Научная статья на тему 'Гендерный подход в анализе причин проявления насилия в близких отношениях между мужчинами и женщинами'

Гендерный подход в анализе причин проявления насилия в близких отношениях между мужчинами и женщинами Текст научной статьи по специальности «Социологические науки»

CC BY
1599
301
Поделиться
Ключевые слова
НАСИЛИЕ В ОТНОШЕНИЯХ МУЖЧИН И ЖЕНЩИН / ГЕНДЕРНЫЙ ПОДХОД / БОРЬБА ЗА ВЛАСТЬ / ДОМИНИРУЮЩАЯ МАСКУЛИННОСТЬ / МАНИПУЛЯЦИЯ В ГЕНДЕРНЫХ ОТНОШЕНИЯХ / VIOLENCEIN THE RELATIONS OF MEN AND WOMEN / GENDER APPROACH / RACE FORPOWER / DOMINANT MASCULINITY / MANIPULATION IN GENDER RELATIONS

Аннотация научной статьи по социологическим наукам, автор научной работы — Клёцина Ирина Сергеевна, Иоффе Елена Викторовна

Рассматривается содержание гендерного подхода, обсуждаются возможности применения его положений в исследованиях насилия в добрачных и супружеских отношениях. Систематизированы теоретические концепции, объясняющие происхождение насилия в отношениях; перечисляются меры, которые необходимо предпринять для профилактики насилия в семейных отношениях.

Похожие темы научных работ по социологическим наукам , автор научной работы — Клёцина Ирина Сергеевна, Иоффе Елена Викторовна

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Gender approach in the analysis of the violence causes in intimate relationships between men and women

The essence of gender approach and the possibility of applying its provisions in studies of violence in premarital and marital relationships are examined in the article. Theoretical conceptions are systematized, explaining the origin of violence in relations; measuresthat should be undertaken for the violence prevention in domestic relations are enumerated.

Текст научной работы на тему «Гендерный подход в анализе причин проявления насилия в близких отношениях между мужчинами и женщинами»

ГЕНДЕРНАЯ ПСИХОЛОГИЯ

ББК 60.561.51

И. С. Клёцина, Е. В. Иоффе

ГЕНДЕРНЫЙ ПОДХОД В АНАЛИЗЕ ПРИЧИН ПРОЯВЛЕНИЯ НАСИЛИЯ В БЛИЗКИХ ОТНОШЕНИЯХ МЕЖДУ МУЖЧИНАМИ И ЖЕНЩИНАМИ

Проблематика насилия в отношениях мужчин и женщин, как одна из очень сложных, противоречивых и латентных проблем, входит в число тем, которые изучаются специалистами разных дисциплин социально-экономической и гуманитарной направленности. В отечественных научных работах феномен насилия между мужчинами и женщинами представлен как «супружеское насилие» [24, 45, 46], «домашнее насилие» [32, 33], «насилие в семье» [5, 8, 29, 35], «насилие над женщинами» [6, 9, 30].

Анализ литературы показывает, что исследование феномена насилия ведется по следующим основным направлениям: выделение специфики различных видов насилия в зависимости от содержания насильственных действий (физическое, психологическое, экономическое, сексуальное) [8, 12, 21, 38, 40, 49] и от типа отношений между мужчинами и женщинами (насилие в добрачных отношениях, насилие на свиданиях, супружеское насилие) [24, 26, 27]; оценка распространенности насилия в межличностных отношениях мужчин и женщин [13, 24]; изучение социально-демографических и психологических особенностей жертв насилия [25, 31]; профилактика семейного насилия и организация работы с женщинами, подвергшимися насилию в семье [2, 17, 18, 39].

Несмотря на довольно широкий спектр изучаемых вопросов, связанных с проблематикой насилия, исследователями уделяется мало внимания такой важной проблеме, как анализ факторов, провоцирующих насильственное поведение. Кроме того, обсуждение проблем насилия в близких отношениях с неизбежностью затрагивает такие вопросы, как распределение ролей и властных полномочий, позиции доминирования и подчинения, неравенство в отношениях. Поэтому вполне обоснованным представляется использование идей гендер-ного подхода при анализе причин возникновения и распространения разных видов насилия в отношениях мужчин и женщин.

© Клёцина И. С., Иоффе Е. В., 2015

Настоящая статья посвящена анализу и систематизации причин проявления насилия в близких отношениях мужчин и женщин и их оценке с позиций гендерного подхода.

Гендерный подход предполагает учет интересов обеих социально-половых групп общества, поскольку главная цель реализации этого подхода — достижение гендерного равенства [41, с. 71]. При анализе исследований причин насилия в межличностных отношениях с учетом положений гендерного подхода в поле внимания должны оказаться следующие условия его использования:

— учет социокультурного контекста и изменяющихся социальных условий, в которых современные мужчины и женщины выстраивают свои добрачные и супружеские отношения;

— междисциплинарность (детерминация такого сложного феномена, как насилие, может быть раскрыта при интеграции исследований разных научных дисциплин). Междисциплинарность гендерного подхода открывает продуктивные перспективы в исследовании любых социально-психологических явлений, где взаимозависимости между людьми синкретичны, являясь одновременно социальными, психологическими и экономическими;

— акцентирование идеи равенства гендерных отношений, которое предполагает рассмотрение не только мужчин, но и женщин в роли субъекта, продуцирующего насилие в отношении партнера;

— особое внимание к характеру распределения ролей и статусных позиций мужчин и женщин как субъектов межличностных отношений;

— акцентирование влияния на проявление насилия социокультурных факторов, а не биологически обусловленных предпосылок;

— обязательное рассмотрение вопроса о взаимосвязи гендерных норм, стереотипов маскулинности/фемининности и психологического самочувствия и поведения мужчин и женщин;

— разноуровневый анализ (в поле внимания исследователей должны оказываться не только характеристики субъектов отношений, но и влияние различных социальных институтов). Гендерный подход предполагает анализ исследуемого явления на разных уровнях социальной реальности, поэтому его применение к изучению феномена насилия обусловливает учет институционального уровня функционирования семьи и уровня межличностных семейных отношений [22].

Гендерный подход, разрабатываемый при изучении межполовых отношений как критика традиционных представлений о необходимости и целесообразности дифференциации ролей, статусов, позиций мужчин и женщин в публичной и приватной сферах жизнедеятельности людей, ориентирован на анализ систем доминирования/подчинения и провозглашает идею равноправия мужчин и женщин в сфере формальных и неформальных отношений. Ни у мужчин, ни у женщин нет оснований подавлять и подчинять себе друг друга, поэтому никакие виды насилия в межполовых отношениях неприемлемы. Отношения между мужчинами и женщинами должны выстраиваться на основе равенства позиций, учета целей и интересов друг друга. Равноправие — это признак здоровых и стабильных партнерских и супружеских отношений.

Причины возникновения и распространения насилия в отношениях мужчин и женщин

Все виды насилия, проявляемого в близких отношениях мужчин и женщин, имеют многофакторную обусловленность. В современной литературе, посвященной анализу семейного насилия, предлагаются разные варианты группировки факторов, провоцирующих насилие, например, по отношению к субъекту насилия выделяют внутренние и внешние факторы [47], в зависимости от научных дисциплин причины насилия рассматриваются в рамках социологического, юридического, феминистского подхода [11].

Проанализируем причины происхождения насилия в соответствии с моделями, предложенными в работе В. В. Солодникова [43]:

— личностно-семейной;

— социокультурной.

Личностно-семейная модель имеет несколько основных разновидностей.

Большинство людей, в том числе и специалисты, встречающиеся в своей работе с проблемой насилия, часто рассматривают его причины как следствие дисфункции нервной системы, генетических влияний, действия биохимических факторов или проявления личностных особенностей агрессора. Это описывается как та или иная форма расстройства личности, психопатология: «Что еще от него можно было ожидать при таком высоком уровне тестостерона», «Он совершает насилие, потому что псих», «Он больной человек», «У него дурной характер», «Он очень возбудим и агрессивен». Подобные объяснения, опирающиеся на биологические предпосылки, просты и привлекательны, но в результате они приводят к размыванию границ между переживанием возбуждения, сильных эмоций и насильственными действиями. Насильственные действия часто приписываются избытку определенных эмоциональных состояний, таких как гнев или сексуальное возбуждение, и в силу этого рассматриваются как естественные, а соответственно — неизбежные исходы подобных эмоциональных состояний.

В объяснении склонности мужчин к насильственному поведению пользуется популярностью биолого-эволюционный подход, который опирается на теорию естественного отбора (Ч. Дарвин) и на принцип полового диморфизма. В соответствии с этими взглядами в процессе эволюции у особей мужского и женского пола закрепились различные признаки: физическая агрессия, соревновательность, эмоциональная независимость и инструментальный подход к решению проблем — у мужчин, пассивность, склонность к сотрудничеству, эмоциональная зависимость и склонность к заботе — у женщин. По мнению психологов-эволюционистов, «естественное» предназначение мужчин сводится к конкуренции за статус и защите ресурсов, которые обеспечивают им право на воспроизводство своего генотипа, поэтому природа наделила их большей агрессивностью.

Биологический детерминизм нашел отражение и в теории «агрессивного инстинкта», в которой сходятся взгляды на природу агрессии основателя психоаналитического направления в психологии З. Фрейда и авторитетного исследователя агрессии этолога К. Лоренца. Несколько основных тезисов объединяют

их определение агрессии. Агрессия — естественное внутреннее свойство человека. Человек обладает врожденной склонностью (влечением) к агрессивности. Агрессивная энергия периодически аккумулируется в человеке и нуждается в выходе или трансформации. Общая схема, отражающая положения теории влечения к агрессивности, приблизительно такова: агрессивное влечение — запускающий стимул — агрессивное поведение.

Хотя сегодня любую из теорий влечения можно отнести к устаревшему историческому багажу психологии, не стоит их недооценивать. Отношение к агрессии как к неизбежному злу человеческой природы очень широко закрепилось в общественном сознании. Мужчины, проявляющие жестокость по отношению к своим партнершам, часто отрицают свою ответственность («накопилось») и оправдываются, обвиняя женщин («довела»). Представители правоохранительных органов в различных вариациях слышат от агрессоров, когда они рассказывают о своем жестоком поведении: «Она довела меня до края», «Она выводит меня», «Она же знает, какой я», «Если бы она не сделала х, я не сделал бы у», «Она все продолжала (ныть)» [51].

Ограниченность подобного подхода к объяснению причин насилия в том, что агрессор представляется пассивной фигурой. Он копит «естественно» возникающее напряжение до момента, пока у него не «срывает клапан». «Переполнение чаши терпения» и, как следствие, насильственное поведение приписываются внешним средовым факторам: стрессу на работе, финансовым сложностям, супружеским проблемам. Действие этих факторов воспринимается как в целом неподконтрольное человеку «в одиночку». Этот взгляд подразумевает линейную зависимость агрессивного поведения от уровня эмоционального напряжения, в результате чего ответственность за насилие приписывается внешним факторам. Такое смещение акцентов при объяснении причин насилия позволяет агрессору снять с себя ответственность за «переполнение чаши», а значит и за насильственное поведение.

Похожая схема описания корней насилия основана на фрустрационной теории (Н. Миллер, Д. Доллард, Л. Берковиц), суть которой в том, что любая неприятная стимуляция приведет к эмоциональной агрессии в той степени, в какой она порождает неприятные ощущения (см.: [1]). При этом энергия агрессии не обязательно разряжается на своей первопричине. Страх наказания или осуждения за агрессию, направленную непосредственно на источник фрустра-ции1, может обусловить смещение агрессивного побуждения на какую-нибудь другую мишень. В результате человек переносит свои враждебные чувства на более безобидные мишени. Именно о таком переносе идет речь в старом анекдоте о муже, который бранит жену, которая кричит на сына, который пинает собаку, которая кусает почтальона, а все это происходит потому, что на работе муж получил нагоняй от начальника. Таким образом, запускаются «эстафеты агрессивности» [50].

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Исследуя различные стороны жизни нашего общества, ученые указывают на растущее число факторов, порождающих фрустрацию: резкие социальные

1 Фрустрация (лат. Ёгийгайо — обман, тщетное ожидание) — психическое состояние, вызванное неуспехом в удовлетворении потребности, желания [34, с. 406].

перемены, массовую бедность, неконтролируемую миграцию, чрезмерное неравенство доходов и производные от него существенные различия в качестве жизни различных социальных групп и многое другое [50]. Вносят свой вклад в усиление фрустрации и отечественные СМИ, особенно телевидение, формирующее у наших сограждан, в первую очередь молодежи, заведомо недостижимые жизненные стандарты [44]. В соответствии с этой теорией постоянный опыт фрустрации, возникающей в результате неудач, проигрыша, подавления в социальных отношениях, приводит к накоплению сильных эмоций и напряжения, которые находят свое выражение через различные формы бытового насилия.

Часто, чтобы нивелировать свою ответственность в ситуации семейного насилия, мужчина начинает рассказ о нападении на партнершу словами: «Ну, у меня тогда был такой тяжелый день на работе» или «У нас были проблемы с деньгами». Подобное декорирование жизни обидчика стрессом является попыткой сделать его действия понятными, обусловленными внешними обстоятельствами. Мужчина представляется в виде герметичного сосуда, который взрывается, когда давление достигает определенного уровня. Это упрощенная и неверная картина. Следует ответить на вопрос, что именно в структуре отношений этого мужчины с партнершей позволяет ему проявлять жестокое поведение по отношению к ней в те моменты, когда он сам оказывается под давлением. Если присмотреться поближе, «причина» стресса/давления сводится к тому, что он воспринимает партнершу либо как причину насилия (обвинение партнерши), либо как человека, который должен доставлять ему удовольствие («он наделен привилегиями») [51].

Многие теории насилия размещают объяснение в контексте семейной истории развития обидчика, а также жертвы. В соответствии с некоторыми психоаналитическими концепциями, например трехмерной теорией интерперсонального поведения В. Шутца, неудовлетворение базовых потребностей в раннем детстве проявляется в проблемном поведении во взрослом возрасте. Если в раннем возрасте ребенка постоянно контролировали, не давали проявить ему свою самостоятельность, не удовлетворили его потребность в признании и эмоциональной привязанности, то во взрослой жизни такой человек будет стремиться властвовать над другими, т. к. страх потери близкого взрослого партнера будет побуждать стремление подчинить себе его (см.: [1]).

Теория социального научения (А. Бандура) описывает насилие в терминах осваиваемого поведения, а не психопатологии или не при помощи дефектов характера. А. Бандура считал, что мы научаемся насильственному поведению, наблюдая за другими людьми (см.: [1]). Огромную роль в нормализации насилия играют СМИ. При просмотре кинофильмов и телепрограмм, в которых привлекательные и симпатичные персонажи бьют других ногами и кулаками, а также стреляют в тех, кто подвергает их состояние стрессу, мы получаем «message» о том, что у сильных существует право наказывать других людей, применять физическое насилие, чтобы добиться желаемого результата.

Исследования показывают, что часто мужчины, практикующие насилие в близких отношениях, сами выросли в семьях с насилием [19, 33, 51, 52]. Однако далеко не все свидетели жестокости в отношении родителей и жертвы семейного насилия становятся агрессорами [51].

По мнению ряда исследователей, терпимое отношение к насилию и жестокому обращению является отличительной особенностью россиян [7, 16, 23, 50], что может свидетельствовать о значимой роли социокультурных факторов в происхождении насилия. В случае социокультурных объяснений причины насилия размещаются в социальных структурах, традициях, нормах и верованиях. Рассмотрим примеры подходов, относящихся к социокультурной модели причин насилия.

Современные взгляды на проблему насилия в отношении женщин связаны с феминистской концепцией патриархата, понимаемого как господство мужчин над женщинами, и идеями гендерного подхода о равноправии мужчин и женщин в сфере формальных и неформальных отношений. Патриархальность общества, восприятие женщин как людей «второго сорта» укрепляет веру мужчин в то, что они имеют право совершать насилие. В феминистских теориях подчеркивается, что мужчины в процессе социализации усваивают представления о том, что насилие является приемлемым способом решения проблем и средством поддержания своего привилегированного положения в сексистском обществе. Психологическое, физическое и сексуальное насилие служит способом демонстрации собственной власти, контроля над ситуацией и права собственности на членов семьи, тем самым поддерживая патриархальную социальную структуру.

Одной из основных проблем семейных отношений выступает стремление супругов к самоутверждению через обретение власти и контроля над другими членами семьи. В сущности, важное для развития личности и почитаемое в современном обществе стремление к самоутверждению становится деструктивным в случае пренебрежения ценностью других. В условиях высокой конкуренции в разных сферах социальных отношений не все могут достичь высокого статуса и признания, а многие сталкиваются и с ситуациями подавления. Компенсацией в результате «проигрыша» чаще всего выступает самоутверждение за счет подавления кого-то другого и/или проявление агрессии. Иллюстрируют такую закономерность результаты исследований, в соответствии с которыми молодым россиянам, по сравнению с представителями других стран, свойственна большая приверженность ценности самоутверждения в ущерб ценности заботы о людях и природе [28]. Для современного российского общества характерна нарастающая агрессивность [50].

В теории гендерных ролей подчеркивается, что под давлением традиционных гендерных норм мужчины придают особое значение утверждению ценности и значимости своей личности. Когда мужчина не соответствует одному из аспектов традиционной мужской роли (профессиональная успешность, достойный социальный статус, материальное благополучие), он демонстрирует преувеличенную мужественность в другой области, тем самым компенсируя свою несостоятельность [4]. Если мужчины чувствуют свою беспомощность в обыденной жизни и их маскулинность оказывается под угрозой из-за ощущения бессилия, то вероятность проявления насилия очень велика [30]. Когда в обществе поощряется излишнее соперничество между мужчинами, то они стремятся доминировать, а насилие является одним из способов достижения желаемого доминирования и поддержания своего авторитета.

Ориентируясь на гендерные стереотипы, мужчины стремятся играть доминирующую роль не только в общественной жизни, но и в семье. Концепция гендерных стереотипов поясняет, что если муж не главенствует в доме, если за ним не остается последнее слово по поводу важных решений, то он считается «подкаблучником» [4]. Результаты социологических исследований показывают, что мужчин, претендующих на то, чтобы играть главенствующую роль в семье, заметно больше, чем женщин, готовых за ними эту власть признать. Так, среди мужчин большинство (61 %) считают, что муж — глава семьи и за ним при принятии важных решений должно оставаться последнее слово. Среди женщин с этим мнением согласны только 29 % [8]. Исследователями подчеркивается уже известная закономерность: супружеское насилие во всех его проявлениях более вероятно в тех семьях, где супруги придерживаются патри-архатных представлений о мужских и женских ролях. Причем относится это главным образом к мужчинам. Если среди мужей из семей без насилия считают, что муж — глава семьи, 50 % мужчин, то в группах с насилием доля разделяющих эту точку зрения достигает 76 % [8].

Мужчина, который не доволен своей маскулинностью, своими отношениями с женщинами, часто использует насилие как способ компенсации возникшей неудовлетворенности. Учитывая, что серьезные разногласия по поводу домашних обязанностей, быта и воспитания младшего поколения сопровождают каждодневную жизнь 35—40 % семей с детьми [36], поражает число женщин, живущих в постоянном страхе и ожидании насильственных действий со стороны партнера, а также число готовых оправдать такие действия со стороны мужа по отношению к жене.

М. Кауфман, один из инициаторов крупнейшей всемирной кампании («Белая лента»), которая призывает мужчин и мальчиков выступить против насилия по отношению к женщинам, в ряду причин, приводящих мужчин к насилию над женщинами и другими мужчинами, обращает внимание на неравное распределение власти в обществе, осознанное или часто неосознанное ощущение права на мужские привилегии, страх мужчин оказаться не у власти, опыт пережитого или наблюдаемого в детстве насилия, связанную со спецификой традиционных способов мужской гендерной социализации пониженную способность понимать и разделять чувства другого человека, а также склонность подавлять эмоции и трансформировать их в гнев [19].

В теории гендерной социализации особое значение придается анализу социально-психологических факторов социализации мальчиков в современном обществе. По мнению М. Кауфмана, психические структуры мужественности формируются окружением ребенка, которое часто характеризуется постоянным отсутствием отца или других взрослых мужчин или, в лучшем случае, эмоциональным безразличием со стороны мужчин. Таким образом, маскулинность создается на уровне фантазии и основным механизмом ее формирования становится отторжение матери и фемининности, что выражается в отвержении таких качеств, как заботливость и нежность. Специфика условий психологического развития мальчиков оказывает влияние на ослабление способности к сопереживанию, пониманию нужд и чувств других людей. Социализация мальчиков сопровождается нормализацией насилия и местами даже

его восхвалением (посредством игрушек, игр и СМИ). Кроме того, мальчиков с раннего детства учат подавлять многие чувства, особенно чувство страха и боли. Поэтому обычные механизмы эмоционального реагирования — от переживания эмоции до ее выражения — довольно ограничены у большинства мужчин. Но для многих мужчин одна эмоция имеет определенную ценность — это гнев. В результате многие эмоции трансформируются в гнев. Благодаря такому психическому оснащению мужественности становятся возможными акты насилия против другой личности [19].

Пока сложно говорить о наличии развитой системы социальных институтов, способствующих конструированию ненасильственной маскулинности, напротив, многие институты гендерной социализации поддерживают у мальчиков, юношей и мужчин проявления в поведении доминирования, подавления других и агрессивности.

В семьях, в соответствии с традиционными культурными нормами, мальчиков с раннего возраста учат уметь постоять за себя, используя силу. Мальчиков учат не проявлять свои чувства, а девочек учат заботиться о близких, сопереживать людям и жалеть их. Большую роль в воспитании детей играет стиль взаимоотношений между родителями и общая семейная атмосфера [29, 32, 33].

Современная российская армия далеко не всегда является для юношей и молодых мужчин школой мужества. Армия — показательный пример института, систематически формирующего маскулинную идентичность, в которой насилие играет решающую роль [49].

В СМИ агрессия и насилие часто репрезентируются как неотъемлемая часть маскулинной идентичности. В телевизионных передачах и кинофильмах, в печатной продукции разного вида нередки случаи демонстрации культурного одобрения применения мужчинами силы, поскольку агрессивность понимается как гендерно-маркирующая форма поведения.

В последние десятилетия особой популярностью у мужчин пользуется движение пикапа1, которое ориентирует их в «женской психологии» и правилах поведения для «настоящего мужчины». Основоположником андерграунд-ного движения пикаперов считается Р. Джеффрисс. Именно он основал первый в мире семинар по соблазнению и первую в мире конференцию, посвященную вопросам знакомства и соблазнения. Он создал набор воззрений и методик, помогающих мужчинам улучшить понимание женской психологии и мотивации с целью повышения успешности в области сексуальных отношений. Вначале движение существовало на принципах товарищеской взаимопомощи, но сегодня обучение принципам и технологиям пикапа превратилось в успешные коммерческие проекты.

В России это движение тоже имеет своих лидеров, сайты, форумы, проводит конференции и тренинги, где мужчины обучаются технологиям общения с женщинами, эффективному использованию различных психотехник и приемов манипулирования. Одно из центральных понятий в пикапе — «фоновое доминирование» («метод удовлетворения женской потребности в защите и принадлежности к группе, управляемой сильным мужчиной» [48]). Пикапер должен

2 Пикап (англ. pick up) — разг. подцепить, знакомство с целью соблазнения.

освоить паттерн «самодостаточного, уверенного в себе мужчины, который понимает механику межполовых отношений» [48]:

Фоновое доминирование — это адекватная органичная подстройка сверху, которую мужчина в отношениях использует на постоянной основе для внедрения, укрепления и поддержания своей лидерской роли в отношениях с женщиной... женщина должна понимать, что позиция сверху для тебя органична и ненапряжна. Настолько ненапряжна, что ты можешь относиться к женщине с долей покровительственного юмора и иронии. Например, используя легкий стеб, проходя, шлепнуть по попе слегка, приобнять за талию по-хозяйски. Вести себя с женщиной как хозяин. Например: «Женщина, где мое жрать?» Ты всегда в позиции сверху. С искрой в глазах, с юмором, с любовью и заботой, но чтоб она понимала, что ты можешь быть очень серьезным. Проси ее делать для тебя вещи. Заварить чай, купить почтовых марок. Вежливо, но твердо. «Будь добра, зайди по дороге домой в магазин, купи две бутылки минералки». Управляй женщиной.

Пикаперы используют еще одно понятие — «здоровые сбалансированные отношения», имея в виду, что «в отношениях один должен быть лидером, а второй ведомым. Здесь кто кого. Если она сломает тебя, то отправится на поиски более сильного самца. Ты должен сломать ее» [10].

Учитывая массовость последователей и увлекающихся идеологией движения пикапа даже среди имеющих стабильные партнерские отношения, а также интерес к этой теме телевидения, радио и газет, предоставляющих свои площадки для выступления его лидеров, перед общественностью встает вопрос: какую роль играет идеология пикапа в укреплении гендерного неравенства? Особенно он актуален в связи с тем, что среди причин бытового насилия мужчин в отношении женщин большинство современных исследований в качестве наиболее значимой выделяют утверждение доминантной маскулинности как социальной нормы [4, 30, 49].

Опора на положения гендерного подхода позволяет понять новые тенденции в сфере семейно-брачных отношений, характеризующие превращение брака в свободное партнерство, основу которого составляют равноправные отношения представителей разного пола. Такая семья отвечает потребности человека в личном жизненном пространстве и независимости, членов семьи объединяют взаимные чувства и потребность в близости и приватности. На смену традиционной модели приходит партнерская модель гендерных отношений — такой тип отношений в семье, при котором роли между мужем и женой не разделены, а взаимозаменяемы, отношения между супругами строятся не на доминировании и подчинении, а на основе равенства. В центр семейной жизни выдвигаются отношения любви и заботы о самореализации и развитии всех членов семьи. Смысл всех этих изменений — в снятии ограничений, существовавших в традиционном институте брака, в расширении возможностей личностного выбора и развития независимо от половой принадлежности [20].

Однако распространенные в общественном сознании стереотипы об обязательном мужском доминировании побуждают мужчин и женщин в межличностных отношениях реализовывать не партнерскую, а доминантно-зависимую модель отношений. В такой модели главенствующая позиция завоевывается

мужчинами часто при использовании подавления и явного принуждения как способа воздействия на свою партнершу, а женщины обращаются к манипулированию как способу влияния и достижения властных позиций [21].

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Проблеме использования женской манипуляции как форме проявления психологического насилия в гендерно-ориентированной литературе уделено значительно меньше внимания, чем проблеме мужского насилия в отношении женщин. Гендерный анализ позволил обратить внимание на проблему женского насилия в близких отношениях, которое проявляется в других формах по сравнению с мужским насилием [21], и критически рассмотреть феномен «женской власти» как манипуляцию, «власть слабых» в условиях «патриар-хатной сделки» [14, 15].

Так, в работе Е. А. Здравомысловой и А. А. Тёмкиной (2007 г.) при анализе причин женского манипулирования в сфере гендерных отношений акцент сделан на андроцентризме как культурном патриархате, который и порождает женские стратегии достижения власти. «Чтобы обойти препятствия, чинимые культурным сексизмом, нужно воспользоваться особым женским ресурсом, ресурсом слабого пола» [14, с. 85]. Авторы подчеркивают, что власть как способность действовать — это не только принуждение и доминирование сильного, но и влияние исподволь, манипулирование и скрытые способы достижения целей [14].

В психологической литературе в качестве причины женского манипулирования в гендерных отношениях рассматриваются условия гендерной социализации традиционного типа [3, 37]. Девочки и девушки наблюдают практики мани-пулятивного поведения, демонстрируемого близкими и знакомыми людьми, слышат позитивные отклики о женской хитрости, называемой «женская мудрость». В СМИ и художественной литературе также часто позитивно оценивается использование женщинами манипуляции в целях достижения собственной выгоды. На прилавках книжных магазинов много книг по так называемой «стер-вологии» [14], в которых психологи и «преуспевшие» женщины дают советы и пошаговые инструкции по завуалированному управлению мужчинами.

Итак, среди проанализированных биологических, личностных и семейных факторов, служащих предикторами насилия, в соответствии с идеями гендерного подхода ведущая роль принадлежит социокультурным факторам, устранение и корректировка которых рассматривается как посильная задача при осуществлении целенаправленных социальных, культурных и законодательных преобразований.

Меры профилактики насилия в отношениях мужчин и женщин

На Западе проблемой насилия в партнерских и супружеских отношениях специалисты стали заниматься в 70-х гг., в России — в 90-х гг. XX столетия. Основным приоритетом в этой работе стала организация помощи женщинам — жертвам насилия. Создавались кризисные центры для женщин и «горячие» телефонные линии. В 90-х гг. была осознана необходимость такого вида деятельности по противодействию насилию в семье, как оказание психологической помощи мужчинам, применяющим насилие, в освоении ими альтернативных насилию моделей поведения. С 2000-х уже и в России стала проводиться работа с мужчинами — субъектами насилия в семье.

Психологи некоммерческой организации «Мужчины XXI века» (г. Санкт-Петербург) отмечают, что в российском обществе нет традиции обращаться за психологической помощью; мужчин, кроме этого, сдерживают гендерные стереотипы, а мужчин, совершивших насилие, — еще и желание избежать осуждения и моральных проповедей. В результате эти «мужчины остаются как бы в нераспакованной капсуле своих душевных переживаний» [39, с. 98]. Поэтому для таких мужчин участие в программах, направленных на то, чтобы «разобрать накатанные рельсы канализации агрессивных проявлений в актах насилия», научить их преодолевать механизмы роста психического напряжения как сложной смеси боли, беспомощности, страхов и гнева, которые, постепенно накапливаясь, образуют «заряд», обучить поведению, альтернативному насильственному, — шанс измениться и изменить свою жизнь [39].

Психотерапевтическая работа должна быть направлена на достижение мужчиной, практикующим насилие, следующего: 1) понимания всех форм совершаемого им насилия; 2) осознания насилия как избранного образа действий и необходимости принятия за него ответственности; 3) осознания контекста насилия, как конкретного, так и личностно-психологического; 4) осознания последствий его насилия для всех сторон; 5) понимания смысла и ценности изменений и знания о полноценных альтернативах насильственному поведению [39].

Работа кризисных и семейных центров с женщинами — жертвами партнерского и супружеского насилия в основном концентрировалась на обеспечении безопасности, психологической реабилитации и поддержании самооценки женщин. Специалисты, ориентированные на гендерный подход, подчеркивают, что для прекращения насилия в партнерских и супружеских отношениях недостаточно добиваться изменений в установках и поведении мужчины, необходима помощь паре в изменении модели отношений с доминантно-манипулятивной на партнерскую [21, 42]. Н. В. Солнцева описывает основные составляющие партнерских отношений, которые получили название «Формула партнерства»: уважение — признание ценности и значимости партнера и его мнения; интерес к партнеру — то, что дает возможность видеть партнера, чтобы далее выстраивать с ним отношения; общая цель — связующее звено и сам предмет взаимодействия; контакт и диалог, в основе которых должны быть осознанное понимание того, чего ты хочешь сам, понимание того, чего хочет партнер, и умение согласовать цели всех сторон взаимодействия; договор и права партнеров как результат сотрудничества; ответственность — человек не может отвечать за других, но за свои действия в отношении другого человек несет полную ответственность [42].

Гендерный подход к проблеме насилия в семейных отношениях указывает и на меры по профилактике. Государство должно квалифицировать как преступление и осудить все формы насилия в семье и обеспечить систему помощи жертвам. Учитывая такую особенность проблемы насилия, как «невидимость», необходимо с помощью СМИ привлечь внимание к масштабам насилия и проводить просветительскую работу по изменению системы общественных взглядов относительно роли традиционных (патриархатных) гендер-ных норм в изменяющемся мире. В стандарты профессиональной подготовки специалистов, сталкивающихся в работе с проблемой семейного насилия,

должны быть включены программы, учитывающие гендерную составляющую семейных отношений. В сфере образовательной деятельности по профилактике и предупреждению насилия приоритетной должна стать работа с подростками и молодежью по развитию гендерной компетентности и навыков построения партнерских отношений с целью подготовки к семейной жизни.

Библиографический список

1. Андреева Г. М., Богомолова Н. Н., Петровская Л. А. Зарубежная социальная психология XX столетия : теоретические подходы : учебное пособие для вузов. М. : Аспект Пресс, 2001. 288 с.

2. Анкудинова Е. В., Гиниатуллина К. Организация работы с женщинами, испытывающими насилие в семье // Амурский научный вестник. 2013. № 3. С. 6—11.

3. Аносова Н. Манипулятивные практики во взаимодействии мужчин и женщин // Гендерные практики: описание, рефлексия, интерпретация : материалы V Международной межвузовской конференции молодых исследователей «Гендерные практики: традиции и инновации (10—12 ноября 2005 г.)» / отв. ред. Т. А. Мелешко, И. И. Юкина. СПб. : Алина, 2007. С. 40—44.

4. Берн Ш. Гендерная психология. СПб. : Прайм-Еврознак, 2001. 320 с.

5. Бутаева М. А. Гендерные проблемы в отношении насилия в семье // Теория и практика гендерных исследований в мировой науке : материалы III Международной научно-практической конференции, 5—6 мая 2012 г. Пенза ; Махачкала ; Ереван : Социосфера, 2012. С. 47—52.

6. Вартанян Ф. Е., Шаховский К. П. Насилие над женщинами // Психическое здоровье. 2009. № 2. С. 52—56.

7. Волкова Е. Н. Проблемы изучения распространенности и выявления случаев насилия над детьми // Национальный психологический журнал. 2007. № 1. С. 44—47.

8. Горшкова И. Д., Шурыгина И. И. Насилие над женами в российских семьях. М., 2003. URL: http://www.owl.ru/rights/noviolence/index.htm (дата обращения: 15.10.2014).

9. Даренских С. С. Семейное насилие в отношении женщин // Известия Алтайского государственного университета. 2013. № 2. С. 52—55.

10. Доминирование в отношениях (рубр.: Основы построения отношений) // Гильдия Пикапа. URL: http://www.pickupguild.ru/teorija-soblazneniia/postroenie-otnoshenij/ osnovy-otnoshenij/2563-dominirovanie-v-otnosheniyakh (дата обращения: 15.10.2014).

11. Досина Н., Смирнов Я. Семейная власть как источник насилия // Власть. 2009. № 12. С. 118—121.

12. Ениколопов С. Н., Хвостова Е. С. Социально-психологические представления о сексуальном насилии в семье // Психология и право. 2011. № 1. URL: http://psyjournals.ru/psyandlaw/2011/n1/39333.shtml (дата обращения: 24.10.2014).

13. Забелина Т. Ю. Домашнее насилие в отношении женщин: государственная проблема или «личное дело»? // Женщина в российском обществе. 2008. № 4. С. 66—72.

14. Здравомыслова Е., Тёмкина А. Патриархат и «женская власть» // Российский гендерный порядок : социологический подход. СПб. : Изд-во ЕУСПб, 2007. С. 68— 95. (Тр. фак. полит. наук и социологии ; вып. 12).

15. Здравомыслова О. «Выйти из тени»: переосмысление женственности в исследованиях девичества // Неприкосновенный запас. 2011. № 2. URL: http://magazines.russ.ru/nz/ 2011/2/ol10.html (дата обращения: 20.10.2014).

16. Зеликова Ю. А. Что формирует родительские практики? Физическое наказание и воспитание в петербургских семьях // Женщина в российском обществе. 2014. № 1. С. 42—51.

17. Зубрицкая А. С. Особенности психологической помощи женщинам, пострадавшим от домашнего насилия // Известия Дальневосточного федерального университета. Сер.: Экономика и управление. 2009. № 3. С. 77—87.

18. ИщенкоМ. В. Социальные практики предотвращения домашнего насилия над женщинами : автореф. дис. ... канд. социол. наук. Саратов, 2005. 20 с.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

19. Кауфман М. Семь «П» мужского насилия // Женские миры — 99 : VII Всемирный женский междисциплинарный конгресс в Тромсо и гендерные исследования в России / под ред. О. В. Шныровой ; Ивановский центр гендерных исследований. Иваново, 1999. C. 56—77.

20. Клёцина И. С. Гендерный подход в психологических исследованиях современных семейных отношений // Вестник Ленинградского государственного университета им. А. С. Пушкина. 2011. Т. 5, № 4 : Психология. C. 107—119.

21. Клёцина И. С. Психологическое насилие в гендерных межличностных отношениях: сущность, причины и последствия // Жизнь без насилия : материалы научно-практического семинара «Домашнему насилию НЕТ» / под ред. С. Л. Акимовой. СПб. : Островитянин, 2009. C. 7—30.

22. Клёцина И. С. Современное состояние и перспективы исследований гендерных отношений в сфере социологического и психологического знания // Женщина в российском обществе. 2013. № 2. С. 3—13.

23. Кон И. С. Бить или не бить? М. : Время, 2012. 448 с.

24. Крюкова М. В. Супружеское насилие в отношении женщин как социальная проблема // Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского. Сер.: Социальные науки. 2011. № 1. С. 45—51.

25. Лазарева О. А., Рогулина И. П. Влияние социально-демографических признаков на частоту насилия в семье над женщинами // Психология, социология и педагогика. 2014. № 2. С. 11.

26. Лысова А. В. Насилие в добрачных отношениях и гендерное равенство: результаты международного исследования // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. 2013. № 2. С. 111—118.

27. Лысова А. В. Насилие на свиданиях в России // Социологические исследования. 2006. № 2. С. 94—103.

28. Магун В., Руднев М. Ценностный портрет россиян на европейском фоне // Демо-скоп Weekly. 2012. № 503. 19 марта — 1 апр. URL: http://www.demoscope.ru/ weekly/2012/0503/tema05.php (дата обращения: 15.10.2014).

29. Обыкновенное зло: исследования насилия в семье / сост. и ред. О. М. Здравомы-слова. М. : Едиториал УРСС, 2003. 200 с.

30. ПалудиМ. Психология женщины. СПб. : Прайм-Еврознак, 2003. 384 с.

31. Парыгина Н. А. Женщина — жертва насилия : (социологический портрет) // Власть и управление на Востоке России. 2009. № 1. С. 212—217.

32. Писклакова М. П., Синельников А. С. Домашнее насилие как объект социальной работы // Социальная политика и социальная работа : гендерные аспекты : учебное пособие для студентов высших учебных заведений / под ред. Е. Р. Ярской-Смирновой. М. : РОССПЭН, 2004. С. 219—241.

33. Потапова Е. А. Что такое домашнее насилие: концептуальный подход к проблеме // Гендерный калейдоскоп : курс лекций / под общ. ред. М. М. Малышевой. М. : Асаdеmia, 2002. С. 489—502.

34. Психологический словарь / под ред. В. П. Зинченко, Б. Г. Мещерякова. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Педагогика-Пресс, 1996. 440 с.

35. Родина И. В. Насилие в семье как социокультурный феномен // Социальная политика и социология. 2007. № 1. С. 187—200.

36. Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе / под науч. ред. С. В. Захарова, Т. М. Малевой, О. В. Синявской ; Независимый институт социальной политики. М. : НИСП, 2009. 336 с.

37. Румянцева П. Основные направления практической гендерной психологии // Тендерные практики: описание, рефлексия, интерпретация : материалы V Международной межвузовской конференции молодых исследователей «Тендерные практики: традиции и инновации (10—12 ноября 2005 г.)» / отв. ред. Т. А. Мелешко, И. И. Юкина. СПб. : Алина, 2007. С. 70—76.

38. Сексуальное насилие : теории, подходы и методы исследования / Ю. И. Пиголкин, О. А. Дмитриева, Н. Г. Щитов, Г. Б. Дерягин. М. : Медицинское информационное агентство, 2008. 456 с.

39. Семья и домашнее насилие. Практика консультирования мужчин — субъектов домашнего насилия : учебное пособие / под ред. Н. М. Платоновой. СПб. : СПбГИПСР, 2013. 210 с.

40. Сидоров П. И. Сексуальное поведение и насилие. М. : МЕДпресс-информ, 2007. 272 с.

41. Словарь гендерных терминов / под ред. А. А. Денисовой ; Региональная общественная организация «Восток — Запад: женские инновационные проекты». М. : Информация —XXI век, 2002. 256 с.

42. Солнцева Н. В. Формула партнерства как основа взаимоотношений между членами семьи // Современные проблемы психологии семьи: феномены, методы, концепции. СПб. : Изд-во АНО «ИПП», 2009. Вып. 3. С. 64—69.

43. Солодников В. В. Социология социально-дезадаптированной семьи. СПб. : Директ, 2007. 384 с.

44. Сочивко Д. В., Полянин Н. А. Молодежь России : образовательные системы, субкультуры, исправительные учреждения / Московский психолого-социальный институт. М., 2009. 268 с.

45. Сулейманова В. И. Насилие в супружеских отношениях : автореф. дис. ... канд. социол. наук. СПб., 2006. 22 с.

46. Фахретдинова А. Б. Роль средств массовой информации в существовании супружеского насилия над женщиной в современном российском обществе : автореф. дис. ... канд. социол. наук. Казань, 2009.

47. Фахретдинова А. Б. Факторы, провоцирующие насилие над женщиной в супружеских взаимоотношениях // Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского. Сер.: Социальные науки. 2008. № 1. С. 123—130.

48. Фоновое доминирование (рубр.: Развитие и удержание отношений) // Пикап : форум. URL: http://forum.pickup.ru/index.php?showtopic=143314 (дата обращения: 15.10.2014).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

49. Ходырева Н. Причины физического насилия: сущность рода или дисбаланс власти? // О муже(К)ственности : сборник статей / сост. С. Ушакин. М. : Новое лит. обозрение. 2002. С. 161—185.

50. Юревич А. В. Проявления агрессивности в современном российском обществе как психологическая проблема // Психологический журнал. 2014. Т. 35, № 3. С. 68—77.

51. Blacklock N. Domestic violence: perpetrators, the community and its institutions // Advances in Psychiatric Treatment. 2001. Vol. 7. Р. 65—72.

52. Jenkins А. Invitations to Responsibility. Adelaide (Australia) : Dulwich Centre Publications, 1990. 320 р.