гуманитарный вектор. 2013. № 2 (34)
Современные философские проблемы Problems of modern philosophy
УДК 008:351. 858 (510) ББК 71. 05 (5 Кит)
Светлана Базаржаповна Дугарова
аспирант,
Забайкальский государственный университет (Чита, Россия), e-mail: sveta.sod@gmail.com
государство и общество в условиях трансформации: ценности КНр на современном этапе1
В статье рассматривается идеологический облик КНР на современном этапе. Реформы, помимо экономического и научно-технического развития, одновременно способствуют ускорению процесса расслоения общества и размывания некоторых традиций и обычаев. В обществе начинает возникать разочарование в реформах. Стало заметным противостояние между «сторонниками базовых ценностей социализма» и «сторонниками общечеловеческих ценностей». Чтобы противостоять развитию негативных процессов в обществе, руководство КНР стремится выразить единую согласованную точку зрения, а также продвигает основные традиционные ценности конфуцианства. Происходит переход от локального мышления к глобальному, что знаменуется расширением культурного влияния КНР в мире. Активно реализуется внешняя гуманитарная политика государства. Автор приходит к выводу, что наиболее продуктивным на фоне кризиса является поиск новой идентичности и наиболее адекватных форм правления.
Ключевые слова: Китайская Народная Республика, Коммунистическая партия Китая, конфуцианство, ценности, общество, развитие.
Svetlana Bazarzhapovna Dugarova
Postgraduate Student, ZabaikalskyState University (Chita, Russia), e-mail: sveta.sod@gmail.com
State and Society in Transformation Conditions: Values of China at the Modern Stage
The article discusses the ideological image of China at the present stage. Reforms, in addition to the economic, scientific and technological development, help to accelerate the process of social stratification and erosion of certain traditions and customs. The reforms disappointment in the society arises. The confrontation between supporters of the basic values of socialism and supporters of universal values is notable. To confront the development of negative processes in society, the Chinese leaders seek to express a single coherent point of view, promoting basic traditional values of Confucianism as well. The transition from local to global thinking is happening, and it marks the expansion of the cultural influence of China in the world. Humanitarian foreign policy of the state is actively implemented. The author concludes that search for a new identity and for the most appropriate forms of government is the most productive in the background of the crisis.
Keywords: People’s Republic of China, the Communist Party of China, Confucianism, values, society, development.
В Китае проблемам национальной культуры и духовного наследия уделяется большое внимание не только со стороны исследователей, но и со стороны высшего руководства КНР. Вызовы глобализации всё более оживляют интерес китайской элиты к наследию конфуцианской мысли. Успехи индустриального развития стран «конфуцианского
1 Работа выполнена при поддержке Минобрнауки РФ,
ареала» также во многом способствовали соотношению традиций и развития страны. Официальная китайская идеология «впитала идеи неавторитарного и националистического течения мысли» [2, с. 401]. За годы реформ сложился сложный идеологический конгломерат, главное место в котором занимают «идеи Мао Цзэдуна», рыночная рефор-
соглашение № 14.B37.21.0977
44
© Дугарова С. Б., 2013
маторская теория Дэн Сяопина и идеи «тройного представительства». Эти идеи стали основным ориентиром в процессах защиты и реализации национальных интересов КНР От культурных традиций во многом стало зависеть продвижение политических реформ. В связи с включением в глобальную экономику, к ним присоединяются установки на международное сотрудничество и постепенное продвижение к демократии через построение правового государства.
По мере реализации экономической реформы растёт расслоение общества на бедных, зажиточных и богатых. Значительная часть семей из числа деловых людей, торговцев и предпринимателей к 1999 г. имела годовой доход более 10 тыс. юаней, тогда как зарплата 200 млн граждан (включая крестьян) не превышала 200 юаней, около 42 млн жителей Китая проживали за официально установленной чертой бедности. В последнее время стала создаваться прослойка богатых людей из числа высокопоставленных функционеров КПК и чиновников госаппарата, детей и внуков видных государственных и политических деятелей. В стране берёт верх выражение «нужно во всём полагаться на деньги», «при наличии денег можно сделать всё». Умение добывать деньги и умножать капитал рассматривается китайцами как одна из высших ценностей [5].
Со второй половины 90-х гг. стало возникать разочарование большей части общества в реформах, когда стремительно развернулась реформа госпредприятий, и многие рабочие утратили бесплатные социальные услуги. С течением времени число тех, кто считает себя обделёнными и даже ограбленными, всё больше. К низам общества примыкает левая интеллигенция, которой сочувствуют офисные служащие «белые воротнички», чей жизненный уровень также страдает из-за того, что их заработки растут медленнее, чем происходит повышение цен.
С ростом социальной несправедливости увеличивается поляризация общества, множатся противоречия и конфликты. Всё это укрепляет левые настроения в обществе. На этом фоне аргументы либеральных сторонников теряют свою убедительность. Китайские социологи умеренной ориентации считают, что «нельзя обходить ценные для человеческой цивилизации элементы. Нельзя полностью исключить социализм из идейной сокровищницы человечества. В результате формирование бездуховного сознания превращается в чистую погоню за прибылью, за деньгами» [3, с. 35].
В целом, ситуацию можно представить как противоборство двух ценностных систем: в основе первой - «базовые ценности социализма», в основе второй - так называемые «общечеловеческие ценности». В первой преобладают идеалы равенства и справедливости, главными гарантами которых считаются государство и правящая партия, во второй -первенствует личная свобода, демократия, права человека, которые призваны обеспечивать закон.
Целевой аудиторией распространения «общечеловеческих ценностей» является, прежде всего, молодое поколение, пользующееся Интернетом и социальными сетями. Особую остроту внутренним дискуссиям придало внешнее идейно-политическое давление на Китай, особенно после провозглашения США доктрины «Возвращения в АТР».
Не случайно новый лидер «пятого поколения» руководителей КНР Си Цзинпин, чтобы привлечь молодёжь, активно начал проводить политику обогащения мировоззрения студентов представлениями об основополагающих социалистических ценностях путём укрепления университетских организаций КПК. За основу были взяты призывы дальнейшего усиления и улучшения идейнонравственного строительства, предусматривающие, в том числе, контроль за Интернетом и за изложением древней и современной истории Китая.
Продвижение политических реформ в Китае зависит от культурной традиции в большей степени, чем ход экономических преобразований. В последнее десятилетие внутри-китайская пропаганда уделяет большое внимание морализации общества. Политические лозунги Ху Цзиньтао во многом сближались с конфуцианской идеологией отношения к народу как к основе (минь бэнь), требовавшей от правителя неустанной заботы о подданных, дабы заполучить «сердце народа» и обеспечить стабильность и гармонию в государстве. Призыв Ху Цзиньтао «использовать власть для народа, чувства с народом и помышлять об интересах народа» уже получил неофициальное прозвание новых трёх народных принципов. Это связывает нынешние власти с наследием основателя Китайской Республики Сунь Ятсена - автора изначальных трёх народных принципов (национализм, народовластие и народное благоденствие).
В официальную лексику КНР входит всё больше понятий, заимствованных из традиционного культурного наследия. В частности, развитие Китая направлено на построение
гуманитарный вектор. 2013. № 2 (34)
общества малого достатка (сяокан) - это прямое терминологическое заимствование из конфуцианской классики. В 2005 г. на первое место в заявлениях китайских лидеров вышли лозунги движения к гармоничному обществу (хэсе шэхуэй). Здесь прослеживается связь с традиционными конфуцианскими ценностями срединности и гармонии (хэ). В обновлённую концепцию гармоничности входит политическая стабильность, уменьшение имущественной поляризации в обществе, поддержание экологического баланса, равномерное развитие регионов. Как и в классическом наследии, современная гармонизация охватывает отношения между человеком и государством, между людьми, а также между человеком и природой [7, с. 57].
На уровне мышления переход цивилизации на новый уровень выражается, в первую очередь, в переходе от локального мышления к глобальному, и этот переход был закреплён на 18-м съезде КПК , проходившем с 5 по 15 ноября 2012 г. В докладе, сделанном Ху Цзиньтао, впервые изложено представление о системе основных ценностей социализма, которые сформулированы в трёх направлениях, а именно: обогащение и могущество, демократия, цивилизация и гармония, свобода, равноправие, всеобщность и правовое государственное управление, патриотизм, преданность делу и честность [4]. Упомянутые в докладе направления относятся к сферам, которые дополняют друг друга. Обогащение и могущество, демократия, цивилизация и гармония относятся в к системе социальных ценностей. Свобода, равноправие, всеобщность и правовое государственное правление входят в сферу гражданского долга. Патриотизм, преданность к делу и честность относятся к традиционному духовно-этическому наследию китайской нации.
Этот доклад сразу на нескольких уровнях твёрдо определил основные ценности китайской модели. Также утвердил основную универсальную ценность, которая должна существовать на уровне всей планеты: «Мир под Небесами». Китай, как пишет «Жэньминь жибао», хотел бы «сформировать новую общечеловеческую цивилизацию и, став флагманом новой, постзападной эпохи, создать предпосылки для вечного развития всего человечества в мире, где будет помощником и наставником каждого». Это и есть китайская геополитическая (и мировоззренческая) мечта - Да Тун, «великое единение» [6, с. 3].
Китайские эксперты и отдельные политики спорят сегодня о рамках и формах китайского культурного влияния в мире. Одни де-
лают акцент на расширении самого понятия и роли «мягкой силы» во внешней политике, предлагая сделать её основой для большинства шагов, придать ей системный характер. Другие предлагают сочетать жёсткие политические меры с «мягким» влиянием [1, с. 213].
Присуждение Нобелевской премии по литературе китайскому писателю Мо Яню накануне открытия XVIII съезда КПК усилило позиции сторонников более активной «культурной экспансии».
Тем не менее, реализация внешней гуманитарной политики КНР происходит очень активно. Китайское центральное телевидение (ССТ^ вещает на шести языках, институты Конфуция действуют в 95 странах, постоянно расширяет охват аудитории международное радио Китая. Были успешными для КНР Пекинская летняя Олимпиада и шанхайская выставка «ЭКСП0-2011» и ряд др.
Китайские идеи «изменяя себя, меняешь мир», ставшие в современную эпоху частью официальной политики Китая, сегодня уже превращаются в силу, способную менять к лучшему культуру в целом. Приход державы к величию, возрождение нации, переход цивилизации на новый уровень - именно в этом триединстве и содержится основной посыл китайской политики мирного развития.
Страна также явно подошла к переосмыслению своего гуманитарного влияния в мире. В руководстве понимают, что кроме экспорта товаров и инвестиций необходим массовый экспорт идей и китайских культурных ценностей. Это сделать непросто по причинам традиционной самодостаточности китайской цивилизации, определённой изолированности Китая в Средние века и Новое время, а также в силу сложного и не всегда адекватного восприятия Западом китайских ценностей.
Таким образом, чтобы преодолеть негативные факторы нестабильности, руководство КНР стремится к обновлению официальной теории в соответствии с запросами времени, при этом активно используя традиционные ценности конфуцианства. Поиски китайской идентичности и наиболее адекватных форм правления и администрирования, свободных от политики как продукта цивилизации Запада, представляются наиболее продуктивными на фоне кризиса европоцентристской идеи однолинейного прогресса. Китай располагает немалым материальным и духовным потенциалом для дальнейшего развития, вместе с тем, каждый шаг требует возрастающих усилий, тщательного учёта вызовов и рисков.
Список литературы
1. XVIII съезд КПК: китайская экономика уцелеет, несмотря ни на что. URL: http://rus.ruvr.ru/2012_11_13/ XVIII-sezd-KPK-kitajskaja-jekonomika-uceleet-nesmotrja-ni-na-chto/ (дата обращения: 18.03.2013).
2. Алаберт А. В. Место конфуцианства в модернизации Китая (конец XX - начало XXI века). М.: Институт Дальнего Востока РАН, 2008. 228 с.
3. Ван Ивэй. Китайская модель разрушает гегемонию «общечеловеческих ценностей». URL: http:// inosmi.ru/world/20130114/204595110.html (дата обращения: 26.02.2013).
4. Ван Сяоси. И дэ чжи го дубэн (Управление на основе добродетели). Нанкин, 2001. 245 с. Кит. яз.
5. Идеологический облик КНР на современном этапе. URL: www.mgimo.ru / news / experts (дата обращения: 25.03.2013).
6. Кузык Б. Н. Китай - Россия 2050: стратегия соразвития / Институт Дальнего Востока РАН. М., 2006.
636 с.
7. Лин Цзэян. Чжунго женьцай. (Высококвалифицированные кадры КНР). Пекин, 2008. 450 с.
References
1. XVIII syezd KPK: kitayskaya ekonomika utseleyet, nesmotrya ni na chto. URL: http://rus.ruvr.ru/2012_11_13/ XVIII-sezd-KPK-kitajskaja-jekonomika-uceleet-nesmotrja-ni-na-chto/ (data obrashcheniya: 18.03.2013).
2. Alabert A. V. Mesto konfutsianstva v modernizatsii Kitaya (konets XX - nachalo XXI veka). M.: Institut Dalnego Vostoka RAN, 2008. 228 s.
3. Van Ivey. Kitayskaya model razrushayet gegemoniyu «obshchechelovecheskikh tsennostey». URL: http:// inosmi.ru/world/20130114/204595110.html (data obrashcheniya: 26.02.2013).
4. Van Syaosi. I de chzhi go duben (Upravleniye na osnove dobrodeteli). Nankin, 2001. 245 s. Kit. yaz.
5. Ideologichesky oblik KNR na sovremennom etape. URL: www.mgimo.ru / news / experts (data obrashcheniya: 25.03.2013).
6. Kuzyk B. N. Kitay - Rossiya 2050: strategiya sorazvitiya / Institut Dalnego Vostoka RAN. M., 2006. 636 s.
7. Lin Tszeyan. Chzhungo zhentsay. (Vysokokvalifitsirovannye kadry KNR). Pekin, 2008. 450 s.
Статья поступила в редакцию 24 марта 2013 г