Judenverfolgung in Ostgalizien 1941-1944.

28 Вычеркнуто в оригинале: «этнический украинец, который впоследствии стал Volksdeutsche».

29 Ссылка уместна. Согласно греческой мифологии, Нерон был демоном из ада, собирателем душ, который не мог противиться хорошей сделке. Современным аналогом стал Мефистофель: демон, который разлагает добродетель сделками в обмен на душу. «666» — математический эквивалент имени «Нерон».

30 Местные полицейские-коллаборационисты собирали золотые часы в качестве свидетельства своего богатства и статуса. См. свидетельство из Ровно советского партизана Наума Кона: Kohn and Roiter. A Voice from the Forest. Р. 147-149.

31 Из рукописного показания под присягой Юрека Новаковски, датированного 6 декабря 1944 года, хранящегося в ГАРФ. Ф. Р-7021. Оп. 71. Д. 40. Лл. 52-53. Личности Дацюка и Маевско-го были также установлены в книге Самуила Гиля, наряду с остальными: Gebietskommissar Веир [Беер?], следователь Гестапо Хольц Майнц, украинские полицейские Нестерчук, Зубков, Кравчук, Маевский, Дацюк и тюремные охранники Кушнерук, Никитюк, Федотов, Коваленко и Кривой Кондрат. Самуил Гиль. Кровь их и сегодня говорит. С. 163-165. 5

32 Подробности биографии Дацюка были подтверждены в основном списке отличавшихся жестокостью преступников в период немецкой оккупации Ровенской области, хранящемся в ГАРФ. Р-7021. Оп. 127. Д. 168. Лл. 1-56. В документе перечисляются 282 имени с краткими биографиями и перекрестными ссылками на показания свидетелей. Опись содержит сравнительные списки преступников по каждой оккупированной немцами области. Я благодарен Джареду МакБрайду за предоставление этого документа.

33 Lidia Eichenholz. Survivor's Tale (New York: iUniverse, 2004). Р. 18. «Бригада Петлюры» была названа в честь Симона Петлюры, печально известного украинского офицера-националиста, войска которого совершали погромы украинских евреев во время и после Первой мировой войны. В 1926 г. Петлюра был убит в Париже Шоломом Шварцбардом, мужем и отцом одной из его многих жертв-евреев.

34 Так у автора (прим. переводчика).

35 Державний архiв Львiвсько'i обласй (далее, ДАЛО). Ф. Р-12: Команда украшско! полищ у Львов^ Оп. 1, Д. 4. Лл. 1-111. [Цитаты с Л. 28].

36 Yitzhak Arad. Plunder of Jewish Property in Nazi-Occupied Areas of the Soviet Union // Yad Vashem Studies Vol. 29 (2001).

37 Свидетельство полячки Эмилии Раблински (род. в 1898 г.). ДАРО, Ф. Р-30, Оп. 2, д. 83, Л. 96.

38 Kohn and Roiter. A Voice from the Forest. Р. 57.

39 Там же.

40 YIVO Исследовательский институт идиша (далее YIVO), RG1258. The Papers of Philip Friedman, Box 49, File 869, Klara Z. Szwarcow Kramer, W. Ukryciu: Dziennik z okresu okupacji hitlerowskiej w

) Zolkwi, машинописный текст на польском языке, на 142 страницах, даты записей с лета 1942 г.

¡5 по 26 июля 1944 г. Информация о вознаграждениях за евреев находится на стр. 43. Из восьми и

тысяч евреев в Золочеве Клара Шварцов была одной из всего лишь пятидесяти, выживших в

L начале войны. Она выжила, прячась в подземном бункере семьи Бек (Volksdeutsche), которая

SJ укрывала восемнадцать евреев до освобождения Красной армией. См. Clara Kramer and Stephen

rc Glantz. Clara's War: One Girl's Story of Survival (New York: ECCO, 2010).

^ 41 Landau Ozjasz "Ghetto we Lwowie — Papiery aryjskie," YIVO, RG1258, RG215 Berlin collection, File

I 853. :c

J 42 Landau Ozjasz "Ghetto we Lwowie — Papiery aryjskie," YIVO, RG1258, RG215 Berlin collection, File и

о 853.

43 Hilberg. The Destruction of European Jews, 218. Сравните с: Rachel MacNair. Psychological

m Reverberations for the Killers: Preliminary Historical Evidence of Perpetration-Induced Traumatic

tc

S Stress // Journal of Genocide Research. Vol. 3, No. 2 (2001). P. 275.

Ф

^ 44 MacNair. Psychological Reverberations for the Killers. P. 276. о

m 45 R. Hoess. Commandant of Auschwitz: The Autobiography of Rudolf Hoess (London: Weidenfeld and о

^ Nicolson, 1959). P. 163; MacNair. Psychological Reverberations for the Killers. P. 275.

и 46 ГАРФ. Ф. Р-7021. Оп. 67. Д. 77. Л. 43. о

о 47 Rein. Local Collaboration. P. 393. с

x 48 Jürgen Matthäus. Controlled Escalation: Himmler's Men in the Summer of 1941 and the Holocaust in

........................the Occupied Soviet Territories // Holocaust and Genocide Studies Vol. 21, No. 2 (Fall 2007). P. 229.

ц 49 Цит. по: Matthäus. "Controlled Escalation". С. 229. о.

iiT 50 Новак. Пароль знают немногие. С. 119.

g- 51 Здесь проф. Ежи Новаковски добавляет, что в итоге Кристина добралась до квартиры своего дяди, где она оставалась первое время. У дяди Кристины было действующее удостоверение о Ч работе, и поэтому ему было разрешено остаться в Ровно.

52 Мусман. Город мой расстрелянный. С. 74-77.

53 Интервью с проф. Ежи Новаковски Порт Вашингтон, Нью-Йорк, 28 марта 2013 г.

54 Abraham Lydovski. "Here Is Buried Jewish Rovno", перевод с идиша Наоми Галь, в: Rowne; sefer zikaron, 560-563.

55 Свидетельство Авраама Киршнера. ZIH 301/1190, Сс. 7-8.

56 Свидетельство Авраама Киршнера. ZIH 301/1190, Сс. 8-9. Барбара Барац и ее дочь также вспоминали, как одежду мертвых евреев перевозили в Большую синагогу. Barac. Escape from Destiny. Р. 20.

57 Инженер Moshe Gildenman. "The Attitude of the Non-Jewish Population Toward the Jews", перевод с идиша Наоми Галь, в Rowne; Sefer Zikaron. P. 518. Гильденман добавлял, что этнические белорусы вели себя так же плохо, как и украинцы, но этнические поляки, которые также подверглись нападкам со стороны немцев и украинцев, были «цивилизованными» в отношении евреев в Ровно в 1941 году. Гильденман вспоминал, что этнические чехи также были очень благосклонно настроены по отношению к евреям. О политической экономике геноцида см.: Ad van Liempt. Hitler's Bounty Hunters: The Betrayal of the Jews (Oxford: Berg Publishers, 2005); Gotz Aly, Hitler's Beneficiaries: Plunder, Racial War, and the Nazi Welfare State (New York: Metropolitan Books, 2006). P. 110-117, где автор предоставляет полную переведенную копию оригинального доклада: «Доклад A об условиях в Украине на основании экспертизы частной корреспонденции между Рейхом и Украиной немецких организаций и их сотрудников, находящихся в компетенции Рейха, проведенной «Немецкой служебной почтой» Украины», сделанного на

основании изучения немецким почтовым цензором тысяч писем немцев, назначенных на службу или работу в Украине.

58 Bluma Doitch (Guz). Notes of the Bloody Affair, перевод с идиша Наоми Галь, в: Rowne; Sefer Zikaron. P. 529-540.

59 ДА РО, Ф. Р-30, Оп. 2, Д. 83, Лл. 90-91.

60 Свидетельство Аделы и Инды Либерман, ZIH 301/872, Сс. 7-8.

61 Nowakowski. Family Memoirs. Р. 9, 12-15.

62 Там же. С. 15.

63 Там же. С. 9.

64 Там же. С. 16.

65 Там же. С. 9.

66 Там же. С. 3, 15. Об украинских националистических этнических чистках в Волыни с 1943 года, см.: Timothy Snyder. The Causes of Ukrainian-Polish Ethnic Cleansing 1943 // Past & Present No. 179 (May 2003). P. 197-234.

67 Nowakowski. Family Memoirs. P. 10-11. В соответствии с декретом И. Сталина от 9 ноября 1944 года, все этнические поляки были обязаны покинуть Украину, в то время как этнические украинцы были депортированы из Польши в Украину. Согласно документам архива Чрезвычайной государственной комиссии в Ровно, Юрек и Кристина Новаковски покинули Украину 5 мая 1945 г. ДА РО. Ф. Р-30. Оп. 2. Д. 83. Л. 87.

68 Свидетельство Авраама Киршнера. ZIH 301/1190, Сс. 9-10.

69 Browning. Origins of the Final Solution. Р. 293.

70 Для лучшего понимания названия мест были отредактированы. Hermann Graebe. The Trial of German Major War Criminals Sitting at Nuremberg, Germany, December 17, 1945 to January 4, 1946. Twenty-Fifth Day: Wednesday, January 2, 1946, Part 1, 201-202. О том, как Гребе отважно старался

спасти евреев, см.: Douglas K. Huneke. The Moses of Rovno: The Stirring Story of Fritz Graebe, a 5 German Christian Who Risked His Life to Lead Hundreds to Safety During the Holocaust (New York: Dodd Mead, 1985).

71 Barac. Escape from Destiny. P. 35.

72 Свидетельство Аделы и Инды Либерман, ZIH 301/872, С. 3.

73 ДА РО. Р-30. Оп. 2. Д. 83. Лл. 19-27.

74 Свидетельство 46-летней еврейки Брюхи Сапожник. ДАРО. Р-30. Оп. 2. Д. 83. Л. 22.

75 ДА РО, Р-30, Оп. 2, Д. 83, Лл. 10-11, 13, 14-15.

76 Там же. Л. 15.

77 Там же. Л. 10-11. 60-летний украинский крестьянин Емельян Грицюк также был в составе группы местных жителей, которая должна была хоронить мертвых. Грицюк подтвердил подробности, описанные Морозиком. Лл. 12-13. Племянница Морозика, Елена Морозик, жившая приблизительно в двухстах метрах от места казни, также подтвердила ключевые подробности. Л. 13.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

78 ДАРО. Р-30, Оп. 2, Д. 83, Лл. 14-15.

79 ДАРО. Р-30. Оп. 2. Д. 83. Л. 14.

80 ДАРО. Р-30. Оп. 2. Д. 83. Л. 15.

81 Свидетельство местного директора фермы, 51-летнего этнического украинца Кондрата Дми-трука. ДАРО. Р-30. Оп. 2. Д. 83. Л. 42. Данное свидетельство подтверждается многочисленными местными жителями в Здолбунове и селе Старомыльск, где в овраге находилось место проведения массовой казни. См., в особенности, свидетельство 30-летнего Бронеслава Латышке-вича: ДАРО. Р-30. Оп. 2. Д. 83. Лл. 44-45.

■ ■

82 Isaac Bashevis Singer. A Wedding in Brownsville (1964) Short Friday and Other Stories (New York: Fawcett Crest, 1961-1964). Р. 238-245.

83 В конечном итоге Оксман нашел одного еврея, Леибля Гальперина, история которого была пересказана выше во второй главе. Meir Auksmen [Meir Oxsman]. The Survivor from a Mass Grave. Rowne: sefer zikaron. Р. 544-545. Перевод с иврита Шона Кирнана и Ханны Шварц. О мести Советов на Восточном фронте см.: Jeffrey Burds. Sexual Violence in Europe in World War II, опубликована в специальном выпуске "Sexual Violence during War" в Politics and Society. Vol. 37, No. 1 (March 2009). Р 47-55.

84 Meir Rozenboym. What I Saw with My Own Eyes. Rowne; sefer zikaron. Р. 526-529.

85 Интервью с проф. Ежи Новаковски, Порт-Вашингтон, Нью-Йорк, 28 марта 2013 года. У сына выживших в Холокосте, журналиста Дэвида Ли Престона, был такой же опыт, когда в 1992 году он со своей женой Ронди посетил Турку, родной город своей матери. David Lee Preston. "Speaking for the Ghosts," The Philadelphia Inquirer Magazine (May 14, 1995).

86 Из личной переписки проф. Ежи Новаковски с автором, датировано 17 апреля 2013 года. Проф. Новаковски называл еврейское кладбище в Цюрихе «Шутценрайн».

87 R. CliftonSpargo. The Ethics of Mourning: Grief and Responsibility in Elegiac Literature (Baltimore: The Johns Hopkins University Press, 2004). Р. 227.

88 Данная тема сокрытого прошлого, которое находится под самой поверхностью современной украинской жизни, была исследована Омером Бартовым в Erased: Vanishing Traces of Jewish Galicia in Present-Day Ukraine (Princeton: Princeton University Press, 2007).

89 О криминалистике как о политически оспариваемой территории в постсоветской Украине и Советском Союзе см.: Ivan Katchanovski. The Politics of Soviet and Nazi Genocides in Orange Ukraine // Europe-Asia Studies Vol. 62, No. 6 (August 2010). P. 973-997; Nanci Adler. The Future of the Soviet Past Remains Unpredictable: The Resurrection of Stalinist Symbols Amidst the Exhumation

5 of Mass Graves // Europe-Asia Studies Vol. 57, No. 8 (December 2005). P. 1093-1119; Irina Paperno.

Exhuming the Bodies of Soviet Terror // Representations Vol. 75 (Summer 2001): 89-118. Сравните c James Mark. What Remains? Anti-Communism, Forensic Archeology, and the Retelling of the National Past in Lithuania and Romania // Past & Present No. 206, Suppl. 5 (2010). P. 276-300; Zoe Crossland. Of Clues and Signs: The Dead Body and Its Evidential Traces // American Anthropologist. Vol. 111, No. 1. P. 69-80. О более глубоком значении вскапывания могил в посткоммунистической Восточной Европе см.: Katharine Verdery. The Political Lives of Dead Bodies: Reburial and Postsocialist Change (New York: Columbia University Press, 2000).

90 Показание под присягой этнической украинки Екатерины Бродановой, родившейся в 1898 году в Черниговской области. Во время войны она работала в поселке Нивки под Киевом. ГАРФ. Р-7021. Оп. 65. Д. 521. Л. 39.

91 Jeremy Dauber. "Demons, Golems, and Dybbuks: Monsters of the Jewish Imagination (Nextbook, 2004), по адресу: http://www.programminglibrarian.org/assets/files/ltai/demons-golems.pdf.

92 Alina Cala. The Image of the Jew in Polish Folk Culture (Jerusalem: Magnes Press, Hebrew University, 1995): 133.

93 Avery F. Gordon. Ghostly Matters: Haunting and the Sociological Imagination (Minneapolis: University of Minnesota Press, 1997). Р. 8. Цит. по: Jonathan Schorsch. Jewish Ghosts in Germany // Jewish Social Studies Vol. 9 (Spring-Summer 2003). P. 139-169.

94 Цит. по: Audrey Mallet. "Negotiating, Contesting and Constructing Jewish Space in Postwar Muranow", M.A. Thesis: Concordia University, 2011, 84. Старый еврейский квартал Варшавы, населенный призраками, является местом действия пьесы «Muranooo» Сильвии Чутник, предположительно, основанной на реальных событиях. В 2012 году она была впервые поставлена

-е-

на подмостках Teatr Dramatyczny в Варшаве. Также существуют художественные произведения, такие как Noc zywych Zydow [Ночь живых евреев], автор: Igor Ostachowiczu. В этом спин-оффе «Ночи живых мертвецов» главный герой живет в старом квартале района Муранов, воздвигнутого на руинах варшавского гетто. В подвале есть тайный проход в потусторонний мир, населенный евреями-зомби, все из которых — жертвы Холокоста. Один польский критик назвал книгу «хорошо написанным, интеллектуальным и чрезвычайно извращенным романом».

95 Mallet. "Negotiating, Contesting and Constructing Jewish Space in Postwar Muranow", 11-12.

96 Там же, 79-84.

97 Там же, 79.

98 Там же, 81.

99 Alex Webber. "Wroclaw, Poland's Ghost Town," The Guardian October 30, 2009.

100 Я благодарю Наталию Кононенко за описания явлений призраков в Одессе и Харькове. И отдельное особое Кристине Воробец, которая любезно разместила мой запрос на дискуссионной площадке SEEFA, ассоциации славянского и восточноевропейского фольклора. О явлениях призраков евреев в польском фольклоре см.: Cala. The Image of the Jew in Polish Folk Culture, в особенности с. 132-135. Я благодарю Ларису Фиалкову из университета Хайфы (Израиль).

101 Marta Miszczak. Opowiesci o dawnym Goraju: Goraj. Zydzi we wspomnieniach mieszkancow // NOWa Gazeta Bilgorajska No. 39 (2006).

102 MalgorzataMackowiak. Opuszczony dom w Izbicy // ONET: Strefa Tajemnic 16 апреля 2012 года. Точки зрения местных различаются: в то время как большинство полагает, что призраки евреев преследуют заброшенный дом, другие утверждают, что на том месте мать убила двух своих детей.

103 Gordon. Ghostly Matters. P. 139; Schorsch, Jewish Ghosts. P. 139-140. 5

104 Ruth R. Wisse. Poland's Jewish Ghosts // Commentary. Vol. 83, No. 1 (January 1987). P. 33; Schorsch. Jewish Ghosts. P. 139-140.

105 Schorsch. Jewish Ghosts. P. 140. Он цитировал Гордона, Ghostly Matters. P. 24.

106 Шимон Сребник был свидетелем обвинения в: The Trial of Adolph Eichman, Session 66, Part 3 (June 6, 1961).

107 ГА РФ. Ф. Р-702. Оп. 71. Д. 40. Л. 12.

108 О мести евреев за военные преступления см. противоречивую книгу автора: John Sack. An Eye for an Eye: The Untold Story of Jewish Revenge against Germans in 1945 (New York: Basic Books, 1993, 1995); Jim G. Tobias and Peter Zinke. Judische Rache an NS-Tatern (Hamburg: Konkret Literaturverlag, 2000).

109 Meir Auksmen [Meir Oxsman]. "The Survivor from a Mass Grave", Rowne; sefer zikaron. P. 545.

110 Lawrence L. Langer. Preempting the Holocaust (New Haven: Yale University Press, 1999): 2-3.

111 Amos Oz. A Tale of Love and Darkness: A Memoir (Harvest Books, 2005); и чуткий обзор от: David Remnick. The Spirit Level // The New Yorker, November 8, 2004.

112 David Lee Preston. A Bird in the Wind // The Philadelphia Inquirer Magazine (May 8, 1983); David Lee Preston. Journey to My Father's Holocaust // The Philadelphia Inquirer Magazine (April 21, 1985). Существует большое количество литературы об общей травме потомков выживших в Холо-косте людей. Из огромного литературного массива см. лучшее: Hannah Starman. Generations of Trauma: Victimhood and the Perpetuation of Abuse in Holocaust Survivors // History and Anthropology Vol. 17, No. 4 (December2006); Naomi Berger and Alan J. Berger. Second Generation Voices: Reflections by Children of Holocaust Survivors and Perpetrators (Syracuse: Syracuse University

Press, 2001); Helen Epstein. Children of the Holocaust: Conversations with Sons and Daughters of Survivors (New York: Penguin Books, 1988); Aaron Hass. In the Shadow of the Holocaust: The Second Generation (New York: Cambridge University Press, 1996).

113 Menachem Z. Rosensaft. Living with Ghosts of the Holocaust // The Washington Post (August 4, 2010).

114 Цит. по: MacNair. Psychological Reverberations for the Killers. P. 276; Robert Jay Lifton. The Nazi Doctors: Medical Killing and the Psychology of Genocide (New York: Basic Books, 1986). P. 159.

115 Richard Breitman. Analysis of the Name File of Guido Zimmer. NARA, Record Group. P. 263: Records of the Central Intelligence Agency, http://www.archives.gov/iwg/declassified-records/rg-263-cia-records/rg-263-zimmer.html.

116 Michael Salter. Nazi War Crimes, US Intelligence and Selective Prosecution at Nuremberg (New York: Routledge, 2007). Р. 86-87, 334; Jochen von Lang and C. Sibyll. Der Adjutant, Karl Wolff: Der Mann zwischen Hitler und Himmler (Frankfurt/M: Ullstein, 1989).

117 Андрей Вознесенский. Ров: духовный процесс // Юность (1986), N. 7. Перевод и аналитическая информация Нины Тумаркин (Nina Tumarkin), The Living and the Dead: The Rise and Fall of the Cult of World War II in Russia (New York: Basic Books, 1995). P. 158-161; и The New York Times, October 20, 1986, С. A1.

118 Свидетельство Авраама Киршнера. ZIH 301/1190, с. 7-8.

119 Siemaszko. Ludobojstwo dokonane przez nacjonalistow ukrainskich na ludnosci polskiej Wolynia, I. Р. 723.

120 Khariton Berman. "Do Not Forget Jewish Volyn!" The Jewish Observer. Vol. 16, No. 59 (August 2003).

121 Авторы отмечали, что в том месте в период с 1991 по 2013 год неоднократно происходили набеги на братские могилы евреев и поджоги мемориала. Например: Золотоискатели выкапывают тела расстрелянных евреев // Ровенская газета № 409 (13 ноября 2006 г.); 65-я годовщина второго Бабьего Яра: «черные археологи» и кемпинг на могилах // Новости (7 ноября 2006 г.);

5 Еврейская община Ровно обеспокоена раскопками вандалов на месте массовых расстрелов

евреев, http://www.jewish.ru/news/cis/2006/11/news9942418373.php; Vandals desecrate Holocaust memorial in Ukrainian Jewish cemetery // World Jewish Congress (June 8, 2012) http://www. worldjewishcongress.org/en/news/11908/vandals_desecrate_holocaust_memorial_in_ukrainian_ jewish_cemetery; В Ровно вандалы осквернили место массового расстрела евреев (7 июня 2012 г.) http://mignews.com.ua/ru/articles/111677.html.

122 Cala. The Image of the Jew in Polish Folk Culture, 132-135. О том, как поляки раскапывали братские могилы убитых евреев в поисках золота и драгоценных камней, см.: Jan Tomasz Gross with Irena Grudzinska Gross. Golden Harvest: Events at the Periphery of the Holocaust (New York and London: Oxford University Press, 2012). См. на стр. 20-41 обсуждение осквернения трупов евреев в целях наживы неевреями, жившими возле Треблинки, Белжеца и других лагерей смерти.

123 Цит. по: Cala. The Image of the Jew in Polish Folk Culture. P. 124.

124 Цит. по: Gross. Golden Harvest, 108.

125 Moses Moskowitz. The Germans and the Jews: Postwar Report // Commentary. Vol. 1, No. 2 (1946). P. 12. Цит. по: Schorsch. Jewish Ghosts. P. 139-140.

126 Выделено нами (прим. ред.).

127 Об антисемитской культуре и массовом отъезде евреев c Украины с 1990 года, см.: Jeffrey Burds. Ethnic Conflict and Minority Refugee Flight from Post-Soviet Ukraine, 1991-2001 // The International Journal of Human Rights. Vol. 12, No. 5 (December 2008). P. 689-723; Jeffrey Burds. Ukraine: The Meaning of Persecution // Transitions Online (Prague), May 2, 2006; Per Anders Rudling. Organized Anti-Semitism in Contemporary Ukraine: Structure, Influence, Ideology // Canadian Slavonic Papers/Revue canadienne des slavistes. Vol. XLVIII, No. 1-2 (March-June 2006). P. 1-39;

A. Burakovskiy. Key Characteristics and Transformation of Jewish-Ukrainian Relations during the „

Period of Ukraine's Independence: 1991-2008 // Nationalism and Ethnic Politics. Vol. 15, No. 1 (2009). £

и

P. 109-132; Nicholai Butkevich. Racially Motivated Attacks on the Rise [in Ukraine] // Transitions on .то

Line (May 20, 2007); Nickolai Butkevich. Jew-Hatred is on the Rise in the Land of Pogroms // Forward. l

com (October 19, 2009); и документальный фильм 2008 года, «Zhydy» (евреи на Украине). <J

128 Bartov. Erased. P. 9. с

œ VO

te о

:c

о

о

&

ф ^

m rc

œ

0

1 m о Q_ m i-u о :c

о ^

о

X

о

ДЖЕФФРИ БУРДС — Ph.D., ассоциированный профессор истории, Северо-восточный университет. США.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.