Научная статья на тему 'Герменевтический «Круг» и «Сфера» модальности в герменевтической модели перевода'

Герменевтический «Круг» и «Сфера» модальности в герменевтической модели перевода Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

259
43
Поделиться
Ключевые слова
СОПОСТАВИТЕЛЬНОЕ ЯЗЫКОЗНАНИЕ / ПЕРЕВОДОВЕДЕНИЕ / ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ ПЕРЕВОДА / МОДАЛЬНОСТЬ / ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКИЙ КРУГ МОДАЛЬНОСТИ / ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКАЯ СФЕРА МОДАЛЬНОСТИ / COMPARATIVE LINGUISTICS / TRANSLATOLOGY / HERMENEUTIC MODEL OF TRANSLATION / MODALITY / HERMENEUTIC CIRCLE OF MODALITY / HERMENEUTIC SPHERE OF MODALITY

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Морозкина Е. А., Насанбаева Э. Р.

В статье предлагается модифицированная герменевтическая модель перевода художественного текста, в основе которой лежит новая концепция «герменевтического круга модальности». Авторы разрабатывают конкретные этапы деятельности переводчика по интерпретации и переводу художественного произведения в рамках модифицированной герменевтической модели перевода и применяют её в процессе сопоставительного анализа англоязычных текстов романов Т. Драйзера «Американская трагедия» и «Финансист» и их переводов на русский язык. Введено также понятие герменевтической «сферы» модальности, предполагающее восприятие смысловой структуры художественного текста как пространственной конфигурации.

Похожие темы научных работ по языкознанию и литературоведению , автор научной работы — Морозкина Е. А., Насанбаева Э. Р.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

HERMENEUTIC “CIRCLE” AND “SPHERE” OF MODALITY IN HERMENEUTIC MODEL OF TRANSLATION

The article proposes the modified hermeneutic model of literary text translation which is based on a new concept of the “hermeneutic circle of modality”. A notion of hermeneutic “sphere” of modality is also introduced which presupposes viewing the sense of a literary text as a phenomenon of complex configuration. The authors have worked out definite stages that the translator should follow while interpreting and translating a literary text. The first stage includes preliminary understanding of the text and forming sense anticipations. During the second stage the translator should analyze the linguistic material to single out the dominant types of modality. The third stage of the model presupposes creating a hermeneutic circle out of the dominant types of modality. Several hermeneutic circles of modality in one episode of the text may form a hermeneutic sphere of modality. In the last stage the translator transfers the sense of the source text into the target text observing the hermeneutic circles and spheres of modality singled out in the original. The modified hermeneutic model of translation is applied in the process of comparative analysis of Th. Dreiser’s “The Financier” and “An American Tragedy” and the Russian versions of these novels’ translations.

Текст научной работы на тему «Герменевтический «Круг» и «Сфера» модальности в герменевтической модели перевода»

УДК 81.25

ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКИЙ «КРУГ» И «СФЕРА» МОДАЛЬНОСТИ В ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКОЙ МОДЕЛИ ПЕРЕВОДА

© Е. А. Морозкина, Э. Р. Насанбаева*

Башкирский государственный университет Россия, Республика Башкортостан, 450076 г. Уфа, ул. Заки Валиди 32.

Тел.: +7 (347) 251 59 07.

E-mail: madelle@yandex.ru

В статье предлагается модифицированная герменевтическая модель перевода художественного текста, в основе которой лежит новая концепция «герменевтического круга модальности». Авторы разрабатывают конкретные этапы деятельности переводчика по интерпретации и переводу художественного произведения в рамках модифицированной герменевтической модели перевода и применяют её в процессе сопоставительного анализа англоязычных текстов романов Т. Драйзера «Американская трагедия» и «Финансист» и их переводов на русский язык. Введено также понятие герменевтической «сферы» модальности, предполагающее восприятие смысловой структуры художественного текста как пространственной конфигурации.

Ключевые слова: сопоставительное языкознание, переводоведение, герменевтическая модель перевода, модальность, герменевтический круг модальности, герменевтическая сфера модальности.

Художественный перевод относится к одному из наиболее сложных и трудоемких видов переводческой деятельности. Область задач переводчика художественного текста включает в себя не только основательную лингвистическую подготовку, общую эрудицию, но и немалое мастерство художественного слога. Кроме того, переводчик вынужден выступить одновременно и в роли интерпретатора, верно истолковать авторскую интенцию с целью ее дальнейшей передачи в тексте перевода.

Подчеркивая сложность перевода художественного текста, Х.-Г. Гадамер отмечал, что данная проблема может найти решение в том случае, если один и тот же переводчик-интерпретатор осуществляет перевод нескольких романов определенного автора. Поскольку подобно тому, как отдельное слово входит в контекст предложения, так и отдельный текст входит в контекст произведений данного автора, которые, в свою очередь, принадлежат определенному литературному жанру. С другой стороны, тот же самый текст, взятый как результат некоего творческого мгновения, входит в целостность душевной жизни автора. Лишь подобная целостность объективного и субъективного рода завершает процесс понимания [1, с. 320].

Переводчик становится автором вторичного текста, в котором должны быть учтены языковые особенности исходного художественного текста и выбраны аналогичные средства в языке перевода для достижения коммуникативного эффекта, заложенного автором в произведение. Такая функционально-семантическая категория, как модальность, представляет особую сложность для перевода, поскольку попытка использования эквивалентных средств выражения модальности в языке перевода крайне затруднена и может в некоторых случаях привести к искажению доминирующей модальности исходного художественного текста. К примеру,

в английском и русском языках существуют различные способы передачи модальных значений. Согласно Я. И. Рецкеру, в английском языке превалируют модальные глаголы, тогда как в русском — модальные слова и частицы [2, с. 166-167]. Частотность употребления времен и наклонений в качестве средств выражения модальности, согласно исследователю, совпадает в обоих языках, что объясняется их сходным положением в грамматической системе каждого из данных языков. Далее следуют такие языковые средства, как порядок слов и интонация, занимающие примерно одинаковое место в классификации Я. И. Рецкера, и замыкают ряд средств выражения модальности в английском языке неличные формы глагола, которые, по мнению ученого, еще недостаточно изучены и, возможно, заслуживают более высокого места в системе [2, с. 166-167]. К тому же одни и те же модальные модификаторы могут быть использованы для выражения различных видов модальности в зависимости от контекста. В связи с этим наиболее надежным ориентиром в процессе перевода является поиск и определение доминирующего типа модальности, выделенного в оригинале в процессе интерпретации, который необходимо передать в тексте перевода с помощью соответствующих средств выражения данной модальности в языке перевода. Таким образом, процесс перевода с опорой на модальные значения происходит по следующему замкнутому кругу, в котором средства выражения модальности в сопоставляемых языках соотносятся не напрямую, а через посредство доминирующего модального значения:

Средства выражения модальности в англ. яз. ^^ Доминирующая модальность ^^ Средства выражения модальности в русск. яз.

Чтобы выделить доминирующий тип модальности в изучаемом эпизоде художественного текста

* автор, ответственный за переписку

с целью его дальнейшей передачи в тексте перевода, мы разработали концепцию герменевтического круга модальности, предполагающую выделение в каждом отдельном эпизоде художественного текста доминирующих типов модальности на основе фактора количественной репрезентации средств выражения модальных значений, использованных автором в данном отрывке.

Формирование герменевтических кругов модальности является основой разработанной нами модифицированной герменевтической модели перевода, согласно которой переводческая деятельность состоит из четырех этапов. На первом этапе у переводчика формируется первичное представление о смысловом содержании произведения или, в терминах Ф. Шлейермахера, предпонимание [3, с. 175], которое будет предопределять его смысловые антиципации [1, с. 320] (термин Х.-Г. Гадамера) относительно смыслов отдельных эпизодов. Предпони-мание и смысловые антиципации корректируются в процессе интерпретации текста и обнаружения модальных значений, которые, полагаем, играют значительную роль в формировании смысла произведения. На втором этапе модифицированной герменевтической модели перевода происходит выбор и анализ эпизодов художественного текста, важных с точки зрения их смысловой наполненности. Переводчику-интерпретатору следует проработать каждый из выбранных эпизодов лингвистически в поисках доминирующих типов модальности и тех грамматических, лексических и иных форм, с помощью которых они выражены в тексте оригинала. На третьем этапе разрабатываемой модели переводчику следует синтезировать выделенные модальные значения и на основе доминирующих типов модальности сформировать герменевтические круги модальности в каждом конкретном эпизоде. Несколько герменевтических кругов, выделенных на основе эпизодов художественного текста, в пространственном восприятии образуют, условно говоря, герменевтическую «сферу» модальности. Возможность создания герменевтической сферы модальности обусловлена тем, что с нашей точки зрения, художественный текст представляет собой объемную структуру, которую условно можно представить в виде некой «смысловой молекулы», состоящей из отдельных модальных «сфер». На завершающем этапе модифицированной герменевтической модели перевода происходит передача смыслов, раскрытых в оригинале произведения, в текст перевода с учетом герменевтических кругов модальности исходного текста.

Таким образом, герменевтические круги модальности отражают доминирующую модальность изучаемого отрезка оригинала и при сопоставлении с герменевтическими кругами, выделенными в тексте перевода аналогичного отрезка художественного текста, могут обнаружить отклонения от смысловой составляющей оригинала. В этом случае

переводчику необходимо скорректировать текст перевода с учетом герменевтических кругов модальности, сформированных им на основе текста оригинала.

В творчестве Т. Драйзера для сопоставительного анализа нами был выбран роман «Американская трагедия» (1925) [4] как самое известное произведение, которое, к тому же, обладает многоплановостью смыслов, и русскоязычная версия его перевода З. Вершининой и Н. Галь (1948) [5]. Для анализа использован эпизод суда, решающий судьбу главного героя. Однако это не первое произведение писателя, в котором он демонстрирует разворачивающуюся борьбу между обвинением и защитой. Эпизод суда встречается также в романе «Финансист» [6], опубликованном еще в 1912 году. Данное произведение представляет определенный интерес для настоящего исследования в связи с возможностью сопоставить эпизоды суда, описанные автором с разрывом в 13 лет. В результате анализа было выявлено, что уже в «Финансисте» существуют зачатки проблемы борьбы между прокурором и адвокатом с попыткой речевого воздействия на присяжных и на читателей. Как показал анализ, в обоих романах в основе выступлений юристов лежат сообщения с ярко выраженной модальностью. Полагаем, что необходимо проанализировать более раннее произведение Драйзера в попытке обнаружить причину победы прокуроров над адвокатами в двух эпизодах суда. В исследовании использован текст перевода романа на русский язык, выполненный М. Волосовым (1944) [7]. Герой произведения Фрэнк Каупервуд обвиняется в совершении финансового преступления, и, как и в романе «Американская трагедия», в ходе суда победу одерживает прокурор. На наш взгляд, следует провести параллель между двумя эпизодами суда с свете гипотезы о том, что наиболее эффективное речевое воздействие в обоих произведениях было осуществлено прокурором, опирающимся на определенные средства выражения модальности.

Анализируя выступления прокурора и адвоката в романе «Финансист» с помощью модифицированной герменевтической модели перевода, можно прийти к заключению, что представители фемиды так же, как и в исследованном нами ранее эпизоде суда романа «Американская трагедия» [8], используют средства речевого воздействия с опорой на модальность. Полагаем, что для верной интерпретации эпизода и его последующего перевода на русский язык также необходимо выделить герменевтические круги модальности, лежащие в основе их выступлений.

Проанализировав речь прокурора в оригинале романа «Финансист», были обнаружены следующие доминирующие типы модальности в герменевтическом круге: возможность — can/could (31), able (2), capable (1); желательность (намерение) - will (7), intend (4), want (4), willfully (1), intention (1);

уверенность - certainly (3), sure (1), of course (1), I haven't a doubt (1); вынужденность - must (4), have to (4), should (2), need (2), bound to (1), forced to (1); вероятность - might (5), may (3), possibly (3).

Нельзя не заметить, что герменевтический круг модальности речи прокурора в «Финансисте» практически совпадает с герменевтическим кругом модальности выступления прокурора в «Американской трагедии» (табл. 1), за исключением модальности вероятности.

Как видим, в обоих произведениях выступления прокуроров содержат богатую палитру модальных значений, среди которых доминируют модальности желательности, уверенности и вынужденности, что, безусловно, делает их речь особенно убедительной.

Рассматривая выступления защиты, следует учесть, что адвокат в романе «Финансист» преследует цель оправдать своего подзащитного. Следовательно, его выступление направлено на то, чтобы указать присяжным на абсурдность обвинения. В его речи доминирует модальность возможности, с помощью которой он подчеркивает неправомерность обвинений и пытается доказать невиновность Фрэнка Каупервуда:

See if you can distinguish a just motive for this prosecution. I can't. - Тогда вам нетрудно будет... решить, имеются ли достаточные основания для этого судебного преследования! Я лично таковых не вижу.

Использованные в английском языке модальный глагол can со значением возможности и повелительное наклонение с оттенком директивной модальности не были отражены в переводе, поскольку в русском варианте доминирует модальность действительности благодаря выбранным формам изъявительного наклонения и лексическим средствам выражения модальности (нетрудно), что в определенной степени снизило модальную насыщенность английской фразы.

As a matter offact, gentlemen... prosecution can present and that which we, the defense, can present. -Собственно говоря, джентльмены... свидетелей обвинения и защиты быть не может.

As a matter of fact we can and will bring... to prove this. - В подтверждение наших слов мы можем назвать...

В своих высказываниях адвокат подчеркивает свою способность доказать невиновность подзащитного и использует преимущественно первое лицо, что, вероятно, можно признать ошибочным, так как подобная тактика неизбежно снижает эффективность речевого воздействия. В русском варианте первое предложение звучит более объек-

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

тивно в силу отсутствия указания на лицо (быть не может), в целом же модальное значение возможности в эпизоде передано, как правило, с помощью модального глагола мочь. Примечательно настойчивое повторение защитником словосочетания as a matter of fact («на самом деле, в действительности»), которое свидетельствует о его желании выдать свое высказывание за неоспоримый факт и привносит модальность действительности в высказывание, что в переводе, к сожалению, не всегда учтено.

В речи защитника ярко выражено стремление дискредитировать достоверность показаний свидетелей обвинения. Этой цели служит употребление модальности возможности в отрицательном контексте, таким образом, герменевтический круг модальности выступления защиты «замкнулся»:

...and his memory of them cannot be admitted in this case. - ...а его память не может приниматься во внимание в данном случае.

...the prosecution is pleased to make and which it cannot possibly substantiate. - ...которые угодно делать обвинителю, хотя он при всем желании не может подтвердить их фактами.

В выступлении адвоката модальность отсутствия возможности иногда сочетается с модальностью вероятности (possibly) с целью вызвать сомнения у присяжных в доказательности обвинений против Фрэнка Каупервуда. Обращает на себя внимание повторение адвокатом фразы I think («я думаю»). С точки зрения речевого воздействия, употребление данной фразы вносит элемент неуверенности в выступление, поскольку выражает модальность вероятности. Задачей же речи защиты должно быть, напротив, убедительное воздействие на слушателя. В переводе модальная фраза I think I know становится уверенным утверждением я знаю, в чем тут дело, имеющим иной модальный оттенок, в оригинальном тексте адвокат высказывается куда более осторожно. Среди других средств выражения модальности вероятности в выступлении адвоката были также отмечены модальные модификаторы may (5), possibly (3), perhaps (2), suppose (1), probably (1).

Таким образом, герменевтический круг модальности адвоката в эпизоде суда романа «Финансист» представлен всего двумя доминирующими типами модальных значений: возможности и вероятности, что, с точки зрения речевого воздействия, вероятно, нельзя признать эффективным. Таким образом, выступление адвоката объективно не могло оказать существенного влияния на присяжных, особенно в сравнении с речью прокурора, выстроенной по принципу модальности уверенности и возможности.

Таблица 1

Герменевтические круги модальности в выступлениях прокуроров_

Круг модальности речи прокурора (эпизод суда в романе «Американская трагедия») Круг модальности речи прокурора (эпизод суда в романе «Финансист»)

Модальность желательности, уверенности, возможности, вынужденности Модальность возможности, желательности, уверенности, вынужденности, вероятности

Таблица 2

Герменевтические круги модальности в выступлениях адвокатов_

Круг модальности речи адвокатов (эпизод суда в романе «Американская трагедия») Круг модальности речи адвоката (эпизод суда в романе «Финансист»)

Адвокат 1: модальность желательности (намерения), неуверенности, действительности, вероятности, возможности. Адвокат 2: модальность вынужденности, вероятности, желательности (намерения). Модальность вероятности, возможности.

При сопоставлении герменевтических кругов выступлений защиты в двух произведениях можно сделать вывод, что речь адвоката в романе «Финансист» отличается достаточно однородной модальностью и недостаточной убедительностью, тогда как выступления двух адвокатов в «Американской трагедии» имеют под собой эффективные с точки зрения воздействия модальные значения, однако в целом производят эффект хаоса, что и приводит к поражению представителей защиты в суде. Так, в речи первого адвоката доминирующая модальность возможности представлена модальными модификаторами can/could (10), may/might (6), able (2), have the right (1). Стратегия адвоката построена на изменении точки зрения присяжных на ситуацию путем внесения сомнения в достоверность показаний. Он стремится доказать вероятность другого варианта развития событий с помощью приемов речевого воздействия, и модальной доминантой его выступления становится модальность вероятности, которая выражена в тексте оригинала модальными модификаторами may/might (10), perhaps (4), suppose (2), I guess (2), can/could (2), possibly (1). В выступлении второго адвоката (табл. 2) также широко представлена модальность желательности (намерения), выраженная в оригинале модальными модификаторами want (6), willing (4), would like (2), intend (2), willfully (1).

Таким образом, юристы в романах Т. Драйзера используют приемы речевого воздействия с использованием модальных значений с целью воздействовать на присяжных и выиграть судебное разбирательство. Выступление прокуроров, как в «Американской трагедии», так и в «Финансисте», оказывает куда более сильное воздействие на присяжных заседателей. Сопоставительный анализ герменевтических кругов модальности в речи двух прокуроров выявил, что доминирующие в их речи модальные значения совпадают. Этот факт, на наш взгляд, не является случайностью, поскольку данные типы модальности имеют более четко выраженный эффект речевого воздействия на аудиторию. Выступления адвокатов в обоих эпизодах суда различны по своей модальной составляющей и в силу различных причин оказываются куда менее убедительными в глазах присяжных. Смысловые «круги» формируют герменевтическую «сферу» модальности, которая, собственно, и определяет доминантную модальность конкретного эпизода.

При этом в переводе на русский язык герменевтические круги модальности в выступлениях юри-

стов в ряде случаев менее четко выражены в связи с утратой или изменением модальных значений в отдельных случаях, что неизбежно ведет в определенным смысловым потерям. В связи с этим полагаем, что герменевтические круги модальности в художественных произведениях должны учитываться переводчиком при создании художественной версии перевода, поскольку именно модальность помогает раскрыть тонкие грани смысла и служит ориентиром при выборе средств выражения смысловых особенностей произведения в тексте перевода. Таким образом, с помощью модифицированной герменевтической модели перевода удается раскрыть некоторые недостатки в смысловой составляющей текста перевода и предложить оригинальную модель прочтения эпизода суда, сохраняя как важнейшее условие доминирующий в оригинале тип модальности.

Таким образом, сопоставительный анализ герменевтических кругов и сфер модальности в двух произведениях одного писателя играет значительную роль в художественном переводе, поскольку раскрытые в процессе интерпретации доминирующие смыслы одного произведения помогают переводчику при интерпретации и переводе другого произведения того же автора. Переводчик с опорой на герменевтические круги модальности формирует в сознании читателя определенные смысловые антиципации и таким образом подводит его к заключению, к которому ранее пришел сам. Переводчик-интерпретатор, обладающий «герменевтическим сознанием», должен выявить и учесть различные типы модальности, а также грамотно подобрать способы их перевода с целью более глубокого и полного осмысления художественного текста.

ЛИТЕРАТУРА

1. Гадамер Х.-Г. Истина и метод. Основы философской герменевтики. М.: Прогресс, 1988. 637 с.

2. Рецкер Я. И. Теория перевода и переводческая практика. Очерки лингвистической теории перевода. М.: Р.Валент, 2007. 244 с.

3. Шлейермахер Ф. Герменевтика. СПб.: Европейский дом, 2004. 242 с.

4. Dreiser Th. An American Tragedy. Moscow: Foreign Language Publishing House, Vol. 1. 1949. 516 p. Vol. 2 1949. 342 р.

5. Драйзер Т. Американская трагедия. М.: Эксмо, 2009. 800 с.

6. Dreiser Th. The Financier. СПб.: КАРО, 2007. 573 с.

7. Драйзер Т. Финансист. М.: Правда, 1986. 557 с.

8. Морозкина Е. А., Насанбаева Э. Р. Роль модальности в герменевтической модели перевода // Вестник Башкирского университета. 2012. №1. С. 158-161.

Поступила в редакцию 08.09.2013 г.